«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 3
Chel Ivan_Al
StreloK

Роботов: 1
Yandex

Гостей: 22
Всех: 26

Сегодня День рождения:



В этом месяце празднуют (⇓)



Последние ответы на форуме

Дискуссии О культуре общения 183 Моллинезия
Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

Рекомендуйте нас:

Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



Интересное в сети




 

 

-= Клуб начинающих писателей и художников =-


 

ПОХОД НА СЕВЕР. Часть 1-я

ПОХОД НА СЕВЕР.

Часть 1-я.

ГРОЗА.

Вечер выдался жарким. Большой частный гидроплан направлялся к месторождению серебряной руды. Оно находилось недалеко от озера, спрятанного в труднодоступном месте бескрайних вековых лесов. На борту было четыре человека: пилот, стюард, глава добывающего концерна – Анатолий Иванович Копылов и его семнадцатилетний сын Валентин.

Стюарт принёс на подносе два бокала с минералкой. Предложил пассажирам. Анатолий Иванович взял бокал. Валя поморщился, отмахнувшись от питья.

- Мне б пивка,- сказал он.

- Я тебе дам пивка! – вспылил Анатолий. – Совсем замажорился недоросль! Я в твои годы…!

- Да знаю, - огрызнулся Валя. – Вкалывал от зари до зари. Можно подумать….

Стюард поспешил удалиться.

- А вот и подумай! Тогда ночных клубов не было, всякую дрянь не нюхали и по притонам не лазали! Работали до кровавых мозолей!

Валя отвернулся к иллюминатору. Стал рассматривать бесконечное лесное одеяло, раскинувшееся на многие тысячи километров, плавно уходившее волной за горизонт.

- В армию пойдёшь! Ишь, деловой! Тебе к делам привыкать пора! Вся контора тебе останется! Эта экскурсия для тебя, всё для тебя! А сам фигнёй маешься! Крайслер разбил в хлам! Хорошо никто не пострадал, а то б сейчас на зоне шестерил!

- Так ты б всё равно отмазал. Как в тот раз с травматом.

- Поговори мне!

- Лучше в лесу жить, чем с тобой, - огрызнулся Валя. – Мать из-за тебя померла. Ловелас….

- А ну заткнись! Я её, что ли таблетками напичкал?!

- Всё, проехали, - решил замять тему Валя. – За что мне всё это?

- Не за что, а для чего! Всё в жизни для чего-то! Тьфу! Страна нуждается в героях, «звезда» рожает дураков! - подвёл отец итог перепалки.

Ссору разрядил пилот, заглянувший в салон:

- Впереди грозовой фронт. Диспетчер рекомендует облететь.

Анатолий кивнул.

Гидроплан плавно наклонился на левый бок и пошёл в обход грозы, уже начавшей метать зигзаги молний. Через несколько минут самолёт сильно тряхнуло.

- На кочку наскочил? – пошутил Анатолий.

- Грозовой фронт повернул в нашу сторону, - сказал пилот.

Сейчас ему было не до шуток. Дело принимало серьёзный оборот. Гроза будто преследовала их. Она чётко блокировала любые возможности увернуться. Помимо этой странной игры стихии, пилота беспокоил тот факт, что на самолет не установили чёрный ящик с передатчиком. Глючный сняли, а новый ещё не привезли. Босс знал об этом, но всё равно приказал лететь. У пилота на душе заскребли кошки. Гроза будто чувствовала, что в случае трагедии их будут очень долго искать, а возможно вообще не найдут. На лбу пилота выступила испарина. Он сделал очередной манёвр, но грозовой фронт и не думал отступать. Он старался поглотить непокорный гидроплан. Пилот решил подать сигнал бедствия.

- Диспетчер! – сказал он в рацию. – Диспетчер! Экстренная сит….

В это мгновение в кабину ударил разряд молнии. Вся электроника тут же сгорела. Кабину окутал чёрный дым, стёкла пошли трещинами. Обуглившееся тело пилота продолжало сжимать в руках штурвал. Второй разряд ударил в хвост, пробив в фюзеляже дыру размером с теннисный мяч. Тонкая трещина побежала по металлу, быстро увеличиваясь в размере.

- Господи, боже мой! – крикнул Анатолий. – Всем пристегнуться!

Он защёлкнул замок ремня. Обалдевший от такого поворота дел Валентин, последовал его примеру. Стюарт бросился к креслу. В этот момент хвост самолёта издал скрежет рвущегося металла. Самолёт дёрнуло, хвост оторвался, исчезнув в темноте грозовой тучи. Стюард не успел добраться до кресла, его втянуло в образовавшуюся дыру. Он был так напуган, что даже не смог крикнуть.

- Папа! – в ужасе закричал Валентин, но Анатолий не слышал его, он потерял сознание.

Гидроплан крутило и швыряло в облаках. Наконец он рухнул на лесную поляну. Проливной дождь быстро залил начавшийся пожар. Наступила ночь.

Валентин очнулся. Он лежал на спине. Над ним, в совершенно чистом небе, сияли звезды. Поначалу он никак не мог вспомнить, как сюда попал и что случилось. Валя повернул голову на бок. Он увидел искореженный самолет. Теперь вспомнил. Тишину леса разорвал крик подростка. Валя орал до тех пор, пока не охрип. Только после этого немного успокоился.

Валентин стал шевелить руками, ногами. Вроде всё цело. Ощупал голову. Всё волосы в запёкшейся крови, на макушке небольшой кривой шрам. Валентин сел, осмотрел себя. Вся одежда изорвана. На спине, словно ранец, висела спинка кресла, прикреплённая к нему ремнями безопасности. Валентин с трудом расстегнул замок, сбросил спинку. С большим трудом поднялся на ноги. Над деревьями показался краешек луны, осветивший место трагедии.

Ему удалось разглядеть распаханную при падении самолёта поляну, куски металла, кресла, разбитую кабину пилота. Валя вновь заорал не своим голосом:

- Помогите! Помогите!

Лес отзывался гулким эхом. В обломках самолёта что-то шевельнулось. Реакция Вали была моментальной. Измученные нервы дали команду телу. Он бросился бежать, куда глаза глядят. Валентин бежал, падал, поднимался и снова бежал. Через час, сделав крюк по ночному лесу, он выбежал обратно к самолёту. Валя остановился, разглядывая поверженную машину, будто видя её впервые. В обломках снова что-то шевельнулось. Послышался стон. Валя узнал голос. Это был отец. Но сил побежать к нему не было. Он упал на четвереньки, пополз на звук.

Добравшись до отца, Валя стал откапывать его из кучи хлама, который совсем недавно был красавцем гидропланом. Через несколько минут он был освобождён из железного плена.

- Папа, - сказал Валя.

- Ты живой, - обрадовался отец.

- Что делать? Нас спасут?

- Не знаю. Чёрного ящика с передатчиком на борту не было…. Подними меня. Тела не чувствую.

Валя попытался поднять отца, но не смог. Он был слишком тяжёл.

