«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Yandex

Гостей: 19
Всех: 20

Сегодня День рождения:

  •     KADGAR (19-го, 4 года)
  •     Mary MkLair. (19-го, 21 год)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 165 johnny-max-cage
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Знак зодиака - близнецы

    Здравствуйте, уважаемые читатели. Я бы хотела предупредить Вас о том, что это не романтическая история о любви или счастливой семье, это не драма со слёзным концом. Я бы даже не назвала это одной их тех придуманных рассказов, которые заканчиваются happyend-ом или sosadend-ом. Скорее, это история о человеке, который стал загадкой для всего поколения моей подруги Юли. Я пишу это на 86 году жизни. Мои руки дрожат, и я сижу в инвалидной коляске, потому что не могу больше ходить. Мой муж знает всю историю, которую я расскажу Вам. И он не раз участвовал в ней. Моя связь с подругой была настолько крепка, что никто не смог её разорвать, даже её уж. Меня зовут Маша. И всё началось в далёком 1945.
    1945 год.
    Мне и моей лучшей подруге Юльке было по 18 лет. Мы только что окончили школу, и перед нам была свободная дорога.Мы обе поступили в университет на заочное отделение, потому что с пятого класса вынашивали идею путешествовать. Много путешествовать по всему свету. Мы мечтали съездить в Америку, Африку, Крым, Бразилию, Италию, Испанию, Париж. У нас было так много идей. Около года мы честно учились, сдавали зачёты и сессии, работали, зарабатывали деньги на нашу мечту. И в 1947 году мы впервые вырвались в Крым. Это было потрясающе. Мы так здорово провели время: отдыхали, загорали, купались, знакомились с парнями и мужчинами, танцевали, развлекались. Наверное, это был самый замечательный наш отдых. Не потому что он был самым первым, а потому что он стал последним. Больше мы ни разу с ней не ездили никуда.
    С Вашего позволения я больше не буду указывать точные года всего происходящего, так как моя память устарела, и я не помню многих чисел. В последний день нашего отдыха в Крыму мы с Юлей решили сходить в какой-то ночной клуб, который находился недалеко от нашего домика. Там было темно, было много народу, громко играла музыка. Я не находила это интересным, и поэтому мне совсем не нравилась эта обстановка. А Юльке наоборот нравилось. Мы сидели за столиком, что-то пили. Но вдруг включили медленную музыку. Тут же все распределись по парам. И тут к нашему столику подошёл симпатичный, высокий парень. Он пригласил Юльку на танец. Вот это была картина! Я так была за неё рада. Вернулись мы ночью, и ещё очень долго болтали. Ведь всю оставшуюся часть вечера он провёл с нами, проводил до дома. Юлька рассказала, что он тоже живёт в СССР, приехал на отдых. Возвращается через неделю домой. И обещал ей позвонить. Ему 25 и работает где-то там, уже и не помню точно.
    Через неделю он и правда позвонил. Как в то время, когда мы пили с Юлей чай у неё дома. Для неё оставалось загадкой, как он узнал её номер. Но с этого момента, всё у них закрутилось. Но подруга ни разу не забывала обо мне. Мы всё также проводили много времени вместе, наши дружеские традиции не пострадали. И так продолжалось около полутора года. Это было самым счастливым временем для нас обоих.
    Его звали Константином или Костей. И этот Костя сделал Юле предложение выйти за него замуж. Конечно, она его очень сильно любила и ответила тут же. Была свадьба. Я была приглашена. Все были такими счастливыми, радостными. Юля сияла, как бриллиант. А я весь вечер смотрела на Костю и не могла понять, почему я не могу довериться этому человеку. Раньше я этого не чувствовала. А на свадьбе я сидела прямо напротив него, смотрела ему в глаза и всё думала, почему его взгляд не такой, как раньше. Что-то было в его взгляде, что не давало мне покоя. Его лицо было обычным, но что-то поменялось. Я поняла это лишь со временем. И я всю жизнь жалела, что это случилось так поздно.
    Через месяц и я вышла замуж за человека, с которым познакомилась чуть позже Юльки. После того случая на свадьбе подруги я всё время чувствовала что-то не то Косте. А мой муж Юрик очень хорошо с ним общался. И уверял меня, что он хороший мужик. Я верила ему, потому что доверяла. А мысли насчёт Кости не уходили у меня из головы. Но ещё спустя два или три месяца я всё поняла.
    Был день 8 марта. Юля с Костей пригласили нас на праздничный ужин. Мы сидели в комнате за столом, разговаривали, шутили. И вдруг настала гробовая тишина, темы для разговора кончились. Но Юлька выдала что-то не очень приличное. Я поняла, что она ляпнула не подумав, чтобы не смущать гостей. Но все уставились на неё ещё больше. А точнее: я с мужем Юриком. А Костя как-то слишком громко кинул вилку в тарелку, схватил её за руку и шёпотом, но грозно сказал: «Выйди». Мы с Юлей переглянулись, но она явно знала, что сейчас будет что-то плохое. Как будто это уже случалось раньше. А для меня это было что-то новое. Я не то, что не видела Костю злым, я вообще думала, что он не умеет злиться. Даже когда Юля начинала с ним ругаться, он всегда успокаивал её, а потом уже разговаривал спокойным тоном. Я думала, что он идеальный. Ведь Юрик мой ругался со мной сильно. Мы оба упрямые натуры и редко уступали друг другу. Хотя и своего люблю, пусть он и не такой идеальный, зато любимый – и это главное. Когда Юля и Костя вышли, я посмотрела на Юрика, хотела ему что-то сказать, но вдруг услышала резкий шлепок. Первая мысль была о том, что Костя ударил Юлю. Звук был похож на пощёчину. Через несколько секунд в комнату зашёл Костя, и тут же из кухни раздался звук разбившегося предмета. Я встала, хотела пойти к подруге, но она тут же зашла в комнату. Я внимательно посмотрела на неё, её глаза были опущены, а на щеке переливалась на свету след от слезы. Но никаких иных следов не было. Я решила всё-таки спросить:
    -Юль, что это был за звук?
