«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
Safona

Роботов: 2
YandexGooglebot

Гостей: 15
Всех: 18

Сегодня День рождения:

  •     ana_grimm (17-го, 19 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 102 Safona
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1862 Кигель
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    "ТРЕТЬЯ ЛИНИЯ ГОРИЗОНТА" (2 ЧАСТЬ)

    Третья линия горизонта (2часть)




    30-е августа 2011-го




    Артём нервно бил пальцами по исцарапанном ножами кухонному столу. Мы сидели лицом к лицу, но никто друг на друга не смотрел. Я теребил последний пластырь на костяшке пальцев, остальные уже давно снял, всё равно кожа затянулась, Артём же просто смотрел на край стола. Разговор не вязался. Похороны Гвоздя будут завтра, а мы даже не знаем, что сказать его матери на поминках, да и придём ли мы вообще на них. Убийцу так и не нашли, ровно как и следов. Про ту стычку перед нашим подъездом милиции всё рассказали, опустили лишь тот факт, что там была Соня, а в руке Гвоздя его Надя.
    — Я думаю, это те отморозки, с которыми мы тогда цепанулись. – задумчиво пробормотал Сид.
    — Ты это уже говорил. – Я устало потёр веки.
    — Если они нашли Пашу, значит и до нас скоро доберутся.
    — Пашу они узнали по его Наде, он этим знаменит, а нас они узнать не смогут.
    — С чего ты взял?
    — Ну, во-первых мы не выкрикивали свои имена, во-вторых… эээ… просто не узнают и всё! – Я, наконец, отлепил надоевший мне пластырь и со злостью швырнул его на стол. Эта беседа уже начинала надоедать.
    — Они знают, где живёт эта девчонка.
    — Соня.
    — Да хоть Игорь, сути не меняет, а значит, узнают, что и мы соседи.
    — Ну, сосед мне только Захар, а ты обитаешь двух трамвайных остановках от нас, чего тебе волноваться?
    — А что-то говорил насчёт себя? – Артём с раздражением посмотрел на меня. Небольшая ранка на его переносице уже почти затянулась, но сколотый зуб вряд ли затянется.
    — Ладно, допустим, ну установят они круглосуточное наблюдение за нами и что дальше? Мне и Соньке вообще из дому не выходить? Или куда-нибудь за рубеж свалить с новыми паспортами и тремя пластическими операциями?
    — Я не знаю Марк! Я не знаю! – Сид схватился за голову и, не усидев на месте, стал вышагивать по кухне взад вперёд.
    Я уронил голову на скрещенные, на столе, руки.
    — Может они Гвозди завалили, за то, что он пырнул одного своей Надей? – Пробурчал я, не поднимая головы.
    — Да он там не одного пырнул, я видел!
    — Ну вот.
    — Что “Ну вот”? Захар тоже красавчик, схватил с собой розочку. Видел как он исполосовал морду одному из тех гон….ов? Живого места не было.
    — Подожди, — Я поднял голову и с удивлением глянул на Сида, — он кому-то горлышком от бутылки лицо изрезал?
    — Изрезал, это ещё слабо сказано. – Артём нервно усмехнулся.
    — Так может они сейчас, и за Захаром будут охотиться? – Неприятный холодок пробрал меня изнутри.
    Артём остановился и растерянно посмотрел на меня. Мы оба поняли, что за нашими задницами эти отморозки охотиться будут в последнюю очередь.
    — Твою ж мать!
    Сид тут же схватил мобильный телефон, лежащий на столе. Быстро тыкая пальцами по сенсорному экрану телефона, он, наконец, нашёл номер Захара.
    — Ты чего переполошился?
    — Наш Сахарок же сейчас как раз с сестрой гуляет!!
    Я тут же подорвался и, схватив свой телефон, выбежал из кухни в переднюю. Артём ломанулся вслед за мной.
    — Он не отвечает.
    Мы, быстро обувшись, выбежали на лестничную площадку, я даже не стал закрывать дверь на ключ, просто захлопнул её. Он бега у меня вновь начала ныть рана и болеть рёбра, от чего дышать почему-то становилось больно.
    Выбежав на крыльцо подъезда, мы перешли на шаг, осторожно осматривая всех, кто в этот момент находился на площадке. Никого из чужих не было, ровно, как и Захара с его маленькой сестрёнкой. Артём всё не оставлял попыток дозвониться ему.
    Так, постоянно оглядываясь, мы пересекли площадку, дойдя до подъезда его дома. Перед нами заходил пожилой мужчина, так что по домофону мы не звонили, а просто протиснулись вслед за ним. На пятый этаж бежали по лестнице, я чуть не задохнулся от такого бега. Пока, Артём тарабанил в дверь Захара, я стоял, прислонившись к стенке, и никак не мог оправиться. Грудь болела так, словно изнутри по ней колотили молотками.
