«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
KURRE

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 25
Всех: 27

Сегодня День рождения:

  •     Eroshkun (16-го, 20 лет)
  •     gellety (16-го, 31 год)
  •     Gr0m1990 (16-го, 28 лет)
  •     Lileslava (16-го, 20 лет)
  •     Дмитрий Гаев (16-го, 25 лет)
  •     темненькая (16-го, 25 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 101 Герман Бор
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1862 Кигель
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Гнома - Лолли Гирокапптерка. Глава 8

    Поваренок Джонни Орелли - маленький музыкант.



    Гнома - Лолли Гирокапптерка. Глава 8


    Поварёнок Джонни сидел на ступеньках аптеки Песта, потирая красное ухо. Вот напасть, случайно не углядел, как кот Феофан залез в погреб и, перевернув кувшин со сметаной, всю её вылизал. И куда только в него влезло. Поди, соседского кота Леона приволок с собой. Кот доволен, наелся, смылся во время. А ему поварёнку досталось на орехи. Ухо до сих пор горит, словно в печь его засунули, крепкие пальцы у шеф-повара Эстиса, однако. Даже намоченный в фонтане платок не помогал. А еще пообещал повар, что расскажет хозяйке трактира Аллисон и плату за сметану вычтут из его кармана, и битый кувшин приплюсуют. Одни черепки на полу валяются. Напасть, да и только.

    - Попадись только мне этот бездельник кот, припомню ему всё. – Сулил поварёнок.
    Утро только начиналось, а Джонни уже получил свои неприятности, тумаки. Теперь сидя и болтая в воздухе ногами, обдумывал, как проскользнуть на кухню, чтоб повар не заметил и не устроил снова выволочку. Черепки следовало убрать и картошку чистить пора. Да еще купить сметаны… вот заботушка. Пересчитал медяки, положив их на ладошку, вроде хватает, вздохнул протяжно. Новых нот не видать, как пить дать, а ведь столько времени копил на них. Мимо протарахтела по мостовой телега полная свежего сена. Аромат долетел носа мальчика, он обернулся, провожая взглядом возницу и, чуть не свалился со ступенек. Запах напомнил о поле, доме, деревне. Детство его прошло в деревушке, пригороде Штормового. Счастьем и радостью был наполнен каждый день. Шесть лет радости и праздника, как-то не ценилось это суматошное время проказ и забав. Рыбалка со старшими ребятами, походы в лес за грибами, ягодами, охота на птиц и лазанье по деревьям за яйцами. Столько смешных событий и опасных происходило в то время. Что дни пролетали словно миг.… Вот он есть и, вот промчался. Смотришь, только день начался и тут же спать пора, а утром опять приключения. Семья у Джонни была дружная, всего-то пять человек: Дед, отец, мама, он сам и сестричка – малявка, как считал мальчик. Ведь ей сейчас только четыре года исполнилось и все за мамкин подол цепляется. А он уже взрослый, сам на хлеб себе зарабатывает и семью кормит.

    Мимо прошла знакомая торговка молоком. Анна, бросив взгляд на пригорюнившегося мальчика, покачала головой. Сирота, каждый может его обидеть. Большие бидоны с молоком тяжело оттягивали руки и, не останавливаясь, женщина проследовала дальше. Необходимо было побыстрее разнести молоко по домам. Муж с телегой и баками еще полными поджидал недалеко у городских ворот.
    - Молоко, парное молоко, свежее молоко! Сметана, слииивки…Молокооооо! – громко и напевно закричала торговка. Привлекая хозяек, что еще не вышли ей навстречу. – Молокооооо! Молокооооо! ... Каждое утро они привозили в город парное молоко, хороший бизнес. На доход от молочной фермы и жили.
    Дальше по улице раздавался голос Томаса Миллера, привлекавший хозяек и служанок, проживавших в этом районе города.
    - Хлеб, горячий хлеб. Подходите, покупайте. Продаю свежевыпеченный хлеб!
    Женщины выскакивали на улицу, стараясь поскорее скупиться и заняться своими домашними делами. Заодно переброситься парой слов с соседками. Узнать новости и снова как улитки спрятаться в своей раковине. До вечера. Дом, дети, муж требовали внимания, и приходилось день-деньской крутиться по хозяйству; стряпая, обшивая, стирая на семью.

