«    Май 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 2
YandexGooglebot

Гостей: 5
Всех: 7

Сегодня День рождения:

  •     Валерка (19-го, 28 лет)
  •     Нарцис (19-го, 22 года)
  •     Сириус Сокол (19-го, 28 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 2759 Кигель
    Флудилка Поздравления 1822 Safona
    Стихи Сырая картошка 15 Мастер Картошка
    Флудилка На кухне коммуналки 3073 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 709 Моллинезия
    Стихи Гримёрка Персона_Фи 30 ФИШКА
    Флудилка Курилка 2279 ФИШКА
    Флудилка Время колокольчиков 220 Мастер Картошка
    Конкурсы Обсуждения конкурса \"Золотой фонд - VII\" 8 Моллинезия
    Конкурсы Конкурс \"Золотой фонд - VII\" 47 Сталь.

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    Я за мир в Украине

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Весёлое утро (сборник рассказов ч.3)

     

     

    БАСНЯ И ДЕБИЛ

     

     

       Есть у меня басня с названием «Предел». Речь в ней о том, как три вороны попытались засудить Льва за то, что он якобы не сумел соблюсти предел необходимой обороны, убив напавшего на него Шакала. Начало басни такое:

     

    Шакал,
    Прославиться мечтая
    И удаль показать свою,
    На Льва напал.
    Тот безмятежно спал,

    Не зная лучше рая.

     

       На днях получаю гневный отзыв на эту басню от некоего очень, похоже, осведомлённого субъекта с одного популярного литературного сайта. Он пишет: «Автор живёт в своём выдуманном мирке. Где это он видел, чтобы шакал сам нападал на льва. Шакал дебил, что ли!»

       От такой «критики» хочется упасть и асфальт грызть. Ну не про животных ведь, как таковых, басни пишутся. Детишки, и те знают об этом. Ладно, о моей басне такой отзыв. Я никто. Потому о моих стишках можно, конечно, как угодно высказываться.

      Но вот в басне Крылова «Журавль и волк», к примеру, есть такие строчки: «Журавль свой нос по шею засунул к Волку в пасть и с трудностью большею кость вытащил и стал за труд просить». И где ж это великий баснописец видел, чтобы журавль сам свой нос к волку в пасть совал, дебил он что ли!

       Или про Ворону незабвенный Иван Андреевич пишет: «Да позадумалась, а сыр во рту держала». А никакого рта у вороны и нет вовсе, клюв у неё. И в природе сама ворона никогда ничего никому не отдала бы, дебилка она что ли! 

       И я позадумываюсь, кто же дебил-то? Во всяком случае – не шакал…

     

    * * *

     

     

     

         ЗА НАС С УКРАИНЦАМИ

     

     

       Мы, два старых человека, принявших уже по полстакана водки за Россию, сидим на кухне в московской квартире и рассуждаем про Украину. Я чего-то там рассказал хорошее про украинцев, с которыми служил в армии за границей более сорока лет назад. Вспомнил, как мы скудными пайками делились на учениях, как мы чуть ли не со слезами на глазах расставались под «Прощание славянки», как искренне после дембеля в гости друг друга приглашали. Потом товарищ мой закадычный взял слово:

       – А я вот не понимаю, почему мы с украинцами уже и не братья вовсе, как выражаются некоторые их деятели. Ну как бы вам не нравилось слово «брат», факты от этого не меняются же. Вот дед мой и бабушка по матери, совсем маленькими ещё, в начале прошлого века с многочисленными своими семьями с Украины в Сибирь были насильно переселены. Там выросли и поженились. Разговаривали то по-русски, то по-украински. Девять детей родили, которые по паспортам значились уже, конечно, русскими. Один, старший сын, зимой сорок первого под Москвой погиб. Но где-то на Украине точно ведь были и есть родственники по семьям моих предков, а значит и мои тоже. Не всех же переселили. Теперь отца моего возьмём. Он давно умер, и я почти не помню его. Но знаю точно, что сам он из Киева, всё вернуться туда хотел. При том, что русский мужик вроде. По разным причинам связь с родными он потерял, жизнь тогда расхристанная такая была. Почему-то он в Сибири оказался, там они с матерью и познакомились. У отца на Украине, как рассказывала мать, были несколько сестёр, дядьки, тётки. У них там тоже наверняка свои дети и внуки потом народились. То есть опять же все они родственники моего отца и мои тоже. И почему же в таком случае мы не братья с украинцами, коли уж так по крови и по истории получилось. Если не братья, так кто тогда. Вот есть у тебя родственники в Гондурасе?

