«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
johnny-max-cage

Роботов: 2
YandexGooglebot

Гостей: 19
Всех: 22

Сегодня День рождения:

  •     ana_grimm (17-го, 19 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Дискуссии О культуре общения 153 johnny-max-cage
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    GARAGE BAND (ЭПИЗОД 15)

    Два месяца прошли как фестиваль сюрреалистического кино с примесью различных видов алкоголя и бредового веселья. Стоит сюда внести тысячи часов выслушанных идиотских историй из жизни, а также приколов от которых бы плакали идиоты. На носу была осень и последние августовские деньки, я любил проводить на озере. Два месяца полного безделья превратили меня в ленивое и флегматичное туловище, которое передвигалось со скоростью удава и отчаянно не хотевшее бриться. Более того, я стал замечать, как ухудшились мои отношения с Любашей и Русланом, которых уже просто бесило мое присутствие. И поэтому, сидя на берегу у озера и куря сигарету, которую стрельнул у знакомого рыбака – дяди Пети, я решил, что настала пора мне от сюда убраться. Имею в виду не озеро, а эту чертову деревню.

    Через несколько дней у Олега должны быть официальные проводы в армию, после которых, согласно моему плану, я уеду в поисках лучшего пристанища.

    Потому что это был уже «край» (я тогда так думал), я стал походить на какого-то непонятного хиппи сбежавшего с Вудстока. Я не стригся и не брился, перестал чистить зубы (было лень, представляете?), хорошо хоть в озере иногда купался, что спасло меня от слоя грязи и неприятного шлейфа. Местные красавицы, которые поначалу буквально тягали меня, как куклу Барби и неистово целовались до крови на губах, сейчас обходили стороной. Бородатое и нечесаное чудовище просыпалось в десять утра, кушало Любин борщ (вечно не соленый, эта бестия никогда не влюбится) и пускалось по деревне в поисках допинга. 0.5 «Сэма» до обеда – эта норма уже вошла в правило. Обедал я где придется, не редко в гостях у комбайнера Степана (мастер спорта, которого никто не может перепить. Я же у него стажируюсь и он называет меня КМС), иногда у Пети (давнего знакомого на «Запорожце»), а чаще всего у Никиты, такого же отброса как и я. Никита был еще и нарко-барыгой (выращивал дома марихуану). Вместе с ним, мы после обеда доставали «булик» и убившись сидели на лавке и разговаривали обо всем на свете. Иногда вечерами мы напрочь отключались в его пустом доме, и я, глядя в окно, на ночное поле прокручивал в голове строки песни: «часы пробили сорок раз, кукушка гаркнула в трубу. Мы колем вены каждый час, хоть это вижу я в гробу…» Наши разговоры о жизненно важных темах (например: есть ли жизнь на луне?) длились вплоть до ужина, на который я шел обратно к Руслану. Далее был телик (два канала с помехами), или еще 0.5 и путешествие по ночным компаниям в поисках догонки и миньета. После таких путешествий, я нередко ночевал на лавке, или в обочине под дорогой. Это факт.

    Бежать от сюда нужно было немедленно – это я понимал и сам. Быть два месяца местным фриком – это терпимо, а всю жизнь – катастрофа сравнимая с Армагеддоном.

    После последнего звонка из военкомата (месяц назад), я вовсе сорвался и обматерив звонящего майора на чем свет стоит, разбил об асфальт свой мобильный. Так я потерял связь с Большой Землей, и остался на этом острове невезения со своими новыми корешами-мудаками (Руслана я, естественно, в виду не имею!). Больше не нужно было с нетерпением ждать: позвонит ли Олеся аль нет? Позвонить она теперь могла лишь в рельсу.

    Часто мне снился Леха, он все время меня куда-то тянул, а я отчаянно упирался и противился. После Лехи появлялась Вика и пела мне «Смерть вампира» в медленной, капельной интерпретации, и от этого я плакал во сне. Чем дальше, тем больше мои сны становились непонятными, но ярко красочными, достойными чтобы их Дэвид Линч превратил в подобие на «Малхоланд драйв».

    И если мне казалось, что в этот период дошел до ручки, то я глубоко ошибался. Последняя неделя здесь стала самой ужасной. Это был, наверное, пик, когда я оказался на краю пропасти и уже наклонился над ней. Но судьба подарила мне второй шанс в лице девушки, которую я когда-то бросил.

    Мое зло вернулось ко мне добром. Это несправедливо, но такова уж эта жизнь. Козлам всегда живется проще – запомните это правило. 

     

    «Да здравствует еще одно утро нового дня, который ничего нового для меня не принесет!»

      В то утро, накануне проводов Руслана в доблестные десантные войска, я проснулся под клубом. Да-да, именно на земле, под деревенским клубом, где вчера еще была дискотека (с 22:00 по 01:00. Зачем я это запомнил? Кому это нужно?). Валяясь в грязи, я походил на свинью (пьяную свинью), но меня это все почему-то сильно не тревожило. Ровно так же как и жителей деревни, которые не обращали внимание на тело под клубом – привыкли. Поднявшись и все еще неуверенно покачиваясь на ногах, я обнаружил возле себя кассетный магнитофон (бумбокс – как его все называли). Откуда я его взял (или стащил?) почему-то не помнилось, но когда из динамика вырвался голос Хоя, тогда уже начались припоминаться короткие эпизоды вчерашнего вечера. Ничего особенного: море «Сэма», покурка травы и четыре литра пива, которые я всосал до последней капли (жадность алкогольного состояния и попытки доказать самому себе, что я могу выпить еще больше). Мокрая от грязи одежда уже не доставляла мне дискомфорт, а стала привычным атрибутом тяжелого деревенского похмелья.

