«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 2
GooglebotYandex

Гостей: 21
Всех: 23

Сегодня День рождения:

  •     KADGAR (19-го, 4 года)
  •     Mary MkLair. (19-го, 21 год)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 169 Герман Бор
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Глава 2. Коварству хара нет предела. (окончание)

    – Мамочка, пойдём, я там такое платье для тебя нашла!

    То, что увидела Ада, не могло не поразить любое женское сердце. Платье было действительно необыкновенной красоты. Материалом послужил очень лёгкий древесный шёлк, но волокна были с микро-напылением, и это создавало непередаваемую игру света. Платье переливалось всеми оттенками сине-зелёного, как морская вода под лучами Шемеша. Ада не смогла устоять и примерила платье. Оно было как раз по ней.

     – Эсти, это, конечно, очень и очень красиво, но ты посмотри на цену. Двести шекелей! У меня рука не поднимется отдать такую сумму за одно только платье.

    – Мамочка, но ты посмотри, что тут написано. Это авторская работа, выполненная по уникальной и неповторимой технологии Ривки бат Игаль, мастерицы художественного ткачества.

    – Всё равно, Эсти,  я не могу!

    – Мамочка! А можно мы с Эсти тебе подарим его! – сказал, стоявший рядом Дани. – У нас теперь есть деньги, нам же дали по пять тысяч.

    – Да, мам! И не возражай, молодец Дани.

    – Дорогие вы мои! Ладно, уговорили бедную островитянку, потерявшую голову.

    Платье перекочевало в корзину и Ашеры пошли к выходу из отдела. Пока Ада увлечённо занималась примерками, Шиммон зашёл в ювелирный отдел. Он хотел купить для Ады подарок, какое-нибудь необычное женское украшение. Его выбор пал на колье из синего эденита – минерала, который добывали только на Эдене-два, и притом в очень ограниченных количествах. Это был прозрачный синий опалесцирующий натёчный камень, внутри которого каким-то образом были вкраплены небольшие, но совершенно правильные октаэдры алмазов. Геологи сломали себе голову, пытаясь придумать правдоподобную гипотезу происхождения минерала, но тайна его, пока, так и осталась неразгаданной. По красоте этому камню не было равных. Когда на него падал свет, кристаллы алмазов светились как звездочки, будто кусочек звёздного скопления был воссоздан на объёмной звёздной карте. Шиммон заплатил за колье четыре тысячи шекелей и спрятал подальше свою покупку, в надежде, что представится подходящий случай, чтобы подарить его своей возлюбленной, которая, впрочем, о том пока не догадывалась или догадывалась, но виду не показывала. «Не важно, я подожду! Вся жизнь впереди!», – уговаривал Шиммон сам себя.

    На кассе Дани и Эстер попросили упаковать платье для мамы и для оплаты предъявили свои векселя. Шиммон думал, что кассирша будет возражать и пошлёт их в банк, но нет, она спокойно приняла бумаги и зачислила сдачу на электро-кошельки детей. Все остальные покупки оплатила Ада из своего электро-кошелька.

    – Оказывается, это очень удобно, этот электро-кошелёк – чудесное изобретение! И всегда на экранчике видно сколько денег было, сколько уплачено и сколько осталось. А у нас на острове пришлось бы таскать мешок с золотом, да еще всё время его пересчитывать, – сказала Ада Шиммону.

    – Кажется, всё купили, пора возвращаться на вокзал и отправляться на ферму, – ответил Шиммон. Но не тащить же нам всё в руках. Вот я вижу конторку службы доставки.

