«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
Ленусик

Роботов: 0
Отсутствуют.

Гостей: 15
Всех: 16

Сегодня День рождения:

  •     KADGAR (19-го, 4 года)
  •     Mary MkLair. (19-го, 21 год)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 167 anuta
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    ТАЙНА ЧЁРНЫХ СКАЛ

    *
           ВАЛЕРИЙ КАЗАНЦЕВ
           ТАЙНА ЧЁРНЫХ СКАЛ
                                                                    

                                                                           Глава восьмая
                                                                       Урок французского


           Иван Иванович, как всегда, начал урок с опроса домашнего задания. Ребята, как могли, отвечали ему, а он, обведя всех колючим взглядом, изредка пояснял непонятные слова.
           Очередь, наконец, дошла и до Юрия. Он знал урок, поэтому не боялся. Парень с выражением прочитал заданный текст, вставляя в предложения слова по смыслу из другого упражнения на следующей странице и, смело, взглянув на лицо учителя, понял, что ответил правильно. Но Иван Иванович молчал, выжидающе глядя на него.
           — Да-а... — наконец произнёс он. — А теперь прочти то же самое по моему учебнику. — Иван Иванович подал Юрию свой, изрядно потрёпанный и, очевидно, другого, более раннего издания.
           "Что ему от меня надо? — невольно подумал Юра. — Или он не верит, что я сам всё сделал?"
           Недоумевая, парень отыскал домашний текст, снова начав читать его с самого начала. Дойдя до многоточия, он перевернул страницу и, быстро найдя пропущенное слово из прилагаемого списка существительных и глаголов, расположенных вразнобой в два столбика, прочёл его.
           Учитель встал из-за стола и, подойдя к Юрию, громко хмыкнув в кулак, с силой захлопнул учебник.
           Юра не на шутку испугался.
           — Да-аа, — опять процедил Иван Иванович и, стремительно направившись к столу, с явным удовольствием поставил в журнале напротив фамилии Юрия большую жирную единицу.
           Зинка, сидевшая на первой парте возле учительского стола, с любопытством заглянула в журнал и тут же обернулась, незаметно показав пальцем всему классу какую отметку поставил учитель.
           "Почему? — вскипел Юра, подавляя незаслуженную обиду. — Или он добивается, чтобы я наизусть всё делал? Но он ведь не говорил, чтобы учить!..."
           Это уже выходило изо всех рамок. Юра не ожидал от преподавателя такой жестокости. Он же знал, что он ответил правильно, и всё-таки поставил единицу.
           "Поставил... Назло ведь поставил!.. — не мог успокоиться парень, сдерживая невольную дрожь ярости. — Неужели он испытывает удовольствие, когда плохо другим?"
           — За что? — вызывающе спросил он.
           Одноклассники, сразу притихнув — хотя и до этого сидели очень тихо, боясь лишний раз скрипнуть партой — сочувственно поглядели на Юрия, в то же время опасаясь как бы гнев учителя не перешел и на них.
           — За что?!! — взревел Иван Иванович. — Уж не собираешься-ли ты учить меня?
           — Нет! — гордо ответил Юра и молча вышел из класса.
           "Сухарь самолюбивый, — зло подытожил он. — Эгоист и подлец — сразу видно! И как его только земля держит?"
           Юра не торопясь шёл по пустому коридору школы. Он старался прогнать неприязнь к учителю, но никак не мог найти веского довода, объясняющего бы действия Ивана Ивановича, хотя, где-то в глубине его души, нет-нет, да и пробуждалось чувство сострадания.
           "Нет, тут что-то не так, — в такие минуты размышлял он. — Ведь не может же человек жить среди людей таким жестоким. Даже звери бывают добрыми, а он... Да-а, здесь надо разобраться..."
           И действительно, что скрывалось за чёрствостью и озлобленностью души Ивана Ивановича? Где он жил раньше? Зачем он пришёл в школу?
           Этого никто не знал и не мог дать вразумительного ответа. Впрочем, Юра не отчаивался. Всякая тайна требовала терпения. А оно у него было.


