«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Yandex

Гостей: 14
Всех: 15

Сегодня День рождения:

  •     klykin_pavel (20-го, 30 лет)
  •     Kukh (20-го, 32 года)
  •     Mr. S (20-го, 19 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 180 Моллинезия
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Знакомство с Ларисой

    До

    Тяжелые пакеты с продуктами до боли сдавили ее ладонь, ручки врезались в пальцы, словно проволока. Свободная рука скакала по карманам пальто в поисках ключей от квартиры. В подъезде стоял невыносимый смрад, обусловленный разбросанными повсеместно продуктами кошачьей жизнедеятельности. Она старалась дышать ртом, и торопилась в своих поисках, стараясь скорее попасть домой, – обитель людей, а не брошенных животных. В конце концов, девушка с трудом, но выудила правой рукой связку ключей из левого кармана пальто.
    Высвободила руку из продуктового плена, перекинув пакеты с ладони левой руки в ладонь руки правой. От напряжения пальцы задеревенели от чего ей ни с первого раза удалость попасть ключом в замочную скважину. Однако, после удачного попадания, процесс открытия двери не ускорился. Ключ замер в замке и не желал проворачиваться в нужную сторону. На мгновение она замерла, перестав теребить ключи в замке, и попыталась вспомнить поэтапно свой маршрут, а именно выход из дома и дальнейшие действия, выстраивая их по порядку вплоть до данного момента, когда ключи отказались проворачиваться в замке в нужную сторону. Тщетно. В голове даже зачем-то всплыл фрагмент из недавнего сна, но мягкий поворот ключа и короткий щелчок замка, словно отсутствовали в череде недавних, прожитых ею событий.
    Девушка зубчик за зубчиком извлекла ключ из замочной скважины, вновь сменила руку с пакетами и осторожно толкнула дверь, которая, старчески всхрипнув, отворилась, пуская в лицо теплый воздух прихожей.
    Втолкнула себя вместе с пакетами за порог и с волнением взглянула на дверь, не решаясь закрывать ее или нет, лишая себя единственного источника света – подъездной лампочки. Замерла в раздумьях, но все-таки прикрыла дверь, преграждая кошачьему духу путь в квартиру. Опустила пакеты с продуктами на пол и прислушалась, стараясь уловить, и вычленить из ряда привычных звуков любой инородный.
    Глаза мало по малу привыкали к темноте, и девушка ощущала себя все увереннее и спокойнее, тем более что посторонних звуков в квартире она так и не уловила. Она различила у стены силуэт мужских туфель, которые покоились, казалось в привычном своем положении, - носок правой туфли подмят под каблук левой туфли. Она всегда ворчала на его эту привычку, из-за которой туфли быстро марались, царапались и теряли свой внешний блеск. Она закрыла глаза и как могла быстро сосчитала до десяти, затем вновь взглянула себе под ноги, чтобы удостовериться, что ей не померещилось. Ресницы разошлись, явив взору пару черных туфель, как и прежде, одиноко стоящих друг на друге у самого плинтуса. Убедившись в отсутствии галлюцинаций, девушка впала в ступор.
    Огляделась, прислушалась, принюхалась в подтверждение того, в своей ли квартире она наткнулась на мужские туфли или же ее случайно занесло в логово более счастливой женщины. Подошла к ним вплотную, не отнимая ног от пола, шаркнула носком сапога в их сторону, слегка коснувшись туфель, от чего они пошатнулись и один свалился с другого, издав легкий шлепок подошвой о линолеум.
    Улыбка мелькнула на ее лице, и в тесноте темной прихожей на мгновение сделалось чуточку светлей. Она выскочила из пальто и отточенным движением, ловко швырнула его на спинку стула, затем навалилась плечом на стену и начала стягивать сапоги. Процесс извлечения ног из сапог проходил второпях, рывками и толчками, и со стороны выглядел весьма забавным. Казалось, что хищные сапоги напали на беззащитную девушку, и пытаются ее съесть, начав с ног, а та в свою очередь всячески сопротивляется, стараясь сбросить с себя плотоядные сапожки. Она извивалась, тряслась, помогала себе руками, но не издала при этом не единого звука.
    Ножные монстры повержены и свалены в угол. Победительница, слегка запыхавшись, осторожно, словно боясь спугнуть простое женское счастье, не зажигая свет и не издав не звука, прошла по стеночке в кухню, но обнаружив ее абсолютно пустой, развернулась на месте и направилась в комнату.
