«    Май 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 5
Всех: 6

Сегодня День рождения:



В этом месяце празднуют (⇓)



Последние ответы на форуме


Рекомендуйте нас:

Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



Интересное в сети




 

 

-= Клуб начинающих писателей и художников =-



Быстрый ответ Ответить
 Выдуманные места
Кеттариец
2 марта 2017 20:34
Сообщение #1


Активный участник
  • 51

Репутация: - 10 +
Группа: Начинающие
Сообщений: 284
Регистрация: 4.08.2015
ICQ:--
[font=Verdana]Тайна двух парикмахеров


Этот городок всегда был таким маленьким, что никто никогда не называл его городом. Кроме, разве что, местного главы, да и то в особых, требующих официального обращения случаях. Если посмотреть сверху на большую подробную карту Северной Америки, вы вряд ли сможете его найти, настолько он мал. Пожалуй, его можно всё же увидеть с помощью спутника, что во множестве бороздят небесный купол, но кому в голову придёт искать его? Это один из сотен или тысяч маленьких городков Америки, ничем не выделяющийся среди прочих. Там живёт всего-то чуть более трёх сотен жителей. Зато в городке есть маленький супермаркет, школа, больница, пожарная часть, почта, церковь, настоящий кинотеатр, полицейский участок, обязательная мэрия и целых две парикмахерские. Вот самые популярные места среди местных жителей, если не считать пары питейных заведений и маленьких лавочек, торгующих полезными и не очень товарами.
И если со всем остальным вроде бы понятно, то две парикмахерские для такого городишки были явным перебором. Вы, возможно, удивитесь, но местные жители не очень-то любили стричься и бриться, поэтому вал посетителей парикмахерским никогда не грозил. К тому же они располагались на разных концах городка, достаточно далеко друг от друга.
Странность же заключалась вот в чём: в одной парикмахерской нередко бывали посетители, желающие что-нибудь сделать со своей отросшей шевелюрой, тогда как в другую почти никто не заходил.
На южной окраине цирюльню держал пожилой мистер Браун. Он был самым лучшим парикмахером, какого когда-либо знал этот городишко, а возможно, и целый штат. По молодости он даже участвовал в различных состязаниях и заслужил кучу наград и дипломов, которые теперь украшали все стены и полки в его парикмахерской. Конечно же, все они были добыты в честной борьбе с другими брадобреями и очень далеко от этих мест.
А ещё мистер Браун был весьма разговорчивым и добрым малым. Люди постарше часто приходили к нему, и не столько, чтобы постричься, сколько поболтать. Да и дети его тоже любили. Ещё бы, ведь он знал множество забавных историй и частенько вспоминал приключения своей бурной молодости. А детей он баловал жевательными конфетами, которые сам очень любил и всегда держал в избытке.
Всегда приятно было видеть этого крупного седого старика за работой, слушать его глубокий и в то же время негромкий смех сквозь пышные усы. К нему любили заходить даже те горожане, которые жили на другом конце городка.
Что касается второй цирюльни, то о ней мало чего хорошего можно было сказать. Она и находилась на северной окраине, что довольно далеко от центральной площади и более обжитых южных территорий, так ещё и хозяин у неё был странный.
Все знали мистера Вуда как одинокого, необщительного и весьма угрюмого старика с неприятной залысиной на макушке. Его высокая, но обычно сгорбленная сухая фигура с тощими руками и длинными скрюченными пальцами вызывала мало приятных ощущений у тех, кто его встречал. Слава Богу, старик Вуд не часто посещал публичные места и редко пугал своим видом маленьких детей. И если вы спросите кого-нибудь об этом пожилом джентльмене, то вряд ли услышите в ответ что-то вразумительное. Никто толком ничего не знал о его личной жизни или о прошлом. Никто не ходил к нему стричься. А если и ходил, то уж точно не признался бы в этом. Такой вот был этот мистер Вуд неприятный малый.
