«    Август 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
FeliksRB

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 24
Всех: 26

Сегодня День рождения:

  •     Artifex (21-го, 21 год)
  •     Crazy Queen (21-го, 29 лет)
  •     Прозерпина (21-го, 22 года)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 2122 Кигель
    Книга предложений и вопросов Неполадки с сайтом? 186 ПисательЛюбитель
    Флудилка Курилка 2120 ПисательЛюбитель
    Книга предложений и вопросов Советы по улучшению клуба 514 ЭрИк Уиндеман
    Флудилка Поздравления 1729 Lusia
    Литературные игры Игра \"Фразёр\" 788 Lusia
    Дуэли ОТКРЫТАЯ ДУЭЛЬ №58 \"СОКРОВИЩА ВАРГИ\" (ПРОЗА) 15 Бойко Татьяна
    Проза Двойники 0 Lusia
    Стихи ЖИЗНЬ... 1616 Lusia
    Дуэли Предлагаю дуэль \"Сокровища Варги\" 30 ЭрИк Уиндеман

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Старый Плес

    Это был небольшой поселок, затерянный в бескрайних степях Поволжья, где-то между Саратовом и Самарой. Тихое, доживающее свои последние дни, местечко, обреченное на постепенное стирание не только с географических карт, но и из памяти людей, если бы не те пугающие события, привлекшие к нему внимание СМИ и всевозможных "желтых" изданий, посвященных всякой мистике и паранормальщине.

     Старый Плес, так он назывался, и название это, как часто бывает в Российской глубинке, не несло в себе особого смысла, поскольку никаких рек поблизости не было. Зато был пруд, небольшой, но глубокий, почти идеальным овалом, разлившийся прямо на окраине поселка. Никто из местных не знал, кто и когда выкопал этот пруд. Старики, коротающие свой век на завалинках, или на резных скамейках, запрятанных в тени ветвистых яблонь, слив и душистой черемухи, поговаривали о том, что раньше здесь действительно протекала небольшая безымянная речушка. Потом измельчала, быть может не без помощи людей, да и пересохла вовсе. Пруд - все, что осталось. Когда-то глубокий речной омут, теперь - тихая заводь, заросшая по берегам камышом и осокой. Другие, понижая голоса до таинственного шёпота, пересказывали непоседливым внукам местную легенду, о том, как прогневили люди Хозяина здешних вод, и река в одну ночь ушла под землю. Сам же Хозяин спит теперь в пруду, в самом его центре, там, где вода всегда темна и холодна, и если потревожить его сон - схватит за ноги, да и утащит на самое дно. Кто-то припоминал старую местную пословицу: «если не мутить воды, то не будет и беды», но смысл ее ускользал уже даже от местных.

     И, хотя, дети всегда стремились делать все вопреки запретам старших, у многих эти сказки надолго отбивали желание заплывать далеко от берега. Те, кто был постарше и посмелее, рисковали все же,  и потом, гордо рассказывали малышам, что вьются у самого омута черные водовороты, тянут за пятки быстрые подводные течения и вода там имеет солоновато-горький вкус.

    Впрочем, пруд не доставлял местным особых хлопот. Бывало, тонули люди, по пьяни или по неосторожности, но случалось это крайне редко. Да и никуда не деться от таких случаев на любом водоеме. И все же, какая-то, тщательно скрываемая тревога, отражалась в глазах сельчан, когда они пересказывали эту легенду. Быть может от того, что, не смотря на всю фантастичность, доля правды в ней все же могла скрываться. Старожилы еще помнили, как в конце пятидесятых в поселке квартировалась  геологическая экспедиция, искавшая в этих краях горючие сланцы и нефтяные «ключики». Начальник ее лично собирал всех местных в поселковом клубе и рассказывал, как давным-давно, миллионы лет назад, здешние солончаковые почвы, продуваемые всеми ветрами и выжигаемые жарким степным солнцем, были дном древнего доисторического моря. И что толщи земли в этих краях, изрыты естественными пустотами и полостями, когда-то размытыми бушующими в своей первозданной злобе и дикости волнами. В одну из таких пустот вполне могла бы уйти  небольшая речушка. Более того, одна из таких полостей, наполненная подземными водами, вполне могло питать целое озеро, коим они считали тот самый пруд.

    - Только природа может придать своим творениям такую прекрасную форму и наполнить их таким количеством тайн и загадок, - распалялся "лектор", отведав местного самогона, - вы только представьте,  вода, что плещется сейчас в вашем озере, быть может, несет в себе отголоски  древнего моря...

