«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 2
anuta Владимир Самсонов

Роботов: 2
GooglebotYandex

Гостей: 17
Всех: 21

Сегодня День рождения:

  •     KADGAR (19-го, 4 года)
  •     Mary MkLair. (19-го, 21 год)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 166 Filosofix
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Свобода.

    Свобода.

    Свобода.

     

    Был замечательный летний день, легкий ветерок угонял жару с крыши, нагретой палящим солнцем. Я лежал, чуть сдвинув на глаза бейсболку, потягивая сигарету и потихоньку отхлёбывая из бутылки пиво,  слушал, как шелестят тополя, макушки которых возвышались над пятиэтажкой. Я всё думал о том, как резко поменялась моя жизнь за последние два месяца, и уже, кажется, так давно был тот день, когда мы выпускались из школы. У каждого тогда были свои надежды на будущее, кто-то хотел пойти в университет, потом получить прибыльную работу, я же, несмотря на отличную учебу, хотел просто поскорее убраться из этого городка подальше. Я здесь ненавидел всё: знакомых, одноклассников, грязные дома и улицы. Моим мечтам, как и мечтам других людей, не суждено было сбыться - я остался здесь. Но теперь этот городок, мне кажется, стал более сносным.

    -Дим, смотри, там один! Твоя очередь! – радостно воскликнула Кира.

    -Сейчас, -  ответил я, ставя бутылку и выплёвывая сигарету.

    Кира подняла двумя руками «Сайгу» с оптическим прицелом и кинула мне.

    -Метрах в двухстах, в тени красной трёхэтажки.  – глядя в бинокль, сказала она.

    Я посмотрел в прицел, в тени, оперевшись спиной на здание, неподвижно стоял человек.

    -Да, это он, стреляй.

    Я прицелился чуть левее и выше головы и плавно нажал на курок. Раздался выстрел, прицел подпрыгнул вверх, голова человека дернулась назад и окропила стену кровью, человек, не сгибая ног, рухнул вперёд.

    -Хороший выстрел! – воскликнула Кира. – Еще одним зомби меньше, счет пять - три, тебе везёт.

    -Нет, просто ты плохо делаешь поправку на ветер, – сказал я.

    Отец меня еще с детства учил стрелять, он работал в ФСБ, мать была врачом. Отец и мать уехали в командировку за пару дней до эпидемии. Что с ними теперь, я не знаю. Наверное, они тоже заразились и прячутся днями в тени, а ночью выходят на охоту, охоту на людей. Я лёг обратно на крышу, взял бутылку пива, хотел закурить, но глубоко вдохнул чистый летний воздух и отшвырнул сигарету, посмотрел на солнце и зеленеющие тополя и прошептал:

    - Обожаю лето.

     

    Я не знаю, что на самом деле случилось два месяца назад, но люди (большинство людей) стали резко меняться, они становились злее с каждым часом, теряли рассудок и нападали на окружающих, после чего те вели себя так же. Еще был какой-то странный взрыв, после которого отключилась вся электроника, даже машины до сих пор не заводятся. Единственное, что у меня уцелело – старый плеер, по счастливой случайности, лежавший в железной коробочке.

     

    Кстати, я до сих пор не понимаю, почему зомби нападают на людей, а себе подобных не трогают.  Я так думаю это эпидемия какого-то сложного вируса, который усиливает животные инстинкты человека. Инстинкт «убей слабого, убей того, кто отличается от тебя», хоть это и не совсем животное свойство, скорее уж - человеческое. Почему, если я отличаюсь от других, другие, хотя бы подсознательно, пытаются унизить, оскорбить меня. Кто в школьном классе становиться объектом насмешек и постоянных унижений? Тот, кто отличается от остальных или внешним видом или характером. Хотя, это тоже животный инстинкт, например, животное-альбиноса выгоняют из стаи. Почему? Потому что оно отличается от других, и ему суждено до конца своих дней бродить в одиночестве. Все животные инстинкты остались в человеке, в той или иной мере.

    -Дима, ау…. – внезапно заметил я, что Кира в третий раз обращается ко мне. – Ты что там, в облаках летаешь, мечтательный ты наш. Вставай, надо уходить отсюда.

    -Ага, – ответил я, собираясь и продолжая размышлять.

    Люди-задиры друг друга не цепляют, они выбирают тех, кто слабей. А как они различают слабых и сильных? Они это как-то сразу видят, как-то чувствуют. Вот идёшь ты по улице мимо гоповатой компании, перед тобой они людей не трогают. Проходишь ты, начинает играть лёгкий страх внутри, ты опускаешь глаза, чуть-чуть смещаешься в строну, а они сразу к тебе: «Эй пацан, есть закурить, дай позвонить». Трудно объяснить словами, как они распознают в толпе самых слабых, это как-то чувствуется на уровне подсознания. Так же, наверное, и зомби видят сильных - своих, и видят слабых – нас.

    Нет, ну конечно они тоже дерутся между собой, но это больше напоминает драку собак. Поначалу зомби ходили поодиночке, вскоре они начали кучковаться небольшими группами по двое, по трое, потом начали собираться в стаи, подобные собачьим, каждая - со своим вожаком – которого определяет только сила. Всякая стая занимает свою территорию и охраняет ее от соседей. Ночуют они тоже большой толпой, в обжитом месте. Кстати «зомбярами» их назвала Кира, хотя я ничего общего не вижу между этими голливудскими тупыми и медлительными зомби и нашими, наши умнее (хоть и глуповаты по сравнению с нормальным человеком) и быстрее. Я называл их  «снорками», из-за схожести поведения зараженных со снорками из игры Сталкер, но похоже, Кира не играла в неё. Эта болезнь распространялась как в фильмах - укусами. С каждым часом люди становились всё не адекватнее и злее, но пропорционально этому они становились сильнее и невосприимчивее к боли. Эти существа во всём лучше нас, кроме двух вещей, мы сообразительней (зомби разучились даже двери открывать) и, в отличие от них, не боимся дневного света. Боятся они не так как, например, вампиры в фильмах, а как тараканы, похоже он просто очень неприятен им. Поэтому днем «зомби» прячутся в подвалах и тёмных подъездах, а те, что не спрятались, становятся медлительными, я называю их «дневными шатунами».

     

    Мы собрали рюкзаки и спустились по наружной железной лестнице. Кстати, до этого я никогда не лазил на крыши домов, а всегда, так хотелось, залезть ночью на крышу и любоваться небом, но всё время я себя как-то сдерживал. А зачем? Наверное, просто не с кем было лезть.

    Мы шли по пустынной улице, мимо брошенных машин. Я держал в руках охотничий пятизарядный дробовик с автоматическим затвором, спертый мною, в первые дни хаоса, из оружейного магазина. Отец, как назло, продал свою двухстволку, за месяц до эпидемии. Похоже, все эти американские ужастики и долгие годы, проведённые мной за стрелялками, не прошли даром. Первая моя мысль, когда я осознал что случился апокалипсис, была – «надо достать оружие». И, похоже, компьютер не плохо натренировал меня – в отличие от многих, я остался жив.