Дети боялись мистера Вуда по вполне понятной причине: он казался им воплощением необъяснимого потустороннего зла, которое, если верить писателям, непременно таится в каждом маленьком городке североамериканского континента. Его суровый вид и грубоватые манеры, острый, словно у коршуна, взгляд вселяли суеверный ужас в юные сердца.
Конечно же старик не был чудовищем или маньяком, кто бы что себе там ни думал. Он даже изредка посещал церковь, избегая, впрочем, воскресные службы по причине их многолюдности. Но была у него какая-то страшная тайна, не дающая покоя пытливому уму. А воображение, у кого оно было, всегда предлагало самые ужасные и нелепые объяснения. И вот однажды эта тайна была раскрыта.
Неподалёку от парикмахерской Вуда жил мальчик десяти лет по имени Джимми. Был он тихим и скромным молодым человеком, прилежно учился и иногда играл с соседскими ребятами. Но настоящим увлечением Джимми были загадки и тайны. В свои десять с небольшим он прочитал столько детективных и фантастических книжек, сколько могли позволить себе купить его родители. Разум мальчика как губка поглощал новые истории, подпитывающие его и без того богатое воображение. И вот однажды он обратил своё внимание на загадку, которая всегда была у него под носом.
С раннего детства мать водила Джимми стричься к мистеру Брауну. Как и все малыши, мальчик обожал усатого цирюльника и с радостью уносил от него горсть жевательных конфет в подарок. Это были разноцветные фигурные мармеладки с самыми разнообразными вкусами. Мистер Браун говорил, что они помогают волосам расти быстрее, поэтому люди часто возвращаются к нему. Конечно, это была шутка. С годами Джимми научился понимать некоторые шутки мистера Брауна, разумеется, кроме тех, которые предназначались взрослым.
Но в последнее время он понял и ещё одну вещь: не смотря на то, что мистер Браун был хорошим парикмахером и вообще приятным человеком, ходить к нему в такую даль просто, чтобы постричься, было неразумно, ведь другая парикмахерская была всего в нескольких шагах от дома. Когда же он задал этот вопрос матери, то получил весьма пространный ответ, означающий приблизительно то, что походы на южную окраину стали для неё своего рода привычкой.
Не удовлетворившись объяснением, Джимми стал расспрашивать соседских детей, куда их водят стричь волосы. Оказалось, что все как один посещали только одну парикмахерскую. И никто, совсем никто не ходил в ту, что находилась так близко.
Здесь притаилась какая-то загадка: если дети и их родители, живущие по-соседству, не ходят к мистеру Вуду, почему его заведение до сих пор работает? Ведь, судя по вывеске на двери, оно было открыто каждый день, кроме воскресенья.
И Джимми начал следить. Он стал чаще гулять недалеко от этого дома, или же читал книгу, сидя на скамейке через улицу, или ходил в магазин и в школу именно этой дорогой, делая небольшой крюк. Конечно он не мог держать странную парикмахерскую под наблюдением круглые сутки, всё-таки надо было ещё и учиться, но кое-что Джимми удалось выяснить.
Во-первых, мистер Вуд не всегда находился на рабочем месте и часто отлучался по разным делам, оставляя дверь открытой. Во-вторых, животных он любил явно больше, чем людей. Джимми частенько замечал, как старик украдкой подкармливает соседских кошек. Кошки, как ни странно, от этого не умирали. И, в-третьих, кое-кто всё же приходил к нему.
