«    Май 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 0
Отсутствуют.

Гостей: 52
Всех: 52

Сегодня День рождения:

  •     ant (17-го, 36 лет)
  •     lory_dvain666 (17-го, 28 лет)
  •     mgvrez (17-го, 43 года)
  •     PoliNochka (17-го, 32 года)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Флудилка Поздравления 1822 Safona
    Стихи Сырая картошка 15 Мастер Картошка
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 2758 Кигель
    Флудилка На кухне коммуналки 3073 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 709 Моллинезия
    Стихи Гримёрка Персона_Фи 30 ФИШКА
    Флудилка Курилка 2279 ФИШКА
    Флудилка Время колокольчиков 220 Мастер Картошка
    Конкурсы Обсуждения конкурса \"Золотой фонд - VII\" 8 Моллинезия
    Конкурсы Конкурс \"Золотой фонд - VII\" 47 Сталь.

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    Я за мир в Украине

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    О добре пиши. Часть вторая.

       День опять клонился к вечеру. Вова и Валера подъехали к моему дому на велосипедах и без стука и приглашения ввалились ко мне. Ну, у нас так было принято. Правда, благодаря такой фамильярности, они застали весьма странную картину:я стоял посреди комнаты с отсутствующим взглядом и совершал руками плавные движения лунатического характера. Друзья даже приостановились в дверях.

       - Надо было ему вчера врачей вызвать. Надо было, - сказал Вова.

       - Да и сейчас не поздно, - согласился Валерка.

       Я вернулся из высших сфер в бренное тело и, кажется, даже слегка покраснел от смущения, словно они застали меня за чем-то интимным.

       - Привет, - засуетился я, пытаясь скрыть неловкость. – Чего в дверях встали, проходите. Лимонаду холодного достать?

       - Давай, - Валера шагнул было вперёд, но Вова его притормозил.

       - Стопе. Не подходи к нему, вдруг он буйный.

       - Да ладно, не докапывайся, - усмехнулся Валера, подошёл ко мне и поздоровался за руку.

       - Не, реально, это что было? – упёрся Вова.

       - Да проходи ты, всё нормально, - улыбался я, понимая, что тот просто прикалывается надо мной. – Просто описываю сцену одну, там неоформеры в рукопашной сошлись. Вот я и представляю себе, как это происходит, понимаешь? Отрабатываю движения, удары…

       Сказав это, я понял, что попал. Взгляд друга стал гораздо добрее. Всем своим видом: снимаемой рубашкой, разминочными движениями, он выказывал стремление помочь мне. Вова занимался различными единоборствами и боевыми искусствами. Ездил на чемпионаты, с последнего его на полгода дисквалифицировали. А дело было так. Вышел он против одного своего сверстника, начал его мутузить – красиво, как учили. Видя в Вовке силу необоримую, прибегнул коварный враг к приёму подлому – по самому больному месту ножкой приложился. Развели их, супротивнику Вовкиному внушение сделали, ему самому посочувствовали, продолжили. И вновь супостат вообразил себя мышкой могучей, коя хвостиком такие яйца бьёт, что ни одному деду с бабкой не под силу. Откачали друга моего, недруга его сильно поругали, опять свели. Короче, после третьего раза Вован слегка озверел и измолотил поганца всеми запрещёнными приёмами, о чём сам рассказывал с превеликим удовольствием.

       - Давай я тебе пару приёмчиков покажу, - добрым голосом предложил он.

       - Не надо мне твоих приёмчиков, - я уже встал в защитную стойку.

       - Почему? – он переступал с ноги на ногу, делая обманные движения. – Тебе надо расти, как писателю, а для этого надо знать жизнь, знать то, о чём ты пишешь, пройти через всё это.

       И началось. Я кружил, отступал, нырял, блокировал, контратаковал. Друг мой сильно на меня не налегал, но нет-нет да и пробивал мои блоки или ловил меня на контрвыпадах.

       - Лимонад где? – спросил Валера, открывая холодильник. – А, всё, вижу.

       Он, не обращая внимания на учиняемое мне избиение, достал бутылку, уселся на диванчик и взял со стола тетрадь.

       - Продолжение?

       - Да, - коротко выдохнул я на ударе, от которого Вова легко ушёл.

       - Чё он там опять накропал? Вслух читай, - попросил он, делая мне подсечку. Грохнулся я основательно, начал заводиться. Валера устроился поудобней.

       - Ну и почерк у тебя, - буркнул он. – Так. Саде… Сидес…

       - Сидесвип, - помог я ему выговорить имя персонажа, попутно соображая, что имена надо сделать попроще.

       - Попроще имена придумать не мог? – в унисон моим мыслям спросил он. Я промолчал, блокируя удар снизу коленом и пропуская лёгкий, щадящий удар в ухо.

         «…Сидесвип, капитан федеральной группы «Стражи», стоял на краю огромной посадочной площадки, на которую, недалеко от него, приземлялись транспортёры двух штурмовых батальонов Гидрадрэйда. Из кабины последнего выпрыгнул сам капитан «Антиробов» и взмахом руки прочертил невидимую линию, вдоль которой в пять шеренг стали выстраиваться неоформеры. Страж подошёл к нему и встал рядом. Некоторые неоформеры имели повреждения от пуль, клыков, когтей, клинков…»

       - Прям стихи, - отвлёкся Валера. – «От пуль, клыков, когтей, клинков». Куснул, стрельнул и был таков.