    Уже вечерело, солнце близилось к горизонту, и моя тень тянулась на многие метры вниз по улице.

     

    -Надо заночевать повыше, -  сказала Кира, устало поправив лямку Сайги на плече.

    Я протянул руку, предлагая помочь понести оружие. Но она это, молча, проигнорировала. Странная она была, никогда не позволяла помочь ей в чём-нибудь. Она была невысокая и худенькая примерно моего же возраста. Наткнулся на неё я с месяц назад, пристрелив зомби, который напал на неё, а она за это даже спасибо не сказала. Просто встала, отряхнулась, подняла оружие и пошла дальше, я стоял как вкопанный и смотрел ей вслед, но я не побежал за ней, хоть девчонка мне и понравилась, и я уже несколько дней не видел людей. Наверное, побежать за Кирой мне не позволила гордость. Возможно, именно потому, что я не предложил ей своей помощи, она и решила ходить со мной. Она пришла ко мне через ночь, как-то вычислив моё место для ночёвки, села у костра и молчала. «Дима» - сказал я ей тогда, «называй меня Кира» ответила она минуту спустя. После этого она разговаривала (даже не разговаривала, а тараторила), без умолку, всю ночь. Хоть я и не общался уже несколько дней, но после двух часов такого общения я понял, что я люблю просто молчать и слушать. Она была то чересчур разговорчивой, то чересчур молчаливой. На личные темы мы никогда не общалась и друг о друге ничего не знали. Сейчас она была разговорчивой, рассказывала, какие сериалы любила смотреть, но я уже привык слушать её и одновременно думать о своём. Мне казалось, что не из-за этого хаоса она так странно себя вела, а она была такой странной всегда. К нестандартному поведению, к ней суммировалась нестандартная внешность: покрашенные волосы средней длинны, собранные в хвостик, причем левая половина волос была покрашена в пепельный, а правая - в черный, длинная косая челка закрывала, накрашенные черной тушью глаза. Уши были украшены многочисленным пирсингом, на нижней губе слева чернело кольцо. Одета она была в узкие джинсы и майку с надписью «Fuck the System». Я, конечно, тоже любил рок, но носить неформальную одежду как-то стеснялся.

     

    -А еще я Хауса и Теорию большого взрыва любила смотреть… - продолжала Кира.

    Как Кира еще от меня не убежала? Раньше я постоянно приставал к ней, пытаясь развести на секс. Но толи её секс не интересовал, то ли из меня приставальщик никудышный…. Скорее всего второе – подытожил свои мысли я. Так ничего и не добившись от неё, я успокоился недельку назад и начал относиться к ней как к другу.

    Кира уже закончила рассказывать, и мы шли молча. Не зная о чем с ней поговорить, я вставил в уши наушники и нашел песенку Гражданской Обороны на плеере, которая очень походила на то, что творилось сейчас вокруг нас. Заиграла старенькая, не качественно записанная, мелодия.

    Мы идем в тишине по убитой весне
    По разбитым домам, по седым головам
    По зеленой земле, почерневшей траве
    По упавшим телам, по великим делам
    По разбитым очкам, комсомольским значкам
    По кровавым словам, по голодным годам.
    Мы идем в тишине по убитой весне
    По распятым во сне и забытым совсем

     

    -Давай заночуем вон на той свечке, - указал я на двадцатиэтажное здание, округлое, напоминающее свечку, гордо возвышающееся над пятиэтажками. На верхнем этаже дома было огромное прямоугольное окно.

    Мы подошли к единственному подъезду, дверь была не заперта, так как электричества (как и других коммунальных услуг) нигде не было и магнитные замки не работали. Я включил фонарик, примотанный изолентой к дробовику, и заглянул  за дверь. В пределах поля зрения никого не было. Коридор был на удивление хорошо освещен солнцем из окон, и мы вошли внутрь. Поднялись на двадцатый этаж с перекуром на десятом.

    -Надо было не прогуливать физру в школе, - задыхаясь, быстро проговорила Кира.

    -Я и не прогуливал, а результат тот же, – аналогично проговорил я. – Я в обще уроки не прогуливал.

    Кира отдышалась, посмотрела в глаза и сказала

    -Какой ты унылый.

    Люк на крышу оказался заперт. Но  дверь в квартиру была приоткрытой.

    - Давай я первый, - выдохнул я.

    Но Кира не послушавшись, открыла дверь и вошла. Я быстрыми шагами вошел вслед за ней. Она пошла проверять квартиру по правой стене, а я – по левой, в первую очередь направился в душевую и туалет, так как обычно это самые тёмные места в квартире. Включил фонарик и осторожно, тихо, не дыша, заглянул в ванную. Почему-то зомби никак не реагируют на свет фонариков. Это меня однажды спасло. Но сейчас там никого не было. Ванная оказалась совмещенная с туалетом, и оборудована была дорогой европейской техникой: дорогой унитаз, душевая кабина. Я всегда думал: зачем совмещать ванную с туалетом? Если есть возможность, лучше разъединить их. А то сходил утром в туалет «по большому», потом зубы чистишь, а воняет…. А тем более, если не один живёшь: Сидишь ты значит на белом камне, никого не трогаешь, а тут жена ломиться в дверь, в душ сходить ей срочно приспичило. Никогда не понимал людей, совмещающих в своих квартирах ванную с туалетом.

     Так я стоял, думая о смысле туалето-ванной жизни, пока не…

    -Бу! - крикнула мне в ухо Кира и ткнула стволом Сайги в ребро.

    -Етит твою, Кира! Я чуть в штаны не наложил. А если бы я сейчас нажал на курок?!

    -И кого бы ты пристрелил? Ты стоял, минуту целясь в унитаз. Чем он так тебе насолил?

    -Я задумался.

    -Над чем? Над смыслом жизни? Да, финская техника этому так способствует… Помню дома, сидя на одноногом друге мне такие мысли приходили…

    -Кира, - прервал я её и вышел из ванной.

    -Всё нормально, в квартире никого, -  крикнула она мне в след.

    Я закрыл входную дверь и прошелся по квартире. Это была шикарная квартира с четырьмя огромными комнатами, вокруг была дорогая дизайнерская мебель: обтянутый белой кожей диван лаконичной формы, массажное кресло со множеством режимов, журнальный столик из матовой стали и затемнённого стекла, был огромный домашний кинотеатр, помимо плазм в каждой комнате. Зайдя в четвертую, самую большую комнату я замер, глядя на красоту. Вся внешняя стена была стеклянная, она была одним большим окном, сквозь которое пробивались алые лучи, закатывающегося в наползающие тучи, солнца.

    -Аааа… - раздались крики из душевой.

    Я, в миг, прибежал туда. Кира щупала огромный бойлер.

    -В нём есть вода! – радостно закричала она. – Можно помыться!

    -Тьфу на тебя, – сказал я и ушел.

