«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
anuta

Роботов: 2
YandexBaidu Spider

Гостей: 28
Всех: 31

Сегодня День рождения:

  •     KADGAR (19-го, 4 года)
  •     Mary MkLair. (19-го, 21 год)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 166 Filosofix
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    ,,Сны мои,, рассказ, часть 1

    Глеб Тишин умирал от рака легких в Алмате, в центре хирургии имени Сызганова. У него была уже третья стадия, опухоль пустила метастазы в лимфоузлы. Лечение приносило только муки, и не давало никаких результатов. Надежд не было, и Глеб знал о том, что скоро его не станет. Знал, потому что лежал тут один, без друзей и родственников, и поэтому никто не врал ему о скором выздоровлении. В отсутствии третьих лиц, врачи напрямую говорили все, как есть, самому Глебу... Впрочем, ,,Не все жить, когда-то – и умирать’’…

     

    Так говорил когда-то давно дедушка Глеба. У него тоже был рак, но об этом стало известно уже после смерти. Странным было то, что он не чувствовал ужаснейших болей, какие обычно чувствуют больные на последних стадиях рака. Все знакомые тогда говорили - дедушка Глеба был настолько сильным мужиком, что просто не заметил рака. Возможно, отчасти это было правдой, хотя родные замечали, что в последнее время дедушка просто был в каком-то забытьи: говорил о том, чего не происходило, звал людей которых никто не знал, собирался делать какие то дела, которых раньше делать не умел. Тогда Глеб тоже замечал все это, а теперь и понял…

     

    Сам Глеб пытался лечить свой рак уже восемь месяцев, и шесть из них он жил двойной жизнью. Нет, Глеб не был ни вражеским шпионом, ни нашим разведчиком, он ни от кого не скрывался, и даже не имел двух жен, или тем более – семей. Просто в последнее время он жил не только в реальности, но и в своих снах, которые для него были не менее реальны. Глеб поначалу боялся, думал, что сходит с ума, но ничего не мог с этим поделать – сны его из пестрой мешанины разных людей, мест, ситуаций, и вообще всего возможного и невозможного вдруг превратились в некий сериал с четким сюжетом, с постоянными и меняющимися персонажами, различными линиями и поворотами. Сон, оборвавшийся на каком-нибудь месте, в следующую ночь, когда Глеб снова засыпал, с этого же места и продолжался. И что Глеб ни делал – находил ли лекарства от сна, ставил ли будильник на своем телефоне через каждые полчаса, или просто таращился в трещины на потолке, когда он все-таки засыпал, сны продолжались. И не сказать, что это были кошмары, нет, так – жизнь, да жизнь… Кто-то наоборот, может такие с удовольствием посмотрел бы, просто сложно было там пообвыкнуться…

     

    Круг замкнулся, когда Глеб понял, что в своих снах живет самой что ни на есть полной жизнью, кроме одной детали. Во сне он ел, пил, работал, отдыхал, говорил с людьми – спрашивал у них что-то и что-то рассказывал сам, но никогда там он не спал. Понял это – и в тот же день приснился такой сон. Снова работал он, снова отдыхал, говорил с людьми, а потом пошел к себе домой, лег в кровать и уснул…

     

    Тут же он соскочил с кровати, не понимая, что происходит. Но все вокруг было реальным, та же самая хирургия -кровать со спинкой и изголовьем из железа, и тумбочка возле нее, больничные запахи, дребезжащий свет уличных фонарей, бьющий снизу вверх, и рисующий на потолке в трещинах искаженные оконные решетки. Все реально, все по-настоящему, сегодня, в три часа ночи, такое же, каким было вчера, в полдвенадцатого, когда он засыпал. Глеб выпил чуть-чуть воды из стакана, походил по палате, подошел к окну…

     

    Он знал - для того, чтобы прийти в себя, нужно подействовать на все органы чувств, тогда вернется ощущение реальности. Для начала Глеб потрогал разные свои вещи – книги, коробочки и пузырьки с лекарствами, телефон. Все это казалось ему каким-то мягким, как будто сделанным из ваты. Пальцы проваливались в твердую книжную обложку и чуть не проходили сквозь нее. Но Глеб не отчаивался. Он снова вернулся к окну, выходящему на бывшую улицу Мира, которая теперь носила какое-то не выговариваемое казахское название, и прислонился щекой к холодному стеклу. Через некоторое время потрогал его и рукой – было твердым, значит все хорошо. Глеб подумал, что теперь надо почувствовать какой-нибудь запах. Он открыл окно в надежде, что глотнет свежести, но с улицы конечно запахло гарью. Однако, как ни странно, именно это почему-то вернуло его к действительности. Тут же вспомнил, что по этой улице ездит много машин, в основном к вокзалу «Алматы-2», что движение по ней одностороннее… Теперь картина реальности, картина мира, лепилась легко. Вот из окна - на улицу Мира, по ней - до вокзала, с вокзала – до его города…

     