    -Тарелка разбилась, выскользнула из рук, - не поднимая глаз, ответила подруга.
    -А раньше? Был такой странный звук шлепка… -решила я подловить кого-нибудь из них.
    Они в один момент оба подняли глаза. У Кости был такой злой взгляд, чтобы я прекратила этот разговор. Но у Юли был такой жалостливый вид, я сразу поняла, что не ошиблась.
    -Ладно, наверное, показалось.
    После вечера Костя ушёл с Юриком в комнату, а я осталась поговорить с Юлей.
    -Ну, и когда мы пойдём в милицию?
    -Что? – вытаращила на меня глаза подруга.
    -Ты понимаешь, о чём я говорю. И такие дела решаются в милиции.
    -Я уверена – ты ошибаешься.
    -Юля, он ударил тебя!
    -Нет!
    -Юля! Я отчётливо слышала звук пощёчины!
    -Тише ты! Услышит же!
    -Попалась, значит, было!
    -Маш, пожалуйста, это уже не первый раз…
    -Что? Не первый раз? Юля… - я была в шоке от услышанного.
    Юля в тот вечер мне рассказала, как однажды Костя стал бить её по лицу. Несильно, не больно, но зато за всякие мелочи: не то сказала, не то сделала, не так поставила. Когда это произошло в первый раз, он долго извинялся, а в следующие уже и слово не сказал. Я Юльке сразу сказала, чтобы она бежала от такого мужика, скоро не только по лицу бить будет, избивать захочет. Почувствует, что можно – и всё. А она ни в какую: люблю и всё. Я бы даже если Юрика до безумия любила, ни за что бы не позволила с собой так обращаться. Да, я бы ему и сама накостыляла быстрее, чем он успеет поднять на меня руку.
    Прошло около полугода. И всё стало ухудшаться. Костя стал бить Юльку регулярно. Всё, как я сказала, стал избивать. Не раз видела синяки на теле. Только она, дура, покрывала его. Уверяла мня, что ударяется постоянно. Но я знала правду. Хотя при мне он вёл себя очень хорошо: улыбался, смеялся, целовал Юльку то в щёку, то в губы, обнимал её. Но его глаза всё выдавали. Но однажды случилось кое-что страшное. Я сидела у Юльки в гостях, мы болтали о чём-то, всё было хорошо. Она была весёлая. Но пришёл Костя. Я заметила, как быстро она перестала улыбаться. Не всё у них было гладко, значит. Он прошёл мимо Юльки и швырнул свои брюки на стул так неаккуратно и прошёл дальше в комнату. Подруга тут же подскочила, взяла его брюки и стала складывать их. И тут из карманов посыпались монеты, деньги, какие-то бумажки, записочки. «О Боже, сколько шума», - засуетилась Юля. Около моей ноги лежала одна из записочек, я её подняла, хотела протянуть Юльке, но не успела. Из комнаты просто вылетел Костя, схватил Юлю за руки: «Дура, я разрешал тебе трогать мои вещи? Разрешал, сука?», и в этот же момент со всего размаху ударил её по лицу так, что она упала на пол. Я была в шоке, что он сделал это при мне и не даже не постеснялся. Я тут же накинулась на него: «Ты что делаешь, козёл! Я тебе сейчас такого дам…», но Костя с силой толкнул меня обратно на кресло, в котором я сидела: «Не лезь, куда не просят». Господи, такого ужаса я ещё не испытывала. Он был готов и меня ударить, если бы я продолжила. Я бросилась к Юльке. Та лежала без сознания. Я побежала тут же к телефону: «Аллё, скорая? Тут женщина в обмороке, да…», Костя выхватил трубку и повесил её. «Пошла вон отсюда», - он указал на дверь. «Я в милицию пойду», - уверенно сказала я. «Пойдёшь – пожалеешь. Я Юльку перед тем, как сесть убью, чтобы уж сидел долго, а она не гуляла по мужикам». Он буквально вытолкал меня в подъезд и захлопнул дверь. Пока шла домой рыдала, как идиотка. Все проходят, смотрят, а мне плевать. Такое происходит. И что делать?! В милицию пойти тоже опасно, вдруг и правда убьёт её. А если мужу скажу, он вообще запретит с ней общаться. А я её бросить то не могла. Я хотела с ней поговорить, убедить её уйти от него. Но и уйти то ей не даст, наверное. Господи, я была так испугана. Хорошо, что Юрика не было дома, когда я пришла. Он не увидел меня в таком ужасном состоянии. В итоге, я ему так и не сказала о том, что тогда произошло у Юльки. Немного успокоившись, я стала что-то искать в сумке и случайно достала ту самую записку, которая выпала из кармана Костиных брюк. Я решила всё-таки развернуть её. Там было написано: «Котёнок, позвони мне (номер), целую, жду… Иришка». Этот подонок ещё и изменяет моей подруге.