    Доковыляв до центра (метров пятьдесят от клуба), я стрельнул у прохожего пацана сигарету и с наслаждением закурил. Все тело ныло тупой болью, а внутренности кажись уже начали разлогаться. Неприятные ощущения. Но как-то – все равно!

    Реверс. Вновь песенка «Лайф».

    Я поковылял по улице, уверенно шлепая кроссовками по дерьму и подпевая песенке из магнитофона. Вспомнились слова одного знакомого, который постоянно повторял: «Вот это житуха началась!». Он говорил сущую истину!

    Первая моя остановка – магазин. Не совсем старая, чуть толстоватая продавщица встретила меня без улыбки, со словами:

    - Господи боже!

    - Нет, - ответил я хриплым голосом бомжа (толи я простудился, толи это действительно был мой голос). – Ты ошиблась. Я простой смертный, как и ты.

    - Иди помойся чучело! – посоветовала она. – Смотреть противно.

    - Это потом. Сейчас у меня главная проблема – это загасить трубы, которые горят не по-детски. Дай-ка мне пива.

    - Деньги давай, - просто сказала она (следовало ожидать!).

    - Запиши на запись. Я в конце месяца отдам, ты же знаешь, - даже не хотелось думать, как я буду отдавать долги, которые висели у меня на каждой «точке». – Я всегда возвращаю долг.

    - Между прочем, у тебя уже полтысячи набежало, - сказала она. – Чем же ты отдавать будешь? Ты же негде не работаешь!

    - Мои родители каждый месяц мне высылают по почте. Знаешь, есть такие электронные переводы? – соврал я. Нужно любым способом выпить пива, иначе мой организм даст сбой.

    - Хороший сынуля, ничего не скажешь, - хмыкнула она.

    - Если понравился, то можешь меня усыновить. Я не против.

    - Боже упаси! – она перекрестилась. – Смотри, будешь так пить – ласты склеишь!

    Как она любила читать морали! Пока я у нее набирал эти несчастные полтысячи долга, эта толстожопая сука начитала мне моралей на несколько томов по сто страниц. Как же хотелось под конец схватить эту стерву за кудрявые волосы и пару раз двинуть ее головой об прилавок.

    - Не беспокойся, - на силу улыбнулся я, - у меня хороший иммунитет.

    Она поставила бутылку пива на прилавок, тем самым избавив меня от убийства.

    - В конце месяца я жду долг. Не будет – пеняй на себя!

    И что же ты сделаешь? Задавишь меня своим толстым задом?

    - Век воли не видать, сестренка, - ответил я, схватил пиво и побыстрее убрался с проклятого магазина. Теплое и противное пиво, я выпил буквально за несколько глотков. Лучше не стало, но пьяный разум зачел похмелку и приказал держать пеленг на хату Никиты.

    По дороге, я чуть не сшиб красивую школьницу с бантами, которая испугано отбежала на другую сторону дороги.

    - Извини детка!

    Реверс. Вновь песенка «Лайф».

    Никита радостно встретил меня и усадил за стол, который находился у него во дворе под небольшим навесом. За столом уже сидела его девушка Ира с «мешками» под глазами и пьяным выражением лица:

    - Че помятый такой? – спросила она у меня.

    - На себя посмотри, - засмеялся я. – Выглядишь как труп. Вот-вот во двор ворвется Мила Йовович и отсечет тебе голову.

    - Шутник бля… - тоже засмеялась Ира (вернее закашляла – смехом это назвать было нереально) и закурила сигарету (поправка – самосад завернутый в газету).

    - Завтра у Руляки проводы, - напомнил Никита, наливая в грязные стаканы мутный «Сэм». – Нужно как-то попасть туда.

    К чему он это сказал?

    - Я знаю, - махнул я головой и передернулся, глядя на стакан с горючей жидкостью.

    Мы выпили и закусили сомнительного вида колбасой, которая, кажись, была порублена топором в тарелку с малосольными огурцами. Никита пару раз махнул рукой, отгоняя с закуски мух, которые там плодились.

    - Где мафон такой взял?

    Мне пришло на мысль, что еще совсем недавно я сидел в дорогом ресторане, в курортном городе Турции с Джессикой Хантер. Сравнивая «тогда» и «теперь», на глаза невольно навернулись слезы.

    - Ты оглох? – добилась наконец до меня Ира. – Спрашиваю, где магнитофон такой взял?

    - А хрен его знает, - честно ответил я.

    - Тут тема одна появилась, - сказал Никита, наливая по второй, чтобы пуля не успела пролететь (в нашем случае муха). – Вечером наши пацаны едут в соседнюю деревню на разборки. Сашку Семилетова знаешь?

    - Первый раз слышу, - скривил я губы.

    - Так вот, он похаживал до «тёлки» одной, которая жила в соседней деревне. Кончево.

    - Кто кончил? – не понял я.

    - Деревня так называется, - пояснил тот. – Кончево. В принципе не зря так назвали, потому как деревня – конченая и жители ее тоже – конченые.

    - Все мы конченые, - философски заметила Ира.