Примерно раз в месяц один таинственный джентльмен наведывался к мистеру Вуду. Парикмахерская в этот день не работала, о чём гласила вывеска на двери. Очевидно, хозяин готовился к приходу гостя и не хотел, чтобы его беспокоили случайные посетители.
Именно табличка с надписью «Закрыто» впервые привлекла внимание юного Джимми, однако, занятый своими делами, он не видел, чтобы к старому парикмахеру хоть кто-нибудь заходил. Но под вечер, когда в домах зажигают свет, чтобы разогнать подступающий сумрак, возвращаясь домой с прогулки, он заметил две неясные тени в зашторенных окнах парикмахерской.
Несколько недель спустя вывеска «Закрыто» снова красовалась на двери с самого утра. Хозяина нигде не было видно, и за целый день никто не входил и не выходил оттуда. Устав играть в детектива, Джимми собрался идти домой, чтобы не опоздать к ужину, как вдруг заметил странного мужчину, открывающего дверь парикмахерской, не смотря на предупреждающую надпись. Всё произошло очень быстро: вот дверь открылась, словно её и не запирали, и вот он уже скрылся внутри помещения. Впрочем, разглядеть, кто это был, мальчику всё равно бы не удалось. На таинственном посетителе был длинный плащ, скрывающий фигуру, и широкополая старая шляпа, так что лицо его всё время оставалось в тени.
За ужином Джимми спрашивал родителей, не знают ли они, кто мог приходить к мистеру Вуду и зачем. Но они только пожимали плечами, удивившись, что такое вообще возможно.
Ещё несколько раз в течение года Джимми наблюдал загадочного гостя мистера Вуда, но так ни разу и не смог опознать его, как ни старался. Обычно тот появлялся под вечер, когда солнце скрывалось за горизонтом, постепенно теряя власть над миром. Тогда-то он и приходил, словно тёмные дела требовали свершения лишь под покровом ночи.
И вот однажды Джимми набрался смелости и решил, что пришла пора раскрыть тайну незнакомца. Этот день вообще был особенным: у мальчика всё получалось, за что бы он ни брался, словно удача забралась к нему в задний карман штанов.
Как и прежде, никто, казалось, не видел, как к дому мистера Вуда подошёл человек в поношенном плаще и шляпе и скрылся за дверью парикмахерской. Джимми оглядел улицу, но соседей поблизости не обнаружил, даже местные собаки куда-то запропастились.
В городок пришла осень. Вечерело значительно раньше, и уличные фонари давно горели. Джимми поднял воротник куртки повыше, а кепку натянул козырьком до самых бровей. Так он больше походил на классического детектива из книг, расследующего важное дело. Перейдя через дорогу, он приблизился к двери парикмахерской и потянул за ручку. Как ни странно, дверь оказалась не заперта и легко без скрипа отворилась, впуская вечернюю прохладу в помещение. Внутри было темно, но свет уличных фонарей помогал разглядеть детали обстановки.
Поколебавшись несколько секунд, мальчик вошёл, осторожно затворив за собой дверь. Не то чтобы он совсем не боялся, скорее испытывал сильное волнение сродни тому, что возникает, когда приближаешься к разгадке века.
Служебное помещение, которое мало чем отличалось от парикмахерской мистера Брауна, разве что было значительно меньше, он преодолел на цыпочках. Дверь у дальней стены была открыта и вела в коридор, едва освещаемый со стороны одной из комнат. Оттуда же, откуда лился прямоугольник света, доносились какие-то неясные звуки, будто двигали тарелки по столу. Однако разговоров слышно не было, и это настораживало.