                                                                               Глава девятая
                                                                           Случай на биологии


           На урок биологии Анатолий вбежал в класс и, с независимым видом подойдя к парте у шкафа с запылёнными чучелами птиц, осторожно положил на неё свой довольно массивный портфель вечно набитый, помимо учебников, всякой другой технической литературой.
           — Ну вот, ребята, — негромко произнёс он, — сегодня мы с вами детально изучим тему вчерашнего урока.
           Светка удивлённо вскинула брови:
           — Ты прямо как профессор...
           Анатолий в недоумении пожал плечами, сев за парту. Но Светка не унималась.
           — Давай, выкладывай, что опять задумал? — требовательно спросила она.
           — Скоро узнаешь...
           — Когда?
           — Я ведь сказал: "Скоро".
           — Вот, вечно ты так... — заворчала Светка, но тут прозвенел звонок и она, вздохнув, замолчала.
           В класс вошла учительница биологии.
           — Здравствуйте, — сказала Татьяна Владимировна, положив классный журнал на учительский стол. — Садитесь. Кто готов отвечать? Ну-ну, смелее...
           С первого взгляда сразу было видно, что домашнее задание почти никто не знает. Однако каждый старался скрыть это.
           Учительница присела на стул и, внимательно оглядев притихший класс, раскрыла журнал. Она долго искала, кого бы вызвать. Наконец, поднявшись из-за стола, решила:
           — Харчиков, иди к доске!
           Анатолий молча поднялся.
           — Ну, Харчиков, чем ты нас на этот раз порадуешь? Ты приготовил урок?
           Анатолий многообещающе кивнул головой. Небыло такого дня в его жизни, когда бы он оставался не подготовленным к предстоящим занятиям. Он был человеком особенной натуры, не позволявший себе поблажки в учёбе; да, собственно, она и давалась-то ему довольно легко, без всякого напряжения и зубрёжки. Прочитал два раза, и, пожалуйста — четвёрка обеспечена.
           Харчиков не спеша вышел к доске и, взглянув на притихших ребят, неожиданно предложил:
           — Знаете, Татьяна Владимировна, давайте я лучше наглядно покажу прошедший материал. Так ведь гораздо интереснее, чем рассказывать всё по плакату.
           — Что ты нам хочешь показать?
           — Опыты.
           — На уроке?
           — Да. С лягушками. У нас ведь задано по программе: строение млекопитающих...
           — Анатолий, и ты принёс их сейчас в класс? — перебив его, ужаснулась учительница, испытывающее посмотрев на парня. — Они ведь настоящая гадость...
           — Ну, почему же сразу гадость, Татьяна Владимировна? Лягушки тоже приносят очень даже большую пользу, уничтожая комаров и мошек. И вам должно быть стыдно, как преподавателю биологии, с отвращением относиться к тем животным или млекопитающим, про которых вы нам рассказываете на уроках.
           — Харчиков... — укоризненно покачала учительница головой. — Положим, про них я всё и без тебя прекрасно знаю. Но ведь у каждого человека всегда есть свои страхи с раннего детства. Одни боятся червей, другие пауков или змей. Я же с детства очень боюсь лягушек и ящериц... В общем, сейчас не время об этом рассуждать. Я одного не пойму: в классе-то, зачем они нужны?
           — Для опытов.
           — Удивляюсь я тебе, Анатолий. Вроде взрослый парень, а ведёшь себя как мальчишка. Или ты, может быть, собираешься стать учителем? Только это не метод, мучая животное, объяснять, где оно живёт, как развивается. Да и говоря о строении органов, совсем не обязательно делать вскрытие. Ты же находишься не на практике в медицинском институте, а в самой настоящей школе и тут за такие эксперименты никто тебя по головке не погладит...
           — Я с вами согласен, Татьяна Владимировна.
           — Ну, тогда в чём же дело? Или ты желаешь применить свой доморощенный метод на практике?
           — Да, — схитрил Анатолий.
           — Интересно... Ну, хорошо. Так и быть, — согласилась учительница. — Я понаблюдаю за тобой. Но прошу тебя, ради бога, соблюдай приличия.