    Достал из большого, пахнущего испорченными продуктами, встроенного в стену холодильника, бутылку колы, открыл, хлебнул. Потом пошел в спальню, в шкафу нашел полотенце и понёс его Кире. Зайдя в ванную я увидел, что она уже стояла в душевой обнажённая, под холодной водой, опершись двумя руками о стену. Хоть душевая и была закрыта, сквозь стекло было хорошо всё видно. От неожиданности я запнулся и растянулся на полу. Кира посмотрела на меня сквозь струи воды и отвернулась, даже не смутившись. Положив полотенце рядом с кабинкой, не оглядываясь, на неё я вышел. Подумал, может, стоит соблазнить как в фильмах: раздеться, яростно открыть душевую,  страстно обнять…. Но тут вспомнил отбитые неделю назад яйца, синяк под глазом и второй раз решил не рисковать. Где-то в дверном проёме я не сдержался и посмотрел назад. За прозрачной створкой душевой кабины пар обволакивал чёрные татуированные крылья на спине девушки...

     

    ***

     

    -Дай мне пульт, я какую-нибудь гадость по ТНТ посмотрю.

    -Еще чего, я новости смотрю, не мешай!

    -Отдай сюда пульт!

    Кира начала забирать у меня пульт. Мы игрались как дети, в конце концов, Кира забрала пульт и щелкнула им в неработающий домашний кинотеатр.

    -Довольна? – пробормотал я.

    -Не, там дом2 идёт, – сказала Кира, пристально смотря в черный экран.

    -Терпеть я его не могу, – сказал я, вытащил дробовик и выстрелил в монитор. В фильмах телевизоры, конечно, красиво взрываются, разбрасывая во все стороны осколки. Ну а этот взорвался как-то скромно, просто оставив на своей поверхности дырки от дроби, наверное, потому, что он был плазменным. Кира вздохнула, кинула пульт за спину и взяла бокал с вином.

    -Слушай, а какой тип девушек тебе нравится? – внезапно спросила Кира.

    -В зеркало посмотри, узнаешь, -  как-то грубо ответил я, но, похоже, она даже немного улыбнулась. Как ни странно, но мне нравился именно такой тип - распущенный и безбашенный.

    -Ты решил подкатывать ко мне новым методом?  – спросила Кира.

    Я посмотрел на стол, на котором я аккуратно разложил приготовленную мной еду, налил дорогое вино и зажёг свечи.

    -Нет, просто у меня сегодня день рождения.

    -Правда? А у меня даже подарка для тебя нет.

    Кира поднесла бокал к щеке, над чем-то задумалась, потом залпом допила вино из бокала, кинула его за диван и резко встала.

    -Ладно, уболтал чертёныш, пойдём.

    Направилась в спальню, сняла по дороге майку, обнажив черный лифчик.

    Эээ….. что?! Стоп! Значит когда я приставал, применял всевозможные приёмы, никакого эффекта, а сейчас, особо ничего не делая, она согласна?! Неужели…. Неужели, после стольких лет неудач и поражений я…

    -Я сейчас передумаю? – крикнула из спальни Кира.

    -Иду, -  на удивление спокойным голосом ответил я.

    Черт, надо было по чащи дни рождения придумывать!

     

    ***

     

    Проснулся я один, на удивление выспавшимся, выспавшимся и счастливым, хоть поспал часа четыре. Потянулся в кровати, глядя на тёплый свет летнего утра в окне. Из зала раздавались какие-то лёгкие стуки. Я встал и пошел в зал. В открытом окне стояла Кира с клюшкой для гольфа и с сигаретой в зубах. Положила шарик на пол, прицелилась и ударила со всего размаху. С улицы раздался звук разбивающегося стекла.

    -Есть, - сказала она, сжав кулак в обрезанной перчатке.

    Я потихоньку подошел к ней сзади и обнял, но тут же почувствовал, как мне в пах прилетела клюшка. Мда похоже, вчерашняя ночь ничего не изменила в наших отношениях. Стоная и прыгая на пяточках, я доскакал до кресла и упал туда съёжившись.

    Кира закинула клюшку на плечо, вытащила сигарету и с улыбкой смотрела на меня.

    -И тебе доброе утро, – корчась от боли, процедил сквозь зубы.

    -А ты знаешь про половую щель в уголовном кодексе России?

    -Чего?!

    Я уже привык, к тому что Кира может ни с того, ни с сего, какую-нибудь глупость сказать, или задать неприятный вопрос.

    -Ну вот смотри, возьмем молодую парочку, допустим Ромео и Джульетту... да, они как раз несовершеннолетними были. Вот значит, они дружат, сношаются, сношаются, всё законно... Потом бах, и Ромео исполняется восемнадцать, а Джульетте только через две недели шестнадцать будет. Вот эти две недели они ни-ни, иначе посадят Ромку-то. Вот эти две недели щелью и называются.

    Нет, – подумал я. - Я всё-таки не привык слышать от девушек подобные вещи.

    -Ты на что намекаешь, мне как раз восемнадцать вчера исполнилось, а ты несовершеннолетняя что ли?

    -Мне-то уже двадцать, - гордо сказала Кира.

    -Двадцать, а ведёшь себя как подросток, – сделал вид, что не удивился, я ей давал плюс-минус семнадцать, но похоже она не врала. Всё-таки маленький рост влияет на определение возраста человека. Боль начала потихоньку уходить.

    -Веду себя так потому, что хочу, а вот ты какой-то закомплексованный, стараешься всё время выглядеть взрослым, а зачем?

    -Ладно, – махнул я рукой, -  Пойду, побегаю.

    Хоть в ногах и чувствовалась усталость после бурной ночи, но мне хотелось размяться. Быть в хорошей форме в наше время полезно для здоровья, я бы даже сказал полезно для жизни.

     

    ***

     

    Как и всегда, для пробежки я выбрал  освещенные и хорошо просматриваемые улочки. Ночью прошел дождь с лёгкой грозой, оставив после себя небольшие лужи и свежую утреннею прохладу. С оружием я никогда не расставался, даже сейчас оно было у меня за спиной, пусть неудобно, но без него – это самоубийство. Через деревья пробивалось яркое солнце, оно уже успело подсушить асфальт, поэтому мне приходилось только оббегать редкие лужицы.  По дороге я только один раз увидел стаю из трёх "снорков", они вяло прыгали на четвереньках в тени дома, пытаясь залезть в подвал. Им было явно не до меня. Я внезапно понял, что на самом деле боюсь зомби примерно так же, как раньше боялся городскую гопоту. Только смотрю на них, не отрывая глаз, и обхожу на гораздо большем расстоянии. Похоже, я уже привык к зомби, как к местным жителям. Наверное, всё не так уж плохо.

    Впереди спускалась длинная  пустая улица, по которой мы вчера шли. Я остановился, нащупал кнопку на плеере, включил Люмена и разогнался под гору.

    Я еле касаюсь дороги - лечу над ней, бегу.

    Я так быстро не мог, я так быстро потом не смогу.

    Я пуля, летящая в небо: сжигаю себя дотла.

    Вся усталость и грусть отступила куда-то, ушла...

