«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
kabevg

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 27
Всех: 29

Сегодня День рождения:

  •     klykin_pavel (20-го, 30 лет)
  •     Kukh (20-го, 32 года)
  •     Mr. S (20-го, 19 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 180 Моллинезия
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    GARAGE BAND (ЭПИЗОД 19)

    Не знаю как я вернулся назад в часть, все вокруг было как в тумане.А я как индийский монах плыл в трансе к санчасти. Кто-то что-то мне говорил, со мной здоровались… Я почти ничего не замечал перед собой и добравшись до лавки в курилке, тяжело на нее опустился и закурил.

    Оля, она запомнилась мне все такой же улыбающейся и чуть ворчливой старшой сестрой, которая постоянно меня оберегала от всего. И так получилось, что я не уберег ее. Да, я четко вижу, она улыбается, поправляет свою челку и помахав мне рукой куда-то уходит. Доказывая мне что никакого бога на этом свете нет и быть не может. Потеряв ее, я потерял часть себя, лучшую свою часть.

     

    Гарик решил, что меня бросила девушка. Тупой идиот! Как я его ненавижу! Как я ненавижу всех кто меня окружает!

    - Нужно помыть пол в коридоре, - склонился надо мной врач. – Только хлорочкой водичку разведи.

    - Что? – я был как под кайфом.

    - Давай-давай, - поторапливал он. – Через час сюда командир придет на проверку. Нужно здесь все как следует отдраить, он жутко любит порядок. Да и еще, возьми щетку ДК и подтирай полосы на линолеуме перед входом.

    Я медленно поднялся с кровати.

    - Давай-давай! Не коси под больного, тебе уже завтра на выписку.

    Моющий инвентарь был в небольшой комнатке в конце коридора. Рядом с комнаткой находилась и раздевалка, где лежали цивильные вещи нашего доктора. Не теряя ни секунды, я проскользнул в раздевалку и принялся натягивать на себя одежду нашего Айболита. Сорочка в клеточку, потертые джинсы «секонд-хенд» и курточка с дурацкой надписью на спине.

    Прислушался к шагам в коридоре – нет, показалось.

    Далее, я выбрался через окно наружу и воровато огляделся. Сердце стучало как сумасшедшее, как басы диджейского трека. Сумерки делали мой побег незаметней. Спокойной и вполне уверенной походкой, я зашагал в сторону заднего выхода, дорогу туда я знал отлично, именно она вела на подхоз.

    Пять минут наглой ходьбы и я уже оказался за пределами части, передо мной темнеющий лес и острый запах воли.

    Автомагистраль находилась в двух километрах от меня, ее шум отчетливо слышался в лесу. В кармане докторской курточки, я обнаружил три жетона на столичное метро, пару десятков купонов и сигареты с ментолом (еще одно доказательство, что наш доктор - пид..ас).

    Попутку я поймал быстро. Километры, которые разделяли меня и столицу, я проехал с дальнобойщиком из западной Украины, это я понял по его манере быстро тараторить на украинско-румынском языке. Он не взял с меня ни копейки, но платой за проезд стало три часа беспрерывных рассказов о его жизни вперемешку с коломийками на магнитоле.

    Столица встретила меня дождем, проливным как из ведра ливнем. Даже иногда слышен был гром – последний в этом году. Маршрутка в мой родимый город отправлялась через час, я купил билет и остачу купонов потратил на ход-доги с кофеем. В ту секунду, когда я грыз горячую булку, в моей части был полный хаос. Примерно через три часа меня начнут искать даже за пределами части, у меня есть время чтобы добраться на родину и где-то там осесть. У меня не было даже никакого существенного плана действий, я не задумывался о том, что будет дальше. Единственное что я хотел, так это в последний раз посмотреть на сестру, которую привезли домой сегодня утром.

     

    - Это случилось в девять утра, - говорил мне отец (отчим), когда мы закончили обниматься. – Оля в тот день как обычно пошла в бассейн купаться… - он заплакал. – Она каждый день ходила купаться.

    Я глотнул своего кофе, которое только что поднесла мать и подошел к серванту, где стояли наши семейные фотографии. В мое поле зрения, попала фотография, сделанная на последнем звонке в восьмом классе. Помню тогда еще прячась от матери, выбросил окурок в сторону и улыбнувшись, обнял Олю. Как будто уже тысяча лет прошла с того времени, но и в тот  же момент кажется, что это было еще вчера.

    Через два часа сорок минут, я стучался в дверь до Олеси в столице родины нашей. Она, открыв дверь, даже ни капли не удивилась, а лишь крепко обняла меня. Потом напоила горячим чаем с трема ложечками сахара (она все хорошо помнит!), опосля отправила в душ, чтобы смыл с себя армейскую грязь. Серик недовольно поворчав и послушав мою историю побега, ушел спать, а Олеся достала из серванта бутылку вискаря.

    - И что ты думаешь дальше? – спросила она, наполняя небольшие стаканы.

    - Не знаю, - ответил я. – В голове сейчас черт знает что! Не могу даже сосредоточится на чем-то.

    - Будешь дальше бегать? Тебе грозит статья за дезертирство.

    - Я знаю, - я почесал свой подбородок. – Хреновая ситуация у меня сейчас. Да и в прочем, как всегда.

    - Я дам тебе денег, - сказала Олеся.

    - Не нужно, - скривился я. – У меня есть деньги.

    Мы подняли вместе стаканы и Олеся сказала:

    - За Ольку, пусть земля ей будет пухом.

    Мы выпили и у нее на глазах появились слезы, я взял ее за руку. Не плачь моя Олеська, все будет хорошо. Осторожно торкаюсь к ее щеке и стираю катящуюся там, слезинку. Олеся улыбается и шепчет мне:

    - Все должно быть не так.

    На кухню зашел Серик и я поспешно убрал руки от Олеси, хотя потом сам себя осек: какого хрена ты испугался? Олеся, тоже хороша, дернулась как ужаленная и виновато опустила глаза.

    - Тебе пора, - сказал мне Серик.