    На конторке было написано: «Доставка в любую точку города всего один шекель». Шиммон заплатил и попросил доставить все покупки в частный вагон в сто двадцать третьем тупике. Чтобы не возиться с готовкой, решили последний раз поужинать в ресторане. Потом Шиммон и Ашеры вернулись в свой вагон переночевать, чтобы утром поехать на ферму. Задать станцию назначения Шиммон поручил Эстер, и она прекрасно с этим справилась, показав свои великолепные способности к обучению. Железная дорога отправила вагон до Адмы по одному из четырёх запасных путей, чтобы не занимать скоростные магистральные пути и не мешать движению. По прибытии в Адму, Шиммон заказал тепловоз, который и доставил, наконец, вагон до фермы Авив. Местная дорога шла по невысокой эстакаде, всего в трех метрах над землёй, и только на самой ферме спустилась на уровень поверхности. Тепловоз с вагоном остановился у пассажирской платформы. На соседнем пути стояла автомотриса, принадлежащая ферме, был ещё обгонный путь и погрузочный путь, который подходил к огромным резервуарам с маслом. Ближе к лесу были ещё два запасных пути, на последнем стоял спецпоезд с биолабораторией.

    – Шимми, скажи, пожалуйста, а почему все рельсовые дороги, которые идут через лес, проложены на эстакадах? Ведь строить дороги таким способом, наверное, сложнее, чем если бы они шли по земле? – спросила Ада, глядя на дорогу, по которой они приехали.

    – По-моему, это понятно! Так сделано, чтобы звери могли свободно гулять, где им вздумается, и считали бы этот лес своим. Пусть это дороже, но это правильно, ведь животные имеют такие же права на эту планету, как и люди. Мы не должны их как-то притеснять или эксплуатировать, – у нас в Исраэле это считается неприемлемым!

    – Но Шимми! Мы же накупили кучу одежды и обуви, сделанной из животных. Кожа, шерсть! Да и продукты, наконец, которые мы ели: молоко, сыр, сливочное масло и мороженое! Разве это не эксплуатация животных?

    – Ты, Ада, наверное, удивишься, но всё тобой перечисленное, делается из материалов, выращенных в культуре. Даже молоко! Из клеток родоначальников, под действием торсионных излучателей, управляемых биоморфологическими алгоритмами формируются любые органы, например молочная железа коровы. Находясь в питательной среде, полученной из растительного сырья, искусственная железа выделяет молоко, которое собирается и упаковывается в стерильных условиях, в отличие от коровьей фермы, и нет никакой необходимости как-то дополнительно обрабатывать молоко, кипятить, например. Кожа, мех, шерсть – все материалы животного происхождения выращены в культуре, и всё благодаря биоморфологии.

    – А исходные клетки, где же вы их берёте?

    – Как где?! Просим у животных, конечно. Если нужно молоко коровы или козы, то королевские медики с помощью небольшого укола берут биоматериал у домашних животных Падан-Арама, а если нужен мех рыси, то сгодится и дикая местная рысь. Совсем маленький укольчик во время угощения, и накормленный счастливый зверь уходит к себе домой в лес.

    – Да… голова кругом идёт от вашего волшебства!

    – Ничего, Ада, ты постепенно привыкнешь.

    Подошёл машинист тепловоза.

    – Скажите, пожалуйста, господа, а кто из вас теперь управляет фермой?

    – Наверное, это я. Ада бат Леви – будем знакомы.

    – Эйтан бен Шет – машинист станции Адма. Я всегда заправлялся на этой ферме, разрешите мне и сейчас залить три тысячи литров биотоплива из ваших хранилищ.

    – Я не против, – сказала Ада, – но помочь я вам не смогу. Я пока не знаю, как это делается.

    – Это ничего, я справлюсь сам, я должен вам триста шекелей. Вот вам мешочек золота, можете не пересчитывать.

    – И кому же принадлежат теперь эти деньги?

    – Это вам решать, моё дело заплатить и залить топливо, я же машинист, а не бухгалтер. Я пошёл, благодарю и всех благ, госпожа Ада.

    – Шимми, а что мне теперь делать с этим золотом?

    – Я пока не знаю, но не переживай, в информационной сети есть любые сведения, в том числе и по правилам продаж биотоплива. Я всё найду, и мы сделаем как надо.

    – Что бы я без тебя делала!

    – Пойдёмте в дом, надо ещё все вещи из вагона забрать. Сейчас машинист заправится и отгонит вагон в Адму, а там его отправят на станцию приписки.

    – Скажи, Шимми, а купить такой вагон нам будет можно? – спросила Ада.