     

    Под конец песни я разбежался, забежал на стоявшую старенькую иномарку и под последний удар барабанов со всей силы прыгнул ей на крышу, оставив две вмятины. Тут я заметил, что за машиной на бордюре сидит Кира, обняв Сайгу.

    -Худеешь?

    -Ага, - прохрипел я, задыхаясь.

    -А у меня было другое средство для похудания – бабушка.

    -У тебя даже бабушка нестандартная, обычно они так откармливают внучат…

    -Да не, она у меня тоже любила откармливать. Она была для меня, своего рода, тестом на полноту. Вот придёшь к ней, если она воскликнет «внучка, как ты похудела!», то это значит со мной всё хорошо, а вот если скажет «ничего, не похудела, нормальненькая», то всё, алярм, надо срочно худеть, и я неделю одними йогуртами питаюсь.

    Я улыбнулся, Кира подошла ко мне, взяла один наушник и поднесла к уху.

    -Люмен, революционер старшеклассников, -  улыбнулась она.

    -Пусть и так, но я его уже много лет слушаю, и он помогал мне в трудные минуты.

    -Я его тоже раньше слушала, но потом перешла на более тяжелое и иностранное.

    Я вытер пот со лба.

    -Идёшь в квартиру? – спросил я у неё.

    -Попозже, а ты иди, – ответила она, зевая.

    По пути я обнаружил  машину для развоза чистой воды и прихватил оттуда огромный пластиковый контейнер с водой для автоматов. Вернувшись, я прошел в ванную и принял душ из воды контейнера.

     

    Войдя на кухню, я увидал Киру с печеньем и колой в руках.

    -Завтрак, -  протянув их мне, сказала она.

    Я любезно принял пакет и бутылку, отметив про себя, что Кира какая-то подозрительно добрая.

    За завтраком во мне проснулось любопытство.

    -Кира, а кем ты раньше была? Студенткой или работала?

    -Ой, да кем я только не была. Сначала поступила в универ, на физический, но бросила ради музыки.

    -Ради музыки?

    -Ну я три года играла в группе, а точнее пела и играла на клавишах. Группа у нас была со школы ещё. Только музыкой в нашей стране не заработаешь, приходилось подрабатывать,  где попадётся.

    -Странно, никогда раньше вас не видел, хоть на местных концертах бывал.

    -Да, мы мало выступали, всё мечтали альбом записать, известными стать… А какая у тебя мечта была? Как ты хотел жизнь прожить?

    -Ну выучиться в университете, найти хорошую работу…

    -Стандартно… – прервала Кира.

    -Потом хотел купить харлей, стать байкером, - улыбаясь произнёс я и закурил сигарету. – Пожить в своё удовольствие, потом, под старость, купить домик где-нибудь в горах и жить там в одиночестве.

    -А вот сейчас ты меня удивил, Дим. Я уже подумала, ты скажешь «жениться, завести детишек».

    - Кажется, я не семейный человек, Кира.

    -А как же любовь, вся фигня, продолжение рода.

    -В любовь я не верю, продолжение рода сейчас не имеет смысла. Был смысл, когда еще работал естественный отбор - потомство давали только сильнейшие. А сейчас что происходит? Много слабых родителей, как итог - дети рождаются уже больными и всю жизнь страдают от хронических болезней. Плюс к этому перенаселение планеты. Да и как-то не очень хочется впускать в этот мир, еще одного человека, вдруг он будет его ненавидеть так же, как я.

    -Так всё в твоих руках - как воспитаешь, таким и будет.

    -Да нет. Его любовь к миру вряд ли будет от меня зависеть, у меня были хорошие родители, заботливые, даже чересчур заботливые. Они сделали всё, чтобы я был счастлив, но это не помогло.  А ты что, веришь во всё это?

    -Да тоже как-то не особо. Хотя я встречалась долго с Олегом, гитаристом нашим, мы вместе группу и сколотили.

    -А что потом? – не подумав спросил я.

    -Умер, а точнее, я его убила, – Кира полминуты помолчала и продолжила. – На вторую неделю эпидемии мы сделали вылазку, я, Олег, и еще несколько ребят. Мы хотели убежать из города в лес, но оказалось, что леса ими тоже кишат, и там они не так боятся дневного света. Выбраться удалось только мне и Олегу, но нас сильно покусали. Через несколько часов Олегу стало плохо, его знобило, он бредил потом начал кидаться на меня. На мгновение пришел в сознание и попросил убить его.

    Мы замолчали, но спустя минуту любопытство пересилило мою жалость

    -А ты почему не заразилась?

    -Не знаю, на мне было укусов побольше, чем на нём, но…

    -У тебя иммунитет к болезни, – перебил я. - Никого не видел, кто бы пережил укус.

    -Наверное, просто зараза к заразе не пристаёт, – улыбнулась она. – А ты как эпидемию встретил?

    -Раздобыл оружие, запасся едой и первые две недели сидел, запершись у себя в квартире, не выходил никуда, всё ждал, что военные придут и спасут нас. Из окна наблюдал  за поведением зараженных, и учился, как себя с ними вести. Потом начал делать вылазки понемногу. После трёх вылазок, зомби почуяли, где я живу. С тех пор и брожу, постоянно меняя места для ночевки.

    -Как ты думаешь, что это за зараза? Я слышала, что упал метеорит, как раз он и вырубил всю электронику, может быть, инфекцию он принёс к нам с собой?

    -Нет, вряд ли. Эта болезнь похожа на мутированное бешенство: заражение через слюну, во время укуса, агрессия, невосприимчивость к боли и самое главное – боязнь света. Но эта болезнь развивается гораздо быстрее обычного бешенства, и не приводит к летальному исходу.

    -Вот, инопланетное бешенство.

    -Да какое инопланетное? – махнул я рукой. – Может, зараза вообще с Аральского моря пришла. Там на острове Возрождения до девяносто второго года был биологический полигон, а сейчас море высохло, и зараженные грызуны принесли болезни.

    -Да, но какая же земная болезнь может так сильно изменить психику человека?

    -Может быть, это связанно с воспалением отдельных частей мозга, что вызвало отключение рассудка и усиление инстинктов, вот и всё.

    -Не верю я, что у человека могут быть такие жестокие инстинкты.

    -Была бы ты слабеньким мальчишкой в школе, плюс ботаником, поверила бы. Всё, надо собираться и уходить, – вставая, сказал я.

     

    Мы вновь шли по пустынной улочке, между брошенных автомобилей. Обойдя очередную машину, я увидел, как впереди, в тени машины, сидит человек, в белой грязной рубашке и в потрёпанных джинсах. Он медленно поднял израненное лицо, на котором показались красные глаза, изо рта капала слюна. Он начал толи рычать, толи стонать и поднимался с асфальта.

    -Дневной шатун, – воскликнул я и направил на него дробовик.

    -Стой! – крикнула Кира, положив руку на мой дробовик. – Это мой препод по функану. Дай я его сама пристрелю.