    На следующий день я встала очень рано, почти всю ночь не могла уснуть. Меня мучил этот случай. Утром, когда Костя должен был уйти на работу, я сразу же позвонила Юльке. Вроде всё нормально, побежала к ней. Открыла дверь она мне с синим боком.
    -Что ж ты делаешь, подруга. Тебе бежать от него нужно, - намазывая синяк мазью, начала я.
    -Не могу, люблю я его.
    -Ты идиотка или что? Всю жизнь хочешь в синяках жить? Ты подожди, он скоро пинать тебя будет, в больничку к тебе бегать не хочу.
    -Ну и не бегай, -отвернулась.
    -Юль, ты что, серьёзно? Ты не понимаешь? Он же тиран, от таких бежать нужно. Да, и вот, посмотри, - протягиваю ей записку, -я вчера подняла это с пола, хотела тебе отдать, но не успела.
    -Маш, я беременна, - прочитав и разорвав записку, ответила Юля.
    -А он знает?
    -Он это и заметил, сразу к врачу меня самому лучшему повёл. Обрадовался, целовал меня. Сказал, что дети для него – жизнь.
    -А ты не думаешь, что ваша семья может превратиться в неблагополучную? Он и детей ведь бить будет.
    -Не будет. Он говорил, что дети – это цветы жизни, с которыми нужно самое нежное обращение.
    -Ага, он тебе тоже самое про женщин пел, а теперь посмотри на эту нежность в зеркало, облюбуешься, - с сарказмом ответила я.
    Мы ещё много об этом разговаривали, но она ни в какую и слышать не хотела о побеге. Я даже предлагала помочь ей с отъездом, спрятаться от него где-нибудь за морями пока. А она даже слушать не стала. Как баран упёрлась: люблю, и хоть бы хны. Я тогда много матов ей сказала. Она и плакала мне, но любит ведь и детей от него хочет. Пусть рожает, увидит потом, что я права была. С детьми бегать тяжелее будет. Но я всё равно рядом буду. Я ж подруга.
    Ровно через девять месяцев подруга, наконец, родила двойню. Двоих мальчиков. Назвали Митей и Димой. У этих имён одинаковое отчество, поэтому они им двоим и нравились. За время беременности Костя не бил Юлю ни разу. Он сюсюкался с животиком, разговаривал с ребятами, заботился о жене, покупал всякие вкусности, витамины, водил к самым лучшим врачам. Она и я тоже были в шоке. Что она, что я совсем не понимали этого мужчину. То бьёт, то ведёт себя, как идеальный муж. Я уже тогда поняла, что в нём живёт две личности: первая – идеал, вторая – тиран. Из-за первой личности Юлька не может уйти от него, а когда включается вторая, то любовь для неё на первом месте. А теперь, когда она с детьми и речи быть об уходе не может. Я всё равно к Косте отношусь с презрением после того случая. Кстати, Юля так и не знает, что Костя имел со мной дело. Я ей и не говорила. Пусть лучше не знает.
    Вот мальчишки стали расти. Они с самого детства у неё были очень капризные. Костя пытался помогать Юле с ними, но он очень много времени был на работе, и я помогала ей вместо него. Как только он приходил с работы, я тут же должна была уйти, чтобы он мог провести время с детьми. Но однажды был такой случай. Был какой-то праздник. Юля и Костя пригласили нас с Юриком отпраздновать у них в квартире. Парням было уже по 2,5 лет. Они бегали по квартире, кричали. Но вдруг они замолкли где-то в другой комнате. Юля всталаи вышла из комнаты. Через минуту из кухни послышались крики мамы на ребят, что-то они натворили. Я так испугалась, потому что Костя так резко подскочил со стула, бросил вилку и побежал злой на кухню. Я подумала, что он побежал к детям, воспитывать так нужно. Но дети тут же прибежали довольные из кухни, а я услышала, как что-то упало. Сердце ушло в пятки, когда я всё поняла. Я подскочила и побежала на кухню. Костя держал Юлю за волосы, а она висела в его руке, плакала, под ней была лужица крови: «Пожалуйста, отпусти. Они разлили компот, их надо учить, что хорошо, а что плохо». «Сука, ещё раз поднимешь голос на детей, я убью тебя! Слышишь, дрянь?! Не первый раз уже говорю, ещё только раз…». Я думала, что от страха моё сердце лопнет. Я с силой и истеричным голосом закричала: «Юра!!!». Костя и Юля в один миг повернулись на меня. Я стояла с большими глазами и смотрела на Костю. Сколько же зла я в нём видела. Потом подбежал Юрик, и как только увидел эту картину, тут же бросился помогать Юле. Он ударил Костю по лицу, тот упал. Юля тоже упала и ударилась головой об холодильник, я тут же бросилась к ней. Если честно, я даже не видела, что было с Костей и Юриком дальше, я сидела спиной к ним и обнимала Юлю. Боже мой, за что же ей такое наказание? Она была примерной девочкой всегда. Мне было очень её жалко. После этого я была уверена, что она бросит его. Но всё оказалось сложнее.
    Юля в тот день была у меня дома. Мы с Юриком решили убедить её уйти от Кости с детьми. И пусть даже к нам, но уйти.
    -Юль, тебе нужно уходить от Кости, - начала я.
    -Машунь, я не могу, - опустила она голову.
