Басни Посохова про творчество
Москва
2026
Басня – один из самых древних и популярных литературных жанров. За рассказом с вымышленными персонажами скрываются, как правило, нравственные и общественные проблемы. В данный же сборник вошли басни, отражающие проблемы и иные аспекты творчества в различных сферах искусства – в живописи, музыке и литературе.
Глухарь-баснописец
Глухарь явился к Журавлю,
Тот был издателем, и говорит:
– Я басни Филина люблю
И знаю.
Но кто-то ж и сейчас творит.
Я тоже вот давно их сочиняю
И про лисиц, и про ворон.
– Зачем?
Ведь всё равно, как он,
Писать ты никогда не сможешь.
– И что ж?
– Ну как ты, глупый, не поймёшь.
Он эталон,
Известный всем.
Тебя с ним рядом не положишь.
Поэтому, глухой,
Лети домой.
Один великий баснописец есть
И хватит!
----------
Кстати,
Вчера у нас, в столице здесь,
Кого-то памятной доской прибило.
Правда, было.
* * *
Поэт и Аполлон
Сошёл однажды Аполлон на Землю
С инспекцией насчёт искусств.
Присел на лавочку, а сзади куст
Дурмана и росточек хмеля.
Обмяк и задремал немного бог,
Сказался аромат пьянящий.
И вдруг поэт, как будто настоящий,
Пристроился, подобно кораблю,
И тоже малость во хмелю.
А дальше краткий диалог.
Поэт:
«Я вас и творчество люблю.
Но не могу никак понять,
Свободный я поэт иль узник,
И что мне на Парнас с собою взять,
Кляп здоровенный иль подгузник?»
Аполлон:
«Купи себе тетрадь,
Засунь её в карман толстовки
И отправляйся в лес статьи писать
Про лесозаготовки».
Поэт:
«При чём здесь это!
Я ж не прозаик, а поэт».
Аполлон:
«Писать стихи не значит быть поэтом.
Невольник ты, коль воли нет
Дарить богам душевный свет,
Не думая про страхи и конфузы.
Уж лучше расскажи, как валят лес.
А на Парнас не лезь,
Там я и Музы».
* * *
Змея и лирик
Влюблённый лирик,
Идущий по дороге у гумна
И сочиняющий сонет,
Упал в кювет.
А вот сатирик
Шёл бы прямо, глядя на
Любые ямы и канавы возле,
А басню написал бы после
За кружкой пива
И за вазочкой с кешью.
Но лирик-то свалился на змею.
И нет в том никакого дива,
Что у змеи смертельный яд.
----------
Мораль сей басни наугад,
Другой пока что нету:
Когда ты пишешь у гумна сонеты
И даришь их любимой даме,
Но не той,
То можешь оказаться в яме
Со змеёй.
* * *
Строфа и рифма
Сидит поэт, сидит,
Не спит.
Пред ним тетрадный лист
И авторучка.
А за окном Луна и тучка,
Фонарь и мотылёк –
Пейзаж лирический.
Напряг он ум свой поэтический,
Да всё не впрок.
Остался лист тетрадный чист.
«Чего я зря сижу,
Ума не приложу?
Пойду-ка лучше в ванне полежу».
Водичка тёплая, журчащая,
Лафа!
А вот и рифма подходящая,
И первая строфа
О тучке, о Луне…
----------
Сия история, друзья, о том,
Что не рождается стих за столом.
Поэзия ума является обманной,
Душа творит, увы, лишь в ванной.
Ну, может быть, ещё во сне.
* * *
Дураки
Я, было, в зеркале увидя образ свой,
Тихохонько Крылова толк рукой:
«Смотрите, говорю, учитель мой,
Что это там за рожа с басней «Дураки»?
Я удавился бы с тоски,
Когда бы сочинил такую ахинею,
Ещё и в интернет бы вышел с нею.
А ведь, признайтесь, нынче есть
Из баснописцев дураков пять-шесть,
Я даже их могу по пальцам перечесть».
«Чем дураков считать трудиться,
Не лучше ль на себя оборотиться?»
Крылов мне отвечал.
Но сей совет лишь попусту пропал.
----------
Таких примеров много в мире,
Никто не любит узнавать себя в сатире.
Вот Климыч сочинил дурацкий стих,
Все говорят ему, стихи не пишут так.
А он кивает на Петра и на других:
Что, мол, не я ж один такой дурак.
* * *
Вертлявый писатель
Решив писателем вдруг стать,
Лохматый дед достал тетрадь
И сел за стол на кухне.
«Колени-то чего опухли?»
Погладил, помассировал, потёр.
Встал, форточку открыл.
Сел, взял авторучку,
Изобразил большую закорючку.
Встал, закурил.
«А что ж вначале написать,
Роман или рассказ?