    Она сняла с плеча Сайгу и прицелилась. Тот был уже метрах в десяти от нас, медленно шагая в нашу сторону и скалясь. Первый выстрел. Пуля прошила бедро, зомби не упал, а только захромал и немного замедлил ход. Второй выстрел – вторая нога. Потом Кира раз пять – шесть выстрелила в торс. «Препод» упал, но пытался ползти к нам. Кира подошла к нему поближе и, почти в упор, выстрелила в голову.

    -Мда… Похоже, он сильно разозлил тебя в своё время.

    -Из-за него я и вылетела из универа, - сказала Кира, перезаряжая Сайгу.

    -Ты же сказала, что бросила учебу.

    -Ну… на самом деле не всё было так просто…

    -И? – заинтересованно спросил я.

    -Мало того что он мудаком был, никому не хотел зачеты ставить, так еще и ко мне приставать начал.

    -А ты что?

    -А я ему машину сожгла. Нет, конечно, не напоказ, но он догадался. Вот и сделал всё, чтобы меня отчислили.

    Да… похоже, я еще легко отделался со своими приставаниями.

     

    По дороге, на верхушке пригорка, стоял дорогой Мерседес. Мы забрались в него, я снял машину с ручника и поставил на нейтральную передачу, посадил Киру за руль, а сам пошел толкать. Мерс был тяжелый, но после минуты усилий она вырулила на склон и  машина начала набирать скорость. Я запрыгнул на переднее сиденье. Машина хорошо разогналась и подъезжала к концу улицы, где стояли две иномарки. Надо было тормозить. Я посмотрел на Киру, она внимательно смотрела вперёд и улыбалась. Черт, да она же не собирается останавливаться! Я живо пристегнул ремень и упёрся руками о переднюю панель, Кира сделала то же самое. Скорость была под пятьдесят, Кира так и не нажала на тормоз и мы с криками врезались в иномарки. Раздался скрежет металла, и звон разбивающегося стекла, надулись подушки безопасности и приняли на себя удар. Всё стихло, подушки сдулись, и я с ненавистью посмотрел на Киру. Она огляделась, посмотрела на меня и расхохоталась. Она смеялась как ребёнок, так что во мне мигом угас весь гнев и я начал смеяться вместе с ней. Мы хохотали минут пять, потом, наконец успокоились, Кира посмотрела на меня и спросила.

    -Слушай, давай уедем из этого города, где-нибудь мир не тронут эпидемией, мы начнём новую, нормальную жизнь?

    Я оторопел от такого вопроса. Кира, эта эгоистка и одиночка, хочет уехать со мной и начать новую жизнь!? С ней явно было что-то не то сегодня. Нет, я, конечно, рад такому повороту, просто очень удивлён. Наверное, она всё-таки привязалась ко мне.

    -Давай, -  ответил я. – Только как? Все машины выведены из строя, не работают генераторы. Я уже пробовал починить, но ничего не получилось. Дизельные – тоже не вариант, не работает вся электроника.

    -На велосипедах, - сказала Кира.

    -Хм… опасно конечно, но можно попробовать, по главной дороге, ярким днём, - говорил я, выбираясь из машины, -  Но вдруг не успеем добраться до темноты до безопасного места?

    -Рискованно, ну а вдруг уже в соседнем городе нет эпидемии, а мы находимся в карантине.

    -Исключено, тогда бы в город наведывались военные патрули. Тем более, я на плеере пытался найти хоть одну радиостанцию – тишина. Но может быть просто плеер слабый, - обнадёжил я себя. – Давай! Если погода хорошая будет, то давай завтра утром, а пока продуктами запасёмся.

    Мы отошли на несколько шагов от машины, Кира вынула спичечный коробок, зажгла спичку и кинула в ручеёк бензина, текущего от Мерседеса. Бензин вспыхнул, и машина начала загораться. Я схватил Киру за руку и потащил её за собой от огня. Мерседес и иномарки пылали, но не взрывались.

    -Машины не взрываются, как в фильмах, - сказал я. – Если бак полон, то бензин не сможет…

    Раздался взрыв, в небо, постепенно чернея, поднялся огненный гриб. Кира стояла и смотрела на это зрелище с лёгкой улыбкой, она восхищалась.

     

    Впереди показалась пятиэтажка, первый этаж которой был занят супермаркетом. Мы подошли, в супермаркете никого не было видно. Вместо того чтоб пройти через главный вход, Кира взяла камень, разбила витрину и залезла.

    Большинство продуктов испортилось, хлеб заплесневел. В мясном отделе было всё развалено, валялись пожеванные остатки колбасы. Наверное, зомби не такие уж и дураки, догадались, где достать лёгкую пищу.  Мы забили рюкзаки под завязку тушенкой, водой, чипсами и печеньем.

    Когда мы вышли из супермаркета, на улице немного потемнело. Я посмотрел на небо, оно было чистое, и тут раздался гром, громкий, раскатывающийся. Я побежал за угол дома и передо мной распростёрся широкий грозовой фронт, быстро надвигающийся на город сверкающей волной.

    -Кира! – закричал я. – Нужно срочно искать укрытие!

    -Давай вернёмся в "свечку", – откликнулась она.

    -Нет, живо за мной.

    Мы бросили рюкзаки и забежали в ближайший подъезд дома, в котором был супермаркет. Подъезд был тёмный, я включил фонарь. Скользящими тихими шагами мы бежали по подъезду, как назло, все квартиры были заперты.

    -На крышу, – скомандовал я.

     

    Мы вылезли на крышу, в лицо сразу ударил сильный ветер, я запер за собой люк. Гремел гром, сверкали молнии, и начался ливень. Мы укрылись за вентиляционным колодцем с небольшим козырьком.

    -Вот это ураган. Последний раз такой был…

    Я прервался и прислушался, откуда-то доносился рык. Я встал, в лицо бил ливень, рык не мог доноситься с улицы, шум ливня всё перебивает. Тогда я прислушался к вентиляционному люку, рык шел оттуда.

    -Они не могут перебираться по вентиляционным шахтам, шахты слишком маленькие, - сказала Кира.

    -Они не перебираются, - прислушиваясь к люку, говорил я. - Вентиляционная шахта идёт прямо с подвала. Похоже, там их логово, они просыпаются, они нас чуят!

    В люк, через который мы вошли, кто-то начал сильно ломиться, но не сумев его открыть, притих. Я дозарядил один патрон в дробовик,  передёрнул затвор и нацелился на люк. За спиной раздался шум, и я оглянулся. Из вентиляционной шахты показались руки, потом голова. Это был зараженный мальчик лет десяти. Он медленно вылез из шахты встал на четвереньки и зарычал, не осмеливаясь напасть.

    -Стреляй Кира! – закричал я, но она стояла как вкопанная, глядя на мальчика, наверное он ей кого-то напомнил. Я развернулся и прицелился. Тот посмотрел на меня, разбежался и прыгнул. Я выстрелил, когда он был в прыжке в метре от меня, и отклонился. Кровь брызнула на моё лицо, ребёнок пролетел мимо меня, упал и больше не двигался. Раздалось громкое рычание. Я подбежал к краю здания и посмотрел вниз, "снорки" ползли по балконам вверх, как пауки. Выстрелил в них пять раз, потом подбежала Кира и начала по ним палить из Сайги. Я подошел, перезаряжая дробовик, к другому краю дома, здесь зомби не было видно. По соседству, метрах в семи - десяти, стояла трёхэтажка с шиферной наклонной крышей.