           — Постараюсь, — пообещал Анатолий.
           Он подошёл к портфелю и извлёк из него небольшую коробочку из-под детской обуви. Потом, достав из кармана скальпель с тёмно-синим пузырьком со светлой жидкостью, вынул самую жирную лягушку и, держа её за перепончатую лапу, вышел к столу.
           Учительница с плохо скрываемой брезгливостью отступила к окну.
           — Так, сейчас я её усыплю, и мы приступим к главному, — деловито сказал Анатолий, сняв с пузырька колпачок.
           В классе сразу же запахло эфиром.
           Вскоре лягушка затихла, вытянув в сторону все свои четыре конечности.
           Харчиков, вооружившись скальпелем, занёс руку над её круглым животиком, намереваясь сделать первый надрез. Татьяна Владимировна вскрикнула, на миг закрыв ладонью глаза.
           — Харчиков, перестань! Довольно! — быстро сказала она и, стремительно подойдя к нему, вырвала скальпель из его рук. — Я тебя к доске не для этого вызывала. Если знаешь урок, то рассказывай, мы все тебя с нетерпением ждём.
           — Как хотите, — произнёс Анатолий, обескураженный отказом.
           Положив лягушку назад в коробочку, он шумно вздохнул, взял указку и принялся излагать домашний материал.
           — Ну, вот видишь, всё ведь можно объяснить и без вскрытия, — сказала учительница с облегчением. Ладно, достаточно. Можешь идти. Дальше продолжит... Сербова Вера.
           Верка встала и с великой неохотой направилась к доске.
           — У, живодёр... — прошипела Зинка, когда Анатолий проходил мимо неё и, спрятав зеркальце в карман фартука, презрительно хмыкнула.
           Она считалась первой модницей в классе, а такая зануда — жуть просто! Вообще-то её многие недолюбливали за её несносный характер, но она, кажется, даже не замечала враждебных отношений со стороны одноклассников.
           Харчиков угрожающе погрозил ей кулаком, без особой охоты сев за парту.
           — Слушай, Толька, дай мне пару лягушек, — толкнув соседа, вдруг тихо попросил Женька Калистратов.
           — Зачем? — удивился Анатолий.
           — Просто так, подержать...
           Анатолий с недоверием посмотрел на Калистратова.
           — Темнишь...
           — Ей-богу, подержать только. Зачем мне врать?
           — Ну ладно, уговорил. Бери одну, — разрешил Анатолий. — Вторая пока ещё не отошла от " наркоза ".
           — Вот здорово...
           — И что ты радуешься, не пойму?
           Анатолий осторожно открыл под партой коробочку, вытащив лягушку на волю.
           Через минуту та уже сидела у Женьки на ладони и таращила на всех свои выпуклые глазищи. Калистратов с наслаждением гладил её по шершавой спине, блаженно приговаривая:
           — Посиди здесь немножко, голубушка. Не убегай только от меня. Какая ты мокренькая, зелёненькая, пучеглазенькая... Потерпи ещё чуть-чуть. Сейчас я сброшу тебя в портфель этой противной Зинки, будет она помнить меня до самой смерти! Будет знать, как ехидничать и смеяться!" Ты, Женечка, тунеядец, лодырничать любишь..."Тоже мне, любительница морали! Правильно же, маленькая? — спросил он у лягушки и тут же улыбнулся, представив Зинкино лицо в тот момент, когда она обнаружит его "красавицу".
           Перестав гладить лягушку, Калистратов незаметно пододвинул портфель Зинки к себе.
           Анатолий, с интересом следивший за его действиями, дружески молчал. Зинка ему тоже порядком потрепала нервы. И что за человек? С такой связываться опасно...
           "Вот бы Юрка обрадовался, увидев Бежину шокированной, — невольно подумал он. — Она ведь страсть как боится пресмыкающихся..."
           Анатолий с нескрываемым злорадством подмигнул Калистратову и тот, открыв портфель Зинки, опустил лягушку на учебники.
           Радуясь, что она не заметила подвоха, он закрыл портфель, поудобней уселся за партой и, то и дело, поглядывая на часы, стал дожидаться окончания урока.
           Но прошло минут десять, и Женька от нетерпения заёрзал на месте, словно ему на сиденье подложили дюжину канцелярских кнопок. Анатолий весьма внушительно толкнул его в бок, угрожающе сунув кулак под самый нос Калистратова, но тот отнёсся к нему с полным равнодушием.