    - Да, наверное, - махнул я головой и еще раз посмотрел на Олесю, которая все так же сидела опустив голову, как провинившаяся школьница. – Поцелуй за меня Лину, жаль что я ее так и не смог сегодня увидеть. И вот еще, - я вытянул из кармана помятый конверт, - это мое письмо ей. Я почему то подумал, что смогу быстрее сам его передать, нежели это сделает почта.

    Серик поспешно проводил меня к двери и открыл их еще до того, как я начал обуваться. На пороге стояло два мента, они настолько быстро меня скрутили, что я не успел и сообразить: что собственно произошло, твою мать!

    - Пустите его! – закричала Олеся и хотела было набросится на ментов, как обозленная кошка. Но Серик остановил ее, крепко схватив за руку:

    - Не вмешивайся.

    - Это ты позвонил? – она с дикой ненавистью посмотрела на него, что он даже немного скорежился. Да, это моя девочка, глупый Серик никогда не удержит такую тигрицу.

    - Его место в армии, - виноватым голосом ответил Серик. – Разве не так?

    - Сволочь! – она готова была бросится на него и перегрызть горло. Она все так же меня любит, всегда любила и будет любить. Как и я ее.

    - Прекрати истерику! – повысил голос Серик.

    Менты поволокли меня к лифту и я на прощанье крикнул Олеське:

    - Все нормально Лесь, все нормально.

    Она беспомощно закрыла лицо руками и заплакала, мне больно было это видеть. Я вновь заставил ее плакать. Серик завел ее в квартиру и громко захлопнул двери за собой.

    - Поаккуратней, козлы, - обратился я к двум ментам, которые волокли меня как мешок с картошкой.

    - Потявкай здесь! – пригрозил мне один из них, многозначительно посмотрев на свою дубинку.

    Ладно парни, я все понял. 

     

    - Я просил чай с лимончиком, баран безмозглый. А ты что принес? Что это за помои? Ты считаешь, что я, офицер, буду пить те помои, которые ты мне принес? Ты родился и помрешь тупым бараном и детей наделаешь таких же тупиц как ты! Забирай это дерьмо и чтобы через пять минут на моем столе стояла чашка нормального чая!

    Худой солдатик как-то поник весь от тирады сидящего передо мной за столом офицера, и скрылся за дверью. Было утро, часов восемь-девять, я до сих пор еще не смыкал глаз. После суток томления в изоляторе местного обезьянника, меня забрали военные в какой-то отдел дознания, находящегося возле станции метро. И в этом чудном кабинете, с не менее чудным капитаном – любителем чая, я сидел уже пять долгих и томительных часов.

    - Статья 408, часть 1, - многозначительно молвил капитан глядя мне прямо в глаза. – Знаешь, что тебя ожидает далее?

    - Бля, даже не представляю, - а я валял дурака все это время. В голове почему-то крутилось, что ничего хужего уже, в принципе, случится не может. Поэтому все что оставалось, так это сидеть и откровенно издеваться над этими дураками с их страшилками.

    Я закашлялся, за сутки, проведенные в изоляторе, успел простыть. Казалось, что при каждом глотке воздуха, я глотал еще и колючего ежа, настолько неприятной была эта зараза. Не хочу сказать ничего плохого про ежей, они мне всегда были симпатичны.

    - Два года минимум! Дисциплинарного батальона, - нарочно медленно выговаривая слова, протянул капитан. – Тебе вот сколько оставалось служить? Полгода? Нет, я конечно понимаю, что умерла сестра, земля ей пухом. Но что ты думал, это оправдает твои действия.

    Я смотрел на портрет президента у него над головой и языком исследовал свои зубы, тогда же я не досчитался еще одной пломбы. Вот хрень!

    - Ты представляешь что тебя ждет, - продолжал тот, даже не обращая внимания на то, что я его не слушал. – Вот передо мной твоя объяснительная. Читаем значит: «Примерно в три часа дня, я покинул санчасть через окно служебного кабинета…»

    И это продолжалось бесконечно. Он не уставал без конца перечитывать мою объяснительную и уточнять каждую деталь.

    - Сколько ход-догов ты съел на вокзале?

    Я даже на некоторое время перестал его игнорировать и посмотрев прямо в глаза, спросил:

    - Это действительно важно?

    - Здесь вопросы задаю я, - с гордостью произнес он эту фразу, наверное, сотый раз за последние три часа.

    Это была среда. За средой был точно такой же четверг, пятница, суббота. Каждое слово в этом кабинете повторялось по тысяче раз, так, чтобы я напрочь свихнулся. Бесконечное число объяснительных, бесконечное число подписей, указания мест на настенной карте страны. Меня вымотали до предела, а потом увезли в дисбат. Военная тюрьма со своими правилами и порядками. Место скопления всех ублюдков и отбросов страны. Здесь можно было не спать по пять суток подряд и не заслужить себе обед. Был бы у меня в кармане какой-нибудь огромный «Кольт-питон», то я бы не раздумывая покрасил бы стены этого чудного здания, своими мозгами.Тем не менее я не отчаивался, взяв в библеотеке учебник английского языка для девятого класса, принялся тщательно его учить. Это почти помогло мне не сьехать с катушек. 

    За мой скверный характер меня ежедневно избивали, офицеры откровенно не замечали этого. Несколько раз я попадал в здешнюю санчасть с пробитой головой. Даже медсестра, перематывая мне башку, смотрела на меня как на отброса. 

    А потом какая-то тварь порвала учебник английского...

    Момент разрядки пришел, когда ко мне на свидание набилась Малышка Джуд. Да, мать ее, именно Малышка Джуд! Джуди Бенч! Как всегда разрисованная как шлюха и убитая напрочь какой-то дрянью:

    - Тебе повезло малыш, - громко чавкая жвачкой, сказала она.

    - Вытащи меня отсюда, - я схватил ее за руку, как будто боясь, что она вот-вот исчезнет, растворится как мираж обезумевшего от жары бедуина.

    - Не все так просто, - усмехнулась она. – Я помогу тебе, только не бесплатно, разумеется. Ты согласен?

    - Да я душу продам, лишь бы только выбраться отсюда на волю, - заверил я ее.

    Она одобрительно похлопала в ладоши и достала из папки какую-то бумажку:

    - Ты должен подписать кое-что.