    -Кира, надо прыгать! – крикнул я.

    Она подбежала и посмотрела вниз, на её лице отразился испуг.

    -Надо! – сказал я. –Надо быстро покинуть эту крышу. Давай, ты первая, я прикрою.

    -Нет, давай ты первый!

    Времени спорить не было, я повесил дробовик за спину, разбежался, сделал последний шаг на ограждение крыши и прыгнул. Время как будто застыло, капли дождя медленно падали вместе со мной. Я упал на крышу, шифер разломился под моими ногами, дробовик выстрелил от сотрясения. В тазобедренном суставе что-то хрустнуло и я почувствовал резкую боль. Я лёг на спину и крикнул:

    -Кира, прыгай!

    Она мешкалась, сначала выстрелила ещё пару раз, потом повесила Сайгу на плечо и разбежалась. Я увидел, как слева от неё на крышу залез зомби и побежал за ней. «Осторожно!» вырвалось у меня и, похоже, совсем зря:  Кира перед самым прыжком оглянулась и оступилась, прыжок получился слабым, я сразу понял, что она не долетит. Кира полетела, размахивая руками. Немного не долетев, она ударилась животом об край крыши и скатилась вниз, успев зацепиться одной рукой. Я прыгнул, в надежде схватить её руку, но не успел, она сорвалась вниз и упала спиной на крышу иномарки. Я закричал, от злости на себя, и кинулся к железной лестнице, идущей с крыши вниз. Машина стояла за углом, я поспешил туда. Дождь капал Кире на лицо, размывая тушь и оставляя потёки. Кира лежала без сознания, но дышала. Её живот чем-то зацепило, и с машины бежал ручеёк из воды и крови. Из-за края пятиэтажки выбежали три зомби, один за другим. Я снял дробовик, прицелился в первого, подпустил поближе. Первый выстрел в ноги. Зомби оступился и упал передо мной. Второй выстрел в голову. Прицелился во второго. Первый выстрел в ноги, второй – в голову. Третьему, я прицелился сразу в голову и нажал на курок, но вместо выстрела раздался щелчок затвора.

    -Черт! - закричал я, ружье выстрелило один патрон, когда я упал.

    Я попытался быстро засунуть один патрон прямо в открытый затвор дробовика, но "снорк" накинулся на меня и сбил с ног с такой силой, что я улетел, разбив витрину, внутрь магазина. Дробовик упал метрах в пяти от меня, а патроны разлетелись. Я попытался встать, но зомби набросился на меня сверху и уже разинул пасть, чтобы полакомиться. Но тут раздался громкий вой. «Вожак» - подумал я . Зомби, который сидел на мне, закрыл пасть, потихоньку слез и отполз на четвереньках. Я посмотрел на лежащую без сознания Киру, к ней тоже не лезли.

    В проеме витрины показался вожак, он встал с четверенек, выпрямился и не спеша двинул в мою сторону. Это был высокий и мускулистый когда-то человек, в рваной черной майке в обтяжку, синих спортивных брюках. Я узнал зомбяка, это был Коля, он раньше учился в нашей школе, на год старше. Коля был главой школьной «банды», постоянно отбирал у меня и таких как я деньги и иногда избивал. Причем эта сволочь была «благородным бандитом», лежачих он не пинал. Родители после побоев бывало выпытывали из меня, кто это сделал, но я молчал. Последний раз я его видел год назад. В тот раз его друзья стояли и ржали, видя, как я падаю после очередного удара. Коля говорил «лежи как собака и не вставай», а я пытался встать, постоянно шепча слова из одной песни «падать не больно, вставать легко». Потом получал снова по челюсти, падал, и снова вставал. Пока Коля не ударил так, что встать я не смог.

    Я огляделся вокруг, это был отдел сантехники. Коля перелез через витрину, подошел ко мне, посмотрел в глаза и заулыбался кровавой улыбкой.

    Черт, он же узнал меня. Узнал и снова хочет поиграться, как в старые времена.

    -Хорошо, -  сказал я, поднялся и вынул охотничий нож.

    Коля медленно шел на меня, не размахивая руками не дёргаясь, просто скалился и шел как танк. Я наискось махнул ножом, когда он подошёл достаточно близко, но Коля отбил удар, нож оставил лишь порез на торсе. Зомбяк толкнул меня, я ударился о стену и сполз.

    -Падать не больно, вставать легко, -  зашептал я, как тогда.

    Коля неспешно шагнул ко мне. Я поднял нож и, целясь в сердце, бросился на него. Зомби отшатнулся назад, я промазал, нож вонзился в ребро, ниже сердца. Похоже, разозлился он только теперь. Левой рукой, больше напоминающей огромную лапу, вожак ударил меня по локтю. Меня повело влево, нож улетел куда-то. Потом он схватился за мой воротник и швырнул меня так, что прошлый раз показался мне просто детским толчком. Я упал на унитаз, перелетев через ванну, и сломал его. Хрустнули рёбра, в глазах потемнело. Я лежал животом на обломках,  боль пронзала моё тело так, что я был не в состоянии даже пошевелиться.

    Похоже, вот  это конец. Ничего достойного не сделав за всю жизнь, я умру в магазине сантехники, лёжа на унитазе, растерзанный озверевшим давним врагом, и Кира умрёт из-за меня.

    От удара включился плеер, и из наушников, на полную громкость, заиграла музыка. Опять стоял Люмен.

     

    К чёрту печаль
    И светлую грусть
    Сквозь зубы сказать
    Что я не боюсь

     

    Вожак надвигался на меня, сияя радостным оскалом.


    Вырвать чеку
    И плевать, что потом
    Я так устал
    Что со мной как со скотом

    У кого больше прав мерят здесь кошельком
    На родной земле я устал быть рабом
    Но моя усталость - отчаянье загнанной мыши
    Заставляет меня быть сильнее и выше

     

    Коля был уже близко и нагнулся ко мне, раскрывать огромную пасть, чтобы полакомиться свежей плотью и своей новой победой.

     

    Удачи и счастья тем, что молчат!
    А ты поднимайся - вставай с колен, брат!
    Пора орать.
    Пора орать!

     

    Я нащупал под собой целую крышку от бочка и, перевернувшись, со всей силы ударил его в лицо. Раздался хруст костей и звон разбившейся керамики, вожак отлетел назад и рухнул всей массой на пол, переломанная челюсть отвисла и скосилась на бок. Половина крышки разбилась, оставив острый конец. Не раздумывая, я кинулся на вожака и вонзил осколок ему прямо в шею, потом вытащил и еще раз вонзил, потом еще и еще… Пока не осознал, что я с яростным рёвом размазываю голову недвижимого тела. Отбросив крышку,  я увидел перед собой зеркало, в котором отражалось окровавленное, со звериным, диким оскалом, лицо – моё лицо. Похоже, я был прав, когда думал, что в каждом человеке живёт звериная натура. Я встал и посмотрел на других зомби. Они замкнули вокруг меня кольцо и медленно, аккуратно подступали на четвереньках.