    Но восторги быстро прошли. Нефти геологи не нашли и экспедиция вскоре была отозвана, а поселок продолжал жить своей жизнью. Тогда он еще насчитывал несколько тысяч населения, а на окрестных полях росла пшеница, кукуруза и подсолнечник.

    К началу "нулевых" поля забросили. Молодежь потянулась в ближайшие города. Старый элеватор растащили на металлолом. От нескольких тысяч осталась сотня-другая, да и те проживали в поселке лишь формально, уезжая на заработки в ближайший областной центр. Большинство домов стояли заброшенными. Ребятня появлялась тут только на летние каникулы, да и тех с каждым годом становилось все меньше.  Только старики, не желали покидать насиженных мест, и все сетовали на власть, совершенно позабывшую про провинцию.

    То лето выдалось особенно засушливым. "Аномальная жара - писали местные газеты - максимальная температура за последние девяносто лет". Дождей не было с самой весны. Ветер гнал с юга горячую пыль и дым степных пожаров, по масштабу и необузданности своей нисколько не уступающих лесным. Старый Плес замер в какой-то мучительной полудреме, и сам воздух на пыльных поселковых улочках, казалось, звенел, накаляясь до какой-то особой прозрачности под обжигающими солнечными лучами. Местные отсиживались по домам, не покидая их без особой надобности. И лишь по вечерам глядя на раскинувшийся прямо за околицей пруд, старики встревожено цокали языками и ворчали что-то себе под нос, впрочем, до поры не решаясь делиться своими тревогами с соседями.

    Вода сошла почти на треть. Там, где еще совсем недавно плескались стаи уток и гусей, теперь оголился глинистый берег, высохший и потрескавшийся. Утомленные солнцем ивы уже не касались водной глади. Ветви их повисли безжизненными пожелтевшими плетями. Высох камыш, а сам пруд зацвел, лишая местных жителей последней возможности освежиться. Тяжелый запах гниющих водорослей повис над поселком, и единственными, кого он не отпугивал, были рыбаки. Слухи о том, каких здоровяков можно достать с самого дна обмельчавшего пруда быстро расползлись по окрестностям, и потянулись сюда со всей округи желающие легкого улова. Многие рассказывали потом, как местные вставали на защиту своего водоёма. Пугали какими-то небылицами. Гнали чужаков, чуть ли не с вилами в руках, запрещая им приближаться к воде. Но кого может остановить кучка стариков, ополоумевших от жары?

    Конечно, спустя столько времени уже невозможно сказать, именно ли рыбаки послужили катализатором тех событий, но обнаруженный на берегу  джип с городскими номерами и несколько электроудочек, отчасти подтверждают эту теорию. Самое же странное в этой истории то, что никто доподлинно не знает, что же случилось на самом деле. Поселок опустел. То есть буквально, исчезли все люди, находившиеся там в тот момент. Единственный же свидетель, кажется, окончательно тронулся умом и уже не мог пролить свет на произошедшее.

    Он приехал рано утром. Местный уроженец, давно уже перебравшийся в город, и решивший на выходных навестить родителей. В редкие моменты прояснения его бедного разума, он отчетливо вспоминал, что заметил первые странности еще по дороге.

      Будни сельчан всегда начинались с рассветом. Но, к своему удивлению, он не увидел на полях ни коров, ни старого пастуха, которого знал еще с детства. Никто не шел за водой к колонкам, никто не капался в своих огородах. Даже собаки не лаяли во дворах. Поселок погрузился в мертвую тишину, отчего становилось не по себе и что стало особенно заметно, когда человек заглушил двигатель своей машины. Но то, что он увидел потом, напугало его еще больше. Дома были пусты. Об этом отчетливо свидетельствовали распахнутые настежь двери, оскалившиеся осколками стекла оконные проемы, и перекошенные на петлях калитки. Всюду был погром,  разбитая посуда, перевернутая мебель, как будто поселок брали штурмом, а от дворового пса остался только окровавленный ошейник с налипшими на него пучками шерсти. И никаких следов ни людей, ни домашних животных. Только кое-где бурели пятна запекшейся крови и желтели  какие-то разводы, очень похожие на глину со дна пересохшего пруда.  Да еще повсюду разливался невыносимый запах гнилых водорослей и тухлой рыбы.