    - Что я должен подписать? – мне и правда подумалось, что она дьявол и потребует от меня мою душу. Где же ярко-красный ореол и твои рога чертовка, алчная сволочь! На любой чужой беде она могла запросто выручить денег. Может у нее родители евреи? Даздраперма Абрамовна.

    - Небольшой контракт, на написание трех альбомов для группы «Яд скорпиона». Моей группы, «Яд скорпиона». За это, ты окажешься на свободе, я сниму тебе квартиру в центре и плюс обеспечу деньгами. С тебя лишь строчки песен, от которых взорвутся залы, большие и маленькие.

    - Знаешь что, - сказал я ей. – Все что меня сейчас волнует, так это то, чтобы мой зад поскорее убрался с этого места. Я напишу вам эти три гребаных альбома и захлебнетесь насмерть своей славой.

    Я подписал контракт и отбросил в сторону ручку.

    - Не волнуйся, я улажу все в кратчайшие сроки. Готовься ко встрече с прежним миром. Хотя уже в качестве моего раба.

    - Ты довольная собой? – спросил я.

    - Не представляешь как! – засмеялась Джуди. – На тебя страшно смотреть, ты не заболел часом каким-нибудь «тубиком»?

    - Нет, не волнуйся за меня. У меня крепкая иммунная система.

    Я закурил золотого «Токсина», который любезно предоставила мне Малышка Джуд, и кайфуя растянулся на стуле. Давно не курил хороших сигарет. Я внимательно посмотрел на нее и улыбнулся ей, какой бы она не была стервой, но все-таки лишь одна она попыталась вытащить меня из беды. Я буду всегда ей в этом благодарен, вплоть до конца ее скоротечной жизни.

    Проведя в заключении еще две недели, я полностью дошел до «ручки» и чуть ли не стал сумасшедшим. За собой стал замечать странные заморочки, как у Воробья из «Пиратов». Потом приехала Джуди Бенч и забрала меня на свободу.

     

    «Клинт Иствуд выходит на средину экрана, за его спиной слышится противный смех Туко Рамиреса:

    - Запомни красавчик, есть два типа людей…»

    Чувство того, что я заново родился и открыл вновь для себя мир, не покидало меня последующие пять дней. А потом, как ни странно – все стало как обычно. Вроде бы и не было свиней, прапорщиков и полковников. Опять понеслись клубы, алкоголь, вечеринки, работа над текстами песен, посещение репетиций группы «Яд скорпиона» и любовные утехи с солисткой.

    Маркиза честно дождалась меня из армии, как самая святая на свете девочка. Колеса были спущены, на крыле пару хороших царапин и чуть треснутая лобовуха. Джуди улыбнулась, глядя как я чуть ли не целую капот этой тачки:

    - А ты не думал выбросить это дерьмо на мусорку? Хочешь, я куплю тебе нормальную тачку?

    - Это не просто куча железа, - сказал я. – И притом она не моя, меня попросили присмотреть за ней. Чувствуешь всю ответственность ситуации?

    «Яд скорпиона» на то время переживал пик своей популярности. Они смогли осуществить наши с Викой мечты, о которых мы брендели в гараже Спайдера. Джуди Бенч и ее бэнд имели уже несколько клипов, снятых небезызвестным режиссером Борисовичем, у которого сейчас была серьезная видео-студия «Рыбак». У них были и интервью в «Rolling Stones», самые модные фотосессии в «Sok» и «Girls&Boys», VIP вечеринки и VIP концерты. Джуди Бенч теперь звезда номер один на пост-советском пространстве, и ее скандальное прошлое только подливало масло в огонь ее популярности. За спинами этих ребят и собственно Джуди Бенч всегда был я, в тени. Небритый, изрядно пьян, с блокнотом в кармане (вдохновение могло прийти в любую минуту), и плоской карманной флягой с допингом (если вдохновение так и не приходило, я пытался вызвать его с помощью алкоголя).

    - Запомни милый, - говорила Джуди Бенч, протягивая мне кредитку. – Существуют два типа людей: те у кого веревка на шее, и те, кто по ней стреляет.

    Веревка висела в данный момент на моей шее, но не сильно ощущалась, что было в принципе сносно. По сравнению с тем, что я пережил за этот трудный год – работать на Джуди Бенч было одно удовольствие.

    На одной из светских вечеринок моя «хозяйка» представила мне популярной американской поп-певичке Джессике Хантер. Та очень обрадовалась встрече со старым знакомым, даже ее телохранитель (нигер) пожал мне руку, улыбаясь своими белоснежными клыками.

    - Как? – только и молвила Джуд. – Откуда она тебя знает?

    - Долгая история, - махнул я рукой.

    - Джессика хочет записать с нами песню, я хочу чтобы ты поучавствовал в ее создании.

    - Я плохо знаю английский, - пожал я плечами. – Словарный запас содержит только «Фак» и «Окей». Глупая получится песня.

    Джуд все же было не остановить и переговоры решили перенести в VIP ложе, я за ними не пошел. Мое внимание привлек мужик возле шведского стола, он весело общался с какой-то телеведущей. Это был мой двоюродный брат Иван. Нет, вернее родной брат Иван.

    - Привет старик, где пропадал? – я радостно хлопнул его по плечу.

    - Не могу поверить! – обрадовался он. – Братишка! Сто лет тебя не видел! – он повернулся к официантке, - Эй, чучело крашеное, принеси нам с братом виски.

    Та даже не обиделась, а даже улыбнулась словно комплименту и сказала:

    - Сейчас сделаем Иван Алексеевич.

    - Ты как здесь? – спросил он меня. – Судя по всему все же выбился в люди. Посмотри вокруг – здесь же все сливки общества!

    - Как видишь, - хмыкнул я. – Я тоже ведь не дерьмо на палочке. «Яд скорпиона» знаешь? Так вот, я пишу им песни.

    - Молодчина! А я теперь тоже крутой дядька. Моя фирма спонсирует это сборище упырей.

    - Не плохо, - оценил я.

    - Как Олеся? – спросил он внезапно, так что я даже слегка растерялся.