- По-моему, - сказал отец, - что-то с позвоночником. Только башкой вертеть могу, даже боли не чувствую. Всё….

- Что значит всё? – испугался Валентин.

- То и значит. Сдохну скоро.

- Нет, нет, нет, нет, нет, - запричитал Валентин. – А как же я? Как меня найдут? Надо выбираться отсюда. Идти в сторону, откуда прилетели.

- Была гроза, - продолжил отец. – Нас крутило, как щепку. Откуда прилетели, знаешь?

Валя огляделся по сторонам.

- Нет, - ответил он.

- Дождёмся утра, - предложил отец.

УТРО.

Из густого утреннего тумана торчали куски летательного аппарата. Сейчас они напоминали скелет древнего ящера задохнувшегося в белой сырой дымке.

- Валентин, - сказал Анатолий. – Валя.

Валентин открыл глаза, скинул с себя обрывки поролона надёрганного из сидений. Валентин подполз к отцу, скинул с него такие же поролоновые клочки.

- Надо уходить отсюда, - сказал он. – Всю ночь не спал, слышал, как вокруг звери ходят. Походу, чуют труп лётчика.

- Куда же мы пойдём, - удивился Валентин. – А вдруг сюда спасатели нагрянут?

- Когда? Сколько пройдёт времени? Мы серьёзно отклонились от курса. Наверное, ищут в тысячи километров отсюда.

- Запалим лес. На дым прилетят.

- Чем? Спички есть? Зажигалка? Тем более лес сырой после грозы.

Валентин пошарил по карманам.

- Зажигалку оставил в машине, - обречённо сказал он.

- Нужно поискать воду, а то подохнем, - продолжал отец. – Потащишь меня, сынок.

- Я чё Геракл?

- Вон, - отец кивнул на кучу искорёженного железа, - видишь обломок похожий на тесак. Возьми его, обмотай у основания куском кожи от кресла. Отбей, вон тем, куском металла одну плоскость – будет кое-какая заточка, потом о камень догонишь. А вон там, - он кивнул в другую сторону, - березняк, поломанный при падении. Из двух деревцев и ремней безопасности сделаешь волокуши…. И поедем….

Отец закрыл глаза от усталости.

- Поедем, - повторил он.

Через два часа волокуши были готовы. Валентин повесил тесак на пояс, с трудом перекатил отца на ветви примитивных саней, впрягся в подобие хомута, сделанного из тех же ремней. Крепко взял деревца за стволы и направился в предполагаемое место, где их могли искать. Отец всю дорогу давал Вале указания и советы по пребыванию в дикой местности. Он старался вспомнить всё, что читал, видел или слышал.

К вечеру, с частыми привалами, они добрались до болота. Валентин рухнул на поросшем осокой берегу. Он потянулся к воде, чтобы напиться.

- Не вздумай, - сказал отец. – Дизентерии не хватало.

- Я пить хочу!

- Потерпи. Если есть болото, значит, где то ручей или ключ.

- Где?

- Не знаю. Завтра найдём.

Валентин застонал от досады. Но делать нечего, пришлось ложиться спать. Он устроился на поваленном дереве, чтобы не сильно переохладится ночью. Отец лежал на земле.

Следующим утром они, продрогшие до костей и мучимые жаждой, продолжили путь вдоль болота.

- Странно, - произнёс отец. – Ни один зверь ночью не подошёл.

- Что тут странного? – спросил запыхавшийся от нагрузки Валентин. – Боятся.

- Нет, - ответил отец. – Мы лёгкая добыча. Будто их кто держит…. Будто за нами кто смотрит….

- Прекрати пап. Сейчас начнёшь ахинею нести.

Отец ничего не ответил.

- Обиделся что ль? – обернулся Валентин.

Отец лежал с открытыми глазами, уставившимися на верхушки деревьев. Жизнь покинула его. Валя бросил волокуши, сел рядом и заплакал. Последний раз он так рыдал, когда в начальных классах случайно раздавил котёнка велосипедом. Его рёв эхом ходил между деревьев, отражаясь от них, уходя вдаль, возвращаясь обратно. Откуда-то из глубины леса ему ответил неизвестный зверь. Этот вой заставил Валентина замолчать. Он поднялся на ноги, посмотрел на отца, закрыл ему глаза. Перекатил к краю болота и столкнул в жижу. Тело медленно пошло ко дну. Теперь он совсем один.

- Прощай. Не хочу, чтобы тебя кто-то жрал, - прошептал он. – Даже похоронить нормально не могу.

Валентин оглянулся по сторонам, смахнул слёзы. Что-то изменилось вокруг. Совсем мимолётное и еле заметное изменение. Будто кто-то огромный вдохнул полной грудью, колыхнув окружающее пространство. Послышался гром. Дождь пошёл сначала тихо, потом всё сильнее и сильнее. Наконец превратился в тропический ливень. Мучимый жаждой Валентин побрёл дальше, ловя ртом капли.

Прошло несколько часов, но ливень не прекращался. Неожиданно Валя заметил впереди просвет и какую-то корявую постройку. Предчувствие радостно кольнуло сердце. Он побежал вперёд, а когда приблизился, остолбенел. Валя стоял на всё той же поляне с разбившимся гидропланом. Он устало подошёл к обломкам самолёта. Во вмятинах крыльев скопилась вода. Валентин стал жадно пить. Когда полностью утолил жажду, лёг на крыло, подставив лицо ливню. Из его глаз текли слёзы, тут же смываемые потоками дождевой воды.

У кабины пилота послышалась возня. Валя обернулся. На него смотрели два волка, которых он оторвал от трапезы. Валя подумал о тесаке, но понял, что не сможет сопротивляться. Страх обездвижил тело. Он приготовился к мучительной смерти.

Волки двинулись вперёд и вдруг замерли, уставившись куда-то за Валентина. Несмотря на страх Валя проследил за их взглядом. За стеной ливня, в глубине зарослей орешника стояло животное размером со слона. Видны были только его могучие очертания. Оно наблюдало за происходящим на поляне. Волки бросились наутёк, поджав хвосты. Животное медленно развернулось и удалилось в глубину дождливого леса. Валя попытался сопоставить размеры зверя со всеми известными ему животными, но так и не смог определить, кто бы это мог быть.

НЕЗРИМОЕ ПРИСУТСТВИЕ.

Ливень прекратился только вечером. Валентин искал в обломках всё, что могло пригодиться в пути. Оплавленный кусок пластиковой бутылки, гнутый стержень, мятый кофейник и прочее. Найденная размокшая пачка овсяного печенья была тут же употреблена в пищу. Собрав всё в мешок, сделанный из шторы отделявшей кухонный отсек от салона, Валентин стал ждать наступления ночи. Из всего школьного курса географии он помнил лишь, что полярная звезда находится чётко на севере. Вот туда-то, он и пойдёт. Авось кривая выведет к какому-нибудь селению. Теплый вечер высушил одежду, разогнал облака. Появилась полярная звезда. Валентин запомнил направление будущего похода.

