«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
anuta

Роботов: 2
YandexGooglebot

Гостей: 20
Всех: 23

Сегодня День рождения:

  •     Olenekot (21-го, 20 лет)
  •     Даша Беленькая (21-го, 20 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 183 Моллинезия
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Отдай мне свое дыхание

    Отдай мне свое дыхание

    1


    Мне снится большая вода. Я стою на берегу и всматриваюсь в безграничную серую даль. Желудок ноет о чем-то жутком и торжественном. Рано или поздно придут разъяренные волны и уничтожат сушу, на которой я сейчас стою. Мне нравится так думать. Не знаю, почему.

    Иногда навстречу мне выходит огромное земноводное, похожее на древнюю ящерицу. Оно давно поджидало меня в мутных прибрежных водах. И я стою, не смея сдвинуться с места, завороженная его пронизывающими желтыми глазами. Я перепугана, но в то же время изо всех сил пытаюсь внять его животной воле. Кажется, будто оно говорит со мной на своем немом, телепатическом языке. Мне трудно это объяснить. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я.

    Я сама как земноводное. Живу в двух мирах: «тут» и «там». Ты не представляешь, как бы мне хотелось избавиться от этой мучительной раздвоенности и сродниться с одним из них настолько, чтобы навсегда в нем остаться!

    «Выбрось из головы, это всего лишь сон», – успокаивал меня муж, когда я рассказывала ему о мучивших меня образах. Гнетущие и таинственные, они появлялись из ночного моря подобно моему богоподобному земноводному. Тогда я крепко-крепко прижималась к его груди, чтобы лучше почувствовать тепло и биение его спокойного сердца, и мысленно желала ему смерти. Пожалуйста, не думай, что я делала так из ненависти. Нет, я всего лишь пыталась приблизить нашу неминуемую разлуку.

     

    2

     

    До рождения мы были одним целым – духом, витавшим над необъятной поверхностью темных вод. Размеренный плеск тяжелых волн и завывания далекого ветра были нашей колыбельной песней. Казалось, что в нашем распоряжении целая вечность, но неизвестные силы расторгли наше счастливое полузабытье: я появилась на свет, а ты… затерялась среди потустороннего мрака. Мы оказались разделенными непробиваемой гранью, разделяющей противоположные вселенные.

    У нас было общее имя. Я хорошо помню тебя в момент, когда ты впервые произнесла его: загадочный блеск черных глаз, ухмылка соблазнительных ярко-красных губ, звук тихого женственного голоса, разливающийся по спальне незримым темным веществом. Два слога на непонятном, мне кажется, древнем, языке, вызывающие во мне образ чего-то страшного и могущественного. Так могло звучать только имя демона. Позже я пыталась повторить его, и к превеликому огорчению обнаружила, что оно напрочь стерлось из моей памяти.

    Я узнала тебя сразу. Смутно припоминая наше утраченное доутробное прошлое, я приняла тебя с распростертыми объятиями, и ты растворилась во мне. Заветная, ослепляющая фантазия, которую я проживала сильнее собственной жизни, ты приходила чуть ли не каждой ночью, с каждым разом все больше и больше очаровывая меня.

    Я никогда не переставала удивляться, почему нас, разительно непохожих и не имеющих между собой ничего общего, так тянет друг к другу? Твой образ поглощал моё сознание. Черная кошка, животная и торжественная, ты знала толк и в ярости, и в наслаждениях. В твоих лихорадочных глазах отражались отблески пламени, неистово бушующего внутри. Что мучило тебя? Зависть? Жажда мести? Томительное желание воплощения? Из нас двоих ты всегда казалась мне более живой и полнокровной. Тем не менее, это тебе не суждено было сбыться. Пожалуй, в том было мое единственное преимущество.

    Если ты представлялась мне моей противоположностью, то какой тогда была я? Мне всегда было трудно подобрать слова для собственного существа. Иногда мне казалось, что у меня нет костей, и я могу принять любую форму, лишь бы оправдать ожидания окружающих. Я плыла по течению и скрывалась, как будто чувствовала, что внутри меня жило чужое и жуткое насекомое, не имеющее ни единого представления о любви, добре, справедливости и прочих человеческих ценностях.