    - Не знаю. Почему ты меня об этом спрашиваешь?

    - Ну вы ведь друзья, - засмеялся он. – Как Ангелина поживает?

    - Ты бы сам их проведал, глядишь и узнал бы все, - предложил я.

    - На хрен они мне сдались, чтобы я еще их проведывал! – все так же смеялся Иван Алексеевич. – У меня жена и двое прекрасных детишек. Какого хрена я буду проведывать Олесю и ее дочь.

    - Ангелина ведь и твоя дочь тоже, - сообщил я ему свежую новость.

    - Не смеши меня! Я женился по «залету», думал что спиногрызка от меня. Но Олеся уже была беременна еще до нашей встречи. Я как только это узнал, сразу же и развелся с ней. Нет, ну ты сам посуди: зачем мне жить с нелюбимой женой и не своим ребенком? Это нужно быть полностью отбитым человеком!

    - Ничего себе! – я очень крепко затянулся сигаретой и выпил поданного нам виски.

    И что же получается? Кто тогда отец Лины? Я почувствовал, что мое сердце начало биться сильнее. Кто у Олеси был до встречи с Иваном? Вспомнить хотя бы того смазливого хлыща, с которым она тягалась после нашего с ней разрыва. Ну зачем она все так запутала? Если Лина моя дочь, то почему она до сих пор мне ничего не сказала? Зачем нужны все эти тайны с душком мексиканских сериалов? Нет, с этой херней нужно разобраться как можно быстрее, или же я просто-напросто сойду с ума от размышлений и догадок.

     

    - Ты на часы смотрел? – грозно спросила Олеся, открыв мне дверь.

    - Есть разговор, - без всяких улыбок сказал я, в этот момент уже было не до шуток.

    - Неужели этот твой разговор нельзя было отложить до утра? Я вообще-то уже спала.

    - Это и так уже достаточно отлаживалось, - сказал я. – Это по поводу Лины, скажи мне, чья она дочь?

    Олеся осталась все такой же спокойной и чуть заспанной. У меня сложилось впечатление, что она уже давно ждала этого вопроса.

    - Твоя, - просто ответила она.

    Я поразился ее равнодушию и спокойствию:

    - Твою мать! Почему ты раньше мне этого не сказала? Зачем это все?

    - Ты никогда об этом не спрашивал.

    - Ну ты и дура! – я хлопнул ладонью по стене. – Господи, какая же ты дура! Я имею право знать о своем ребенке, как ты могла скрывать это от меня?

    - А с какого хрена ты раскричался здесь? – Олеся прикрыла двери и вышла ко мне на лестничную площадку. – В то время, когда я забеременела от тебя и спешила сообщить тебе радостную новость, ты носился со своей Любашей, которая тоже ждала от тебя ребенка. И что сделал ты? Ты бросил меня ради нее! Думаешь я просто так решила свести тогда счеты с жизнью? Это ты меня к этому подвел! Думаешь легко было очнуться от любовной сказки и посмотреть в твое лживое лицо? И ты хочешь, чтобы я сейчас чувствовала себя тварью? Нет, тварь это ты. Какой тварью был, такой и остался. А Лина заслуживает нормального отца, который будет возить ее в садик, устраивать ей дни рождения, помогать делать домашнее задание, а не припираться раз в месяц пьяным и накуренным. У нее есть семья и есть отец, а ты катись отсюда подальше. У тебя свой мир: трахай шлюх, нюхай кокс, кури что хочешь и хоть залейся спиртным. Ты же всю жизнь только этого и хотел. Теперь это все у тебя есть, и что? Почему же ты не веселишься, мать твою?!

    Она еще несколько секунд стояла и испепеляла меня своим взглядом, а потом направилась обратно в квартиру со словами:

    - Спокойной ночи, папа.

    И громко хлопнула дверью.

    И что я мог ей ответить? Все что она сказала – сущая правда. Но от этого мне не становится легче, я не чувствую облегчения. Я, подкуривая сигарету, медленно тащусь назад, вниз по лестнице. Перед собой вижу лицо Лехи, он смеется как сумасшедший прям мне в лицо.

    Лина - моя дочь. Как-то странно, но я всегда это знал. Еще в том, гребаном больничном буфете, она пыталась мне все рассказать... Как бы тогда сложилась моя жизнь? У меня бы была семья, собственный дом, лужайка перед ним и собака. Но в итоге моя семья чудестно обходится без меня, и мне лишь остается...

    Остается вернуться в свой мир, трахнуть шлюху, втянуть в себя кокса, покурить и захлебнуться спиртным. Я же этого и хотел, мне это нравится.  

     

    - К вам можно?

    Опять Клинт Иствуд на экране, каскад бутылок с под пива и еще какой-то мерзкой дряни, помятое фото с Олей в луже коньяка на столе, письмо Лины… Я лежу на диване в полумраке комнаты и пускаю дым в потолок. Пятнадцать пропущенных звонков от Малышки Джуд, на которые я не обращал ни малейшего внимания. Хотелось сейчас уйти от всего подальше и спрятаться где-то на своей планете, как маленький принц Экзюперри. Унылое чувство одинокости уже начинало становится хроническим.

    - К вам можно?

    Я, как бы просыпаюсь и нахожу себя в каком-то баре, за стойкой. В правой руке дымится золотой «Токсин», неприятно обжигая пальцы, в левой греется стакан с недопитой водкой. Просто так, без какого-либо повода, я полулежу за стойкой бара и глотаю водку как сок. И что здесь необычного? Типичный я.

    Я медленно оборачиваю голову и вижу как ко мне подседает симпатичная блондинка с голубыми глазами и яркой улыбкой на губах.

    - Почему бы и нет? – пожимаю я плечами, даже удивляясь, как я в таком состоянии могу кого-то привлекать.

    - Надя, - протягивает она мне руку.

    Отвечаю, что очень приятно и задаю, казалось бы, вполне предсказуемый вопрос:

    - Позвольте вас Надя, чем-нибудь угостить?

    - От текилы не откажусь, - улыбается она и внимательно смотрит, хватит ли у меня денег на эту дрянь из кактуса. Я демонстративно бросаю на стойку пару сотен и ее взгляд перемещается на мое помятое и искаженное алкоголем лицо.

