«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
barmaglot

Роботов: 2
GooglebotYandex

Гостей: 10
Всех: 13

Сегодня День рождения:

  •     GorbunS (15-го, 29 лет)
  •     ilyad_2000 (15-го, 40 лет)
  •     LegTar (15-го, 36 лет)
  •     roosevelt (15-го, 24 года)
  •     SvetKon15 (15-го, 67 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1946 Кигель
    Флудилка Поздравления 1670 Alex
    Школа начинающих поэтов Выразительные средства (ШКОЛА 2) 135 KURRE
    Флудилка На кухне коммуналки 3047 Старый
    Книга предложений и вопросов Советы по улучшению клуба 489 ytix
    Книга предложений и вопросов Неполадки с сайтом? 181 Моллинезия
    Рисунки и фото Цифровая живопись 239 Lusia
    Стихи ЖИЗНЬ... 1615 NikiTA
    Стихи Вам не понравится 35 KoloTeroritaVishnev
    Рисунки и фото Как я начал рисовать 303 Кеттариец

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Пиковый туз

    1956 год
    Ида просыпалась медленно, сначала она не поняла, где находится: никелированная кровать с панцирной скрипучей сеткой, кисейные занавески на окнах, в углу над кроватью икона Спаса и лампадка. Ах да, она же у тети Сони.
    Тетя Соня вовсе не была ей родственницей, если уж на то пошло: сестра мужа ее матери. Из всех родственников мужа матери, лишь тетя Соня относилась к Иде без некоторой предвзятости, хотя, как и все, знала истину. Можно сказать, что при таком раскладе, родственники Кирилла Петровича, мужа ее матери, относились к Иде хорошо: в лицо никогда не говорили ничего плохого, проявляли дежурную вежливость – поздравляли с днем рождения, а на новый год она получала скромный кулечек конфет. И не более. И Ида была рада тому, что большего внимания к ней они не проявляют.
    Тетя Соня, сестра мужа ее матери, Марии Федоровны, относилась к ней совсем по-иному, чем остальные родственники. Ида в детстве проводила у нее каникулы, ей нравилось бывать в этом не большом городке. Тетя Соня хорошо относилась к ней, и это была не дежурная вежливость к маленькой гостье. Тетя Соня частенько делала девочке мелкие подарки.
    Несколько лет Ида не была у нее в гостях, и теперь, когда встал вопрос о командировке в этот город, позвонила тете Соне, и сообщила об этом. Тетя Соня сразу отмела возможные варианты проживания в гостинице или на квартире у кого-то, «есть ведь чудная комната» у нее, и нечего «мыкаться по каким-то гостиницам и углам».
    Ида приехала вчера поздно, а спать легла еще позже. Настенные часы-ходики показывали восемь утра: она дома в выходной встает раньше. Нужно вставать, одеваться, и идти в отделение. Ее там ждут на девять утра.
    Ида легко встала с постели, заправила ее, начала одеваться. В комнату заглянула тетя Соня:
    -Уже проснулась? Омлетик будешь? Поешь, еще не известно, когда обедать придется.
    -Хорошо, тетя Соня.
    Тетка, накрывая на стол, попутно рассказывала о событиях последнего времени. Убили священника, отца Михаила,выстрелили в него через окно дома, ужас-то какой! И как таких земля носит!
    -Тетя Соня, у отца Михаила были враги?
    -Шутишь! Да он просто святой был! Когда война была, партизан прятал, и наших солдатиков раненых. Церковь восстанавливал, его все любили!
    -Видимо не все.— Вздохнула Ида.
    -И как ты там будешь? Там же мужики одни, как тебя примут, поладите ли?
    -Тетя Соня, я же за них замуж не выхожу, я сюда работать приехала, хотят или нет, принимать придется.— Ида запивала омлет парным молоком. Тетя всегда держала коров.
    -Замуж…а что, в нашем угрозыске женихи имеются!
    -Вы имеете в виду полковника Архарова?— Усмехнулась Ида.
    -Да ну, ему уже под сорок, а ты-то молодая, какой он будет через пару лет, зачем тебе пень старый? Там у них в угро помоложе хватает мужиков. Как спалось тебе?— Тетя Соня набирала в таз воду, собираясь мыть посуду.
    -Нормально.— Ида пожала плечами, рассматривая не затейливый орнамент на занавесках на окне в кухне, которые топорщились от крахмала.— Только ерунда всякая снилась.
    -Ну, если плохое, то до обеда рассказывать нельзя.— Тетя Соня загремела ложками и вилками.
    -Да не то что бы плохое, не понятное. Вы знаете Прорезную?
    -Знаю, конечно, всю жизнь здесь прожила, как не знать-то! А что такое?
    -Да сон приснился, вроде как я на Прорезную по воду пошла, иду и думаю, зачем я туда иду, рядом с домом же вашим колонка есть, а я на другой конец города иду.— Ида одним глотком допила молоко чашке.
    -Значит, за кого-то с Прорезной выйдешь.— Тетя Соня улыбнулась, и отложила грязные ложки в жестяной таз с теплой водой.
    -Ой, да глупости это! Я сто лет уже там не была, и никого не знаю с Прорезной этой!— Отмахнулась Ида, и встала.— Мне идти надо, сейчас только тарелку помою.
    -Ладно тебе, сама помою. Попомни мое слово: жених с Прорезной будет.
    -Какой еще жених!— Отмахнулась Ида. Потом вздохнула.— Хватит, был уже жених.

    В не большом помещении сидело пятеро мужчин. У стены стояла кушетка, еще три стола в комнате, шкаф со стеклянными дверцами, на стене между окон над большим столом, который был покрыт зеленым сукном, портрет Ленина.
    -Вам что, гражданочка?— Спросил широкоплечий мужчина с погонами полковника, который сидел за большим столом. Он пригладил волосы с проседью.
    -Вы полковник Архаров?— У девушки был звонкий голосок. Лет ей было с виду семнадцать.
    -Да. А вы, позвольте узнать, кто?— Напрягся Архаров.
    Павел вздохнул. Похоже, кто-то из ретивых потерпевших опять прорвался к начальнику УГРО.
    -Я вот.— Она подошла к столу, протянула ему какие-то документы и красную книжечку удостоверения.— Меня направили к вам.
    -Следователь Фролова.— Протянул Архаров.
    -Да. Фролова Ида Демьяновна.— Девушка кивнула, и повернулась к присутствующим. Павел разглядел ее получше. Он ошибся, с виду лет двадцать. Маленького роста, хрупкая. Без сомнения девушка была хорошенькой. Она смущенно перекинула тяжелую светлую косу через плечо.
    -Ну, мы надеялись, что придет мужчина.— Разочарованно произнес Архаров.— Дело знаете ли серьезное.
    -Я ознакомлена с ним.
    -В Москве посерьезней никого не нашлось что ли?
    -Если у вас есть какие-то претензии, вы знаете куда обратиться.— Холодно произнесла Ида.
    -Какие уж тут претензии.— Вздохнул собеседник.— Будем знакомиться. Я майор Архаров, начальник убойного отдела. Это наш эксперт-криминалист Зенькович Иван Адамович.— Мужчина лет сорока в очках встал и кивнул:
    -Очень приятно.
    -Капитан Арсентьев Андрей Николаевич.— Архаров показал на парня лет двадцати пяти, то улыбнулся и кивнул.
    -Младший лейтенант Михайлов Леонид Иванович, наш молодой коллега.— Светловолосый молодой человек поднялся из-за стола, и смущенно кивнул. Архаров продолжил:
    -Оперуполномоченный капитан Хмельник Павел Сергеевич.— Мужчина лет тридцати поднял глаза от бумаг, смерил Иду взглядом, кивнул, и снова уткнулся в бумаги.— Вот и познакомились.— Удовлетворительно произнес Архаров.— Я сейчас в управление, в Брянск, мои коллеги введут вас в курс дела.
    За Архаровым захлопнулась дверь. Воцарилась тишина, присутствующие уставились на Иду. Она произнесла:
    -Мне бы хотелось ознакомиться с делом.
    -Можете прочесть, все материалы есть.— Предложил Михайлов.
    -Мне бы хотелось услышать ваши размышления, коллеги.— Ида села на табурет у стола Архарова перекинув ногу на ногу.— Какие зацепки у вас есть?
    -Практически никаких. Нападают ночью, в живых никого не оставляют следов тоже.— Произнес Михайлов.
    -Так не бывает.— Ида покачала головой.— Они живые люди, из плоти и крови, не может быть, что бы никаких следов и улик не осталось, жертвы же сопротивлялись.
    -Мы их называем банда «Пиковый туз». Они на месте преступления оставляют игральную карту – пиковый туз.— Вмешался в беседу Зенькович, поправляя очки.
    -Интересно.— Задумчиво произнесла Ида.— Это уже что-то…Знак. В первом случае убили отца Михаила, у него хранился ключ от церкви, которую в ту же ночь ограбили. Трудно сказать, были это местные или гастролеры. Они ведь могли следить за священником. В его доме что-то пропало?
    -Нет.— Покачал головой молчавший до этого Хмельник.— Его сестра, которая убирала у него раз в неделю засвидетельствовала, что ничего не пропало.
    -Значит, они знали, зачем лезут. Все было спланировано заранее. Ничего в доме не взяли, потому что знали хорошо, что есть место, где можно поживиться большим. А почему говорю я одна?
    -Мы вам внемлем.— Хмыкнул Хмельник. Да уж, похоже девица решила строить из себя великого сыщика. Наверное, чья-то родственница, слишком уж юный вид имеет для следователя.
    -Я это поняла, товарищ капитан. Мне бы хотелось все же, услышать и ваше мнение.
    -Оно отражено в материалах дела.
    -Тогда пожалуй, я с ними ознакомлюсь незамедлительно.— Ида решительно встала.— Где мне можно сесть?