Тише мыши Джимми прокрался по коридору и заглянул в освещённое помещение. Его взгляду открылась просторная, уютно обставленная кухня с небольшим обеденным столом посередине. На столе стоял чайный сервиз, и две чашки, наполненные до краёв, уже дымились от горячего чая.
Сначала ему даже показалось, что на кухне никого нет, но спустя мгновение склонившаяся до того момента над духовым шкафом фигура выпрямилась во весь рост. В высоком худом человеке Джимми сразу узнал мистера Вуда. В руке у того что-то блеснуло. И, едва старик собрался повернуться в его сторону, мальчик отпрянул назад, в спасительный полумрак коридора. И едва не подпрыгнул на месте, так как налетел спиной на нечто, чего раньше там не было. Чьи-то огромные руки обняли его за плечи, и он закричал.
- Тише, тише, молодой человек, - сказал чей-то добродушный и знакомый голос и добавил, обращаясь к старику на кухне: - Гляди-ка, я и не знал, что у нас будут гости.
Мистер Вуд выглядел озадаченным. В руке он держал лопатку для пирога.
- Я никого не звал, - сказал он своим сухим скрипучим голосом. Затем взгляд его прищурился, а брови сложились в сердитую галочку. – Это же соседский мальчишка Джимми. Что тебе здесь надо, сорванец? Сначала следишь за мной дни напролёт, а теперь вот в дом забрался. Отвечай, что хотел утащить!?
Джимми перестал вырываться. Он уже узнал мистера Брауна, на которого налетел в темноте, но дар речи не спешил к нему возвращаться.
- Успокойся, брат, - мягко сказал мистер Браун. – Уверен, молодой человек не собирался ничего у тебя воровать. Я знаю Джимми, он хороший мальчик, не так ли?
Старик присел перед Джимми на корточки и внимательно посмотрел в глаза.
- Скажи нам, зачем ты пришёл. Уверяю тебя, ни я, ни мистер Вуд не сделаем тебе ничего дурного.
Мальчик собрался с силами. Всё-таки не престало юному сыщику трусить, и он выпалил:
- Я просто хотел узнать, кто приходит в гости к мистеру Вуду. Вот и всё.
Старики переглянулись между собой. Мистер Браун усмехнулся в усы.
- Ну, теперь-то ты знаешь, не так ли? Так уж получилось, что мистер Вуд – мой родной брат, и я часто навещаю его. А ты хочешь знать, зачем я к нему прихожу каждый месяц?
Джимми кивнул так, что кепка едва не слетела с его головы.
- Дело в том, Джимми, что мой брат – единственный настоящий парикмахер на всю округу, который может позаботиться о моих седых волосах. Я же не могу сам себя постричь.
Мальчик коротко взглянул на мистера Вуда. Тот уже не выглядел таким уж сердитым. К тому же поварской фартук и лопатка в руке придавали его грозной фигуре более домашний вид, чем обычно.
- И, кроме того, - продолжил мистер Браун, - он готовит просто невероятный вишнёвый пирог по рецепту нашей матушки, упокой, Господь, её душу.
Старый парикмахер с кряхтением поднялся и прошёл к столу.
- Что ж, Джимми, - сказал он, присаживаясь, - раз уж я ответил на все твои вопросы, не составишь ли нам компанию за чашкой чая. Думаю, мистер Вуд, будет не против угостить тебя пирогом.
Мистер Вуд наконец-то вспомнил, что собирался делать, и достал из духовки горячий противень с пирогом. Чудесный аромат разнёсся по кухне, вызывая у всех присутствующих острое желание немедленно откусить кусочек побольше.
- Конечно, не против, - в своей обычной ворчливой манере бормотал старый цирюльник, доставая ещё одну чашку из шкафа. – Как я могу быть против, если гости сами приходят к столу. Только в одежде не садись, снимай куртку и шапку и брось вон там.
Джимми сделал, как ему велели, и они сели пить чай. Он и представить себе не мог, что тайна двух парикмахеров будет иметь столь неожиданную и приятную разгадку.