    - Видела вас недавно по телику. Не удержалась от того, чтобы не познакомится. Вы продюсер той популярной группы?

    - Не такой уж и продюсер, как может показаться на первый взгляд, - я все же решаю ей подыграть, в душе чувствуя детскую радость: «Я звезда из телика!».

    - Я начинающая певица, - поведала она мне.

    Ах вот оно что! Блядский продажный мир!

    - Рэперша? – улыбаюсь я.

    - Скорее всего, рок, - смеется она. Хороша, ничего не скажешь. – Нечто среднее между хардом «Скорпиона» и лирикой «Бей морду». Последние что-то вовсе "не о чем" стали.

    - Хочешь славы и денег? – заулыбался я.

    - Скорее славы. Ведь это здорово! Хочу стать такой как Джуди Бенч, быть на всех обложках журналов, сиять в лучах вспышек фотоаппаратов, улыбаться в камеру…

    - Не все это так здорово, как тебе кажется, - не согласился я. – Это все как спектакль, игра на публику. Настоящая жизнь вон за окном, где на остановке под дождем целуется влюбленная парочка.

    - А ты романтик, каких мало, - заметила она. – Почему же сам трешься возле звезд?

    - Я контрактник, - оправдался я. – Однажды стоило продать дьяволу свою душу и все… Дальше что? Наигранные улыбки упырей, которые так и бросятся на шею, как только обернешься к ним спиной.

    - Тебе не хватает любви, - сказала она.

    - Ты и правда так считаешь? – горько усмехнулся я. – Можешь быть уверенна, любовь – единственное, что делает меня человеком.

    - Посмотри на себя, ты кислый как лимон. Настоящая любовь должна приносить радость, а не скорбь. Если что-то не так, то нужно срочно менять свою жизнь. Возможно твоя любовь – и не любовь вовсе, а всего лишь тяжкий груз на плечах. Так быть не должно, я ведь логично рассуждаю?

    - Красиво говоришь Лена.

    - Надя, - поправила она.

    - Ах да, - нелепо хихикнул я. – Извини, я слишком пьян, чтобы нормально общаться с людьми.

    - Стоит попробовать трезвым.

    - Ого! Это приглашение на свидание? – я округлил глаза от удивления. В наше время девушки сами приглашают парней на свидания, куда катится общество?

    - Нет, - удивленно заморгала она своими огромными глазищами, словно хотела меня загипнотизировать. – Я вроде бы тебя никуда не приглашала. Может быть, ты вообще не в моем вкусе.

    - Вот так вот! – поразился я. – Развела огонь и убежала.

    - Огня я что-то и не вижу, - поморщилась она. – Так, огонек.

    - Этого вполне достаточно, как для меня.

    - А для меня нет.

    Она встала из-за стойки бара и нагнувшись прошептала мне на ухо:

    - Завтра будет арт-вечеринка художника Макса Гельмера. Говорят, там будет очень интересно.

    - Ты все-таки зовешь меня на свидание, - самодовольно улыбнулся я.

    Она ничего не ответила, лишь вновь широко улыбнулась и ушла прочь. За собой оставив в моей голове каскад эротических мыслей и тонкий запах дорогих духов, которые слегка напоминали духи Олеси. Нет уж! Настало время забыть Олесю и все что с ней связано. Зачем столько времени топтаться на месте, если в конечном итоге ничего не выйдет? Возможно, встреча с Леной была судьбоносной. Нет, не возможно – именно так оно и было.

    Опять я очнулся в пустой квартире и почесал голову в раздумьях: «Не приснилось ли это все мне?» Что-то жужжало, именно оно и разбудило пьяное тело, которое валялось на диване в неестественной позе. Это был мобильный телефон, который ездил по луже коньяка и мычал как бык своим виброзвонком.

    «Малышка Джуд». Шестнадцатый пропущенный.

     

    Семь часов вечера последующего вечера, ужасные пробки на дорогах. И что ближе к центру, тем больше становится автомобилей, которые тянуться в бесконечном потоке со скоростью черепах. Создается впечатление, что все эти ублюдки сговорились и на зло мне поехали в центр, чтобы помешать мне попасть на вечеринку художника пидераста. Интересно, чем он рисует свои картины? Отличная тема для размышлений в двухчасовой пробке на мосту Патона. Поглядывая на часы, стало понятно, что я опаздываю почти на час. Возможно стоило выезжать утром.

    Я отвлекся от мыслей и магнитолы на свист. Кто-то засвистел и забарабанил по стеклу. Это был Спайдер, на своей спортивной «Ямахе», он снял шлем и приветливо улыбался.

    - Я везде тебя искал, хочу чтобы ты написал нашей группе альбом.

    - Многие этого хотят, - хмыкнул я, ничуть не удивившись просьбе.

    - Гонорар тебе понравится.

    - Ты думаешь, у меня сейчас есть проблемы с деньгами? – посмотрел я ему в глаза. – И тем более цены на мои песни в последнее время здорово выросли, не боишься, что вашей шайке это будет не по карману?

    - Поверь, я тоже не в переходе играю, - засмеялся Спайдер. – Возьми мою визитку, передумаешь – свяжись со мной.

    Я бросил визитку на панель и махнул головой:

    - Непременно.

    Шикарный ресторан, огромный зал, легкая музыка, шведский стол и куча людей, считающих себя элитой и сливками общества. Те, о которых пишут желтые газетенки, снимают передачи, кино, пишут книги, играют музыку. Все те кто достиг олимпа и теперь с высоты могли наблюдать за смертными. Оказавшись здесь, меня посетило двоякое чувство: с одной стороны я несказанно рад, что тусуюсь с этими людьми, а с другой я за это себя ненавидел. Куда не посмотри, везде тонны косметики, трансвеститы, гомики, извращенци, садисты, педофилы и наркоманы. Все они хотели скрыть это за яркими нарядами и красивыми лицами, но я ведь все про них знал.