    -Интересно, где же это хранится?— Произнесла она задумчиво.
    -Что именно?— Вздохнул Павел. Эта хорошенькая сероглазая блондинка уже порядком достала его. Вернее не она, а ее командный тон и некоторое ехидство.
    -Да я о мозге. Похоже, в вашем УГРО он один на всех, и тот, похоже, заперт в сейфе. Я бы хотела просить ваше руководство хоть иногда выдавать вам его в пользование. Это ж невозможно.
    -Что вас снова не устраивает, Ида Демьяновна?
    -А что меня в данном случае может устраивать? Это же ахинея!— Ида нервно захлопнула серую папку, встала, и прошлась к окну, затем повернулась на каблуках.— Разве это возможно? Нет, конечно. В любом, абсолютно любом деле, найдется свидетель. Человек, который что-то увидел, что-то услышал. Любая, даже не значительная мелочь важна. А вам всем очевидно было лень искать такого человека.
    -Опрос жителей соседних домов не дал ничего.
    -Ага, никто ничего не видел, никто ничего не слышал, все спали. Речь идет о грабеже с убийством, в данном случае невозможно, что бы никто ничего не видел и не слышал подозрительного. Что-то важное упустили, а что – не могу понять.
    -Ида Демьяновна, уже поздно, давайте провожу вас.— Предложил Павел.
    -Если хотите, то идите домой, а я еще поработаю.
    -Тогда и я остаюсь.
    -Я вас не принуждаю к подобному подвигу.— Ида села к столу, и вновь раскрыла папку.— Я вовсе не боюсь возвращаться домой поздним вечером одна. Поверьте, в Москве для меня в позднее время передвигаться по городу одной намного страшнее, чем здесь. У меня ведь много «крестников», которые меня помнят и ждут со мной встречи.
    -Охотно верю. Я привык провожать женщин поздним вечером до дома.
    -Это не всегда удобно.— Ида откинулась на спинку стула, и взглянула на собеседника.— Вам приходится наверное по утрам приходить на работу с разных направлений. Дамы, которых вы провожаете, живут ведь в разных концах города?
    -Ида Демьяновна, хватит на сегодня ерничать.— Вздохнул он.— Время позднее, завтра тяжелый день, нам всем нужно отдохнуть.
    -Хорошо, уговорили.— Вздохнула Ида.
    Они шли по улице. Чем дальше от центра города, тем менее освещены были улицы, и хуже асфальт. С началом темноты, похоже, жизнь в городе замирала, прохожих не было видно.
    -Люди теперь бояться выходить с наступлением темноты.— Произнес Павел, пытаясь нарушить неловкую тишину.— После того, как это все началось.
    -Я уже поняла.— Вздохнула Ида. Этот прохладный мартовский вечер напомнил ей, как несколько лет назад они возвращались из кино с последнего сеанса в такое же время. Как же это было давно, и словно не с ней!— Вам потом, далеко наверное возвращаться будет, не выспитесь.
    -Да ладно.— Отмахнулся ее спутник.— Я на фронте за 20 минут успевал выспаться.
    -Воевали?
    -Я служил в разведроте 1-го Белорусского фронта.
    -Мой отчим тоже воевал в составе 1-го Белорусского фронта, он брал Берлин.
    -Где вы живете в городе?— Спросил Павел.
    -У сестры моего отчима, тети Сони. Она живет на Нагорной.— Ида махнула рукой в сторону улицы, которая поднималась куда-то верх по холму.
    -Я уже догадался.— Снисходительно улыбнулся ее спутник, поднимая воротник кожаной куртки. Он был невысоким, среднего роста, немного ниже Димы, как показалось Иде.— Мы идем в ту сторону.
    -Очень остроумно.— Холодно ответила Ида.
    -Как получается.— Не остался в долгу Хмельник.
    Остаток пути они проделали молча. Павел попрощался с ней у калитки о двор тети Сони, и пошел к себе.
    Тетя Соня еще не спала, она вязала сидя в большой столовой. Котенок играл клубком шерстяных ниток на полу.
    -Поздно ты однако.— Не довольно произнесла тетя Соня.— Страшно по темноте шляться, да еще в такое время сейчас.
    -Я не одна шла.— Ида повесила свое черное пальто в шкаф.— Новый коллега вызвался проводить.
    -Кто же?— Тетя Соня сдвинула очки на нос.
    -Капитан Хмельник.
    -Хмельник…А Пашка, наверное, да?
    -Да.— Ида села на край дивана рядом с теткой.
    -Так Хмельники на Прорезной жили всегда, и Пашка там живет наверняка, сон стало быть в руку.— Усмехнулась тетя Соня, и еще больше стала похожа на отчима Иды.
    -Какой еще сон?
    -Ну так сама рассказывала утром: будто по воду пошла на Прорезную. А оно, я тебе говорила, к чему снится. А Пашка он с Прорезной…
    -Ой, тетя Соня, глупости это все! Проводил до дома, а вы уже за свадьбу! Да и потом, что он, один в том районе живет?
    -Нет, конечно. Но ты бы пригляделась.— Тетя Соня продолжила вязание. Спицы поблескивали в свете лампы абажура.— Хороший мужик.
    -Откуда вы знаете?
    -Так город у нас не большой, все друг друга знают. Я с Пашкиной матерью работала одно время в магазине. Хорошая такая женщина.— Задумчиво произнесла тетя Соня, предаваясь воспоминаниям.— Приятная, но не везло ей.
    -В чем же?— Заинтересовалась Ида.
    -Замуж поздно вышла, засиделась в девках, хотя вроде и симпатичная была, Пашка на нее похож. С мужем они не долго прожили, уехал он на заработки, и пропал.
    -Как?
    -Ну как? Как люди пропадают. Она куда-то съездила на пару дней, приехала и сказала, мол попал ее мужик под поезд и умер. Только сдается, Клавка знала, где он. Я все думаю, может, посадили его, а Клавка наврала, что помер. Грех конечно живого хоронить, но понять можно. Ты Луцких знаешь?
    -Нет, а кто это?— Удивилась Ида.
    -Ты их не помнишь просто. Маленькая еще была, с их внучкой вместе играли возле двора. Они через дорогу от нас жили, сейчас съехали. Но не о том речь. У них еще лет за десять до революции их дед покойный, мешок зерна украл в магазине, так Луцких до сих пор уголовниками обзывают. А сколько лет уж прошло? Без малого полвека, и деда этого уже давно на свете нет…Так и Клавка. Узнал бы кто что ее муж в тюрьме, так потом детей задразнили бы уркаганами, клеймо считай на всю жизнь, и детям бы их еще досталось.
    -Все равно как-то не правильно.
    -Да кто его знает, с одной стороны так, с другой этак.— Вздохнула тетя Соня.— Пашка хороший мужик, худого за ним нет.
    -Что же его такого хорошего до рук никто не прибрал?— Ехидно спросила Ида.— Не логично как-то: такой хороший мужчина, а до сих пор холостой!
    -Вроде была у него жена, но куда делась не помню уже. Вроде как уехала.
    -А может, закопал где-то он ее в лесу?— Хмыкнула Ида.
    -Ну тебя!— Отмахнулась тетка.— Шутки у тебя конечно…
    -Ладно, тетя Соня, буду ложиться я спать, поздно уже.— Улыбнулась Ида.
    Ида распустила косу, светлые волосы упали волнами на плечи и спину. Как-то, еще на первом курсе, она хотела сделать себе химическую завивку, но в парикмахерской, пожилой мастер строго взглянув на нее, произнес:
    -Мадемуазель, для начала я бы хотел побеседовать с вашей матушкой. Не позволительно губить такие волосы ради детских прихотей!
    Девчонки завидовали: везет же иметь такую красоту! Ида ничего не говорила на завистливые вздохи. Она с детства знала, как тяжело ухаживать за такими волосами, особенно тяжело было во время войны. Мать настаивала на том, что бы Ида хотя бы через день мыла голову, и осматривала волосы дочери: кабы не завелось «зверей», как выражалась она.
    В их доме во время оккупации жил немецкий офицер с денщиком. Денщик, полноватый мужчина средних лет, иногда угощал Иду шоколадом, и на ломаном русском говорил, что у него дома, в Баварии, тоже есть такой же светловолосый кind…
    Ида потушила свет и легла в постель. Сон не шел. Тетя Соня задела за больное. Уже прошло два года, Мария Федоровна начала деликатно расспрашивать ее об отношениях с коллегами. Ида хорошо знала, что ее мать интересует, не появился ли у дочери какой-нибудь поклонник. Марию Федоровну явно беспокоило то, что дочь одна.
    Первое время Ида даже смотреть не могла в сторону мужчин. Постепенно боль притупилась, она немного успокоилась. На первый взгляд казалось, что в столице, где так много жителей найти себе пару не составляет особого труда. Возможно, для кого-то это было делом легким, но не для Иды.
    Служба отнимала много времени, домой она возвращалась поздним вечером, и ни времени, ни сил, пойти на танцплощадку или в кино не оставалось.
    Пару раз Лелька пыталась свести ее с друзьями своего мужа, но из этого ничего не вышло, что вызвало недовольство Лельки:
    -Ну что тебе не так все? Ты сказку про короля Дроздоборода читала? Там принцесса тоже перебирала кавалерами! Уже и с таким знакомили, и с таким, какой тебе нужен, не знаю!
    -Леля, я не рассчитываю встретить огромную любовь, но согласись, что мужчина должен хоть немного вызывать симпатию и быть надежным. Большинство из тех, с кем вы меня знакомили заинтересованы в легкой не обременительной интрижке. В восемнадцать лет меня может быть и заинтересовал бы легкий романчик, но в мои годы мне хочется серьезности. Мне нужен муж, который будет меня любить и поддерживать, а моему ребенку нужен хороший папа.
    -Ты и правда сказок начиталась.— Подруга вставила сигарету в мундштук и закурила.— Никому твой ребенок не нужен. Своих родных детей мужики бросают, а ты хочешь, что бы мужик ребенка от левого мужика полюбил! Спасибо скажешь, если куском хлеба попрекать не будет! Ты хочешь что-то идеальное, чего на свете не бывает – что бы не пил, не курил, по бабам не бегал!
    -Вот я и буду искать такого.
    -Тогда до старости одна просидишь!— Хмыкнула Леля.— Потому что таких не бывает, или бывают, но их давно к рукам прибрали.
    На службе ее окружали в основном мужчины, но и там завести отношения с кем-то было трудно. Ида занимала руководящую должность, и ухаживать за ней для тех, кто был рангом ниже было затруднительно, это больше бы походило на заискивание. Большинство ее коллег-мужчин были женаты, а отбивать мужа у кого-то Ида не собиралась.
    Тех, кто был старше рангом, как потенциальных ухажеров Ида даже не рассматривала. По возрасту они годились ей в отцы, и так же были женаты давно и прочно.
    Шила в мешке не утаишь, о «не уставных отношениях» узнают рано или поздно, неприятности не были нужны.
    Иногда Иде начинало казаться, что Лелька права. Те мужчины, которые появлялись на ее горизонте в качестве потенциальных поклонников для начала, делали довольно пошлые намеки, а заслышав о наличии ребенка, старались поскорее скрыться из виду.
    Однажды она пришла домой после одного из не удачных свиданий, и Мария Федоровна сказала:
    -Не расстраивайся, Ида. В твоей жизни появится мужчина, который будет любить тебя и ребенка.
    -Но не в этой жизни.— Грустно усмехнулась Ида, наблюдая, как блестят в свете лампы спицы, которыми вязала мать.-Возможно я не создана для семьи.
    -Никто еще не родился с этим.— Усмехнулась Мария Федоровна, и уже серьезней добавила.— Сочетаться с кем-то браком, все равно что заново родится. Твоя ошибка в том, что ты даешь им мало времени, ждешь от них слишком многого и сразу. Не все к этому готовы. Мужчине нужно привыкнуть к тебе, ты не даешь ему времени на это.
    -Ой, мама, хватит!— Отмахнулась Ида.— Везде я виновата!
    Ида перевернулась на другой бок. Потом села на постели. Не спалось. Она прошла к окну. Заснеженная улица. В домах напротив уже погас свет: хозяева спали. Интересно, что там дома? Скорее всего, ее родные уже легли спать.
    Ида увидела на улице женщину в шляпке с черной вуалью. Она стояла напротив их дома и пристально смотрела на окна их дома. Откуда она взялась, и что здесь делает? Ида накинула на плечи теплую шаль, и вышла в коридор.
    -Ида, ты куда?— Тетя Соня выглянула из своей комнаты.
    -Сейчас.— Ида вышла на крыльцо. Женщины уже не было. Куда она подевалась?
    -Ты чего? Заходи обратно, простудишься!— Тетя Соня с недоумением уставилась на нее.
    -Там женщина стояла. В наши окна смотрела.— Ида закрыла входную дверь.
    -Какая еще женщина? Может, приснилось тебе? На часы глянь, кто в такое время будет по улицам шататься да в окна пялится? Спать иди уже.— Недовольно буркнула тетка.— Придумаешь тоже!

