«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 2
Filosofix Владимир Самсонов

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 13
Всех: 16

Сегодня День рождения:

  •     KADGAR (19-го, 4 года)
  •     Mary MkLair. (19-го, 21 год)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 166 Filosofix
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Жизнь, о которой никто не знал

     

    Глава 21

     

     

    Отец звонил около пяти раз, но Кира даже не думала брать трубку. Вчера он неоднократно просил прийти на выставку Генри, поговорить с ним, уладить конфликт, но ее упрямство было непоколебимо. Она не хотела слышать о нем и слова. Человек, который был для нее самым чистым из всей их семьи, оказался хладнокровным убийцей, безнаказанно живущим в свое удовольствие. Даже самые сильные и искренние чувства, когда-то рожденные к нему, не могли покрыть его деяний. Какими бы добрыми помыслами он не руководствовался тогда, он уничтожил целую семью, не достойную смерти. И она не могла простить этого ни ему, ни себе в том, что любила его.

    Она открыла самую нижнюю полку стола, где в небольшой металлической коробке лежали самые сокровенные воспоминания. Письма от Генри, сложенные в стопочку ровно по датам получения. Все они были без имени и адреса отправителя. Каждое новое письмо таило в себе самые искренние чувства по отношение к ней. Он всегда называл ее милой, хотя острота ее лица никак не подходила этому описанию. Многие мужчины считали ее женственной, красивой, иногда суровой и холодной, и только он один – милой. За все годы переписки Кира сумела сохранить каждое письмо. Она помнила не только содержание, но и каждую строчку, каждое слово. Когда ей было совсем плохо или одиноко, она доставала их и перечитывала по несколько раз, чтобы ощутить на мгновение его присутствие. Она никогда никому о них не говорила, слишком личной считалась их любовь. Эти чувства были не подвластны пониманию окружающих людей; никому не суждено было понять мир этих двоих. Она не хотела потерять это невероятное тепло внутри, поэтому не позволяла слишком им увлекаться.

    И все же она его потеряла. 

    Не развернув ни одно из писем, она швырнула их всех до единого в огонь камина. Жестокие языки пламени, словно разъяренный дракон, сожгли их дотла, не оставив ни частички от той бескорыстной и всеобъемлющей любви. В ее глазах и мыслях не было ни малейшего сожаления о содеянном. Она спокойно смотрела, как огнедышащий зверь безжалостно сжирает остатки чистого и светлого. Когда-то в детстве она так поступила со своим детским дневником – бросила в костер и уничтожила себя весте с ним.

    В пустой комнате снова раздался звонок ее мобильного телефона. Это было уже в шестой раз. Кира рассерженно подняла трубку, даже не поздоровавшись с отцом.

    - Кира, - произнес он очень серьезно, - Генри умер.

    Как же может опустеть целый мир с уходом одного человека.

    Кира стояла под высоким деревом вдалеке от всех и наблюдала за похоронной процессией. Трое мужчин выкопали глубокую яму и опустили туда гроб. Пришедшие знакомые и друзья в черных одеждах смотрели угрюмо в землю и оплакивали усопшего. Ее глаза были устремлены куда-то вдаль за горизонт. В голове все еще звенели последние слова отца и глухой отзвук почти остановившегося сердца. В тот самый роковой момент она потеряла счет времени. Она не знала, сколько простояла в неподвижном состоянии, не шевелясь, не моргая и почти не дыша. Она плохо помнила, как приехал отец и что-то рассказывал об остановке сердца и кровоизлиянии. Потом передал книгу и записку, адресованную непосредственно Кире. Это было последнее письмо от Генри, и единственное, которое у нее осталось. Ее разум все еще отказывался принимать его смерть, руки не смели прикасаться к письму. Она знала, что когда оно будет прочтено, то он исчезнет навсегда. Больше никогда она не получит от него искренних слов нежности, не увидит его воочию, и ей некого будет ждать. Весь этот проклятый месяц она ненавидела его и старалась выкинуть из жизни, и вот он ушел безвозвратно.

    Макс недолго пробыл в ее доме, лишь передал последнее слово и назвал дату похорон. Когда он оставил ее в одиночестве в пустом глухом доме, она почувствовала весь натиск потери. Она медленно подошла к потухшему камину и от бессилия упала прямо перед ним на колени. Ее руки судорожно коснулись еще теплого пепла в надежде отыскать хотя бы полуслово от одного из писем. Она, словно обезумившая, копалась в камине, поднимая пыль и пачкая лицо. Из ее гортани раздавались всхлипы ужаса и страха, ведь ничего, совершенно ничего не осталось. Все сожжено дотла: письма, ее любовь, жизнь, сердце и Генри. Это и есть конец.

    Среди его вещей, которые остались в отеле, она нашла записку от Амелии. Как же он не рассказал ей об этом? Может, она смогла бы ему помочь, спасти его от гибели, простить прошлое, несравнимое с этой тайной. Конечно, он не хотел втягивать ее в это. Он знал о своем предстоящем конце, поэтому последние мгновения жизни хотел провести именно с ней. Ее бессмысленное упрямство и высокомерие обратились против нее самой. Эта змея все же выждала удобного момента и укусила за самое слабое место; одинокая волчица, наблюдавшая очень давно с высоты гор на свою добычу, наконец-то, получила свой приз. Но это было началом. Кира это прекрасно понимала. Амелия сводит старые счеты с их семьей, истребляет по одному до самого последнего человека. Ее ожесточенное сердце желает увидеть на этом кладбище четыре надгробия в ряд, и на каждом из них высеченную каллиграфическим почерком надпись «Лейсон».

