Автор.
Вдохновение - вещь тонкая. Можно вызвать его к себе расслабившись, прочувствовав тишину и покой окружающего мира. Оно может прийти к тебе само, внезапно, накатив волной, захлестнув, унеся в выси, закружив и потом оставив опустошённым и одновременно наполненным чем-то новым, исполненным, свершившимся, то ли созданным тобой, то ли переданным через тебя этому миру. А может и не прийти. И сиди тогда, мучайся, грызи ногти и ручки, высасывай идеи из пальца.
Вот так и сейчас. Уже вынырнул из мира предыдущей своей книги, вырвался из крепких объятий её характеров. И теперь медленно, но верно копится необходимость снова писать, создавать новые миры и новых героев. Но в этот раз идей нет. Никаких. Вообще. Неужели исписался, выдохся, создал всё, на что был способен? И что делать?
Иногда в таких случаях помогает работа. Просто упорная работа. Взять полено, не зная, как сделать из него что-то интересное и начать потихоньку снимать с него стружку, вырезая грубую болванку, постепенно увлекаясь этим делом, начиная видеть детали. Как идут волокна в дереве, где проходит тело сучка, насколько ровен срез, идущий наискосок. И в итоге, если повезёт, можно из полена вырезать розу. С лепестками, шипами, капельками росы на стенках бутона. Или Буратино. Или крест. Или просто получив гору опилок, стружки и бесформенных обрезков.
Значит, будем работать. Итак, для начала нужно определиться - о ком или о чём будем писать. Давай - о ком. Так, ну, мне легче писать о мужчине, поскольку сам такой. Писать от лица женщины тоже могу, но это гораздо труднее. Ведь о их внутреннем мире, их мыслях, о том, что на самом деле они думают, что чувствуют, а не внешне показывают я могу только догадываться или предполагать. О, кажется, что-то зашевелилось, вроде как попытка фантазии проснуться. Может быть правда попробовать что-то такое. Например, две души в одном теле - мужская и женская, причём крайне противоположные. Одна брутальна и сурова, другая нежна и сентиментальна... Нет, что-то не получается. Возвращаюсь к первому варианту.
Итак, мужчина. Нужно придумать имя. Имя создаёт образ, ведь с каждым именем связан образ какого-либо человека из нашей жизни. Например Витя, отличный, надёжный парень, о котором всегда вспоминаешь с теплотой. Или Вася, подлец, разрушивший твою жизнь. А у кого-то наоборот. У каждого своё.
Имя. Какое имя придумать? Взять реальное или придумать новое? Если реальное, то русское или иностранное? Если своё, то какое? Изыскано-мелодичное или брутально-рубленное? Тупо смотрю на клавиатуру ноутбука, перебирая варианты взаимного расположения букв. Мио. Мио, мой Мио. Кажется так назывался старый детский фильм. Керк. Керк Пирр, пиррянин из книги "Неукротимая планета". Пирт. Спирт? Нет. Нерот. Нерот, не пасть. Ангро. Что-то знакомое, тоже из какой-то книги. Надо же, как на клавиатуре рядышком расположены буквы из которых складывается слово "вампир". Трог... лодит. Бравитемертон. В ход уже пошёл метод случайного тыка. Талдарим! А, нет, это из игры "Стар Крафт".
Да что же это такое?! Не то что книгу начать, а даже имя герою придумать не судьба!
Значит, не будет у бедолаги нормального имени. Кликуха будет. В смысле погоняло. Тьфу ты! Прозвище!
Ворон. Нет, избито. Тигр. Аспид. Козёл. Не он козёл. И не я - я баран. Ничего придумать не в состоянии.
Воробей.
Вот так. Внезапно. Во-ро-бей. Почему Воробей? Потому что стреляный и взъерошенный. Как будто после драки. Вот и начало имя формировать внешность. Молодой, лет двадцать, роста немного выше среднего, телосложение ближе к худощавому, но жилистый. Короткая стрижка, но уже давно не стрижен, тёмные волосы непокорно топорщатся во все стороны, слегка такой насупленный, как добрый но упрямый мальчишка.
Нос прямой, кончик слегка свёрнут вправо, как и всех, кто не боится лезть в драку. Глаза... Пусть будут серые. Тогда волосы скорее пепельные, а не тёмные. Губы тонкие, прямые, упорно сжатые, уголки губ слегка приподняты, словно готовы в любой момент улыбнуться.
Что ещё? Одет в вытертые и потрёпанные кожаные штаны и куртку, на ногах не новые, но всё ещё крепкие высокие ботинки. За плечами котомка, за поясом в ножнах широкий нож с костяной рукояткой.
Ух. Умаялся. Когда пишешь под воздействием нарко... тьфу ты! Вдохновения! Хотя чем вдохновение от них отличается? Та же эйфория, те же безумно прекрасные видения. Нет, сам я ничего такого не пробовал, даже не курю. Просто сужу по описаниям и рассказам несчастных, попавшихся на удочку краткого удовольствия и заглотнувших стальной крючок боли, живущих в мире ярких грёз и бездны кошмаров. Грёзы с каждым разом всё короче и тусклее, бездна всё глубже и страшнее.
Так вот, когда пишешь под воздействием вдохновения, чувствуешь опустошённость, усталость. А когда просто работаешь, ты чувствуешь себя уставшим, но довольным. Понимаешь, что сделал работу нужную, тяжёлую, преодолел трудный участок. О такие моменты и вдохновение часто разбивается, не может с разбегу запрыгнуть на эту гору. А работа медленно взбирается на неё, преодолевает крутой склон, обламывая ногти карабкается по нему. И взбирается на вершину, с которой уже видна плодородная даль. Отсюда уже и вдохновение, взмахнув крыльями, может унести... Далеко, в общем.
Ладно, отдыхаем пока.
Герой.
Некоторым из нас везёт родиться сразу. Целиком. Раз - и готов. Шагает по дорогам или пирует или ещё там что. Чаще всего рождается нечто, похожее на желе. Постепенно, по ходу повествования на желе нарастает кожа, мышцы, лицо со своими чертами. У желе появляется походка, манера речи, привычки. Душа, сердце, память. Что-то появляется сразу, при рождении, что-то наслаивается и проявляется потом. Главное, что при этом все эти черты появляются раз и навсегда.
Мне как-то сразу не повезло с автором. Наверняка графоман. Или начинающий. Или начинающий графоман. Корёжило меня при рождении аки пластилинового человечка. То женские причиндалы вырасти пытались, то душа двоилась. Потом оставил он меня в неопределённом покое, точнее тело моё. И занялся обзывательством. Как он только меня не называл. Я и слов-то таких не знал. На "Нерота" почти обиделся.
Воробей? Почему Воробей? Волосы взъерошенные? Нет, ну это ещё нормально. Меньше всего хотел бы быть прилизанным и рафинированным. Внешность моя и тело меня вполне устроили. Да и одежда удобная. Вот только котомка за спиной явно не к добру. Верный признак того, что ждёт меня путь-дорога... Дальняя и полная опасностей. Нож. Не меч, а нож. Я явно не голубых кровей и не профессиональный воин, раз права на ношение "благородного" оружия не получил. Впрочем, автор вполне может скрыть от меня самого, что я сын короля или привести меня по задуманной им дороге к трону.
Я снял котомку с плеч, присел на пока ещё не существующий камень у несуществующей пока дороги и сняв правый, уже существующий ботинок, внимательно его осмотрел. Подошва на нём мне не нравится. Вроде крепко приколочена, но что-то шепчет, что недолго ей осталось.
Интересно, что за мир он мне придумает?
Kartman (18-го, 30 лет)