    В подъезде стояла мёртвая тишина, никаких звуков не было и по ту сторону двери. Переглянувшись, мы начали стучать вдвоём.
    Тишина.
    Только спустя пяти минут усердного стука в дверь, ключ в замочной скважине провернулся. Мы с нетерпением уставились на дверь. Встретил нас, в одной майке, сам Захар. Лицо опухло ото сна, а на щеке виднелся ещё свежий след от подушки.
    — Чего барабаните? – Потягиваясь и зевая, пробормотал Сахарок.
    Артём медленно сполз по стене, нервно посмеиваясь. Я тоже позволил своей улыбке растянуться до ушей.
    — Фууух… ну ты нас и напугал. Чего трубку не берёшь? – Артём медленно начал вставать.
    — Так я ж спал.
    — В час дня?
    — Ну а чё ещё делать, вы ж гулять не зовёте. – Захар стоял, беззаботно почёсывая свою репу и ежесекундно зевая.
    — И не надо пока. Ладно, крепыш, спи, сорри что разбудили.
    Я хлопнул по плечу Артёма и указал пальцем на лестницу.
    — Ну, валите, тоже мне друзья. – Захар плотно закрыл дверь. Через секунду послышался звук закрывающегося замка.
    — Если он будет целыми днями спать, то всё будет окей. – Мы спускались по лестнице посмеиваясь над своей оплошностью.
    — Если бы, послезавтра школа и что будет потом, неизвестно.
    — Посмотрим.
    Через десять минут мы уже поднимались на мою лестничную площадку. Дверь в мою квартиру была полуоткрыта, видимо я впопыхах не закрыл её до конца. Я разулся первым и потопал на кухню, жутко хотелось кофе, Артём остался возиться со шнурками. В отличие от меня, он их всегда развязывал.
    Спустя секунду, как я открыл дверь на кухню, моя тушка уже мешком картошки падала на пол. Через мгновение я уже лежал. Чей-то кулак прилетел мне прямо в нос. Кровь тут же обильно залила ладони и футболку. От дикой боли я ничего не мог сказать, только хрипел и выл.
    — Эй! Чё у тебя там? – Артём, увидев лежащего меня на полу, хотел броситься ко мне, но, не успев сделать и двух шагов, как тут же ничком упал на палас. Кто-то зашёл к нему сзади и ударил чем-то тяжёлым в затылок.
    Я уже ничего не видел кровь начала заливать мне глаза. Кто-то подошёл ко мне и ударил ногой в живот сверху вниз. От этого я захрипел ещё сильнее, согнувшись пополам, как будто усиленно накачивал пресс. Кровь из носа забрызгала полностью всю одежду, я уже не закрывал нос руками, а судорожно схватившись за живот, пытался глотнуть хоть немного воздуха.
    Рядом были слышны прерывающиеся хрипами стоны Артёма. Судя по звукам, его били ногами.
    — Ну чё су…и, добегались? Хотите к своему дружбану отправиться?
    Говоривший стоял рядом со мной, но я видел лишь его ботинки.
    — Ну чё, шлёпнем их? Думаю, Мангуст будет очень рад.
    — Пусть сначала оставшихся корешей сдадут.
    — Слышь, чё говорю, чернявый? – Кто-то схватил меня за волосы, поднимая мою голову вверх. -Где та суч…а белобрысая? Где?!
    Он смотрел мне прямо в лицо, но я на нём рассмотрел лишь чёрную маску.
    — Говори, а то маме наверно не понравятся твои мозги на полу.
    Я ничего не мог из себя выдавить, лишь жадно глотал воздух.
    — Ты ему слишком сильно прописал, минут пять будет очухиваться.
    — Лааадно, спросим у твоего друга.
    Он отпустил мои волосы и я, бревном повалился на пол. Зазвучали тяжёлые шаги по полу.
    — Так мразь, говори, где эта суч…а прячется и кто нашего кореша порезал!
    Послышался глухой звук удара и стон Артёма.
    — Я… не… знаю. О ком… вы. – Артём едва выдавил из себя эти слова, постоянно откашливаясь и сплёвывая.
    — Харе пи…еть, мы знаем, что вы там были.
    Вновь стук удара. Я зажмурился от боли и бессилия. Хотелось заплакать и завыть, как бродячая собака. Сердце бешеным ритмом билось в груди, отдавая с болью в виски. Всё перед глазами потемнело, я чувствовал, что начинаю отключаться.
    — Может, их завалим и дело с концом? – Спокойный голос отморозка, внушал ужас.
    — Пусть сначала скажут, не хочу целыми днями, потом торчать у подъездов в твоей загаженной машине.
    — Мы… ничего… не… знаем. – Эти слова дались мне, как восхождение на гору.
    — Короче хрен с ними. Кончай их Серёга.
    — Лааадно. – Послышался звук передёргиваемого затвора.
    — Стой! Глушитель надень, не дай бог соседей разбудим.
    — Точно, дай мне его, он в сумке.
    Я был на грани обморока, сознание медленно покидало меня. Я знал, что больше уже не проснусь. Последнее, что я слышал, так это протяжный стон Артёма и чьи-то шаги на кухне, дальше лишь темнота.