    От фонарных столбов и неоновых вывесок исходили краски ночи, проникали в окно, обнимали комнату и каждый предмет в ней, создавая вокруг ореол, дымчатый контур. Обрамленный искусственным светом, на бледном фоне окна, на диване сидел мужчина, - ее мужчина. Он спокойно курил, и казалось, что не заметил вошедшую девушку. От его правой кисти к потолку поднимался тонкий, непрерывный столб табачного дыма, поднимался и рассеивался, столкнувшись на пути с бесформенной люстрой.
    Сильно закуренная комната свидетельствовала о долгом ожидании. Мужчина не шелохнулся, когда возникшая в дверном проеме девушка ненароком скрипнула половицей и замерла на полшаге, не сводя глаз с очертаний родного профиля.
    «Дорогой» - шепотом позвала она мужчину, гипсовой статуей сидящего на диване. Мужчина даже бровью не повел и остался сидеть в той же позе. Он, словно оставил свое тело в комнате, а сам метнулся душой в дальние дали. Девушка занервничала под тяжестью застывшего ответа. Находясь в ожидании хоть какой-нибудь реакции от мужчины, она боялась даже пошевелиться, дабы не сотрясти мирно спящий воздух. Она сжимала пальцами ткань своих брюк, стараясь унять дрожь в руках, которая, как ей казалось, звенит вокруг огромной детской погремушкой.
    Тонкая, безупречно ровная ниточка дыма продолжала ползти от кончика сигареты, - успевшей стлеть в забытье почти до самого фильтра, - к потолку. Достигнув люстры, она разбивалась в хлопья, обеляя комнату никотиновой дымкой.
    Тишину нарушила сработавшая сигнализация у одного из припаркованных во дворе автомобилей. В подъезде сразу же громом залаяла соседская собака. Приветствующий или прощальный лай эхом обстучал стены подъезда, незваным гостем ворвался в квартиру и завис в пространстве, не найдя выхода, растворился в дыму, оставшись незамеченным для двух людей в комнате.
    Сигарета, совершив свое скромное предназначение, на закате своем, сослужила девушке добрую службу, ужалив красным угольком пальцы мужчины, выведя его тем самым из оцепенения. Он опустил усталый взгляд на сигарету, точнее на то, что от нее осталось и, словно удивился тому, каким образом она оказалась в его руке. Он покрутил окурок в руке, а затем медленно, с едва заметным усилием, раздавил его в пепельнице, стоявшей рядом на полу. Застыл над пепельницей, долго не отпуская фильтр-гармошку.
    Опасаясь, что после неожиданного пробуждения мужчина вновь уйдет в себя, девушка предприняла еще одну попытку привлечь к себе внимание, показав ему, что она давно вернулась домой и он здесь не один. Сделав шаг по направлению к дивану, она выдавила из себя нежное - «Дорогой», но в этот раз, постаралась придать своему голосу более яркий, выразительный оттенок, дабы точно быть услышанной.
    Застыла на месте оловянным солдатиком, словно испугавшись собственного голоса, который вырвался из самых глубин ее груди, и вышел чрезмерно громким и жалобным. Не дышала, буравя глазами любимый затылок, обуреваемая сомнениями и переполняемая страстями. Мужчина продолжал, слегка согнувшись, висеть над пепельницей, заполненной окурками наполовину, и гипнотизировать ее.
    Мужчина поднял голову и прислушался, словно добыча на водопое внезапно почуявшая приближающегося хищника. Он повернулся к девушке и посмотрел на нее. Глаза его, полные чужих, невиданных до этого чувств и страданий, глядели на нее в этот момент. Глаза далекие, потерянные, блестели во мраке, словно переполненные слезами, глаза чужие, не его. Напротив, как только он оттаял и обратил свой взор на нее, девушка, словно воспарила над полом, ей почудилось, что тысячи и тысячи бабочек подхватили ее своими тоненькими усиками-лапками и закружили в мирном танце, рассекающем прокуренный воздух комнаты. Глаза ее загорелись любовным огнем, который и не думал гаснуть и лишь ждал повода, чтобы разгореться с новой силой, а мужчина продолжал смотреть на нее и не видеть.
    Иначе, совершенно иначе представляла она себе их долгожданную встречу. Ей мечталось, что счастье на мелкие кусочки разорвет ей грудь, когда заслышав тихое, и такое родное постукивание в дверь, она, бросив все, подбежит к глазку и обнаружит по ту сторону запыленного стеклышка букет ярко-красных роз. Закончатся бессонные ночи, сопровождаемые одинокими рыданиями. Начнутся бессонные ночи, наполненные стонами и пламенными объятьями. Возобновятся ужины только вдвоем, под ласковый шорох его уставшего голоса и переплетенье пальцев рук где-то на экваторе стола.
    Вместо этого, перед ней сидел человек под взглядом которого, она, еще недавно, цвела как майская роза и искренне считала себя самой счастливой девушкой на земле, а сейчас, оцепенев, как школьница у классной доски, стоит под туманно-потерянным взглядом мужчины, который глядит, словно сквозь нее в поисках чего-то далекого.