Схожу-ка лучше я на двор,
Подумаю и причешусь как раз».
Вернулся, сел.
«А где-то у меня была халва?»
Встал, отыскал, поел.
И снова сел.
«Творить на сквозняке негоже!»
Встал, форточку закрыл,
Тулуп надел.
«А то чего-то мёрзну».
----------
Мораль сей басни такова:
Рождённый ёрзать,
Писать не может.
* * *
Памфлет и Притча
Случается –
Отправились в дорогу разом
Памфлет и Притча.
Памфлет орёт,
Клеймит, ругается,
Пугает всех сарказмом,
Издевается,
Упрёками наотмашь бьёт.
А Притча рядышком идёт
Задумчиво, прилично,
Поклоны раздаёт,
Подсказывает, учит, улыбается.
Год вместе шли, устал Памфлет,
Ни сил, ни голоса уж нет.
И говорит он, издыхая:
– Похоже, дальше мне никак.
– Ну что ж! –
Сказала Притча тут в ответ. –
Большую жизнь не проживёшь,
Всё время злясь, ворча и хая.
А у меня судьба иная –
На века.
* * *
Срок жизни
У каждого срок жизни свой,
Судьба жестока.
----------
Морозным вечером домой
Шёл молодой поэт Гаврила,
Через лесок поближе было.
Вдруг в темноте протяжный вой
И страшные глаза за ёлкой.
«Волки!», –
Решил поэт и в снег зарылся
С головой…
А жаль,
Зря он в сосульку превратился:
Глаза – так это дом светился,
А вой – так это вьюга выла.
----------
Мораль:
Кто духом пал,
Тот и пропал,
До срока.
* * *
Колпачок и авторучка
Один известный журналист
Из пула президентского
Забыл в Кремле простую авторучку
Без колпачка.
И та, свободной став, исподтишка
На целый канцелярский лист
Такую наваляла кучку
Дерьма иноагентского,
Что журналиста бедного того
Из статусного пула
Будто сдуло.
----------
В Кремле не забывают ничего.
И ты не забывай, приятель, впредь
На авторучку колпачок надеть.
* * *
Две песни
В эфире, голосов обители,
Две песни встретились,
Вот как хотите вы.
И спрашивает гордо та,
Что целый день орёт с утра:
– Скажи, сестра,
А кто твои родители?
– Не знаю, право, – был ответ. –
Да их давно в живых уж нет.
– А кто ж тогда тебя поёт?
– Народ.
– Ну, вот!
Я так и знала наперёд,
Что на тебе покров из пыли.
– Зато, как видишь, не забыли
И здесь, на радио, меня.
– А без меня оно ни дня
Не может даже обернуться.
– Ты погоди, когда загнуться
Твои родители, а ты
В пылу эфирной суеты
Вдруг вместе с ними не схлопочешь.
Тогда и хвастайся, сколь хочешь.
* * *
Волк и цирковые собачки
Пышногривый Пекинес
И кудрявая Болонка
С весёлым лаем забежали в лес.
И видят, на лужайке, чуть в сторонке,
Худой, облезлый, старый Волк лежит.
– Вы кто такие? –
Говорит.
– Мы из Москвы,
Собачки цирковые.
А вы?
– А я издалека пришёл к столице,
Чтобы полегче прокормиться.
Но дичи никакой тут нет,
Одни заборы и дороги.
– А вы идите к нам, у нас порядок строгий:
Попрыгал, поскакал – обед,
Покувыркался – ужин.
– Такой порядок, мне не нужен!
Я лучше сдохну прямо здесь,
Чем буду бегать по арене.
----------
Ну не мораль, так просто мнение:
Не вытравить из волка честь,
Как из того, кто за прокорм покорно служит
На задних лапах вскок, поджав передние.
* * *
Конфуз
Пёс пудель Бим
Был страсть любим
В среде ценителей от Бога.
Он рисовал давно и много,
Имел и звания и фонд.
Им восторгался весь бомонд
В Москве, в Париже, в Праге, в Риме.
В энциклопедии о Биме
Была аж целая статья.
Житья
Такого псам другим
Желал от сердца славный Бим.
И тут-то с ним,
Уже седым,
Конфуз обидный приключился.
Та баня, где он раньше мылся,
За подворотнею как раз,
Его поддела на заказ.
Примерно год художник бился
С идеей, с красками, с собой.
И в результате получился
Пейзаж с болонкой, как живой.
Повесили картину в бане.
А через день несут назад.
– Клиенты наши говорят:
«Давайте даму в крупном плане.
Не полубоком, а с хвоста.
И чтобы шерсть не так густа…»
----------
Идея басни сей проста:
Работа для таких судей
Не стоит никаких идей.
* * *
Поэт и придурок
Художника обидеть может каждый.