    Макс Гельмер называл себя художником, красил волосы в темно-красный цвет, носил очки, хотя не имел проблем со зрением. Его рука с дорогим маникюром держала бокал вермута с оливкой. Он попивал свой напиток и демонстрировал гостям свои картины, развешенные на стенах этого чудного ресторана. Картины написаны словно пятилетним ребенком, вызывали восторг у присутствующих. И чем абсурдней был рисунок – тем больший интерес она вызывала.

    «А что это?» «А это похоже на пенис на тарелке!» «Как изящно!»

    Я думаю, что если бы сейчас рядом с этой мазней повесить нарисованных Линой кукол Братс, то ее тут же купили за миллион. Может моя дочь будущая художница? Вполне может быть, в моем роду много талантливых людей. Взять хотя бы моего дедушку и его рассказы. Я уверен, жил бы мой дед не в парке советского периода, а сейчас – то тусовался он бы не в милиции, а здесь. Талант – это очень хорошая штука. Он может превратить обычную болотную жабу в павлина, который будет расхаживать в этом ресторане с бокалом виски.

    Не смотря на то, что я порядочно опоздал, Лена ждала меня. Волосы убраны в элегантную прическу, огромные серьги в виде шпаг и чудесное вечернее платье, демонстрирующее все ее прелести. Завидев меня, она улыбнулась и спросила:

    - Ты всегда заставляешь девушек ждать?

    - Нет, только тебя, - дружелюбно улыбнулся я ей в ответ. – На самом деле везде ужасные пробки. Вечер субботы – этим все сказано.

    - Не важно, - махнула она рукой. – Может пойдем выпьем чего-нибудь?

    - Отличная идея.

    Двигаясь к столу с выпивкой мы наткнулись на Олесю. Как же она ослепительно выглядела!

    - Привет, - сказала она. – Познакомишь со своей подружкой?

    - Ах да, - я указал на свою спутницу рукой. – Знакомьтесь, это Олеся – самый модный фотограф, самого модного журнала. А это Лена…

    - Надя, - натянуто улыбнулась моя спутница.

    Черт! Какая Лена?

    Надя пожала руку, в ее глазах можно было увидеть, что Олеся ее ни капли не интересует. И еще эта херня с ее именем, как я мог забыть его?

    Это ведь я.

    - Почему одна? Где твой супруг? – мило веду я светскую беседу.

    - Скоро приедет. Задерживается на работе, - сказала Олеся.

    - Как Лина?

    - Здорово, сейчас у бабушки, - я и Олеся не можем оторвать друг от друга взгляд. Лена это заметила и дернула меня за руку:

    - Кажется мы куда-то шли.

    - Да-да, - говорю я.

    - Ну не буду вас задерживать, - улыбнулась Олеся и двинулась в сторону оркестра. – Приятного вечера.

    Я проводил ее удаляющуюся фигуру взглядом и посмотрел на Лену. Та сверлила меня ревнивым взглядом:

    - Твоя бывшая?

    - С чего ты взяла? – округлил я глаза.

    - Видел бы ты себя со стороны, понял бы, - ответила она. – Ну так что, мы выпьем сегодня или нет?

    Возле стола с выпивкой, я почувствовал себя в своей тарелке. Лихо разлил по стаканам самого дорогого виски и спросил у своей пассии:

    - Надеюсь ничего не имеешь против старика Дениэлса?

    - Абсолютно.

    Взяв стакан в руку, она предложила тост:

    - За нас! За знакомство и неожиданную встречу!

    - Взаимно!

    Несколько минут и несколько грамм чудо-напитка развязали наши языки, и мы уже смогли общаться друг с другом, без невидимой преграды. Она рассказала, как приехала в столицу в поисках счастья, хотела петь. Она уверяла, что умела петь, и я ей поверил. Естественно за спиной у нее несколько парней, которые обеспечивают ее тряпками и модными девайсами, а она  крутит ними без угрызения совести. Обычная, как на мой взгляд, история жизни среднестатистической девушки 21-го века.

    - Я сама пишу песни и музыку и хочу найти человека, который поможет мне продвинуться вперед, - она сразу расставила все точки над «i».

    - Ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что я тот самый человек, - огорчил я ее. – Нет, я конечно же могу тебе пообещать золотые горы, попросить тебя мне отсосать за это N-нное количество раз, но ведь это все будет ложью.

    - Ну ты ведь знаешь кого-нибудь из знаменитых продюсеров?

    - Возможно.

    - Я здесь видела Варламова из «Студии Рыбак», ты бы мог меня с ним познакомить?

    Я представил в уме Борисовича и Лену, которая ему делала миньет. Это можно было назвать видением будущего. Я ясновидящий!

    - Познакомлю конечно, если ты этого хочешь, - ответил я. – Подожди только, я отлучусь на пару минут.

    Я отошел на несколько шагов и обернулся, Лена уже болтала с каким-то холеным красавчиком – теннисистом. Вот так сучка! И это из-за нее я тупил два часа в пробке? Мне и так сейчас хреново живется, а еще и мною пользуются! Все женщины – ведьмы.

    Оставшись наедине с выпивкой, я смешал шампанское с водкой. Бал уродов настиг своего апогея, всеобщее веселье достигло максимальной отметки, еще чуть-чуть и все взорвется на хрен от того позитива, что витал вокруг сборища элитных сверхлюдей. Не туда Усама направлял свои самолеты, это уж точно.

    - Лихо опрокидываешь, - послышалось со стороны как гром, среди ясного неба. Такое впечатление, что я был застукан за непристойным делом.

    Я оглядываюсь и вижу Олесю, которая с улыбкой смотрела на меня.

    - Я же профессионал в этом деле, - сказал я. – Вижу Серик так и не появился. Неужто и правда такая серьезная работа, ради которой нужно бросать тебя здесь одну, среди этого гадючника?

    - Он не приедет, - пожала она плечами. – Иногда случается, что он работает допоздна.

    - Будь повнимательней, - предупредил я ее. – Фраза «работать допоздна» всегда имеет что-то общее с пышногрудой коллегой и сексом на ксероксе.

    - Он не похож на тебя, - заверила она.

    - Бог вам судья молодые люди, - я поднял свой стакан. – Тебе налить? Отличная штука – шампанское с водкой. Потрясный вкус. Помнишь, мы когда-то водку с колой мешали и пили?