    – Купить то конечно можно, точнее заказать, вагоностроительный завод соберёт его на заказ, только вот цена кусается, это будет стоить порядка десяти тысяч шекелей. Я, например, со своим окладом в двести шекелей в месяц, себе такого позволить не могу.

    – Да, ты прав, это очень дорого! Ещё не известно, сколько придется потратить денег на учебники для школы, у нас в Падан-Араме книги стоят сумаcшедших денег.

    – Здесь всё проще, любую книгу ты можешь скопировать из центральной библиотеки в свой переносной вычислитель совершенно бесплатно и потом читать её на экране. Бумажные книги в Исраэле давно никто не делает, а древесина, которая добывается в процессе ухода за лесами, перегоняется в спирт или идёт на дрова. Это биотопливо разрешено к применению.

     – Ты говоришь книги – бесплатно, но кто тогда будет их писать? Если писатель за свой труд ничего не получает, то писать книгу для него становится бессмысленным.

    – Всё не так, как ты думаешь. Писатель получает деньги и даже очень большие, только платят ему не читатели, а казна, и платит пропорционально количеству сделанных копий. Так что, если книга удачная, то можно долго получать за неё деньги. Выплата авторских денег в Исраэле –  общепринятая практика. Я тоже буду получать авторские за сонер, если его будут выпускать серийно.

    Ада  с Шиммоном и детьми вошли в дом. Он был просторным и был рассчитан на две семьи, то есть на шесть человек. Для каждого была предусмотрена своя спальня и комната для работы, всех служебных помещений тоже было по два – свои на каждую семью. Дети пошли выбирать себе комнаты, а Ада с Шиммоном отправились осматривать производственные помещения. Шиммон вынул из папки с описанием фермы план территории.

    – Так, за жилым комплексом расположен щит управления мотор-генераторами,   посмотрим. Десять машин по десять мегаЕМ [ЕМ – единица мощности, близкая по значению к Ватту] – приличная мощность.

    Они вошли в пультовую энергостанции. Один из агрегатов был в работе, от него питалась биолаборатория в поезде, поставленном на прикол на последнем пути. От оборудования веяло какой-то стариной, управляющих вычислителей не было. Тумблеры, поворотные переключатели, простые цифровые табло и даже стрелочные указатели тока и напряжения, по которым можно было оценить обстановку, бросив лишь беглый взгляд на панель. Шиммон вспомнил, что еще каких-то сто лет назад, вычислители в управляющих производством системах старались не использовать. Считалось, что внепрограммная автоматика надёжней.

    – Оборудование старое, Ада, но тем лучше! Тебе будет легче к нему приспособиться.

    – Боюсь, что мне сейчас всё будет сложно. Но я справлюсь, в школе я училась на отлично, начну с фундаментального образования. Ты обещал меня научить пользоваться центральной библиотекой.

    – Да, непременно. Пойдём посмотрим, что там дальше по плану.

    Дальше были расположены мастерские, тут можно было производить мелкий ремонт моторов. В следующем здании с толстыми звуконепроницаемыми стенами и такими же толстыми воротами стояли десять железнодорожных платформ, каждая в своём тупике. На платформах были смонтированы мотор-генераторы. Силовые и управляющие кабели, а также гибкие трубопроводы с топливом, водой и маслом свисали с платформ и убегали в коммуникационные траншеи. Выхлопные коллекторы соединялись патрубками с общей вытяжной системой.

    – Очень рационально было сделать агрегаты на железнодорожном ходу. Если потребуется крупный ремонт или замена агрегата, мы с тобой запросто сможем его отсоединить и отогнать на станцию Адма, а потом отправить на завод.

    Выйдя из здания энергостанции, Шиммон и Ада направились дальше. В следующем здании находились маслобойня и машина для приготовления компоста из остатков биомассы. Здание было  большим. На первый этаж входил железнодорожный путь, по которому доставляли урожай. Несколько пустых вагонов-самосвалов стояли у бункера молотилки. Здесь же неподалёку находился склад с жидкими удобрениями в специальных унифицированных баллонах. На втором этаже располагался пульт управления автоматизированным полем.