Утром следующего дня он отправился в долгое путешествие на север. По дороге ел орехи и ягоды. Несколько раз, безрезультатно, пытался развести огонь. Наткнулся на валун, заточил тесак. Теперь им можно было легко срубить небольшое деревце. К ночи смастерил маленький лук с буравом, как объяснял отец. Накинул верёвку на бурав, поставил его на кусок коры, присыпал сухим мхом. Принялся усиленно водить луком туда-сюда, раскручивая палку в разные стороны. Появился дым, а затем и огонь. Валентин быстро подбросил в него веток. Пламя взвилось на полуметровую высоту.

На радостях Валентин срубил рядом стоящее деревце, очистил его от веток, заточил с одного конца. Принялся прыгать с ним и тесаком в руках вокруг костра, потрясать ими в воздухе, весело напевая.

- Я развёл костёр! Повелитель огня! Я развёл костёр!

И тут он поймал себя на мысли, что это странно выглядит со стороны. Валя прекратил пляску, сел напротив огня. Ведь он совсем недолго в лесу, а уже снизошёл до племенных плясок. Надо закругляться с таким делом. Встал, принялся ползать среди растений, собирать улиток и червей. Набрав их приличное количество, насадил на тонкие прутики, зажарил на огне. Поднялся ароматный дымок. Валя набросился на жаркое. Его не удивило то, что никаких рвотных позывов не было и в помине. Он просто хотел жрать, жрать и жрать. Утолив голод, повалился у огня, подставив ему спину. Приятное тепло и сытый желудок усыпили Валентина.

Ему приснился странный сон. Будто деревья перешёптывались между собой. Огромное животное бродило вокруг разбитого гидроплана, наблюдая, как волки едят пилота. Приснился отец, сидящий на берегу болота спиной к Валентину. Почувствовав сына, обернулся. Вместо лица у него были обрывки поролона.

Валентин проснулся тяжело дыша. Подбросил в костёр хвороста. И тут снова почувствовал чьё-то присутствие. Да, это было то самое животное, но оно было не одно. Кто-то направлял его, указывал ему путь. Этот, кто-то ощущался каким-то шестым чувством, кожей спины, оболочкой глаз, кончиками пальцев. Он был не злой и не добрый. Он просто был и никуда от этого не деться.

Почему Валентин раньше не ощущал его. Ведь он совсем близко, а животное, словно палец его незримой руки. Кто же это? Что ему надо? А может, он всего лишь домыслы? На всякий случай Валентин дал ему имя – Хозяин лесов.

Валентин посмотрел на огонь. Он подумал, что теперь сможет запалить лес и тем самым привлечь внимание спасателей. Валя поджёг большую смолистую ветку, пошёл с ней в сторону видневшегося поблизости бурелома. Уже подойдя, Валентин услышал, как под весом животного ломаются толстые ветки. Оно двигалось к нему. Неужели догадалось, что задумал?

Животное подходило ближе и ближе. Валя уже видел его огромные блестящие глаза, когда бросил ветку и затоптал огонь. Животное остановилось. Мощное дыхание доносилось до Валентина. Оно колыхало ветки ближайших кустов. Животное постояло несколько секунд и отступило в темноту.

На ватных ногах, Валентин проследовал обратно к костру. Он кожей почувствовал гнев незримого хозяина окрестностей. Хорошо, что вовремя остановился. Незримый хозяин мог приказать своему пальцу раздавить незваного гостя. Валя посмотрел по сторонам.

- Я всё понял, - прошептал он в темноту.

В ответ по макушкам деревьев пробежал лёгкий шелест. Хозяин больше не злился. Он опять наблюдал за происходящим.

На следующий день Валентин продолжил путь. Временами он сбивался с маршрута, терял звезду из-за ночной облачности и густых крон деревьев.

Прошло несколько дней. Валентин научился охотиться на мышей, кротов, выдр, попадавшихся у небольших водоёмов. Однажды ему удалось убить камнем зайца. Это был пир на весь мир. Но наконец-то вдоволь наелся. Из его шкуры Валя сшил прекрасную шапку. А ещё через несколько дней обзавёлся медвежьей шкурой. Он снял её с утонувшего в омуте Потапыча. Не беда, что Мишаня вздулся и вонял, зато теперь Валя не будет мёрзнуть по ночам.

Валентин постоянно размышлял о случившемся: Почему он выжил и не получил серьёзных повреждений? Может, таким образом, он за что-то наказан? Если так, зачем мучить? Чтобы умертвить позже? Чьё незримое присутствие ощущает? Вдруг при катастрофе он повредился мозгом и теперь всё, что видит и чувствует это устойчивый психоз? Поживём – увидим.

Незримый хозяин общался с Валей при помощи странных лесных жителей. Иногда Валя видел пересекавших звериные тропы существ неизвестного происхождения. Одни были похожи на гнилой пень, другие на идущего на задних лапах кота, третьи на мохнатых птиц. Валентин старался обходить места их появления. Мало ли что. Совсем скоро Валя перестал их пугаться и уже не обращал внимания. Один вопрос мучил его в данный момент: куда же он забрёл?

В походе время летит не заметно. Каждую минутку видишь что-то новое, необычное, странное. Забываешься, и это входит в привычку.

То, что наступила осень, Валя понял, когда увидел клён. Его жёлто-красные листья печально падали на всё ещё зелёную траву.

- Если так пойдёт дальше, - обратился он сам к себе, - придётся готовиться к зиме.

В ответ из глубины леса пыхнуло сырым холодом. Он пошёл вперёд, гоня от себя мысли о зимовке. Наверное, дома ему уже поставили надгробье. Вот будет смешно посмотреть, когда вернётся. Если вернётся….

Привыкшие к долгой ходьбе ноги несли его на север. В попавшемся на пути буреломе он обнаружил лосёнка со сломанной ногой. Первой реакцией было убить и съесть. Но что-то в глубине души остановило Валентина. Где были родители лосёнка? Может их разорвали волки или они утопли в трясине? Кто знает. Валя аккуратно подошёл к обессилевшему зверю. Лосёнок не испугался, а просто закрыл глаза, приготовившись к самому худшему.

Валя наложил ему шину, забинтовал обрывком одежды, принёс поесть, напоил. Лосёнок внимательно следил за человеком. Так прошла неделя. Лосёнок поправился, встал на ноги и, не обернувшись, ускакал в лес. С этого дня окружающий мир вновь изменился. Возможно, надо было сделать всё наоборот.

ЖДУЩИЙ.

Этой ночью Валя не спал. Помимо незримого хозяина он почувствовал ещё одну силу. И эта сила была недовольна его действиями, а именно помощью лесному зверю. Незримый хозяин леса не любил появившегося, но и прогнать не мог. Лафа, которой, в сущности, не было, закончилась, решил Валя. Теперь будет настоящая борьба за выживание. Злобный дух не даст ему так просто уйти. Валентин ощущал это резвившемся за время похода шестым чувством. Не делай добра, не получишь зла.