    Феликс неслышно подошел к Кире, взяв бережно за руку. Ее холодные от мороза пальцы сжали его ладонь. Все дни подготовки к похоронам он не отходил от нее ни на шаг. В ее глазах читалась виноватость перед людьми. Ей не хотелось ни о чем думать, ни о чем-либо говорить. За три дня она не проронила ни слова. Ее тень и тихие шаги иногда прослеживались среди коридоров. Она не плакала и не горевала, но убивала себя изнутри. Она корила себя только за то, что так и не позволила простить его. Феликс прекрасно знал, что ей нужно время, чтобы восстановиться после потери. Как же было глупо тогда его ревновать. Для нее он был отцом, она даже смотрела на него, как будто была его дочерью. И эта глупая ревность не стоила ни гроша, лишь бесценного времени, которое она потеряла.

    Кира отпустила его руку. Похороны подходили к концу, и народ постепенно расходился по своим обыденным делам. Жизнь шла своим чередом. Как нелепо, но ее продолжалась тоже. Впервые за столько лет уверенности и стойкости она не знала, что делать дальше.

    Она медленно подошла к машине, предупредив Феликса о том, что хочет побыть одна. Он оставил ее, хотя совершенно этого не хотел. Ее тело дрожало, ноги еле держали, а руки никак не слушались и не позволяли открыть дверь. Вдруг она почувствовала легкое движение мужской руки и нажатие на ручку дверцы. Кира устало повернулась в сторону. Перед ней стоял Фредерик. Он тоже пришел на похороны, что удивило ее, но она подала вида, лишь слегка приподняла вверх правый уголок губ.

    Фредерик завел мотор, и через секунду машина тронулась с места. Он не знал, куда ее везти, просто давил на газ и ехал вперед. А ей было все равно. Ей сейчас ничего не хотелось, если только собственную смерть.

    Он взглянул на ее отсутствующий вид. Ее нужно было отвлечь хотя бы на мгновение от этих страданий, иначе она сама себя загонит в гроб. Фредерик остановился на ближайшей парковке и заглушил мотор. Он взял ее правую руку и коснулся обручального кольца. Он давно принял решение, и медлить с ним не собирался.

    - Я составил договор на развод, - начал он, - надеюсь, ты примешь мои условия.

    Он начал аккуратно снимать кольцо, но Кира резко сжала ладонь в кулак. Ее глаза по-прежнему были устремлены куда-то вдаль. Она просидела так несколько минут, не проронив ни слова, а потом заговорила, словно из глубины своего опустошения.

    - Не верь мне…- произнесла она совсем тихо, - не верь мне, Фредерик. Никогда. Ни единому моему слову. Иначе ты останешься одним из тех верующих неудачников, чьи жизни я сломала. Я – Кира Лейсон – лживая тварь, которая играет людьми, словно в шахматы. Каждое мое слово скрывает скрытый замысел, который известен только мне. Я лгу. Я погрязла в этой лжи и сама в нее верю.

    Она подняла на него свои голубые глаза полные сожаления и бессилия.

    - Я приезжала к тебе не за разводом, Фредерик. Он мне не нужен.

    - Но как же твой…

    - Феликс? Очередная игрушка, которая нужна мне лишь на время. Я не люблю его. Мое сердце всегда принадлежало Генри.

    - Интересно, кем же для тебя все это время был я?

    - Мужем.

    Фредерик коснулся ее лица и вытер скатившуюся слезу. Ее большие голубые глаза были полны женственности и некой слабости, которые обычно покоряют мужчин, заставляют чувствовать себя сильнее. Перед ним сидела та Кира, которую он еще никогда не встречал. Ему хотелось обнять ее, прижать к себе и утешить, стать для нее той спиной, за которой она найдет свою защиту. Для него это было весьма странным ощущением, но он не мог ему противиться. Впервые за пять лет внутри него зародилось тепло по отношению к ней. Ее внешность растворялась, и он переставал видеть в ней лишь красивую картину, нарисованную первоклассным мастером. Она касалась своим взглядом самых дальних уголков его сердца. И это было действительно прекрасно.

    - Твой взгляд, - начал он, - я всегда верил только ему, но никогда твоим словам. И все же, - он отпрянул от Киры и достал из своего кейса договор, - это на случай, если твои глаза тоже умеют искусно лгать.

    В этот момент он вышел из машины и ушел прочь. Кира быстро пролистала договор, юридически подтверждающий ее беспрекословное право распоряжаться его собственностью и денежными средствами. Все, что он имел – отдавал после развода ей. Она сложила листы бумаги вдвое, разорвала на мелкие кусочки и выбросила их в окно. Затем пересела на водительское место и повернула ключ зажигания.

    Постепенно фигура ее законного мужа исчезала где-то вдалеке.

     


    +10


    Ссылка на этот материал:


    • 100
    Общий балл: 10
    Проголосовало людей: 1


    Автор: Bilberry
    Категория: О любви
    Читали: 55 (Посмотреть кто)

    Размещено: 19 июля 2015 | Просмотров: 89 | Комментариев: 3 |

    Комментарий 1 написал: Арийская Волчица (27 июля 2015 10:59)
    Тяжелая глава..
    Странное чувство, как будто сама переживаю потерю близкого друга, но жалко не Генри, а Киру.
    Понравилась исповедь Киры, чувствуется, что в ней еще осталась человечность.



    --------------------

    Комментарий 2 написал: Bilberry (28 июля 2015 10:49)
    Так и есть


    Комментарий 3 написал: S.Marke (29 июля 2015 11:46)
    Да уж, да уж. Нет, валерьянка здесь не поможет, пойду хлопну коньячку!

    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.