       Мы с Вованом замерли в боевых стойках, переводя дух.

       «…Кто-то шёл, припадая на перебитую ногу, у кого-то безвольно висела полуоторванная рука. У одного «КО» на правом боку были начисто содраны внешние бронепластины и были видны погнутые рёбра каркаса. Битва была нешуточная.

       - Как там? - спросил Сидесвип.

       - Когда мы пришли, стало жарко, - ответил Гидрадрэйд. – Когда уходили, там был ад. Они бьют друг друга прямой наводкой.

       Сидесвип обвёл взглядом транспортёры. Их было 6.

       - Где ещё четыре машины?

       Антироб понял его.

       - Три машины оставили Блэку. Только отошли от комплексов, одну машину разнесло прямым попаданием. Потом «ТТ» нас прикрыли, проводили до планеты. 25 бойцов накрыло одним махом. У меня осталось 86 «КО» а 39 «КА»…

       - Серж, что это – ТТ, КО, КА? – спросил Валера.
      Я чувствовал себя Александром Македонским, пытаясь делать несколько дел одновременно - отбиваясь от Вовы, возобновившего свои атаки, мысленно перекладывая наши движения на бумагу и отвечая Валере.

       - «ТТ» - «Таран Тяжёлый». Тяжёлый орбитальный бомбардировщик. Обладает защитой в виде силовых полей, поэтому часто используется для прикрытия транспортов. «КО», «КА», «ФО», «ДД», «БК» - боевые неоформеры-оборотни различных типов.

       - Почему оборотни?

       - Трансформируются из роботов в динозавров.

       - Детский сад, - хохотнул Вова.

       - Так, я тебе ещё раз говорю, не нравится, не читай! – я провёл серию ударов, пару из которых он, не ожидая от меня такой прыти, пропустил.

       - Да нет, просто не понятно, что к чему, что чего означает, - примирительно сказал Валера.

       - Так сначала читать надо, а не с середины.

       - Ну, это да.

       «…Повреждённых бойцов отправили в рембригаду, остальных в арсенал, пополнить боезапас. Гидрадрэйд ушёл в командный центр. Сидесвип смотрел ему вслед, автоматически по внутренней связи проверяя посты планетарной противокосмической обороны – он возглавлял службу охраны. Но думал он о другом:
       « Когда мы пришли, стало жарко. Когда уходили, там был ад»...
       А там действительно был ад и Блэк находился в самом его центре. Орбитальные боевые комплексы «диких» ударили прямой наводкой одновременно. «ФО» успели развернуть свои комплексы немного быстрее и их залп грянул на секунду раньше.
        Что такое вообще боевой автономный комплекс орбитальной защиты? Представьте себе орбитальную станцию больших размеров, оснащённую защитой всех типов – броня, силовые поля, генераторы плазменных щитов, системы радиоподавления. Плюс вооружение – ракетные устаномки, лазерные батареи, орудия – от крупнокалиберных скорострельных многоствольных пулемётов до орудий различного калибра. Эти сооружения предназначались изначально для защиты планеты от проникновения на неё посторонних объектов из космоса. Один комплекс мог отслеживать ситуацию и эффективно прикрывать примерно восьмую часть полушария планеты. Десяти грамотно расставленных орбиталок было достаточно для надёжной защиты.

      «Дикие» неоформеры, взбунтовавшиеся против Империи Сталкера и теперь уничтожавшие всех неоформеров без разбору, загнали их остатки сюда, на Форпост. Здесь остатки «Тройственного союза» - трёх военно-промышленных блоков «Элита», «Империя» и «Федерация» заняли оборону, пробить которую «дикие» так и не смогли. Учитывая, что альянс может в любой момент собраться с силами и нанести ответный удар, они сняли с орбит практически всех планет системы боевые комплексы, перегнали их сюда и, развернув в сторону планеты, перепрограммировали боевые системы. Теперь никто не мог подняться выше стратосферы – удар из космоса был безжалостен и сокрушающ. Сколько было комплексов на орбите Форпоста, никто не знал. Семь звёздных систем, сорок одна освоенная планета. И отовсюду были согнаны эти кибер стражи. Они висели стальной сферой и смотрящему из космоса казалось, что это сама планета выросла в объёме в два раза и покрылась сталью.
       И, представьте себе, как эти бронированные монстры – десятки, сотни одновременно – нанесли друг другу удар прямой наводкой всеми имеющимися средствами ведения огня.     Комплексы, находившиеся по периметру с обеих сторон, разнесло в клочья за считанные секунды. «ТЛ» и «Фантом», бросившиеся было на выручку, спешно отступили – обломки гигантских боевых комплексов, разлетавшиеся от взрывов чудовищной силы на бешенной скорости, грозили смести их. Боевые комплексы из второй линии обороны подтянулись поближе и били в центр. Ситуация для Блэка становилась критической. Нужно было покинуть захваченные объекты, пока их не уничтожили, но только отсюда он мог эффективно управлять боем. Необходимо было удержать хотя бы часть территории. Блэк думал об этом, продолжая вести огонь. Напротив него завис комплекс из второй линии обороны. Блэк только что управился с одним противником и теперь нужно было довернуть свой комплекс на 15°, чтобы взять на мушку нового соперника. Не успел. Сокрушительный удар выбил его из кресла управления, швырнул на экраны и офицер имперской группы «Оборотни» отключился...