Валентин сидел у костра, жарил наколотый на ветку подосиновик. Было холодно. Но его не так беспокоил ночной иней на пожухлой траве, сколько та сила, которая ощущалась с приходом ночи или при отсутствии солнца в пасмурный день. Теперь он не мог беспечно, как раньше идти на полярную звезду. За каждым деревом его мог поджидать дикий, голодный зверь. Валентин подвинул поближе копьё с костяным наконечником и лук со стрелами. С луком он охотился на речную и озёрную рыбу. Загарпунить её никак не удавалось, а вот стрелой привязанной за верёвку к поясу, он легко добывал карасей, карпов или небольших сомов. Странного большого зверя давно не было видно. Возможно, тот боялся недружелюбной силы, приходившей ночами и бродивший вокруг костра в ожидании, когда тот погаснет.

Валентин почувствовал нечто, ждущее исчезновения огня. Оно неслышно окутало местность, вытеснив лесного хозяина. Валя напрягся всем телом, аппетит пропал. Возможно, жалостью к лосёнку он нарушил неписаные правила сосуществования живых существ или просто возмутил неведомую сущность. С неба повалил мокрый снег. Валя прикрыл огонь заранее сделанным из бересты квадратным зонтом, но это ситуацию не спасло. Снег был слишком густым и сильным. За считанные минуты он укутал сырым, толстым покрывалом весь лес. Огонь погас.

Как только потухли последние угли, нечто ждущее во тьме приобрело реальную форму. Валентин услышал глухое рычание и тяжёлые шаги. Он напряг зрение, привыкшее к ночным блужданиям по лесам. В нескольких метрах от него двигался большой самец росомахи. Что-то в нём было не так. Это был не совсем зверь, скорее его оболочка. Но может, это только казалось перепуганному Валентину. Зверь приблизился и тут Валя понял, что не так. Глаза зверя напоминали человеческие.

Валентин поднялся, вставил стрелу в лук, прицелился. Была слабая надежда, что кремниевый наконечник пробьёт толстую шкуру росомахи, да и то, если он попадёт. Зверь прыгнул вперёд, Валентин выстрелил и промахнулся. Наконечник лишь слабо поцарапал голову нападавшего. Валя, забыв о копье, бросился к ближайшему толстому дубу, спрятался за него. Он слышал, как зверь остановился с другой стороны дерева, начал медленно идти в обход. Валя снял с пояса тесак, стал обходить дуб с другого бока, надеясь, напасть на врага со спины.

Сверху посыпалась кора. Валентин взглянул на крону дерева, выронив тесак от неожиданности. Росомаха прыгнула с ветки прямо на него. Зверь летел, выставив вперёд острые когти. В это мгновение Валя, краем глаза, заметил движение в пелене тяжёлого от влаги снега. Что-то могучее бежало в сторону дуба. Росомаху снесло в сторону в каких-то сантиметрах от головы Валентина.

Зверь улетел в заросли молодого ельника. Тут же вскочил на лапы, недовольно зарычал. Рядом с Валентином стоял лось. Позади него, нервно перебирал копытами тот самый лосёнок.

Росомаха пошла в атаку, но лось резко развернувшись, лягнул зверя задними копытами в голову. Зверь отлетел обратно в ельник, поднялся на лапы и быстро убежал в ночь. Лось посмотрел на Валентина, подошёл, обнюхал. Валя дотронулся до его морды. Лось фыркнул, направился к лосёнку, и они вместе ушли по своим, прерванным схваткой, делам.

Валентин привалился спиной к дубу. Ему было дурно. Зачерпнул с земли снега, обтёр лицо. Полегчало. Валя почувствовал, как ждущий во тьме недовольно заворчал.  Валентин так и назвал его – Ждущий. Сегодня тому пришлось отступить, но только сегодня. Он готовил новую атаку, ещё более страшную и неотразимую.

БОЛЕЗНЬ.

Ждущий не появлялся уже третью ночь. Хозяин лесов находился рядом, но чувствовалось, что он старается не ввязываться в претензии Ждущего к Валентину.

К полудню Валя почувствовал себя плохо. Его знобило, горло пересохло. Вдобавок серые тучи сплошняком закрыли небо на несколько дней, и он потерял ориентир. Ударили холода, мокрый снег покрылся ледяной коркой, которая рвала в клочья сапоги, сшитые из медвежьей шкуры. С каждым часом идти было всё труднее. У Валентина поднялась температура. Нужно было где-то отлежаться.

Валентин заметил широкую нору под корнями упавшего дерева. Берлога, догадался Валя. Он уже встречал их на пути, но старался не приближаться. Теперь же ситуация изменилась, ему нужна была надёжная крыша над головой. Он подошёл к медвежьему лежбищу, прислушался, понюхал воздух. Медведем не пахло. Должно быть берлога давно брошена. Валентин решительно полез внутрь.

Он оказался в подобие круглого «зала» со свисавшими сверху корнями растений и деревьев. Медведь не покинул берлогу. Его скелет обтянутый кое-где шкурой лежал посередине. Валя бросил копьё и лук, снял тесак, улёгся рядом с останками хозяина, забывшись тяжёлым сном.

К вечеру у Валентина начался сильный жар. Он метался по берлоге в горячечном бреду. Стонал, обливался потом, пинал медвежий череп ногами, грыз его кости. Временами болезнь отпускала, тогда он выползал наружу, чтобы поесть снега. Позже всё повторялось. Ему стало совсем плохо, на глаза легла мутная пелена, сердце билось через раз. Валя потерял сознание, а когда очнулся, почувствовал, что рядом кто-то есть. Он осмотрел берлогу замутнённым взглядом и увидел, как у его ног кто-то сидит. Валя не мог разобрать кто это. Зрение подводило, не давало сфокусироваться, всё плыло и размывалось. Он будто смотрел через обмазанное мылом треснутое стекло. Сил двигаться не было.

Очертания у гостя были человеческие. Две руки, две ноги, длинная борода. Гость держал какой-то предмет. По звуку Валя определил чайник с водой. Гость развёл огонь, поставил в него чайник, что-то бросил в воду, стал напевать под нос. Снаружи послышался тихий рык. Гость выполз наружу, вернулся с охапкой каких-то растений. Стал рвать их на части, бросать в чайник, мешать варево медвежьим ребром. Воздух в берлоге наполнился ароматом трав. Гость продолжал напевать.

Чайник закипел. Гость налил содержимое в деревянную пиалу, поднёс ко рту Валентина. Валя сделал попытку отмахнуться, но тело не слушалось. Гость усмехнулся, схватил Валю за нижнюю челюсть, легко оттянул её вниз. Влил в рот всё содержимое пиалы. Внутренности Валентина обожгло. Он закашлял. Гость снова наполнил пиалу, снова влил в рот, делал так до тех пор, пока чайник не опустел. После выбрался из берлоги.

Валентин собрал последние силы, пополз за ним. Поднявшись наверх, он смог разглядеть только размытые очертания огромного животного встреченного им в первый раз на месте крушения самолета и непонятного Гостя едущего верхом. Гость заметил Валентина, помахал чайником. Окончательно потерявший силы Валя скатился в берлогу. Так проспал до следующего утра.