       – Нет, – честно признался я. – Хотя, кто его знает.

       – Тогда наливай и выпьем за Украину…

     

    * * *

     

     

     

    РАРИТЕТ

     

     

       2013 год. В редакцию газеты «Правда» пришёл пожилой мужчина с рукописью статьи о том, как Зюганов будто бы сам, добровольно, отказался от должности президента России по итогам выборов в 1996 году.

       – Ну, какой он главный коммунист после этого! – с возмущением подытожил автор своё устное предисловие к статье.

       – А сами-то вы коммунист? – поинтересовалась женщина, которая вела в этот день приём посетителей.

       – Разумеется, – ответил мужчина. – Я член партии с девятнадцатого года.

       – Ого! – в один голос раздалось в приёмной. – И все находящиеся в ней сотрудницы внимательно посмотрели на необычного посетителя.

       – А чего вы удивляетесь, – спокойно отреагировал на их взгляды мужчина. – Я тогда был лучшим молодым рабочим в депо и меня приняли без особых проблем.

       – Вот это раритет! – произнесла самая молодая сотрудница редакции. – А партийный билет вам лично Ленин вручал?

       – Ну, что за шутки! – недовольно проворчал в ответ мужчина. – Я в «Правду» пришёл или в «Эхо Москвы»?

       – Да какие уж тут шутки, товарищ, если вам сейчас должно быть никак не меньше ста десяти лет.

       – Это почему же?

       – Так вы сами подсчитайте. С девятнадцатого года сколько времени прошло?

       Автор статьи помолчал, подумал немного и спросил:

       – А я как сказал, с девятнадцатого года, что ли?

       – Именно так.

       – Вот, пим дырявый! – обозвал себя мужчина. – С девятнадцати лет, конечно. А сейчас мне семьдесят. Я просто оговорился. Извините, пожалуйста.

       Его извинили, посмеялись и извинили. Но в публикации статьи про несостоявшегося коммунистического президента отказали.

     

    * * *

    .

     

     

    КОНЧАТЬ НАДО

     

     

       Солидный молодой мужчина по имени Георгий, переходя трамвайные лини напрямую к обычному продуктовому магазину, даже не заметил, что чуть трамвай его не переехал, а затем и грузовая машина. Он шёл и думал, что ему делать со своим так называемым малым предприятием «Рубикон». Третий день думал, не ел почти ничего и не спал почти. Налоговики опять проверку затеяли, арендодатель снова платежи поднял, бухгалтер второй раз в декретный отпуск собралась, новое оборудование сломалось, охранник запил, в суд вызывают. Наличных денег совсем не осталось. Со всех сторон нескончаемые проблемы. Жена ещё психанула. Сказала, не может больше смотреть, как он с ума сходит с этим чёртовым бизнесом, взяла сынишку и уехала к родителям в Воронеж. Конечно, кому понравится, когда муж, не отвлекаясь ни на минуту от предпринимательских забот, грязные кеды в холодильник ставит.

       Время позднее, но магазины ещё работали. Георгий после гневного сигнала проехавшего грузовика остановился на тротуаре, вытащил из кармана брюк последнюю пятисотрублёвую купюру, посмотрел на неё, сунул обратно и стал гадать, чего и сколько он на неё сейчас купит. Ага, думает, куплю килограмм пельменей, а на остальные деньги сырки плавленые, сколько получится.

       Точно так он и сказал продавщице.

       А она смотрит на него и ничего не делает.

       Он внятно и громко повторил свою просьбу.

       Та опять ничего не делает. Просто стоит, как памятник со скрещенными руками на могучей груди, и смотрит на него.

       – В чём дело? – спрашивает Георгий.

       – На какие остальные? – спрашивает в свою очередь продавщица.

       – Послушайте, мне сейчас не до смеха. Я устал, как собака. Дома шаром покати, а есть хочется.