    -Юль, неужели ты не понимаешь? Этот человек – тиран, он не даст тебе жизни, - встрял Юрик.
    -Пожалуйста, не уговаривайте меня уйти. Я люблю его, каким бы он не был. К сожалению, наверно. Но всё равно. Я никогда не была сторонницей матерей-одиночек. И сама не хочу ей быть. Он помогает мне с детьми. Но не разрешает их ударить, поднять на них голос. Я это делаю, когда его нет дома. Иногда парни делают то, за что нужно наказать или отругать. В такие моменты я забываю о Косте, и это повторяется каждый раз. И я не виню его в этом. Раз он так считает, пусть. Это его точка зрения. Он сам ни разу не поднимал голоса на мальчишек. Не знаю, как ему это удаётся. Но ни разу он не ударил меня при мальчиках. Они ни разу этого не видели.
    Мы с Юриком были в шоке от её речи и от всей правды об их жизни. Я не думала, что всё так сложно. Бьёт, но любит, на детей и голоса не повышает. Что же это такой за человек.
    Время шло. Тактика Кости не менялась с годами. Мальчишкам было уже около 10 лет. И Костя всё также бил Юлю за какие-то промахи в воспитании детей. Я это знала и видела. Однажды мы с Юлей пошли в бассейн, и в раздевалке я увидела её тело. Оно всё было в синяках. И вот тогда я сорвалась. Я пошла в милицию, всё им доложила на Костю, привела Юльку, показала им её тело. Но Юля просто заулыбалась и притворилась, что я наговорила всякого брела, отговорилась, что просто упала на даче. Милиция выгнала меня за дачу ложных показаний. Я была так сильно обижена на подругу. Она так подставила меня и себя, в том числе. Но вскоре обида улеглась. Я пыталась понимать подругу, но с каждым разом у меня получалось это всё хуже и хуже. Юрик после того случая стал меньше общаться с Костей, только на совместных посиделках, которые стали совсем не праздничными, и вскоре совсем прекратились. Да, мы всё праздновали по отдельности. Но с Юлькой общаться и дружить не переставали. Я боялась оставлять её одну. Он же мог убить её, поэтому я часто была у них дома по вечерам.
    Было лето. И случился ещё один из ряда вон выходящий случай. Было утро. Было так тепло и солнечно. Я купила булочек, какие мы любим с Юлькой и пошла к ней домой. Думала, сейчас посидим, чаю попьём. Парни, наверное, сейчас во дворе бегают, Костя на работе. Но вместе этого всего я чуть не заработала обморок. Когда я поднималась по лестнице на Юлин этаж, мне показалось, что дверь чуть приоткрыта. Я сильно надеялась, что мне показалось. Но дойдя до неё, я поняла, что нет. Моё сердце забилось с такой силой, к горлу подступил комок, и я жутко боялась заходить в квартиру. Но я тяжело вздохнула и зашла. В квартире было как-то пустовато и тихо. Всё было чисто и убрано. Но только я зашла на кухню, я упала, сжала рот руками, чтобы не закричать, слёзы мгновенно хлынули из глаз. На полу возле холодильника сидела Юля. По лицу было видно, что оно всё синие и избитое. Она вся была в крови. Я не очень понимала, откуда текла кровь, потому что лужа под подругой растекалась всё больше. Конечно, Юля была без сознания. Господи, врагу не пожелаешь такое увидеть. Я тут же позвонила Юрику, он был тут не далеко. И в скорую. На удивление, Юрик прибежал быстрее. Я толком не смогла объяснить ему, что произошло, но когда он зашёл, сам всё увидел. Потом подъехала скорая. И только когда Юрик стал помогать врачам, перекладывать Юлю на носилки, все увидели, что сзади голова Юли была сильно пробита чем-то тяжёлым. В тот момент я и не вспомнила узнать, а где же были дети и Костя.
    В общем, Юля пролежала без сознания около недели или чуть меньше. Я каждый день приходила к ней и сидела рядом, держала её за руку, даже разговаривала с ней. Врачи говорили, что она в коме, но всё наладится, и она очнётся. Стала приходить милиция, спрашивали меня. Я скрывать не стала: рассказала им о Косте. Кстати, я так и не могла понять, где он и где дети. Догадывалась, что дети с отцом, но куда сам он делся? Я волновалась: не дай Бог, увёз их куда-нибудь от жены. Надеялась, что теперь они точно помогут. Но они ждали, пока Юля придёт в себя, чтобы подтвердить мои показания. Когда Юлька открыла глаза, я была рядом. Через какое-то время, она уже полностью пришла в себя, всё помнила. Я с ней тут же начала разговаривать.
    -Ты что-нибудь помнишь о том дне?
    -Конечно, - она говорила тихо и медленно.
    -Милиция приходила ко мне, спрашивали меня, есть ли у тебя враги. Я сказала им правду о Косте. Они ждут, пока ты придёшь в себя и подтвердишь им всё. Юля, умоляю, подтверди. Хватит это терпеть!