    Погода сегодня явно не благоприятствовала любви, как успел утром заметить Архаров. С утра зарядил дождь, причем самый противный, моросящий. К тому же холодный ветер не прибавлял этой погоде очарования.
    -Доброе утро. Пришла уже?— Спросил Хмельник, входя в помещение.
    -Ага, сразу к Архарову понеслась. Въедливая девка, но зараза, красивая! Интересно, замужем?— Улыбнулся Арсеньев.
    -Для особо интересующихся могу сказать: Ида Демьяновна не замужем.— Поправил очки Зенькович.
    -А ты Адамыч, уже поинтересовался?— Хмыкнул Арсеньев.— Наталья Филимоновна в курсе?
    -Для этого мне не нужно было задавать не корректные вопросы нашей молодой коллеге.— Иван Адамович по привычке пропустил ироническую реплику Арсеньева.— Достаточно было некоторых наблюдений, что бы сделать выводы. Эта женщина одинока. Но замужем она была. На пальце след от обручального кольца. В ее жизни что-то произошло, какое-то потрясение. Она хороший специалист.
    -Даже через чур. Она тут сидела до десяти вечера.— Вздохнул Павел.— Я ее вчера проводил до дома.
    -А ты парень-хват, Хмельник! Опередил, значит. Решил сам приударить за столичной штучкой!— Хмыкнул Арсентьев.
    -При чем здесь это? На улице темень хоть глаз выколи была, надо было девку одну в ночь отпустить? Если я ее проводил до дома, это еще не значит, что я в нее по уши влюблен!
    -Не значит, Павел Сергеевич.— Ида вышла из кабинета Архарова. Сегодня на ней была черная кофточка и юбка шотландка, выгодно подчеркивающие стройную фигурку.— Я согласна с вами. Но с одной поправкой, не девка, а следователь.— Она обвела собравшихся взглядом.— Что вас еще интересует? Коллеги, я предлагаю задать мне вопросы сейчас, касательно моей биографии, дабы не возвращаться к этому.
    -Вы замужем?— Арсеньев с вызовом посмотрел на нее.
    -Я вдова. Так понимаю, больше всего занимает этот вопрос.— Ее голос заметно дрогнул.— А теперь давайте заниматься делами.
    -Извините, я не знал.— Смутился Андрей.
    -Ничего, вы же сами заметили, что не знали сего факта.— Ида села за свой стол у окна. Она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Прошло уже два года, но она знала, что не забудет ничего, ни одной мелочи.
    В те дни она существовала словно на автомате, все делала механически. Иде казалось, что смотрит на все со стороны. Вот она в черном пальто и черном платке, под которым спрятан клубок ее русых волос. Она очень бледная, и темные круги под глазами выдают то, что она не высыпалась несколько дней. Ида спокойно подошла, и в последний раз поцеловала мужа. Может, кто и удивился тому, с каким ледяным спокойствием Ида принимала соболезнования, но она хорошо знала: все они придут домой, и будут жить прежней жизнью, а у нее уже никогда не будет этой «прежней жизни». И не у нее одной, и от этого ее съедает чувство вины.
    Ида механически утром завтракала, ехала на службу, и так же механически возвращалась домой, и ложилась спать. Она старалась не думать, не вспоминать. Истерика случилась через недели три после похорон. Ида случайно разбила на кухне чашку, и звук фаянсовой чашки, которая разлетелась на осколки по полу словно растопил что-то, и Ида разрыдалась.
    -Ида, что случилось?— На кухню выбежал испуганный отчим. Ида осела на пол и закрыла лицо руками, в горле застыл ком.
    -Я сама, Кирилл, иди ложись.— Мать аккуратно отодвинула отчима.— Это хорошо, ей надо поплакать, я уже начала было опасаться.
    Ида не помнила, как мать уложила ее в постель, как сделала укол успокоительного, но истерика пошла на пользу. Она очнулась.