     

    3

     

    Этим утром я пробудилась от чего-то невыносимо тоскливого. Мне кажется, я плакала во сне. На меня, как будто в первый раз, снизошло: ты не сбудешься никогда. «Никогда»! Я смаковала это слово в неистовстве мазохизма, и мое сердце сжималось от ощущения неполноты и ущербности. Ты услышала меня и пришла в сновидение, но не для того, чтоб смягчить мою горечь. Нет, ты стояла в стороне и насмехалась надо мной, разоблачая мою слабость, пассивность и ничтожество.

    – Перестань упрекать меня! – вспылила я. – В конце концов, ты мне только снишься!

    – А может быть, это ты снишься мне? – с нарочитым возмущением ответила ты.

    В твоих глазах блестели издевка и вызов. На какое-то мгновение я растерялась, спасовала, несмотря на прежнюю убежденность в своей правоте. В очередной раз я невольно сравнила нас. Ты, прекрасная, смелая, женственная, против меня, тщедушной, нервной, неуверенной в себе… Я казалась бледным призраком на твоем фоне.

    – Это легко проверить, – почувствовав во мне перемену, смягчившимся голосом произнесла ты.

    Тихой походкой ты приблизилась ко мне вплотную. Я почувствовала еле уловимый запах дыма и гвоздики, исходивший от твоей холеной кожи.

    – Ты ведь знаешь, где меня искать? – прошептала ты.

    Мягкое прикосновение твоих губ встревожило меня, и сон прекратил свое существование.

     

    4

     

    Послечувствия ночных переживаний еще не покинули мое тело. В сумрачном воздухе спальни витал еле ощутимый пряный аромат. Я заставила себя подняться и неуверенной, не обретшей привычную координацию движений, походкой пошла в коридор, ощущая за своей спиной шлейф из темноты и далеких голосов. На столике возле входа среди нераспечатанных каталогов мебели и одежды на черном фоне призывно краснела надпись: «Самоубийство. Э. Дюркгейм»[1]. Домашний телефон смотрел исподлобья и молчал. Лишь отражение в зеркале ванной напомнило о моем существовании.

    Я любила глядеться в зеркала, как будто искала в них успокаивающее подтверждение себя самой. Порой я открывала в себе что-то новое. Но бывали моменты, когда я категорически отказывалась верить своему отражению. Неужели эта угловатая блондинка с быстрыми глазами действительно была мною? Не может быть, чтобы окружающие видели меня такой! Мне страстно хотелось, чтобы незримые, возвышенные черты моего характера непременно нашли свое воплощение во внешности. В своих фантазиях я представала себя в совершенно ином обличии: статной, красивой, внушительной. Наверное, я всегда мечтала быть немного похожей на тебя.

    На этот раз я не собиралась задерживаться у зеркала, но ощущение чего-то необычного заставило меня внимательней присмотреться к собственному отражению. Бледные щеки запали еще сильнее, губы стали четче и тоньше, тревожный сон наложил свою печать в виде сероватых теней под глазами, а глаза… Никогда прежде у меня не было таких выразительных глаз. Мне показалось, будто они поменяли свой цвет и стали темнее… Быть может, весь фокус заключался в плохом освещении и моем болезненном состоянии, но это открытие странным образом потрясло меня. Лицо в зеркале пылало какой-то лихорадочной целеустремленностью и его волнение передавалось мне самой. Кровь ускорилась и загудела в ушах, сердце заколотило о стены узкой грудной клетки. Меня наполняла решительность.

     

    5

     

    Позавчера был день зимнего солнцестояния. Странно, когда-то лишняя минута света была для меня настоящим подарком. Такие крохотные минутки, ты как будто собираешь их на ладонь, любуешься и радуешься, зная, что следующие дни прибавят к ним еще немного – и так до самого лета. Летом ты стараешься не думать о надвигающейся ночи, до тех пор, пока это не становится ощутимо – осенью. Осенью ты изо всех сил стараешься замедлить время, до последнего отрицая зиму… Видишь ли, зима невозможна, но это не мешает ей повторяться из года в год.