    - Кажется в этом коктейле было еще и пиво, если я не ошибаюсь, - она, вспоминая яркие моменты прошлого, немного прикрыла глаза.

    Я угостил ее своим коктейлем и мы разговорились. Она рассказывала мне об Лине, о том как они сейчас живут. Я рассказывал про свою военную службу со свиньями и о концерте перед генералами. Олеся, как и раньше бывало, слушала мои рассказы и от души смеялась над моими шутками. Потом она указала рукой куда-то в сторону и спросила:

    - Вижу у вас свободные отношения?

    Я посмотрел в ту сторону, в которую она мне указывала и увидел Лену в полуобнимку с прыщавым гондоном, который исследовал рукою изгибы ее задницы.

    - Никаких отношений вообще нету, - пояснил я Олесе. – Просто девушка решила с моей помощью познакомиться с серьезным продюсером. Она начинающая певица.

    - Тебя кинула девушка! – радостно хлопнула в ладоши Олеся. – Не могу в это поверить!

    - Я не думал, что эта ситуация тебя так обрадует, - заметил я. – Ты настоящий доктор Зло.

    - Жестокий мир шоу-бизнеса, детка, - сказала она. – Ты сам полез в их мир, так что теперь сожми зубы и терпи.

    - А я не хочу в этот мир, хочу остаться в том, где есть ты и Лина.

    - У тебя был выбор, - напомнила она и опорожнила свой стакан. – Не стоит горевать о прошлом, оно реально того не стоит, плюс ко всему отбирает время из настоящего.

    - За это стоит поднять бокал! – я обновил наши бокалы и протянул ей жгучий и шипящий коктейль.

    - Меня и так уже немного расшатало, - призналась она.

    - Брось, я люблю когда ты становишься плохой девочкой, - я был как змей искуситель. – Давай поднимем эти бокалы, за настоящее. Пускай оно будет к нам милосердно.

    Потом наши взгляды встретились и жадно уставились друг на друга.

    - Я уже и забыл какая ты, когда выпьешь, - горько усмехнулся я.

    - Какая? – кокетливо подняла бровь Олеся.

    - Своя, добрая, теплая, приятно пахнущая, - я почувствовал, как ее рука слегка коснулась моей.

    - Продолжай, - прошептала она мне на ухо.

    - Заботливая, манящая, ласковая, любимая…

    И на этом месте она поцеловала меня, осторожно, нежно, чуть торкнувшись к моим губам. Вдохнув ее запах, я словил эйфорию, неужели шампанское с водкой так здорово вставляет. Это определенно станет моим любимым коктейлем.

    Мы вломились в женский туалет и она, крепко обняв меня, жадно поцеловала. Чувствовать Олесю – это самое поразительное чувство, которое я когда-либо испытывал. Ни один наркотик не сравнится с этой девушкой. Это настоящий природный кайф, от которого колотится сердце, закладывает уши, тупится зрение и дрожат ноги.

    - Давно я не целовалась в туалете, - ее улыбка совсем рядом, ее дыхание, я чувствую его.

    - Мы исправим это, - я не мог от ее оторваться, рука опустилась чуть ниже, Олеся вздохнула и закусила губу.

    - Поехали отсюда.

    Полчаса езды домой, заправка пивом прям в пути, одна сигарета на двоих, фильтр в помаде. Ее рука на моем колене, на магнитоле Роб Зомби. «Мертвой девочке» Олеся даже подпевает, добро пожаловать в прошлое. Мы открыли какой-то портал в нашу юность, мы стали вечно молодыми.

    Следующий эпизод уже у меня на квартире. Все тот же Зомби, полная ванна пены, бутылка «хеннеси», Олеся осторожно ложится в ванную, попивая с горла коньяк. Чуть помигивает лампа дневного света, она проводит рукой по своих мокрых волосах и взглядом приглашает меня к себе. Я дотрагиваюсь к ее телу, вода выплескивается с ванной, жадно глотаем коньяк и целуемся как два озабоченных маньяка. Коньяк падает на кафель и бутылка разбивается, нам все равно, Олеся облизывает мои губы, я осторожно вхожу в нее. Ее крик сливается с припевом песни, вода качается нам в такт, кругом пена, много пены. Я буду любить эту девочку вечно.

     

    Утро было незабываемым, можно сказать даже сказочным. Я открыл глаза и увидел перед собой спящую Олесю. Она довольно улыбалась во сне и чмокала губами, я не сдержал свою улыбку. Солнце, которое пробивалось в окно, освещало ее волосы золотым ореолом. Ради этого вот момента, наверное стоило жить на свете.

    Легкое прикосновение моей руки к ее щеке и она просыпается. Несколько секунд непонимающе лупает на меня своими глазами, а потом подхвачивается как ужаленная:

    - Вот блядь! Господи, что я натворила! Мать твою! – она взъерошивает свои волосы в немом вопросе и смотрит на меня. – Ты меня споил!

    - Ну вот, - говорю я. – Преступление раскрыто. Хотя стоит заметить, что не очень ты и сопротивлялась. К тому же первая меня поцеловала.

    - Что я наделала?! – вновь застонала она. – Что со мной происходит!

    - Наверное то же что и со мной, - я приседаю в кровати возле нее и целую в плечо. – Это рано или поздно должно было случится.

    - Это не правильно, - вертит головой Олеся и смотрит в окно на яркие лучи солнца. – У меня своя жизнь, у тебя своя. Черт побери! Как все запуталось!

    - Не карай себя, - я потянулся к е губам.

    - Не стоит, - вяло воспротивилась она, но все же ответила на мой поцелуй. – От меня так же несет перегаром, как и от тебя?

    - Нет. Ты пахнешь чудесно, - заверил я ее. – Пойду сделаю кофе.

    - Я не хочу. Мне уже нужно идти, - Олеся принялась ползать по кровати и искать свое белье, я немного задержался у двери, чтобы поглазеть не нее. Она это заметила и вопросительно посмотрела на меня:

    - Глаза не сломаешь?

