На холме застыл молодой человек. Отряхнул дорожную пыль с холщовых штанин, заправил выбившуюся рубашку, и, приложив козырьком руку ко лбу,  оглядел простирающуюся впереди долину. Дорога, по которой он шел извивалась серой лентой, огибая каждый встречный куст, валун, лесистые участки.

- Наверное, пьяный дорогу прокладывал, -  вздохнул он. – Ну, ничего. Я же упертый, настырный, смелый и умный.  Дошел сюда, дойду и до столицы! И вы все узнаете Иванушку. А то напридумали, Иван-дурак, Иван-дурак. Тьфу! 

Он бодро зашагал, и тут же решил, что он теперь не Иван, надо бы имя себе придумать другое! Звучное!  Бравое, как он сам и такое же красивое. Но на ум приходили простые местечковые имена, с которыми шагающий повеса был  не согласен. Иван задрал голову, посмотрел с прищуром на солнце, да ему нужно царское имя! 

- Фи-фи-фи, - где-то из кустов  защелкала сойка-пересмешница.

- Ла-ла-ла, - засвистел полевой суслик.

Иван остановился, задрал указательный палец:

- Во! Сам ангел подсказывает – небесный! Филя! Хотя Филя тоже как-то не очень… А! буду Филарет!  Звучит же? Звучит!

Его болтовню прервало лошадиное ржание. Новоявленный Филарет остановился и прислушался,  нигде коня видно не было, но ржание-то было? Он прошел ещё немного и увидел пасущегося гнедого жеребца.  

- Вот это удача! – потер Иван руки, - ну, иди сюда дружище! – поманил он коня.

И на его удивление конь осмотрев молодого человека, подошел. Тот потрепал его по загривку:

- Чей же ты будешь? Теперь мой! Жаль сбруи нет и седла нет… а то как же, я такой весь благородный, а конь без седла. Ну да ладно, добудем. Иван забрался на коня, придавил ему бока ногами, обутыми в лапти, и поехал дальше.

Долго ли он ехал, коротко ли, но на дороге повстречалась ему опрокинутая телега, рядом сидела баба и заунывно тянула грустную песню.

- Сказано баба! – шмыгнул носом Иван, - нет бы дело делать, а она воет. 

- Так сделай что-нибудь! – баба тут же встала, уперев руки в бока, уставилась на незнакомца. – Один тут явился, коня забрал, поехал за помощью, вот сутки нету.

Иван спешился. Обошел телегу вокруг.

- Я своего коня не дам!  Какой я богатырь без коня?

- Богатырь? - баба сдвинула платок со лба, чтобы получше рассмотреть незнакомца. – А я твоего коня и не прошу, ты бы телегу сначала на колеса поставил бы.

Конь довольно прохрапел, баба и Иван обернулись, а телега  уже стоит на колесах.

- Ах –тыж! Когда успел!?  Благодарю тебя богатырь! Теперь хоть я сама попробую её тащить до села. Как зовут то тебя?

- Мня ив, этот Филарет!   И не я это, это мой конь!

- Может, твой конь и телегу допрет? – засмеялась баба.

- А фиг его знает… а я что пешком? 

- Да в телеге и поедешь, богатырь, - подмигнула она.

А конь уже подлез под оглоблю и поволок телегу.  Баба и молодой человек переглянулись и поторопились заскочить в телегу.

- Хороший у тебя конь, Филарет, путевый.

- Да сам удивлен, - почесал макушку новоявленный Филарет.

Заехали они в деревню, народу на улицах полным-полно! Шумят, ругаются, палками размахивают.

- Что случилось-то? – осведомилась баба.

- Да вот разбойник какой-то хитростью последние медяки у сельчан выманил и смылся. Пообещал колодец обновить, почистить, деньги собрал и удрал. Филаретом зовут, не видала в пути? 

- Да вот он, Филарет! – тыкнула баба на Ивана. 

Сельчане враз его и скрутили.

- Не я это! – заорал Иван, - и имя я себе придумал для солидности. Меня Иваном звать! И у вас я не был!

Но сердитые  сельчане не слушают, волокут его к колодцу.