       – Сочувствую, молодой человек. Но я должна знать, на какие остальные вам сырки отпустить.

       – Не морочьте мне голову, – начал сердиться Георгий. – Трудно, что ли, подсчитать, сколько сырков получается.

       – Это ещё надо разобраться, кто кому голову морочит, – тоже заметно повысив голос, ответила продавщица. – Почему я должна чего-то там подсчитывать за вас?

       – А зачем вы тогда нужны здесь?

       Видимо, это уже был перебор со стороны Георгия.

       – Не твоё собачье дело! – отрезала продавщица. – Ты будешь брать свои вонючие пельмени или нет?

       – А сырки?

       – Да задолбал ты меня уже с этими сырками! Ты можешь нормально сказать, сколько тебе их надо?

       – А я откуда знаю. Вы должны взять и подсчитать, сколько получается.

       – Как?

       – Вы что, арифметику в школе не проходили или мозгов не хватает?

       – Мы тебе сейчас полицию вызовем и посмотрим, у кого чего не хватает.     

       – А я вам кого-нибудь из управления торговли вызову.

       После таких обоюдных угроз продавщица сорвалась с места и вскоре вернулась в сопровождении администратора магазина.

       – Вот, полюбуйтесь, требует от меня, чтобы я ему на какие-то остальные сырки продала.

       – Да, категорически требую! – подтвердил Георгий.

       – Так, успокойтесь оба, – сказала администратор и спросила Георгия. – Скажите, а вы деньги, которыми располагаете, показывали продавцу?

       – Нет, – честно признался Георгий.

       – А как же тогда она могла рассчитать, сколько сырков получается?

       – Действительно, – улыбаясь, согласился Георгий. – Извините меня, пожалуйста. Что-то у меня сегодня с головой не того. Я лучше пойду. 

       – Подождите, – остановила его администратор. – Сколько у вас денег?

       – Только пятьсот рублей, одной бумажкой в кармане.

       – Ну, наконец-то! – радостно воскликнула продавщица. – Сейчас всё сделаем в лучшем виде.

       Ушёл Георгий из магазина с пельменями, с сырками и с готовым для себя решением – кончать надо с Рубиконом.

     

    * * *

     

     

     

    БАБУШКА УМЕРЛА

     

     

        1971 год. У нас с братом умерла бабушка, было ей почти 80. На Урале она оказалась во время войны, эвакуированная. Жила она когда-то в Питере и, если верить ей, то она даже с Лениным встречалась, в Смольном. Вспоминала его и плакала при этом почему-то. Помню, особо отмечала, что вождь был невысокого роста, чуть выше неё – метра полтора с кепкой, как говорят. И всё причитала, качая головой: «Хороший человек был».

       Но не о том речь.  Мне было 21, а брату 18. Я работал в учреждении культуры простым инструктором, а брат на крупном оборонном заводе электриком. По нынешним временам – ну кто мы такие? Никто, самые обычные люди, пацаны ещё, можно сказать, ни связей, ни положения, только жизнь самостоятельную начинали. Свердловск – город большой, а мы в нём – одни из сотен тысяч.

       Однако… Я лишь заикнулся на работе, что у меня умерла бабушка, похороны в такой-то день, и мне сразу, без лишней волокиты, выделили автобус. А брату сказали, что выделят бригаду с машиной. Бабушка у нас тоже была самой обычной пенсионеркой. Выдающихся заслуг перед государством у неё не было, и никто из посторонних о ней ничего не знал. Но никаких подтверждающих документов о том, что она наша и что она действительно умерла, мы своим начальникам не предоставляли.