       На Форпосте уже несколько часов никто не выходил из подземных укрытий. Тысячи тонн разорванного, искорёженного металла обрушились на планету, сметая всё, что находилось на её поверхности. Мелочь сгорала в атмосфере и она полыхала огнём, перечёркиваемая яркими штрихами резавших её крупных обломков. Земля дрожала от тяжёлых ударов. Связь с войсками на орбите была почти нулевой, помехи забивали весь эфир. Пробиться сквозь эту стену взвихрённого металла казалось невозможным».

       Валера отхлебнул лимонаду. Я краем глаза увидел в окно белое пятно перед калиткой дома. Повернул голову, замер и пропустил крепкий удар под дых.

       - О… Извини, - сказал Вова. – Как ты? Нормалёк?

       Я скрючился возле стола, пытаясь глотнуть воздуху.

       - Вован, ну аккуратней, - сказал Валера. – Забьёшь таланта раньше времени.

       - Да я нечаянно. Он застыл резко…

       - Оля… Оля сюда… - пытался выговорить я.
       Вовка глянул в окно. Оля входила в калитку.

      - Пацаны, не слу… не в службу, слиняйте.

       Команду «шухер!» они всегда выполняли чётко и быстро. Сразу поняв, что я хочу остаться с Оленькой наедине, пацаны даже не стали тратить время на подколки. Вова подхватил свою рубашку, и они с Валерой вывалились в окно с другой стороны дома.

       Я плюхнулся на диван, взял в одну руку тетрадь, в другую бутылку лимонаду и сделал вид, будто тихо-мирно сижу, читаю.

       - Мальчики, ау! – Оля заглянула в дверь.

       - Оль, заходи, - сказал я.

       - А где ребята? – Оля вошла немного смущённо, словно в первый раз.

       - Какие ребята?

       - Ну, там я велики их видела…

       - Где?

       - У калитки, - Она глянула в окно и по её лицу я понял, что никаких великов там уже и в помине нет. А лёгкий шорох у стенки едва не заставил меня расхохотаться – пацаны ползли вдоль дома с велосипедами, направляясь к калитке, ведущей из задней части сада к лесу.

       - Не знаю, никого не было, - изобразил я лёгкое удивление. – Я тут один.
       Она с подозрением посмотрела на меня: я был взъерошенный и запыхавшийся, что как-то не вязалось с моей расслабленной позой и тетрадкой в руке. Но, что мне было в ней непонятно, и, в то же время даже нравилось, то ли она была дурой, то ли наоборот - умела не заморачиваться по пустякам.

       - Один? Это хорошо, - почти пропела она, подходя ко мне. Походка её сразу стала уверенной и грациозной. Наклонившись, она поцеловала меня в губы.

       - Ну, здравствуй, Серёжа.

       - Ну… Здравствуй.

       Чёрт, я просто идиот. Чего я теряюсь – моя девушка пришла ко мне, да ещё такая ласковая, а я мнусь и мямлю. Да ещё после того, что между нами было. Я потянулся к ней, чтобы обнять, но она выхватила у меня тетрадь и легко увернулась.

       - Что читаешь? – Она отошла от дивана. Я, так и не дотянувшись до неё, грохнулся на пол. – Так-так. Она открыла тетрадь наугад.

      «…«БТ», охранявшие лифт, не ожидали атаки сверху».

       - Что ж они так? – Оля глянула на меня через плечо. – На них сверху, а они ни сном, ни духом?

       - Блин, - хмуро буркнул я, поднимаясь с пола, - почему все, кто начинает читать мои записи, сразу начинают меня подкалывать?

       - Я не подкалываю, я уточняю. Я, например, от тебя вполне ожидала атаки… сверху.

       Сказано было так, что у меня по телу прошла горячая волна. Ох, Оленька, ох, чертовка.

      «…В первый момент, когда с высокого потолка на них свалились крылатые «ФО», они замешкались, не решаясь открыть огонь, из опасения перестрелять друг друга, но через секунду уже повыхватывали мечи. «ФО» были меньше и легче, они бросались на противника и пытались разодрать ему грудь, добираясь до энергоблока. «БТ» рубили и кололи их, раскалывая головы и срезая крылья. Справиться с пятью «ФО» не представляло для них особого труда, но отвлёкшись, они не успели вовремя среагировать на появление «КО», принявших форму диноботов и диким, неуправляемым стадом, с разбегу врезавшихся в толпу дерущихся. Они опрокидывали «БТ» на пол, поддевали их на рога, сшибали с ног мощными ударами сильных шипастых хвостов. Крепкие лапы с размаху обрушивались на упавших, проламывая грудные клетки и сминая рёбра…»

       - Фу, какая гадость, - поморщилась Оля. – Кровь, переломанные кости…

       Я подошёл к ней и хотел обнять её за плечи.

       - Никакой крови там нет. Это роботы, машины. Сталь и энергия.

       Она увернулась, обошла стол и показала мне первую страницу тетради, где крупными буквами было написано «Хроника живых машин».

       - Видишь? Живых. Они чувствуют, любят. В начале интересно было, когда Флэш в Кэт влюбился. Вот это было здорово. Такая романтика... Стальные души в унисон пульсировали в свете звёзд… Кажется так?

       Блин, она не забыла. Да, начинал я «Хронику» ещё давно, когда писал ещё совсем… наивно. Перечитывая написанное там, я просто смеялся. Но Оле понравилась романтика первой части. Там один из неоформеров Флэш влюбился в «кибера энергетического типа» - Кэт. Они любили друг дружку, но потом оба погибли в только-только разгоравшейся войне между блоками. Короче, бред полный.

