Помнишь нашу первую встречу в лесу? День был необычно холодный для лета. Ты охотился, а я помешала убить лань. Как же ты был удивлен! Вытащил стрелу из моей руки, и сказал, что эльфов не бывает, а я рассмеялась. Откуда тебе было знать? За много веков мы научились скрываться от людей. А ведь когда-то мы были одним народом, жили мирно и счастливо. Но нашлись мятежники, пожелавшие получить власть над всем миром - они развязали войну и победили. А проигравшие ушли в лес. Прошло столько времени, многое изменилось, но вы, все так же, воинственны и жестоки. И у вас уже нет крыльев… Потом мы часто виделись в лесу. Я, уже не скрываясь, вытаскивала зайцев из твоих силков и распугивала стайки птиц. Ты сердился, а потом смеялся и просил научить тебя летать. И я учила. Я учила тебя забывать всё плохое; отпустить обиды, гнев, гордыню; жить в мире со всеми. И ты снова сердился, потому что не верил. А помнишь, когда ты впервые услышал песнь ручья? Ты радовался, как ребенок, а я взяла тебя за руки, посмотрела в твои пронзительно синие глаза и сказала: «Доверься мне и у тебя все получится. Ведь мы – одинаковые». И тогда ты стал приходить уже без лука и стрел, и я учила тебя понимать язык птиц и животных, чувствовать силу деревьев, растений… Тот день, когда ты позвал меня с собой, был таким же холодным и неприветливым, как и день нашей первой встречи. Уже была осень, и ветер закручивал разноцветные листья в причудливом танце. И даже твоя теплая улыбка не могла согреть… Ведь мы оба знали ответ – я не выживу в твоем жестоком мире. «Останься со мной, с моим народом», - я протянула тебе руку, но ты отстранился. И я увидела в твоих глазах отражение собственных страхов. «Я не могу», - ответил, голосом ставшим таким же холодным, как ветер. - «Люди не летают». Не сказав больше ничего, отвернулся. А я с тоской смотрела на твою удаляющуюся и, ставшую вдруг сгорбленной, спину. «Ты вернешься?» - крикнула я вслед, с надеждой. Ты не ответил. Думал ли ты о том, что и я не смогу летать без тебя?.. Сегодня ты пришел снова. В руке снова лук, а за спиной колчан со стрелами. Мы прощаемся навсегда. Мое сердце тяжелое как камень, а в глазах стоят слезы. Но я не прошу тебя передумать, не уходить. Моя ли вина, что ты так и не обрел крылья? Я научила тебя всему, что знала. Просто ты прав – мы разные. Я провожаю тебя на войну.
Pethen (19-го, 30 лет)
