«    Октябрь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 2
YandexGooglebot

Гостей: 3
Всех: 5

Сегодня День рождения:



В этом месяце празднуют (⇓)



Последние ответы на форуме

Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 2831 Кигель
Флудилка Поздравления 1823 Lusia
Стихи Гримёрка Персона_Фи 47 ФИШКА
Флудилка Время колокольчиков 221 Muze
Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 740 Моллинезия
Стихи Сырая картошка 22 Мастер Картошка
Стихи Когда не пишется... 52 Моллинезия
Флудилка На кухне коммуналки 3073 Герман Бор
Флудилка Курилка 2277 ФИШКА
Конкурсы Обсуждения конкурса \"Золотой фонд - VII\" 8 Моллинезия

Рекомендуйте нас:

Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



Интересное в сети




 

 

Я за мир в Украине

-= Клуб начинающих писателей и художников =-


 

Потерянная 2

-Где ты была? – возмущалась Зойка, когда та появилась на пороге их совместного жилища.

- Да так, гуляла, - пожала плечами Олеська

- Под дождём, всю ночь? – не поверила Зойка. – А почему тогда сухая? Темнишь, девка.

- Отстань, а?  Потом расскажу, вот с мыслями соберусь только.

- А кто же тебе эти мысли раскидал-то, - хохотнула Зойка, - не иначе парниша какой?

- Всё-то ты знаешь, может ты ведьма? – поддержала её тон Олеська.

Зойка, она вообще по-жизни такая, всё у неё просто и понятно: дают – бери, бьют – беги, это любимая её присказка. Иногда Олеська ей завидовала , потому что  свою жизнь она назвать простой и понятной ну ни как не могла.  Теперь вот этот Роман… И парнем-то его не назовёшь, а Зойка – парнишей окрестила. На языке вертелось – дядька, но думать, как о дядьке о нём не хотелось. Хотя, что о нём думать… Ну приютил на ночь, ну накормил, спать уложил. Утром, как бука, отвёз к общаге и благополучно забыл, что есть такая Олеська, а она…  Да и она забудет, уже почти забыла, если бы не Зойка со своими вопросами.

                                                                 

                                                                                              

                                                                                                   2004 год Нижний Новгород

 

 

Когда она исчезла, он поднял на уши всех, кого можно было и даже кого нельзя, но так и не нашел её. Он не знал, почему она сбежала, и совершенно не хотел думать о том, что она оказалась просто огромной дрянью и жестоко обманывала его, но факты были на лицо – деньги исчезли, код сейфа знала только она, и она исчезла тоже. Вот и вся любовь.

Он, конечно, справился с этим – работал, как проклятый, отчасти, чтобы спасти фирму, но в основном для того, чтобы забыть её – «свою» Олеську.

И он забыл или почти забыл, по крайней мере, забыл всё плохое, но всё чаще и чаще тосковал по тому хорошему, что у них было и могло быть, если бы…

Роман решительно тряхнул головой, прогоняя свои невесёлые мысли и тронув машину с места, неспешно покатил на квартиру, которую снимал, чтобы побыть одному или не одному, а с кем-нибудь.

Он решил позвонить Инге, с которой последнее время у него завязалось что-то среднее между романом и просто отчаянным сексом. Инга была просто помешана на сексе. Роман подозревал, что у неё кроме мужа и его, в роли любовника, был ещё кто-то и возможно не один, но ему было всё равно, и он набрал номер любовницы.

- Привет, Ромик, ты решил меня вспомнить? – позвучал в трубке вальяжный голос Инги.

 - Инга, разве тебя возможно забыть? – принял её игру Роман.

- Ну, неделя молчания – это, конечно не рекорд, но всё же хотелось бы, что бы ты интересовался мною почаще, - продолжала строить из себя обиженную Инга.

- Разве прошла уже неделя? – наигранно ужаснулся Роман. – Как я мог прожить неделю без тебя?

- Хватит причитать, я же знаю, что ты это всё не всерьёз, - засмеялась Инга.

Она была легка в общении и редко что либо принимала близко к сердцу, тем более, недельное молчание Романа - у неё хватало любовников, но Инга была явно рада его звонку.

– Но это всё мелочи, – продолжила она. - Так что ты хочешь мне сказать, может, в ресторан пригласить?

- Ну, если тебя интересует ресторан, - проговорил Роман, переняв её манеру начинать фразы с «ну», - Тогда в ресторан, но я надеялся, что у нас есть занятие поинтереснее, чем поглощение пищи, а твой любимый французский коньяк у меня найдется. Так как? – спросил он, уже зная, что она согласится.