    -Маш, я не могу, даже если бы хотела. В тот день я уже хотела бросить его, когда в его кармане снова нашла записку от какой-то девушки с ласковыми словами и благодарностями. Я тогда разозлилась. Но только я заикнулась о разводе, он схватил меня за шею и сказал: «Сейчас я беру детей и уезжаю к родителям на всё лето. А ты тут лечись, не торопись, подумай хорошенько о том, что ты будешь делать без детей, если подашь на развод. Только хорошенечко подумай! Если узнает милиция – тот же исход событий: не увидишь больше детей. Если сунешься к нам – убью». И после этого стал бить меня по лицу, брал меня за волосы и бросал в разные стороны, бил меня лицом об стенку, и после того, как он ударил меня чем-то тяжёлым сзади, когда я пыталась встать, ничего не помню. Видимо я потеряла сознание. Я тебя прошу: откажись от всех показаний, я что-нибудь придумаю, иначе я лишусь своих детей. Поверь: он сможет выкрутиться, а вот я – нет. Пожалуйста, я прошу тебя, не делай этого.
    Я рыдала, когда она мне всё это рассказывала. Ужас какой-то, а не мужик. Кто такого только на свет родил. Его убить надо. Но я послушалась подругу. Может, кто-то осудит меня и скажет, что я должна была всё равно идти по правде. Но вы бы на моём месте поступили бы точно также. Я хоть и не имела своих детей, но знаю, каково это терять их. Я знала, что если Костя заберёт детей от неё, она не переживёт этого. Она от боли за них и до самоубийства дойти может. Так что, я решилась отказаться от своих показаний. Не знаю, что она там наплела милиционерам, что они ей поверили, но я плакала несколько дней. Мне было так тяжело осознать, что нет выхода из такой ситуации. Юрик всё знал и поддерживал меня. Я рассказала ему в надежде, что он что-то мне подскажет, но он тоже не видел выхода. Я поднимала Юлю всё лето. Сначала в больнице с ней сидела, потом лекарства домой покупала, потом уже гуляли с ней. Я нужна была ей. Каждый божий день она говорила о своих детях. Я терпела при ней, чтобы не заплакать. Однажды, я не могла больше терпеть и забежала в магазин, якобы купить сок, а сама в уголке рыдала. Это, наверное, был самый сложный период, что для меня, что для неё.
    Осенью Костя вернулся с детьми. Я пошла их встречать вместе с подругой. Боже, как она плакала, когда увидела их. Она даже не взглянула на Костю, сразу принялась обнимать и целовать детей. Он стоял рядом, смотрел на них и улыбался. А я смотрела на него и просто мечтала убить его. Когда Юля встала и уже собиралась идти к выходу с вокзала, Костя резко дёрнул её к себе: «А любимого мужа даже не обнимешь? Как ты тут, дорогая? Пережила? Что теперь скажешь?», при детях она поцеловала его, потом обняла, и что-то ответила ему на ухо. Костя изменился в лице, значит, дала отпор. Молодец, подруга, прогресс.
    Насколько я знаю: Юля стала намного жёстче с Костей. Она не считала его своим мужем, но жила с ним ради детей. Мне она всё равно говорила, как она любит его, и даже если захочет – не сможет бросить его. Хотя уже много раз планировала забрать детей и просто сбежать от него. Но боялась. Боялась, что найдёт, убьёт. Не хотела она и плохой жизни своим детям.
    Дети росли. Тогда им было по 10 лет. За эти два года Костя по-прежнему следовал своим привычным принципам. Юля терпела. Как? Он ломал ей руки, ноги, однажды сломал ей ключицу. Ну как с таким жить можно?! А эта всё врала всем: упала, ударилась, толкнул кто-то, поскользнулась. Больная женщина просто! Я ругалась с ней, а она ни в какую. Иметь дело с милицией было бесполезно, знала, что та всё равно отшутится. Зараза такая! Но неужели можно так любить человека, чтобы прощать ему распускание рук во вред себе?! Я этого, наверное, никогда не пойму.
    Но в тот период, когда парням было всего по 10 лет, и когда ситуация между Юлей и Костей всё ухудшалась, я стала чувствовать какое-то непонятное чувство внутри себя, когда находилась в квартире этой «любовной» парочки. Я сразу вспомнила про то, что я чувствовала по отношению к Косте на свадьбе. Сразу решила разобраться с этим. Но … не успела, к сожалению.
    Утро. 8:44. Я спала, в тот день у меня был выходной. Я так сильно хотела выспаться. Прошлым вечером я была с Юлей у меня дома, мы пили вино и ели лазанью. Мы много разговаривали, так хорошо мы уже давно не проводили время. Мы обе получили истинное наслаждение от вчерашнего вечера. Она много говорила о том, что снова хочет путешествовать. Говорила, что гордится своими детьми, которые хорошо учатся. Говорила, что стала ненавидеть своего мужа, который уже переходит границы. Ей надоело терпеть эти синяки вечные. И она собиралась убежать с детьми в другой город, страну, на край свет, куда угодно, но подальше от него. Но при этом попросила меня лишь об одном, эти её слова навсегда в моём сердце, как гвозди: «Машунь, если со мной что-нибудь случится, я тебя только об одном прошу: забери Димку и Митьку к себе, забери их от отца. Подай в суд, напиши заявление на него в милицию, не бойся его, тебе он ничего не сделает, да и к тому же у тебя есть Юра, который никогда не даст тебя в обиду». Я обиделась на эти слова и заставила её сплюнуть. Но она как будто знала или тоже чувствовала. Ушла она поздно, подвыпившая, поэтому я вызывала ей такси, чтобы ничего не случилось. И легла спать со спокойной душой за неё, надеясь, завтра поразмышлять о том чувстве, которое недавно посетило меня. Голос в трубке был незнакомый, грубый, мужской, строгий. От него я тут же проснулась.