    Глеб отошел от окна и подумал, что для проформы надо бы еще услышать какой то звук, и попробовать что-то на язык. Вода не в счет, это была какая-то безвкусная негазированная минералка. Как назло, в воздухе повисла тишина. Все палаты, и в том числе – глебова, спали, никто не ходил по коридору. С улицы звуков тоже не доносилось, машины по ней сейчас не ездили, а гарь, наверное скопилась за день. Но Глеб уже не беспокоился. Он протянул руку к окну и легонько, чтобы не разбудить остальных, и только услышать самому, постучал ногтем сначала по стеклу, а затем по батарее. Все было нормально, правильно, стекло звучало как стекло, батарея, как батарея…

     

    Глеб снова лег на свою кровать, перед этим, однако, развернув, и съев какую-то конфету из тумбочки. Вкус конфеты его окончательно успокоил. Все было хорошо. Настолько, насколько может быть у человека, умирающего от рака в чужом городе…

     

    Глеб заснул... И ему приснилось, что он проснулся там, в той жизни. С тех пор так и пошло – когда он засыпал тут, там просыпался и начинал жить той жизнью. Приходило время спать там, Глеб ложился, и просыпался уже здесь – в Алмате, в центре хирургии имени Сызганова. Две жизни теперь было у него, и какая реальная, какая нет, уже не скажешь… Конечно, что-то было по-настоящему, а что-то снилось. Но раньше сны про обычную, спокойную жизнь не нравились ему только потому что были уж слишком правдоподобны и связаны между собой. Теперь же Глеб не мог понять, почему ему так долго и ясно снится какой-то жуткий центр хирургии и этот рак…

     

    Впрочем, это было уже позже, перед самой смертью. А сначала-то было просто, вот как. Глеб лежал, все так же глядя в потолок, и вспоминал о дедушке. Бессвязно вспоминал, так – что подвернется, что бросалось в глаза при его жизни, и больше запомнилось. В основном это была всякая ерунда – залатанная безрукавка, круглая табакерка – баночка из-под монпансье, часы с самодельным кожаным ремешком… Глеб лежал, думал, думал, и вдруг решил – а почему ерунда-то? Вовсе не ерунда. Не зря же дедушка носил латаную безрукавку, когда дома, в шкафу лежало две новых. Не зря сделал табакерку из конфетной баночки, когда были же и покупные табакерки, и вообще, готовые сигареты, уже свернутые. И ремешок самодельный – тоже не зря… Дедушка все экономил, берег. Не для себя конечно, знал что ,,Не все же жить, когда–то – и умирать’’ , для других.

     

    Глеб попытался вспомнить, что же стало потом с этими жилетками, с табакеркой, с часами. Попытался и не смог. Не смог потому, наверное, что ничего с ними и не стало - или выбросили, или раздали каким-то чужим людям, а может и до сих пор лежит это все ненужное где-нибудь под слоем пыли. Обидно – и дедушка не попользовался, и другим не пригодилось. Вот бы хоть одну ту вещь сюда – подумал Глеб. И вроде бы – зачем, жилеток, что ли не хватает тут ему, или часов? Хранить же табакерку, ему, умирающему от рака легких, было бы самым изощренным издевательством над самим собой, да и над соседями по палате. Тем более и курить Глеб никогда не курил. Да… А все же захотелось что-нибудь из тех вещей сюда. Но нельзя – той жизни уже не было. Теперь уже не только дедушкиного дома, может и самого села нету. Может приросло к городу, или другому селу, а может, наоборот – совсем исчезло. А дедушкин дом и тогда уже с одной стороны по окно врос в землю, так что теперь на его месте или какой-нибудь небоскреб, или просто голая земля. Какие уж тут табакерки?...

     

    Так Глеб и заснул, с этими мыслями. И приснилось ему, что живет в таком же доме, который одной стороной по окно врос в землю, а ничего, стоит, и носит латаную жилетку, и часы с потрескавшимся стеклом, а ремешок самодельный, из той же кожи, что и заплатки. И есть там у него, в этом доме, собака-дворняжка, и свиньи хрюкают в загоне, и курицы в курятнике, тут и яйца, и мясо – пожалуйста. Но куриц рубить было жалко, роэтому Глеб, ходил на речку стрелять фазанов и уток. Так же, как когда-то давно ходил и его дедушка…

     

    Хороший был сон – подумал он тогда, проснувшись. И что же – на следующую ночь сон повторился. А точнее продолжился. Снова оказавшись в том доме, Глеб не знал, что делать, и просто ходил по нему рассматривая, все как раз было интересно…

    Продолжение следует


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: dymanski
    Категория: Проза
    Читали: 63 (Посмотреть кто)

    Размещено: 8 декабря 2013 | Просмотров: 256 | Комментариев: 2 |

    Комментарий 1 написал: Lusia (8 декабря 2013 19:06)
    Ругать не буду. В технике не сильна. А хвалить - да. Читала с интересом, хотя и не люблю темы про смерть Жду продолжения.


    Комментарий 2 написал: arsvarg (26 марта 2014 15:52)
    Интересно было бы узнать о , хотя бы примерном, возрасте Глеба.Ещё непонятно, устаёт он больше от такой , двойной, жизни или нет. И тут небольшая опечатка : "Но куриц рубить было жалко, роэтому Глеб, ходил на речку стрелять фазанов и уток."



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.