    Мальчик проследил взглядом за торговкой и снова отдался своим мыслям, что сами собой словно ручеек текли, возвращая его в детство. Отец Джон Орелли всегда, когда бывал дома, баловал его и малявку; то пряников принесет, то леденцов на палочке. Сьюзи радовалась петушкам, словно золотой получала. Отец огромный и сильный, подбрасывал ее к потолку и, она звонко заливисто смеялась, взлетая ввысь, совсем не боясь упасть на пол. Ловил малышку в свои огромные руки и целовал в нос. Джонни сам обожал карамель, и полеты к потолку тоже любил. Однако, считая себя уже большим, стеснялся проявлять такой восторг, как сестричка. Да и не девчонка же он. Отец был моряком и часто уплывал в плавание на торговом судне. Однажды он привез смешную птицу, что весело тараторила, даже можно было понять, что она говорит.

    - Пиастры…пиастры… Ара хороший, Ара хороший. – Иногда смешила домашних и другими выражениями, от которых мама, смущаясь, отводила глаза, с укоризной поглядывая на отца, словно это он их произносил. – Кар-рамба! Тысяча чертей! Вздерну на рею! Кар-рамба! Кар-рамба! Пираты!– Восторженно кричал скрипучим голосом попугай, видя, что семья обратила на него внимания. Расправлял хвост и махал крыльями.
    Жизнь текла своим чередом. Мама, каждое воскресное утро, взяв на руки Сью, отправлялась в местный собор, молиться за отца и его здоровье. Возвращалась всегда с чувством исполненного долга, со светлой улыбкой на лице. Верила страстно в Святой Свет и в то, что не покинет он ее мужа в долгих скитаниях по морю. В один из таких дней она повстречала боцмана с корабля "Длань Света", того самого корабля на котором ушел в плаванье отец. Это был самый черный день в жизни семьи.

    Дед, весельчак и музыкант принял близко к сердцу смерть сына и заболел. Долго не хворал, умер в одночасье. Теперь на кладбище стоит памятник. Плита и на ней выбит контрабас и имя деда. - *Здесь похоронен прекрасный человек и музыкант Бенниджо Орелли.* Дед служил при оркестре короля и это считал великой честью для себя и своей семьи. Честь честью, но вот когда пришла его кончина, помощи семья не дождалась от двора. Средства иссякли, похороны, долги, сожрали все. Мама в отчаянии поступила прачкой в одну аристократическую семью, прихватив с собой и Сью. Кудряшку Сью, милую крошку с волнистыми волосами и огромными синими как море в ясный день глазами. Джонни отдали в служки в таверну "Позолоченная роза", где хозяйничает госпожа Аллисон. Вот уже год как он живет при кухне и сыт, одет. Еще и семье умудряется помогать, получая чаевые от щедрых, порой дербалызнутых посетителей.

    Мальчик на побегушках, а ведь дед мечтал, что Джонни станет музыкантом. Все говорило, что музыкальным слухом и талантом мальчик не обделен. В свободное время Бенниджо учил внука музыкальной грамоте, сольфеджио, игре на скрипке. Почему на скрипке? Считал, что паренек еще мал, чтоб удержать контрабас. С трех лет Джонни уже обучался игре на скрипке, что подарил ему дед на один из праздников. И Джонни самозабвенно занимался, играя совсем небольшие пьесы, развлекая взрослых дома, соседей на улице. Ему и самому нравилось извлекать звуки из инструмента, подражая пению птиц, рычанию зверей. Шелесту травы. Пролетевшему ветру. Весь мир перед ним звучал на разные голоса, торжествуя и исполняя гимны природе. Звуки скрипки просто зачаровывали своей простотой, эмоциональностью и восторженностью. Приходилось играть стоя, разучивая и извлекая звуки из инструмента. Дед учил, как нужно расслабляться стоя при игре, стойка и правильное дыхание просто необходимы. Пришло все как казалось мальчику само собой. Расслабляясь и шевеля пальцами, слегка уставшими в процессе игры, иной раз и часами тренируясь. Но его радовали похвалы деда и мамы, это придавало смысл обучению. Джонни обожал своего деда Бенниджо и хотел во всем подражать ему. Отец вечно отсутствовал, зарабатывая на семью. Примером для подражания был дед, обучение проходило легко и на уровне эмоций. Джонни почти никогда не капризничал, чувствуя себя взрослым мальчиком. Скрипка для него заказана дедом у одного знакомого мастера и отличалась прекрасным звуком, инструмент был хорошо настроен. Заплачены за нее были не малые деньги. Первый урок потряс малыша в свое время до глубины души. Он с восторгом рассказывал маме, что скрипка сделана из дерева. А еще у нее четыре струны, и она издает удивительные звуки. Оглядываясь на деда, он с нетерпением спрашивал, когда будет еще один урок. Ведь на следующем уроке он снова сможет играть, скрипка его увлекла. Мир музыки раскрыл ему свои объятия, захватил и повел за собой.