    – Я читал об автоматизированных полях по выращиванию культур, – сказал Шиммон входя в пультовую, – но вот самому работать с такими системами не приходилось. Сейчас запустим вычислители. Их два – основной и дублирующий, и посмотрим, как выглядит список команд.

    После процедур самопроверки вычислитель выдал меню, в котором были технологические операции: выбор возделываемой культуры, обработка почвы, дезинфекция почвы паром, внесение компоста, анализ состава почвы, внесение удобрений в соответствии с составом почвы, подсадка почвенных бактерий, посев культуры, полив поля, анализ спелости культуры, уборка урожая, переработка урожая в конечный продукт, переработка отходов в компост, детализация команд, расписание технологических операций, текущее состояние дел. Шиммон выбрал последнюю команду и прочитал сообщение вслух: «Урожай переработан в масло, масло очищено и подготовлено к использованию в качестве моторного топлива, отходы переработаны в компост, кибертехники находятся в депо».

    – Оказывается, тут даже киберы есть! Но нам повезло, Ада, все работы на этот год закончены, будет время на освоение всей этой техники и технологии. Пойдём посмотрим, что ещё есть на ферме.

    Позади осмотренных зданий было ещё одно, очень длинное. Оно тянулось на шестьсот метров и имело в ширину метров пятьдесят. Крыша была полукруглой и прозрачной в верхней части. Через каждые пятьдесят метров имелись двери. Шиммон и Ада вошли и ахнули. Это был огромный бассейн шириной примерно сорок метров. В воздухе стояла сырость. По стенам тянулись ребристые трубопроводы, покрытые серебристым металлом. На поверхности этих труб оседал конденсат, но никаких следов коррозии не было и в помине. Конденсат стекал по рёбрам вниз и собирался в серебристый жёлоб у основания стен. «Похоже на палладий», – подумал Шиммон. Ада сунула руку в воду.

    – Вода горячая, Шимми. Что бы это значило?

    – Кажется, я знаю, что это и откуда. Где-то рядом должен находиться процессорный  тоннель. Твоя ферма и предназначена для резервного питания этого тоннеля, в случае, если произойдёт сбой в централизованном энергоснабжении. В таких тоннелях, на глубине около ста пятидесяти метров, расположен наш информационный мир. Эти тоннели тянутся под всем восточным континентом. Вдоль стен тоннеля располагаются  шкафы без стенок, в которых смонтированы блоки нанопроцессоров, оперативной и энергонезависимой электро-полевой памяти. Блоки питания, оптические преобразователи и другое служебное оборудование – обычно общее для вычислительных блоков в каждом шкафу. В одном шкафу могут жить или храниться до сотни информационных личностей. Всё это помещено в атмосферу диоксида углерода, чтобы не было пожаров. Диоксид углерода прокачивается через участок тоннеля и охлаждает оборудование. Затем он проходит через теплообменник и отдаёт тепло воде, которая выносится на поверхность и охлаждается в таком вот бассейне. Часть воды здесь испаряется, и это количество восполняется питательной водой, добываемой из подземных водоносных горизонтов. А конденсат тщательно собирается и используется для полива полей, если дождей выпадает мало.

    – А разве нельзя использовать для полива воду из реки или ту же подземную воду?

    – Подземная вода слишком солёная для полива и вода из реки тоже, если это не горная река, конечно. Поэтому воду для полива тщательно готовят, смешивая конденсат с подземной водой, чтобы солевой состав почвы оставался неизменным. За этим следит система автоматизированного поля, которую мы только что видели.

    – А можно посмотреть на само это поле?

    – Можно, но оно очень большое. Здесь на плане написано, что оно имеет ширину два километра и длину – двенадцать.

    – Ну, тогда хотя бы подойти к краю, мне интересно, как это можно выращивать растения автоматически. То есть, как выглядит механизм, который это делает?

    – Поле отсюда будет на восток, пойдём посмотрим. Я думаю, этот железнодорожный путь ведёт как раз к полю.