    Рот его приоткрылся в немом начале, но сухой кашель испортил момент, ворвавшись в пространство между ними, словно гром, ворчащий с юных, весенних небес. Губы его слиплись, не желая расползаться под напором пламенной речи. Он смочил их слюной, проведя по ним языком, и вновь зашелся сухим кашлем, прикрыв на этот раз рот тыльной стороной ладони. Не прекращая кашлять, он изобразил свободной рукой в воздухе воображаемый процесс питья, сложив кисть наподобие стакана и поднеся его к пересохшим губам. Девушка, кивнула в знак согласия, медленно, словно с опаской, развернулась на месте и хотела уже выйти из комнаты, когда, остановившись, решила вновь взглянуть на своего мужчину. Он провожал ее взглядом, но видя, что она медлит, улыбнулся ей и повторил свою пантомиму, изображающую питье.
    Девушка вошла на кухню и сняла с сушки первую же кружку, немного подумав, убрала ее, открыла шкафчик у себя над головой и выудила из него его любимую кружку. Пока кружка с изображением тучного зайчика наполнялась водой из-под крана, перед ее взором все еще находилась его уставшая, вымученная улыбка, которой он проводил ее на кухню. Невольно она сама улыбнулась, заметив про себя, что его улыбка, как и прежде, пробуждает в ней бурю нежных чувств и эмоций. Пока она об этом думала, вода заполнила кружку до краев, перебралась через них и полилась в раковину.
    «Дура, какая же я дура, - ругала она себя по дороге в комнату. - Мнительная, тупая дура, - не унималась девушка. – С ним все хорошо. С нами все хорошо. Он жив и здоров, а главное снова рядом с ней. Он просто устал. Завтра, когда он выспится и отдохнет, он станет прежним, как и три месяца назад, веселым, ласковым и нежным», - успокаивала она себя, влетая в комнату с кружкой наперевес.
    Все с той же усталой улыбкой он принял кружку с водой из ее рук и моментально прильнул к ней губами. Жадно глотая воду пил, крепко обхватив кружку обеими руками. Вода поступала внутрь него с характерными горловыми проваливаниями.
    Девушка не могла на него наглядеться, а он все пил и пил, не раскрывая глаз. Грудь ее давило изнутри, ища выход, огромное, неусыпное чувство любви, которое вот уже третий месяц не может обрести покой, потеряв на долгий срок из виду объект своего излияния. Он продолжал давиться водой, словно видит ее в последний раз.
    Вначале, в первые часы после его отъезда на заработки, ей сделалось невыносимо тяжело и одиноко. Любовное гнездышко, - бескорыстно подаренное государством в связи с ее статусом ребенка-сироты, - моментально превратилось в одиночную камеру с очень низкими потолками и невероятно колючей тишиной.
    По телефону голос ее радостно звенел, подобно горному ручейку, когда сигнал, преодолевший тысячи километров и застав из часовых поясов, врывался в ее ухо, теребя барабанную перепонку родным баритоном. Она впивалась в каждое его слово, в каждый вздох и грустный смешок, доносящийся из телефонной трубки. Она рисовала в своем воображении райские деньки, в которых они непременно вместе. Он носит ее на руках, целует ее волосы, рисует ее портреты, гладит шершавой ладонью ее живот, а она неустанно смеется, думает о вечности рядом с ним, а потом ложиться спать одна и горько плачет, надеясь, что завтра переменчивая связь позволит услышать любимый голос.
    Закрыв глаза и развалившись на кровати, она клала телефон, ложилась на него сверху ухом и слушала его рассказы о море. В ответ, воспроизводила заученный текст о том, как ей весело и интересно живется, как много она общается и гуляет с подругами, наслаждается каждым днем во время вынужденной разлуки. Успокаивать находящегося вдали от дома любимого мужчину байками о том, что во время их разлуки она не сломлена и подавлена, а весела и бодра, она считала свои долгом.
    Данное обстоятельство не являлась для него огромным секретом, как ей казалось. Созданная для него жизнь, развеселые будни, верные подруги и беззаботное существование в томном ожидании его возвращения, являлись выдумкой, горькой правдой, которая печалила его по ночам и не позволяла уснуть под мирное убаюкивание волн. Замкнутая, одинокая девушка дни проводила в, огороженной с трех сторон, кабинке, у маленького синего монитора в контактном центре международной компании по производству кормов для домашних питомцев. Вечера же, она коротала за чтением книг или просмотров сериалов, которые рассказывали ей о счастливых и сильных людях, способных изменить мир к лучшему, стоит им только захотеть. Он столь долго знаком с ней, столь хорошо ее знает, что подобные хитрости с ее стороны, - которые, стоит сказать, случаются крайне редко, - он способен распознать в самом начале их зарождения.
