Мы смотрели, как дождь на пруду рисует круги. Было совсем не холодно, даже для декабря. У всех снег, а у нас дождь. Весело. Ты - вечный противник зонтиков - мокнешь, не переставая при этом улыбаться мне - прячущемуся под зонтом. - Ну, и какой может быть кайф в дожде, если ты его не чувствуешь? - спрашиваешь ты. Я некоторое время молчу, пытаясь придумать остроумный ответ. - Необязательно... - начинаю я и снова замолкаю, открыв рот. В голову лезут какие-то сравнительные глупости, вроде, "необязательно совать пальцы в розетку, чтобы бахнуло током", "необязательно совать голову в пасть акуле, чтобы узнать, откусит или нет"... Но они совсем не равны по смыслу. А ты с улыбкой победившего на соревнованиях по дартсу, начинаешь умничать. - Что "необязательно"? Необязательно идти гулять, если на улице дождь? Необязательно не любить дождь, если есть зонт? Необязательно... Мне хочется спихнуть тебя в пруд, чтоб ты, наконец, замолчал. Но ты и так весь дрожишь, а вода в пруду ледяная. И я продолжаю слушать твои "необязательные" бредни. По воде, скользят какие-то насекомые, элегантно увиливая от капель дождя. Должно быть, водомерки... - Ты меня не слушаешь! - возмущенно восклицаешь ты, и к дополнению этого эффекта я удивленно смотрю на тебя. - Что?.. Прости, не расслышал... Твои карие глаза пристально сканируют меня, пытаясь понять всю степень моей серьезности, но я едва сдерживаю улыбку, и ты пинаешь меня локтем, шутливо огрызаясь. - Ах, ты гад... В небе раскатисто громыхает, и нас окатывает новой волной дождя. С зонтика просто льет ручьем. Я замечаю, как ты подрагиваешь, и как забавно посинел контур твоих губ. Но ты не сдаешься, кто угодно, только не ты! Дрожащими руками выуживаешь из кармана удивительно не промокшую сигарету, и прикуриваешь одним щелчком зажигалки. Издалека нас, наверное, теперь намного виднее, благодаря огоньку сигареты. Мне приходит на ум мысль, что мы бы могли быть маяком, направляя плывучих жителей пруда к берегу. Ты бы мог без конца курить, а я бы их как-то приманивал, хлебом, что ли, или каким-то звуком. Мы бы могли зарабатывать этим на жизнь. - Что? – спрашиваешь ты, хитро прищуриваясь, заметив мою улыбку. - Придумал, как мы можем зарабатывать на жизнь, - таинственно шепчу я. Ты засовываешь ко мне голову под зонт, и спрашиваешь охрипшим голосом. - Н-де? И как же? Вместе с тобой под зонт залезает сигаретный дым. Горький запах дешевых сигарет, и отдаленный запах алкоголя мешает вспомнить, что же я там придумал… - Ну? – выжидающе пялишься ты, ренгеня меня своими гамма-глазами, и я теряюсь с ответом от этой наглости. Появляется желание выпинать тебя из-под зонта, но я не решаюсь, ты такой промокший. Просто насквозь. - Что, ну? - Чем же мы могли бы зарабатывать на жизнь? Из-под темных ресниц бесятся озорные чертики. Ты знаешь, что это прикол. Я знаю, что это прикол. Этот разговор вообще ни к чему не ведет. И смысла в нем нет. Но ты все равно ожидаешь ответа, хитро прищурившись. - Твоим бесконечным куревом, - тихо отзываюсь я, понимаю, что от тебя по-другому не отделаться. - Гм… - гудишь ты в ответ той многозначительностью, которую понимаешь только ты. Оранжевая точка мелькнула на фоне невзрачного пейзажа, через мгновенье исчезнув в серо-сизых каплях дождя. Ты встал, лениво потягиваясь, и повернулся ко мне: - Может, перед началом моей карьеры, выпьем пивка?
Юлия Папуша (14-го, 30 лет)
