ГЛАВА 4

  Быстро продвигаясь вдоль леса, Мэни уверенно удалялся от искомой магистрали.   Но  он  этого конечно не знал и поэтому смело шагал по жёлтому   песку,   высматривая    среди   его,    размеченный    жёлтой полосой, асфальт.  Оглянувшись назад, Мэни с трудом различал вдали маленькую точку белого фургона.

«Надо поспешить»,

промелькнуло  у  него в голове.  Ему  не  хотелось оставлять на долго Лену   одну,   и  он   ускорил    темп.    Расстояние   между  любимыми увеличивалось.    Над  землёй  поднималось  палящее  солнце,  но  до невыносимой жары было ещё далеко.

«Поразительно!   Ни одного  живого  существа.   Даже  птиц в небе,  и тех нет»,

думал Мэни, поглядывая то вверх, то в стороны, оценивая положение. Его оценка не оставляла желать ничего  хорошего.  Глянув на часы, он прикинул   в   уме   пройденное    расстояние  и  понял,   что  здесь  он магистрали не найдёт.   Слишком  много он прошёл,   не менее десяти километров,   это  точно,   а  дорогой  в  Бостон  и  не  пахло.   Солнце медленно  стремилось  ввысь и нещадно принималось за свою адскую работу. Стерев со лба пот, Мэни Хьюит устремил взор к горизонту, где он оставил свою жену. Теперь он уже не видел никакой белой точки, а перед ним, распластав свои объятия, лежала накаляющаяся пустыня и однотонная,   небесная   гладь,  в котором  ярким  пятном хозяйничало ослепительное солнце.   Немного поразмыслив, наш герой двинулся к лесу,  что бы в его тени продолжить  путь  назад.  Подходя  к  первым деревьям,   Мэни   заметил,   что  этот  лес  не  такой  уж  мрачный, как показалось  ему в первый  раз,  при  вылазке из фургона.   Земля у его подножия   имела   восхитительный   вид:  покрытая   густой,   нежно-зелёной травой, она манила к себе, словно приглашая прилечь  и хоть немного отдохнуть в тени величественных деревьев. Разумеется, Мэни не    собирался    отдыхать,    но   его    любознательность    требовала удовлетворения и он ступил в освежающую тень ближайших деревьев. Здесь было довольно прохладно.   Прохлада  была  восхитительна  и, глядя  из  леса  на  ослепительно   искрившийся  под  солнцем  песок, сомнений не возникало – только не в это пекло.

   Мэни    быстрым   шагом   продвигался  к  своей  жене.  Под   этими высокими  деревьями идти было одно удовольствие, и он с сарказмом поглядывал     вправо,    где   на   фоне   изящных,   густых    кустиков, проплывала  раскалённая  песочная желтизна.   Но,  не  смотря  на  всё очарование   окружающей   его   природы,    Мэни   поражался  лесной тишине. Ни звука, ни шороха,  ни жужжания  насекомых,  ничего  этого не было.  Он  остановился  и  посмотрел  вокруг.   Пробиваясь   сквозь густую,  девственную   крону  лесных   великанов,   солнечные   лучи-кинжалы  вертикально  пронизывали беззвучное, лесное пространство, жадно впиваясь в прохладную  твердыню  земли.   Мэни  внимательно прислушался, рассчитывая хоть на малейший шорох.

«Одно хорошо. Что я в этом лесу один»,

успокаивающе подумал он и дабы подтвердить  своё  предположение, набрал полные лёгкие воздуха, и что есть  мочи заорал.  Но  его  крик, не нарушая никакого спокойствия, поглотился этим  странным  лесом, будто   вырвался  не  где-нибудь в просторном  лесу,   а  в  маленькой, забитой хламом, комнатушке. Ошарашенный мужчина замолчал.

«И где же раскатистое эхо?»