- Ну, если коньяк, да ещё в паре с тобой, тогда я подъеду через часок к тебе, ты же знаешь на моей территории – табу, Женечка мне всё прощает, но если застанет у себя дома, то кто его знает…

 - О чем разговор, я жду, - произнёс Роман и отключился, его уже начала напрягать эта болтовня, ещё немного и он будет чувствовать себя виноватым перед её «Женечкой».

Роман решил заехать в магазин и купить что-нибудь перекусить, он знал, что у Инги после секса открывается зверский аппетит, а женщинам он старался угодить.

Сидя у себя в квартире и дожидаясь Ингу, которая, как обычно, задерживалась, Роман опять вспомнил Олеську, почему-то он опять стал её вспоминать, может дело в том,  что весна была в самом разгаре и по всюду на глаза так и лезли влюблённые счастливые парочки, которые буквально растворялись друг в друге. Когда-то таким влюблённым дураком был и он – Роман. Кто бы мог подумать, что его любовь окончится так тривиально.

 – Хоть бы разок увидеть Олеську и посмотреть ей в глаза, - подумал Роман и услышал переливы звонка, звонок был нетерпеливый и требовательный, так звонила только Инга, а вот Олеська никогда не звонила, она стучала условным стуком – два перерыв, затем три – это для того, что бы он её ни с кем не перепутал, говорила она. Но разве он мог перепутать?

- Бред, - мотнул головой Роман и пошел открывать двери, звонок разрывался.

 - Когда ты мне дашь ключ от своей берлоги? – недовольно заявила стоящая на пороге Инга.

- Никогда, - ответил Роман. – От моей «берлоги», как ты говоришь, ключ только у меня, так спокойнее, а то, кто знает, что тебе в голову взбредёт, вздумаешь ещё переехать сюда, а мне потом твой Женечка голову оторвёт, - ответил Роман.

 - Ну, скажешь, больно мне нужно тут жить, что я бездомная собака что ли, по чужим квартирам жить, - возразила Инга, скинув лёгкий плащ, ярко-зелёного цвета, она любила яркие цвета, шагнула вплотную к Роману и обвила руками его шею:

- Ну что ты меня не поцелуешь? Больше разговаривать было не о чем, и Роман впился поцелуем в её ярко накрашенный рот, на ходу расстегивая лёгкую блузку, потащил её к кровати.

- Какой ты быстрый, а обещанный коньяк? – пробовала протестовать Инга.

- После, - пробормотал Роман, продолжая раздевать любовницу, но Инга и не думала больше сопротивляться, её губы уже блуждали по обнаженной груди Романа, а руки лихорадочно расстегивали ширинку на его брюках. Освободившись от остатков одежды, они предались первобытному чувству, которое трудно можно было назвать любовью, скоре уж - соитие.

Устав от плотских утех, они разметались на кровати, стараясь не касаться друг друга, боясь, что всё может повториться, а сил совсем не осталось. С Ингой всегда кончалось именно так – они выжимали друг друга до последней капли, что Романа вполне устраивало, после секса с Ингой думать было невозможно, даже об Олеське.

 Утро следующего дня началось строго по распорядку: душ, борьба со щетиной, которая росла как грибы после дождя, ведь вечером брился, а сегодня утром снова зарос, иногда Роман завидовал женщинам – им не надо бриться по два раза в день, но вспомнив про их критические дни, думал – уж лучше бриться.

После бритья следовал завтрак, который он любил готовить сам, а потом он включал служебный мобильник, который старательно отключал после окончания рабочего дня, если что серьёзное, то его зам.  знал номер второго телефона – он всегда включен, но звонить на него разрешалось только в действительно экстренных случаях, и знали его номер ограниченное число человек. После включения телефона, рабочий день начинался буквально сразу же. Так произошло и сегодня.

 Одеваясь в прихожей, Роман уже обговаривал со своим замом очередной заказ на крупную партию мебели, которая должна была прибыть сегодня из Санкт-Петербурга, и отправлена по магазинам.

Колесо привычной жизни завертелось, и до трёх часов оно крутилось довольно споро, но в три часа началась та самая выставка, на которую Романа пригласил Олег, и вот как раз на этой выставке, колесо наехало на камень, если не сказать на здоровенный булыжник и телега, под названием жизнь, поехала в неизвестном направлении, давя, вся и всех на своём пути.