    Зима невозможна… Ты научила меня жить, невзирая на зиму. Жить ради любви. Потому что все остальное – ад, ужас и тоска. Какая разница, что любить: реальность или вымысел, если это дает тебе радость и энергию? Ты не согласна? Только посмотри вокруг! Урежь этот мир до его действительной компоненты – и от его пресловутой красоты камня на камне не останется.

    Вечерело. Бесснежные, обрамленные черными скелетами деревьев, улицы были залиты густым горчичным светом солнца. Редкие прохожие издали напоминали одиноких грачей. Возле закрытого киоска «Пресса» громко плакала пьяная женщина. Я потупила глаза, опасаясь, как бы она не заговорила со мной. На сыром тротуаре, словно бездомный котенок, от слабого ветра дрожал потерянный шейный платок. Несколько испачканных грязью машин со скрежетом затормозило у пешеходного перехода, – точно свора изголодавшихся опасливых волков. Резкий звук заставил меня очнуться и осмотреться по сторонам.

    Наш пригородный дом оказался настолько прежним, что я отказалась верить собственным глазам. Никакого мусора, выбитых стекол или взломанных замков. Фасад выглядел современно и опрятно, так что старому двухэтажному особняку нельзя было дать больше двадцати-тридцати лет. Когда-то он принадлежал моим родителям, еще раньше – родителям моего отца, до этого – сама не помню, кому.

    Семейное гнездышко пустовало уже седьмой год. Последним, кто его покинул, была моя мать. В одно спокойное осеннее утро за ней пришли опрятно одетые люди с удостоверениями социальных служащих… Это была крайняя мера. Мне потом говорили, что иначе она бы и дальше сидела взаперти годами, питаясь собственными фекалиями, пугаясь яркого света и людей.

    Несмотря ни на что, дом продолжал жить собственной анабиозной жизнью и звал меня по ночам. Я знала, что в большом сундуке под письменным столом хранятся мои старые игрушки, а в высоких запыленных шкафах лежат крошечные платья, которые я носила в детстве. В двойных оконных рамах, словно экспонаты в музее, красуются засохшие трупики летних мух, и голодные пауки прядут паутину в темных углах комнат. С тыльной стороны дома из года в год цветет и плодоносит маленький садик, а на старой разлогой яблоне, где когда-то повесился мой отец, до сих пор болтаются мои маленькие деревянные качели, подгнившие от дождей, источенные крошечными насекомыми.

     


     

    6

     

    Кажется, кто-то известный сказал, что родители никогда не умирают. Понятное дело, ведь они передают отпрыскам часть своей души и характера, оставляют после себя неизгладимые впечатления детства. Еще несколько тысячелетий тому библейские мудрецы разгадали причину всех человеческих страданий – первородный грех, унаследованный от родителей. Ты можешь сколько угодно лезть из кожи, но все равно пустишь корни в той же почве, что и яблоня, давшая тебе жизнь. Наверное, это так.

    Ты не поверишь, но я не знаю, жива ли до сих пор моя мать. Я перестала интересоваться ею в день, когда покинула этот дом. Помню, как она без дела ходила из комнаты в комнату, сгорбленная, с гнилыми зубами, непричесанная и дурно пахнущая (она любила повторять, что только сексуально распущенные женщины любят мыться и менять нижнее белье). Отец пытался о ней заботиться. Кажется, он любил ее. Говорил, что все началось из послеродовой депрессии. Говорил, что во всем виновата генетическая предрасположенность. Говорил, что прежде она была настоящей красавицей. Какая ирония, что-что, а красоту от нее я не унаследовала!

     

    7

     

    Я не хотела заходить внутрь. Что-то сдерживало меня. Я глубоко вдохнула, чтобы лучше почувствовать слабый аромат дыма и гвоздики. Это придало мне сил, и я открыла тяжелые входные двери.

    Вещи встретили меня отчужденно. Они давно не функционировали и, казалось, принадлежали мертвецам. Часы больше не тикали. В сырых комнатах стояла каменная тишина. Только изредка ее прерывали дикие, звериные крики локомотивов, проносящиеся мимо железнодорожного узла невдалеке от дома. Полумрак плотно зашторенных окон, словно живое существо, дышал за моей спиной.

    Осторожно ступая, я поднялась по лестнице. Знакомый пряный аромат усиливался. На какую-то долю секунды мне показалось, что в приоткрытых дверях спальни, как будто завлекая меня, промелькнул твой женственный силуэт.