    1-е октября 2011-го





    Прошло около двух месяцев после того, что случилось в моей квартире. Ни я, ни Артём никому ничего не рассказали об этом. Мы не знаем, почему те уроды оставили нас в живых. Как выяснилось позднее, Артём отключился сразу после меня и тоже терялся в догадках. Да мы особо и не говорили на эту тему. Самое главное, что мы остались в живых, остальное: мой сломанный нос, моя открывшаяся на боку рана, наши помятые рёбра и брызги крови на паласе, были лишь досадными мелочами.
    Мы около часа приходили в себя, потом нашли в себе силы подняться и стереть кровь с мебели, после чего завалились домой к Соне, благо её родителей не было дома. Нельзя было, чтобы моя мама узнала об избиении в квартире. На улице ещё ладно, не в первый раз.
    Соня с ужасом впустила нас в квартиру. Хорошо, что её дверь была всего в нескольких метрах от моей и мы, не потратив много сил, смогли преодолеть это пространство.
    После долгих умываний и перевязок мы, наконец, смогли более менее рассказать девушке о случившемся, наврав ей с три короба. Соня с жалостью и ужасом слушала наш сбивчивый рассказ о том, что на нас напала какая-то местная шпана и, отобрав у нас деньги жёстко избила.
    Не знаю, поверила ли она нам. Поблагодарив за помощь, мы извинились и ушли. Я посадил Артёма на трамвай и неровной походкой отправился домой. После этого я долго с Соней не общался. Она сторонилась меня в школе, старалась раньше меня выйти из дома. Быть может, она всё поняла, а может просто разочаровалась в таких крутых парнях, которые смело, бросились на восьмерых человек и получили люлей от какой-то шпаны. Позднее я узнал причину такого поведения, но было уже слишком поздно.
    Это было холодное октябрьское утро, ветер забирался даже под толстые слои куртки, заставляя ежиться от неприятной прохлады. Сегодня мы решили прогулять. Я, Артём и Захар сидели на холодной скамейке возле чужого подъезда, недалеко от школы. Отбросили рюкзаки на самый край, ровно так же, как отбросили все мысли об учёбе.
    Артём курил, не вынимая сигареты изо рта, я же ежесекундно стряхивал пепел под ноги, чтобы его не разносило в стороны ветром, и не попадал на одежду. Только Захар отсел на край лавочки и отмахивал от себя сигаретный дым. Здоровый образ жизни был его причудой.
    — Что-нибудь слышали о Лёхе и Димоне? – Артём первым нарушил уже сложившуюся тишину.
    — Неа. Я их уже месяца два как не видел. – Я щелчком выбросил окурок в кусты. – После смерти Гвоздя.
    — Кто-то мне говорил, что они в бега подались. Свалили, на следующий день, после того как Пашу убили.
    — Крысы. – Я со злостью сплюнул себе под ноги, и посильнее вжавшись в скамейку, скрестил руки на груди. Теплее не стало.
    — Может просто испугались.
    — Мы же не испугались.
    — Так это же мы. – Артём вяло улыбнулся.