       И вот похороны. Декабрь. На улице минус 40! «Мой» автобус с утра у дома, а «машина брата» задерживается. Полдень уже. Ну, думаем, обманули. Вдруг, чувствуем и слышим, дорога задрожала. Видим, к дому подъезжает громадный военного образца грузовик с колёсами, почти такими же, как у трактора «Беларус». И шесть мужиков в кузове стоят за кабиной. Поздоровались с братом и спрашивают: «Ну, где бабуля?». Оказывается, они до прибытия по указанному адресу могилу на кладбище копали…

       Похоронили мы нашу бабушку достойно. Родственников и других, ещё живых бабушек, после поминок развезли на автобусе по домам. Мужики-помощники, что с завода, славно выпили и закусили, даже песни попели. Короче, всё получилось как-то ладно, по-человечески. Несмотря на лютый мороз и мелкие материальные затраты. Никаких официально отгулов на день похорон никто нам с братом не оформлял, и ни копейки из своих зарплат мы за невыход на работу никому не компенсировали…

       Давно это было, очень давно. Но помнится с каким-то щемящим умилением и светлой грустью до сих пор. Попутно и время минувшее вспоминается. Но так, что не хочется сравнивать при этом некий социализм с неким капитализмом и рассуждать, а были ли они или есть в российской истории и что из них лучше. Но жизни-то реальные в разные времена, сейчас и тогда, сравнить можно. Без политических россказней. Бабушка-то наша реально умерла, и «культурный» автобус, и рабочие на грузовике с известного на всю страну завода реально были. И мы с братом реально чувствовали себя тогда вполне уже взрослыми и вроде как уважаемыми людьми. За спиной у каждого из нас вроде как реальный коллектив был, и реальные товарищи были, если позволите. И многие из наших товарищей тоже могли тогда без разорительных хлопот, с честью и приличием, похоронить своих бабушек. Жаль только, что через 20 лет мы всем народом свою страну так же достойно похоронить не сумели…

     

    * * *

     

     

     

    МАШЕНЬКИНЫ ДРУЗЬЯ

     

     

       Однажды, когда задул на улице холодный ноябрьский ветер и залетали первые снежинки, девочка Маша заболела – давай вдруг кашлять, чихать, носом шмыгать. Простыла, одним словом.

       – Да у тебя температура! – воскликнула бабушка. – Всё, будешь сидеть дома. Никуда твой первый класс не денется. Наверстаешь ещё, ты  у нас умненькая. Сейчас позвоню маме на работу, пусть врача вызывает.

       Через час пришёл врач, дяденька с усами. Заглянул в Машино горлышко, послушал её с двух сторон какими-то чёрными кругляшками, градусник ещё раз поставил и произнёс уверенно:

       – Ничего страшного, обычная вирусная инфекция. Посидит день-другой дома, и всё будет в порядке. Таблетки от кашля я, конечно, выпишу и сироп от простуды тоже. А горячий чай с малиновым вареньем вы сами сделаете. Но, вообще, хорошо бы такую чудесную девочку к морю свозить. Погреется там, поплавает в тёплой водичке и болеть больше никогда не будет. И ещё очень полезно выспаться сейчас, как следует. Волшебный сон при этом не помешает.

       Кузьма с Мартином сидели в это время под Машиной кроватью и всё слышали. Они не знали, что такое инфекция. Но слово это им сразу не понравилось. Потому, что из-за него Маша лежит в постели и не может поиграть с ними. Они и про море ничего не знали, но точно поняли, что, если Маша побывает на море, то никакие болезни ей будут не страшны.

       Кто такие Кузьма с Мартином, спросите? Отвечаю. Это самые лучшие и верные Машины друзья – котёнок и мышонок. Котёнка подарил папа, а мышонка – мама. Имена же такие придумала для них сама Маша. И каждому из них она соорудила свой домик – Кузьме побольше, Мартину поменьше. Когда они втроём играли в догонялки, то Маша следила, чтобы Кузьма, цапая Мартина, не слишком-то выпускал когти, а Мартин чтобы не прятался в самые укромные местечки, откуда его нельзя было достать. Маша научила их всему, что сама знала и умела. Например, закончили кушать, взяли лапками по салфетке и вытерли мордочки. Или перед тем, как лечь спать, обязательно, махая хвостиками, пожелали Машеньке спокойной ночи.

       И вот, запомнив, что сказал усатый дяденька, Кузьма с Мартином решили во что бы то ни стало организовать для Машеньки волшебное путешествие к морю. Лишь только стемнело, они выпрыгнули в окно и вскоре подлетели к дому на оранжевом самолётике. Кузьма был одет в форму пилота, а Мартин – в форму стюарда. Трап сам подкатил к окошку, Машенька ступила на него и направилась к самолётику.

