-= Клуб начинающих писателей и художников =-

            В этот замечательный день слова переполняют меня. Хочется сказать так много, но по регламенту положено говорить не больше десяти минут. Поэтому начну с главного. Со слов благодарности всем тем, без кого я не стоял бы здесь и сейчас – перед вами.

            Я благодарен своим родителям. Они подарили мне жизнь, и что, не менее приятно, титул. В общем, это больше заслуга матери. Зато отец снабжал нас деньгами в течение первых двадцати лет моей жизни, после чего они у него закончились. Это была большая потеря для всей нашей семьи. К счастью, я повстречал женщину, которая спасла меня. Она стала моей супругой и в течение многих лет оплачивала мои долги. Я настолько ей благодарен, что прощаю даже то, что она спала с моими друзьями. Моим друзьям я благодарен за то, что они были щедры с моей женой и тем самым неоднократно спасали меня от разорения. Они, в общем, хорошо играли в карты, и мне было очень приятно проигрывать им новые хрустящие ассигнации, поздним утром полученные от жены. Это была, наверное, самая счастливая часть моей жизни.

            Я благодарен викарию нашей тихой обители, за то, что он научил меня богохульствовать и сквернословить. Он был хорошим священником, хотя и погряз в содомии, но зато умел кулаками и голосом внушать прихожанам настоящий страх перед господом. Благодаря его проповедям я стал лучше понимать то, что происходит за высокими стенами монастырей.

            Я благодарен своему учителю философии. За умеренную плату он избавил меня от потоков своего красноречия, зато предоставил в мое распоряжение собственную дочь и разрешил мне делать с ней все что угодно. Это весьма развивало мою фантазию. Бедняжка потом неделями не могла встать с постели, и уроки приходилось откладывать или переносить. Заплатив еще больше, я легко убедил ее двух служанок разделить с нами тяготы образования, и встревоженный учитель мог вздохнуть с облегчением. Его дочери больше ничего не угрожало. Таким образом, я стал бакалавром.

            Супружеская жизнь начинала меня утомлять…

            Габриель был настоящим навахеро – мастером испанского ножа навахи. Я познакомился с ним в какой-то кабацкой драке, и мы было более чем довольны друг другом. Уже через три дня я засыпал на коленях у юной очаровательной вдовы шестнадцати лет от роду, которая была мне более чем благодарна. Позже – и заметно дороже – я тоже слегка овдовел.

            Я благодарен тем женщинам, которых любил, а также всем тем, с которыми просто спал. Особенно хотелось бы подчеркнуть мастерство жены галантерейщика Жаклин, опыт святой сестры Анны и ее молчаливой подруги, а также очаровательную развратность всех четырех дочерей барона де Мори. Я благодарен служанкам, горничным, трактирщицам, маркитанткам и цветочницам, за то, что они были весьма умерены в вопросах цены, чем, с одной стороны, спасли меня от разорения, а с другой стороны, себя – от изнасилования. Впрочем, нескольким из них не повезло.

            Интендантскую службу его королевского величества я хочу благодарить за то, что она предоставила мне должность и чин, достаточные для безбедного существования за счет нашего корпуса, участвующего тогда в подавлении мятежа. Мятежников можно было бы поблагодарить за то, что они платили мне и проиграли. Если бы победили – пришлось бы отвечать перед ними за то, что продавал прошлогодний снег.

            Эти все люди много сделали для того, чтоб я стал тем, кем являюсь – образцом блеска нашей благословенной монархии. Королю, впрочем, я ни сколько не благодарен. Деньги, украденные мной из казны, принадлежат не ему, а народу. Суд надо мной был чудовищно не справедлив. Приговор – конфискация половины имущества и позорная ссылка – более чем жесток. Отомстить королю я не мог, но зато отомстил двум фрейлинам ее высочества – так, что спина моя покрылась шрамами от их ногтей, а крики ярости оглашали половину дворцового парка. Лейтенант гвардии даже на всякий случай поднял тревогу.

            Ссылка, по счастью, не затянулась.

            Уже через год я пил вино из пупка жены военного коменданта нашей благословенной столицы. Самого коменданта пришлось убить на рассвете следующего дня. Он был отличным стрелком – этот старый вояка, поэтому мой друг Габриель забыл зарядить его пистолет.

            Заговорщикам всех мастей я весьма благодарен за то, что они включали меня в состав своих обществ и комитетов. Списки членов этих тайных организаций пользовались большим успехом в полиции, так что я мог беспрепятственно продолжать свое роскошное и развратное существование.

            В конце концов, я решил заняться развращениям на, так сказать, профессиональной основе. Особенно в этом я, к сожалению, не преуспел. Что значит пара сотен наложниц, проданных мною в хорошие руки, по сравнению с гигантскими потребностями человечества в этом товаре? Да и расход на опиум для вчерашних белошвеек оказался весьма ощутим.

            Закон опять имел ко мне какие-то претензии, но я не стал вдаваться в подробности…

            Почувствовав приближающуюся старость, я решил купить монастырь. Эксперименты, производимые мной над рабынями моего прошлого предприятия, легли в основу того, чем я занялся с милыми обитательницами монастыря. Враги утверждают, что я чудовище, но вы не верьте. Крики, вскоре огласившие своды древнего монастыря, были преимущественно криками наслаждения. Плетки и кандалы служили не более чем декорацией. Погибшие девушки были удивительно упрямы и злы. Даже увещевания епископа – моего доброго приятеля и собутыльника – не смогли сломать их ничем не обоснованные предрассудки. Они писали возмутительные письма, за что и были наказаны. Рим знал об этом – и промолчал.

            Дочь его светлости герцога была невероятно красива. Она, кстати, сама выбрала монастырь. Мы лишь помогли ей определиться с обителью. Слуги, сопровождавшие ее, погибли в результате печального недоразумения. А сама юная красавица уже на третий день была счастлива. Возможно, счастье это было не совсем трезвым, но тело ее отзывалось более чем красноречиво.

            Возмущение герцога приводит меня в недоумение. Неужели мужчина мог искренне желать вечной девственности для такой красоты? Но если это и так, что я спешу разочаровать его светлость – девственностью там и не пахло.

            Влияние герцога в столице, было, признаюсь, мною ошибочно оценено. Полагая себя в полной безопасности, я был внезапно поставлен перед фактом штурма моего монастыря. Я благодарен всем тем, кто сложил голову в этой драке. Наемники, которым забыли показать потайной ход, успешно задержали солдат, что позволило мне тогда скрыться.

            Если бы не это, я бы сейчас не стоял перед вами.

            Но особенно мне надо благодарить ту сволочь, которая все-таки донесла на меня. Кто бы он ни был, я уверен, что Габриель достанет его. Единственное, то меня смущает, так это то, что предателем может оказаться сам Габриель. Тогда – плохо.

            Но это дело такое…

            Я сейчас стою перед вами и мне больше не о чем беспокоиться. Все уладилось.

            Да, что вы сказали? Ах, время…

            Хорошо, я быстро…

            Еще одно слово благодарности – ребятам, которые стоят передо мной. Вы хорошие слушатели и думаю, что после пары кружек пива, вы сможете повторить то, что только что услышали. Герцогу это будет весьма любопытно. И спасибо вам, лейтенант, за то, что забрали свою дурацкую повязку и разрешили произнести эту маленькую речь. Я отдал вам все золото, которое у меня осталось. Этого не много, но я вижу, что вы довольны. Да? Ну и славно!

            А теперь, господа, будьте любезны – прицельтесь.

            Какие у вас, однако, решительные лица…

            Ладно.

            Огонь!