    Они пошли по рельсам и, вскоре, нашли то, что искали. Машина для обработки поля была огромной. Она напоминала мостовой кран и двигалась по рельсам. Ширина колеи была  пятьдесят метров, а по направлению движения длина машины составляла около двадцати метров. Высота циклопического механизма была около пяти метров. Вся площадь поля была покрыта пятидесятиметровыми колеями с небольшими промежутками между ними. Машина могла переходить на соседнюю колею с помощью поперечных рельсов переноса. Всего на поле было четыре таких машины.

    – Как тебе это нравится, Ада? – спросил Шиммон.

    – Это впечатляет! Надо будет как-нибудь проехать на этой штуковине до конца поля. Но скажи, как мы будем ремонтировать этого монстра, если он сломается?

    – Я думаю, – никак. Надо будет вызывать ремонтную бригаду с завода-изготовителя.

    – А как эта машина называется?

    – Там написано: «МАК-203». Я думаю что МАК – это мостовой агрокультиватор. Ну, что, вроде всё посмотрели, возвращаемся?

    – Да, пожалуй. Пойдём домой.

    – Мне надо зайти в лабораторию поздороваться с коллегами, узнать как дела. А потом я займусь автомотрисой, завтра надо везти детей в школу.

    – А я приготовлю обед и засяду за книги. Если продуктов не найду, пошлю Бильху на охоту.

    – Лучше не надо на охоту.

    – Почему, в Исраэле это запрещено?

    – Нет, просто это не принято. Если кто узнает, будет думать с осуждением.

    – Но Бильхе-то можно охотиться?

    – Ей, конечно, можно! Она ведь хищник.

    – Но она всегда, когда поест сама, потом что-нибудь принесёт и для нас. У кошек так принято – делиться едой с друзьями.

    – Тогда ладно, пусть приносит, но мы сохраним это в тайне.

    Ада направилась в дом, а Шиммон пошёл через пути в передвижную биолабораторию.

    – Мир вам, дорогие мои друзья, Биньямин, Лаван! И вам мир, господин Элияху! Кого я здесь еще не знаю? Мир вам, коллеги. Я Шиммон бен Эйфа, инженер, специалист по психотропному торсионному оружию. Буду участвовать в исследовании нашего пленника.

    – Шмуэль бен Звулун, программист-шифровальщик, специалист по расшифровке кодов и протоколов обмена информацией в мире животных.

    – Калев бен Йосеф – программист и биоморфолог.

    – Отлично, рад познакомиться. Как идут дела?

    – Пациент стабилен, – ответил Элияху, – питание и дренаж налажены. Мы втроём с Биньямином и Лаваном по очереди дежурим и наблюдаем за физиологией нашего пленника. Противопролежневая система обеспечивает попеременную нагрузку и разгрузку точек опоры. Руки и ноги мы на всякий случай зафиксировали. Лет пять он точно протянет. Спит он по пять – шесть часов. Фаза активного сна не наблюдается. Похоже, что с ментосом он вообще не связан. И этот факт является открытием.

    – А как же тогда они размножаются, откуда идёт его биоморфология?

    – Это большая научная проблема. Пока ответа нет.

    – Его мозг периодически, во время сна, выдаёт одну и ту же последовательность торсионных сигналов, – сказал Калев. – Нам удалось её принять и записать. Похожую последовательность выдает и мозг человека, и на неё ментос отвечает и переводит лигаментум в режим передачи информации от человека в сеть, то есть включает активный сон. Но в случае с хара этого не происходит. Ответа ментоса нет, как будто хара для него не существуют.

    – Очень интересно! То есть запрос есть, а ответа нет?

    – Именно так.

    – Да… есть над чем подумать. А как дела с расшифровкой?

    – Поскольку нет передачи информации, имеющей смысл, то и материала для расшифровки нет, – ответил Шмуэль.

    – И что же вы предпринимаете?

    – Пытаемся нащупать ответ на запрос. Для человека ответом ментоса на запрос является четверичная цифровая последовательность генетического кода гемоглобина. Хара тоже имеют белок переносчик кислорода аналогичный гемоглобину, но последовательность аминокислот другая.

    – Другая? И он работает?