    -Евгеньева Мария Александровна?
    -Да, это я.
    -Вас беспокоит сотрудник правоохранительных органов Брусов Алексей Георгиевич. Вы знакомы с некой Ангустовой Юлией Павловной?
    -Да, - мой голос задрожал, как только я услышала имя подруги и почувствовала, как сердце от страха услышать что-то плохое, опускается вниз и так сильно болит. Голова начинает кружиться, в глазах темнеет, и я понимаю, что сейчас умру от его слов.
    -Вы не могли бы приехать по адресу *** на опознание? К тому же в квартире оказались двое детей, мальчиков, они кричат Ваше имя и не хотят ни с кем разговаривать. Прошу Вас приехать, как можно скорее.
    Я ничего не ответила, трубка упала из рук, как только этот мужчина договорил. Я ничего тогда не могла понять. Я встала, чтобы выпить немного воды, но чуть приподнявшись, поняла, что я даже и двинуться не могу. В эту же секунду как-то неожиданно я вспомнила всё, что мне сейчас сказали, и поняла, что это конец. Слёзы хлынули из глаз невероятным потоком так сильно, что я закричала от боли. Это было невыносимо! Даже вспоминать больно! Ещё через минуту я вспомнила слова про детей. Боже, бедные дети. Они кричат моё имя. Нужно немедленно ехать к ним! Надо ехать! Собралась я в минуты и побежала по знакомому адресу. Пока бежала, думала только од одном: «Лишь бы Кости не было в квартире, иначе я не пожалею сил и убью его сама». Почему-то я была уверена, что это он во всём виноват. Да, а кто же ещё.
    Очутившись вдо боли знакомом подъезде снова почувствовала, как по щекам текут слёзы, а сердце готово вырваться, пульс стучит в запястьях, а в висках давит с невероятной силой. Вижу эту дверь, вижу следы крови около двери и на ней, слышу, как кричат дети, и понимаю, что это невыносимо. Я поднималась очень медленно, как будто тянула время, хотя сама не знаю для чего. Но я очень боялась заходить в квартиру. Но мне пришлось сделать это. Прямо на входе в коридоре стоял мужчина, очевидно, который звонил мне, спиной ко мне в форме. Он был высокий, и что-то писал. Я бросила взгляд влево и вправо, но Юли не увидела. Но вдруг заметила, что в той комнате, где мы обычно сидели с Юлей или собирались по праздникам всей нашей компанией, оттуда прямо веяло криминалом. Я ничего не видела, но знала, что зайти туда для меня будет тяжелее всего в жизни. Секундой позже я услышала плач, и отвела глаза чуть в бок, где увидела двух несчастных детишек, которые сидели в углу в обнимку друг с другом и плакали. Я прошептала: «Дети», но услышали меня все. Мужчина в форме моментально повернулся ко мне, а дети тут же понеслись ко мне. Я присела и приняла их, слёзы потекли ещё сильнее, я кричала, плакала вслух, мои руки дрожали. А когда дети обнимали меня и плакали в мои плечи, я прямо чувствовала, как моё сердце разрывается на две частички. Они пытались что-то говорить сквозь слёзы, но я не могла понять их речь, да и не очень хотела, мне бы самой заговорить. Всё было и так понятно. Но чуть позже всё оказалось хуже, чем я ожидала.
    Спустя несколько минут детей отвели в комнату и просили подождать меня. Я должна была опознать труп. Так как в квартире были врачи, я попросила сопровождение, боялась, что сойду с ума или упаду в обморок, дай Бог ещё, чтобы сердце не остановилось. Молодой мужчина двинулся вперёд по направлению к той комнате, в которой, по-видимому, всё произошло. Я должна была идти за ним, но у меня появилось ощущение, что я приросла к земле и не могу сдвинуться. Врач, который держал меня за руку, пытался чуть дёрнуть меня, но я всё равно стояла, тогда он спросил, всё ли у меня в порядке. И я поняла, что мне всё равно придётся это сделать, не смотря ни на какие обстоятельства. Я медленно пошла. Подходя к комнате, пульс учащался во всех местах одновременно, было чувство, что у меня внутри находится бомба, которая вот-вот взорвётся. Во мне было столько эмоций в этот момент, сколько я больше не испытывала ни разу за всю свою жизнь, и врагу не пожелаешь. И вот я уже вижу стены и потолок, и то, что тут же надавило на мою психику – кровавый отпечаток женской руки на стене. Я опускаю глаза вниз – Юли нет. Провожу глазами по комнате и не вижу её. Но … вот! Белый силуэт на полу около стола. Я не вникала, в какой позе она была. Мне сказали повернуться. Я разворачиваюсь, а сзади стоит каталка с человеком, накрытым белой простынёй. «Вы готовы?» - произнёс мужчина. Я тяжело вздохнула, пытаясь сосредоточиться: «Да». Тогда мужчина берёт простыню за края и начинает медленно отворачивать её. Я отвернулась в сторону, чтобы не видеть всё по частям. «Вы узнаете её?». Я ещё раз сосредоточилась и повернула голову. Это была Юля. Наверное, любой человек, не знавший Юлю так, как я, смог бы запросто сказать, что это не она. Я узнала её лишь по родинке на шее. Это был даже не человек. Это было мясо. Настолько жестоким нужно было быть, чтобы сделать такое с девушкой, с женой, с матерью твоих детей. Я не могла больше смотреть на это. И тут же пошла к детям.