    Этого было вполне достаточно, чтобы прыгнуть за руль и убираться прочь из проклятого места, или, по крайней мере, позвонить в город и вызвать полицию, но что-то, возможно страх за родных, а может просто шок, заставили его не делать этого, а попытаться найти ответ самому. И он нашел. Или думал, что нашел. Темные влажные пятна на оконных рамах и стенах домов, похожие на крупные трехпалые отпечатки толи ладоней, толи звериных лап, поблескивающие тягучей жижей, очень похожей на рыбью слизь. Судя по тому, что слизь эта не успела высохнуть – отпечатки совсем свежие, но тогда он был слишком взволнован, чтобы подумать об этом. А еще были следы, тоже еще сырые и источавшие болотную вонь. Как будто что-то тяжелое и мокрое тянули волоком по земле.

    Все это, впрочем, видели и сотрудники полиции, в дальнейшем расследовавшие это дело, и спасатели, и репортеры, которых вскоре, в тех краях стало больше, чем еще недавно проживавших там сельчан. Но вот дальнейший рассказ случайного свидетеля, похоже, целиком является порождением его взбудораженного воображения, и, ни в коем случае, не должен восприниматься всерьез.

    Следы вывели его к берегу, но самого пруда не было. Было влажное глинистое дно, изборожденное трещинами, коряги увешанные бахромой тины и отполированные водой валуны. Был и мусор, за долгое время скопившийся на дне. Разбитые бутылки, ржавые ведра, и даже несколько  покрышек от старого колхозного трактора. Но, конечно, не этот мусор привлекал к себе внимание. В самом центре глубокого оврага, совсем недавно еще являвшегося прудом, зиял пугающий черный провал, достаточно широкий, чтобы туда легко мог пролезть человек, а может и что-то большее. Яркие лучи давно уже вставшего солнца не достигали его дна, бесследно растворяясь в совершенном, почти космическом мраке. Но даже то, что молодой человек смог там разглядеть, заставило его, в диком ужасе броситься прочь, поскальзываясь на мокрой глине и раня руки о ракушки и острые камни. Он позабыл даже про собственную машину, и только на закате, его грязного и изможденного, подобрал на трассе какой-то водитель крупнотоннажной фуры. Конечно, журналисты, впоследствии, отыскали и его. Но ничего важного узнать им так и не удалось. Дальнобойщик рассказал, что его случайный «пассажир» был очень взволнован и напуган. Он практически не говорил, а те слова, что, казалось, непроизвольно срывались с его губ, не несли в себе никакого смысла, поскольку, там было что-то про «лоснящуюся черной слизью чешую», «переплетение щупалец» и «чавкающий клекот».

    Главной версией полицейских остался конфликт местных с приезжими. Тем более, как выяснилось чуть позже, джип принадлежал сыну одного очень влиятельного в городе человека, который, по словам его отца, в тот день решил съездить с друзьями «на природу». Вполне возможно, что «золотая молодежь» слишком агрессивно отреагировала на запреты стариков приближаться к водоему, но это, конечно, не объясняло бесследное исчезновение и тех и других. Полицейские не хотели слишком рано списывать со счетов единственного свидетеля, но все его безумные показания не добавляли никакой ясности, а в итоге, только еще больше путали следствие. Тем более странно было, как легко они переходили от фактов к вымыслу. Ведь и погром, и пятна крови, и странные следы, все это было на самом деле. Правда, влажные отпечатки до приезда полиции давно уже успели высохнуть. Да и папиллярных узоров дактилоскописты там не нашли. Но пруд оставался на своем месте. Куда ему было деться? Прозрачная, искрящаяся на солнце вода, с избытком наполняла берега, спокойная, словно гладкое овальное зеркало.

    Быть может, поэтому и следствие и журналисты, так скептически отнеслись к показаниям безумца. Быть может, если бы они уделили водоему больше внимания, они отметили бы, каким могильным холодом тянет от его вод, не смотря на сорокоградусную жару. И поняли бы, что тишину его не нарушает ни кваканье лягушек, ни плеск рыбы, ни голоса водоплавающих птиц. И уж, конечно, обратили бы внимание на сухие заросли камыша, торчащего прямо из воды.

    А может это и к лучшему. Ведь, если не мутить воды…

     


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Nemoshch
    Категория: Проза
    Читали: 16 (Посмотреть кто)

    Размещено: 8 августа 2019 | Просмотров: 17 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2019 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.