    Мама всегда считала, что малыш удался в отцовскую родню в род Орелли. Темные, почти черные волосы слегка вьющиеся. Большие блестящие карие глаза, печально взирающие на мир, словно предчувствуя свою судьбу. Обрамленные длинными черными густыми ресницами веки. Такими длинными, что позавидует любая девчонка. Яркие, но тонкие губы. Небольшой нос, с едва заметной горбинкой. Длинные изящные пальцы рук, как будто специально приспособленные для музыкальных упражнений. Фигурка мальчика не отличалась плотностью; худенький, стебелек, травинка. Но ветер не согнет его при первом порыве. В его движениях чувствуется сила и энергичность, ловкость в движениях. Ступни ног не по возрасту большие. Мама говорила, что это хорошо. Вырастет гигант, как и отец, а не дохлый цыпленок. Что еще можно сказать о ребенке, которому в Огненный солнцеворот должно исполниться семь лет? Бывало, он скучал, вспоминая отца, деда, которых Джонни уже не ярко помнил. Словно образы-тени приходили они в его памяти, принося сладостные воспоминания. Мать старалась навещать мальчика почаще, но хлопоты и заботы мешали их встречам. Сью больше доставалось ласки и внимания мамы. Работая в поместье у чужих людей, мать боялась уезжать в город, вызвать гнев или неудовольствие хозяев. И так, слава Святому Свету, приютили с дочкой. Не гонят и платят, кормят. Поэтому Джонни был предоставлен сам себе.

    Мимо прошествовал пастух с отарой овец. Видимо гнал на продажу. И их блеяние, дробный топот копыт овечек словно спугнули воспоминания и видения. Мальчик поднял взгляд и увидал гному в огромной красной шляпе, смотревшую заворожено на витрину магазинчика. Там торговали всякой всячиной. Шляпа полностью закрывала голову, плечи девчонки. Словно гриб на солнышке вырос, она стоял неподвижно, прижимая к груди огромного рыжего котяру.
    - Эй, чего уставился? Котов никогда не видал? – Подбоченясь грозно спросила гнома – Кот мой, я его первая нашла! – Готовясь отстаивать свои права на зверя, выставила ногу и наклонила голову.

    - Так это же Феофан, котяра из таверны ''Позолоченная роза''! Это он меня сегодня подставил! – Возмущению поваренка не было предела, он вскочил со ступенек и тоже грозно нахмурившись, стал надвигаться на гному с котом.
    -Ааааа, - Завопила гнома, не собираясь расставаться с таким прекрасным экземпляром кошачьих. – Я его еще не обмерила! Воть! – Выдвинула как аргумент.
    Джонни на миг остановился, с удивлением взглянув на девочку. Чуть заикаясь, может быть от удивления, а может от волнения, повторил – Не обме…рила? Как это обме…рила? Эээ... этот обжора слопал всю сметану в погребе! Мне шеф-повар ухо ободрал! И все из-за этого прохвоста. Сама смотри, до сих пор болит. – Наклонил голову. Показывая на свое распухшее ухо. Гнома сделала шаг вперед и с интересом в глазах рассматривала распухшее все еще красное ухо мальчика.
    - Повара надо наказать, а не кота! – Убежденная в своей правоте, Лолли даже топнула ногой. Ни на секунду не выпуская из рук мурлыку, лениво и покорно висящего на руке у гномы. А что прикажете коту делать, девчонка подманила его куском колбасы, да не какой-нибудь там вареной, а копченой. А потом вцепилась всеми своими восьмью коготками. Попробуй, отвертись от ее ласки. Кот, размякнув, и не думал сопротивляться, лишь утробно мурчал, повиснув как мешок.
    - А ты кто такой, чтоб волноваться за "Позолоченную розу" – взглянула на мальчика пристально, словно пытаясь понять, не дожидаясь его ответа. Заикается, хлипкий как прутик, пожалуй, я смогу ему наподдать, решила гнома и уже более уверенно и свысока смотрела на Джонни. Кот заворочался в руках, пытаясь сбежать, но это ему, конечно, не удалось. Только отвлек внимание от противника, мальчишка успел схватить Лолли за локоть, не выпуская из цепких пальцев, потащил в переулок за аптекой.
    - Ладно, не трясись, не трону я тебя – Гордо и чуть насмешливо проговорил и, даже не чуточку не заикаясь. Что весьма удивило Лолли.
    - Ты откуда тут взялась? – задал следующий вопрос, рассматривая уже саму гному. Уж больно мелкая ты. С родителями, небось, проживаешь? – Джонни понравилась гнома, которую он видел впервые и, не имея друзей, он решил с ней познакомиться и подружиться. – Давай дружить. Меня Джонни зовут, Джонни Орелли. – Представился, как не раз слышал от взрослых. – А тебя?
    - А ты не станешь драться и кота отбирать? – Все еще не очень доверяя мальчику, переспросила Лолли, с недоверием смотря на свой локоток, что все еще был зажат в крепких пальцах мальчишки.- Я Лолли Гирокапптерка. Ты не смотри, что я маленькая, драться я тоже умею! – Так, на всякий случай предупредила мальчишку.
    – Давеча вот на меня рыбачки рассердились, и налупить собирались, так я…так я им всю рыбу распугала, свалившись с причала. Воть! Сами виноваты, я только гайку обронила с мостков, а они крик подняли, и пихаться принялись. Сами меня и вытаскивали из воды, нахлебалась этой гадости по самое горло. Даже голова утром болела. – Вроде как пожаловалась Джонни. – А ты будешь меня защищать? Конечно, если я соглашусь с тобой дружить?
    Мальчик хмыкнул в ответ и посмотрел с превосходством во взгляде. Он всегда чувствовал себя взрослым, имея младшую сестренку. Привык ее защищать.
    - А что ты с котом собралась делать? – Взглянув искоса на рыжего котяру, поинтересовался у Лолли. – Может его посадить на диету в клетку? Разжирел на трактирных харчах больше некуда. Чего его обмерять и так видишь, какой толстый. – Презрительно сплюнул на мостовую сквозь зубы, как это делали взрослые ребята.
    - Ты не понимаешь, я хочу тигра механического соорудить, чтоб защита была. А для этого нужно все размеры с кота снять. Не везет мне с ними, то трусливые попадаются, то непоседы. Пока измеряю, их уже и след простыл. – Быстренько вытащила одной рукой блокнот из кармашка, а другой удерживала кота. Тыкнула в сторону Джонни бумаги, рассыпав мелочь по мостовой. Вечно все из кармашков выкатывается. – Смотри, почти весь чертеж окончила, ну, там зубы и хвост осталось … немного. Так не отберешь моего кота?