    — Захар, а ты чего замолк? – Мой голос заставил его дёрнуться и посмотреть на нас. Казалось, будто он только сейчас понял, что сидит не один.
    — А о чём мне говорить?
    — Да о чём хочешь.
    — Я ничего не знаю.
    — А ты, Тёма?
    Артём молчал глядя себе под ноги. За эти два месяца он сильно изменился, сильнее ушёл в себя. Больше не было того раздолбая и души компании, которого я знал. Казалось, рядом со мной сидит сорокалетний дядя, а не ученик старшего класса. Даже черты лица и голос стали грубее, а взгляд потускнел.
    Мой лучший друг, всё дальше отдалялся от меня, а я ничего не мог с этим поделать.
    — Как у тебя дела с Соней? – Спустя минуту подал голос Артём.
    — А какие у меня могут быть с ней дела? – Пробормотал я, теряя надежду на нормальный разговор и пытаясь уснуть.
    — Ну, вы что, даже не видитесь? – Голос Сида звучал бесцветно.
    — Она меня избегает.
    — Неразделённая любовь?
    — А я говорил, что люблю её? – Я посмотрел на Артёма, тот медленно прикуривал сигарету, пряча от ветра огонёк в ладони.
    — А я что-то говорил про тебя?
    Артём впервые за это утро посмотрел мне в глаза. Я увидел лишь пустоту, его глаза казались стеклянными. Выдохнув в меня струйку дыма, он снова отвернулся.
    Мы молчали. Тишину нарушил скрип открываемой двери подъезда. Я открыл глаза. Из подъезда вышла женщина и маленькая девочка. В чёрном пальто, обвязывая шею шарфом, женщина подошла к припаркованной чёрной иномарке и открыла заднюю дверь.
    — Лиза, давай быстрее! В школу опаздываем! – Женщина быстро посмотрела на нас.
    Девочка, рассматривая на себе розовые варежки, остановилась прямо напротив нас. Большой портфель за спиной, казалось, вот-вот опрокинет ребёнка на землю. Посмотрев сначала на женщину, потом на нас, девочка сделала пару шагов и остановилась.
    — Мама, мама! Смотри! Мёртвый дядя! — Девочка показывала на нас ручкой, округлив глаза.
    Я с недоумением смотрел на девчонку.
    — Что? Я же тебе говорила, забудь это слово! – Мама девочки подошла и взяла дочку за руку. – Пойдём.
    — А он совсем мёртвый? Смотри, смотри! – Пока мама пыталась посадить дочку в машину, та показывала на нас ручкой и кричала. От её звонкого детского голоска у меня побежали мурашки по спине.
    Наконец усадив дочку в машину, женщина закрыла дверь и, не оборачиваясь, села на переднее пассажирское сидение. Через секунду машина тронулась и, набирая скорость, скрылась за поворотом. Вновь наступила тишина. Я и Захар растерянно переглянулись, только Артём не поднимал головы, глядя себе под ноги. Сигарета в его руке уже дотлела почти до фильтра.
    У меня появилось нехорошее предчувствие. Именно тогда я начал понимать, что надвигается что-то ужасное и смерть Гвоздя, и появление Сони, и наши чудом сохраненные с Артёмом жизни – лишь предвестники надвигающейся бури.