    -Что ж, все же конец, но конец с победой, - произнёс я, выпрямился, со всей злостью и ненавистью закричал и бросился на них. Они, явно, не ожидали такого, и бросились врассыпную во все стороны, повизгивая и воя. Скоро всё стихло.

    Охрипший от криков, я поднял дробовик и зарядил его. Потом оглянулся,  зомби, попрятавшись, выглядывали из-за углов и кустов. Я подошел к Кире, она стонала и держалась за живот, из которого сочилась кровь. Я снял майку, скомкал и приложил к ране.

    -Убей меня, -  прошептала она и потеряла сознание.

    Немного подумав, я взял дробовик и закинул его на плечо, потом взял Киру на руки. Поднялся и пошел с ней подальше от этого места.

     

    Я нес её уже около четвери часа левая нога сильно болела, и я хромал. Дождь закончился, немного посветлело, но яркого солнца ждать уже не стоило, наступал вечер. Я оглянулся, меня преследовала та же стая "снорков", но подойти ближе они не решались. Пока. Они ведь как гиены, подумалось мне, ждут, когда жертва ослабнет  от потери крови и станет лёгкой добычей. Они не оставят нас в покое, похоже, своей победой над вожаком я исчерпал лимит удачи на сегодня. Кирена Сайга, осталась лежать где-то возле магазина, с дробовика сейчас бесполезно в них стрелять – далеко. Я больше не мог нести Киру, левая нога совсем разболелась, и я опустил девушку на асфальт, взял дробовик и выстрелил несколько раз в небо. Зомби встрепенулись, но не разбежались, а продолжили подбираться.

    -Похоже, Кира, нам всё-таки суждено умереть вместе.

    Я сел рядом с ней, Кира всё ещё была без сознания, сменил ей повязку на животе и начал дозаряжать дробовик. Внезапно послышался визг машинных шин. Я приподнялся, с горы неслась машина, военный уазик. Я еще раз выстрелил в воздух, но, похоже, машина и так неслась к нам. За рулём я увидел до боли знакомое лицо.

    -Папа! – закричал я.

     

    ***

     

    Мы неслись на уазике из города. Я сидел на заднем сиденье в углу, расположив Киру лёжа, на оставшейся части и пристроив её голову  к себе на колени.

    -Ничего, мы выкарабкаемся, - гладя девушку по голове, шептал я.

    -У нас меньше часа, чтоб выехать за пределы города, - говорил отец. Потом на него сбросят ядерную бомбу. Это чудо, что я вас услышал и нашел.

    -Что здесь творится, отец?

    -До сих пор правительство молчит, возможно, биологическая атака, возможно…. не знаю. Сначала ЭТО появилась в одной деревушке к югу от города, и стало быстро распространяться. Как только зараза заполонила город, с верхушки пришел приказ оцепить район в двадцати километрах вокруг и никого не впускать, не выпускать. Запретили войскам заходить в город и спасать уцелевших. Был отдан приказ «огонь на поражение по всем, кто пытается пройти сквозь карантин». Они до того боятся распространения эпидемии, что сбросили какую-то секретную электро-магнитную бомбу, чтоб вывести из строя транспорт и пресечь попытки прорваться за оцепление на автомобилях. Даже меня, с моими связями не пускали внутрь. Мы чувствовали с твоей мамой, что ты жив и не оставляли надежду тебя вытащить.  Когда я узнал, что хотят сбросить ядерную бомбу, так сразу рванулся сюда, прокрался на пост охраны, свистнув у них автомобиль.

    -Почему они так с нами поступают? Там же остались живые, незараженные люди.

    -Вся планета в страхе, любыми способами предотвращают распространение эпидемии, никто не знает что это за болезнь, любой укушенный человек заражается, без шансов на выздоровление.

    -Она выздоровела, отец.

    -Что?! Как давно её укусили?

    -Больше месяца назад, и я до сегодняшнего дня даже не знал и не замечал этого.

    -Тогда она бесценна. Возможно, с помощью неё мы найдём вакцину. Как её состояние?

    -Без сознания, ранена в живот, потеряла много крови.

    -За городом за нами прилетит вертолёт, договорился с одним хорошим человеком, он пролетит незаметно. На борту твоя мать, думаю, она сможет оказать ей необходимую помощь.

     

    Уазик заглох на грунтовой дороге в лесу.

    -Что такое? – спросил я.

    -Бензин, твою мать! Пошли, до места посадки вертолёта не далеко.

    Я вылез из уазика, к моему удивлению нога стала меньше болеть. Вытащил Киру наружу.

    -Я сама пойду, - простонала Кира.

    -Кира! – обрадовался я.

    Вот же сильные у неё закидоны! Упала с третьего этажа и отказывается от помощи!

    Я поставил Киру на ноги, закинув её руку себе за шею и подперев её под плечо. Она держалась за живот, хромала, но двигала ногами.

    -Кира, ты в рубашке родилась! Упала, проломив крышу, и еще сама ходишь.

    -А я тебе говорила, что зараза к заразе не пристаёт? Так вот, беда к беде тоже, - улыбнулась она.

    -Идёмте быстро, - сказал отец, подав мне мой дробовик, а Кире пистолет ПМ, сам достал из уазика АКМ.

    Подперев Киру, я двинулся вперёд, за отцом. Не успели мы отойти и на пятьдесят метров, как со стороны леса послышались шороховатые звуки. Зомби выбегали на четвереньках, но шли не прямиком на нас, а кружили, не подползая близко. Так ведут себя волки при встрече с опасной жертвой. Отец начал стрелять очередями, двое упали. Остальные забежали обратно в лес. Я оглянулся, сзади подкрадывалось ещё два "снорка". Я выстрелил в них, отец развернулся и дал по ним очередь. Только он развернулся, из леса выбежало еще двое, и направились прямо к отцу.

    -Сзади! – закричал я.

    Отец развернулся и сделал два точных выстрела в головы.

    -Идёмте, быстрее. Нам надо наверх холма, -  сказал отец, взяв автомат в одну правую руку и забрал у меня Киру. Так мы пошли быстрее. Отец с Кирой шли впереди, а я прикрывал тыл.

    -Поумнели эти твари, стали нападают только сзади.

    Только я сказал это, как сразу нам в бока, одновременно, выскочило по зомби.

    -Бери левого! – закричал отец.

    Левого? Относительно его или меня? А черт, стреляю относительно его. Я был прав, отец взял на себя другого. Прицелился, выстрелил три раза, зомби упал. Посмотрел на правого, тот уже лежал. Я дозарядил дробовик.

    Когда мы вышли вверх на поляну, рядом раздался громкий одиночный рык.

    -Ещё один грёбаный вожак! – застонал я.