       – Куда! – писклявым голосочком остановил её Мартин. – Купальник забыла.

       – Я знаю, где он, – промяукал Кузьма. – Я сам его принесу. И с этими словами прямо в лётчиской фуражке он запрыгнул на шкафчик в углу комнаты, открыл дверку и достал красивый Машин купальник.

       На самолётике они летели совсем недолго. Но в полёте Мартин всё равно успел предложить Маше таблетки от кашля, сироп от простуды и горячий чай с малиновым вареньем. Облака, наконец, рассеялись, и внизу показалось море. Была почему-то уже не ночь, а ярко светило солнышко.

       Самолётик под управлением Кузьмы ловко пролетел над пальмами, испугал чаек и приземлился прямо на пляже. Машенька быстренько сбежала по трапу и хотела сразу же окунуться в воду.

       – Куда! – громким мяуканьем остановил её Кузьма. – Купальник надень.

       Маша оглянулась и увидела Кузьму, который стоял в открытом проёме фюзеляжа и держал двумя лапками купальник.

       Весь день Машенька купалась, загорала, строила песчаные замки, слова разные из гальки складывала, приветы дельфинам посылала. И, главное, Кузьма с Мартином всё время находились рядом. Кузьма вдруг с ветки пальмы ей что-нибудь скажет, а Мартин из-под песочка. Но их почему-то совсем не было видно. Мяуканье и писк Машенька слышала, а самих своих друзей она не видела.

       – Хватит вам прятаться, – сказала сердито Маша. – Пойдёмте лучше вместе купаться. Я вас плавать научу.

       – А ты сама-то умеешь? – послышался в ответ бабушкин голос. – Проснулась, соломинка моя. Дай-ка я тебя в лобик поцелую. Ну, слава Богу, температура нормальная.

       – А куда Кузьма с Мартином делись? – приподнимаясь на кровати, спросила Машенька.

       – Да куда ж они денутся, – улыбнулась бабушка. – Вон они, каждый из своего домика выглядывает. Видишь, как они на тебя смотрят. Ты же их всё время во сне завала.

     

    * * *

     

     

     

    БЕЗ ОГЛАСКИ

     

     

       – Он известный спортсмен, депутат, его вся страна знает. И мои родители известные люди. Поэтому, ваша честь, если можно, сделайте всё без огласки.

       – Главное, чтобы обе стороны помалкивали. А теперь ответьте мне на следующие вопросы. Сколько вам лет и когда вы познакомились с ответчиком? 

       – Двадцать семь. С ответчиком я познакомилась три года назад в Швейцарии. Он там отдыхал, а я материал для кандидатской диссертации собирала.

       – В течение этих трёх лет были у вас интимные отношения с другими мужчинами?  

       – Нет, я люблю только его. Если честно, то я даже в мыслях не допускала измены.

       – Предполагаемый ответчик предлагал вам выйти за него замуж?

       – Ни разу. И для меня самой это загадка.

       – Вы предохранялись от беременности?

       – Нет. Наоборот. Я хотела, но всё не получалось. И вот, наконец, получилось. И я хочу, чтобы у моего ребёнка был законный отец. Вы же сама женщина и понимаете меня.

       – Я-то понимаю. Только я не понимаю, почему он этого не понимает и отказывается признавать своего ребёнка. Может, он сомневается, что это его ребёнок?

       – Такого не может быть. Мы практически не расставались. Я почти всегда была у него на виду, и он точно знал, что никого кроме него у меня нет.

       – Ладно. Я обязана ещё раз спросить. Вы настаиваете на своих требованиях о признании указанного вами гражданина отцом вашего ещё не родившегося ребёнка?

       – Да, настаиваю.

       – Вы подтверждаете, что вам известно о предварительном характере делопроизводства, и что рассмотрение вашего заявления в любом случае будет отложено до рождения ребёнка?

       – Подтверждаю. Но мне подсказали, что лучше подать такое заявление заранее, чтобы у отца было достаточно времени принять правильное решение.          

       – Хорошо. Через час ко мне должен явиться ваш друг на такое же собеседование. А дальше посмотрим. До свидания.

       Прошёл час. Тот же кабинет одного из районных судов Москвы.