    Интересно, это сон или все происходит на самом деле? Я протянула руки и посмотрела на свои дрожащие костлявые пальцы с посиневшими от холода ногтевыми пластинами. Потом сверху вниз окинула взглядом свое тело: я была в длинной футболке с образом святого Фуко[2], которую я обычно надевала вместо ночной сорочки. Кроме нее на мне больше ничего не было.

    Я последовала за твоим призраком и остановилась на пороге. Кто-то вынес всю мебель из спальни. Только старинное запыленное трюмо, как нарочно, стояло посреди пустующей комнаты. Кажется, я начала понимать, зачем ты меня сюда привела.

    Я всегда опасалась старых зеркал. Что-то угрожающее и чуждое мерещилось мне в их слегка мутноватой глади. Мне казалось, что когда я заглядываю внутрь, оттуда на меня смотрят кровожадные лица умерших людей, когда-то поглощенные этим зеркалом, и еще что-то… жуткое и непостижимое.

    Но я не могла противиться твоей воле. Смотря себе под ноги, я подошла к зеркалу и застыла, как только почувствовала холод и близость его поверхности. Я стояла, не решаясь поднять глаза. В голове нарастала разноголосица из мыслей и воспоминаний. Звук вращался все быстрее и быстрее, как будто в моем черепе с бешеной скоростью разматывался клубок памяти. Мне показалось, что сквозь шум я слышу далекий и страшный рев приближающейся воды. С каждой секундой он становился все отчетливей и отчетливей. На меня неслась высокая черная волна.

    Больше не было чего бояться. Я заглянула в зеркало.

    Из потустороннего зеркального мира на меня смотрели твои непроницаемые, черные, как обсидиан, глаза. Они гипнотизировали и притягивали меня, высасывая из меня остатки жизни. Черты твоего лица неестественно заострились так, что оно напоминало злую маску. Твой темный, страшный, словно рана, рот беззвучно прошептал какое-то слово, и я тут же повторила его – наше внеисторическое имя, два зловещих слога на чужом и страшном языке божественных земноводных, – удивляясь, что мое горло, голосовые связки и язык способны на такое. Тогда ты ухватилась за живот и залилась неслышным зазеркальным хохотом. Я рассмеялась вслед за тобой, повторяя тебя, словно была твоим отражением!

    Ты, моя тень, одержала надо мной победу. Ты всегда была сильнее меня. Или быть может, в какой-то момент тебе просто удалось убедить меня в этом, и я охотно уступила тебе. Ты была права, двое не могут видеть один и тот же сон, и, как ни крути, кто-то должен оставаться на обратной стороне.

    Наши пальцы преодолели леденящую поверхность зеркала и сомкнулись. Я почувствовала твое теплое дыхание на своей щеке. Ты оживала, тогда как я… Мне кажется, я исчезала, растворяясь в мрачной поверхности зеркала. Сердце просилось наружу, ноги подкашивались, а внутри бушевали черные волны. Еще немного и… Вдруг послышался звук разбитого стекла. Мое существование было разрушено. Чей-то силуэт склонился над множеством острых осколков, каждый из которых отражал окружающий мир, искажая его на свой лад.


    [1] Название работы социолога Эмиля Дюркгейма (1858 - 1917).

    [2] Мишель Фуко (1926 - 1984) – историк, философ, представитель движения антипсихиатрии.


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: splinters
    Категория: Проза
    Читали: 58 (Посмотреть кто)

    Размещено: 21 февраля 2014 | Просмотров: 297 | Комментариев: 5 |

    Комментарий 1 написал: empty_child (21 февраля 2014 17:38)
    Попробую уместить свои впечатления в три слова: глубоко, откровенно, завораживающе.
    А продолжение будет?



    --------------------

    Комментарий 2 написал: Muze (21 февраля 2014 18:43)
    Прочитала только начало, возникли мысли чисто психологического характера, собственные домыслы относительно героини... озвучивать не буду, не заинтересовало сегодня. Может быть, как-нибудь потом...


    Комментарий 3 написал: splinters (22 февраля 2014 06:04)
    empty_child,
    Спасибо)
    Цитата: empty_child
    А продолжение будет?

