«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 17
Всех: 18

Сегодня День рождения:



В этом месяце празднуют (⇓)



Последние ответы на форуме

Дискуссии О культуре общения 183 Моллинезия
Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

Рекомендуйте нас:

Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



Интересное в сети




 

 

-= Клуб начинающих писателей и художников =-


 

Белый

Я сидел в белом больничном коридоре. Мне нечем было заняться, так что я просто безжизненно рассматривал стену. Белое. Почему в больницах все белое? Это не цвет добра, ангелов или чего-то светлого. Это такой белый, который давит на тебя, режет тебе глаза, сводит с ума. «Слишком много белого. Определенно.» - думал я про себя.

Мой взгляд плавно скользнул со стены вниз и я увидел белые больничные плиты. Возможно, они были белыми, когда их только положили. Сейчас эти плиты были испачканы грязью, кровью, все в царапинах, где-то отбитые, где-то вовсе разбиты. Вдали коридора, у туалета, их порой не было вообще.

Там же, у туалета, стояла стенка из стекла. Знаете такие, типичные российские стенки из нескольких десятков кубиков стекла? Причем, это, наверное, то единственное, что какого-либо другого цвета в этих больницах. Потому что стекла эти отдают гадким зеленовато-голубым цветом, а люди, стоящие за это стеной искажаются, и выглядят уродцами с непропорциональными конечностями и непонятным тельцем.

«Осталось немного» - думал я. Прямо на меня светила красная кнопочка, а чуть выше этой кнопки горела надпись «реанимация». Там сейчас была моя жена. Я долго гипнотизировал эту красную кнопку. А потом взглянул на потолок. Одна из ламп раздражающе мигала. Я осмотрелся. Ни дементоров, ни каких-либо других призраков и нечисти не было. Другая лампа горела слишком ярко. Так ярко, что я не смог долго смотреть на нее.

Все белое. Все слишком белое. Даже часы, на которые я нервно поглядывал уже третий час, в середине стены были белые. Даже лавочка, на которой я уже третий час сидел, была белой. А эти врачи. Со своими белыми халатами.
Я выпил кофе. Купил его в белом автомате в середине коридора. Смотрю – люди расходятся. Медленно плетутся к лестницам на первый этаж. Кто-то грустно, всхлипывая. Другие – радостно. Третьи останавливают врачей и пытаются выведать, когда же их любимого человека уже выпустят из этого белого ада.

Поднялась какая-то медсестренка. Она везла рядом с собой капельницу с бордовой жидкостью. Я так понял, кровью. Я обрадовался, когда она остановилась возле меня. Девушка спросила, кто я, почему не иду домой. На что я ответил, что жду свою жену, она в реанимации уже пятый час, и я не знаю, что с ней.

Я правда не знал что с ней. Я не знал как там дела у врачей, со всем ли они справляются. Я не знал, сколько она уже лежит там. Я не знал, как она туда попала. Я даже не знал, что именно у нее травмировано.

Услышав это, медсестренка зашла в операционную. Она вышла оттуда спустя несколько минут, уже без капельницы.

«Они борются. Осталось немного» - заявила она.

Девушка посмотрела на меня с сочувствием и ушла обратно. Оставив меня наедине с моими мыслями и этими гадкими белыми стенами. Белый цвет. Он действительно сводит с ума.

На шестой час я уже точно решил, что в нашей новой квартире не будет ничего белого. Моя любимая хотела сделать белую кухню. Но теперь – ни за что. А еще я понял: в этом коридоре не только все до тошноты белое, тут еще нет ни цветов, ни объявлений, ни каких-нибудь картин. Тут всего два окна, и то одно рядом со мной, в одном конце коридора, а другое – в другом, у туалета и мерзкой стеклянной стены. Получается, что центр коридора освещается только резким электрическим светом. И скамеек тут мало. Две возле меня и одна у туалета.

А красная кнопка все горит.