Но не поэта –
Стихи его страшнее лома,
Нет против них приёма!
----------
Однажды,
Летом,
У окна
Меж лестничных площадок
Многоквартирного жилого дома
Один мужик сказал
Другому:
– Курилка тут запрещена,
Не надо нарушать порядок.
Иди на улицу, сосед.
А тот в ответ:
– Иди ты на…
Но не пошёл туда поэт,
А кисть да краску взял
И на двери курильщика намалевал:
«Он бросил в подъезде окурок
И сплюнул во след по-блатному.
Поскольку с рожденья придурок,
Схвативший не ту хромосому».
* * *
Алиса, спой за соловья!
И вновь черёмухи цветут,
А соловьи уж не поют
В Москве и в Подмосковье.
----------
Здоровье
Чудесных птичек
Здесь абсолютно ни при чём.
Проблема в том,
Что не для кого петь.
Нет ласточек-сестричек,
Скворцов, дроздов, щеглов, синичек,
Клестов, зарянок, зябликов, чижей,
Весёлых взбалмошных стрижей
И даже хищников пернатых,
Которые враз улететь
Давно, оказывается, спелись.
Воробушки куда-то делись.
Лишь дятлы не меняют рубежей,
Пока полно дубов щербатых,
Домыкивающих свой тяжкий век.
А что же человек?
А он, печальный, в кабинете
Припомнил встречу у ручья
И молится на нейросети:
– Алиса, спой за соловья!
----------
Мораль такая тут друзья:
Мертва без мира Божьего Земля,
Исчезнет всё, и вы, и я.
* * *
Плохой танцор
Есть в мире пауки,
Которые танцуют перед самкой.
Отплясывает воздыхатель и не знает,
Что, если танец даме не понравиться,
То исполнителя она съедает.
Но не таков был наш паук,
Попавший случаем в края чужие.
Ему выпендриваться было не с руки
Перед какой-то там заморской дамкой,
Скакать, кривляться, кланяться.
И он поведал ей без лишних мук,
Что планы у него большие,
Что из-за них танцор он никакой,
Учиться некогда и бесполезно,
Зато мужчина он лихой,
Дай бог остаться ей самой живой…
Жива осталась паучиха и довольна.
----------
Совет я всё равно тут дам:
Веди себя, мой друг, достойно.
В одном чего-то где-то там мешает,
В другом оно же возвышает.
А вот каким танцором был Адам,
Мне неизвестно.
* * *
Поэт и Боты
Себя давно
Свободной птицей представляя,
В окно
Смотрел поэт,
Ворон считая.
Уж много лет
Он не имел другой работы.
Боты
Сушились тут же на окне.
И говорят они вдруг тихо, сухо:
«Не птица ты, поэт, а муха.
Летаешь с нею наравне,
От койки и окна – к буфету,
А от буфета – к туалету».
* * *
Дед Мороз и Фея
Поспорили у Мавзолея
Дед Мороз и Фея,
Кто главный всё ж из них,
Волшебников таких?
– Я чудо всем дарю.
– А я подарки раздаю.
– Я приношу удачу.
– А я на Новый год чудачу.
– Я просьбы исполняю.
– А я природу охраняю.
– Я всех могу от хвори исцелить.
– А я пургу могу враз усмирить.
– А у меня корона классная.
– А у меня костюм атласный.
И вдруг на площадь Красную,
Услышав сей дуэт,
Сам Президент явился.
– В хороших сказках главных нет! –
Сказал и удалился.
----------
Мораль в сей басенке проста,
Как суть текущего момента:
Не спорить надо иногда,
А слушать Президента.
* * *
Хау ду ю ду
В семье московских старичков беда:
Жена чужой язык на курсах изучает
И русский позабыла навсегда.
Дед за предательство её ругает,
А бабка ничего не понимает
И только «хау ду ю ду» твердит в ответ
Иль «ай донт си» красиво изрекает.
----------
Мораль в сей басенке такая:
Чужих словечек полон свет,
Но без своих и Родины как будто нет.
* * *
Душа и Закон
Заспорили Душа с Законом,
Кто ж всё-таки главнее для людей?
Душа звенела колокольным звоном,
Закон кивал на право и судей.
Не сговорились
И за решением к Всевышнему явились.
Послушал их Творец и говорит:
– Вот было б так, что всё цветёт, а не горит,
То главною была бы ты, родная.
Но на Земле одна война, потом другая.
Поэтому там главным должен быть Закон,
И не иначе.
Когда духовного единства в мире нет,
Душа почти что ничего не значит.
----------
И я хочу сказать, хоть я не Он,
Примерно то же:
С враждой людской весь божий свет
Совсем не божий.
* * *
Pethen (19-го, 30 лет)