    Расставание с любимым мужчиной давалось ей с огромным трудом. И не удивительно, ведь это их первая столь долгая разлука. Какие только картины не рисовало ее воспаленное воображение, когда она находилась в отрыве от родных рук. При самом благоприятном для себя раскладе, мужчина был съеден акулами, после того как обезумевшая и пьяная команда выбросила его за борт.
    Душевные терзания и плотский голод обещали вот-вот закончиться с появлением на ее диване мужчины, жадно глотающего из кружки холодную воду. Весь облик его, его движения и мимика свидетельствовали о полном душевном и физическом здоровье, однако от ее любящего взгляда не могли ускользнуть некоторые перемены в его поведении и особенно взгляде.
    Мужчина выглядел слегка субтильным представителем сильного пола с нервными движениями глаз и в принципе всех своих членов, что, вероятнее всего, свидетельствовало о нервном его перенапряжении. Довольно тонкие и длинные пальцы рук, аристократического склада, обвивающие кружку, диссонировали с грубыми чертами лица. Огромный нос со слегка смещенной влево горбинкой, - следствие юношеской драки, - маленькие ушки торчком, до смешного напоминающие грибы лисички, небольшой рот образованный двумя пухлыми губами, похожими на розовых гусениц, все это добро располагалось на своих местах на удлиненном лице с маленьким, выдающимся вперед, подбородком.
    Он сидел, сильно согнувшись, втянув голову в туловище, от чего шея практически перестала существовать, ноги поджаты под себя и почти заткнуты под диван, руки с кружкой прижаты к груди, весь, словно съежился от неизвестного холода. Свершилось удивительное превращение человека в бесформенную массу. Он не производил впечатления мужчины, которого безропотно и верно готова ждать женщина. Однако, она являлась исключением из всевозможных правил.
    Девушка, стоя от него в паре метрах, была очень встревожена, так как сердцем чувствовала, что в нем что-то переменилось во время их разлуки. Раньше он заводил ее своим безрассудством, своей энергией и чувством юмора, рядом с ним она ощущала себя, словно в эпицентре урагана, в самом ядре жизни. Она была покорена им с первого же взгляда. Сейчас же из-за внутренних переживаний, из-за пережитого вдали от нее, он изменился, и она опасалась, что не в лучшую сторону.
    Расправившись с водой, он аккуратно и бесшумно поставил кружку на пол рядом с пепельницей. Мужчина молчал, не поднимая головы, боясь встретиться с девушкой взглядом, что означало бы неминуемое начало разговора, который грозил стать самым важным и трудным в его жизни.
    - Спасибо, - поблагодарил он девушку, продолжая внимательно изучать собственные носки, - за воду, - добавил он после паузы.
    - На здоровье, - тихо ответила она, стараясь всеми силами придать голосу нейтральный оттенок, дабы он не заметил внутренне волнение, которое разрывает ее изнутри и готовое вырваться наружу в любой момент в виде града эмоций. Она хотела кричать и плакать одновременно, причем, в равной степени, в ее груди шла ожесточенная борьба двух эмоциональных стихий. Она сгорала от желания броситься к нему на шею, осыпать его голову и лицо поцелуями в той же степени, как и броситься на него, покрывая все ту же голову и лицо ударами. Не из-за любви или ненависти, а из-за того, что он не оправдывает ее ожиданий, и откровенно ведет себя не в соответствии влюбленного человека, который несколько месяцев не видел и не трогал свою вторую половинку.
    - Я вернулся, - наконец вымолвил он и вытянул в струну спинную дугу, продолжая тем ни менее разглядывать собственные ноги, не решаясь взглянуть на девушку, в ее испытывающие глаза.
    - Я заметила, - единственное, что смогла ответить девушка, занявшая выжидательную позицию. Она решила не давить на него, позволив мужчине собраться с мыслями и силами, и начать разговор, когда ему будет удобнее, у нее хватит сил подождать его еще немного.
    - Я давно тебя жду.
    - Я тоже…
    - Сигареты все скурил, пока сидел тут, - вынул с кармана пачку, откинул крышку и продемонстрировал в подтверждение своих слов абсолютно пустые внутренности. Она не сводила с него глаз, хотя на протянутую пачку даже не взглянула. Он ненароком покосился в ее сторону, и наконец-то их глаза встретились всерьез и надолго. Слишком долго для встречи глаз прохожих, проходных, но не для влюбленного взора. Через минуту вновь развели взгляды, он в пол, а она люстру, окутанную туманом. Как она не старалась, так и не смогла рассмотреть в его глазах ответ на все свои вопросы. Она всем своим взглядом, ненамеренно, выражала всю свою любовь и теплоту. Его же глаза были красны и полны дыма, и лишь он знал, что скрывается за радужной оболочкой, - сомнение, точно такое же, которое он привез с собой, когда сходил на берег родного края без малого месяц тому назад.