    – Да ещё как! Благодаря исследованиям нашего коллеги господина Элияху, уже давно известна и эта последовательность и то, что этот белок может образовать комплекс не только с атомом железа, но и с атомом кобальта, причем с последним – намного охотнее. Именно поэтому их кровь такая тёмная и цвет лица сероватый. А радиоактивный кобальт шестьдесят их убивает, причём очень быстро.

    – И что же?

    – И ничего! Переложение последовательности аминокислот в четверичный код не дало никакого результата. Когда торсионный излучатель выдаёт этот код в ответ на запрос мозга хара, ничего не происходит. Вот теперь сидим и ищем ошибку.

    – Запишите, пожалуйста, все результаты на электро-полевую память для меня. Я возьму с собой и тоже подумаю.

    – Будет сделано, господин координатор.

    – Меня назначили координатором?

    – Да, Шиммон, уж извините за такую неприятность, – сказал Элияху. – Вы руководите нашим коллективом, поскольку основная цель исследований – это создание психотропного оружия против хара. А как ваша подруга Ада? Она вам симпатизирует! Это я вам как медик говорю. Хотя и старается не показывать виду.

    – Хотелось бы верить вашим словам. Я полюбил её, это со мной второй раз. Первая любовь настигла меня ещё во времена практики, и, к сожалению, дальше первого уровня дело не пошло. Скажите, Элияху, сколько должно пройти времени, чтобы женщина, потерявшая мужа, оправилась от своего горя и позволила себе, наконец, полюбить ещё кого-то?

    – С точки зрения психологии должно пройти около трёх лет, но в вашем случае, очень вероятно, что она прикоснётся к вам раньше. Слишком круто изменилась её жизнь, а вы тот человек, который открывает ей этот незнакомый для неё мир.

    – Посмотрите, что я  купил ей в подарок. Мне кажется, женщине это должно понравиться.

    Шиммон достал из внутреннего кармана футляр, вынул колье, и поднял его за цепочку, поближе к свету.

    – Иридий и синий эденит – редкая вещь!

    – Потрясающе красиво! Неужели это настоящий эденит? Первый раз вижу его воочию. Минерал, действительно, очень редкий. Безусловно, Аде это понравится, не сомневайтесь.

    – Ваш минерал понравился и нашему хара, – сказал Калев. – Взгляните на энцефалограф – вот этот график, видите? Мозг пациента очень возбуждён! По-моему, он хочет что-то сказать, но мешает языковой барьер.

    – Вряд ли для хара эденит может что-то значить. На Эреце он не встречается! Наверное, он просто вспомнил меня, вот и возбудился, – сказал Шиммон.

    – Попробуем завтра ещё раз, без вашего присутствия, – сказал Элияху.

    – Ладно, попробуйте.

    – Вот ваш блок памяти с данными исследований, господин Шиммон, – сказал Шмуэль.

    – Благодарю вас, коллега, до завтра.

    Направляясь к автомотрисе, Шиммон ломал голову над внезапно возникшей проблемой: «Почему же код их гемоглобина не срабатывает? Может быть, нужен какой-то другой белок в качестве пароля, а может ошибка совсем не в том? С другой стороны кровь у всех наших зверей одна, и перенос кислорода – это основа основ, но у хара она другая… и ментос не отвечает. Откуда же они, эти загадочные хара?» Забравшись на автомотрису, Шиммон приятно удивился. Это железнодорожное чудо оказалось весьма современным. По сути это был стандартный скоростной частный вагон, у которого вместо четырёх жилых купе, был смонтирован небольшой мотор-генератор. Кабины машиниста располагались с обоих концов вагона, и в них было, кроме стандартного бортового вычислителя, предусмотрено ручное управление движением. На двух двухосных тележках были установлены токоприёмники для подключения к тяговому рельсу скоростных магистральных путей. На крыше был токоприёмник для подключения к контактному проводу городских линий. На пульте машиниста был даже переключатель тяговых редукторов с двумя режимами: маневровый локомотив и скоростной вагон. «Это гениально! Прежние владельцы фермы знали толк в технике, надо же было придумать и заказать столь универсальную машину», – рассуждал про себя Шиммон. Он запустил двигатель и посмотрел уровень топлива. «Десять процентов – маловато», – здраво рассудил инженер. – «Сейчас подгоню машину к заправочному терминалу».