БЕЗ СВЕТА.

Валентин проснулся. Он чувствовал себя намного лучше. Глаза всё еще покрывала пелена. Что с ним случилось вчера? Кто приходил? Хозяин лесов или его доверенное лицо? А может это ему привиделось в болезненном бреду? Валя долго искал следы костра, отпечаток от чайника, любые другие доказательства реальности происшедшего. Но нет, похоже, ему померещилось. Зато, как явственно и реально.

Он подобрал оружие, выполз наружу. Ярко светило солнце, чудесный зимний день. Снег блестел, переливался морозными бриллиантами. От яркого света Валентин зажмурился, а когда открыл глаза, вокруг была тьма. Он чувствовал кожей лица солнечное тепло, но ничего не видел. Болезнь дала осложнение на глаза. Он ослеп. Валентин упал на спину, ему захотелось, чтобы пришёл самец росомахи и перегрыз горло. Ждущий во тьме добился своего. Валентин набрал в лёгкие побольше воздуха, и лес огласил крик вперемешку с отборными ругательствами в адрес Ждущего.

Валентин брёл по заснеженному лесу, прощупывая дорогу копьём. Иногда он врезался в деревья, падал в овраги, проваливался в ямы, но непременно выбирался и шёл дальше. Он не мог ориентироваться, не мог определить направление похода, не мог раздобыть еды. Час назад Валя доел последний кусок вяленного кротового мяса. Впереди голодная смерь, если раньше его не прикончат хищники, голоса которых он слышал в нескольких километрах от себя. Интересно, самолёт кто-нибудь ищет?

Валентин не зал и не мог знать, что поиски пропавшего гидроплана давно свернули. Никто их не искал, никто не мог предположить, что он выжил. Главой концерна стал заместитель отца – человек, повёрнутый на карьере. Про них забыли. Лишь изредка в новостях проскакивал сюжет о пропаже самолёта и версий трагедии. Официально Валентин был мертвецом.

Прошло несколько дней, морозы усилились. Валентин ел снег, ветки молодых деревьев, заячий помёт. Он всеми силами боролся за жизнь. Ночами ему хотелось умереть. Но находившийся поблизости Ждущий, не давал возможности отправиться в лучший мир. Он смаковал мучения жертвы.

Однажды Валентин увидел очень высокую женщину, точнее её контуры. Да, именно увидел. Изображение поступило прямо в мозг, минуя слепые глаза. Женщина стояла у него на пути, разглядывала Валентина. Она была боса, из одежды одни лохмотья. Он замер на месте. Валя понимал, что не может её видеть, но, тем не менее, видел. Это напугало его до дрожи в коленках. Валя выставил перед собой копьё.

- Ты кто? – спросил он.

Неожиданно она исчезла. Валя опустил копьё. Привиделось, решил он. Ему вспомнилась статья в журнале посвящённая шаманам севера. Там говорилось, что болезни могут принимать облик людей и животных. Может это был облик его слепоты? Поди, разберись.

Наступила ночь. Валентин, на ощупь собрал хворост, разжёг костёр. При этом он несколько раз обжёгся. Присел у огня, стал греться. Поел осиновой коры, сорванной по дороге. Силы оставляли его с каждым часом. Скоро он погибнет от голода и холода. Но Валю это не пугало, он был готов к окончанию мучений.

Не прошло и получаса, как Валентин почувствовал чьё-то присутствие. Это был Ждущий.

«Интересно, - подумал Валя. – Если бы мы могли общаться, о чем был разговор? Например, он мог начать так:

Он: «Уже освоился?».

А я ему: «Я сошёл с ума?»

А он: «Ещё не время. Ты видел её?»

А я: «Женщину?»

Он: «Да. Это твоя слепота».

Я: «Чего ты хочешь?»

Он: «Твоей помощи».

Я: «Не понял».

А он: «Скоро сюда придёт организатор всего этого бардака. Он захочет всё наладить, но ты не должен ему верить. Он великий обманщик. Не примыкай к нему. Этим ты поможешь мне».

Я: «А ты говоришь правду?»

Он: «Всегда».

Я: «Тогда зачем послал росомаху?»

Он: «Чтобы ты поверил в меня».

Я: «Верю, но ухожу».

Валентин переступил через погасший костёр и равнодушно пошёл дальше.

Он: «Хорошенько подумай Валентин».

А я ему, бац: «Я знаю, что ты мне мерещишься от голода. Как старик, женщина и чайник».

И тут он замолчит.

А я ему: «Что? Нечего ответить?».

Валя почувствовал, как Ждущий исчез. Тут же послышался приближающийся волчий вой. Валентин всё понял. Он побежал, ломая ветки деревьев, падая через кусты, врезаясь в сосны. Он бежал до тех пор, пока не упёрся в гладкую каменную стену. Ощупал её. Стена была идеально отполирована, от неё веяло теплом.

Тем временем стая волков быстро приближалась. Валентин сделал несколько шагов вдоль стены и неожиданно соскользнул в низкий проём. Он скатился глубоко вниз, оказавшись в большом тёплом помещении. Волки не рискнули спуститься за человеком. Побродили рядом. Поняв, что ловить нечего, ушли.

Валентин лежал на груде осыпавшейся земли, прислушивался к звукам снаружи. Гадал, куда его занесло на этот раз. Он и не знал, что находится в древнем мегалитическом сооружении, вросшем в землю, покрытым вековыми дубами. Его невозможно было разглядеть с воздуха. Даже оказавшись рядом, здание можно было принять за длинный лесистый холм.

Огромные тысячетонные блоки были сложены в нечто напоминающее завалившийся на бок небоскрёб. Проём, в который упал Валентин, был входом в один из холлов с исписанными петроглифами стенами. Слабый фосфоресцирующий свет исходит от закреплённых на потолке круглых балок, перекрещивающихся в центре холла. Валентин не видел этого, он только мог чувствовать тепло исходившее из самого центра сооружения, где находился неизвестный источник энергии исчезнувшей цивилизации.

Холл был сухой, в нём пахло листвой и грибами. Каменный пол покрывал слой лесной земли. Валентин встал, добрался до стены. Прошёл, держась за неё до следующей стены с входом вглубь строения. По пути ощупывал петроглифы, удивляясь аккуратно вырезанным знакам. Валя прошёл в длинный коридор, направился вперёд. Чем дальше он двигался, тем жарче становилось.

Он заходил в комнаты по обеим сторонам коридора, изучал их на ощупь, касался странных каменных кубов расставленных по помещению. Валентин не видел, что после касания они вспыхивали разными цветами. Наконец потерял интерес к слепым исследованиям и по память вернулся обратно в холл. Пора подумать о еде, раз тёплая зимовка уже есть.