    - Где ты была?
    - Звонили на счет работы. Ходила на счет собеседования. Не подошла.
    - Ясно.
    - Я не знала, что ты возвращаешься сегодня, - слегка повысив голос, сказала девушка. – Ты не предупредил. А так бы я… - и она развела руки в стороны, словно объясняя тем самым отсутствие оркестра.
    - Ничего страшного, - поспешил заверить мужчина, и рука его слегка дернулась в направлении девушки, но боясь оказаться слишком поспешной, вернулась обратно на колено. - Знаешь, я даже рад, что не застал тебя дома, когда вернулся. Мне нужно было немного побыть одному, подумать.
    - Правда?
    Он утвердительно кивнул, но тут же, опомнившись, поспешил добавить, что дело не в ней, а в нем:
    - Понимаешь?
    - Кажется, да… - кивнула вдобавок, чем вызвала на его лице очередную скромную улыбку, которая медленно сбежала, сдав пост задумчивой физиономии.
    Он провел рукой по своим коротким волосам и уставился в стену позади девушки, сотрясая своим молчанием и без того хлипкие опоры строящегося диалога.
    - А, здесь совсем ничего не изменилось с моего отъезда, - нашелся он, и разрезал руками воздух вокруг, обведя ими пространство рядом с собой.
    - Ты удивлен? Я специально ничего не трогала и не переставляла, чтобы дольше сохранить эффект твоего присутствия. Первые две недели даже не убиралась в квартире, боялась стереть твои следы, благодаря которым, ощущала что ты где-то рядом, сидишь со мной за одним столом, лежишь рядом в постели.
    Ее слова приободрили его. Он не был удивлен, но ее ответ пришелся ему по душе, которая совестно скрипнула и зашевелилась где-то глубоко внутри. Он не нашел, что ответить на ее слова, молчание вновь повисло каменным сводом над их головами. Звенящая тишина наполнила комнату, билась о стены в поисках выхода, натыкалась на предметы и мебель, спотыкалась, падала, вскакивала вновь во весь свой могучий рост, металась сызнова, но не могла найти выхода, что-то ее не пускало на волю.
    Мужчина посмотрел в окно и принялся хрустеть костяшками пальцев, от чего создалось впечатление пошептывания дров в камине. Девушка подошла к единственному в комнате стулу и положила руки на его спинку, отвернувшись тем самым от мужчины, который скрипнув диванными пружина, откинулся спиной на подушку. Она ощутила на себе его взгляд, собственно данный маневр и был совершен ради того, чтобы придать ему решительности и наконец-то заставить действовать. Он смотрел на ее спину, чуть ниже, вспоминал, старался найти изменения в ту или иную сторону, но не мог, его женщина оставалось прекрасной.
    Он опустил взгляд в пол. Она устремила взор в потолок. Их разошлись взгляды. Она не выдержала, повернулась к мужчине, совершила два уверенных шага к дивану, опустилась перед ним на колени и взяла его кисть в свои руки. Она растирала своими ладонями его, не по градусу, холодные руки. Он робко смотрел на клубок переплетенных пальцев.
    - Я… Я хотел… - речь его никак не могла собраться в единое целое, и лишь обрывки фраз норовили выскочить изо рта, в котором скопилось слишком много слов и слюны, которые он с шумом проглотил.
    - Ты хотел мне что-то сказать? - спросила она, помогая тем самым ему окончить начатую фразу. Она не отпускала его рук, считая, что тактильный контакт благотворно влияет на завязывание разговора и скорейшее разрешение всех проблем.
    - Отчасти, да, но – нет, – медленно и тихо сказал он, словно опасаясь, что слова вновь начнут путаться и застревать во рту. – Я хотел купить букет цветов по приезду, но не смог их найти. Цветочный рядом с ДК закрыли, ты знала?
    - Да. С месяц назад кто-то побил камнями все витрины, после чего магазинчик продали какому-то армянину, который хочет открыть на этом месте то ли закусочную, то ли автомойку.
    - Хулиганов везде хватает.
    - И не говори. Хороший был магазинчик. Всегда свежие цветы, и днем и ночью, уж я-то помню, – улыбнувшись, сказала девушка и крепче сжала руки мужчины. – Сейчас время такое, люди желают любоваться на чистые автомобили, а не на свежие цветы.
    - Жалко, что с цветами так вышло.
    - Перестань. Главное, что ты наконец-то вернулся.