     Шиммон поставил контроллер на первую позицию, и вагон плавно тронулся. На пульте машиниста был тумблер дистанционного управления стрелками и Шиммон без труда смог проложить себе маршрут. Покончив с заправкой, он подогнал автомотрису к пассажирской платформе и уже хотел отправиться в дом на обед, но тут вспомнил, что забыл попросить у коллег свежих продуктов. «Надо сходить, а тот ведь Ада вряд ли найдёт что-то в холодильниках кроме замороженного мяса, а ведь одними белками, разложенными на аминокислоты, сыт не будешь. Мы же не хара… Хара питается аминокислотами и недостающие синтезирует… Недостающие… а почему они недостающие? Что-то я упускаю». В голове у Шиммона вертелась смутная мысль и никак не могла оформиться. Он вошел в лабораторию.

    – Элияху! Где вы?

    – Да здесь я, здесь! Что случилось?

    – Нет, ничего… скажите, сколько аминокислот использует хара для синтеза своих белков?

    – Больше, чем человек – двадцать восемь.

    – Но ведь наши кодоны транслируют только двадцать, то есть вариантов четверичного кода в трёхразрядных кодонах – шестьдесят четыре, но многие коды аналогичны и транслируют одну и ту же аминокислоту, и есть ещё стоп-кодоны.

    – Вы хорошо осведомлены в биологии, но знаете ли вы, что хара имеют ещё одну пару нуклеотидов в генетической цепочке, и она, эта цепочка, не двойная, а одинарная, то есть – это информационная РНК. И в этом ещё одна причина того, что хара очень боятся радиации: одинарная цепочка, будучи повреждённой, не может восстановиться из комплементарной копии, как это происходит в случае ДНК.

    – То есть вы хотите сказать, что хара вообще не от мира сего! И генетический код их не четверичный, а шестеричный!?

    – Да. По-видимому, так оно и есть!

    – Так что же вы молчали!

    – Шестеричный – четверичный, какая разница! Я не пойму в чём подвох. Я же не математик и не программист.

    – Господин Шмуэль, вы слышите нас?

    – Да, слышу. И мне кажется, я понял, на что вы намекаете, господин координатор. Попробовать переложить последовательность аминокислот в гемоглобине хара не в четверичный, а в двоично-шестеричный код?

    – Да! Именно!

    – С учётом аналогий, код придётся подбирать. Что ж, я напишу программу, на неделю нам работы хватит! И вот, что я вам скажу! Эта ваша догадка может потянуть на открытие. Это здорово!

    – Очень на вас надеюсь, Шмуэль. Нам надо как-то продвигаться вперёд, а вдруг получится? Тогда хара у нас в руках!! А теперь, зачем я пришёл. Хотел попросить у вас свежих продуктов, коллеги. Завтра я всё равно еду в город и привезу на всю компанию. Я теперь буду ездить каждый день, детишек Ашеров в школу возить, я ведь ещё их куратор до окончания школы.

    – Отлично! – сказал Элияху. – А то приходилось просить Эйтана возить для нас продукты, а он всё переживал, что ему топлива не дадут.

    – Эх, нехорошо получилось! Надо было его заправить за счет лаборатории. У нас ведь есть золото на расходы?

    – Наличных тысяч восемь. И неограниченный кредит в банке. Кстати, возьмите свою карточку координатора, по ней в банке можно брать деньги на расходы по теме. А продукты в холодильнике.

    Шиммон набрал продуктов – овощей, фруктов, хлеба, сливочного масла, сыра кусок – и отправился домой. Теперь это был его дом на долгие годы! Там ждала его прекрасная Ада – не жена ещё, но уже подруга, предмет его любви и надежды на счастье и дети, которых он уже считал своими.

    © Шен Александр Андреевич

    http://shena1622.nethouse.ru/

    shena1622@gmail.com

     


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: shena1622
    Категория: Фантастика
    Читали: 52 (Посмотреть кто)

    Размещено: 14 мая 2014 | Просмотров: 158 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.