 

                                                                                                  2004 год Краснокамск

 

Ольга шла с работы домой, в руках у неё была тяжеленная сумка с продуктами, которые она закупала каждую пятницу, на всю следующую неделю. На улице уже начало смеркаться, и Ольга торопилась домой, ей не терпелось забраться в теплую ванну и смыть с себя этот тяжелый рабочий день.

 Она несколько раз порывалась бросить эту работу в магазине, но ничего путного не подворачивалось, а жить-то как-то нужно, поэтому Ольга продолжала работать в этом магазине, который находился на другом конце города.

Возле самого подъезда, как из-под земли возник мужчина и решительно преградил ей путь. Ну вот, пронеслось в голове у Ольги, дошлялась по ночам, хотя ещё совсем не ночь, пыталась спорить сама с собой Ольга, или это грабители совсем обнаглели, или это не грабитель? – продолжала гадать она, стоя в оцепенении напротив здоровенного мужика, который был на голову выше её и килограмм на пятьдесят тяжелее.

 - Что вам от меня нужно? – попыталась спросить Ольга, поднимая голову, чтобы взглянуть ему в лицо.

 Он молчал, но то, что она увидела в его глазах, подвергло её ещё в больший ужас – это была Ненависть, глаза переполненные ненавистью, казалось, что она плещется там и вот-вот перельётся через края, а как только это произойдёт, то он просто-напросто её убьёт – придушит, застрелит или придумает что-нибудь пострашнее, но результат будет один – он её убьёт.

Ольга, тихонько пискнув, выпустила из рук сумку, которая с гулким стуком, упала между ней и убийцей. Из сумки выкатился апельсин и одиноко покатился к подъезду. –

Вот бы мне так укатиться, - промелькнула мысль в голове у Ольги. – Но я же не апельсин, - с сожалением подумала она.

А убийца уже тянул к ней свои руки. Ольга стояла, как в ступоре, она не могла ни шевелиться, ни говорить. А руки, тем не менее, приближались, они с силой впились в её плечи и начали трясти изо всех сил, как трясут яблоню, чтобы яблоки попадали на землю.

Голова её моталась из стороны в сторону, как яблоко на этой яблоне и скоро, наверное, оторвалась бы, упала и покатилась вслед за апельсином, но убийца перестал её трясти.

 Ольга посмотрела на него и увидела, что у него шевелятся губы, но она ничего не слышала, только её сердце колотилось где-то в горле. Это неправда, что от страха сердце в пятки уходит, - вяло подумала Ольга, - оно старается сбежать через горло и вот-вот уже выпрыгнет.

 И тут она услышала, через гору подушек наваленных на неё, злющий голос кричал:

- Что ты молчишь?

На этом всё и закончилось. На Ольгу навалились темнота и тишина, а сама она, обмякнув в руках убийцы, повалилась прямо на асфальт рядом со своей сумкой.

Роман стоял перед упавшей Олеськой, и в душу его заползал противный липкий страх, что он её убил и теперь, когда он её нашел, она мертва.

 Он опустился перед ней на колени и приложил ухо к груди

– Дышит, - с облегчением пробормотал Роман, и бережно взяв её на руки, оглянулся в поиске, куда бы положить, упавшую в обморок Олеську.

Возле подъезда не было даже лавочки, и он понёс её в свою машину, которая стояла прямо рядом с подъездом. Он аккуратно уложил Олеську на заднее сидение и легонько похлопал её по щеке, стараясь привести её в себя, но у него ничего не получалось - Олеська в себя не приходила, но дышала ровно.

 

Тогда он осторожно залез на заднее сиденье и положил голову Олеськи себе на колени, он решил ждать. Ждать, когда она придёт в себя, он так долго её искал, так что теперь, время не имело значения.

Роман сидел и разглядывал Олеськино лицо.

 - Господи, что же ты натворила? И как мне теперь быть? – прошептал он, аккуратно снимая её вязаную шапочку и поправляя волосы, упавшие на лицо.

- Дурёха, волосы перекрасила, думала, что не узнаю, что ли? Да я тебя и с зелёными волосами узнаю и с красными. Дурёха, - повторил он.

 

Когда на выставке он увидел её фотографию, он решил, что это просто бред. Ну зачем человек, который скрывается будет сниматься для выставки. У него даже мелькнула мысль, что это и не Олеська сроду, но вглядываясь в фотографию за фотографией, он всё глубже и глубже закапывал свои сомнения. Это была она – его Олеська, его сбежавшая воровка, его единственная женщина.