    - Нам нужен крепкий кофе, - быстро переключился я на другую тему и ушел. Когда чайник закипел, она появилась на кухне в одной лишь сорочке, притом моей.

    - Мне три ложки сахара, - потребовала она.

    - Я помню. У нас одинаковый вкус.

    Я не удержался и прижав ее посильнее к себе, поцеловал, поглаживая руками ее попку.

    - Ты восхитительна.

    - Я ужасно выгляжу. У меня раскалывается голова и бурлит в животе. Больше никогда в жизни не буду смешивать водку и шампанское.

    - У меня есть цитрамон, - я протянул ей пачку таблеток. – Две штуки, плюс кофе и похмелье значительно смягчится.

    Олеся бросила в рот две таблетки и запила их горячим кофе:

    - Кошмар, что я скажу Сергею?

    - Чтобы собирал свои вещи, - хмыкнул я.

    - Это не смешно.

    Я подкурил нам по сигарете и взял ее за руку:

    - Все будет хорошо.

    Она посмотрела мне в глаза и улыбнулась, кажись в ту секунду мы были счастливы, мы были вместе. Она курила сигарету едва прикрывая наготу моей сорочкой, а я сидел напротив, смотрел на нее и в моей голове уже крутилось множество мелодий, обрывок песен, громких припевов и возгласов на сцене.

     

    - Вот так значит. Все, - Малышка Джуд перебирала страницы исписанного мной блокнота и грустно кривила свои губы.

    - Да, - махнул я в ответ головой и глотнул освежающего, холодного пива. – Это последнее, что изрыгнула моя творческая душа. И как я понимаю, мы теперь в расчете.

    Джуд закрыла блокнот и спрятала его в свою сумочку. Ее золотой «паркер» остался лежать на столе, так как за то время, что мы провели в этом кафе, к ней уже несколько раз подходили фанаты за автографом. «Яд скорпиона» была очень известной, но это была уже не та группа, которая родилась в гараже Спайдера.

    - Скучать не будешь? – улыбнулась она.

    - За тобой? Удовлетворюсь тем, что возьму у тебя автограф и повешу его в своем сортире.

    Джуд засмеялась от души:

    - Я тоже тебя люблю. Но подумай еще раз, за следующий альбом я заплачу тебе огромные деньги. Это же легко! Не понимаю, какая муха тебя укусила! Не уж то опять блондинка-фотограф из журнала «Sok»?

    - Пускай для тебя это останется тайной, - сказал я. – Воспользуюсь попыткой спустится с небес безболезненно, чтобы потом не больно было падать.

    - Не наговаривай.

    - Такие правила, - заверил я ее. – Так что, пока есть возможность – наслаждайся! Я подарил тебе группу, песни и славу.

    - Ну, не заливай! Группа собралась благодаря моим бабкам. Песни – это лишь слова на бумаге, которой можно в любую минуту подтереться.

    Я покрутил в руках допитый бокал пива, и достал с кармана деньги.

    - Я тебя умоляю, - закотила глаза Джуди. – Не напрягайся, у меня золотая карточка. Спрячь свои несчастные гроши, я думаю в скором времени они тебе понадобятся.

    - Бля, - не сдержался я. – Знаешь, а я буду реально за тобой скучать.

    - Ну мой маленький, ты в любую минуту можешь вернуться к тетушке Джуд, она тебя всегда приютит. Тем более что нас связывает музыка, крепкая дружба и море первоклассного секса.

    - Хорошие воспоминания, - улыбнулся я. – Да и только.

    - Панки Хой! – подняла она правую руку вверх и медленно ушла из кафе. Надеюсь, что ее упругую задницу увижу еще не скоро, хоть я и соскучился, но не так сильно, чтобы вновь связаться с Джуд на протяжении последующего года. Хотя бы потому, что у меня у самого были грандиозные планы, я больше не хотел оставаться в тени.

    Потом я посетил могилу Вики, можно сказать богине моего панк-рока. Ее душа в облике музы и вдохновила меня посвятить свою жизнь какой-то нелепой анархии. Постоянному протесту к жизни.

    Все такой же покосившийся крест с фотографией, уже почти выгоревшей на солнце, вызвал жалость и тоску. Я немного с ней побеседовал, с бутылкой красного вина, производства ее любимых грузинских виноградников. Была бы она жива, то эту бутылку мы бы осушили в два счета. Но к величайшему сожалению, Вику сейчас поедали черви, а я уже начал понемногу забывать черты ее лица. Ровно как и на тускнеющем надгробном фото, так и у меня в голове ее образ растворялся в белой мгле. Мне стыдно перед ней, что не смог сберечь наш «Яд скорпиона», а еще грустнее, что теперь у людей при названии нашей группы возникают ассоциации с порно-дыркой, а не с прекрасной мажоркой Викой, которая любила панковать. И как бы я себя в уме на оправдывал – факт остается фактом.

    На могиле сестры я смог побыть лишь минуту. Слишком было больно.

    Жизнь слишком безумна.

     


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Noah Hunter
    Категория: Проза
    Читали: 56 (Посмотреть кто)

    Размещено: 30 декабря 2014 | Просмотров: 167 | Комментариев: 3 |

    Комментарий 1 написал: Арийская Волчица (31 декабря 2014 09:48)
    Я почему-то сразу подумала, что Олеся от него родила.. =)
    А почему так мало написано про Олю? Почему она утопилась? Или утонула? Или ее утопили? И что с ее ребенком, она же беременная была?



    --------------------

    Комментарий 2 написал: Noah Hunter (31 декабря 2014 10:45)
    Цитата: Арийская Волчица
    А почему так мало написано про Олю? Почему она утопилась? Или утонула? Или ее утопили? И что с ее ребенком, она же беременная была?

    Об этом я напишу в следующем эпизоде. Дальше об Оле речь идти уже не будет, но специально для вас, я расскажу как это произошло)) С наступающим))


    Комментарий 3 написал: Арийская Волчица (31 декабря 2014 14:24)
    Цитата: Noah Hunter
    специально для вас, я расскажу как это произошло))

    Спасибо blush Буду ждать!

    И вас с наступающим! Удачи в творчестве и вдохновения! =)



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.