    Он больше не опускал взгляд в пол, а ей его взгляд не казался, как прежде чужим и далеким. Влажные очи его по-доброму блестели и глядели на девушку с нежностью и надеждой. Она поднесла его ладонь к своим губам, и надолго прильнула к ней, словно пыталась навсегда запечатлеть на его руки отпечаток своих губ.
    - Ты права, это самое главное, – улыбнувшись, ответил он и, уже в свою очередь, припал губами к ее рукам. – Я дома! – громко обрадовался мужчина и продолжил целовать теплые руки девушки.
    Комната, словно превратилась в огромное одеяло, окутавшее влюбленных. Тела их наполнились теплом, а сердца счастьем. После мучительной разлуки, они вновь вместе, снова в объятьях друг друга, и с надеждой, что все это будет продолжаться хотя бы земную вечность. Однако ощущение недосказанности не покидало обоих, но отрывать губ от любимых рук никто их влюбленных не спешил.
    - Три месяца пролетели невероятно быстро, – тихо произнес мужчина.
    - Мне так не показалось, – с обидой в голосе ответила девушка.
    - Нет, дорогая, ты меня ни совсем правильно поняла. Я ни это имел ввиду, – поспешил исправиться мужчина. – Три месяца пролетели быстро, слава богу, но совсем, ни незаметно. Все эти далекие, холодные дни, что мне довелось пережить в разлуке с тобой, я страдал без твоей ласки и теплоты нежных рук, – и он вновь прильнул губами к ее запястью.
    Душа ее ликовала. Все вновь на своих местах, - ее руки в его руках, их взгляды вновь с жадностью упиваются друг другом, его крепкое мужское плечо снова рядышком, под боком и готово служить надежной опорой ее хрупкой, девичьей руки.
    Он поинтересовался о наличии у нее сигарет. Она встала, подошла к комоду и из-под груды белья извлекла пачку его любимых сигарет. Мужчина с благодарностью принял сигареты из ее рук, ловким движение избавился от обертки, открыл пачку и зубами выудил одну сигарету.
    Курил, задумчиво глядя в окно. Она виском согревала его плечо. Она глядела на его шершавую щеку, словно вырезанную из темноты неоновым светом уличных вывесок. Маленькие рыжие волоски украшали его лицо. Ей до безумия нравилось чесать о его колючее лицо свои нудящие члены. Иногда, когда спина чесалась в особенно не удобном месте, дотянуться рукой до которого, не представлялось возможным, она просила его потереться щетиной в нужной точке. Ей нравилось, что данная, невинная просьба хранила в себе сакральный эротический подтекст, который невероятно ее возбуждал, поэтому она частенько обманывала его, прося о помощи, когда таковая не требовалась.
    Ее рука плавно спустилась по его щеке от скулы до подбородка. Он прекратил смотреть в окно, обернулся и поцеловал ее ладонь, которая продолжала покоиться на его лице.
    - Хочешь еще воды?
    - Нет, спасибо.
    - О, господи! – вскрикнула девушка и едва не подскочила с дивана. – Ты, наверное, жутко голодный, а тут со своей водой! – она намеривалась уже бежать на кухню и накрывать на стол, когда он ловким движением руки пресек ее порыв, аккуратно, но крепко, схватив ее за руку, привлекши ее к себе.
    - Нет, спасибо, дорогая, мне ничего не хочется есть. Все и так прекрасно.
    Она прильнула к его груди, а он играл с ее волосами, нанизав пряди на пальцы, копошился в ее голове, дышал ее волосами. Он наслаждался ее, словно в первый раз.
    Он мягко обхватил ее голову руками, откинулся на диванные подушки и с волнением в глазах взглянул на нее. «Дорогая, – начал он, но вдруг замер на полуслове, она ему улыбнулась и он продолжил. – Дорогая, я хочу тебе кое-что сказать, но для этого мне требуется все мое мужество и внутренние силы, поэтому постарайся меня не перебивать, а то, боюсь, что сбившись, не найду в себе сил, чтобы вновь вернуться к данному разговору».
    Девушка кивнула в знак согласия, хотя прекрасно в глубине души понимала, что подобное начало ни к чему хорошему привести не может.
    - Позволь я сяду удобнее. Иначе, чтобы лучше тебя видеть, - он развернулся к ней лицом в пол-оборота, закинул колено правой ноги на диван, левую оставил на полу, слегка подвинулся к окну, оказавшись в полуметре от девушки.