       Я перепрыгнул через стол и наконец-таки сжал её в объятьях. Она прикрыла губы тетрадкой.

       - Они любить могут, чувствовать. А ты их убиваешь. Дурачок.

       Её глаза блестели и смеялись. Я выкинул чёртову тетрадь в окно и поцеловал Олю в губы. Чувствуя её ответ, её руки, обнимавшие меня, я был счастлив. Она слегка отстранилась.

       - Лучше стихи пиши. Кстати! – она шлёпнула меня ладошками по груди. - Спой мне ещё раз свою песню, которую ты тогда пел.

       - Оль, - я отпустил её, - да не умею я петь.

       - Тогда же пел. И неплохо пел.

       - Тогда я спьяну всё неплохо делал, - отмахнулся я.

       - О, это да, - она многозначительно опустила взгляд вниз. – И очень даже неплохо.

       Я снова попытался её обнять, но она упёрлась в меня руками.

       - Ну, спой!

       - Оль, ну там она к месту была: ночь, костёр и узкий круг друзей… А сейчас как-то не то.

       Мы тогда, на вечеринке, вышли во двор, сели у костра, на котором жарили шашлыки и пели песни. Сначала те, что могли вспомнить, потом Валера попросил меня спеть мою песню про Афган.

        Визг рикошетов, бетон аэропорта,

        Осколки стекла на взлётной полосе.

        Бьют пулемёты безжалостно и точно

        И слева мёртвый друг лежит в росе

        Но справа друг живой кивнул мне головой:

        « Держись, браток, пройдём мы этот ад».

        Мы выиграем бой, вернёмся мы домой,

        Как только пулемёты замолчат…

       Припев пацаны, знавшие уже эту мою песню, пели со мной и потом сурово молчали, когда шли куплеты о возвращении павшего героя.

        А друг вернётся скоро, его мы встретим скорбно

        И гроб его тяжёлый на плечи примем мы…

        Салют ударит в небо. По горстке кинем землю

        И выпьем мы за упокой души…

       Петь я действительно не умел, да и на гитаре играл немного коряво, но в подвыпившей компании имел успех. Когда песня закончилась, девчата стали приставать, чтобы я спел что-нибудь «о любви». Я поломался немного, но все же признался, что у меня есть и такие песни. 

       - Ну, Серёжа!

       - Ладно, ладно, спою, - я просто не мог ей отказать.

       Найдя гитару (как мы её тогда не спалили вместе с дровами), я вернулся в комнату. Оля сидела на диванчике, поджав ножки. Я сел рядом, перебрал струны, немного поднастроил инструмент и глубоко вздохнул.

       - Ну… Не обессудь.

      Оля ободряюще улыбнулась. Я нащупал нужные аккорды и запел.

        Ночь, костёр и узкий круг друзей

        И всё у нас идёт, как надо.

        И ты ничья и я пока ещё ничей

        И отводить не надо взгляда.

        Плывёт луна в безоблачной ночи

        И звёзды светят нам беззвучно.

        Глядим в глаза друг другу я и ты.

        Мы будем вместе безразлучно.

        Как струны вдруг откликнулись сердца

        И звук их слился воедино

        В волшебный круг сомкнулися уста

        И ты шепнула мне: « Любимый…»

      Оля смотрела на меня и непередаваемое мерцание тёплых искорок в глазах любимой женщины завораживало меня, напрочь отрезая весь остальной мир от моего восприятия.

       - Ну вот, - тихо сказала она. – А говоришь, что петь не умеешь.

       - Я всё умею, - сказал я, отложил гитару, встал и поднял свою девушку на руки. Она и не думала сопротивляться. Я нёс её в спальню, и душа моя пела самые красивые песни в мире…

       Уже ночь проступала в небе огоньками далёких миров, когда я сел за стол в кабинете, погружаясь в слова своих снов. Тело моё было уставшим и лёгким, свободным, душа очищенной от земных прихотей и оставалось только безумное желание лить слова на бумагу, создавая и руша миры.

       Я с трудом подавил в себе желание продолжить писать «Хронику» в стихах.

        «В смертоносном огне мы сгораем, Туго плавятся наши тела. Ну и что, что мы боли не знаем? Но душа и у стали жива! Звёзды людям так ласково светят. Просто люди от звёзд далеки. Их хранит атмосфера планеты, Излученья пульсаров легки. Ну, а мы, в раскалённых объятьях этих жарких, пылающих звёзд, погибаем, и нет нам обратно в чёрном космосе даже дорог».

       Вот как-то так. В рифму и не в столбик, как «Буревестник».

       Я посидел ещё немного, сочиняя и тут же забывая целую стихотворную поэму, потом отбросил поэтический настрой и продолжил, как мне тогда казалось, реально крутую вещь. Неоформеры альянса штурмовали гигантскую космическую базу, где хранились боеприпасы и топливо для орбитальных комплексов.

       «…Прямо перед ними проплыл «Фантом», заходя на новый круг. Группа увеличила скорость хода. «ТЛ» расступились, напоследок долбанув по базе полным боевым залпом, заставив её вздрогнуть. «ТТ» на приличной скорости ворвался в приёмный ангар, упал на брюхо и проехал на нём почти до противоположной стены, разбрасывая искры и оставляя за собой широкие дымящиеся полосы. Под конец его развернуло и он зацепил краешком корпуса один из лёгких грузовозов, стоявших там. Грузовоз подпрыгнул от удара, завалился на бок и загорелся. Транспортёры сели куда аккуратнее.