    — Как-то мрачновато у тебя получается.
    Я обернулся на голос. Ангела стояла позади меня и, наклонившись, всматривалась в исписанный листок. Я поздно заметил пустой диван.
    — Ну, я же должен хоть как-то описать свою жизнь, а это лишь значимые отрывки того года.
    — Ты не мог написать что-нибудь повеселее? – Ангелина, не спрашивая разрешения, вытащила несколько нижних листков и, обойдя стол села обратно на диван.
    — Если бы хотел написать что-то весёлое, писал бы сказку. – Взяв с пепельницы новую сигарету, я с удовольствием прикурил.
    — Я твои каракули не могу перевести, сделай свет какой-нибудь!
    — Пожалуйста.
    Луна тут же спряталась за горизонт, уступая место восходящему солнцу. Яркое светило быстро заняло своё место в зените. Огромный зелёный луг расцвёл ромашками и василькам, а рядом с Ангелой тут же вырос огромный дуб, накрывая её своей пышной тенью. Вместо дивана появилась удобная жёлтая скамейка. Исчез кофейный столик вместе с пустой кружкой и подсвечником.
    Ангела облокотившись на спинку и скрестив ноги, читала мои рукописи.
    — Так лучше?
    — Отлично, но у меня всё равно красивее. — Она говорила, не поднимая глаз.
    — Почему это?
    — Потому что я здесь дольше тебя и уже многое успела переделать и обдумать. – Она смахнула с лица упавшую прядь волос, посмотрев на меня. – Почему ты никогда не заходишь ко мне в гости?
    — Жду. – Я устало потёр виски, хотя усталости никакой не было, да и не могло быть.
    — Её?
    — Да.
    — Ты её любишь? – Ангела положив листки на колени, не отрываясь, смотрела на меня.
    — Глупый вопрос. – Я начал перечитывать написанное стараясь не замечать её взгляда.
    — Ты её любишь?
    Я поднял голову и отвечая ей тем же взглядом.
    — Да.
    — Хорошо. И почему ты её любишь? – Ангела не отводила от меня глаз.
    — Опять же, глупый вопрос…
    — Почему?
    Несколько секунд мы просто сверлили друг друга глазами.
    — Я не знаю.
    — Правильно. – Ангелина аккуратно положила листы на скамейку, подойдя к моему столу. – Потому что настоящую любовь к другому человеку объяснить нельзя.
    Она, упёршись локтями о край стола положила голову на скрещенные ладони так, что её лицо теперь было в нескольких сантиметрах от моего. Мы молча смотрели в глаза друг другу, до тех пор, пока на её лице не засияла улыбка.
    — Когда она придёт к тебе, не отпускай её. Возможно она именно та, из-за которой ты сейчас здесь. – Ангела нежно поцеловала меня в лоб. – Она же не отпускает тебя.
    При этих словах она растаяла в воздухе, оставив меня одного. Забрав листы со скамейки, я вернулся на своё место. Новый чистый лист бумаги и целая сигарета уже лежали на своих местах. Немного подумав, я улыбнулся и снова взял в руки карандаш.