    - Ну так вот, - продолжал Никита. – Месяц этот Сашка с ней гулял, все было нормально. Он привозил ее сюда, здесь мы все с ней нормально общались, девушка вроде бы и неплохая, но жаль только из Кончева. А позавчера, когда он у нее гостевал, ну сидели на лавочке семечки плевали, целовались там, зажимались. В общем, дело-то молодое. И вот, прикинь, когда он от нее возвращался, его поймала местная шпана и так разукрасила, что он перестал видеть на один глаз. Совсем офигели козлы! Вот мы и договорились сегодня туда поехать и наказать чмошников.

    - Нечто вроде войны двух деревень? – уточнил я.

    - Да какая война! – засмеялся Никита. – С кем там воевать? Пять калек несчастных. Поедем, отпиздим их – вот и вся война.

    - Прикольно, - согласился я.

    - Ты с нами?

    - Говно вопрос, - согласился я и уже потом только подумал «Зачем оно мне нужно?», но было уже поздно. – Только нужно побольше бухла, чтобы настроится. А сколько нас будет?

    - Человек семь, - посчитал в уме Никита. – С тобой – восемь. Мы этих гадов заставим еще выставляться нам, так что на счет бухла не волнуйся.

    - Ну, за победу! – двинул я тост. Выпили. Ира поставила пустой стакан обратно на стол и не говоря ни слова уронила голову на стол и замерла. Причем голова так сильно бахнула об деревянную поверхность, что из магнитофона вылетела кассета.

    - Что с ней? – забеспокоился я, жуя отвратительную колбасу.

    - Заснула малышка, - заулыбался Никита. – Хорошо хоть на улице, выносить не придется.

    - Это еще зачем?

    - А у нее фишка такая есть – обссыкается, когда нажрется. Такая вот физиология у человека, - пояснил он.

    - Ну это ничего, - пожал я плечами. – Главное, что не обсирается еще.

    - И то верно. Ну что, по третей?

    Слово за слово, стакан за стаканом и ближе к полудню мы уже еле ворочали языками, обсуждая то Руслановы «проводы», то несостоявшуюся свадьбу местной «сельской львицы». Последнее о чем мы говорили, кажется это был футбол.

    - Кривоногие козлы, - жуя колбасу, мычал Никита. – Наша босоногая пацанва и то лучше играет.

    Вот на этом месте уже появилась Вика, и я понял, что я сплю. Она шла по двору мимо меня, при этом загадочно улыбаясь и маня меня рукой.

    - Эй! Просыпайся!

    Я резко дергаюсь и подымаю голову. Сон ушел, я все так же сижу за столом у Никиты во дворе. Надо мной стоит сам Никита, уже какой-то бодрый и веселый словно всунул себе в жопу батарейку:

    - Ты че дергаешься?

    - Херня приснилась, - ответил я, растирая руками лицо. Теперь я окончательно вернулся к действительности почувствовал, как болит моя голова. Нет, болит – это мягко сказано. Она сейчас треснет и мозги разлетятся по двору! В животе чувствовались рвотные позывы и бурчание, ноги донимала дрожь. Превосходное состояние. Сейчас хоть в космос лети!

    - Сколько время? – почесал я голову.

    - Полвосьмого вечера. Ты что-то долго дремал, даже Ирка раньше тебя очухалась. Пошла блевать за сарай. Слышишь? Рычит как тигр!

    - Пиво есть? – мне нужно было только одно.

    - Нет, пиво потом. Сначала дело.

    Никита собирался как на войну, одел тяжелые армейские ботинки – то ли берцы, то ли шмерцы, бросил в карман кастет – самодельный (выплавленный из свинца). А также вынес с дома выточенную из дерева биту (как у американских бейсболистов):

    - Сам в ПТУ на практике выточил, - похвастался он. – Как у Микки Мэнтла, мать его!

    Его друзья, которые заехали к нам через час, тоже выглядели устрашающе. Я заметил у них цепи, палки и даже (!) нунчаки. Самый маленький из них держал в руке пугу. В общем, эта кучка гангстеров могла бы приснится Квентину Тарантино в страшном сне. Куча детей выросшая на американских боевиках, и не имеющая в голове достаточно извилин, чтобы задуматься о последствиях. Я хотел спросить у этого долбаного «ниндзя»: «Что ты будешь делать с этими нунчаками? Ты реально умеешь ими пользоваться?» и у другого с палкой: «А на хрен ты набил гвозди на палку? Ты реально собираешься пробить кому-то череп?». И прежде всего у самого себя: «А тебя куда несет, Рэмбо хренов? Какое ты имеешь отношение к ним? Какое ты имеешь отношение к этому Сашке? А, я же забыл, у тебя нет мозгов. Извини».

    - А мне что взять? – спросил я. – Может гранатомет какой-нибудь?

    - Вот, держи, - Никита протянул мне трость своей покойной бабушки. – Самое верное оружие.

    - Ты издеваешься? Бабушкина трость? – я был в недоумении.

    Вся компания из восьми человек (включая меня) выпила по рюмахе на дорожку, занюхали рукавами, и погрузившись в «Москвич», поехали на битву. Эдакий крестовый поход наших дней.

    По дороге «Москвич» пару раз глох и раза четыре груз в грязи, но не смотря на это, уже через час мы были под клубом в деревне Кончево. Восемь бандитов, вооруженных до зубов палками и (!) нунчаками, а также тростью бабули (царствие ей небесное), на «Москвиче» - это вам не шутки. Саша Белый и его «бригада» плакали бы навзрыд, если бы увидели нас.

    - Вперед! – крикнул атаман Никита. – Мочим всех кто попадется!

    Ему определенно нужно руководить армией. Его стратегия и тактика – просто поражают своей простотой и прямолинейностью.