       Генерал Кэтчер чёткими движениями указывал направления атаки. Бойцы уходили в тёмные коридоры. Их целями были центр управления базой, энергетические установки и арсенал. Разведгруппа прикрывала основную техногруппу. Они пробивались по центральным коридорам. Сидесвип уходил вправо, Гидрадрэйд влево. С каждым, кроме его пехотинцев, было ещё по 5 бойцов из техновзвода.

       Кэтчер первым напоролся на отряд «БТ», спешивший заблокировать переходы. Разведчики атаковали их сходу, не вступая в перестрелку. «БТ» было около десятка и шедшие впереди здоровенные «КА», которых Кэтчер тренировал лично, легко смяли их. «БТ» замерли на полу разорванными, искорёженными кусками металла.

       - Вперёд, - скомандовал довольный началом генерал. – Техногруппе отслеживать направление движения.

      …Группа Сидесвипа очевидно находилась в той части базы, которая предназначалась для приёма крупногабаритных грузов. Они шли по широким коридорам. Здесь освещение ещё работало. Бой они приняли на перекрёстке, возле двух грузовых лифтов. «Дикие» засели слева, держа перекрёсток под прицелом. Завязывалась перестрелка, которая была больше на руку «диким», чем альянсу.

       - Куда могут вести лифты? – спросил Сидесвип у одного из техников.

       - Скорее всего в арсенал, - ответил тот. – Проверить?

       - Возьми двоих, - кивнул страж.

      Они не стали вызывать лифт, чтобы не привлекать внимания. Просто развели створки. Двое бойцов прыгнули на подъёмные тросы и заскользили вниз. Техник пошёл следом. Сидесвип по внутренней связи вышел на Гидрадрэйда.

       - Как дела? Сколько «диких» завалил?

       - Ни одного, - зло ответил тот. – Они, гады, базу лучше нас знают.

      Гидрадрэйд, в отличие от стража, попал в узкие кривые переходы с многочисленными ответвлениями и тупиками. «Дикие» появлялись из незаметных щелей, наносили удар и тут же исчезали. Отряд нёс потери. Пришлось остановиться. Они заняли оборону в хитросплетении каких то труб. «Дикие» снова атаковали, но в этот раз их не удалось застать врасплох. Они огрызались убийственно точным огнём. «Дикие» близко не подходили – здесь не было места для рукопашной. Минут через 5 они снова затихли.

       Гидрадрэйд подозвал к себе техников.

       - Что вы выяснили?

       Ответил «СО» номер 212.

       - Там, дальше, где засели «БТ», датчики показывают зону с пониженной температурой. Мы думаем, что там находится система охлаждения реактора, питающего базу энергией.

       - Значит, можно пробиться к их сердцу, - Гидрадрэйд высунулся из-за трубы и посмотрел в ту сторону. В трубу тут же щёлкнула пуля. Он, не обращая на это внимания, не спеша осмотрелся и отступил обратно. - Будем атаковать. Приготовиться.

       Дальнейшее произошло в несколько секунд. Откуда-то сверху, прямо между бойцами альянса свалился «БК». В обеих руках он держал по короткому широкому тесаку. С ходу – с лёту он вогнал один тесак в спину ближайшему «КО», вторым снёс голову другому и тут же сильным ударом ноги сшиб на пол третьего. Бойцы бросились на него, но он раскидал их, успев отсечь одному руку. Гидрадрэйд шагнул к нему, ушёл от прямого удара кулаком, блокировал удар ногой и жёстко ударил его ребром ладони в локтевой сгиб правой руки. Удар был профессионально точным – внешняя часть гидравлики руки оказалась перебитой. Гидрадрэйд схватил его за шипастый череп динобота, защищавший его грудь, рванул его на себя и нанёс мощный удар кулаком прямо в висок, где располагалась система внутренних стабилизаторов. «БК» на миг вырубился, но тут же полоснул Гидрадрэйда тесаком снизу вверх по груди и лицу. Тот оттолкнул его от себя и схватился за оружие. Но в тесном закутке он слегка замешкался. «БК» всадил тесак в бок одному из бойцов, снова бросившихся на него и рванул вверх, врубив портативный ракетный ранец. Напоследок он ещё успел ударить Гидрадрэйда ногами в грудь. Заваливаясь на спину, тот несколько раз выстрелил, но не попал. «БК» скрылся.       Тут же изо всех щелей полезли «БТ». Проклиная эти лабиринты, Гидрадрэйд приказал отходить.

       - Ладно, - тихо сказал он, - ещё встретимся.

       Он запомнил личный номер этого неоформера – «БК» - 2.

      …Группа Кэтчера встретила ожесточённое сопротивление в помещениях, которые, судя по всему, предназначались для ремонта неоформеров, изготовленья электронных систем и штамповки различных металлических изделий. Разведчики медленно, но верно выдавливали «диких» оттуда, упорно продвигаясь вперёд. «КО» из техногруппы подключились к сети компьютеров, управляющих производством, надеясь через них выйти на командный центр базы, но доступ быстро был перекрыт, а через минуту компьютеры «сдохли». «Дикие» всё время знали, где находятся бойцы альянса, сколько их и куда они двигаются. То, что их передвижения постоянно отслеживаются, было ясно по тому, как они быстро выставляли заслоны на пути возможного проникновения их группы в жизненно важны отсеки. Кэтчер приказал вбивать видеокамеры слежения, но это мало помогало. «Диких» было больше и они были на своей территории. Умело используя эти преимущества, они изматывали их, теснили, отсекая от жизненно важных коммуникаций, заваривая некоторые люки и перекрывая отдельные направления. Кэтчер понимал, что их стремятся загнать в угол, запереть и уничтожить. Кто то очень грамотно руководил обороной базы, заставляя штурмовой разведотряд вязнуть в перестрелках.