Сообщение отредактировал Кеттариец - 2 марта 2017 18:38
Перейти в начало страницы
Вставка цитаты
Кеттариец
2 декабря 2017 21:07
Сообщение #2


Активный участник
  • 51

Репутация: - 10 +
Группа: Начинающие
Сообщений: 284
Регистрация: 4.08.2015
ICQ:--
Возвращение

Высоко в горах жил один человек. Не было у него ни жены, ни сына. Не было даже домашних питомцев. Лишь звери лесные да птицы были его единственными друзьями, по крайней мере только с ними он и разговаривал, не имея иных собеседников. Они часто навещали его, приманенные оставленной за порогом пищей. Так он и жил вдали от человеческих поселений, не встречая других людей и не стремясь к общению с ними. Хотя во время охоты не раз видел издали в горах других охотников и даже туристов с большими рюкзаками, но никогда у него не возникало желания подойти ближе и заговорить с ними. Никогда его не интересовало, чем они заняты, куда держат путь и что оставили за спиной, уходя из дому.
Вероятно, даже охотники не знали о существовании маленького домика высоко в горах и о его хозяине. Хотя далеко внизу, у подножия горного хребта расположился небольшой городок, и в большой красной книге с красивым кожаным переплётом его имя значилось среди множества других имён местных жителей. Но помнить об этом было некому, да и незачем.
Однако мужчина не слишком бы огорчился, узнав, что время стёрло всякое упоминание о нём из памяти других. Когда-то он сам разорвал связи с тем миром, и людские дела перестали тревожить его сердце. Возраст его давно перевалил за порог зрелости, а седина в бороде могла бы соперничать с белизной снежного покрова, но тело ещё было крепко, а руки и ноги позволяли совершать те же дела, что и раньше, пусть и не с таким проворством.
Как-то ночью ему приснился довольно странный сон. Он был такой яркий и живой, будто и не сон вовсе, а видение наяву. Приснилось, что стоит он на пороге своего дома и видит огромное, выстроенное из досок и брёвен сооружение, спускающееся с горы, а вокруг собралось видимо-невидимо лесного зверья. Хищники и травоядные, животные и птицы заполнили всё пространство вокруг его дома. Галдящие и рычащие, они создавали настоящую какофонию звуков. И вся эта живность, беспрестанно шевелящаяся, как единый живой организм, внезапно, как по команде, замерла, и сотни глаз уставились на него…
Проснулся он в недоумении, ничего подобного прежде ему не снилось. Весь следующий день, занимаясь хозяйством, он вспоминал об этом и никак не мог отогнать наваждение. Но самое удивительное, что ночью сон повторился. То же случилось и на следующую ночь. Словно неведомая сила настойчиво, раз за разом отправляла ему послание, смысл которого он не мог разгадать, как ни старался. Мучаясь размышлениями и не находя ответов, он стал замечать за собой некоторую рассеянность, как-то забыл даже вынести за порог еду для лесных друзей. И никто во всей округе не смог бы ответить на его вопросы.
И вот однажды ему пришла в голову любопытная идея: что, если заговорить с животными прямо во сне, узнать, наконец, чего они хотят от него? С этой мыслью он и лёг спать.
В который раз он увидел себя в окружении зверья и странную конструкцию, спускающуюся с горы на добрую милю. Она чем-то напоминала деревянный мост на опорах, но имела одно существенное отличие: поверхность необыкновенной дороги лежала под сильным наклоном, повторяя очертания склона горы, и конец её терялся в зыбком тумане, затрудняющем видимость.
Забыв о своём намерении, мужчина спустился, чтобы рассмотреть сооружение поближе. Никто ему не препятствовал, звери послушно расступались, уступая ему дорогу.
Наклонную конструкцию венчала небольшая ровная площадка с поручнями по бокам. Он постоял наверху, вглядываясь в туман, но так и не сумел разглядеть, далеко ли тянется дорожная лента. Затем, спустившись к опорам, долго бродил вдоль и под конструкцией, пробуя на ощупь шершавую поверхность брёвен, изучая, как она устроена, каким образом скрепляются между собой опоры и как поддерживают полотно. Он подумал, что мог бы построить нечто подобное. И едва эта мысль коснулась его сознания, сон как рукой сняло.
Покончив с домашними делами, человек принялся за работу: отыскал в лесу подходящие деревья, а в сарае необходимый инструмент, расчистил площадку для строительства и стал свозить поваленные стволы деревьев к дому, используя простоявший несколько лет без дела старенький четырёхколёсный вездеход. Постепенно конструкция начала расти и приобретать форму. Процесс это был долгий и трудный, но он и не рассчитывал на скорое завершение. Как раз напротив, время от времени его посещала одна довольно навязчивая и грустная мысль, что предприятие, которое он взвалил на свои старческие плечи, вполне может стать последним в его жизни. Тем не менее, работа не прекращалась ни на один день.