    Секунда времени, а то и две, и вся наша шайка выскочила из машины и с дикими криками побежала в сторону клуба. Стоявшие на пороге культурного заведения двое парней с ужасом в глазах быстро скрылись внутри и хлопнули дверью. Как оказалось позже, не просто хлопнули, а еще и закрыли на засов. Трое наших бойцов, которые были покрупнее стали выбивать дверь, а остальные глумится над стоящими возле клуба мотоциклами. Вся эта картина напоминала штурм Бастилии, и я почувствовал этот самый «азарт боя». Когда в едином порыве, вместе со всеми хочется все ломать и крушить. Тут в пору пригодилась и бабушкина трость, которой я начал выбивать окна. И непрерывно кричал и матерился. Это было нечто.

    Минуты три и двери клуба слетели с петель от мощных ударов ногами и захватчики вломились внутрь. Те два парня, которые заперли дверь, были в коридорчике и даже не защищались. Они просто упали на пол и свернулись в позу эмбрионов, когда их ребра пересчитывала бита Никиты. Далее наша орда ворвалась в само помещение клуба. Там было много народу, человек двадцать. Но большинство из них – девушки, которые в принципе не предоставляли нам никакой опасности. Но так думал лишь я один. В один момент весь мой боевой запал и азарт сменились диким ужасом и отвращением к своим «однополчанам», когда те начали месить всех подряд, не обращая внимание на то, кого они бьют – парня или девушку.

    Адские вопли девок привели меня в чувство, и я увидел, как на меня летит стул. Еще миг и я сбитый стулом влип в стену, а потом медленно сполз на пол. Трость выпала из рук и покатилась куда-то в сторону. Звон в ушах на несколько секунд заглушил шум и гам стоявший вокруг.

    Пляж Омаха – почему-то вспомнилось мне. Разбирать от куда это слово взялось в моей голове, у меня не было времени.

    Я отодвинул от себя стул и поднялся на ноги.

    Наши парни, тем временем, от души лупили пятерых местных, которые были единственными парнями из всей клубной толпы. Девчата же убегали прочь со сломанными носами и выбитыми зубами (неплохо сегодня оттопырились в клубе, а?).

    В любом бою или сражении есть герой, это можно понять, почитав историю, или посмотрев какой-нибудь фильм. Не важно, каким образом вы убедитесь в достоверности моих слов, факт в том, что герой есть, или скажем – должен быть! Так вот, в нашем случае этим самым героем оказался завклуб – усатый дядька с телосложением Шварценеггера. Он, всего за несколько ударов уложил «спать» почти всю нашу шайку. Особо даже не напрягаясь, ни один мускул на его лице не дрогнул. Точно – терминатор. Просто вышел из своей кибитки, дал каждому из наших парней по морде и остановился посреди клуба в поисках следующей жертвы. Стоит заметить, что остановился спиной ко мне.

    Вот здесь и настал мой звездный час, когда я схватил бабушкину трость (земля ей пухом) и что есть сил, ударил завклуба по затылку. Трость переломалась пополам, а железный завклуб отлетев в сторону, упал под сценой и замер. Кинг конг мертв.

    Парни закричали победоносным криком и я их поддержал. Наш крик сотряс всю деревню, даже собаки во дворах начали нам подвывать. Битва была окончена и поспешили убраться прочь, пока сюда не приехал участковый на своей ржавой «Ниве». «Москвич» запыхтел и пополз обратно в свою деревню. По приезду мы, конечно же, набрали пива на «точке» (пришлось минут двадцать стучать в окно! видите ли спят они в час ночи!), приехали к Никите и начали там веселится, петь песни, вспоминать лучшие моменты боя, горевать о потерянных нунчаках и пить, пить, пить. Никита пыхтя «косячком» сам себе перебинтовывал голову. Я и сам заметил кровь у себя на лбу (наверное, удар от стула), но не стал перебинтовываться, хотелось в этот вечер выглядеть окровавленным победителем, который выпив пива, скажет:

    - Хэх парни, сейчас я расскажу вам, как это было…

    Но после четырех рюмок отменного «первака», который взялся хрен знает от куда, окровавленный победитель пошел блевать за сарай. Туда, где еще совсем недавно «рычала» Ириша. Теперь я был в роли бенгальского тигра, и чудесно издавал звуки, опершись руками о стену сарая. Разный сорт «Сэма» шел мне по-разному. Один сразу убивал напрочь – словно в голове отключался тумблер, другой долго не торкал, а только болела голова, третий же нагонял сон, а от четвертого просто хотелось блевать.

    Опустошив свой желудок, я еще чуть пошатался, осматривая что там из меня вышло (больно уж интересно!), и увидев недалеко от сарая стог сена, решил там и приземлится. Мягкое и душистое сено прям манило к себе, и мое туловище покорно заковыляло в сторону стога. Еще секунда и я уже лежу в сене. Перед тем как заснуть, в голове проскочила мысль: «Только бы не обоссаться». Я дебильно улыбаясь окунулся в мир сновидений. Вновь где-то слышался голос Вики поющей «Смерть вампира», но только лишь слышится. В припевах ей подпевает басистый голос Лехи. Вторую часть сна заняла Олеся, она целовала мое лицо, шею. От нее хорошо пахло, а ее руки гладили мою рану на лбу. Верх блаженства! Нужно всегда спать в стоге сена!

    «Вечером синим, вечером лунным. Был я когда-то красивым и юным» - слова Есенина завершали мои ночные сны, а дальше была темнота и красные вспышки токсинов – последствие химической реакции алкоголя в моем мозгу. «Сердце остыло, и выцвели очи – синее счастье! Лунные ночи!»