    Ида аккуратно прошла по краю размытой дождем дороги. Она повернулась к Михайлову:
    -Я так понимаю, конница в вашем отделении составит конкуренцию коннице Буденного!
    -У нас нет конницы.— Удивился Михайлов.
    -Да ну? А кто же натоптал здесь, у входа в магазин, явно же лошадкиных ног дело!— Хмыкнула Ида.— Кованные!
    -Ида Демьяновна, здесь были только наши сотрудники.— Заметил Хмельник.
    -Нет, Павел Сергеевич, поверьте, это был табун лошадей. Тяжелый случай с нашей коровой, скажем так. Ну что ж, может на месте будет что-то интересное.
    Деревенский продмаг был не большим, помещение метров десять и подсобка. В помещении был порядок, товар на полках стоял не тронутый, касса тоже находилась в неприкосновенности.
    -Зачем же они лезли?— Спросила Ида.
    -Ткань, Ида Демьяновна, бостон, и велюр.— Вздохнул Зенькович.— Даже кассу не тронули, знали, зачем лезут.
    -Конечно. Они шли за определенной вещью, касса уже ни к чему, если есть бостон. Да и велюр тоже не плохо.-- Молодая женщина прошлась по помещению.— Отпечатки сняли?
    -Отпечатков они не оставили нам, Ида Демьяновна.
    -Плохо. Для нас это плохо. Но не могли же они не оставить никаких следов! Что-то да должно быть.
    -Ида Демьяновна!— Позвал ее из подсобки Павел.— Пиковый туз!
    -Где?— Ида цокая каблуками полусапожек влетела в полутемную подсобку. Помещение явно требовало ремонта, на грязно-белой стене слева от окна виднелся пиковый туз нарисованный куском угля.— Можно предположить, что как и в случае с отцом Михаилом действовала одна и та же группа лиц.
    -«Можно предположить»?
    -Я не могу быть уверенной в этом.— Покачала головой Ида.— Земля слухом полнится. Думаю, в округе наслышаны о пиковых тузах. Возможно, кто-то таким макаром хочет убедить нас, что это была банда пиковых тузов. Что там со свидетелями? Только не говорите, что снова тишина!
    -Тогда, я пожалуй, промолчу.
    -Как они проникли сюда?
    -Чердак.— Хмельник показал на лестницу.
    -Отлично.— Кивнула Ида, и начала быстро взбираться по лестнице.— Хорошо, что сегодня я надела целые чулки!
    Никто не успел отреагировать на ее последние слова, как Ида выглянула из чердачного входа:
    -Павел Сергеевич, изобразите заинтересованность, поднимайтесь.
    -Что здесь?— Он вскарабкался по лестнице на чердак. Здесь пахло пылью, в углу валялись старые деревянные ящики. Чердачное окно глядело на мир выбитыми стеклами.
    -Пока ничего. Одна голова хорошо, а две это уже дефект, но может вам что-то полезное придет в голову?
    -Влезли через окно.
    -Серьезное заявление.— Заерничала девушка.— Настоящий прорыв в расследовании.
    -А для этого нужно было взять где-то лестницу.— Он подошел к окну, и посмотрел вниз. – И они ее нашли.
    -Естественно. А нам не помешает найти хозяина лестницы.— Ида тоже выглянула из окна.— Следы копыт, надо посмотреть.
    -Что скажете, Иван Адамович?— Ида присела на корточки у следов лошадиных копыт на сырой земле.
    -Лошади были раскованные, две или три.— Произнес эксперт.
    -А где у нас могут быть раскованные лошадки?— Задумчиво произнесла Ида.
    -Не так давно на конезаводе пропали три лошади. Основная примета, что были они раскованными.— Подал голос Арсеньев.
    -Молодец, Арсеньев! Получите пряник.— Улыбнулась Ида.— Где у нас здесь цыгане проживают?

    Вечер был холодным, Павел поднял ворот своей кожаной куртки. Ида настаивала, что идти к оседлым цыганам нужно вечером. Почему, Павел не знал, но решил не спорить.
    В их городе цыгане начали селиться еще до революции, пришли откуда-то табором, да так и остались здесь. Они жили обособленной группой в Сероложском районе их города, на самой окраине. Об этом районе всегда шла не добрая слава убежища для преступников, скупщиков краденого, часто здесь случались драки с поножовщиной, и с появлением здесь оседлых цыган ситуация лучше не стала.
    -Не там ищешь, красавица!— Хмыкнул старая цыганка, куря трубку.— Не наши это. Ищешь ты далеко, рядом обернись.
    -С чего вы взяли, что я кого-то здесь ищу?— Ида сделала самый недоумевающий вид.
    -Ищешь. Но не там. Руку дай.
    -Соврешь небось.— Произнесла Ида с долей скептицизма, но руку протянула.
    Цыганка взяла ее тонкую руку в свою смуглую в морщинах руку, провела пальцами по ее ладони, и сказала:
    - Девчонки твои высоко взлетят.
    -Я же говорила, что соврешь! У меня один ребенок.— Усмехнулась Ида.
    -Вот.— Цыганка показывала на ладони Иды какие-то линии.— Еще двое твоих детей. А то дело не трогай, разворошишь – высоко взлетишь, но головы полетят.
    В тот вечер Павел снова пошел провожать Иду, хотя от Серого Лога до Нагорной улицы было рукой подать. Ида не возражала, было видно, что она погружена в свои мысли.
    -Вы не говорили, Ида Демьяновна, что у вас есть дочь.— Нарушил он молчание.
    -Насколько я понимаю, коллектив, в который я временно вливаюсь, больше занимал вопрос замужем я или нет. О детях речи не было. Да и потом, для нашего общего дела не имеет значения, есть ли у меня дети или нет.
    -Имеет, Ида Демьяновна. Вас будут ограждать от опасности. Никому не нужно, что бы ваша дочь осталась сиротой.
    -Это не вам решать.— Отрезала спутница. Говорим о равенстве полов в нашей стране, но его на деле нет. Довольно часто ее не воспринимали всерьез: баба. Что ей делать в УГРО? Максимум детская комната милиции, а тут следователь, ни в какие ворота это уже не лезет! Даже Дима снисходительно относился к ней в этом плане. А может, как работник МГБ недолюбливал сотрудников милиции.
    -Не мне.— Согласился он.— Но подумайте о дочери, прежде чем соберетесь лезть на рожон.
    -Павел Сергеевич, если мне понадобится ваше мнение, я вас обязательно спрошу.— Ида начала злиться. Начинается. Почему, все, кто старше нее, пытаются начать ее воспитывать? Она сама способна разобраться во всем! Видимо на ее лице что-то отразилось, так как Хмельник произнес:
    -Ида Демьяновна, я верю, что вы разумный человек. А сколько лет вашей дочери?
    -Семь исполнилось в январе.— Ида подняла голову и посмотрела на небо, затянутое темными тучами, которые в полутьме выглядели какими-то фиолетовыми. Интересно, какое сейчас небо над их поселком в Подмосковье? Ида в детстве любила забираться на чердак, и сквозь дыру в не залатанной крыше смотреть на звезды, лежа на спине. В такие моменты казалось, что кроме нее в мире больше никого нет. А иногда они с Алешей считали звезды. Он начинал слева, Ида справа. Но потом они сбивались со счета.
    Алеша. Брат был старше на шесть лет, ему было всего девятнадцать. Они не всегда ладили друг с другом, но всегда любили друг друга. Мать ничего не стала скрывать. Сказала все как есть, прямо, показав похоронку. Ида в тот вечер рыдала навзрыд. Она просто не хотела верить. Ее брат, он не мог погибнуть, просто не мог! Он должен был жить, пока не станет старым и не умрет…осталась от ее брата лишь фотографии да детективы, которые он отдал Иде «на хранение», пока он «будет бить фрицев». Может мать и всплакнула, но дочь этого не видела.
    -Звезды считаете?
    -В детстве считали с братом.— Произнесла она.— Но так и не досчитались. Я вот подумала…а может, в случае с магазином нас хотят заставить думать, что это одна и та же банда? Это мое предположение, могу и ошибаться. Тогда оставляли игральную карту, а здесь рисовали.
    -Может, под рукой не было.— Вздохнул Павел. Порядком хотелось спать, но не проводить Иду он не мог.
    Они уже добрались до дома тети Сони, и молодая женщина вдруг спросила:
    -Скажите, Павел Сергеевич, в деле нигде не фигурировала женщина в шляпке с черной вуалью?— Ида краем глаза заметила, как качнулась штора на окне в доме тети Сони.
    -Женщина в шляпке с черной вуалью?— Он уставился на Иду.— О чем вы?
    -Не важно.— Она махнула изящной рукой.— Просто скажите: была?
    -Я так и не вспомню…нет, вроде нет.
    -Вроде не подходит.— Мотнула она головой.— Мне нужно точно знать. Ладно, сама все выясню, до свидания.— Она вошла в калитку.
    -До свидания.— Эхом ответил Павел. Вопрос Иды загнал его в тупик.
    Тетя Соня готовила ужин на кухне.
    -Ты рано сегодня.— Обрадовалась она.
    -Да, немного раньше.— Ида кивнула, расстегивая пальто.
    -Тебе провожали?
    -Тетя Соня, вы же сами знаете. Я видела, как штора на окне качнулась.
    -Шибко глазастая ты! Пашка провожал?
    -Вы сами знаете.— Ида вымыла руки в рукомойнике, который стоял в коридоре.— Все видели.
    -Видела. Пашка хороший мужик, это правильно.
    -Что «правильно»? Тетя Соня, он не ухаживает за мной, это не то, что вы подумали.
    -А что?
    -Тетя Соня, если мужчина проводил меня до дома, это еще не значит, что он по уши в меня влюблен. Что на ужин?— Она решила переменить тему разговора.
    -Суп будешь? С грибами.
    Ида кивнула. Она только пообедала где-то около двенадцати дня в столовой через дорогу от отделения, и с тех пор не обедала. Тетя Соня налила ей суп в тарелку, отрезала хлеб. Она села напротив, и смотрела на девушку.
    Она не одобряла того, что брат снова сошелся с Машкой, как звали ее остальные родственники. Но в отличии от них, вслух она не высказывала своего мнения: Кирилл взрослый человек, и сам разберется с кем ему жить. Смерть Алеши его сильно подкосила, может, поэтому он потянулся к ней? Кто знает, чужую душу разве поймешь?
    А уж неприязненно относится к дочери Марии, причин не было: девочка ведь не виновата ни в чем! За что же к ней относиться плохо? Такая хорошенькая, а умница: хорошо училась в школе, потом поступила на юридический факультет университета. Не самая подходящая для женщины специальность, но что поделать, новые времена, новые нравы.
    Потом было замужество, рождение ребенка, и та трагедия: осталась вдовой в двадцать четыре года! Тетя Соня искренне сочувствовала Иде, но кроме как посочувствовать ничем помочь не могла более. Хорошо, если бы с Пашкой Хмельником сложилось у них. Все ж неспроста он ее провожать взялся. Хороший простой парень, он и девочку ее примет, не обидит.
    -Тетя Соня, что вы так на меня смотрите пристально?
    -Да то я задумалась.— Она отмахнулась.