    Из леса вдогонку за нами бежала целая стая, человек тридцать, впереди на четвереньках как какой-то шимпанзе или горилла, скакал вожак. Это был их последний шанс нас догнать. Отец развернулся, бросил Киру и начал палить по зомби. Вожак забегал зигзагами, уклоняясь от пуль,  стая же разделившись на части и стала оббегать нас с двух сторон. Я вёл прицельную стрельбу, и, не выстреливая последний патрон, сразу дозаряжал дробовик. Кира, сидя, держась за живот, стреляя  одной рукой. Стая подбиралась всё ближе и ближе, зомби бегали кругами, постепенно сокращая расстояние до нас. Я выстрелил последний патрон в ближайшего "снорка", выкинул дробовик и достал нож. Отец тоже дострелял обойму, и потянулся в карман за следующей, но тут на него набросился вожак и сбил с ног. Отец упал, вожак выпрямился перед ним и приготовился нападать. Но внезапно его голову что-то пробило, через полсекунды раздался выстрел. Вожак свалился на бок, а остатки стаи разбежались. Я посмотрел на верхушку холма, метрах в ста от нас стоял человек с винтовкой

    -Добрались! – сказал отец.

    Я спрятал нож, подошел к Кире, подхватил её под руку и поднял. «Не надо, я сама» говорила она, но я её не слушал.

     

    Мы подошли к стрелявшему человеку, это был пилот, за ним показался вертолёт. Из него, навстречу мне выбежала мама. Она со слезами бросилась ко мне, но времени на нежности уже не было, и я сразу вручил ей Киру.

    -Упала с десяти метров, рваная рана на животе, потеряла много крови, возможно, повреждены внутренние органы.

    Мать разорвала майку на Кире и стала осматривать рану.

    -Ничего, будет жить твоя невеста. Только надо везти её в больницу.

    -Сколько у нас времени до взрыва? – спросил отец у пилота.

    -Решение о взрыве было отменено.

    -Слава богу.

    -Так значит эпидемия только здесь, и мир живет старой жизнью? – спросил я у отца.

    -Ну, в общем – да. Вернёмся, купим новый дом, заживём, как и прежде, Дим.

     

    Зажить, как и прежде? А хочу ли я этого? Всю жизнь хотел быть свободным, свобода – моя детская мечта. А разве достижима абсолютная свобода в обычном мире, где есть законы, близкие люди, которых ты не можешь бросить?

    - Надо поспешить, скоро будет воздушный патруль, - сказал пилот.

    Все направились к вертолёту. Я остановился и посмотрел на город. С этого холма был замечательный вид. Солнце уже закатилось за горизонт,  вечерняя дымка окутала сумеречные улицы, площади и дома. Где-то вдалеке догорал пожар, устроенный Кирой сегодня днём. Я любовался этим видом и продолжал думать:

    Абсолютная свобода достижима только, когда у тебя нет ни друзей, ни родственников, ни любимых, когда ты совершенно один, и нет над тобой закона. Там, в этом заражённом городе, я по-настоящему жил. Там, среди пустых домов и горы трупов была настоящая свобода! А что меня ждёт у вертолёта? Учеба, карьера, как и у вех остальных людей. Да, у меня будет дом, семья с девушкой мечты, куча друзей и родственников. С утра вставать на работу, которую я, возможно, буду ненавидеть, поздно вечером возвращаться, ужинать и спать, и так изо дня в день, это моя судьба, это судьба всех... Но разве я хочу этого?

    Я оглянулся на родителей, на Киру. Они остановились, и мы посмотрели друг на друга.

    -Я остаюсь.

     

    Мать начала уговаривать меня, бросилась обнимать, но разве в этом был смысл, когда я уже сделал свой выбор. Отец взял её, оттащил в сторону и успокоил. Думаю, что они меня поняли, надеюсь, что поняли. Я подошёл к матери и обнял её, возможно, в последний раз. Отец пожал мне руку и протянул автомат, я его аккуратно принял.

    -Не волнуйтесь за меня, та стая распалась, и сегодня не представляет для меня угрозы.

    Отец, так ничего не сказав, кивнул мне, обнял мать и пошёл к вертолёту, остались только Кира я и.

    -Ты всё-таки не унылый и не стандартный, -  она улыбалась.

    И я улыбнулся ей.

    –Но у меня другой путь, - закончила она.

    Мы помолчали секунд десять, смотря друг на друга.

    -Обойдёмся без соплей, - сказала Кира и протянула мне правую руку.

    Я протянул руку в ответ и пожал.

    -Приятно было потрахаться, - в последний раз удивив меня, сказала она.

    -Взаимно, - ответил я.

    На глазах у Киры сверкнула слеза, но она резко отвернулась и пошла к вертолёту, на котором уже начали вращаться лопасти.

    -Адиос, -  не оглядываясь, махнула она рукой.

    -Прощай, - прошептал я.

    Вертолёт начал медленно подниматься, слегка наклонился вперёд и полетел, низко, практически задевая верхушки деревьев.

    -Прощайте, - сказал я, глядя в след вертолёту. Когда тот скрылся за горизонтом, я посмотрел назад на город, достал из кармана, уже два раза чудом уцелевший плеер, включил нужную песню, лёг на сырую траву и, любуясь летними закатными тучами, вставил наушники.

    Миp - он твой.
    Ты же в нём - изгой,
    Заблyдившийся, гоpдый и слепой.
    Стоит повеpнyть,
    Изменить свой пyть -
    Птицы вслед закpичат,
    Люди вслед замолчат.

    Кyда ты идёшь столько лет,
    Доpогой ненyжных побед,
    Тpопой неизбежных падений и слёз?
    По нити pазоpванных вен,
    По книге своих пеpемен,
    Доpогой измен,
    Hо ведь, вольномy - воля!
    Безyмец, ты снова один
    Сpеди чёpно-белых каpтин,
    Сpеди pазноцветных мечтаний и гpёз.
    Кyда ты идёшь столько лет?
    Hа семь бед - один лишь ответ,
    А истины нет, и лишь вольномy - воля.

     

    И лишь вольномy - воля.


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Slav
    Категория: Фантастика
    Читали: 73 (Посмотреть кто)

    Размещено: 31 октября 2012 | Просмотров: 583 | Комментариев: 5 |

    Комментарий 1 написал: anuta (1 ноября 2012 08:58)
    Отлично!
    Очень легко читается, просто - влет!

    angel



    --------------------

    Комментарий 2 написал: Loko (29 ноября 2012 23:40)
    Хоть и некоторой сказочностью пахнет, абсолютно такому вот жанру не свойственной, произведение очень даже! Не знаю, хоть поначалу и обращаешь внимание на мелкие недочёты, какие-то ошибки и описки, со временем как-то они отходят на второй план, уступая место одной только мысли: чёрт, а что же дальше-то будет?!
    Короче говоря, произведение очень порадовало))


    Комментарий 3 написал: Slav (30 ноября 2012 15:25)
    Что ж, спасибо)


    Комментарий 4 написал: Loko (30 ноября 2012 22:55)
    Slav,
    тонкая издёвка?)


    Комментарий 5 написал: Slav (30 ноября 2012 23:24)
    Самую малость)

    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.