«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 20
Всех: 21

Сегодня День рождения:

  •     Eroshkun (16-го, 20 лет)
  •     gellety (16-го, 31 год)
  •     Gr0m1990 (16-го, 28 лет)
  •     Lileslava (16-го, 20 лет)
  •     Дмитрий Гаев (16-го, 25 лет)
  •     темненькая (16-го, 25 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 101 Герман Бор
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1862 Кигель
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Джинни

    Я никогда не умела понимать людей, чем-то отличающихся от меня, неважно чем. Я просто не умела видеть их мысли, представлять, что скребется в их иной голове, и что они там решают, углубившись в себя. Многие вам легко и без зазрения совести могут сказать, что я жила открыто. Кому известна правда, да никому. Люди ведь судят по своей собственной уверенности, и никому нет дела до правды. Это тоже излишняя самовлюбленность- уверенность в том, что ты обладаешь неким гениальным навыком читать людей и видеть за них. Такая уверенность обычно преследует умных людей, считающих, что им все наперед известно за глупых. На самом же деле, умному также невозможно понять глупого, как и наоборот. Непривыкшие понимать поступки людей без особого склада мыслей (склада мыслей лидирующих особей социума), умные лишь зря стараются представлять себя в тарелке глупцов. Это как человеку рисовать себе в голове картину белого и нежного тела в костюме инопланетянина. На автомате (я проверяла!) появляется вполне себе человечный и красивый облик, который уж точно не может иметь инопланетянин. Но что же выходит из всего этого? Не стану же я утверждать, что умные на самом деле глупцы. Иначе кому же быть умными? Эта мысль часто нагоняла меня и занимала в ранней юности, поре попыток философствования и построения теорий.

    Я ставила свои психологические эксперименты на сестре, хоть на что-то же она должна была быть годна. По-французски она совершенно не знала, и знать не хотела, а заставлять ее было некому. Отец работал, много работал, писатель, что с него взять. А Джинни легко могла прикрыть свою спину за простым баловством невинного ребенка. Вообще, наше детство- это особая пора. Вернее, детство Джинни, я тогда была уже почти девушкой. Я хорошо помню это время, и часто мне кажется, что нынешние дни неслабо завидуют тем, посвященным открытиям и веселью. Собирая в своей голове клочки воспоминаний, я порылась в старых ящичках и нашла свой детский блокнотик, исписанный вдоль и поперек французскими каракулями. Если вам не будет скучно, я перепишу сюда несколько заметок, для меня, по крайней мере, чтенье их было весьма занятным.

    16 Апреля

    Мне семь лет, и няня сказала, что пора заводить свой journal. В нем надо рассказывать каждый день своей жизни, как говорит она. Я думаю, это глупо. Сегодня я первый раз увидела сестру. В основном, она не плоха, но напоминает обезьянку. У нее большие красные уши и она вопит так, что будто триста стрел врезаются в барабанные перепонки. Интересно, все дети такие?

    18 Апреля

    Сегодня я много занималась. Мне никак не даются спряжения. Но я буду старательно учиться, по словам гувернантки, это должно помочь. Но все дело в Джиневре. Эта маленькая обезьянка так кричит, что я не могу собрать мысли в один пучок.

    19 Апреля

    Я раздобыла у папы линейку. Джинни не больше девятнадцати дюймов. Если я встану на цыпочки, то стану выше ее в полтора раза.

    20 Апреля

    Мама умерла.

    Дальше записи стерлись, то ли водой, то ли еще чем-то… Я, кажется, пролила на них чай. Впрочем, дальше в течение нескольких месяцев, все в том же стиле.

    13 октября

    Лейла взяла с нами на прогулку Джинни. Мне не разрешили прокатиться на Мели (так зовут мою пони) из-за этого ребенка. Лейла сказала, что я должна быть рядом. Так еще долго будет продолжаться?? А еще она очень странно действует на прохожих. Все они умиленно заглядывают в ее прогулочную коляску и делают глупые рожицы, а я как пустое место. Но я же не ору, как она.

    14 октября

    Приехал папа, весь день нянчился с сестрой. Меня звали к ужину, но я обиделась и не пришла.

    29 декабря

    Через пять дней мой день рождения. Папа обещал красивую куклу из магазина *Бей и Кау*. Это лучший магазин игрушек на свете!

    3 января

    Меня красиво нарядили, утром мы ели вкусный торт и играли в мяч на лужайке. Папа так и не приехал, куклу тоже мне не дали. Зато у Джинни три новые игрушки. И в честь чего это?