           "Вот ведь непоседа... — вздохнул Анатолий, — испортить всё захотел что-ли?"
           — Ты что?! Сиди смирно! — теряя терпение, прошептал он.
           Но нетерпение у Калистратова было так велико, что усидчивости ему явно не хватало. Неизвестно, чтобы предпринял Анатолий, усмиряя необузданный пыл соседа, если бы учительница не объявила об окончании урока.
           До звонка оставалось ещё минут пять и ребята не торопясь, начали собирать учебники в портфели.
           Вот тут-то и сам Анатолий, не вытерпев, вытянул свою длинную шею, наблюдая за Зинкой. Та аккуратно сложила учебники стопкой и раскрыла портфель. Лягушка тут же выпрыгнула, Зинка всплеснула руками, лицо её исказила гримаса испуга, и на весь класс раздался оглушительный, с переливами визг.
           — Во-о даёт... — только и смог произнести Харчиков.
           А лягушка, оглядевшись по сторонам, запрыгала к краю парты, прямиком к своей новой хозяйке.
    Класс вторично потряс истерический вой.
           Зинка, не признавая никакого родства с классом пресмыкающихся, с отвращением отбросила лягушку от себя.
           Почувствовав свободу, лягушка поспешно запрыгала вдоль парт, стараясь хоть где-нибудь укрыться.
           Девчонки забрались с ногами на сиденья, подняв такой визг, что Татьяна Владимировна даже растерялась, не зная что предпринять, чтобы восстановить спокойствие.
           — Зинаида! Хватит! — закричала она, пытаясь перекричать шум класса. — Разве можно так бояться? Это же смешно быть такой трусихой!
           Но Зинка не унималась. В ход пошло всё — вплоть до шариковой авторучки. Лягушка чудом успевала увёртываться от падающих на неё школьных принадлежностей.
           — Вот ведь несчастье, — беспомощно застонала учительница. — Анатолий! Убери сейчас же её! Ты меня слышишь?!
           Анатолий с готовностью кинулся выполнять приказание Татьяны Владимировны. Он гонялся за лягушкой по всему классу, то и дело спотыкаясь о раскиданные повсюду учебники.
           Женька подавленно сидел за партой, с ужасом поглядывая по сторонам.
           Неожиданно дверь открылась, и в класс вошёл директор. Лягушка, увидев образовавшуюся брешь, повернула к выходу. Анатолий со всех ног бросился за ней и, чуть не збив директора, растянулся в коридоре, успев, всё-таки, поймать лягушку за задние лапы.
           — Что здесь происходит? — сняв очки, строго спросил Николай Дементьевич.
    Ребята притихли.
           Анатолий обречённо поднялся, незаметно спрятав лягушку в карман.
           Директор машинально оттряхнул его и, подведя к доске, нравоучительно произнёс:
           — Вот видишь, Харчиков, до чего доводят отступления от школьных правил поведения на уроке. Стыдно, очень стыдно!
           Анатолий опустил голову.
           — Да не виноват он… — глухо произнёс Женька, поднимаясь из-за парты.
           — А кто же тогда виноват? Может быть ты?
           — Я…
           Николай Дементьевич надел очки, внимательно посмотрев на Калистратова.
           Женька мужественно вынес колючий, испытывающий взгляд директора и опять чуть слышно, в наступившей тишине класса, повторил:
           — Это я виноват. Извините…
           — Да-а… — протянул директор. — Хорошо. Вижу вы смелый человек, Калистратов. Но это не даёт вам право на снисхождение. За проступки надо отвечать.
           — Я согласен…
           — Вот и отлично, — произнёс Николай Дементьевич. — И что мы с ним будем делать? — обратился он к Татьяне Владимировне. — Может мать снова вызвать?
           — Пожалуй, не надо. — Сказала учительница. — Я, думаю, он всё уже осознал. Ведь, правда, Калистратов?
           Женька согласно закивал головой.
           — Ну ладно, — согласился директор, — раз за вас, Евгений, заступилась сама Татьяна Владимировна, можете считать что вам крупно повезло. В следующий раз, я думаю, если такое повторится вновь, никто не уйдёт от наказания. Ведь это, все-таки, школа, а не улица. А в школе надо соблюдать дисциплину.