Звери перестали навещать его во сне, однако он по-прежнему бродил вдоль опор, осматривая их, сравнивая с теми, что сооружал на яву, и оставался доволен тем, что увиденное во сне соответствовало реальности.
Многие дела и труды, которыми он занимался прежде, пришлось оставить. Строительство требовало слишком много времени. Однако он трудился без одержимости, размеренно, руководствуясь не творческим вдохновением, а скорее долгосрочным планом. Кроме того кое-какие дела по хозяйству, а также необходимость в добывании пищи игнорировать было решительно невозможно. Поэтому, а также и потому, что конструкция получалась внушительного размера, значительно превосходя его скромное жилище с хозяйственными пристройками, работа заняла многие месяцы.
Сезоны сменяли друг друга, но постройка велась в любую погоду и постепенно приблизилась к своему завершению. Последние несколько дней он работал вдвое усерднее, испытывая неожиданный прилив сил. Во сне ему открылось, что дорога не заканчивается в нижней точке, она делает крутой подъём, образуя подобие взлётной полосы. Но каким целям служит эта особенность конструкции, он, конечно же, не знал.
Ночью пошёл сильный снег. Он валил густыми хлопьями, заполняя собой каждый клочок воздуха. Наутро гора и лес, покрывавший её склоны, дом и удивительная дорога оказались укрыты под толстым снежным покрывалом, стирающим очертания вещей.
Ещё несколько дней мужчина потратил на то, чтобы расчистить подходы к дому и дорожное полотно от снежных заносов. Наконец, с чувством выполненного долга он уселся в кресло на веранде, заварив себе травяного чая, и вдруг осознал, что не знает, что дальше делать. Сны ничего не говорили на этот счёт. Тогда он решил для себя, что волноваться не стоит, рано или поздно он получит ответ.
Под утро ему приснилась жена. Она была так же молода и прекрасна, как в тот злополучный день. На руках она баюкала малыша, его сына.
Проснувшись, он заметил, что подушка мокра от слёз. Много лет прошло с тех пор, как он плакал в последний раз. Воспоминания о прошлом смешались с воспоминаниями о сновидении. Кажется, она что-то говорила ему, но внезапно нахлынувшие чувства помешали восстановить в памяти её слова. В них было нечто важное, но он забыл и проклинал себя за это.
Целый день мужчина был сам не свой, ходил в подавленном состоянии, делал что-то, не задумываясь, мучительно пытаясь собрать в уме осколки сна. А к вечеру почувствовал себя невероятно уставшим и провалился в сон, едва добравшись до постели.
Она сидела на краю кровати, так близко, смотрела на него с печальной улыбкой, прижимая к груди ребёнка. Он приподнялся, чтобы лучше видеть её, испытывая при этом целую гамму противоречивых чувств. В душе бурлили и радость и страх, вина и печаль, сомнение и надежда. Кажется, они разрывали его сердце на части, не давая вымолвить ни слова.
«Ты не виноват», - прошептала она, стараясь не разбудить малыша. Её улыбка всё объясняла. – «Ты должен кое-что сделать. Нечто очень важное для меня. Для всех нас».
«Что сделать?» - с трудом выдавил он сквозь ком в горле.
«Дорога. Дорога поможет тебе», - загадочно промолвила она.
«Я не понимаю».
Она склонилась к сыну, погладила нежно по голове. Боль от потери, притупившаяся со временем, вновь охватила его сознание, сжала, сдавила со всей тяжестью. Словно почувствовав перемену в его настроении, она легонько дотронулась до его руки, успокаивая.
«Я покажу». – Её глаза неожиданно вспыхнули изнутри голубоватым свечением…
Он проснулся, всё ещё чувствуя прикосновение на руке. На сей раз он помнил всё отчётливо.
Одевшись, мужчина вышел за порог. Но дальше не смог сделать ни шага. Сначала он подумал, что всё ещё находится в объятьях сна, поскольку увиденное противоречило тому, что он знал о реальности. Казалось, перед домом собрались все дикие звери, обитавшие в здешних горах. Количество их не поддавалось подсчёту. Животные и птицы топтались, бродили, переминались с ноги на ногу, искали себе место, вытаптывая поляны в снегу, ничуть не смущаясь друг друга. Хищники, позабыв на время об охотничьих инстинктах, теснились рядом с травоядными, которых, похоже, оставил всякий страх. Вся эта животная масса беспрестанно двигалась, издавала сотни различных звуков и запахов. И вдруг мужчина заметил, что все взоры обращены к нему. Стало заметно тихо, хоть и не так, как во сне, кое-где слышались ещё приглушённое ворчание и ропот десятков голосов. И всё же это было неестественно и пугающе, настолько, что волосы зашевелились на макушке.