Валентин вышел наружу. Волков не было слышно. Он нащупал молодую рябину, согнул её, обломал верхние ветки с ягодами. Набросал их около входа в постройку, поставил силок. Спрятался в холле в ожидании добычи. Она не заставила себя долго ждать. Голодный заяц задыхался в крепкой петле. Валя взял копьё подошёл к зайцу и, промахнувшись несколько раз, вонзил его добыче в спину. До конца дня он поймал ещё двоих косых. На редкость удачная охота. От него слепого было больше толку, чем от зрячего.

Валентин зажарил одного зайца, вдоволь наелся. Мясо остальных порезал на полосы. Вставил палку в распор между стен в коридоре. Повесил вялиться на горячем воздухе. Вот и небольшой запас. Было странно, что в холода тут не прятались животные. Их что-то пугало, но Валя ничего не чувствовал. Так он прожил до тридцать первого декабря.

Валентин спал. Ровно в одну секунду Нового Года он услышал шум в коридоре. Шум приближался издалека, и был похож на звук крутящихся шестерёнок. Валя почувствовал, как стены пришли в движение, комнаты менялись местами. Здание перестраивалось. Валентин схватил оружие, сунул в мешок вяленое мясо и быстро выбрался наружу. Он едва успел отскочить от проёма, когда он закрылся. Новый проём появился в нескольких метрах дальше, но Валя не мог об этом даже догадываться. Древняя постройка продолжала выполнять одной ей известную функцию.

Валентин вздохнул и направился дальше в лес. Жалко было терять такое лежбище, но ничего не поделаешь. Валя шёл в неизвестность.

ТУРА.

Валентин брёл вторые сутки, благо наступила оттепель. Солнце согревало слепого путника днём, а ночью пламя костра. Валя шёл через заснеженную поляну, нащупывая дорогу копьём. Дойдя до центра поляны, его уши уловили невнятное бормотание. Он остановился, прислушался. Бормотание стихло. В следующую секунду услышал свист рассекаемого воздух предмета. Сильный укол в затылок отправил его в глубокий нокаут. Последнее, что он услышал, был звук похожий на слово «слеп». Дротик, выпущенный из духовой трубки  и сдобренный снотворным, действовал наверняка.

Валентин пришёл в сознание на полу натопленной избы. Кто-то поднёс к его носу жутко вонючую тряпку. Валя резко сел, замотал головой. Со всех сторон послышалось хихиканье. Валя хотел пошарить руками вокруг себя, они оказались связанными.

Он попытался встать, но тут же больно ударился головой о низкий потолок. В сидячем положении до него было не больше пяти сантиметров. Помещение походило на большой плоский ящик. Сверху раздался стук и недовольный мужской голос, говоривший на незнакомом языке, который Валентин почему-то понимал.

- Какого лешего вы долбитесь! Самовар со стола свалили! – возмутился голос.

Со всех сторон послышался смех.

- Люди? – осторожно спросил Валя.

Смех прекратился.

- Надо было его в хлеву оставить, - сказал женский голос.

- Замёрзнет, - ответил мужской голос с хрипотцой.

- Что толку от слепого великана? – продолжала женщина.

- Спроси у Старого.

- Великана? – вновь спросил Валентин.

- Ты гляди, - произнёс мужчина. – Понимает.

- Ещё бы не понимать перворечь, - продолжала женщина. – Она у всех в крови.

Послышался скрип входной двери. Кто-то вошёл, шаркая ногами. Присутствующие встали.

- Садитесь, - сказал старческий голос.

Собравшиеся подчинились. Старик подошёл к ступне Валентина, ткнул клюкой в пятку. Валентин отдёрнул ногу.

- Зубы смотрели? – спросил Старый.

- Целёхонькие, - ответила женщина.

- Тощий-то какой. Кожа да кости, - продолжал Старый. – Как из него туру делать? Откормить надобно, да натренировать.

- Вы кто такие! – крикнул Валя.

Наверху что-то упало. Оттуда раздался мужской голос.

- Заткните его, а то ночью глотку порежу!

- Я те порежу, - крикнул Старый. – На болота отправлю! За клюквой!

Ответа не последовало.

- Думаешь, великан пригодится? – спросил Старого бородатый мужичок.

- Сколько можно болотникам уступать? Сначала земля, а теперь женщин таскать начали да детей.

- Это не доказано.

- Мне доказательства не нужны. Накормите его. Эй! Великан! Как звать тебя?!

- Валентин.

- Будешь Вал.

Присутствующие засмеялись.

- Поест, сделайте замеры туловища и начинайте тренировать, - распорядился старик. – Время не ждёт. Мысля есть, что, как болота замёрзнут, они к нам пожалуют. Не сдюжим. А с Валом есть шанс. Вал, - обратился он к Валентину. - Мы тебя развяжем, но если дёрнешься – покойник. Будь добр окажи уважение.

- Договорились, - ответил ничего не понимающий Валентин. – Только пожрать дайте, а то сейчас позвоночник переварю.

Присутствующие засмеялись. Даже злобный голос сверху веселился вместе со всеми.

Валентина накормили жирной кабанятиной с хлебом и забродившим квасом. Так вкусно и сытно он давно не ел.

- Это наша недельная норма, - проинформировала его женщина. – Работай хорошо, помогай и получишь ещё.

Начались трудовые будни пленника. Валентин таскал брёвна, долбил в мёрзлой земле рвы и ямы, переносил бочки с водой, вычищал емкости с нечистотами. Кормили два раза в день, утром и вечером, что его вполне устраивало. Дополнительно давали какие-то вонючие корни, после которых сила заметно увеличивалась.

День был посвящён тренировкам. Учили правильно махать палицей, большим деревянным молотом с вставленным внутрь бойка булыжником, стрелять из лука, фехтовать доведённым до ума тесаком. Местные мастера усовершенствовали всё его оружие. Лук стал боевым, стрелы приобрели стальные наконечники, ему сделали копьё с широким лезвием, круглый деревянный щит. Валентина готовили к бою. Но что толку от слепого бойца, как его не тренируй. Так прошёл месяц, за который Валентин сильно изменился. Он стал более быстр и вынослив, а каждодневные нагрузки притупили инстинкт самосохранения. Он чувствовал в себе силу.

Мастера выковали для него стальную защиту на ноги, которая доходила до колен.

- Это весь наш металл, - пожаловался ему кузнец. – Даже на шлемы не осталось. Железные шахты сейчас у болотников. Меняемся на еду. Дальше брони будем делать из бука, как и балконы. Обрядим тебя в деревянную рубаху.

- Какие балконы? – удивился Валя.

Кузнец только махнул рукой. Утром следующего дня к нему пришёл Старый.

- Пора поработать, - сказал он. – Проверим тебя.

Его одели в деревянные брони, стеснявшие движения. На голову водрузили продолговатый деревянный шлем. Увешали оружием. В рот вставили удила. На плечи, спину и верх шлема установили балконы с узкими бойницами. В них сели по несколько лесных жителей с луками и духовыми трубками.

- Погодите, - сказал Старый. – А как он будет стрелять? Вы что будете ему всё время орать, куда повернуться?