    Дима и Митя были самыми несчастными детьми в мире на данный момент. Я не знала всей истории, пока они мне не рассказали в присутствии милиционера. Он задавал им вопросы, они отвечали, хотя самую основную часть истории рассказали на двоих.
    Дима: Нам сегодня нужно было в школу к первому уроку, на математику. Нам нужно было к 8 часам утра, и нас всегда будила мама. А я проснулся от каких-то криков. Посмотрел на время, и уже было больше 8 часов. Я испугался и сразу разбудил Митьку. Мы решили выйти посмотреть, что случились. Мы подумали, что родители ругаются или ссорятся. Только они никогда раньше не ссорились. Поэтому нам стало страшно.
    Митя: Мы чуть-чуть выглянули из комнаты, они были в большой. Нам пришлось пройти до той комнаты. Мы заглянули в неё тихо, и увидели, как папа держит маму за волосы и бьёт лицом об стенку и кричит на неё нехорошими словами. Я тут же убежал в свою комнату.
    Дима: Я тоже с ним убежал, но я тут же позвонил в милицию. Потом я услышал, как мама громко кричит и плачет, я решил пойти к ней и остановить папу. Но когда я подошёл к комнате, стало тихо. Я зашёл в комнату полностью. Папа сидел на полу с красными руками, а мама лежала перед ним, а из живота у неё торчал кусок стекла. Я закричал сильно-пресильно, прибежал Митька. Мы заплакали, но ничего не говорили.
    Митя: Папа подошёл к нам, успокоил и сказал, что это плохой сон и сейчас ночь, и мы должны идти спать. Сначала мы ему поверили и легли дальше спать. Но потом пришли милиционеры и позвонили в дверь. Они долго звонили. Никто не открывал. Дима встал и пошёл открывать дверь, хотя я уговаривал его не ходить. Но он открыл им, потому что помнил, что вызывал их.
    Дима: Я думал, что папа спит ещё и не слышит и мама тоже. Я сказал милиционерам, что мне всё приснилось, но дядя попросил позвать кого-нибудь из взрослых. Я пошёл в спальню к родителям, но когда открыл дверь в большую комнату, там всё также лежала мама с куском стекла в животе, а папы уже не было.
    Когда я слушала то, что говорят мальчики, я просто не могла смириться с мыслью, что человек способен на такие поступки, что мужчина может вести себя так жестоко, нагло и ужасно. Зная, что за стенкой спят твои дети, убить жену и мать – это совсем плохо. Теперь я не сомневалась, что упеку его за решётку. Я решила, что сделаю всё, чтобы этот человек сгнил в тюрьме на пожизненном. Я расскажу всё от начала до конца. И тогда я посмотрю ему в глаза последний раз в суде и забуду, кто он такой навсегда.
    Через месяц дело было раскрыто и послано в суд. Костя оказался в бегах, но его практически сразу поймали, и он не сопротивлялся даже. И рассказал всю правду. Перед тем, как пойти в суд, мне в милиции рассказали всю историю. В общем, Костя долго ждал Юлю, потому что та сказала, что пойдёт ко мне ненадолго на чай, а сама вернулась глубокой ночью и выпившая. Муж разозлился и стал бить её. После он ушёл спать. А утром он проснулся от какого-то грохота. Когда он вышел из спальни, то увидел, что Юля собирает вещи. Он спросил, не собралась ли она куда. На что она ответила ему, что забирает детей и уходит от него навсегда. И он не заставит её остаться. В любом случае детей суд отдаст матери, а его за похищение посадить могут. И тогда он в порыве ярости стал применять преувеличенную физическую силу. Он стал бить жену настолько жестоко, насколько было возможно. Бил ногами, руками, бил кулаками по лицу, потом лицом об стенку несколько раз. А когда она начала громко кричать, то он снял со стенки зеркало и ударил им со всего размаху по лицу жены. От лица оставалось мало живого, но Юля всё ещё дышала и пыталась сказать что-то типа: «Разбуди мальчиков, они в школу опоздают». После чего Костя схватил ближайший осколок от зеркала и воткнул его в живот девушки. Юля тут же умерла. А Костя, не ожидав смерти, сам испугался, и когда увидел в дверях сына, лучшее, что он мог сказать, так то, что всё это сон. Убедившись, что дети легли, он убежал из дома, не взяв ничего. Он не подумал, что будет с детьми, когда они увидят мёртвую мама в комнате, изуродованную в огромной луже крови. Он об этом явно не позаботился. Врачи провели исследования, где обнаружили перелом в двух местах правой ноги, трёх рёбер, запястья и шейного позвонка. Когда я стояла в суде, я смотрела на Костю, не отрываясь. Я хотела, чтобы он посмотрел мне в глаза, и я поймала его взгляд: он был грустный, видно было, что он не ожидал такого исхода и кается сейчас в том, что было. Но я никогда его не прощу, такое не прощают. Ему никогда не искупить свои деяния. Пусть он горит в аду! Ублюдок! Ему таки дали пожизненное. Я рассказала про всё, что знала о нём, и пусть сдохнет в этой тюрьме так же унизительно, как Юля.