       После первых боестолкновений «дикие» стали избегать рукопашной. Кэтчеру очень хотелось узнать, кто им противостоит, кто сидит в недосягаемом пока центре управления и оттуда наносит им удар за ударом.

       …У Сидесвипа тоже появились серьёзные проблемы, когда «дикие» вытащили в дальний конец коридора спаренный крупнокалиберный пулемёт. Прямой коридор превращался в тир и оставаться здесь не имело тактического смысла. В тот момент, когда Сидесвип уже хотел отдать приказ уходить вниз, в шахты лифтов, по тросам поднялся один из бойцов, посланных туда на разведку. Он был жутко изодран и сообщил, что техник и второй боец уничтожены, а внизу много «БТ» противника. Ситуация стала ещё более опасна, когда с той стороны, откуда они пришли, появился ещё один отряд «БТ». Путь назад был перекрыт, слева «БТ» заваривали проходы, впереди были баррикады и пулемёты. Сидесвип принял решение уходить с перекрёстка вправо. Он чувствовал, что его неспроста загоняют туда, что это ловушка, но выбора не было. Они шли в капкан, ещё не зная, насколько сильны его челюсти.

       …Только одна группа продвигалась вперёд, не встречая серьёзного сопротивления – основная техногруппа из 10 «ФО» и 20 «КО» из техновзвода. Группу вёл Снайпер, а в авангарде шла Кобра. После того, как «ТЛ» и «Фантом» подавили системы слежения базы и разворотили половину её систем защиты, транспортёры с десантными группами пошли на абордаж. А один из них под шумок зашёл с обратной стороны и «выстрелил» бойцов в портал, через который закачивалось жидкое топливо для наземных машин. Оттуда они проникли в основные отсеки через вспомогательные коммуникации. Они проходили перед лифтом для персонала, когда его дверцы открылись и в коридор шагнул было «БК», из тех, кто обычно командовал остальными неоформерами «диких». Он среагировал мгновенно, шагнув обратно и нажав кнопку спуска. Быстрее него среагировала только Кобра, прыгнув в закрывающиеся двери. Они закрылись за ней и лифт ушёл. Через минуту Снайпер услышал её голос по внутренней связи.

       - Капитан, я внизу. Спускайтесь ко мне. Кажется, мы нашли то, что искали.

       Снова распахнулись створки лифта. Внутри лежал «БК» с широким ножом в горле. Снайпер вынул нож. Удар был профессионально точен и смертелен, других повреждений заметно не было. Кобра ждала их. Когда из лифта вышел Снайпер, она стояла, привалившись спиной к стене со скучающим видом. Снайпер протянул ей нож.

       - Спасибо, - Кобра сунула нож в специальное крепление на ноге. – Командный центр за тем люком.

       Снайпер посмотрел на массивный бронированный люк.

      - Откуда ты знаешь?

       - Чувствую. Снайпер не сразу понял, что она говорит о «ДОГС-Л», вмонтированном в неё.

       - Их там пятеро, - сказала она. Снайпер с сомнением посмотрел на люк.

       - Сможем его открыть?

       - Нет, - Кобра ответила уверенно и спокойно, - судя по всему он открывается только изнутри. И стены наверняка не слабее люка. Короче говоря, полностью бронированный автономный отсек. Мы не сможем ни выбить люк, ни взорвать стены.

       - Но не зря же мы сюда рвались, - Снайпер понимал, что она права, но он знал, что любая задача имеет своё решение, надо только найти его. Он подозвал к себе техников и начал с ними советоваться. Кобра опёрлась спиной на стену и замерла в полной неподвижности. Она сконцентрировалась на одном из пяти слабых импульсов, которые она ощущала сквозь толстые стены. Прибор психического подавления, встроенный в неё, медленно набирал мощь, вытягивая энергию из всего тела.
        …За стеной, в командном центре сидели пятеро «БК». Они видели на через камеры слежения прорыв техногруппы Снайпера, видели, как они осматривают люк, прикидывая, как его вскрыть. Но «БК» были спокойны. Они знали, что отсек недоступен, знали, что его можно уничтожить вместе с базой, но не вскрыть снаружи. И они знали, что к командному центру уже спешили несколько отделений охраны.

       Только один из них, «БК» 41 был неспокоен. Он сидел ближе всех к выходу. В нём нарастало странное ощущение. Его руки оторвались от пульта. Он встал из кресла управления. Что-то в его теле требовало ремонта и настройки – руки заедало, ноги совершали непроизвольные движения. Ничего. Сейчас всё пройдёт. Надо только набрать код на панели управления кодовым замком люка и можно будет заняться собой. И вдруг он начал осознавать, что тянут его назад не неполадки в организме. Нет! Это маленькая, неподавленная часть мозга пытается взять тело под свой контроль, освободиться из под чужого влияния. Эта часть постепенно брала верх, освобождая его от чужой воли – непонятной, подавляющей, страшной. Ещё немного и он придёт в себя. Ещё немного… Вот только остановить бы пальцы, щёлкающие по панели…

       Снайпер подошёл к Кобре.