Никто не ответил. До этого даже не додумались.

- Берите рыболовные крючки, да ладьте правила, - посоветовал он. – На ноги оденьте снегоступы, а то провалится, не вытащите. Всему учить надо.

Вале воткнули в лицо, от уха до уха, рыболовные крючки, от которых тянулись верёвки к балкону расположенному на голове. Там сидел наводчик и возница. В нос, на всякий случай, вставили кольцо, верёвка, от которого, так же шла наверх. На ноги надели широкие снегоступы, свитые из веток. Теперь Валя был похож на боевую башню - туру.

«Может, - думал Валентин. – Именно для этого я и выжил? К этому шёл? Почему именно для этого? Нет. Не почему, а для чего? Всю жизнь лишь кутил да проматывал отцовские деньги. Я даже не знал, что есть другой мир. Мир, где непонятные, маленькие люди сражаются за ямы с железной рудой, где голод всему голова, где зазевался и ты уже чей-то обед. Где не ты рулишь событиями, а они рулят тобой. Где темнота – проклятье, а лучик сета – великое благо».

Он не сопротивлялся воле лесного народа, так как понимал всю плачевность своего существования. Несмотря на причиняемые страдания, они разговаривали с ним, как с равным. Возможно в другое время, им бы не пришло в голову делать из него шагающую крепость.

- Нормально, - одобрил туру Старый. – А теперь принесите своим жёнам еды. Вал сожрал все запасы.

Возница ударил Валентина вожжами.

- Но! Пошёл! – крикнул он.

Валентин послушно направился вперёд и тут же врезался шлемом в дерево. Седоки и отряд сопровождения вооружённый копьями, весело заржали.

- Хорош, гоготать, - отругал их Старый. – Чтоб целого вернули.

Валентина направили в обход дерева. Они шли несколько часов. Валентин практически не устал. Он был хорошо натренирован, а снегоступы здорово облегчали передвижение по глубоким снегам.

Неожиданно все остановились, затихли. Валентин услышал, как отряд сопровождения разбился на две группы, которые побежали в разные стороны.

- Вал, - обратился к нему наводчик. – Сейчас на нас погонят. Куда дёрну, туда стреляй.

- Хорошо, - ответил Валентин.

Его руки начали дрожать мелкой дрожью. Кого они погонят? Как он будет стрелять? Они вообще соображают, что делают? Валентин решил разрядить нервозную обстановку.

- За всё время, - сказал он наводчику, - мне никто ничего не рассказал про ваш народ и болотников.

- Нечего рассказывать, - сказал наводчик. – Живём и всё.

- Каменный дом, где тепло, знаешь? – влез в разговор возничий.

- Жил там некоторое время, пока он не стал двигаться, - ответил Валя.

- Предания врут, что это место силы железных изб предков болотников. Правда, они уже так отупели, что не помнят, как им пользоваться.

- Железные избы? Чего это? – вновь спросил Валя.

- Были летающие, плавающие, шагающие и ездящие избы, - продолжал возница. – Когда у них кончались силы, их ставили рядом с каменным домом. Он принимал нужную форму и передавал им силу. Потом они опять могли двигаться. Ни одной избы не сохранилось. Болотники все разобрали на части. Собирали из нескольких одну, пока совсем ничего не осталось.

- Откуда они?

- Брешут, что со звёзд. Но мы думаем, что из дальних лесов.

- Что за леса такие?

- Во даёт, - удивился наводчик. – С ёлки упал? А сам ты откуда?

- Из города.

Все тихо засмеялись.

- Какого города? Нет никаких городов. Во времена железных изб были, а как Огненная война началась - кончились. Кроме Великого леса ничего нет. Вся земля покрыта лесами.

- Да вы что, – обалдел Валя. – Есть моря, океаны, горы, степи и города. Люди в космос летают.

Все опять начали хохотать.

- Похоже, голову отморозил, - произнёс один из стрелков, сидевший на правом балконе. – Надобно шапку потеплее сладить.

- Я, по-вашему, кто? Откуда? – спросил Валя.

- Ты редкий вид дикого великана, - ответил возница. – Иногда мы находим ваши кости в остатках странной одежды. Наверное, ты последний.

- Дурдом, - произнёс Валя. – А может кто-то видел высоко в небе белые полосы?

- Все видели, - сказал стрелок. – Это птица Ух. Когда она летит, слышен её голос - У-у-у-ух.

- Это самолет, чуваки! Машина!– возмутился Валя.

- Не ори, - осадил его стрелок. – Зверя спугнёшь. И мы тебе не чуваки….

Валя был оглушен теорией мироздания лесных жителей. Так в тишине простояли несколько минут, пока Валентин не услышал далёкий шум. Отряд сопровождения пугал лесного зверя, загоняя его на Валентина.

- Лук к бою, - произнёс наводчик.

Он дёрнул за верёвку, крючок больно впился в щёку, указывая направление стрельбы.

- Заряжай.

Валя поставил стрелу на тетиву.

- Товьсь.

Валя натянул лук. В этот момент он услышал, как какое-то большое животное, ломая ветки, бежало в его сторону.

- Пли! – крикнул наводчик.

Валентин выстрелил.

- Мимо! Заряжай! Пли!

Валентин снова выстрелил. Его поддержали огнём стрелки с балконов. Их стрелы точно попадали в цель. Животное ревело от боли.

- Мимо! Заряжай! Пли!

Снова выстрел. Валентин услышал, как стрела воткнулась в мягкую плоть, и животное завалилось в снег.

- Копьё! – последовала команда наводчика. – Вперёд! Коли! Вперёд! Коли! Вперёд! Коли!

Валентин быстро пошёл вперёд, нанося удары. Наконец он почувствовал, как пронзил животное. Присел, ощупал жертву. Это был молодой лось с полусгнившей повязкой на ноге. Валентину стало плохо. Он узнал его.

ОРГАНИЗАТОР.

- Чего мясо не ешь? – спросила Валентина женщина. – Сочная лосятина. Смотри, не достанется.

- Нет аппетита, - ответил Валя, слушая чавканье, доносившееся со всех сторон.

- Знакомая повязка? – вдруг поинтересовался Старый.

Валя кивнул.

- Понятно. Тяжело, когда с другом так?

Валя снова кивнул.

- Привыкай. Дайте ему енота доесть. В погребе лежит четверть туши на мрачный день. И браги на трутовике налейте ведёрко. Заслужил, - добавил Старый.

Валя выпил брагу, но есть не стал. Лёг голодный. Долго не мог уснуть, ворочался с боку на бок. К нему подошёл Старый.

- Утром приходили болотники. Хотели забрать тебя. Обещали оставить нас в покое, железо предлагали. Я отказал.

- Почему? – спросил Валя. – Железо дорогое удовольствие.

- Они лгуны. Вижу, тебя что-то тревожит?

- Я видел старика на большом звере. Кто это?

- Ты был мертв? – удивился Старый. – Его видят перед смертью. Это Лесник и ленивец. Они доверенные лица Матери лесов.