Вот она стоит у окна и грустно смотрит на него, так она смотрела, когда они ссорились – глаза наполнены слезами и губы дрожат, а вот снята в профиль на фоне осеннего парка. Нет, это, несомненно, она, продолжал убеждать себя Роман, - пусть теперь блондинка, но это она.

 Серия фотографий, на которых была запечатлена Олеська, называлась – «Потерянная», и глаза, которые смотрели с каждой фотографии на Романа, умоляли – найди меня!!!

Затем, когда он тряс за грудки парня – фотографа, который пытался ему рассказать совершенно невероятную историю, про потерю памяти, и про то, что это не Олеська, а какая-то Ольга из Хабаровска, он засомневался в своей правоте, но стоило ему снова взглянуть на снимки и Роман отмёл все свои сомнения и решил ехать и взглянуть ей в глаза, Олеська это или нет, он поймет, только посмотрев ей прямо в глаза, таких глаз, как у неё, больше нет ни у кого, это он знал наверняка.

 Парень сначала упрямился и не давал адреса, но, в конце концов, он убедил его, что ничего плохого не произойдёт, если Роман съездит и поговорит с Ольгой – Олеськой, и фотограф дал таки адрес своей модели.

 И вот теперь он сидит в своей машине с Олеськой на коленях и уже почти готов её простить, но он, конечно, не покажет этого ей – он будет злым и свирепым, пусть помучается, как он, - думал Роман, и вдруг ему в голову пришла ужасная мысль, от которой он даже вспотел, - а что если она его разлюбила. Разлюбила совсем, бесповоротно и у неё уже давным-давно кто-нибудь другой, а он как идиот, тащился почти суки черте знает куда, в какой-то Краснокамск, затем ждал её возле дома почти целый день, а теперь вот сидит и держит её голову на коленях.

Роман вытер капельки пота, выступившие на лбу, и Олеська в ответ на его движение тоже пошевелилась.

Ольга открыла глаза и увидела, что глаза, которые смотрели на неё с такой ненавистью, теперь прямо напротив неё, а её мучитель, почему-то держит её голову. Она моргнула, в голове метнулась мысль, - он меня похитил, - и Ольга дернулась, стараясь освободиться от его рук, которые поддерживали её голову.

Руки тут же разжались и она, тихонько охнув, наконец-то села.

- Что происходит? Кто вы и зачем вы меня сюда затащили? – осмелев, спросила Ольга, заправляя волосы за уши.

- А у тебя волосы отросли, ты же никогда не любила длинных волос, – не ответил на её вопрос Роман.

- При чём тут мои волосы?

- Зачем ты их перекрасила? - продолжал игнорировать её вопросы Роман.

 - Послушайте! – рассердилась Ольга. – Отвечайте сейчас же, что вам от меня нужно? Я вас знать не знаю, а вы про мои волосы. Кто вы такой, в конце концов?

- Хватит, Олеська, притворяться. Прекрасно ты всё знаешь. Я тебя тут целый день жду.

- Ох, слава богу, - облегченно вздохнула Ольга, - вы просто обознались. Я не Олеська, моё имя – Ольга. Ольга Воржеева. А вашу знакомую как зовут? Хотя в принципе мне всё равно. А сейчас выпустите меня немедленно, а то я кричать начну, и кто-нибудь вызовет милицию, - пригрозила Ольга Роману.

- Не надо меня милицией пугать. Ты забыла о деньгах, которые у меня украла. Да тебя саму милиция ищет, так что давай по-хорошему без угроз. Ладно? – мгновенно среагировал Роман.

 - Какие деньги, вы о чём? Вы что, глухой? Я вам повторяю, вы меня с кем-то перепутали. Я – Ольга, а вам нужна какая-то Олеся. Теперь всё ясно? – совсем оправившись от испуга, проговорила Ольга.

Роман полез в карман своей куртки и достал бумажник, открыв который он вынул фотографию и сунул её под нос Ольге:

 - Ну что, может, скажешь, что и это не ты, а?

Ольга, взглянув на снимок, увидела на нём счастливую девчонку и этого самого мужика, который сидел рядом с ней, причем девчонка была ужасно похожа на неё – просто одно лицо, если конечно она сделает стрижку и нацепит на себя эту дурацкую улыбку.

Ольга несколько минут смотрела карточку, потом, взглянув на злобного мужика, ответила:

 - Это просто совпадение. Мы просто очень похоже, вот и всё. Прощайте, – и взялась за ручку дверцы. – И, пожалуйста, не преследуйте меня. А то я, правда, милицию вызову.

