«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 1
Inna

Роботов: 1
Yandex

Гостей: 21
Всех: 23

Сегодня День рождения:

  •     KADGAR (19-го, 4 года)
  •     Mary MkLair. (19-го, 21 год)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 167 anuta
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1863 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Каратели. Черная книга душ. Глава 02.

    предыдущая часть http://clubnps.ru/32552-karateli-chernaya-...lava-01-18.html

     

    Я дернулся бежать, но вырваться не смог и по инерции развернулся.
    Передо мной стоял невысокий, но крепкий, мужчина, с холодным взглядом убийцы и челюстью бульдога. Незнакомец несколько мгновений криво ухмылялся, возможно, наслаждаясь моей растерянностью, а затем неожиданно пискляво спросил:
    - Шрать хочешь?
    - Мне бы сперва покушать, - выпалил я, опешив от подобного вопроса.
    Собеседник прищурил один глаз, склонил голову на бок и процедил:
    - А я што шпрашиваю? Шрать, говорю, хочешь?
    Желудок отозвался мучительными спазмами, и я энергично закивал, подтверждая для верности словами:
    - Да, да. Конечно. Очень хочу.
    - Тогда пошли. У меня для тебя дело ешть.
    Крепыш стиснул мой локоть железной хваткой и потащил сквозь толпу к воротам, поясняя на ходу:
    - Шовут меня гошподин Штырь. Я человек увашаемый и шправедливый. Ешли ты направду так ловко пишать мошешь, как хваштал - будешь у меня как шир в машле. И еда, и выпивка, и ночлег, и девочки, вше будет. Главное делай што шкашу, а шпрошу - чештно отвечай.
    Он замолчал на миг, словно задумался, а затем продолжил:
    - Тебя, к примеру, как кличут?
    - Ланс, - ответил я, не видя причин скрывать.
    - Хорошо, Ланш. Шейчас мы подойдем к воротам и я поговорю ш лягавыми. Ты не вмешивайшя, молчи. Понял?
    - Конечно. Но почему вы стражников называете лягавыми?
    - Потому што лягавые они и ешть лягавые. Но только в морду им так не говори - запорют. Понял?
    Я кивнул, с дрожью в душе наблюдая, как приближаются четверо блюстителей, страдая от жары в кожаных доспехах.
    Возможно я зря доверился незнакомцу, лицо которого совершенно не внушало уважения. Но разве у меня был выход?
    Хотя, как и всякий послушник, я проходил в монастыре уроки самообороны, но без особого прилежания, и вырваться из железной хватки рук Штыря, не привлекая всеобщего внимания, у меня не было ни малейшей возможности. К тому же не имелось веских оснований не доверять незнакомцу, не исключено ему действительно нужны мои услуги.
    Однако самый простой способ вывести меня с рынка был вручить мне медную монету, чтобы я мог заплатить стражникам. Штырь этого не сделал, и я взмолился богам, чтобы он не оказался мерзавцем, который хочет сдать меня страже за вознаграждение.
    Но через мгновение я одернул себя. Нельзя плохо думать о человеке только потому что он лашит. Не могут же все они быть мерзавцами?
    Волосатый палец стражника грубо ткнул меня в живот, опухшая физиономия дохнула перегаром.
    - Руку!
    Я протянул вперед левую кисть, на которой разумеется не было и следа разрешительной печати.
    - Плати! - раскрылась передо мной пухлая ладонь.
    Я облизал пересохшие губы и перевел взгляд на своего спутника, который тут же пискнул, отводя руку блюстителя в сторону:
    - Это мой раб.
    Я вздрогнул и раскрыл рот чтобы возмутиться, но Штырь едва заметно подмигнул мне, чуть сильнее сжав руку, и я смолчал. Может это хитрость?
    Стражник приподнял брови, чуть повел головой и пробурчал:
    - А где ошейник?
    - Не ушпел надеть. Только что купил этого дармоеда.
    - Покажь купчую.
    - Так документ как раз выправляют.
    Защитник правопорядка криво ухмыльнулся и протянул Штырю грязную ладонь:
    - Нарушение. Плати штраф или отправишься в холодную, а твой раб загремит на галеры.
    - Так ведь говорю, купчую вот-вот шоштряпают, - заартачился мой наниматель.
    - Нарушение! - прорычал стражник, поднимая пику, наконечник которой уперся в грудь моего спутника. Остальные стражники тоже направили оружие на нас.
    - Школько? - сдался мой спутник.
    - Серебряную.
    - Да ну, на хрен! - дернулся Штырь. - Шовесть имей!
    - Сопротивление властям?! - рявкнул вдруг блюститель, брызгая слюной.
    Видя, что ситуация накаляется я не на шутку струхнул: вдруг да нет у моего спутника денег на штраф?
    Воображение услужливо нарисовало виденную однажды картину: изможденные гребцы, сидя по щиколотки в собственных испражнениях, надрываясь, тянут неподъемные весла, по залитым кровью спинам хлещет бичь надсмотрщика. Холодные щупальца отчаяния сжали сердце.
    Но вот в руке стражника появилась серебрянная монета, и блюстители двинулись дальше, шлепнув мне на руку печать и строго наказав впредь рабов без ошейника и купчей по городу не водить.