   Кричать  быстро  расхотелось.   Мэни   быстро   сорвался  с  места  и помчался  к  фургону.   Не  отставая  ни на шаг и мелькая  вокруг него, проносились    кусты   и  деревья.    Казалось,   что   всё    окружающее пространство  сгущается  вокруг него  и,   чтобы   не   потерять  в  этой круговерти ориентировку,  он часто  поглядывал  вправо,  что  бы  ещё раз     убедиться   в   наличии   там   жёлтой   пустыни.    Вдруг    Мэни почувствовал, как его ноги  начали  путаться и,  зацепившись  одна  за другую,  остались   где-то позади, а перед его глазами всё поплыло и он рухнул на землю. Тут же поднявшись,   он   услышал  где-то  рядом странный   звук.   Как  будто,   совсем  рядом,   очень    быстро    что-то пробежало и остановилось.   Но рядом никого не было.  Лишь деревья, кусты, да многочисленные кочки.

«Я схожу с ума »,

думал  вспотевший  Мэни.  Глядя  вглубь  леса,  он позади  себя снова услышал этот звук.

«Несомненно, там только что, что-то пробежало»

   Он продолжал стоять, не решаясь  оглянуться.   Боковым  зрением он уловил   справа  от  себя  слабое   движение,  но,  онемев,   продолжал стоять, тупо уставившись вперёд,  где  яркие  лучи-кинжалы освещали затуманенную чащу.   В  этот  момент  он  почувствовал  на  своей  шее  чьё-то  горячее  дыхание,   сопровождаемое  тяжёлым,   прерывистым сопением. Невыносимая вонь ударила Мэни в нос.

  Позади него, возвышаясь на целую голову, стоял огромный, жирный гриб.   Его  широкая,  метрового  диаметра,   шляпка,   свисала мокрой, грязно-коричневой     массой     вокруг    набухшей    толстой     ножки. Маленькие,   налитые кровью глазки,  с ненавистью  впились  прямо в затылок остолбеневшего Мэни.  А тонкий, длинный нос почти касался вспотевшей, человеческой спины. Ни рук, ни ног, лишь мерзкие глаза, страшный    нос   и  огромный,   почти   на  всё  тело,   выпирающий и подёргивающийся   живот,  в верхней   части    которого   шевелились отростки вялых, синих губ.  Мэни медленно обернулся, в надежде, что это нервы и сильное перенапряжение.   Увидев перед собой страшную, грибную   морду,  он  в  ужасе   открыл   рот,  но  его  крик   потонул  в оглушающем рёве злобной пасти лесного чудовища.

   С быстротой молнии человек мчался по лесу.  Позади его, разрушая и сметая  всё на своём  пути,   передвигался  гриб.   Его  раздирающий душу рёв, казалось, раскачивал весь лес. Единственным, кто наблюдал за   этим   преследованием,    было   жаркое   солнце,  в  ярких    лучах которого,  под  густой  кроной  вековых деревьев,  мелькала огромная, коричневая    шляпа   гигантского  гриба.    На  фоне  этого  рёва   крик бегущего человека казался мышиным писком. Но Мэни орал и орал и, наконец,    что-то    сообразив,     свернул   на   раскалённую    равнину. Продолжая  бежать, он увидел впереди фургон, до которого было ещё очень далеко. Он оглянулся. Позади никого не было, не было слышно и оглушающего  рёва.   Лес,  как ни в чём не бывало,  стоял на месте и выжидающе молчал.  Солнце  нещадно  припекало, температура резко росла  и  обещала   стать   невыносимой.    Всё   ещё   в   шоке,    Мэни стремительно   приближался  к  фургону.    Подбежав   на   расстояние километра,  он   резко   сбавил   темп   и,   путаясь  в  своих    мыслях, рассуждал о произошедшем:

-         Я схожу с ума. Какой-то гриб. Откуда!? – он постоянно оглядывался к лесу, высматривая в его чаще коричневую шляпу.   Но там ничего не было. – Безумие. Сплошное безумие. Что здесь происходит?