Я слышу за дверью разные крики врачей. Порою брань, порой что-то вроде «Да, правильно», но чаще всего «Скальпель, срочно». Или что там обычно нужно этим людям в белых халатах?

Один из них вышел. Я машинально встал.

«Нет, нет» - стал отмахиваться от меня он руками по локоть в крови. Мужчина побежал в другой конец коридора чтобы смыть кровь. «Странно, разве у них нет раковины в операционной» - подумал я. Врач был уже в середине коридора, а за ним вырисовывалась дорожка из капель крови моей жены. По белой больничной плитке. Где-то побитой. Где-то в царапинах.

Он возвращался. Тогда я снова встал. Он даже не дал мне сказать что-либо. Или спросить.

«Осталось немного» - мужчина изобразил улыбку и зашел в операционную.
Через пол часа меня посетила уборщица. Я всегда думал, что уборщики – женщины в возрасте, весьма тучные, с жиденьким пучком волос и в длинных старых юбках. Но передо мной предстала молодая девчушка. Я бы не дал ей и 18. Худая, я бы даже сказал, тощая. Волосы длинные, завязанные в конский хвост. Сама одета в джинсы и розовую футболку. Хоть что-то не белое. Она окинула меня взглядом. Отвернувшись, начала вытирать кровь моей жены с белой плитки. Где-то побитой. Там тряпка зацеплялась или вовсе рвалась. А где-то в царапинах.

На восьмом часу операции выбежало два врача. Тоже руки в крови. Но эти побежали вниз. Девушка хотела им что-то сказать, я так понимаю, поругаться. Она только отмыла кровь моей жены с белой плитки, а тут снова. И она снова начала мыть пол.

«Вы, наверное, весь день на ногах. Присядьте, отдохните. К тому же, я боюсь, они не раз еще будут выбегать с окровавленными руками» - я предложил присесть молодой даме.

«Нет, спасибо. Моя смена заканчивается. Осталось немного.» - и девушка спустилась вниз.

Тут же поднялись те двое врачей и еще четверо. Среди них было две женщины. Кажется, я заснул.

Я проснулся ранним утром от сильного удара. Это раскрылись двери реанимации. Врачи бранились. Руки у всех в крови. Мужчины утешали женщин. Они все большой компанией вышли из операционной.
Ко мне подошла медсестренка.

«Вы… подойдите, попрощайтесь» - робко произнесла она. Врачи уже спускались по лестнице.

Я вопросительно посмотрел на нее.

«Она пришла в себя. Но… осталось немного». – И девушка, расплакавшись, убежала.

«Новенькая» - подумал я. Я пошел к жене. Она лежала на окровавленном столе, вокруг кровь. На белом полу. Где-то побитому. Где-то в царапинах. Даже на стенах была кровь. Все приборы врачей тоже были в крови. Я подошел ближе к ней. Она смотрела на меня. Хотела было что-то сказать, но не успела. Глаза ее закрылись. По моей коже пробежался холод.

Кричащая тишина заполонила комнату. Свет утренних солнечных лучей резал глаза. Белые стены сводили с ума. Запах крови. Я осмотрелся. На свету, над телом моей жены, летали белые пылинки, как блестки, как маленькие крупицы ее души.

~Luviada


+7


Ссылка на этот материал:


  • 70
Общий балл: 7
Проголосовало людей: 1


Автор: Luviada
Категория: Философия
Читали: 66 (Посмотреть кто)

Размещено: 15 ноября 2015 | Просмотров: 99 | Комментариев: 1 |

Комментарий 1 написал: Аноним Шолта (16 ноября 2015 17:38)
Дело ваше, конечно. Что философского в интерьерно-пейзажной лирике, я не уловил. Рассказчик представляется скорее ненавистной ему белой стеной, нежели человеком смотрящим со стороны. Эмоции и чувства отсутствуют. Может все-таки главным героем была стена? Повторюсь, "дело ваше, конечно".

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
 
 

 



Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
© 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.