    23-е декабря 2011-го





    — Так! Эй, ребят, послушайте! – Аня, выйдя к доске, пыталась перекричать шумную болтовню в классе.
    Не сразу, но всё же класс начал потихоньку затихать, лишь на задних партах кто-то упорно продолжал разговаривать в полголоса. Аня была старостой класса, по крайней мере, формально.
    — Давайте перед Новым годом соберёмся где-нибудь и все вместе отметим. – Толпа радостно зашумела, даже на задних партах замолкли. – У кого-нибудь есть идеи, где?
    — У кого-нибудь дома! – Выкрикнул кто-то с задних парт, его тут же поддержали радостными возгласами.
    — У кого? – Все сразу замолчали.
    — У меня предки.
    — У меня тесно.
    — Я уезжаю.
    Все снова зашумели. Я молча отряхивал снег с джинсов, не обращая ни на кого внимания. Артем, вставив в уши наушники и включив музыку, молча наблюдал за классом. Нам было всё равно, мы давно перестали ходить куда-либо со своим классом. Их проблемы и переживания казались нам мелкими и никчёмными после всех тех событий.
    Да, мы изменились. Бросили гулянки, стали больше времени проводить с родителями, чем немало удивляли наших мам. И на этот праздник мы идти не собирались, равно как и на все последующие.
    — А давайте у Сони соберёмся? – Выкрикнула Аня.
    Я тут же поднял глаза. Соня сидела на первой парте, первого ряда и что-то рассказывала своей соседке по парте.
    — Почему у меня? – Соня, прервав диалог с подругой, посмотрела на старосту.
    — Ну, ты же сама говорила, что у тебя родители на зимних каникулах уезжают. – Я с интересом смотрел на Соню, та в свою очередь растеряно обвела класс глазами, видимо уже представляя масштаб разрушений.
    — Ну, ладно. Можно и у меня. – Неуверенно пробормотала девушка.
    — Ну, вот и отлично! Тогда начинаем собирать на новый год! Со всех по пятисот! Кто идёт?
    В классе сразу начался радостный гогот. Кто-то подходил к Ане, кто-то просто поднимал вверх руку, пока та записывала на тетрадном листе всех желающих. Только Соня видимо была уже не рада, предстоящему празднику.
    Пока все писали свои имена в список гостей, мы с Артёмом не шевелились, только Захар часто оглядываясь на нас, подошёл к столу и, немного подумав, тоже вписал своё имя в листок.
    — Марк! Артём! Вы идёте? – Аня, держа в руках список, смотрела на нас. Видимо мы единственные, кто не дал согласие на общую пьянку.
    Артём лишь молча покачал головой, а я быстро посмотрел на Соню. Я уже хотел выкрикнуть “Нет”, когда как корабль на рифы, налетел на её взгляд. Девушка с какой-то немой мольбой смотрела на меня.
    — Я под вопросом. – После секундного замешательства выкрикнул я.
    Коротко посмотрел на Сида. Тот сидел и с какой-то странной улыбкой смотрел на меня. Быстро опустив глаза, я вновь принялся отряхивать джинсы, хотя надобности в этом уже не было: снег давно растаял, оставив мокрые пятна. Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, я поднял голову. Захар, не отходя от парты, на которой лежал список в упор смотрел на меня.
    Вконец растерявшись от такого немого общения, я открыл учебник и сделал вид, что внимательно изучаю сегодняшнюю тему. Галдёж в классе прервался школьным звонком.