    - Знаешь, - тихо начал он не глядя на девушку, - на корабле очень скучно. Однообразие сводит с ума. Рутина выедает изнутри все светлое, обращая в робота, который безвольно совершает каждый день одну и ту же работу. – Он перевел взгляд со своих рук на нее, и уже не отводил от нее глаз. – На второй месяц начинаешь ненавидеть весь, без исключения, экипаж судна. Ребята, с которыми ты вроде сдружился, начинают тебя раздражать. Тебя хочется побыть одному, но кругом лишь холодное, мрачные лица и океан, океан… Соленая бездна. Я каждый день думал лишь о тебе, это и спасало. – Он вытянул вперед руку и погладил ее колено, она положила сверху свою ладонь и вновь их пальцы переплелись. – Не спасали даже часы досуга. Наоборот, в часы отдыха желание скинуть кого-нибудь за борт лишь усиливалось.
    Он извинился, освободил руку и закурил новую сигарету, стараясь пускать дым в противоположную от девушки сторону.
    Он курил с закрытыми глазами, воздев лицо к потолку. Она любовалась его профилем и молчаливо ждала, когда он продолжит свой рассказ, помня об обещании не перебивать его ни в коем случае. Он сильно втянул носом комнатный воздух, повернулся к девушке, улыбнулся и заговорил вновь:
    - Там кругом лишь холод, угрюмые лица и запах моря, навязчивый, неистребимый запах моря, который отнюдь не столь романтичен как в глупых песенках и романах о любви. Я ощущаю привкус морской соли на губах до сих пор. В море тошнит не от морской болезни, а от вездесущего, едкого, пронизывающего до печенок – запаха моря. Я иногда заходил в соседнюю каюту, чтобы просто понюхать цветочный горшок с землей, и вспомнить далекий аромат. Один матросик взял с собой цветок, чтобы под боком всегда была частичка земли, правда этот цветок сдох через несколько недель, но были дни, когда он нас действительно спасал, от того, чтобы не сойти с ума окончательно. На корабле мне не хватало многого, чего я не ценил, находясь на суше. Единственное, что меня вдохновляло и заставляло работать дальше, это осознание того, что на берегу меня ждешь ты. Всякий раз, как телефон проявлял хоть какие-то признаки сети, я сломя голову несся на палубу, чтобы успеть позвонить тебе. Меня всякий раз переполняли новые силы, которые я прилагал к работе, при первом же звуке твоего голоса. Я ловил твои воздушные поцелуи и хранил их в нагрудном кармане рубашки до следующего нашего разговора, - она улыбнулась при его последних словах, хотя в душе она страдала от того, что страдал он, когда они находились в разлуке. - Лишь только твой голос в телефонной трубке латал мои душевные раны, которые нанесло мне море, - продолжал мужчина. – Друзей на корабле я так и не завел. Был на корабле один кореец по имени Коля. Коля Ким. Самый благодарный и терпеливый из всех собеседников, каких мне довелось повстречать. Это лучшая его характеристика. Сколько часов он безропотно выслушивал мои рассказы о тебе, о нас, трудно даже сосчитать. Он знает о тебе столь много, словно лично с тобой знаком, - мужчина сделал паузу, вновь закурил, сел удобнее, скинув обе ноги на пол, так как правая уже порядком затекла. – Кстати, он пригласил нас отведать собачатинки. Так что, если ты вдруг захочешь… - Он засмеялся громко, притянулся девушку к себе и крепко ее обнял, увидев, как от изумления у нее приоткрылся рот. – Не удивляйся, дорогая, у них это в порядке вещей. Толян очень милый малый, и данное приглашение говорит лишь о том, что он меня уважает, и в какой-то степени, даже считает своим другом, иначе подобного предложения бы не последовало.
    Они смеялись вместе, правда он остановился чуть раньше, и ждал, когда пройдет ее смех, чтобы продолжить.
    - Кормили нас вполне сносно, но невероятно однообразно, - каша, суп, макароны, каша, суп, макароны и так постоянно. Думали, что исправят ситуацию морепродукты, но от крабов и красной икры, как бы дико это не звучало, просто воротило. Красная икра в первое время, употреблялась ложками на завтрак, обед и ужин. Обещай, что не будешь готовить мне в ближайшее время никого, кто еще недавно плавал и жил в воде, - он вновь погладил ее по колену и встал на ноги, объяснив это тем, что пора размяться. Подошел к окну и продолжил. – Так вот, кормили нас хорошо, три раза в день. За кормежку отвечала кок женщина. Кстати, единственная представительница слабого пола на корабле, о ней я тебе по телефону не рассказывал.
    Он отвернулся от окна, прижался к подоконнику нижней частью спины и посмотрел на девушку, которая продолжала сидеть на диване. Она молчала, потому что не понимала, стоит ли ей что-то комментировать сейчас или же продолжать ждать, пока он соизволит окончить свой рассказ. Он отстыковался от подоконника и вернулся на диван. Вновь вцепился в ее ладонь своими руками. Ей показалось, что его руки слегка дрожат, и он немного нервничает. Его молчание, после упоминания о женщине на корабле, и трясущиеся руки, заставили волноваться ее. Ей хотелось закричать на него, чтобы он скорее продолжил рассказ, но она молчала, а он внимательно изучал ее ладони.