     

    Следующий день был полностью посвящен подготовке к проводам Руслана в армию. Мы с Никитой смотались в город за продуктами, там же и опохмелились (по-другому – никак!), а далее, я засел на кухне и начал развлекать разговором Ирину, та помогала Любаше готовить. От поездки в город осталось еще пиво в пластиковой бутылке (гадость!), которое я попивал, рассказывая девушкам байки из своей жизни:

    - Тогда мы дали только один концерт в гараже, а спустя некоторое время наша группа распалась, - перед глазами встало лицо Вики, она улыбалась (ее тянули на кладбище какие-то ублюдки с рогами…).

    - Почему вновь не начал играть? – Ира делала вид, что была заинтересована моими историями, так как с Любашей в последнее время нельзя было нормально поболтать. Она стала такой замкнутой истеричкой, которая буквально взрывалась, стоило ее только чем-то затронуть. Я, в своих догадках предписывал это ее изменение характера толи месячными (не могут месячные длится два месяца без перерыва), толи беременности (но ее живот оставался все такой же плоский, как поверхность письменного стола. Хотя всего-то два месяца…).

    - Я начинал, - ответил я Ире. – Может вы слышали о группе, под названием «Бей морду»?

    - «Бей морду»? – визгнула Ира. – Ты что! Это моя любимая группа! «Смерть вампира» - вообще зачетная песенка. Ты вправду с ними играл?

    - Да, - на моем лице уже не было улыбки, но ни Ира, ни Любаша не обратили на это особого внимания. – Не сложилось у нас работать вместе.

    - Я слышала у них турне по Германии, - рассказывала фанатка чертовой группы. – Ты бы сейчас был настоящей рок-звездой, если бы остался с ними.

    - Я и так рок-звезда, - сказал я. – Рок – это состояние души, а не выпендреж перед малолетними девками. Тем более, скажу тебе по секрету: «Бей морду» не такие уж и клевые ребята. Я могу предсказать тебе их карьеру: «Смерть вампира» всем надоест, а следующего хита они уже не сотворят. Не спорю, будет еще один альбом – но то, уже скорее всего окажется плейлистом пустых мелодий, которые будут прикрыты прославленным названием их группы.

    - Я так не думаю, - сказала она. – Эти ребята сотворили «Смерть вампира»! Они сотворят и еще множество подобных хитов. Все у них получится.

    - Пусть будет так как ты говоришь! – не стал я ей перечить, а глотнул закипающее в руках пиво.

    Минута тишины, слышно шкворчание блинов на сковородке.

    - А у тебя есть девушка? – сменила тему Ирина.

    - Была, когда-то очень давно, - поведал я. – С тех пор мой член зарос ракушником.

    Боковым зрением, я заметил легкую улыбку Любаши, которая тут же растворилась.

    - А правда, что вы раньше встречались? – этот Ирин вопрос был адресован скорее Любе, нежели мне. Та на мгновение замерла, а потом шморгнув носом, ответила:

    - Нет, мы не встречались.

    - А говорят, ты даже была беременна, - не унималась Ира.

    - Кто говорит? – как спичка вспыхнула Любаша и буквально испепелила бедную Иру взглядом.

    - Да так, - промямлила та. – Люди…

    - Это все слухи, - спас я ситуацию. – Их распустил бывший Любин парень. Вредный был козёл.

    Ира замолчала в полнейшей неловкости, видимо продолжать беседу ей уже не хотелось. Быстро что-то придумав в голове, она поспешила скрыться:

    - Пойду к соседям, посмотрю, что они там наготовили.

    (Готовка праздничного стола происходила в двух домах: здесь и в доме Любиных родителей, который был через дорогу).

    После ухода Иры, я ощутил, что и мне не помешает куда-нибудь исчезнуть. Возможно к Никите, «дунем» с ним и посмотрим какие-нибудь мультики по DVD. Но Любаша оборвала мои планы:

    - Пойдем в погреб, поможешь мне принести овощи.

    Ну вот, нужно было еще раньше мотать отсюда.

    - Я к вашим услугам панночка! – сказал я, и большими глотками допил пиво.

    Погреб находился во дворе, за гаражом, где без колес доживала свой век Русланова «шестерка», попавшая в некое ДТП.

    Когда мы спустились вниз, Любаша остановилась и зажгла свет. Маленькое помещение погреба сплошь было завалено мешками со всякой всячиной.

    - Глухо как в бункере, - сказал я. – Здесь, наверное, Гитлер скрывался во время войны.

    Любаша, стоявшая до этих пор ко мне спиной, резко обернулась и как вампир впилась в мои губы. Я, было, вяло сопротивлялся, но быстро сдался, когда ее руки расстегнули ремень на моих штанах и забрались в трусы, где находился рычаг отключения моей совести и вообще всего мозга. Я как маньяк зарычал и начал задирать ее платье, пытаясь добраться до ее белья. Любаша мне помогла, сама сняла с себя трусики, и повернувшись ко мне спиной, наклонилась. Сцена была достойна самого похабного порнофильма и поэтому, мое возбуждение переросло в нечто большее. Я не мог себя сдерживать, руки крепко вцепились в ее мокрые от пота (!) ягодицы и член сам нашел себе дорогу. Далось, наверное, длительное воздержание от секса в этот период моей жизни. Ладно, не буду оправдываться – все равно мне нет прощения за то, что я сделал.