    До шестого урока я не досидел, ушёл сразу после четвёртого. Артём с Захаром ушли ещё с третьего, потому сидеть одному мне было не в радость. К тому же, Сид стал потихоньку отходить от всех происшествий, что с нами приключились. Теперь он говорил по шесть слов, вместо трёх, как было последние четыре месяца, так что с ним сейчас как раз и нужно было говорить почаще, дабы не спугнуть назревающий прогресс.
    Дождавшись звонка на перемену, я схватил сумку и, ни на кого не обращая внимания, вышел в коридор. Знакомым маршрутом, через пожарный выход вышел на улицу.
    Задняя часть школы включала в себя беговой круг в двести метров, футбольное поле и несколько площадок с брусьями и турниками. Зима была в самом разгаре, по крайней мере, мне так казалось. Глаза зарябило от такого обилия снега. Всё казалось было завалено сотнями тысяч килограмм ваты. Небо было серым как сигаретный пепел, потому снег не был липким, а свободно, как пух, лежал на земле.
    Мягко наступая на снег, я спускался по крыльцу. Вставив наушники в уши, и закрыв лицо шарфом, я быстро стал проделывать новую дорожку через сугробы, по направлению к задним воротам, через которые заезжали мусорщики и пожарные машины во время учебных тревог. Через пять минут упорной борьбы с сугробами мои ботинки уже были полны снега, а джинсы, до колен, поменяли свой чёрный цвет на белый.
    Перемахнув через высокие ворота и пройдя вдоль железного забора школы, я, наконец, выбрался на свободный от сугробов асфальт. Дальше дело было за малым: пройти мимо главных ворот школы, перейти на другую сторону дороги, и по тротуару пройти до своего района, а там меня ждёт кружка горячего кофе, диван и телевизор. Жизнь понемногу налаживалась.
    Думая о прекрасном будущем, я чуть было не попал под машину. Переходя дорогу, забыл посмотреть по сторонам, а громкая музыка в наушниках помешала услышать приближающийся сигнал машины. Водитель успел затормозить, ещё раз и со злостью просигналил рядом со мной. Не став ещё больше злить водилу, я прибавил шаг и поспешил укрыться за ёлками. Благо пышный сарафан из снега позволял это.
    Ругая себя за излишнюю неосмотрительность и, тем не менее, смотря только себе под ноги, я шёл вдоль улицы. Прямо старался не смотреть, глаза начинали болеть, а зря. Пройдя до половины квартала, я всё-таки осмелился посмотреть прямо и невольно остановился.
    В конце квартала, в обнимку с каким-то парнем стояла Соня. Она ушла сразу после первого урока, ссылаясь на резко вспыхнувшие боли в животе. Теперь я воочию видел причины её недомоганий. Она стояла к чёрной куртке и белой шапке, обнимая за плечи свою жертву и что-то с азартом объясняющая. Парень был на две головы выше её, что означало – с ростом мне с ним не конкурировать.
    Поправив шарф на лице, и сделав музыку ещё громче, я ускорил шаг, надеясь проскочить незаметно. Как бы я не старался выглядеть спокойным, сердце отчего-то начало колотиться как бешеное, особенно подходя всё ближе к ним. Как бы я не старался спрятать свои глаза, Соня узнала меня. Может по куртке, может по шарфу, может по походке – не знаю. Когда нас разделяли всего каких-то несколько метров, она посмотрела на меня и, отстранившись от парня, отошла чуть в сторону. Чтобы не сбить ее, проходя мимо, я на секунду, повернул корпус. Наши глаза встретились. Я не умею различать все эти взгляды, но как мне тогда показалось, она выглядела испуганной, отчего по моей спине побежали мурашки.
    Не сбавляя шага, я шёл дальше, стараясь ни о чём не думать, но даже громкая музыка не могла полностью расслабить моё сознание. Я был натянут, как тетива лука. Все мышцы были напряжены, а взгляд устремлён в одну точку. Лишь зайдя в свою квартиру, я позволил себе расслабиться.
    Раздевшись и бросив сумку на диван, я вытащил сигареты из внутреннего кармана куртки и, выйдя на балкон, открыл окно. Мне было плевать, если увидят соседи, я прикурил сигарету, выпуская дым в окно. Моя квартира располагалась на пятом этаже, так что я видел всю детскую площадку как на ладони. Соню я угадал лишь по розовой шапочке, её белая куртка, как и джинсы полностью сливались с белоснежным снегом. Я проводил её взглядом до самого входа в подъезд нашего дома. Вдруг появилась мысль выйти на лестничную площадку, так, как бы случайно, но она тут же была отброшена вслед за окурком куда-то рядом с подъездом. Выпустив последнюю порцию дыма из лёгких, я плотно закрыл окно и зашёл в тёплое помещение квартиры. Там меня ожидала моя единственная любовь – кружка горячего кофе.