    - Все мужчины на борту, - продолжил он, - искали ее расположения, – Он вновь взял паузу, которая должна была служить ему живительной манной, но, которая разрывала грудь девушки изнутри своими острыми, как бритва шипами, тишина сковывала ее по рукам и ногам, а в горле застрял ком. – Все мужики, кроме меня, - добавил он, и от ее сердца с хрустом осыпались острые иглы и попадали на ковер.
    - Все, о чем я в тот момент мог думать, это далекий берег, берег, на котором меня ждешь ты. Все разговоры с Толиком я сводил к тебе, и диалог в итоге превращался в монолог, в котором я рассказывал, как ты прекрасна, и сколь сильно я благодарен судьбе, что подарила мне тебя, - он выпустил ее ладонь из своих рук, выпрямился и сложил руки на коленях, внимательно разглядывая собственные пальцы. – К кухарке приставали все кому не лень, но только не я, - вновь он вернулся к прежней теме, и сердце девушки больно сжалось, - Она миловидная женщина, я понимаю команду, но я люблю тебя, поэтому обходил ее стороной, из-за чего все на корабле не понимали меня; ведь каждый мужчина на судне считал своим долгом, попытать удачу, и хотя бы раз да приударить за нашим коком. Все их попытки терпели фиаско, разбившись, словно волны о неприступные скалы. Команда тосковала по женской ласке, а либидо каждого из мужчин раздулось и отяжелело настолько, что обострялась вероятность потепления всего судна. Дошло до того, что один молоденький электрик, напившись водки, решил взять силой единственную женщину на корабле. Однако он не учел одного, того, что наш кок имеет разряд по самбо, в результате чего, он лишился переднего зуба и слегка снизил свою трудоспособность на некоторое время, пока срастался перелом его правой руки.
    Мужчина постепенно подходил к кульминации своего рассказа, от чего занервничал более обычного, заерзал на месте и не заметил, как подряд скурил еще две сигареты. Ему захотелось пить. Девушка сходила на кухню и вернулась с полной кружкой воды. Он, как и в первый раз, не отрываясь, с шумом опустошил ее.
    Девушка не глядела на своего мужчину. Она отошла к окну и уставилась на улицу. Она гладила свой живот теплыми ладонями, словно хотела согреться или унять внутреннюю боль. За ее спиной мужчина огромными глотками запихивал в себя холодную воду, а она продолжала наглаживать живот, слегка надавливая на него пальцами в поисках чего-то нового, чего-то важного.
    - Знаешь, - продолжил мужчина, поставив пустую кружку на пол возле своих ног, - ко мне кухарка относилась довольно хорошо. Ну, не то, чтобы хорошо, - поспешил исправиться он, - немного лучше, чем к остальным членам команды. Наверное, потому, что я никогда не позволял себе каких либо вольностей в ее адрес. Вероятно, из-за своей скрытой ко мне симпатии, она иногда баловала меня добавкой, десертом какие либо или же просто вылавливала из супа для меня самые мясистые куски говядины. Иногда по вечерам мы с ней и Толиком играли в карты. Они много общались между собой, ведь не смотря на его гастрономические пристрастия, обусловленные этническими особенностями, Толик повар по образованию и им было о чем поговорить. Мы отлично проводили время втроем. Вечера за нашими посиделками пролетали незаметно. Они помогали мне справиться с депрессией по разлуке с тобой. Однажды, мы крепко напились за игрой в карты. Выпили порядка пяти бутылок вина, которые она припасла в каюте на особенный случай. До того момента я себе не мог представить сколь сильно я истосковался по простому человеческому теплу. Мы веселились и смеялись весь вечер, делись друг с другом рассказами из нашей земной жизни. В тот вечер я впервые забыл о километрах воды, разделяющих нас с тобой, забыл о депрессии и меланхолии, которые просто съедали меня день ото дня, забыл о холоде и рыбе, забыл о тупом командовании и команде, забыл о днях без тебя. В тот вечер от вина и жара человеческих сердец, я забыл обо все. В тот вечер я забыл о тебе…


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: KripsZn
    Категория: Проза
    Читали: 45 (Посмотреть кто)

    Размещено: 20 августа 2016 | Просмотров: 91 | Комментариев: 1 |

    Комментарий 1 написал: S.Marke (24 августа 2016 15:56)
    Проникновенно написано - подробное описание сильно завораживает.

    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.