    Наши движения были очень быстрыми, настолько быстрыми, что Любаша чуть не билась головой о каменную стену погреба. Она не стонала, нет, она хрипела как больной при простуде, и своим телом пыталась словить этот сумасшедший ритм. Я кончил, наверное, в начале второй минуты нашего соития, но Любаша меня не отпускала, и мне пришлось продолжать все тем же темпом, накручивая ее волосы на руку. Она довольно-таки искусно выгнула спину и стала хрипеть еще сильнее, под конец исходя в одном протяжном стоне. Я кончил вновь, уже чуть не падая с ног от фантастического оргазма, а ей понадобилось еще секунд десять, после чего она замерла на мешках. Я опустился на корточки, держась за ее спину, и ощутил как у меня дрожат ноги. Это было нечто.

    Любаша все еще тяжело дыша, обернулась ко мне и улыбнулась:

    - А говорил, ракушками зарос.

    Я улыбнулся в ответ, не в состоянии придумать достойную шутку в ответ. Мозг сейчас все еще был отключен, и тело двигалось с помощью рефлексов.

    - Вы здесь? – послышалось сверху и прежде чем мы успели что-то сообразить, в погреб заглянула Ира. Ее лицо (которое и так походило на лошадиное) вытянулось от удивления и она лишь сказав «Ой!», скрылась обратно из вида.

    - Блядь, - осознал я всю соль сложившейся ситуации. Чувство совести вновь вернулось, как только мой член обмяк. Мать твою! Что я наделал?

    Любаша быстро поднялась, натянула белье и поправив платье сказала:

    - Я с ней поговорю, - с этими словами она скрылась из погреба, а я продолжал все так же сидеть со спущенными штанами и клясть себя на чем свет стоит. Ладно, Любаша – она девушка и ей свойственно погулять за глаза своему парню. Но я предал своего лучшего друга. Плюнул ему в лицо, после того как он приютил меня этим летом. Как я посмотрю ему в глаза? Буду смеяться, и улыбаться, вроде как ничего и не было? Нет, я конечно гондон, но не до такой степени.

    Ситуация – полный капут (это выражаясь как можно мягче). Конечно почти два месяца воздержания от секса – тут любой может озвереть. Но не мог ли я вставить Ирине? Хрен с ней, что она обсыкается, но Никита не мой лучший друг и я бы пережил его ненависть. Но тут меня будет ненавидеть Руль, с которым я дружу с самого детства, который меня всегда поддерживал и выручал. А что я? Сделал ему подарок в день его ухода в армию. Служи спокойно братишка, я позабочусь о твоей девушке, ведь я же твой лучший друг!

    Хотя если посмотреть с другой стороны, то Любаша сама меня спровоцировала и буквально набросилась. Набросилась и изнасиловала – звучит очень достойно и по-мужски. Хорошо, что сейчас Руслан у родителей, но вечером он приедет, и Ира ему все расскажет. Убить ссыкливую сучку?

    Нет, это не выход.

    А что тогда делать?

    Вечный вопрос моей жизни.

     

    Гуляние началось примерно в пять вечера, сразу как только Руль вернулся из города. Я откровенно его уникал и пил без остановки «Сэм», таская с собой пластиковую бутылку этого чудо-напитка. Глоток за глотком, глоток за глотком – а меня совсем не торкало и червь совести поедал меня изнутри. Любаша сказала мне, что Ирина поклялась держать язык за зубами. Мне очень сильно в это хотелось верить, но уж слишком хорошо я знал «сарафанное» радио, чтобы тешить себя подобными мыслями. И подойти бы мне сейчас к Руслану и честно во всем признаться, но ноги не хотели двигаться, а руки вновь тянулись открутить пробку на бутылке. Потом я начал запивать все это пивом – где же это зомбическое состояние? Когда я упаду? Почему я не пьянею?

    Ира сидела за праздничным столом напротив меня и хищно наблюдала за мной. Ее подлая ухмылка не сулила ничего хорошего. А Любаша обнимала Руслана, смеялась, веселилась, не показывая в своем поведении ничего подозрительного. Со стороны посмотришь – ну просто святая девчонка с чуть ли не нимбом над головой. Один лишь я сидел в этот вечер, словно говна объелся.

    Когда начались танцы, ко мне подсел Никита и с упреком сказал:

    - Ну ты дал! Как ты мог такое сделать?

    - В чем дело? – решил я прикинуться дураком, но снова поймав на себе взгляд Иры, понял, что не стоит.

    - Просто колпец! – вздохнул Никита. – Я был о тебе лучшего мнения. Руль же твой друг! Ты же сам мне рассказывал, что вы выросли вместе и как он тебе дорог.

    - Слушай, заткнись, а! – не смог удержаться я. – Только твоих сопливых поучений мне не хватало. Тоже мне нашелся праведник…

    - Ты рот мне не затыкай мудак, - пригрозил тот. – Лучше думай, что Руслану сказать. Короче готовься козел, у тебя сегодня будет не простой вечер. Не вздумай бежать, поймаем – хуже будет.

    - Ты это что? Вздумал мне угрожать? – разошелся я. – Кусок дерьма необразованный!

    - Не провоцируй меня сученыш, - зашипел как змей он мне на ухо. – Крыса вонючая.

    - Пошел на хрен отсюда, пока я не разнес твою башку, - уже спокойно сказал я, переходя в фазу тихого бешенства. Дрожащей рукой я наполнил себе стакан и незамедлительно его осушил. Никита было дернулся, чтобы набросится на меня, но почему-то в последнюю секунду остановил себя и скрылся из виду.