       – Объясните, гражданин, вам уже сорок лет, у вас безупречная репутация, солидное положение в обществе, а признавать ребёнка и жениться отказываетесь. Почему?

       – Потому, что уважаю женщин и не хочу делать их несчастными.

       – То есть, как это?

       – Дело в том, что я не могу быть отцом из-за того, что переболел в детстве «свинкой». Я знал, зачем вы меня пригласили, поэтому предоставляю суду такое вот официальное заключение. Если дата на нём вас не устроит, я принесу свежее. Или вы можете сами сделать запрос об этом в любое учреждение. Я готов пройти соответствующее обследование, где угодно. Мне искренне жаль заявительницу, она замечательная, умная, образованная, из приличной семьи, аспирантуру закончила, кандидат политических наук. Но я никогда ничего ей не обещал, о длительных отношениях не просил и в свободном поведении не ограничивал. А её заявление для меня как удар. В смысле того, на что, оказывается, способны женщины. Я не измену там какую-то имею в виду, а попытку через суд повесить на мужчину чужого ребёнка.

       – Почему же вы ей сами об этом не сказали, когда она поставила вас в известность, что беременна?

       – А что я должен был сказать ей? Начать допытываться, когда и от кого? Я подумал, что она сама про себя всё знает и поведёт себя достойно.

       – Значит, так. Того, что вы мне передали, пока достаточно. Видимо, мне на днях предстоит ещё раз встретиться с вашей подругой.

       – С бывшей подругой.

       – Ну, это, как вам угодно. 

       И встреча такая состоялась. Дословно очередной диалог я излагать не буду. Скажу только, что заявительница после ознакомления с врачебным заключением о невозможности иметь детей от ответчика расплакалась и призналась судье, что некоторое время назад, совпадающее с началом срока беременности, она съездила на неделю в Крым и там познакомилась с одним армянином. Имени его она не помнит. А поездка была связана со сбором материалов для докторской диссертации. От требований своих обратившаяся за судебной защитой отказалась, произнесла тихо «Извините, ваша честь» и удалилась.

     

    * * *

     

     

     

    УБИЙСТВО В БОЛЬШОМ ТЕАТРЕ

     

     

       Лихие девяностые. Трое молодых рэкетиров требуют деньги у пожилого коммерсанта. Это такое кино смотрит по телевизору Анжела. Вдруг звонок по смартфону мужа, который греется в ванне. Уверяет, что горячая вода для сосудов полезна и думать помогает. Анжела берёт аппарат и, не отрываясь от экрана телевизора, говорит:

       – Слушаю.

       – Кто это?

       – А вы кто?

       – Соломон Кавалерия.

       – И что вам надо?

       – Позовите Михаила.

       «Ага, сейчас, – взволнованно подумала Анжела. – Разбежался. Это точно те кавказцы, которые наехали на Мишину фирму».

       – Его нет, – стараясь не выдавать испуг, соврала она.

       – Передайте ему, когда появится, что звонил Соломон Кавалерия.

       «Ну, надо же, с кем связался, – снова подумала Анжела. – Имя-то какое-то подозрительное, а фамилия вообще бандитская».

       – Не передам.

       – Почему?

       – А он уже умер.

       – Давно? 

       – Похоронили уже.

       – Где?

       – На Новодевичьем кладбище, – вспомнив первое попавшееся, ответила Анжела.

       – Большой человек, однако, сочувствую, – произнёс собеседник и отключился.

       – Звонил кто-то? – выйдя из ванной, спросил муж, здоровенный такой тридцатилетний бугай, бывший боксёр, чемпион. Только чего Анжела сказать точно не смогла бы, путает постоянно.

       – Звонил какой-то Соломон Кавалерия, – не хотела, а всё равно проговорилась Анжела.

       – А кто это?

       – Тебе лучше знать, – продолжая смотреть телевизор, ответила Анжела. – Ты же постоянно вляпываешься в разные истории.

       – В какие ещё истории?

       – А вчера что ты рассказывал про кавказцев?

       – То, что они приехали. И мы вместе будем создавать новый бойцовский клуб. А при чём здесь это?

       – При том, что себя не жалко, так меня пожалей.