    На улице было темно, глухая ночь. Еще не отошли ночные заморозки, и ей казалось, что все звуки при заморозках становятся в разы громче. Она шла, стараясь ступать бесшумно, ее ботиночки на каблуках не были приспособлены для такой ходьбы, и продвижение усложнялось. Да еще этот проклятый темный переулок между двумя улицами казался бесконечным просто. Под ее ногами зашуршал гравий, Ида прижалась к дощатому забору спиной. Ей казалось, что от волнения сердце выпрыгнет из груди. Она осторожно выглянула из переулка. Никого. Черт! Отстала все же.
    -Поздно вы гуляете, Ида Демьяновна.
    Она вздрогнула и обернулась. В метре от нее стоял мужчина. В полумраке Ида не могла разглядеть его лица, да еще его скрывала кепка, надвинутая на глаза. Возможно, был ровесником, а может чуть старше. Ида постаралась как можно незаметнее нащупать финку прикрепленную на резинке у чулка под юбкой. Финку с ручкой, обтянутой кожей подарил ей перед отправкой на фронт Алеша. Ручку он делал сам, что бы она подходила для ее маленьких рук.
    -Не бойтесь.— Он сделал в ее сторону шаг.
    -А я и не боюсь.— Ида постаралась придать своему голосу твердость.
    -Боитесь. Я же слышу по голосу. Я вам не сделаю ничего плохого. Можете не искать нож под юбкой.
    -Откуда вы знаете мое имя?
    -Земля слухами полниться.
    -Можно было и не спрашивать. Наверное, весь город уже знает.
    -Смотря о чем.— Усмехнулся он.— Не стоит вам этого делать.
    -Да, многие говорят, что не стоит покупать замшевые сапожки.— Ида попыталась перевести на шутку.
    -Ида Демьяновна, вы зря шутите. Здесь все намного серьезнее, чем вы думаете.
    -Не сомневаюсь. Простите, но вы не представились.
    -Не стоит, я думаю. Но если хотите, зовите меня Капитаном.
    -Капитаном? Хорошо. А вы не боитесь так поздно гулять, Капитан?— Ида немного успокоилась. Похоже, незнакомец не собирается проявлять агрессию относительно нее.
    -Ничуть. Давайте я вас провожу до дома. Идите вперед, я прослежу, что бы вы нормально добрались до дома. Чего же вы ждете?
    Ида решила повиноваться. Похоже, не ее сегодня день, вернее ночь. Она прошла по переулку, чувствуя на себе взгляд Капитана. Уже дойдя до дома тети Сони, Ида обернулась: улица была пуста.

    Ида с силой швырнула папку на стол.
    -Ну че, Ид Демьяновна?— Заискивающе заглядывал в глаза ей задержанный, мужчина средних лет с простой рязанской физиономией. Ничего примечательного.
    -Как говорят мои подопечные: хана котенку: больше какать он не будет. Это про вас, гражданин Иванов.
    -Это не я, ей-Богу, не я попа убил!— Закричал он. Затем упал на колени перед ней.— Не губите, Ид Демьяновна!
    -Сядьте.— Холодно произнесла Ида— Помочь я смогу лишь в том случае, если вы будете правдиво отвечать на мои вопросы.— Ида села к столу, раскрыла папку и взяла в руки перо.— Где были в ночь с четырнадцатого марта на пятнадцатое? В городе?
    -Ага. Я Ид Демьянна, всю ночь спал.— Задержанный демонстрировал полнейшую готовность сотрудничать со следствием.— И на улицу не выходил.
    -Мне бы столь крепкий сон.— Вздохнула Ида.
    -Ага, спал крепко, даже гудки на заводе не слыхал.— Охотно отозвался он.
    -Кто может подтвердить ваши слова?
    -Так никто.— Быстро произнес он.
    -У вас слух как у пилота. Это же надо, живя от завода на другом конце города гудки слышать!— Хмыкнула Ида.— Врать не хорошо. Разве ваша мама не ознакомила вас в детстве с этой доктриной? Гудки вы могли слышать, если живете рядом с заводом. Но вы живете в другом месте. Следовательно, ночь вы провели поблизости от завода. Вопрос только с кем.
    -Я в гостях был, у Панковых.— Едва слышно произнес Иванов.
    -Сразу бы так. Значит, есть кому подтвердить ваше алиби?
    -Чего-чего?
    -Есть люди, которые подтвердят, что в ночь убийства отца Михаила вы были в другом месте?
    -Ну Панковы…Только это…товарищ следователь, вы к ним не ходите.— Он понизил голос.
    -Почему?— Ида подняла глаза, она и сама знала ответ на этот вопрос.— Гражданин Иванов, Федор Иванович, вам светит вышка за убийство с отягчающими и ограбление двух магазинов, а вы переживаете, что вам морду муж вашей возлюбленной набьет, уж простите за мой французский. По сравнению с перспективой получить пулю в затылок, это ерунда. В ночь, когда ограбили магазин, ночь с двадцать пятого на двадцать шестое, где вы были?
    -Смена моя на лесопилке была, бригадир подтвердит.
    -Это уже кое-что похожее на правду. Как зовут вашу даму сердца?
    -Алена Ивановна.
    -Она может подтвердить, что в ночь убийства священника вы были у нее дома?— Ида отложила перо.
    -Ага.— Радостно закивал задержанный.
    -Радоваться, Иванов, будем, когда вы через три года белой лебедушкой полетите домой.— Она встала.
    -Как через три года, Ид Демьянна?— Ошарашенно посмотрел он на нее.
    -А что же вы хотели, Федор Иванович, за кражу казенного имущества талоны на усиленное питание получать? Ткань из клуба в деревне Черноивановка попятили? Попятили. В комиссионку загнать пытались? Пытались. Что же вы хотите теперь? Это еще по ласковому. Молитесь, что бы так все и было.
    -Что тут у нас, Ида Демьяновна?— Архаров вышел из своего кабинета.
    -В принципе подружились.— Улыбнулась она, и повернулась к задержанному.— Верно, Иванов?
    -Будем дожимать.— Безапелляционно произнес майор.— Наш похоже.
    -Товарищ майор, я не уверена в этом.
    Архаров посмотрел на нее как на слабоумную. Похоже, он не привык к возражениям со стороны нижестоящих по званию. Он сдержался от возражения, ровным голосом, н не лишенным напряжения он произнес:
    -Улики на лицо, Ида Демьяновна.
    -Кусок ткани идентичной украденной в магазине не доказательство вины.
    -Ида Демьяновна, я старше вас, и опыт работы в угро у меня больше…
    -Возможно и так. Но оформлять гражданина Иванова я не буду. Я не позволю отправить на расстрел не виновного человека.— Она посмотрела прямо в холодные голубые глаза Архарова.— Конвой, увести!
    Архаров метнул на нее испепеляющий взгляд, и удалился.
    -Не его сегодня день.— Вздохнула Ида.
    -Похоже, вам удалось разозлить товарища майора.— Произнес молчавший до этого момента Павел. У девчонки видимо хороший тыл, если она смело перечит Архарову.
    -И это я еще не старалась.— Хмыкнула она, и уже серьезней добавила.— Я не позволю стрелять в затылок не виновному человеку.
    -Есть улики.
    -Павел Сергеевич, вы давно работаете в угрозыске?— Ида оперлась о стол, скрестив руки на груди.
    -Лет десять, это точно. А что?
    -А то.— Ида прошлась по комнате.— Как человек сведущий в наших делах, вы должны знать одну вещь. Бывает так, что все улики, все идет против человека, а душа протестует. Ты ясно понимаешь: не виновен. Думаю, сталкивались с таким.
    -Возможно.— Уклончиво ответил он.
    -Иванов для такого дела мелко плавает, да, спетлял от жены налево, да, мелкое ворье, но не убийца, не грабитель. И я это докажу.— Решительно произнесла она.