       - Есть идея, как открыть люк, - сказал он. – Если кодовая панель не экранирована, может получиться. Попробуем совместить сканер, которым мы глушим сигналы с импульсным модулятором, пропустить поток через усилитель и направленными импульсами с переменной частотой сжечь электронику замка. Должно сработать. Короче, это наши проблемы. Но я думаю, они нас видят и с минуты на минуту здесь будет подкрепление. Нужно взять под контроль все подходы. Ты меня слышишь?

       Кобра напряжённо застыла, будто отлитая из цельного куска металла.

       - Что с тобой? – спросил Снайпер, чувствуя, как сам напрягается. И тут люк медленно открылся.

       …Кэтчер чувствовал, что проигрывает. Группа таяла на глазах. Четверо его бойцов ворвались в один из боковых отсеков. Вход тут же закрылся, внутри раздалось несколько взрывов и всё стихло. Вход открылся. Через порог на руках перевалился один из них. Нижней части туловища у него не было. Снайперский выстрел разворотил ему затылок и он затих. Разведчиков загоняли в угол. Единственная надежда была на основную техногруппу. Только она могла переломить ход боя.

       …Гидрадрэйд со злостью вогнал в автомат последний магазин. Их «отжали» назад до самого посадочного ангара. Они продолжали отстреливаться среди транспортёров, на которых прибыли сюда. Здесь они приняли последний бой. Гидрадрэйд знал, что остальные группы ещё сражаются. Уходить без них он не собирался. Дальнейшее отступление – это бегство.

       …Отряд Сидесвипа, те, кто уцелел, собрался в широкой низкой комнате непонятного назначения. Путь назад, в коридоры и переходы был отрезан – «дикие» заняли удобные позиции, откуда легко могли положить их всех. Капитан Сидесвип понимал, что их не зря сюда загнали. «Дикие» что-то готовят. И тут двери тихо и плавно закрылись, а потом перед ними одна за другой опустились две массивные заслонки.

       - Техники, сюда! – крикнул он. – Открыть дверь!

       Они подбежали, слегка пригибаясь. Странно. Когда они вошли, можно было передвигаться в полный рост. Сидесвип положил ладонь на низкий потолок. Тот медленно двигался вниз. Пресс.

       - Взрывайте двери, - приказал капитан федеральной группы «Стражи», создатель группы профессиональных бойцов «Наёмники» Сидесвип. Как и всегда в минуты смертельной опасности он становился предельно собран и спокоен. Они взорвут двери и выйдут в простреливаемые насквозь коридоры. Этот прорыв будет яростней их огня.

     …А Снайпер со своей техногруппой сидел в командном центре и никак не мог разладить работу всей этой махины, неподвижно висящей в космической пустоте. Когда открылся вход, бойцы альянса моментально ворвались внутрь. Они не стреляли, боясь повредить аппаратуру. В ход пошло холодное оружие.

       Схватка была короткой и яростной. Вся пятёрка из группы контроля была изрублена в куски. Кобра вошла последней. Чувствовала она себя неважно – громадное усилие воли забрало слишком много энергии. Но дело того стоило. Теперь дело было за Снайпером. Люк закрыли. И вовремя – по коридору к нему уже бежала охрана.
        На многочисленных мониторах были видны все отсеки базы – чистые и тихие они мирно спали. Но были и другие – с обгоревшими, задымлёнными стенами, изрешечённые пулями и развороченные взрывами. По ним сновали солдаты противника. А в соседних отсеках и коридорах шёл лютый бой, там всё горело и плавилось, там гремели очереди и грохотали взрывы, там Кэтчер и его бойцы, последние, считанные по пальцам, бьются и погибают в бушующем огне. Там Гидрадрэйд, расстреляв весь боезапас до железки, в яростной рукопашной ломает руки и ноги, вышибает челюсти наседающим на него неоформерам, не успевая оглянуться, не видя, как падает последний прикрывавший его боец. Там Сидесвип, опустившись на одно колено всаживает в несокрушимые заслонки заряд за зарядом, чувствуя, как опускается сверху неподъёмная, безжалостная плита пресса. А они ничем не могли помочь им. Управление базой никак не хотело подчиняться им.

       - Нас блокируют извне, - доложил один из техников.

       - Кобра! – крикнул Снайпер. – Здесь есть вспомогательный центр. Нас блокируют оттуда. Надо найти его. Кобра! Где ты?! Кобра!

       Кобры не было в наглухо запечатанном бункере. Она исчезла».

       - Опять убийства, кровь, всякие ужасы, - вздохнул кто-то рядом со мной, - жуть всякая.

       Я нервно дёрнулся – совершенно не ожидал, что я здесь не один. Оля сидела на краешке стола, покачивая босыми ножками и не глядя на меня.

       - Я и не слышал, как ты пришла, - сказал я.

       - А я и не уходила. Я всегда здесь.

       - А… Ну да, - действительно, куда она могла уйти, раз она жила здесь? Куда она пойдёт на ночь глядя?

       - Серёж, может хватит?

       - Что?

       - Брызгать кровью из-под пера?

       Я посмотрел на свою правую руку. Перо, которое я держал в ней, действительно источало кровь, жирным, масляным пятном растекавшееся по бумаге.