                                                                              Глава десятая
                                                                       Кто же Иван Иванович?


           После того как Юра, боясь расплакаться, вышел из кабинета французского языка, прошло минут двадцать.
           Он сидел на скамеечке, возле развесистого дуба, ни о чём не думая и ни на кого не обращая внимания.
           Никто не знает, сколько ещё времени парень просидел бы так, сохраняя полную неподвижность, если бы случайный порыв ветра не поднял возле него маленький смерч из опавших листьев.
           Юра поднялся, посмотрев на часы.
           "Надо идти, — подумал он, — а то ещё и на литературу опоздаю…"
           Первое, что парень услышал, заходя в класс, так это беспомощный возглас Калистратова.
           — Братцы, горю! — кричал он, с мольбой заглядывая каждому в глаза.
           — В чём дело? — осведомился Юра.
           — И не спрашивай! — отмахнулся Женька. — Сегодня на биологии чуть от директора нагоняй не получил, благо        Татьяна Владимировна заступилась, вчера мать в школу приходила по поводу моей двойки по литературе. Так что моему положению никто не позавидует. Обязательно спросят.
           — Да-а, точно, — подтвердил Харчиков, — от второй пары тебе никуда не уйти.
           — Что же мне делать?
           — Подумай сам, — строго сказала Верка Сербова. — Неужели времени небыло стихотворение выучить?
           Калистратов в ответ лишь уныло руками развёл.
           — Ну ладно, не вешай нос. Кое-что и придумать можно, — обнадёжил его Юра.
           — Придумать? — оживился Женька.
           Класс одобрительно загудел.
           — Правильно, если человек слёзно просит — стоит помочь.
           — Конечно, стоит, — подтвердил кто-то заинтригованно.
           — Вот-вот, — торопливо произнёс Калистратов и, хлопнув себя по груди, добавил: — Я за тебя, Юрка, хоть в огонь и в воду пойду. Выручай!
           — Ну, положим, далеко идти не придётся. А вот слух получше иметь, хорошо бы.
           — Да разве я услышу тебя, если ты на последней парте сидишь?
           — Но я ведь здесь, рядом, останусь.
           — У доски?! Кто же тебя пустит?
           — Да нет. Я в шкаф заберусь. И из него подсказывать стану. Один урок прогулял, второй также прогуляю, ничего не случится. А ты за моим портфелем пригляди. Если спросят — скажи, что заболел. У меня после разговора с Иваном Ивановичем настроение, почему-то, на целый день портится. Ненавижу таких людей…
           Прозвенел звонок, и ребята стали расходиться, садясь за свои парты.
           Юра, взяв из шкафа стопку запылённых книг и сложив их на подоконнике, под общий хохот класса забрался в его лакированное брюхо, прикрыв за собой дверцу.
           Калистратов успокоился.
           Но беда никогда не приходит одна. Только он выложил учебники, в класс вошёл директор и объявил, что урок литературы переносится на завтра, а сегодня, в кабинете химии, будет лабораторная работа. Девчонки обрадовались, а Калистратов, прогоняв весь вечер в футбол с приятелями по двору, на лабораторную поплёлся чуть-ли не самым последним, с видом обречённого на казнь человека, сжимая в руках два портфеля, свой и товарища.
           Юра тоже не предвидел такого поворота событий и выжидал момента, чтобы незаметно выбраться из шкафа. Но не тут-то было. С уходом директора в классе появился Иван Иванович, как всегда мрачный, одетый во всё чёрное, нагоняя тоску и страх. Юра так и отпрянул в глубь шкафа, боясь шелохнуться.
           Оставшись один, Иван Иванович выглянул в коридор и, убедившись, что там никого нет, поспешно закрыл дверь на ключ.
           Юра ни на шутку испугался.
           Прижавшись к пыльной стенке шкафа, словно пытаясь слиться с ней, он затаил дыхание и, наклонив голову, поглядел в щёлку между дверцами.
           Иван Иванович сидел за столом, что-то вынимая из чёрной сумки. Приглядевшись, Юра понял, что это какие-то плоды цитрусовых.