    Местному ресторану «Савой» явно было далеко до ресторана гостиницы «Савой». Как от Камчатки до Африки, как сказал бы ее ныне покойный муж. Несмотря на одинаковое название, с московским «Савоем» местный не имел практически ничего общего. Так, кабак с претензиями на ресторан.
    «Савой» в Москве стал для Иды судьбоносным местом. Там они с Димой познакомились. Ида по сути была случайным человеком. Ее позвали туда в последний момент. Присутствующие были старше нее, и от этого она чувствовала себя не уютно. Для себя тогда решила, что отсидит час и уйдет. Но когда появился Дима, вернее тогда еще Дмитрий Каюров, Ида изменила свое решение. В тот вечер они ушли вместе, вернее вышли вместе из ресторана.
    Он даже вызвал для нее такси до ее поселка, и оплатил его. Усаживая девушку в такси, он спросил:
    -Ида Демьяновна, вы позвоните позвонить вам?
    Ида тогда удивилась. За вечер он не проявлял к ней особого внимания: потанцевали пару раз, не более того. Так началось их знакомство.
    -Одна скучаете, Ида Демьяновна?
    Ида подняла глаза. На сей раз кепка не скрывала лицо, и даже в мерцающем полумраке Ида узнала его.
    -Что вы здесь делаете, Капитан?— Хотя чему удивляться, этот город не богат на развлечения.
    -Решил развеяться слегка. А что здесь забыли вы? Не самое подходящее место для такой девушки как вы, не находите?— Он сел за ее столик не дожидаясь разрешения.
    -Не нахожу. Я, кажется, не разрешала вам садиться.— Ида откинулась на спинку стула с потертой спинкой.
    -Я знал, что вы будете не против.— Улыбнулся он, он повернул голову.— Валя, вина!— Так что же вы забыли в этом гадюшнике, Ида Демьяновна?
    -Это общественное место, приходить сюда может любой.— Возразила она. Вот теперь она мгла разглядеть его получше. Тонкие черты лица, темно-рыжие волосы, темные глаза. Наверное, девушкам нравится.
    Перед столиком возникла молоденькая официантка в синем платье и кокетливом переднике с оборками. На подносе она принесла бутылку «Тамянки» и два бокала. Она с интересом поглядывала на Иду. Не сводя глаз с Иды Капитан достал из кармана кожаной куртки купюру, и зажав ее между пальцами протянул официантки:
    -Сдачи не надо.
    -Вы такой щедрый.— Хмыкнула Ида. Провинциальный парень решил покорить «столичную штучку», как сказал о ней Арсеньев. Но ее трудно было удивить показушной щедростью.
    -У Валечки ребенок маленький и мать лежачая.— Серьезно произнес он, откупоривая бутылку.— Давайте за встречу.
    -Можно.
    -Какая же чума вас занесла в этот город-днище, хотел бы я знать.— Он задумчиво смотрел на нее. Они уже успели осушить один раз бокалы.— Да и в угро тоже. Не место для такой женщины как вы.
    -Для какой «такой»?
    -Вы настоящая дама, а угрозыск не место для дамы и бандиты не подходящая компания.
    -Я сама решу, что мне нужно.— Довольно жестко сказала она.
    -Не горячитесь, Ида Демьяновна. Это мое мнение. Может, потанцуем?

    Ида села на край постели, и стала рассматривать помещение, освещенное тусклой лампой.
    -Вы будете пить, Ида Демьяновна?— Капитан чему-то смущался. Ида уже заметила, что чем ближе они подходили к его дому, тем более тихим и молчаливым делался ее спутник.
    Она обвела взглядом помещение. Узкая железная кровать покрытая тонким солдатским одеялом. Колченогий табурет у кровати. На окне патефон. Полка с книгами возле входа.
    -Да.— Ида кивнула.
    -Я сейчас. Я стаканы принесу.— Его смущение усилилось.
    Женщина встала и подошла к полке. Жюль Верн «Дети капитана Гранта», Фенимор Купер «Последний из Могикан», Майн Рид «Всадник без головы».
    -Что вы интересного нашли там, Ида Демьяновна?— Спросил хозяин, входя в комнату.
    -У меня были такие книги в детстве.— Она улыбнулась.— Только не на французском.
    -Вы знаете французский?— Он удивленно уставился на нее.
    -Да. У меня была хорошая учительница. А откуда у вас книги на языке оригинала?
    -Это от отчима на память осталось. Он сюда приехал из Франции светлое будущее строить. И его сюда прислали. Мне тогда года три было.— Капитан грустно улыбнулся, и вздохнул.— Посадили его в конце тридцатых как шпиона. Да ладно, что об этом говорить.— Он наполнил стаканы красным вином, которое в свете тусклой лампы казалось черным.— Давайте за встречу.
    Они осушили бокалы. Он взглянул Иде в глаза, затем поцеловал. Ида, словно в полусне, ответила на этот поцелуй, и почувствовала, как он легко подхватил ее на руки и понес к кровати. Выпитое видимо здорово дало в голову, и мысли были расплывчатыми и какими-то не ясными, словно тени в зимних сумерках. Она сюда пришла по доброй воле, и это логично, что все этим закончилось…Она не успела додумать мысль, как он прервал поцелуй, и поставил ее на пол, и как-то зло произнес:
    -Одевайся, провожу.
    -Куда?— Подобного поворота она не ожидала.
    -Домой. Что не понятного?— Он вытащил пачку сигарет, и закурил.
    -Что-то не так?
    -Да все так! Замолчи!— Его голос едва не сорвался на крик. Он тяжело опустился на кровать, пружины жалобно скрипнули. В темных глазах Капитана блеснули слезы.
    -Ты что?— Ида села рядом.— Что стряслось? Может, помочь смогу?
    -Да не поможешь. Мне никто не поможет.— Глухим голосом произнес он.— Подрался я по малолетству. Семнадцать тогда было. В общем…не мужик я теперь, понимаешь? Не могу я с бабами…
    -А зачем пригласил, целоваться полез?— Спросила Ида. Теперь понятно его смущение.
    -Понравилась очень.— Вздохнул Капитан.— Собирайся, провожу тебя.

    -Что-то наша Ида Демьяновна опаздывает.— Вздохнул Зенькович, листая газету.
    -Я не сомневаюсь. Гульки в «Савое» выматывают.— Мрачно произнес Хмельник.— Не выспалась видимо.
    Раздался громкий хлопок двери – из кабинета Архарова вышла Ида, она явно была вне себя от злости. Она прошла в комнату, где собрались притихшие коллеги, и звенящим от напряжения голосом, спросила:
    -Я должна как-то прокомментировать беседу с товарищем майором? Ироничные реплики из зала будут?
    -Не-а.— По-детски за всех ответил Михайлов.
    -Вот и прекрасно. А теперь займемся делом.— Ее щеки слегка порозовели. Движения были резкими, давало знать о себе нервное напряжение.