       – Ну, началось. Так, я не вижу последний номер, – взяв свой смартфон, сказал Михаил. – Надо перезвонить и спросить, кто же это такой Соломон Кавалерия.

       – Не надо.

       – Почему?

       – Наверняка бандит какой-нибудь.

       – У тебя все бандиты. И я бандит. Смотришь ерунду всякую. Где номер-то?

       – А я удалила его, – призналась Анжела и, чтобы не нарваться на скандал из-за этого, решила тут же поменять тему разговора. – Ты лучше скажи, когда в Большой театр меня сводишь? Сколько я могу напоминать об этом! Я же говорила тебе, что ни разу там не была.

       – Обязательно свожу, не беспокойся. Вот как раз насчёт билетов из мэрии должны позвонить. Специально для тебя заказал лучшие места в партере. В кассе на них билеты не купишь.

       Но никто из мэрии Михаилу не позвонил. Ни через день, ни через неделю, ни потом. Неудобно, но Михаил всё же решил сам позвонить новому знакомому, чиновнику по спортивным делам, который и обещал достать билеты в Большой.

       – А мне сказали, ты умер, – удивился этот самый знакомый, тоже бывший боксёр.

       – Это кто такое сказал! – в свою очередь удивился Михаил.

       – Жена твоя, наверно, если ты женат. Я позвонил, хотел билеты тебе передать, а она сказала, что тебя уже похоронили.

       – А как ты назвал себя, когда позвонил?

       – Как есть, так и назвал, Соломко Валерий. А что?

       – Так это ты, оказывается, Соломон Кавалерия?

       – Не понял.

       – Да это ей так послышалось

       – А зачем она придумала, что ты умер?

       – Да ей всё бандиты мерещатся. Извини, что так получилось. Но от билетов мы не отказываемся.

       – Теперь только через месяц, дорогой, не раньше.

       Вечером Анжела спросила мужа:

       – Когда в Большой театр пойдём?

       – А театр закрыли на месяц, – с невозмутимым выражением лица ответил Михаил. – В связи с убийством. Представляешь, какой-то солист балета прыгал-прыгал по сцене, потом достал пистолет из бандажа, это такие обтягивающие трусики, и выстрелил в первый ряд прямо во время спектакля.

       – А как он туда пистолет-то засунул?

       – Потом покажу. А тебя только это интересует, а кого убили тебе не интересно?

       – Ну, и кого же?

       – А помнишь, мужик звонил, меня спрашивал?

       – Соломон Кавалерия, что ли?

       – Его самого.

       – А за что?

       – А чтобы чужих жён не отвлекал, когда они телевизор смотрят.

       – Ну и правильно! – решительно заявила Анжела. – Туда ему и дорога, бандит несчастный.

     

    * * *

     

     

     

    С о д е р ж а н и е :

     

    1. Дорогие мои москвичи

    2. Пьяная лекция

    3. Горчица с икрой

    4. Совсем оборзела

    5. Медвежатник

    6. Никаких кобелей

    7. Полёт в будущее

    8. Гипнотизёр

    9. Смешинка

    10. Допрос

    11. Свидание с королевой

    12. Подержи, Люся

    13. Спой нам про Витьку Махова

    14. Печёнка

    15. Весёлое утро

    16. День счастья

    17. Приговор за топор

    18. Героический шутник

    19. Врать уметь надо

    20. Любовь по паспорту

    21. Ножичек

    22. Слов нет

    23. Имена и судьбы

    24. Жватра

    25. А если война

    26. Басня и дебил

    27. За нас с украинцами

    28. Раритет

    29. Кончать надо

    30. Бабушка умерла

    31. Машенькины друзья

    32. Без огласки

    33. Убийство в Большом театре

     


    +11


    Ссылка на этот материал:


    • 55
    Общий балл: 5.5
    Проголосовало людей: 2


    Автор: posokh
    Категория: Проза
    Читали: 32 (Посмотреть кто)

    Размещено: 12 января 2022 | Просмотров: 46 | Комментариев: 1 |

    Комментарий 1 написал: Моллинезия (12 января 2022 09:53)
    Не братья потому, что телик вам не всё рассказал, а то, что рассказал, полил таким соусом, что очевидные вещи стали неочевидными.



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2021 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.