    10 марта

    Я наконец-то нашла применение моей глупой сестре. Как-то я попросила Лейлу заплести меня, а Джинни не с кем было оставить. Лейла, посадив ребенка рядом, взялась за ленты. Одна, красненькая, случайно соскользнула одним из концов на ковер, и пронеслась вперед, когда я резко мотнула головой. Джинни тут же побежала на своих корявых ногах за лентой, ухватила ее липкими ручонками и уселась снова. Она ведет себя, как кошка. Насчет обезьян я не уточняла. С ней можно играть и дергать эту ленту, я буду звать ее Барсик.

    11 марта

    Стою в углу за Барсика.

    18 июля

    Этот странный ребенок заговорил. И знаете, каким было его первое слово?? Эй! Да, именно *эй*. Все бы ничего. Но это теперь моя новая кличка. Это лучшая месть за Барсика. Лейла только и вертится вокруг Джинни, заказывает ей наряды, правда и мне парочку. Джинни уже крепко ходит, но ноги у нее корявые, что бы вы не сказали.

    Папа записал меня в балетную школу, но им не подошла моя фигура. Он возлагает все надежды на Джинни. Но я бы не была так уверена в ее шансах

    10 Апреля

    Джинни уже два. У нее прелестные, по словам тети, каштановые локоны. По-моему, мои волосы ничуть не хуже, просто я держу их в хвосте.

    3 Декабря

    Я клянусь сильно и непоколебимо, я научу ее читать и писать. В ее лета я начала учить грамоту, а она ловит бабочек. Это ужасно. Мир катится в дыру.

     

    На этой записи детский лепет обрывается. В десять лет я почувствовала, что сама сила взросления велит мне отложить это занятие и потратить свое время на занятия с сестрой.

    Все мы беремся за свои голые идеи с жаром и пылом, что бы вы не говорили. На первых порах мы готовимся и тщательно продумываем задачу и методы, делаем зарисовки пути продвижения к цели. Я все рисовала так: глупая сестра, иной она и быть не могла, послушает мои рассказы о грамматике, о истории (я была уверена. Что самое время ей историю знать) и о прочем, тут же ее глупой головы коснется моя разумная речь, и она буквально таки прозреет. То есть, в этих мечтах основную заслугу я отдавала себе и своему грандиозному уму, а ей отвадила второстепенную роль субъекта. Она была моей куколкой для практики своих целей. Как-то так.

    Я хорошо помню этот первый день занятий и мою первую жизненную неудачу.

    Когда Лейла отправилась обедать в комнаты прислуги, я тихонько выкрала Джинни из детской и выразила желание подарить ей новые цветные кубики. Сестра тут же вскочила, и в ее черных глазах заиграло любопытство. Она здорово подкупалась, это всегда было одним из ее главных недостатков. В тот день на Джинни была нарядная белая рубашечка с красным швом по плечам и перламутровыми пуговками – творение воображения Лейлы. Клетчатая юбочка до колен и лакированные красные туфли. Почти школьница.

    - Пошли! – зазывающе и фальшиво-ласково позвала я ее. За моей спиной послышался стук каблучков и тут же посыпался ряд громких вопросов:

    - Эй, эй, а они желтые? Зеленые? Эй! У меня есть зеленые, мне папа, папа привез!

    Я крепко заткнула уши руками и размеренным, твердым шагом пошла вперед. За углом коридора была моя комната. Джинни не любила в ней бывать, глазам ребенка негде было бы приютиться в четырех ярко белых стенах, без картин и детских рисунков, без игрушек, в которые я никогда не играла. Даже стол у меня был взрослый и высокий. И стул ему в пору.

    - Где мои кубики, Эй? – спросила дрожащим голосом сестра.

    Я злобно закатила глаза и решила открыть ей всю правду происходящего. Но вдруг поняла, что не могу сказать ребенку, что врала ему. Она смотрела на меня грустными и боязливыми черными глазками и еле сдерживала слезы.

    - Я… Ну это, они пропали. Я убрала их, кажется в шкаф, и… - звучало это не очень похоже на правду. К тому же, Джинни знала мой твердый и решительный тон. А она была на удивление проницательным ребенком.

    - Эй, их нет, да?

    - Не плачь, пожалуйста

    Джинни пождала плечами и застыла. И я даже не знала, что сказать. Но тут моя былая решительность дернула замерзшую в мыслях инициативу и я, подойдя к сестре, бережно подняла ее и усадила на стул.