    Я в свою очередь исполнила последнее желание подруги: взяла себе Митю и Диму. Бедные мальчики. После всей этой ситуации я быстро и беспроблемно усыновила их. И целый год я лечила их нервную систему. После всего увиденного и пережитого, парни стали другими. Я не могла допустить, чтобы им было плохо из-за их глупого отца. Я нашла самых лучших психологов, психиатров, психотерапевтов, платила большие деньги, но всё для того, чтобы мальчики стали здоровыми. Да, всё было не сразу, но прогресс был на лицо. Юрик меня поддерживал и совсем не возражал, когда я рассказала о своём решении про усыновление. Теперь мы одна семья. Я советовала мальчикам меньше вспоминать тот день, попытаться забыть, но у каждого из мальчиков под подушкой лежит мамина фотография. Не раз видела, как Дима разговаривал с ней, а Митька, он другой. Он не признаётся ни в чём и говорит, что он нормальный. Но мне кажется, что в тайне он тоже разговаривает с мамой. Но они молодцы. Я горжусь ими. Они любили и меня тоже, и Юрика. Со временем мы стали семьёй. Правда, они меня называли мамой Машей, но это не самое главное. Сейчас они уже совсем взрослые. Митька окончил школу с золотой медалью и поступил в очень престижный университет и окончил его с красным дипломом. А Дима окончил школу без медали, но хорошистом, и тоже поступил в университет, но другой, но проучился 5 курсов и сейчас работает и получает неплохие деньги. Оба уже женаты на хороших девушках. Я всегда одобряла их выбор. Боялась, что будут ошибаться, как мама, но нет, сыновья умели разбираться в людях. У Митьки уже и детки есть: мальчик Слава и девочка Юля – в честь мамы. Митькина жена Татьяна тоже ждёт ребёночка, но ещё пока только ждёт. Я очень рада за своих мальчиков, что у них всё сложилось. Я делала всё возможное для них двоих, чтобы они были счастливыми людьми, и считаю, что у меня это получилось. Я знаю, что Юля всё время смотрит на нас сверху, и она рада за них не меньше моего.
    В начале рассказа я писала, что мне уже 78 лет. У меня уже отказали ноги, и теперь только сижу. Но Юрик мне помогает. Он оказался крепким орешком, всё ещё делает необходимые дела и по дому, и на дачу, бывает, съездит. Мальчишки нам очень помогают: и деньги дают, и приезжают часто, каждый день оба позвонят, спросят, как самочувствие, не надо ли чего.
    И последнее, что я бы хотела написать в этом рассказе. Почему именно такое название. Когда всё улеглось: Костю посадили, детей я усыновила, и всё вернулось на круги своя. Я решила попытаться понять, что же за человек такой Костя. В суде я помню, как плакала его мама и всё время повторяла, что её сын не такой, и он не мог убить свою жену. Я сначала смотрела на неё с презрением, потому что она пытается защищать убийцу. Но в какой-то момент я решила подойти к ней и задать только один вопрос: «Кто Ваш сын?». Она сначала посмотрела на меня, а потом сказала: «Вот, знаете, я сама не знаю. В детстве он был примерным ребёнком, милым и добрым. Но стоило что-нибудь не разрешить ему, он становился зверем. Всё бросал, кричал, психовал, дрался. Так и продолжалось всё время. В школе он очень часто дрался и с девочками, и с мальчиками. Неоднократно была у директора, возмещала всякие ущербы школе и другим родителям. У него не было отца. Всю жизнь он прожил со мной, матерью, и некому было его научить. Мои попытки, как об стенку горох, он меня не слушал, не воспринимал. Ему нужен был отец. Как только он окончил школу, он убежал из дома, и почти не возвращался. Изредка звонил, узнавал что-то, я мало знала о его жизни. Но когда он мне позвонил и сказал, что он женится, я очень испугалась за эту девушку. Но я очень надеялась, что будучи семейным человеком он изменится, будет хорошим человеком. Но, как оказалось, не смог». Исходя из этого, я стала читать много книг по психологии. И спустя год я всё поняла. Костя родился 10 июня, по знаку зодиака он близнецы. Я много изучала этот знак и узнала, что близнецы имеют две стороны своей личности. С одной стороны они могут быть хорошими людьми, а с другой стороны плохими. Только у многих людей это не так чётко выражено, а он исключение. А к детям такое отношение, потому что сам не имел отца. И хотел дать своим детям всё то, что сам не получил. Но бить жену из-за того, что она поднимает голос на сына, если он сделал что-то плохое, совсем не правильно. Но он умел воспитывать детей по-особенному. Но я его не оправдала, я всё также презираю этого человека, и так будет продолжаться до конца моих дней. Ни разу я не скажу о нём ни одного хорошего слова. Он убил мою подругу. Мою подругу, с которой мы с первого класса вместе. Бедная Юля! За что ей это?! Пусть она хотя бы на небесах будет счастлива. Пусть Земля ей будет пухом…


    От Мити и Димы.
    Мама Маша умерла два дня назад. Мы случайно нашли эти листы с рассказом в её тумбочке. И хотим это опубликовать, как память о ней. Но тут же мы хотим сказать ей огромное Спасибо! Многого мы и не знали из всей этой истории, и поняли, что она и папа Юра была одним из самых главных людей в нашей жизни. Мы ей очень благодарны за всё, что она сделала для нас. Светлая память ей. Любим, помним, скорбим. Вечно.


    *История основана на реальных событиях.


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Verunchik
    Категория: О любви
    Читали: 50 (Посмотреть кто)

    Размещено: 15 ноября 2015 | Просмотров: 61 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.