    Джонни внимательно рассматривал аккуратно начерченного кота, только с всякими там гайками, болтами и шурупами, спиралями, пружинами. Одобряюще качал головой. - Здорово ты нарисовала все! – Нотка восхищения сквозила в его голосе. - Сама придумала или кто надоумил?
    Лолли обиженно фыркнула на слова мальчика и даже словно собралась уйти, чтоб не оскорблял ее недоверием, но потом, поразмыслив чуток, передумала. Мальчишка не собирался драться и дружбу предлагал, чего уж тут обижаться.
    - А сам чем занимаешься? – Вежливо, как ей казалось, поинтересовалась в ответ.
    - Я в таверне "Позолоченная роза" помощником повара работаю. – Гордо с вызовом проговорил Джонни, потом подумал, что не стоит задираться с первого раза и, немного снизив тон, проговорил. – Поварёнок я. И музыкант. На скрипке играю. – Для большей солидности похвастался перед гномой.
    Протянул ладонь, собираясь скрепить дружбу крепким рукопожатием. Так всегда поступали старшие мальчишки у них в деревне. После ссор и драк, заключая мир и дружбу. Шмыгнул носом, ожидая, когда гнома ответит на рукопожатие. Прижимая кота покрепче к груди, чтоб снова не вырвался, Лолли ударила по ладони Джонни кулачком, скрепляя дружбу на веки вечные.
    - Приходи вечером к трактиру, я скрипку возьму и сыграю тебе. – Предложил Джонни девочке. – А кота можешь пока с собой забрать, взбучка ему обеспечена от повара будет. А мне пора, работа ждёт. До вечера!
    - Я с подружкой придууу…. С Леткой. - Прокричала вслед Лолли. – Она музыку любит. - Постояла ещё в переулке и не торопясь, кот был тяжеленный, отправилась по своим делам, очень довольна была тем, что познакомилась с новым приятелем. А главное, у неё теперь будет защитник и рыбачки на пристани не посмеют надсмехаться над ней, толкать и ронять в воду. - Воть!
    Джонни Орелли удалось незаметно проскользнуть в свою каморку. Комнатка размещалась под лестницей. Солнечный свет никогда не проникал сюда. Просто комнатка была обыкновенной кладовкой, а сейчас в ней жил он. Небольшой матрас, из соломы, брошенный на пол, шерстяное одеяло, прихваченное из дома, подушка и тумбочка для вещей. А какие вещи могут быть у мальчика; пара рубашек, штанов, стоптанные башмаки. Самая главная ценность – скрипка, завернутая в кусок холста и рукописи нотные. Да еще конверт, а в нем чуть пожелтевшая акварель, портрет отца.

    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Pautinka
    Категория: Детское
    Читали: 116 (Посмотреть кто)

    Размещено: 16 октября 2013 | Просмотров: 336 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.