    - А что мы будем делать, Эй?

    - Учиться. – Важно пояснила я. И добавила – Тебе понравится.

    Я к этому дню готовилась долго и тщательно, как и ко всем своим *невероятным* идеям. Полистав детские буквари, я выудила оттуда самые лучшие примеры и задания.

    Джинни с любопытством заглянула мне через плечо (попыталась заглянуть, роста не хватало), но ничего не увидела, и не смогла бы понять, даже если б рассмотрела.

    Порывшись в стопке отложенных книг, я достала одну из них, с ярко- красной обложкой и тонкими бумажными страницами.

    - Что это, Эй?

    - Букварь! – торжественно ответила я. – Сейчас ты узнаешь, какие есть буквы.

    - А что это такое?

    Я замялась

    - Глупый вопрос. Ты такая глупенькая, Джинни. Конечно же это такие значки, которыми мы, ну, говорим и пишем.

    - Я поняла! – радостно воскликнула Джинни

    Удивленным взглядом, не без гордости, я окинула свою сестру.

    - Правда?

    - Ну конечно! – И Джинни заулыбалась, тыкая пухлыми пальчиками в свои белые зубы.

    После чего она с искренним пониманием показала мне язык и заявила, что ей известны эти значки были всегда, но лишь под другими именами.

    Глупее ребенка я не видела. Моей досаде не было предела. Как? Я, учитель, подготовленная и умная, не могу объяснить этому созданию, что же такое буквы. Но, так как меня всегда учили делать попытки, пока не достигнется результат, я попыталась снова.

    - Нет же, Джинни! То, что ты показала- это язык и зубы. Но я говорю о другом. Вот скажи *А*

    - А

    - Вот что ты сейчас сказала?

    - А.

    - А если бы я захотела написать папе в письме, что ты сказала *А*, какой значок я бы использовала? – эта попытка показалась мне более удачной. Но не тут то было.

    - Но зачем папе знать, что я сказала *А*?

    - Джинни, ну ему это совершенно не интересно! Но я же пытаюсь тебе объяснить! – взвыла я.

    Сестрица захлопала глазками и удивленно уставилась на меня. Я выдохнула, прошлась по комнате и снова взялась за этот тяжкий труд.

    - Ты знаешь, что такое книжки, Джинни?

    - Конечно, Эй. Это каждый знает.

    Успех показался на горизонте.

    - Хорошо. А что ты видишь в книжке, когда открываешь ее?

    - Листочки, Эй.

    - А что на этих листочках? – спросила я победным тоном.

    Джинни уверенно пожала плечами, как это делают довольные своими познаниями дети и как никогда не делала я, и сказала:

    - На них глупости.

    - Что?? – громко переспросила я, так, что Джинни испугалась моего грозного тона.

    - Ну чепуха там такая. Так Лейла говорит.

    Я с силой ударила букварем по столу.

    - Джинни! Ну давай посмотрим с тобой. Смотри, вот первая страничка букваря. Что ты видишь?

    - Арбуз вижу.

    - А что еще? Вот это что? – спросила я, указав на большую букву *А* посреди листа.

    Джинни подала плечами

    - Это буква.

    - Хорошо- задумчиво сказала сестра, и снова взглянула на букву.

    «Неужели» - пронеслось в моей голове.

    - Так ты поняла?

    - Ну да.

    На этом был закончен столь трудный для меня урок. Устало опустившись в кресло и облокотив голову на спинку, я счастливо закрыла глаза и с минуту так посидела. Джинни упорно разглядывала букву *А*

    - Понравилась?

    - Очень! – сказала Джинни.

    За ужином Лейла окунулась во все яркие подробности моего рассказа о первом уроке и даже немного побранила меня за это, аргументировав свою правоту тем, что мисс Джиневра еще слишком мала для подобных вещей. Но я поспешила заверить ее, что урок не прошел даром.

    И вдруг Джинни резко метнулась и побежала к большому деревянному табурету, стоящему одиноко у курильного столика папы. Ухватив его сзади цепкими руками, она закричала на весь дом:

    - Вот! Вот буква! Я знаю теперь!

    Лейла уставилась на меня вопросительно. А что я могла ей сказать? Я просто ухватилась за голову и убежала в спальню. Противней этого дня я до сих пор могу назвать лишь один, только один день в моей жизни. Но о нем не время вспоминать.

     


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: КатяСолж
    Категория: Проза
    Читали: 316 (Посмотреть кто)

    Размещено: 15 марта 2015 | Просмотров: 464 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.