- Хозяина лесов, - поправил Валентин.

- Матери. Первый раз слышишь?

- Да, - ответил Валентин. – А кто ждет в темноте?

Старый приложил палец к губам.

- Т-с-с-с, - прошипел он. – Помалкивай. Произнести его имя, значит позвать. Спи.

Старый удалился. Валя так и не смог уснуть. До самого утра он думал о сказанном Старым. Днём опять была тренировка, но на этот раз совсем лёгкая. Потом Старый объявил о подготовке к сражению, которое он наметил на следующий день.

Все приготовления завершили далеко за полночь, но и в эту ночь Валентин не спал. Он думал о том, что это не его дело, воевать с болотниками, что лесной народ может обмануть, что нужно бежать, как можно скорее. Дезертир? Да, дезертир, но его никто не призывал в эту странную армию. Он тут только потому, что умрёт в лесу без зрения, тепла и еды.

Наконец сон стал овладевать Валентином. В этот момент он ощутил сильное присутствие Матери лесов. Она наблюдала за ним и лесным народом. Она была печальна. Наверное, догадывалась о завтрашнем деле. Потом Мать лесов отступила. Её место занял Ждущий в темноте.

«О чем бы мы могли поболтать? – подумал Валя. – А вот о чём:

Он: «Наконец-то ты стал мужиком. Убить друга и позволить его съесть – это по-нашему».

Я: «По какому, по вашему?»

Он: «Скажу так, чтоб понял. Я, своего рода, тестировщик всех и вся. Мать лесов – технический специалист. Организатор – конструктор всего, что есть, и чего нет. Да, да его так и зовут. Спрашивается, на кой он всё это заварил? Когда придёт, поддержи меня. Чего тебе терять? Ты плохой человек, а он таких не любит».

Я: «Значит, ещё есть и некий Организатор. Так, так. А терять мне действительно нечего. Я сделал много плохого, много грехов, много зла. Вёл себя, как скотина, плевал на тех, кого считал ниже статусом. Не видел в них людей».

А он: «Вот. Осознал, типа. А на самом деле нет. Думаешь, раскаешься, тебя простят? Нет, не выйдет. Нужно самопожертвование. Некоторые считают, что стоит подорвать себя в толпе и самопожертвование состоялось. Как бы, не так. Оно случается вдруг. Быстрая оценка событий и жертва, ради других. Вот, как это выглядит. Так, что всем дорога сам понимаешь куда. Не сомневайся. Я хорошо осведомлён».

Я: «Знаешь, что будет завтра?»

Он: «Да. Старый задумал осадить крепость болотников на рассвете. По идее они не должны успеть выставить отряды для обороны. Тогда Старый, не без твоей помощи, запрёт их внутри и уничтожит. Хорошая стратегия. В случае вашей неудачи, у болотников будет место, где развернуться. Они ударят всей мощью и всем вам конец. В крепости им биться не с руки, они привыкли к простору».

А я: «Будет резня?»

Он: «Не угадал. Предупрежу их, буду помогать вам на зло. Болотники тоже хотят в рай и думают, что жертвуя собой, добьются прощения. Играть, так играть. Посмотрим, чья возьмёт».

Я: «Давай, давай. Копьё тебе в печень, тесак в спину»».

Ждущий исчез. Валентин почувствовал приближение Организатора. Это было нечто мощное и в тоже время мягкое. Оно пропитывало собой всё вокруг. Валентин чувствовал, как оно струиться сквозь его тело. Он не мог больше спокойно лежать. Стал подниматься и ударился головой о потолок. Наверху кто-то упал с койки, но ни одного слова не донеслось. Всё будто замерло.

Валя пополз к выходу из большой коммунальной избы. Он был так взволнован, что забыл прихватить сшитый по его меркам олений тулуп. Выполз на жгучий ночной мороз в одной рубахе и штанах. Сел на принесённые днём стволы поваленных ветром деревьев.

 Ночное небо переливалось тысячами звёзд. Лунный свет чертил по снегу тени деревьев. Мерцала полярная звезда. Стояла такая тишина, что он слышал шум крови в венах, стук сердца, падение снежинок с ветвей мохнатых елей. Валя уставился на ночную картину незрячими глазами. К нему подошёл часовой.

- Вал. Зачем вышел? – спросил он. – Мороз такой, пёрнешь - жопа расколется.

- Расскажи про вашего бога.

- Про кого? – удивился часовой.

- Мать лесов – это природа, Ждущий – это зло, дьявол или его подобие, а бог у вас кто?

- Не понимаю о чем ты?

- Религия у вас есть? Кому вы поклоняетесь? Кто создал мир по вашему мнению?

Часовой сделал удивлённое лицо.

- Скажу Старому, чтоб браги тебе больше не давали. Совсем рехнулся. Завтра сражение, а он философствует на морозе.

Валентин вздохнул.

- Разве ты не чувствуешь Организатора? Он везде.

- Везде мороз. Марш спать. Расселся тут….

Валентин послушно направился обратно в избу. Он чувствовал, как Организатор следил за их разговором.

- Погоди, - окликнул его часовой. – Мир создали мы - люди, но не помним этого. Это было так давно, что осталась только слабая догадка. Тогда мы были другие. Мы были всем. А тот про кого ты спрашиваешь – первочеловек. Он остался в далёком прошлом, где ещё не было времени. Остался таким, каким был изначально. Мы думаем, что он может влиять на события настоящего, чтобы создавать одному ему понятное будущее. Но вот для чего, не знаем….

Часовой опустил голову, ему было горько осознавать, во что они превратились теперь.

- Иди, отдыхай. Завтра будем рвать друг другу глотки за кусочек бескрайнего леса и берег Поганого болота.

Он промокнул рукавом глаза и не спеша направился на пост. Валя заполз обратно. Лёг, прислушиваясь к движениям Организатора. Он чувствовал, как текут его мысли, как рождаются варианты будущего. Завтра многое решится, подумалось ему. Да будет бой!

 

Продолжение следует...


+10


Ссылка на этот материал:


  • 100
Общий балл: 10
Проголосовало людей: 1


Автор: Владимир Самсонов
Категория: Фантастика
Читали: 79 (Посмотреть кто)

Размещено: 17 ноября 2015 | Просмотров: 142 | Комментариев: 3 |

Комментарий 1 написал: anuta (17 ноября 2015 20:04)
Мастер ужасов и вдруг фантастика?

читаю со страхом, так и кажется, что где-то будет что-то ужасное

victory



--------------------

Комментарий 2 написал: Владимир Самсонов (17 ноября 2015 20:35)
Ужасы, тоже фантастика, только остросюжетная)))

Текст пришлось перевыложить. Не всё влезло. rtfm



--------------------

Комментарий 3 написал: anuta (17 ноября 2015 21:19)
я всё прочла.
да уж... сюжет захватывающий, особенно первая половина,
дальше уже с налетом философии)

жду продолжение mail1 .

victory



--------------------
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
 
 

 



Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
© 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.