    +20


    Ссылка на этот материал:


    • 100
    Общий балл: 10
    Проголосовало людей: 2


    Автор: LOKUS
    Категория: Фантастика
    Читали: 62 (Посмотреть кто)

    Размещено: 14 октября 2013 | Просмотров: 315 | Комментариев: 11 |

    Комментарий 1 написал: anuta (17 октября 2013 06:51)
    Я бегу вместе ним, но вот, остановилась
    и горизонта не видно, все в тумане.
    И долго мне ещё стоять?
    Прода будет когда? book
    Я тут кружечкой запаслась chay
    ЖДУ продолжение.
    angel



    --------------------

    Комментарий 2 написал: LOKUS (17 октября 2013 10:28)
    Сегодня выложу третью часть ))


    Комментарий 3 написал: Lil Cal (17 октября 2013 22:35)
    моя единственная любовь – кружка горячего кофе

    True love
    Думая о прекрасном будущем, я чуть было не попал под машину

    От так оно и бывает. А если бы сбили?! *нравоучительно*



    --------------------

    Комментарий 4 написал: LOKUS (18 октября 2013 09:18)
    Я сам уже сбился со счёта таких ситуаций с "если бы" ))


    Комментарий 5 написал: Арийская Волчица (12 февраля 2015 12:53)
    Все здорово, только я так и не поняла, что там малышка с рюкзаком говорила и тыкала пальцем в мальчишек?
    Почему она вдруг сказала, что он "мертвый дядя"?



    --------------------

    Комментарий 6 написал: LOKUS (13 февраля 2015 04:09)
    Арийская Волчица,

    Это была попытка ввести читателя в заблуждение. Ведь если судить по душевному состоянию друга главного героя, то вполне логично можно было бы предположить, что именно он следующая жертва ))


    Комментарий 7 написал: Арийская Волчица (13 февраля 2015 09:12)
    Цитата: LOKUS
    Это была попытка ввести читателя в заблуждение.

    Вам удалось =)
    Тот только в дальнейшем можно было обыграть этот эпизод в сложившихся обстоятельствах, было бы очень красочно wink



    --------------------

    Комментарий 8 написал: LOKUS (14 февраля 2015 00:22)
    Арийская Волчица,

    И как же? ))


    Комментарий 9 написал: Арийская Волчица (14 февраля 2015 07:47)
    LOKUS,
    Ну не знаю.. Я же не знаю до конца задумки автора =)
    Я бы сделала девочку эту каким-нибудь медиумом, чтобы Марк потом явился к ней, а она ему сказала, что теперь он "совсем мертвый", что-то в этом роде biggrin
    Но это я так, под действием своего романа сочиняю..
    У вас немного другой стиль, вряд ли это будет к месту.. don-t_mention



    --------------------

    Комментарий 10 написал: LOKUS (14 февраля 2015 16:15)
    Арийская Волчица,

    А знаете, вы мне подали хорошую идею. Я сделаю ещё один эпизод с этой девочкой )))


    Комментарий 11 написал: Арийская Волчица (14 февраля 2015 16:25)
    LOKUS,
    Рада, что немного вдохновила вас =)
    Приятно, что мои идеи не совсем бредовые! biggrin



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.