       - О, извини, - смутился я. Перо и испорченный лист полетели в мусорную корзину.

       - Я не совсем про это, - сказала она, - я вообще про всё написанное.

       Я пододвинул к себе стопку исписанной витиеватым почерком бумаги.
        «Внутри лежал «БК» с широким ножом в горле»…
        И из его горла растекалась по бумаге такая же масляно вязкая лужа крови. Почему такая густая? Ну, хотя, всё верно, у неоформеров она же выполняет и роль смазки. Я посмотрел на следующую страницу.
        «Нижней части туловища у него не было»…
        И кровавые нити выпущенных кишков волочились за ним по бумаге, оставляя жирные полосы.
       «Снайперский выстрел разворотил ему затылок»…
        Кровь брызнула в стороны и я невольно отшатнулся, чтобы брызги не попали мне в лицо.

       - Вот видишь, - грустно сказала Оля, теребя пальцами края капюшона, почти полностью закрывавшего от меня её лицо. Этот серый балахон шёл ей гораздо меньше, чем белое лёгкое платьице, в котором она была секунду назад. – А представляешь, каково мне всё это чувствовать. Их боль, их страдания.

       - Оль, они не чувствуют боли, - пытался опять объяснить я. – Они искусственные, они роботы… У них нет болевых рецепторов.

       - Ты в этом уверен? – её крылья дёрнулись и снова застыли.

       - Почему ты такая большая? – спросил я. – На столе ты стояла меньше…

       Я глянул на стол и осёкся. Статуэтка стояла на своём месте. Она поправила непослушную прядь волос, выбивавшуюся из-под капюшона и сложила крылья. Потом глянула на меня и тихо, почти ласково-просяще шепнула:
       " О добре пиши… "
        Я кивнул головой, ударился лбом в стол и…
        …Резко выпрямился в кресле. За окном была тьма. Видимо я уснул над тетрадями. Что мне снилось? Оля с крыльями… Какая-то кровь… Статуэтка!  

    Она стояла на столе, на своём месте. Я посмотрел на неё. Взгляд приоткрытых глаз был каким-то жёстким. Складки её одеяния выделялись особенно резко, железно, казалось, что под ними был надет панцирь. А напряжённые, словно готовые в любой момент развернуться крылья, создавали ощущение скрытой угрозы. Странно. При света дня она выглядела как то… Добрее, что ли… Я тряхнул головой. Я явно заработался. Кошмары снятся, мерещится что-то. Спать надо.
        Я взял статуэтку в руку, чтобы поставить в шкаф, но почувствовал резкий укол. Отдёрнув руку, я посмотрел на ладонь. На ней выступили крохотными бусинками несколько капелек крови, словно я схватился за ветку шиповника. Четырхнувшись, я вытер кровь и, злой и раздражённый, пошёл спать.
       Продолжение следует…


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Сталь.
    Категория: Фантастика
    Читали: 112 (Посмотреть кто)

    Размещено: 12 февраля 2012 | Просмотров: 760 | Комментариев: 5 |

    Комментарий 1 написал: теплый_74 (12 февраля 2012 23:12)
    Дорогой, автор. Я б тебя убил, ей-Богу! smile
    Я потратил БОЛЬШЕ ЧАСА на расстановку абзацев в твоем экшене. Когда скопировал текст в бланк для отправки, сразу, прямо в этом окне выделяй абзацы (если их нет, кнопка Enter, есть такая), а уж потом жми "Добавить".
    Сам рассказ хорош (иначе бы я и возиться не стал), но немного простоват. Все динамично, быстро, а вот интриги нет. Исправляйся и продолжай творить smile



    --------------------

    Комментарий 2 написал: Safona (1 апреля 2012 07:29)
    Сережа, хочешь честно?
    про полеты сталкеров читала в полглаза
    очень запутано
    может сократить чуточку?
    оставить наиболее динамичные моменты?
    честно, я немного устала читать, мозги сварились
    часть про парнишу-писателя - самая, на мой взгляд, удачная
    посмотрю третью главу


    Комментарий 3 написал: Шшш (3 апреля 2012 17:11)
    Хорошо написано и качественно.
    Мне нравится чередование спокойного настоящего и батального сочинённого. Бои осилила с трудом, но это моя проблема, а не ваша. Когда читала слышала лязг железа постоянно. Очень динамично, ярко.
    Оценила чёткие, ясно передающие действие или настроение глаголы и прилагательные.


    Комментарий 4 написал: Vergiliya (6 апреля 2012 17:10)
    и снова море чистого удовольствия (не считая фантастических отступлений).
    я сделала два вывода
    1. Вы - романтик
    2. скромностью не отличаетесь -
    я спьяну всё неплохо делал, - отмахнулся я.
    - О, это да, - она многозначительно опустила взгляд вниз. – И очень даже неплохо.

    biggrin
    а если серьезно, эта часть выглядит более профессионально с технической точки зрения applause

    ах да, чуть не забыла "мышка - отбиватель яиц" вот тут я и полегла от смеха happy
    ну, полагаю, Вы не удивлены


    Комментарий 5 написал: Надея (15 мая 2012 10:39)
    Блеск. Такие интересные и неожиданные переходы из жизни в фантастику и обратно плюс мистика. Там бои, скрежет металла, а здесь нежность, любовь,тишина, стихи. И статуэтка, молящая о добре. Наслаждалась и упивалась chay



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2021 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.