Публика напряженно замолчала, когда клетчатый клоун, бросив по среди арены огромных размеров туристический рюкзак, начал искать жертву сегодняшнего представления. Выходки рыжего нахала, как ни странно, делали кассу всего представления. Ни дрессированные львы, ни длинные ножки эквилибристки, ни даже фокусник - никто не покорил публику, как этот шельмец. И ведь каждый раз у него было что-то новенькое, и это напрочь пресекало любую попытку подготовиться. - Эй, ты! - в проход шагнул мрачного вида дородный мужчина, и цирковые завсегдатаи узнали в нём "счастливчика" с первого представления. Тогда он остался без волос, теперь же, очевидно, пользовался париком. - Эй, клоун! - зычным голосом крикнул он. - Давай меня! Я готов. Клетчатый шут остановился и, чуть склонив голову на бок, оценивающе осмотрел добровольца. Публика одобрительно загудела, и клоун жестом пригласил мужчину на сцену. - Тут у меня сюрприз, - объявил доброволец и вытащил из кармана пальто пару куриных яиц. Клоун улыбался намалеванными губами, однако глаза его смотрели настороженно. Сделав кульбит, он оказался у рюкзака, из которого тут же вытащил сковородку с длинной ручкой. Чпок! Чпок! Оба снаряда, отправленные ему в спину, вдребезги разлетелись о её круглую поверхность. Зал зааплолировал. Доброволец досадливо притопнул и выудил из другого кармана спринцовку. Сделав шаг к клоуну, он нажал на грушу, и та выпустила струю чернил. В последний момент клоун успел расправить бутафорский зонт, вытащив его из широкого рукава своей рубахи. Струя разлетелась в разные стороны и даже забрызгала нападающего. Тот заревел и выхватил из потайного кармана браунинг. По залу прокатился вздох, и всё затихло. - Сдохни, тварь! - прорычал доброволец и спустил курок. На обтянутой желтым груди клоуна брызгами взорвалось кровавое пятно. Он упал, смешно дрыгая руками и ногами. Ошалевшего от содеянного мужчину увели за кулисы подбежавшие униформисты. Он не помнил, какими коридорами его вели, но в итоге он оказался в тесной комнатке, с гримировальным столиком и зеркалом над ним. Помимо столика у стены находилась небрежно застеленная тахта, на середине которой лежала доска с шахматными фигурами. Мужчина машинально присел на её край, но тут же вскочил - дверь каморки распахнулась, и на порог шагнул Клетчатый клоун. Его грудь по-прежнему была красна, но теперь было ясно видно, что это не кровь, а бутафория. В руках клоун держал оброненный браунинг. - Чёртов висельник! - выпалил мужчина. - Как ты мог всё предусмотреть? И даже то, что я в тебя выстрелю?! Клоун некоторое время сиял нарисованной улыбкой, потом жестом пригласил к шахматной доске. - Ты... шахматист? - поразился догадке мужчина. - Хочешь обставить меня? Клоун кивнул. - Я... я не буду с тобой играть. Щелкнул взводимый курок, короткое дуло браунинга безучастно взглянуло в лицо жертве. - Игра на жизнь? Клоун снова кивнул и закрыл за собой дверь. Спустя полчаса из каморки раздался выстрел, и в коридор вышел высокий мужчина, держа руки в карманах пальто. Он оглядел тусклый коридор и уверенно зашагал к выходу. В каморке остался лежать тучный Клетчатый клоун с идиотской намалеванной улыбкой.
Принц и принцессы
Кабак "Боров и вертел" выходил окнами на городскую площадь и прекрасно просматривался из окон ратуши. Возможно, по этой причине питейное заведение было одобрено к посещению неоднозначной феей Хрю Пунцыль, занимающей пост консультанта по всем городским вопросам. Сама Хрю обедать не ходила, делая вид, что питается пыльцой и нектаром, как и положено феям. А ходил туда Мэр, очень радуясь возможности побыть хоть немного в приятной компании. Приятную компанию на этой неделе ему составлял Прекрасный Прынц, вернувшийся из очередного мирового турне. - Ты бы знал, дружище, какой это Ад - жить на материке, где только кролики, кенгуру и нечесаные полуголые аборигенки, - говорил Прынц, рассматривая на просвет стакан с налитым на два пальца янтарным виски. - Всё же цивилизация - это большое достижение человечества. - Ыгым, - хрюкнул в ответ мэр, не имея возможности ответить из-за занятого горячим рта. - Казалось бы, - продолжал разглагольствовать Прынц, - всё тоже самое: еда, питьё, ночлег, дамочки штабелями падают на спину от одного взгляда... Он махом опустошил стакан и удовлетворенно крякнул: - А! - Но цивилизация поднимает всё это на более высокий уровень, - вступил Мэр. Налив из графинчика рюмочку водки, он опасливо покосился в окно на ратушу. Почти тут же к их столику подскочил официант и протянул ему записку. "Алкаш!" - было выведено ровным каллиграфическим почерком неоднозначной феи. Мэр вздохнул и вылил содержимое рюмки обратно в графин. - Скажите, дорогой друг, - промямлил он, вертя в пальцах пустую рюмку. - Вот вы - особа королевских кровей, можно сказать, принц. И имеете такие либеральные взгляды на образ жизни. Мужской образ жизни, - скорбно уточнил Мэр. Прынц согласно кивнул и, жестом указав официанту на пустой стакан, ободряюще улыбнулся. - А может, вы встречали представительниц слабого, так сказать, пола... В ваших кругах, - поспешно уточнил Мэр, - которые имели бы такие же взгляды? - закончил он и мучительно покраснел. Прынц внезапно затуманился лицом и даже забарабанил пальцами по краю стола: - Знаешь, почему я торчу здесь, а не еду в своё родное Соединенное Королевство? - с неожиданной тоской в голосе спросил он. Мэр удивленно замигал, и отрицательно потряс щеками. Прынц опасливо взглянул в окно на ратушу и, подавшись вперед, по-суфлерски свистнул: - Сёстры. - Принцессы? - удивленно поднял брови Мэр. Принц грустно покивал и снова опорожнил стакан: - И мамуля. Папуля уже не тот, сдает, и приходится возвращаться ему на помощь. - Мда... - сочувственно протянул Мэр, и они вместе посмотрели в окно на здание ратуши...
Отрава (16-го, 39 лет)