- Вот, - заговорил дед с седой бородой, - или ты колодец чистишь и чинишь, или мы тебя в него и закладем!

- Может и не он это? – вступилась баба, - он мне в пути помог.

Но никто её не слушал, вся толпа нависла над несчастным Иваном. Прицепили ему пояс, призвали  к колодцу, и угрожая тумаками, заставили лезть в него. Сколько Иван не причитал, не объяснял, никто не слушал. Запихнули его в колодец, плюхнулся Иван в холодную воду.  Заледенел сразу весь, повис держась за веревку и завопил о милости. Но сверху никто ему не отвечал. Внезапно веревка натянулась, поволокли Ивана наверх.  Выкарабкался он, глядь, а это конь его тянет. А потом и в колодец скакнул, да через время выпрыгнул и лег рядом. Согрелся Иван на солнышке, коня своего поглаживает, да судьбу благодарит.

А к вечеру толпа вернулась, посмотрели, а колодец чистый, да обновлен. Дали пару раз Ивану по ребрам,  да отпустили. 

- Эх, спасибо тебе, друг, от смерти спас, - поглаживал Иван коня. Да, ты прав, негоже именем своим брезговать, а то опять в беду попадешь так-то.

Заехал Иван в столицу. Приготовился он к подвигам. Сначала подработал у  купца одного на разгрузке обоза, снарядил коня  седлом и уздечкой. И был готов для подвигов! Задумал Иван на царской дочке жениться, а доказать всему своему роду, какой он дурак!  Подъехал ко дворцу, а там пир горой. Царь дочку замуж отдает за принца заморского. Столы накрыты,  вино рекой, а невеста сидит грустная, рядом  в кафтане женишок прыщавый лыбу тянет. Пригласили и Ивана на пир. Присел он с краешку. Взял куриную ножку, а рядом и конь его верный. Смотрит Иван на  дочку царскую с грустью, слышит рядом чавканье, да похрустывание, но ему не до этого. Задумался он, как невесту свою отбить у заморского дрыща. 

Когда люди на пиру завопили, и на Ивана пальцами тыкать начали.  Орут, что он все съел. Глянул Ваня на стол. Ох,  а ничегошеньки и не осталось, когда он успел! Одна ножка куриная в руке и осталась.

- Не я это! – замахал он на гостей руками, - это мой конь! 

Засмеялись все вокруг, а рядом шут выскочил и пропел:

- Конь ретивый, верный конь, лучше будь Ванек собой!

- Иваном-дураком что ли? Не-а, не буду! Я герой, я богатырь, я умен, я силен, я достойнейший! Поэтому царская дочь должна выйти замуж за меня!

Царь внимательно посмотрел на Ивана в обносках,  на коня его богатырского, на пустой стол.

- Вижу жрать ты мастер, на вид не слабак, конь добротный, а чего сам-то такой неряшливый? 

- С дороги я, царь батюшка, неудобно в доспехах, да в кафтанах путешествовать. Налегке  самое то! Давай свадьбу останавливай!

Царь нахмурился. Посмотрел на дочку, та ему согласно закивала. Но не царское дело, свое слово назад забирать. Призадумался он, погрустнел. А тут ураганом налетел горный змей, хвать царскую дочь и был таков. 

Пока была суматоха, упустил из вида Иван коня, пешком погнался за змеем, суженую спасать.  До ворот добежал, а конь её уже назад везет…

- Ох, дела! - Всплеснул руками Иван. 

Все придворные ринулись к царевне, а та брык и в обморок упала.

Приводят её в чувства, и никак не могут. Один лекарь за другим извиняется, лежит царская дочка  мертвым капиталом.

Порешили советники, что поцелуй любви нужен. Пошел первым царевну заморский дрыщ целовать, не очнулась девушка, приготовился Иван.  А тут конь. Бац и приложился к губам царевны и обернулась она кобылой. Задрали хвосты и были таковы…

- Ах, ты олух! Ах, ты дурак!! Что ты наделал?! – вопил в отчаянии царь.

Иван, провожая глазами  лошадей,  пожал плечами:

- Не я это – конь!