Кое-как взяв себя в руки, человек решительным шагом направился к сараю, откуда достал пару широких, заранее смазанных лыж. Он старался не думать о том, что мог окончательно тронуться рассудком после многих лет одиночества и изоляции. Отгоняя прочь малодушные мысли о безумии и близости смерти, он попытался представить, что происходящее с ним является частью очередного сна, хотя все чувства говорили об обратном. Но, так или иначе, он обязан сделать то, о чём она просила его, выполнить последний долг. Долг, который невозможно было вернуть в прежней жизни.
Звери, будто дрессированные, расступались перед ним, освобождая проход к расчищенной от снега площадке. Пасмурное небо застилала пелена низко висящих тяжёлых облаков, но осадков не было, и скат дороги хорошо просматривался до конца, где её венчал небольшой, но довольно крутой подъём. На секунду у него закружилась голова, и мужчина зажмурился, пытаясь совладать с собой. Сказать, что он не чувствовал страха в этот момент, было бы откровенной ложью, но до сих пор ему удавалось как-то справляться с ним.
Не успел он надеть лыжи и застегнуть крепления на ногах, как сзади послышалось глухое ворчание. Он узнал голос медведицы даже не оборачиваясь. Грозное массивное животное приближалось к нему, удерживая зубами некий предмет. Мужчина едва не хлопнул себя по лбу, поняв, что едва не совершил непростительную ошибку. Видимо, потрясение, вызванное необычным поведением животных так подействовало на него, что он вспомнил о рюкзаке, лишь когда увидел его в звериных зубах. Именно его охотничий рюкзак принесла медведица из сарая и аккуратно положила почти у самых ног человека. Затем торопливо развернулась и побрела занимать свободное место среди прочих зрителей.
Закинув рюкзак за плечи и застегнув лыжные крепления, он осознал, что обратного пути нет. Перед ним разверзлась пропасть неизвестности.
Мужчина закрыл глаза, постарался вызвать в памяти её лицо. Она успокаивала его. «Это ради нас», - говорила она во сне. – «Ради нас ты полетишь к небу. Они погибнут, если ты этого не сделаешь. Ничего не бойся. Просто верь мне».
И он поверил.
Равновесие держать было трудно. Скорость росла слишком быстро, а воздух давил на грудь всё сильнее. Он наклонился вперёд на сколько можно, вытянулся в струну. Хорошо смазанные лыжи несли его к концу дорожного полотна с неимоверным ускорением. Несли его к пропасти.
И вдруг он почувствовал, что опоры под ногами больше нет. Он взвился в небеса, а горы и лес со всеми его обитателями провалились далеко вниз. Множество раз он видел покрытые снегом склоны гор и долину с высоты обрыва, но теперь всё стало иначе. Без тверди под ногами восприятие окружающего пространства обострилось. И вид заснеженной земли, её первозданная красота, казавшаяся раньше чем-то само собой разумеющимся, привычным, завораживала и потрясала до глубины души. Не сразу пришло осознание того, что он больше никуда не летит. Не летит, не поднимается и не падает, хотя последнего как раз и следовало ожидать в итоге. Воздух вдруг стал чрезвычайно плотный, вязкий, собрался вокруг ватным коконом, затрудняющим дыхание.
«Вот и всё, - отстранённо подумал он. – Какая странная смерть».
Внезапно небо над головой потемнело сильнее прежнего, в нём проступил силуэт чего-то огромного, чужеродного. Нечто невероятных размеров проступило на фоне облачной пелены. Оно не имело чётких очертаний, но больше всего напоминало прямоугольный лист металла, дальний край которого оставался за пределами видимости. Всю его поверхность покрывала мозаика разноразмерных плит, и росчерки голубоватых молний проскальзывали по швам этой исполинской мозаики.
Большего мужчина рассмотреть не успел, поскольку потерял сознание.
Небытие длилось, казалось, не дольше нескольких секунд, однако, открыв глаза, он понял, что больше не висит в воздухе, а лежит на полу. Впрочем, поверхность можно было назвать полом лишь за отсутствием более подходящего определения, так как она оказалась мягкой, тёплой и светилась изнутри жёлтым. А вот стен совсем не было видно.
Мужчина с трудом поднялся, пытаясь осмотреться, и взгляд его остановился на пятне яркого свечения, на глазах развернувшегося в прямоугольный проём в нескольких метрах от него. Из проёма показалось существо.