    За окнами сгустились сумерки, когда Ида начала собираться домой.
    -Ида Демьяновна, я вас провожу.— Хмельник поднялся из-за стола.
    -Я вас не обязываю к этому. И потом, еще ведь не поздно.— Ида видимо немного успокоилась, ее голос был ровным и спокойным.
    -Это моя инициатива.
    -По поводу инициативы как-то раз очень метко высказался мой подопечный. Грубо, но справедливо. Суть фразы в том, что инициатива совершает некие действия с инициатором.— Ида застегивала пуговицы пальто.
    -Ида Демьяновна, в городе не безопасно. Если вдруг что-то случится, каково мне будет жить с осознанием того, что я, скажем, поленился проводить девушку до дома вечером?
    -Хорошо, уговорили. Все, для того, что бы вы не чувствовали себя виноватым.— Хмыкнула она.
    Какое-то время они шли молча, затем Ида спросила:
    -Надеюсь, сегодня товарищ майор со мной разговаривал достаточно громко?
    -Возможно.
    -Это хорошо.— Кивнула Ида.
    -Что же здесь хорошего?— Павел уставился на нее. Ида явно имеет мощный тыл в Москве, иначе как объяснить то, что она не боится проявления гнева со стороны майора Архарова?
    -Вам всем не пришлось подслушивать под дверью. Слышно, я полагаю, было более чем хорошо. По версии товарища майора Москва прислала вульгарную ресторанную девицу в моем лице, которая ведет себя так, как ей заблагорассудится, и не подчиняется приказам. Здесь подразумевался тот факт, что я не желаю отправить на расстрел не виновного.
    -Мы, по крайней мере я, не подслушивал.
    -Понимаете, Павел Сергеевич, вы говорили о том, что если бы вы не проводили меня, я пошла домой одна, и со мной произошло что-нибудь плохое, вы себе не простили бы, так и я. Если к расстрелу приговорят не виновного человека, и приведут приговор в исполнение, я не прощу себе этого никогда. Как я смогу смотреть в глаза скажем родным осужденного?— Девушка серьезно посмотрела на него, замедлив шаг. Она вдруг улыбнулась.— Товарищ майор хотел позвонить моему начальству. Я ему сказала, что в таком случае, следует поторопиться: сегодня Андрей Викентьевич собирался с утра ехать в Министерство, и он может его просто не застать.
    -Ида Демьяновна, все же будьте осторожней в высказываниях, когда беседуете с товарищем майором.
    -То есть, когда он предлагал отправить гражданина Иванова на эшафот, мне следовало смиренно кивать головой?
    -Я не о том. Товарищ майор видимо говорил вам о посещении «Савоя»?
    -Даже пытался орать, словно потерпевший. Хотя я никак не могу понять, что же в этом факте криминального.— Ида пожала плечами.
    -Вы одинокая женщина.
    -И что же? Мне нельзя посещать «Савой»? Это общественное место.
    -Для вас это не желательно.
    -То есть если женщина одинока, она по вечерам должна сидеть дома, получается.— Ида посмотрела на него своими светло-серыми глазами.
    -Я не говорил этого. Но простите, в «Савое» вы выглядели несколько…
    -Как ресторанная девка.— Ида окончила его речь.— Ваш начальник менее стеснялся в выражениях. Давайте, Павел Сергеевич, скажите еще, что это не прилично!— Ида усмехнулась, забежала вперед, и начала пятится. Она покачнулась и изменилась в лице. Павел быстро поймал ее.
    -Спасибо.— Тяжело дыша, произнесла она.— Чуть не совершила перелет.
    -Вы были на грани того.— Кивнул он.— Здесь выбоина на дороге.
    «Талию двумя пальцами можно обхватить» -- сказал по поводу Иды его коллега Андрей. Теперь он лично мог в этом убедится. Ида старается быть жесткой но на самом деле хрупкая и нежная девушка, такую хотелось обнять и защитить от всех бед. Где-то далеко, наверное, за рекой в деревне, тянули унылую песню. Если нужно было ловить момент, то именно сейчас. Казалось, Ида ждала от него именно этого.
    Где-то совсем рядом раздались громкие и веселые голоса. Ида мгновенно вывернулась из его объятий, ее щеки слегка порозовели:
    -Нет, на грани я была дома у своего одноклассника.— Она усмехнулась, посмотрела куда-то в сторону. Мимо них прошла веселая и шумная компания.— Я так и сказала: «Василий, я на грани». Василий меня изначально не совсем правильно понял, но все же мы пришли к единому мнению. Роль сыграл в этом здравый смысл Василия.
    -Большую?
    -О да. Василий видимо прикинул, что больше проблем будет от меня.— Усмехнулась Ида.— Что же мы стоим, идемте же.
    -Идемте, Ида Демьяновна.— Несколько холодно произнес ее спутник. Остаток пути они проделали молча, Хмельник что-то буркнул на прощание, что-то вроде «до свидания», и ушел, не дожидаясь ответа.
    -Ида, ты?— Раздался из спальни голос тети Сони.
    -Ага, я. Тетя Соня, не бросайте открытые двери.— Она села на стул у старинного комода, покрытого кружевной салфеткой, на нем стояло свадебное фото ее матери и отчима. Тетя Соня перехватила ее взгляд.— Удивлялись – за чем тебе фото с ней? А мне что, красивая фотография!— Тетя Соня читала книгу лежа в постели. Отложив том, она спросила.— Тебя Пашка Хмельник провожал?
    -Да, а что?
    -Я подумала тут…Вы взрослые люди, пригласила бы его уже на чай. Я рано ложусь, твоя комната далеко, даже слышать не буду, чем вы там занимаетесь.
    -Тетя Соня, хватит уже.— Вздохнула Ида.
    -Ну не ходить же по улице все время вам. Да и не в бараке у него толочься.
    -Да не собираюсь я с ним нигде толочься. Я спать.— Ида встала. Ей стало жарко, когда она вспомнила, как Хмельник сегодня обнял ее.
    В своей комнате она переоделась в ночную рубашку, распустила по плечам волосы, и с наслаждением растянулась на мягкой постели. Часть стены была выложена кафелем, там где печь, и от нее шло тепло, которое убаюкивало, но сон не шел.
    Она встречалась с мужчинами после гибели мужа, доходило и до поцелуев, но в такие моменты ей было все равно, она могла думать о чем угодно: о совещании, о том, что Наташе нужно купить сапожки, о том, что нужно купить домой хлеб, мысли были далеко, никакого удовольствия от этого она не испытывала. Видимо, мужчины чувствовали это, и по этому отношения были не долгими.
    Лишь с одним мужчиной она забывала в такие моменты обо всем, это был ее муж. Ида хорошо помнила, тот их первый поцелуй. Они возвращались с последнего сеанса в кинотеатре. Ида обещала вернуться до десяти вечера, а стрелки часов уже подбирались к половине одиннадцатого. Отчим наверняка устроит выволочку.
    Они шли по заснеженному скверу, словно в дымке, тускло горели фонари, кружась, словно в вальсе тихо падал снег, других прохожих в такое позднее время не было.
    -Не замерзла, Ида?— Спросил он, она держала его под руку.
    -Нет.— Ида покачала головой. Они уже в третий раз ходили в кино, и она не могла понять своего спутника. Он вел себя с ней, как и полагается вести себя взрослому мужчине с хорошими манерами с девушкой. Ида не могла понять, нравиться она ему или нет. Дмитрий приглашал ее на танцы и в кино, они гуляли по Москве, но он не делал попыток к сближению.
    -Он тебя соблазнить хочет.— Безапеляционно сказала Лелька, с которой Ида поделилась своими переживаниями.
    -Так он ни разу не попытался даже поцеловать.
    -Выжидает.— Серьезно произнесла подруга.— А потом раз, и все.
    Возразить было нечего. Поклонники Иды, местные ребята из Подмосковья вели себя не так. Одному из них даже пришлось влепить звонкую пощечину, дабы не распускал руки.
    -Будем ловить для тебя такси.— Улыбнулся Дмитрий.— Уже поздно, не хочу, что бы ты добиралась электричкой, опасно.
    Ида кивнула. Они уже дошли до конца парка, вышли на малолюдный в это время Арбат. Она заметила, что Дима на нее как-то странно посмотрел, затем притянул к себе и поцеловал. Ида в тот момент забыла обо всем. Целовал он совсем не так, как раньше целовали ее ровесники, ребята из подмосковных поселков.
    После его гибели она чувствовала, что в душе что-то умерло, даже не возникало желания быть с мужчиной. Но сегодня что-то изменилось. Хмельник тогда не поцеловал ее – помешало появление шумной компании, о чем Ида сейчас пожалела. Нет, наверное у нее просто никого не было давно, просто захотелось ласки, внимания, не более того.

    Погода была очень ветреной. Павел поежился от пронизывающего холода, и поднял воротник куртки. Ида стояла рядом, постукивая полусапожками из замши.
    -Ида Демьяновна, у вас явно ботинки не по погоде.— Заметил он.
    -Мне не холодно.— Ее голос дрожал, она пошла в сторону стоявшего на обочине грузовика почты, обходя ящики и мешки, разбросанные рядом.— Что у нас, Иван Адамович?
    -Ничего хорошего, Ида Демьяновна.— Эксперт вздохнул.— Тот же пиковый туз.— Он показал игральную карту.-- И никаких следов.
    -Паршиво. Примерное время смерти водителя и работника почты?
    - 14.23.
    -Спасибо. Мне это уже не нравиться. Что мы можем еще испортить сегодня?— Она повернулась к Арсентьеву.— Товарищ капитан, komm zu mir, Baby.
    -В смысле?— Оживился Андрей. Надежда, на то, что Ида проявит благосклонность, все же была.
    -В прямом. Идем в деревню. Может там что-то слышали.— Она махнула рукой в сторону дощатых домиков, из печных труб которых тянулись к небу сизые нити.
    -Да уж.— Вздохнул Михайлов, -- разворотили они тут. Прям не уловимые.
    -Да.— Мрачно кивнул Хмельник, наблюдая, как удаляется по грунтовой дороге Ида и Арсентьев, он размахивал руками, что-то рассказывая, Ида кивала в ответ. Какое-то не приятное чувство подняло голову со дна души. Было не приятно, что Ида попросила Арсентьева.
    -Павел Сергеевич, даже не думайте.— Произнес Зенькович, который подошел к нему.
    -О чем?
    -Андрей Николаевич, как мужчина, Иде Демьяновне не интересен, поверьте.
    -Мне-то что до этого?— Равнодушно произнес он. Интересно, что же рассказывал Арсентьев Иде?
    -Вам виднее. Ей нравиться другой человек.
    -Кто, интересно?— Хмыкнул Хмельник.
    -Пока лишь версия, могу ошибиться.— Он улыбнулся.— Боюсь, для нас хуже, если это гастролеры.
    -Для нас, Иван Адамович, хуже, если мы в ближайшее время дело не раскроем. Вот тогда нам всем придется намного хуже. В том числе и Иде Демьяновне, и ее покровители не помогут.