- Послушай, ладно ты не хочешь со мной говорить, но где ребёнок, которого ты должна была родить? Или ты его тоже выкинула из своей жизни за ненадобностью?

- Вы о чем? У меня нет ребёнка, и никогда не было, - ответила ему Ольга, уже выбравшись из машины. При этих словах у неё внутри, что-то тихонько застонало. Опять вспомнился старый кошмар, который снился ей первое время. Во сне она слышала, как плачет чей-то малыш. Он захлёбывался плачем, а к нему никто не подходил. Сколько раз она вскакивала и пыталась его успокоить, но понимала, что это всего лишь сон. И теперь он, этот маньяк, спрашивает её о ребёнке. А она ничего, ну ничегошеньки, не помнит, успокаивало одно – у неё совсем другое имя, значит это не правда. Вот и всё, пора идти домой, и выкинуть из головы этого придурка, который не может разобраться со своими женщинами.

 Роман же, заметив, как напряглась Олеська, при упоминании о ребёнке, укрепился в своей уверенности, что она просто его дурачит и, выйдя из машины вслед за ней, он опять схватил её за плечи:

- Хватит, слышишь, хватит, поиграли, и хватит, я же тоже не железный. Пусть тебе всё равно люблю я тебя или нет, но этот малыш и мой тоже, и я хочу его видеть, сейчас же.

- У меня нет никакого малыша. Нет, и никогда не было, сколько раз вам повторять, - устало произнесла Ольга. – Я живу одна уже восемь месяцев, а что было до этого, я не помню. Я очнулась на скамейке в парке, и что было до этого, я не знаю, и никто не знает. Но я знаю точно, что моё имя – Ольга, так в паспорте написано и он не фальшивый, потому что я его в милиции показывала. И отстаньте от меня, наконец.

 - Да не могу я от тебя отстать, потому что я точно знаю, что никакая ты не Ольга, и хватит врать.

- Ну что ж, пошлите ко мне, я вам паспорт покажу, и покончим с этим, - проговорила она и, не оборачиваясь, направилась к своему подъезду, по пути поднимая валявшуюся сумку с продуктами.

Роман не отставая, шел за ней, он нагнулся за апельсином, но, махнув рукой, поднимать его не стал. На что ему этот апельсин?

Открыв дверь и впустив в квартиру Романа, Ольга сразу, не раздеваясь, пошла за паспортом. Роман направился за ней. Он не хотел даже на минуту выпускать её из виду, вдруг она опять пропадёт.

 - Вот, смотрите, русским языком написано – Воржеева Ольга Владимировна. Ещё вопросы есть? Нет. Ну что ж тогда до свидания, я очень устала и ужасно хочу есть, ещё я хочу принять ванну, так что до свидания, - повторила Ольга.

- До свиданья, - пробурчал Роман и направился к двери. Не оглядываясь, он вышел на лестницу и, перепрыгивая через несколько ступенек, сбежал вниз.

Уже сидя в машине, он стал размышлять над сложившейся ситуацией и пришел к выводу, что рано уезжать, в этом надо разобраться. Не бывает двух идентичных людей – один в Нижнем Новгороде, а другой где-то в Хабаровске, если конечно они не близнецы.

У Олеськи не было сестры, по крайней мере, она так говорила. А может она врала, или не знала о сестре? Так, надо сосредоточиться, а для этого надо расслабиться, - подумал Роман и поехал искать гостиницу.

– Никуда она теперь не денется, Олеська она или нет. За ночь я всё хорошенько обдумаю, а завтра у нас с этой Ольгой – Олеськой будет долгий и нелегкий разговор, - принял он решение и направился в центр города, потому что гостиницы обычно бывают там.

 Уже сидя в номере, приняв душ и поужинав, Роман решил, что он возьмет её в свой город и покажет те места, где они бывали, и если это правда, что она потеряла память, то может быть она всё вспомнит. Ну, а если – нет то, что делать тогда, он не представлял. Конечно, есть вероятность, что она его водит за нос, тогда ей не поздоровиться.

Взглянув на часы, он обнаружил, что уже половина третьего.

-Ни чего себе, пора ложиться, а то ещё просплю, завтра много дел, - произнес он и, выключив ночник, попытался уснуть.

 


0


Ссылка на этот материал:


  • 0
Общий балл: 0
Проголосовало людей: 0


Автор: Радуга
Категория: Проза
Читали: 112 (Посмотреть кто)

Размещено: 12 августа 2009 | Просмотров: 818 | Комментариев: 0 |
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
 
 

 



Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
© 2009-2021 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.