   « Ни  слова  Лене.  Ни одного,  даже малейшего намёка.  Не дай бог ей это узнать.  Не говоря о том, что бы увидеть. »   Он медленно подходил к   машине,    собираясь  с  духом  и,   пытаясь   вернуть  себе  прежнее состояние.  « Магистраль  в  правой  стороне…»,    уверенно продолжал мыслить Мэни.   « Сейчас  посмотрю  как  Лени  и  быстро  за  помощью. И никакого леса!  Ужас!  Это не вероятно! » Он пытался отогнать от себя эту мысль и сосредоточился на Лене.  « Что бы  я  только не отдал,  что бы  оказаться  сейчас  в  нашем  новом  доме.   Да  хотя бы  где-нибудь в городе! » Подойдя к открытой дверце фургона, он остановился.  В нём никого не было.   На полу лежало  разбитое  зеркало и развороченный будильник. У Мэни ёкнуло сердце. После чего колени задрожали, и он истерично закричал:

-         Лена! Лена-а!!

  Вокруг стояла зловещая тишина. Нещадно палило солнце.

-         Лена-а-а!!! – снова заорал одинокий Мэни и его безумный взгляд на ближайший участок  леса,   где  в  приятной  тени  лежала   Лена, и спокойно  дремала.

   Округлившимися  от  ужаса  глазами   он секунду  смотрел  на  свою любимую жену и перед  его  глазами  возник  образ  звериного  гриба, разрывающего её своим огромным ртом на части.

  «Только  не это!  Что угодно,  только не это!!!»

   И  он  бросился  к  своей жене,   оглашая  окружающие   окрестности своими     истошными    воплями.    Подбегая,   он   увидел,  что  жена проснулась и не понимающе смотрит на него.   И только  оказавшись в объятиях  мужа,   Лена  увидела,   какое  бледное   было у Мэни  лицо.

-         Что случилось?  Что ты так разорался и что с твоим лицом? Ты сам на себя не похож.  –  Лена  провела  рукой  по его холодному лбу и испуганно продолжила.

-         Что-то произошло? Говори же, не молчи!  –  она посмотрела мужу в глаза  и  увидела  в  них   явное   облегчение,   но  вместе  с  тем  и отпечаток  какого-то  страха  и  паники.

-         Да  нет.   Всё в порядке…   Я  ведь   сказал   тебе   закрыться   внутри фургона.  –  Он  укоризненно  посмотрел на жену.  –  Ну,  а  когда не обнаружил тебя там, где оставил, ну… в общем я испугался… - Мэни перевёл взгляд к лесу и продолжил:

-         Пожалуй,  нам  лучше вернуться к фургону.  –  Взяв Лену за руку, он, было,   направился в ту сторону,  но,  почувствовав   сопротивление жены, обернулся и удивлённо взглянул на неё.

-         Я не  понимаю,   что ты  делаешь?   Неужели  ты  думаешь, что под этим  палящим солнцем, в чреве этой железной коробки, нам будет лучше?  –  с лёгким  раздражением  ответила Лена на немой вопрос мужа и, как бы случайно, заметила.  –  И ты что-то там говорил про помощь.

  Было  видно,  что Мэни на секунду  смутился,  но,  быстро взяв себя в руки, обнял  жену и,  глядя ей в глаза,  почти  упрашивая,  промолвил:

-         Я  тебя  очень  люблю.   Моя дорогая Лени.   Я  тебя  очень  люблю! Поверь.    В  этом   фургоне   нам   будет   лучше   всего.   Включим кондиционер,  там  есть  вода…

   Лена  сначала  с  удивлением,   затем  с  испугом,  следила  за,  явно говорившим с притворной убеждённостью мужем.

« Не хватало ещё, что бы моя жена считала меня сумасшедшим », глядя на неё,  думал Мэни.  « Но не рассказывать же ей, как её храбрый  муж с быстротой молнии улепётывал по лесу от жирного гриба. Прямо какой-то адский ужас! »