    Ида поставила перед собой чашку с чаем, и вздохнула:
    -Что будем делать, товарищи? Панкова отрицает, что они с Ивановым дружили организмами в ночь ограбления магазина. А если так, алиби нет. И нашему котенку, то есть гражданину Иванову, все так же: хана.
    -Может, так и было?— Выдвинул версию Михайлов.
    -Сначала охотно говорила об Иванове, потом когда я задала вопрос, замолчала вдруг, испугалась, начала отрицать. Боится, что муж не обрадуется ее похождениям на этом поприще.— Вздохнула Ида.
    -Тогда оформлять Иванова.— Произнес Арсентьев.
    -Конечно. Оформим, передадим в суд, дадут Иванову «вышку», получим благодарность, а через три дня новое ограбление, вот здорово!— Ядовито произнесла она.— Вы может, и рады сбагрить дело с рук бегом, а я не виновных под суд отдавать не привыкла.
    -И как, по-вашему, нам заставить гражданку Панкову сказать правду?— Спросил Арсентьев. Похоже, не дождаться ему в данном случае благосклонности. Ида оставалась холодна к его знакам внимания.
    -Не знаю пока.— Она покачала головой.— Надо подумать. Вернемся к другим нашим баранам. Что там по ограблению почтовой машины, кроме как ничего?
    -Ничего.— Вздохнул Хмельник, и спросил, — А что вы с Андреем Николаевичем выходили, Ида Демьяновна?
    -Гражданка Никанорова, а в народе более известная, как баба Глаша слышала около половины третьего пополудни глухие хлопки со стороны поля, а минут через двадцать проехали люди на мотоцикле.
    -Ага, зацепка есть.— Радовался Арсентьев.
    -Да есть.— Вздохнула Ида.— Только вот видела Никанорова их издалека, и ни особых примет, ни номерных знаков не углядела. Но будем работать с тем, что у нас есть.
    Павел внимательно посмотрел на Иду. Она совсем не похожа на Настю. Ничего общего, ни в характере, ни в облике. Та была темноволосой и темноглазой, какое руководство, голоса ее не слышно было, во время застолий на праздники. Тихая и кроткая. Кто бы мог подумать, да и он не мог, как она поступит. После того случая, он не мог смотреть в сторону женщин.
    Говорят, время лечит. Ни черта. Боль только притупляется, и все. Он знал, что не забудет ничего. Ни приоткрытую дверь, ни разбросанные вещи по комнате, ни лицо жены, ни ее фразу, когда он сказал, что уходит:
    -Паша, я думала, мы перебесимся с тобой.
    Он немного отошел потом, но с женщинами отношения более чем на пару недель не затягивались. Едва только женщина начинала заговаривать о том, что бы оформить отношения, он уходил сразу. Зачем вновь переживать подобное?
    -Товарищ капитан!— Голос Иды вывел его из воспоминаний.— Вы знаете, в поселке, где мы проживаем, если долго смотреть в одну точку, можно услышать: «че уставился?». Как бы, помягче, у вас спросить об этом?
    -Да я задумался.
    -Это да, есть о чем задуматься.— Вздохнула Ида.

    Ида прохаживалась между разбросанными коробками с посылками и мешками с письмами, поглядывая на наручные часы.
    -Это как понимать, Ида Демьяновна?— Не довольно спросил Архаров.— Кто автор затеи?!
    -Мы. Я и оперуполномоченный капитан Хмельник.— Объяснила Ида.— Есть одна мысль.
    -Какая же?— Спросил Архаров довольно ядовито. Ему эта пигалица из Москвы не нравилась категорически, позволяет себе невесть что, считает, что все знает.
    -Из показаний Никаноровой со стороны поля глухие выстрелы прозвучали в половине третьего, а минут через двадцать проехал мотоцикл, на котором ехали двое мужчин.
    -Убийцы.
    -Я так не думаю.— Произнесла Ида самодовольно.— Сколько нужно времени, что бы распотрошить коробки? Уже полчаса ребята потрошат, а конца края не видать. Убийцы проехали по дороге, но проехали намного позже.
    -Ида Демьяновна, кончайте ерундой заниматься, принимайтесь за дело! Это приказ.— Он ушел в свой кабинет.
    -Павел Сергеевич, могли бы поддержать меня.— Она с укором взглянула на Хмельника.— А то как провести эксперимент, так вместе, а как отстоять точку зрения, так я одна.
    -Ида Демьяновна, я вас поддержал в этом начинании. Допускаю, что вы правы в этой версии.— Он вздохнул.— Давайте не будем исключать гастролеров.
    -Откуда гастролеры знали, что сегодня будет ехать почтовая машина, время и маршрут? Может, все же местные?
    -Вижу, вам эта версия больше всего нравится.— Хмельник сел к столу.— Вы так отстаиваете ее.
    -Я, по крайней мере мнение свое отстаиваю, в отличии от вас.— Ида начала злиться.
    -Нет, Ида Демьяновна, вы его не отстаиваете, вы его стремитесь навязать.— Он скрестил руки на груди.— Аргументы у вас хилые.
    -Можно подумать, у вас аргументы доказательствами подкреплены!— Она повернулась к двум младшим сержантам.— Что стали? Давайте дальше разбирайте!
    -Нет. Я лишь высказываю свое предположение, а вы усердно настаиваете на своем.— Он усмехнулся, появились несколько морщин у глаз.— Вот почему не люблю женщин в милиции.
    -Почему?— Ида оперлась о стол.
    -Обидитесь, но я скажу. Вы, женщины, не можете мыслить логически, просто не выстраиваете цепочку, и не делаете логических выводов. Вы вцепились как Бобик в газету в версию о том, что это были местные, вам она нравиться, а другую версию вы и слышать не желаете. Не люблю в женщинах это упрямство.
    -А я не люблю, когда мужчина считает что он прав, потому что он мужчина.
    -Ида Демьяновна, я старше вас, и опыта работы у меня больше. Поверьте, не все так однозначно.— Он подавил вздох. Лучше бы молчал уже.
    -Намекаете, что у меня нет ума?— Ида нервно стала крутить в руках карандаш.
    -Я ни на что не намекаю. Я пришел в УГРО, когда вы еще сидели за школьной партой, у вас просто нет того, что есть у меня.
    -Да, это так, не спорю. Но как то, что есть у вас, и чего нет у меня, помогает вам в работе?— Она ехидно улыбнулась.— Скорее мешать может: надо думать о работе, а то, чего у меня нет, о женщинах думать заставляет.
    -Вам не стоит беспокоиться, Ида Демьяновна: вы не входите в число женщин, о которых я думаю.
    На секунду Ида замолчала, потом резко повернулась, и напряженным голосом сказала:
    -Сколько там коробок еще осталось? Долго копаться будем?!

    Они шли молча по темной улице. Где-то не далеко раздавались веселые голоса, играл патефон.
    -Пир во время чумы.— Произнесла Ида, и икнула.— Извините.
    -Бывает.— Небрежно отмахнулся Хмельник. День рождения Зеньковича удался. Правда, Иде похоже было слегка лишним. Он пошел ее проводить.— Давайте через посадку, так ближе.
    -Хорошо.— Ида ощутила, как его шершавая широкая рука сжала ее маленькую руку с тонкими косточками. Он повел ее за собой. Голова довольно сильно кружилась.— Что нам делать с Ивановым? Архаров настроен его на вышку отправить.
    -Есть одна мысль, но нужна ваша помощь.
    -Хорошо, все что смогу. А что нужно делать?
    -Ничего.— Он улыбнулся.— Подыграете мне.
    Они шли по дорожке, Хмельник шел чуть впереди, Ида на шаг отставала. Сама она наверное не пошла бы через посадку. Впереди в свете луны она увидела кресты и ограды кладбища, и приостановилась.
    -Идемте, не бойтесь.— Павел потащил ее вперед.
    -Я не боюсь.
    -Боитесь, еще как. Дрожите.
    -Ничего подобного, я и сама могу дойти!— Она высвободила свою руку, и пошла вперед. Павел нагнал девушку, и поймал за локоть.— В чем дело?!
    -Ида Демьяновна, давайте не будем сегодня выяснять, у кого же из нас больше сила воли. Я сказал, провожу. Значит, провожу.
    Где-то в ветвях деревьев раздался шорох. Ида испуганно вскрикнула, и прижалась к нему.
    -Это птица, не пугайтесь.— Хмельник посмотрел на Иду. В лунном свете она казалась какой-то загадочной и притягательной. Тонкие черты лица, порода. Он готов был поспорить, что в роду у нее были «из бывших». Он обнял ее.
    -Значит, на мотоцикле ехали не наши грабители?— Спросила она смущенно. Ида почувствовала, как его руки прошлись по ее телу, и вздрогнула. Ничего подобного ни с одним мужчиной кроме Димы она не испытывала, и думала не испытает уже.
    Капитан Хмельник взял ее двумя пальцами за подбородок и поцеловал, сначала осторожно, потом сильнее. Наверное, у него кто-то есть, такие мужчины в одиночестве долго не остаются.
    -Зачем ты так себя ведешь?— Павел провел рукой по ее щеке.
    -Как?
    -Почему такая упрямая, боишься, показаться слабой? Ты очень красивая женщина, Ида.
    Она отвесила звонкую пощечину, и отскочила в сторону.
    -Сдурела?!— Он потер щеку, которая горела от удара.
    -Рук не распускайте.— Ида застегнула пуговицы на своем весеннем пальто. Ее взгляд вдруг остановился на могиле, у которой они стояли.— Павел Сергеевич, вы говорили, что кладбище заброшенно уже много лет.
    -Да, а что?
    -Посмотрите на эту могилу.— Она присела на корточки.
    - «Тимофеева Анна Афанасьевна». И что?— Он пожал плечами,— баба Нюра пробегала до девяноста лет, всем бы так!
    -Какой вы не внимате

    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Настасья Михайловна
    Категория: Детектив
    Читали: 37 (Посмотреть кто)

    Размещено: 7 декабря 2016 | Просмотров: 56 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.