           "Смотри-ка, проголодался …" — с иронией подумал он.
           И тут случилось то, отчего Юра на некоторое время потерял дар речи. Облик Ивана Ивановича стал постепенно расплываться прямо у него на глазах. И, по мере того как менялся учитель, приобретая новую форму, в сердце Юры закрадывался леденящий душу ужас; от него небыло спасения. По спине парня пронёсся холодок парализующего страха. Ноги сделались ватными. Зубы стучали. Усилием воли он сжал челюсти, заставив себя немного успокоится.
           "Кто он? — пульсировало у него в висках. — Ведь это же не сон. И я не сошёл с ума. Неужели такое возможно?" — спрашивал себя Юра, но, как он ни старался, так и не смог найти ответ на все свои вопросы.
           Неожиданно в дверь постучали. Иван Иванович вздрогнул, поспешно спрятав плоды в сумку. Облик учителя принял прежние очертания, но через мгновение он опять начал меняться.
           По ту сторону двери кто-то закашлялся от внезапно подступившего кашля и, видимо решив, что в классе никого нет, пошёл дальше по коридору.
           Юра пошевелился, слегка расслабившись.
           "Неужели телепатия? — подумал парень. — Всем на расстоянии внушает, что он человек, а на самом деле… — Юра чуть не вскрикнул от пришедшей к нему догадки: — Инопланетянин!!! Конечно же он!.. Но почему в школе? Для чего?"
           Сделалось ещё страшнее. Пот выступил у парня на лбу. В шкафу стояла нестерпимая духота. Пыль лезла в нос. Хотелось чихнуть. Юра закрыл лицо руками, невзначай надавив плечом на дверцу шкафа, и та предательски открылась, пронзительно заскрипев на весь класс.
           — Кто здесь? — вскочил из-за стола Иван Иванович.
           Юра отпрянул в глубь шкафа.
           Учитель стремительно подошёл к открывшейся дверце и с силой пнул её. Та с треском слетела с петель.
           — Ты?! — процедил он сквозь зубы. — Что ты здесь делаешь?
           Юра с трудом сглотнул подступивший к горлу ком.
           — Ну, чтож... Тем хуже для тебя, — сказал Иван Иванович.
           — Я ... Я никому не скажу... — прошептал Юра осипшим вдруг голосом.
           — Поздно! — произнёс учитель. — Мне не нужны свидетели. Ты умрёшь. Умрёшь как личность. Я подавлю всю твою волю и стеру из мозга всю информацию о нашей встрече. Ты станешь рабом моего разума. Но сначала я получу от тебя пси-энергию. Энергию страха, отчаяния, злобы, зависти, а так же и других негативных эмоций человека. Отрицательную энергию мозга, которую у вас ещё так и не научились применять. Она необходима мне для нуль-перехода. И в школе её оказалось намного больше, чем где-либо. Только подростки с их частыми конфликтами между собой выделяют в пространство пси-энергию в таких количествах, что просто чистое безумие проходить мимо неё. А чтобы синтезировать её здесь, у меня нет с собой необходимого оборудования.
           Иван Иванович замолчал, начав принимать свой истинный облик. Вскоре на парня смотрели два огромных, как у стрекозы, глаза. Лицо у него вытянулось, приобретя грязно-зеленоватый цвет, а голова, покрытая бородавками, сделалась неимоверно большой. Черепной коробки небыло и сильно развитый мозг, пульсируя, выпирал под кожей, пронизанной множеством синих и красных кровеносных сосудов.
           Юра оцепенел при виде трансформации учителя. Он смотрел в бездонные глаза Ивана Ивановича и чувствовал, как они гипнотизируют , проникая в самые отдалённые уголки его сознания.
           — Кто вы? — простонал он.
           У него перед глазами поплыли розовые круги, и Юра рухнул на пол, зацепив стол ногой. Чёрная сумка накренилась. Один из плодов выпал из неё и закатился под парту возле учительского стола…



    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: ВАЛЕРИЙ КАЗАНЦЕВ
    Категория: Фантастика
    Читали: 50 (Посмотреть кто)

    Размещено: 21 июня 2014 | Просмотров: 179 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.