    - Давай-давай! – сказал я ему вслед.

    Далее я обнаружил на столе вино, предназначающееся для присутствующих дам (прозвучало как тост!). Я без малейшего угрызения совести (откуда она у меня?) схватил эту бутылку и принялся жадно пить, прям из горлышка. Тупая дрожь в ногах медленно перешла на задницу. Ясный как никогда разум приказывал мне скрыться вон.

    Но нет, за свои поступки нужно всегда отвечать. Я когда-то вспоминал о чести в пьяном бреду – так вот, настало время ее проявить в себе. Руслан будет бить – пускай, мне от этого станет даже легче. Просто я больше не в силах держать это дерьмо в себе (фраза достойная Брюса Уиллиса).

    Подняв голову, я вновь заметил взгляд Ирины, она все так же гадко улыбалась своим выражением лица говоря «Так тебе и надо!». Или же «Жри тварь – это тебе по заслугам!».

    - Что вылупилась сука? – крикнул я ей довольно громко. – Сейчас этой бутылкой запущу тебе в лоб.

    Вот! Меня наконец-то начало подкашивать спиртное. В голове закрутилось и резко зашумело в ушах. Сейчас главное не тупить, а выпить литруху пива – чтобы наверняка.

    Магические слова, как настоящее заклинание сняли с лица Иры улыбку и теперь она буквально скалилась от злости. Наверное, еще чуть-чуть и зарычала бы. По ее покрасневшему и чуть вздутому лицу было видно, что она готова взорваться, как граната. Чекою, наверное, служил тот пирсинг у нее в носу. Хотелось все-таки дотянуться и дернуть – пускай разорвется сука на миллиард осколков!

    И вот ко мне подошел Руль. По его взгляду, я понял, что он уже все знает и признаваться самому мне уже поздно. Я не выдержал его взгляда и опустил голову.

    - Пойдем, - сказал он. – Поговорить нужно.

    Я покорно поднялся и последовал за ним в темноту. Алкоголь все больше и больше пропитывался в организме, меня начало бросать по сторонам, как будто на палубе корабля попавшего под десятибалльный шторм. Когда мы покинули двор и оказались на улице, Руль остановился и прикурил сигарету. Он смотрел, не говоря ни слова, что было очень ужасно для меня.

    Я, здорово шатаясь на ногах, громко вздохнул и сказал:

    - Бей.

    Он молчал. Почему он молчит? Почему не бьет? Стоит, курит и молчит. Меня начало трясти еще сильнее притом, что на улице была плюсовая температура.

    - Послушай, - сказал я. - Я не могу ничего сказать в свое оправдание, так как сам знаю, что нет никакого оправдания тому, что я сделал. Я сам не понимаю, почему я такое чмо.

    Похоже, мои слова не произвели на него никакого впечатления, он лишь крепко затянулся сигаретой и спросил:

    - Зачем ты это сделал?

    Что ему ответить? Что я вовсе потерял тонкую грань человеческой морали в озере выпитого и туче скуренного за эти два месяца. Сказать, что мои мозги стали напоминать плавленый сырок «Дружба», и мне просто-напросто нечем думать? Нет, эти оправдания не для Руслана. Я не могу так оправдываться перед ним. Что же остается?

    - Мне нечего сказать, - ответил я. – Я просто сильно «отъехал» в последнее время и перестал соображать, что я творю.

    - Бля, ты же мой лучший друг, - сказал он. – Ты же как брат мне. Что с тобой не так? Зачем ты это натворил дружище? Пускай Люба – проститутка дешевая, но ты… Мы же…

    Дальше тишина, тягучая и мучительная, при которой пересохло в горле так, что я был не в силах сглотнуть. И лучше бы он залепил мне в морду – стало бы легче, и мне и ему.

    Резкий звук восьмицилиндрового двигателя привлек наше внимание, и мы с Русланом посмотрели в сторону приближающегося грузовика. Все было в лучших традициях страшилок Стивена Кинга: бортовой «КамАЗ» медленно подползал к нам со стороны трассы, слабо светя габаритными огнями. Руль, наверное, до последней минуты не понимал, что происходит. Я же мгновенно все сообразил, хоть был и пьян как сапог:

    - Бежим от сюда! – я толкнул его, и он, как бы очнулся от гипнотического состояния. Мы быстро скрылись во дворе как раз в ту секунду, когда из кузова «КамАЗа» начали выпрыгивать люди.

    Во дворе все плясали и веселились – вечеринка достигла апогея. «Руки вверх» и «Сто дней до приказа»  были лидерами сегодняшнего хит-парада. Отец Любы достал свой баян и демонстрировал свое гениальное умение подыгрывать мелодии из магнитофона.

    - Атас! – закричал я, чтобы обратить на себя внимание публики. – На нас напали!

    В то же мгновение во двор начали забегать незнакомые люди и не говоря ни слова начали бить всех подряд. Как и мы вчера, они были вооружены палками, битами, цепями и прочей ерундой, которая могла при хорошем попадании отправить любого на больничную койку – в лучшем случае.

    Мгновенно веселье оборвалось и тишину деревенской ночи наполнили крики и визги женщин, девушек и некоторых парней. Я видел, как Никита, попавшим первым под горячую руку мстителей, получил дубиной в нос. Его адский крик сменился каким-то кряканьем, а сам он замер в замысловатой позе возле собачей будки. Но парень, отправивший его в нокаут, на этом не остановился, а продолжал лупить лежащее тело дубинкой. Пес Шарик жалобно скулил в своей будке, которую тут же перевернули, а пса несколько раз огрели по спине, после чего тот, наверное, сразу и скопытился.