    Нет, я не вижу продолжения.

    Muze,
    Спасибо, что заглянули.
    Цитата: Muze
    собственные домыслы относительно героини...

    У героини шизофрения)


    Комментарий 4 написал: empty_child (17 мая 2014 17:01)
    Уважаемый Автор!
    Свое мнение о рассказе я уже высказала. Мне понравилось.
    А теперь, по традиции, ложка дегтя в большую бочку меда.
    Начнем, пожалуй.

    Первое, что резко бросилось в глаза - это обилие повторений. Местоимения "я" и "ты" вылезают чуть ли не в каждом абзаце.

    Этим утром я проснулась от чего-то невыносимо тоскливого. Мне кажется, я плакала во сне. Да, я снова плакала из-за того, что ты никогда не могла сбыться. «Никогда». Я смаковала это слово в неистовстве мазохизма, и мое сердце сжималось от ощущения неполноты и ущербности. Ты услышала мой зов и пришла в мой сон, но не для того, чтоб утешить мою горечь. Нет, ты стояла в стороне и насмехалась надо мной, вскрыв все мои слабости, изобличив мою пассивность и ничтожество.


    Сколько раз здесь повторяется слово "я" и слово "ты"? Абзац был выбран исключительно ради примера. Подобная тенденция наблюдается во всем тексте. А еще в этом же абзаце повторяется глагол "плакать".

    Это было общее замечание. А теперь более конкретные.

    Оно знает и давно поджидает меня в серых прибрежных водах.


    Лучше поменять местами. Оно знает меня и давно поджидает...

    Тогда я крепко-крепко прижималась к нему, чтобы почувствовать тепло и сопротивляемость его тела, – материальность, вселяющую иллюзорное ощущение надежности, – и мысленно желала ему смерти.


    Слишком навороченное предложение. Из-за этого ускользает смысл. Лучше как-нибудь перефразировать.

    Эти воды были нашей колыбелью, а размеренный плеск тяжелых волн и завывания далекого ветра – нашей колыбельной песней.

    К сожалению, в этом предложении появились некрасивые повторения. Одно из слов лучше чем-нибудь заменить.

    Я никогда не переставала удивляться, почему нас так тянет друг к другу, разительно непохожих, не имеющих между собой ничего общего?


    Тут тоже лучше поменять местами.


    Я никогда не переставала удивляться, почему нас, не имеющих между собой ничего общего и разительно непохожих, так тянет друг к другу?


    Пожалуй, я казалась окружающим проходящей и пресной.


    Слово "проходящей"лучше заменить словом "заурядной".

    Домашний телефон смотрел исподлобья и молчал.


    Эту фразу оставлю без комментариев. Она мне нравится, и все тут!


    Клонилось к вечеру.


    Клониться может что-то, например, солнце может клониться к закату. Лучше написать "вечерело" или что-то в этом духе.


    Кажется, я шла из железнодорожного вокзала: после того, как прошлым летом у меня отобрали водительские права (какая-то неосторожная женщина угодила под мою машину), я была вынуждена пользоваться общественным транспортом.


    Идти"С вокзала".

    Говорил, что все началось из послеродовой депрессии. Говорил, что во всем виновата генетическая предрасположенность. Говорил, что прежде она была настоящей красавицей. Какая ирония, что-что, а красоту от нее я не унаследовала!


    Этот абзац лучше переделать. Слишком бросается в глаза повторение глагола "говорил".

    Из потустороннего зеркального мира на меня смотрели твои непроницаемые китайские глаза.

    А почему, собственно, китайские?

    Но, несмотря на все эти замечания, повторюсь, - рассказ меня зацепил.
    Удачи!



    --------------------

    Комментарий 5 написал: splinters (17 мая 2014 19:21)
    empty_child, спасибо за оперативный и тщательный разбор.
    Со многими замечаниями согласна.

    Цитата: empty_child
    Идти"С вокзала".

    Я примеряла это "с". Но "шла с железнодорожного вокзала" показалось мне ужасно неблагозвучным.

    Цитата: empty_child
    А почему, собственно, китайские?

    Черные-черные, такая у меня ассоциация.

    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.