Оно выглядело удивительно и даже невероятно похожим на большую птицу с длинным клювом. На высоких тонких ногах, сплошь покрытое длинной белой шерстью, оно возвышалось над человеком, а выразительные умные глаза рассматривали гостя с неподдельным интересом.
Птица промурлыкала что-то нечленораздельное, издавая гортанные звуки и подкрепляя речь движением рук-крыльев. Конечно же её слова остались непонятны. Тогда она сделала вид, будто снимает что-то со спины, и указала на человека.
Сомнений не осталось - существо просило снять рюкзак. Рюкзак, который ему принесла медведица. Тот самый, что хранился в подсобке, и о котором упоминала его покойная жена в недавнем сне. Какая-то поразительная, невероятная и всё же осуществившаяся цепочка событий привела его сюда, к этой чудо-птице, и важным, если не важнейшим элементом произошедшего оказался старый походный рюкзак.
Внезапная догадка осенила его, прояснила рассудок и, как это часто бывает, заставила почувствовать себя глупцом. Что бы он ни принёс с собой в рюкзаке, это следовало выяснить прямо сейчас. Словно в ответ на его размышления за спиной что-то легонько зашевелилось.
Мужчина поспешил снять рюкзак и осторожно поставил его на мягкий пол. К своему немалому удивлению он увидел, как оттуда выбирается маленький пушистый комок шерсти с коротким клювиком, распрямляет лапки и, забавно попискивая, бежит навстречу птице. Существа обнялись как близкие, как мать и дитя после долгой разлуки. Они издавали нежные рокочущие звуки, крепко сжимая друг друга крыльями.
Слёзы покатились по его морщинистым щекам, впервые за долгие годы мужчина почувствовал себя счастливым, став свидетелем воссоединения чужой семьи. Хотя они и выглядели как персонажи детской сказки, но в их поведении было так много человеческого, что невозможно было оставаться безучастным. От избытка чувств он опустился на пол. Мгновение спустя к нему подошёл птенец. Он легонько дотронулся до человека своим маленьким крылом, и перед затуманенным взором того возник, словно соткался из остатков сновидения, нечёткий образ жены. И её голос, такой знакомый и такой близкий, зазвучал в голове: «Я буду помнить тебя. Ничего не бойся. Возвращайся домой».
Его вернули на самый порог дома, откуда он уходил утром без надежды на возвращение. Мягкий воздушный кокон бережно опустил мужчину на ноги, и спустя минуту в небесах, налившихся тяжестью, не осталось и следа пребывания чужаков. От душевных переживаний и от усталости его ноги едва не подогнулись. Кое-как он добрался до кресла на веранде и рухнул в него. Животных, окруживших его дом накануне, уже не было, только вытоптанный сотнями следов снег да тропы, расходящиеся во всех направлениях, говорили об их недавнем пребывании и реальности произошедшего. Очевидно, то, что привело их сюда, больше не имело над ними власти, и природа возвратилась к своему вечному круговороту жизни и смерти.
Неделю спустя, когда небо прояснилось и горные тропы стали менее опасны для осмотрительных путников, мужчина, собрав в дорогу кое-какие пожитки, запер дом и отправился в долину. Город встретил его заснеженными домами и чистыми улицами.
Посетив городскую ратушу, церковь и кое-кого из стариков, с кем был знаком много лет назад в прошлой жизни, он, наконец, отыскал нужный дом. В этом доме жила семья из трёх человек. Женщина приходилась двоюродной племянницей его жены, и до сих пор он не знал о её существовании. Поначалу это удивило и даже обрадовало его, но теперь, стоя на пороге их дома и не решаясь позвонить, он испытывал вполне объяснимое сомнение и даже страх перед неизвестностью.
«Ничего не бойся», - словно бы прошептал до боли знакомый голос в его голове. Мимолётное воспоминание, которое придало ему столь необходимой решимости. Он собрался с духом и нажал на кнопку звонка.
Дверь отворилась, за порогом стояла девчушка лет восьми-десяти с забавными косичками на светлой головке. На девочке была симпатичная пижама с медведями, а в руке она держала карандаш.
- Здравствуйте, дедушка, - вежливо и очень серьёзно, по-взрослому произнесла она.
- Здравствуй, милая, - дрожащим от волнения голосом ответил он.
- Вы, наверное, к маме? Я сейчас её позову. – Она собралась уже идти, но вдруг остановилась. – А как вас зовут?
Старик улыбнулся.
Перейти в начало страницы
Вставка цитаты
 
« · Проза · »
Быстрый ответ Ответить
1чел. читают эту тему (гостей: 1)
Пользователей: 0

 
 

 



Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
© 2009-2020 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.