    В толпе, которую охватила паника, я потерял из вида Руслана и мимолетно скользнул под стол, где уже прятались несколько девушек. Они смотрели на меня глазами полными ужаса не в силах сказать ни слова.

    - Ищите бородатого пидора! – послышалось мне.

    Аккуратно выглянув из под стола, я увидел мечущегося в поисках пресловутого «бородатого пидора» завклуба с перемотанной башкой. Он не участвовал в побоище, а напряженно искал. Тут и на картах не нужно было гадать, что «бородатый пидор», которого он ищет – это я.

    Играть с огнем не хотелось, и поэтому, выскочив как пуля из под стола, я что есть сил побежал в сторону огорода. Бежал прямо в темноту, ни капли не опасаясь налететь на ограждение или просто вкопанный столб. Все это казалось чепухой, по сравнению с тем, что меня ожидало, если бы завклуб меня догнал.

    - Стой сука! – послышалось сзади.

    После этих слов, я набрал скорость, и понесся по грядках в сторону спасительной трассы. Даже оглядываться было страшно, мне казалось, что этот гад бежит всего в нескольких метрах от меня и стоит мне оглянуться и сбавить скорость, как его бита проломает мой череп.

    Не помню как я оказался на трассе, но как только ноги почувствовали твердое покрытие, я повернул в сторону выезда из деревни и не сбавляя темп побежал вдоль дороги. Поскорее покинуть эту чертову деревню, поездка в которую мне теперь казалась самой большой ошибкой в моей жизни. Но теперь мне было поздно горевать, теперь хотелось одного – убежать от этого кошмара и постараться забыть это все. Прощайте живописные места, прощай коровье дерьмо, прощай толстожопая продавщица и жесткий утренний бодун после «Сэма». Прощай все. Я возвращаюсь домой!

    Вот уж никогда бы в жизни не подумал, что именно так я буду покидать эту деревню.

    Через десять минут непрерывного бега я начал выдыхаться и наконец, сбавив темп, оглянулся назад: меня никто не преследовал. Я вовсе остановился и только сейчас ощутил, что еле могу держаться на ногах. Сил для дальнейшего бегства уже не было, и я беспомощно присел на асфальт. До города отсюда примерно пятнадцать километров хреновой дороги. Я не смогу больше пройти и метра. Сердце уже чуть ли не выпрыгивало из груди, а задышка грозила полностью перекрыть мне кислород. Жаль, что я не был каким-нибудь спортсменом, чтобы преодолеть этот Кошицкий марафон.

    Как оказалось, кошмар на этом не закончился. Со стороны деревни, я увидел свет фар, а до ушей донесся знакомый рев мотора. Все что пришло мне в голову, так это отползти из дороги в ближайшие заросли какого-то кустарника.

    Грузовик летел по трассе на всех порах, я уже слышал, как гудут его колеса по твердому покрытию дороги. Я не мог двигаться от страха, от алкоголя, от усталости…

    Слишком много алкоголя – как дежавю пронеслось в моей голове.

    До спасительного кустарника оставалось метров пять, а в глазах уже начинало темнеть. Несколько рывков и все… Лишь звон в ушах и темнота, после чего, я несознательно погрузился в небытие. На последок даже успел мысленно попрощаться с родными и близкими.

    Тьма… легкий звон в ушах, который постепенно удаляется. Тепло и приятно, никакой усталости. Вообще ничего, только тьма.

     

    Иногда бывает, щелкаешь пультом каналы по телевизору и попадаешь на средину какого-то фильма. Начинаешь вникать в диалог героев и не совсем понимаешь, о чем они говорят…

    - Наверное, бомж какой-то, - глухой мужской голос. – Видишь, дышит – значит жив. Поехали отсюда, а то опоздаем на собрание.

    - Пап, а вдруг ему нужна помощь? – девичий голосок, очень приятный и смутно мне знаком. – Мы же не бросим человека под дождем. Господь как говорил? Помоги тому, кто в этом нуждается, не отворачивайся от него.

    - Возможно он в этом не нуждается, - вновь мужской голос с нотами глубокого сомнения. – Может это пастух из соседней деревни. Напился и заснул.

    - Ты видишь где-нибудь стадо коров?

    - Нет, но может оно ушло куда-то. Кто знает, сколько времени он здесь спит!

    - Ты сам не веришь в то, что говоришь. Пап, я не могу бросить этого человека просто так посреди поля.

    - Анют, что ты предлагаешь?

    - Давай его отвезем в больницу, - наивная девочка.

    - В больнице нас не захотят даже слушать, а не то чтобы помогать ему. Ты же сама это прекрасно знаешь.

    - Давай перевернем его на спину!

    Две пары рук хватают меня за бок и переворачивают. В лицо теперь капают противные капли дождя.

    - Пап! Я его знаю!

    Неожиданный переворот событий, который и решил мою дальнейшую судьбу. Я осторожно открываю глаза, и меня ослепляет яркий свет. Господи, как раскалывается голова! Мне нужен цитрамон, или аспирин на худой конец...


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Noah Hunter
    Категория: Проза
    Читали: 67 (Посмотреть кто)

    Размещено: 21 декабря 2014 | Просмотров: 161 | Комментариев: 1 |

    Комментарий 1 написал: Арийская Волчица (22 декабря 2014 07:45)
    Опять грешите, уважаемый автор. Олега надо бы внимательнее убирать acute
    И что это за Анюта я так и не поняла..



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.