    - Спасибо, - выпалил я, испытывая искреннюю благодарность к человеку, уберегшему меня от незавидной участи.
    Теперь на моей руке красовалась печать, которая гарантировала еще один день свободной жизни, без нужды убегать и прятаться.
    Получалось, я совершенно зря сомневался в своем нанимателе и теперь готов был провалиться от стыда. Нельзя думать о незнакомце плохо только потому, что он лашит. Наверняка среди них много добрых и порядочных людей, а попадавшиеся мне до сих пор мерзавцы могут быть исключением. И столкнулся я с ними по причине невезения, которое преследует меня с начала путешествия.
    В ответ на мою благодарность Штырь вздохнул и пробурчал:
    - Да чего там. Мы, извештно, народ щедрый да отзывчивый. В беде хорошего человека не брошим. - и, сердито сплюнув, добавил: - Вишь, что мерзавцы-лягавые творят? Хотел медяк шэкономить, так нагрели на шеребряную… Где это видано за безделицу такой штраф драть? И шаловаться ведь без толку. Пойдешь к шотнику так еще и плетей получишь.
    - Может стоило дать мне медную монетку для откупного? - озвучил я недавнюю мысль.
    Мой спутник только хмыкнул:
    - Ишь размечталшя! Дерши карман шире. Мы, лашиты, извешно, народ доверчивый и проштодушный, а потому вшякие проходимцы, ошобенно с вошточных оштровов, вечно наш обшулить норовят. Но мы такую подлошть давно знаем и потому кому попало прошто так не верим. Ты докаши шперва, что человек доштойный - тогда и разговор другой будет. А то дам тебе монету, а ты в переулок и поминай как звали. Ш чего я тебе верить долшен?
    - Но ведь я вас ни в чем не обманул, - ответил я растеряно.
    - Почем мне знать, - прищурился Штырь. - Ты шказал, что хороший пишарь, я поверил и даже шеребряную на тебя не пошалел. Еще и покормить обещал, а работы твоей ведь не видел. Вдруг ты шулик и пишешь как баран копытом?
    - Нет-нет, господин Штырь, я действительно каллиграф высшей квалификации, о чем говорит вот этот медальон в форме птичьего пера. Поверьте, вы не будете разочарованы моей работой и я обещаю вам, что отработаю все потраченные на меня деньги до последнего медяка.
    - Добро ешли так, - улыбнулся мой наниматель. - Пойдем-ка в трактир. Там ты мне швое ишкуштво и покашешь да и поешь заодно.
    - Вы не будете разочарованы, - пробормотал я, глотая слюну, которая заполнила рот при упоминании о еде.
    Перед глазами немедленно возникло блюдо с покрытым хрустящей корочкой жареным поросенком в остром кисло-сладком соусе. Мой нос ощутил одуряющий запах сочной свинины, язык и небо вкус нежного жирного мяса.
    Желудок отозвался болезненными спазмами, и я напряг всю волю отгоняя навязчивый образ, но увы безрезультатно.
    Ароматы еды начали дразнить меня за десятки шагов от трактира. А, едва я переступил порог, ударили с такой силой, что закружилась голова, рот переполнился слюной, в животе громко забурчало, а колени подогнулись.
    - Крепишь, Ланш, - хмыкнул Штырь, усаживая меня за ближайший стол и добавил: - Ты шиди, а я поешть да выпить шпрашу.
    С этими словами мой спутник направился к трактирной стойке.
    Я не стал следить за его переговорами с бородатым толстяком, а опустил взгляд и принялся медитировать на мантру ХоРе, чтобы отвлечься от мыслей о еде. И хотя, вместо сияющей золотом низшей руны перед глазами неизменно появлялся жареный поросенок, я продолжал попытки, пока не вернулся мой спутник.
    - Обед шкоро будет. А пока покаши-ка швое маштерштво. Не шря ли хваштал, - пропищал крепыш, протягивая мне лист дешевого пергамента, гусиное перо и пузырек чернил.
    Совсем другим хотелось мне заняться, но этот человек спас меня от стражи на рынке, собирался накормить и предлагал работу. Поэтому я решил показать все на что способен. И не только из признательности, но и в надежде разжиться деньгами. А в подобных случаях важно сразу же произвести хорошее впечатление.
    Я придвинул пергамент, макнул перо в чернила и спросил:
    - Что писать?
    Штырь на миг задумался, а потом предложил:
    - Пиши нашвание трактира: Шареная Креветка.
    Я кивнул и заработал пером.
    Чернила были самые дешевые из давленых ягод чернушки, пергамент сморщенный и неровный, со следами грубо удаленного текста, перо совершенно непригодным для тонкого письма. Но, я не обращал внимания на это и вскоре предъявил Штырю искомый текст написанный восемнадцатью известными мне шрифтами.
    Мой спутник был явно потрясен.
    - Охренеть! - пискнул он после разглядывания моих трудов. - А так сможешь? - поинтересовался он и, взяв перо, коряво нашкрябал "господин Штырь".
    Я решил, что он хочет получить точную копию и, изучив особенности совершенно ужасного почерка, максимально точно воспроизвел надпись.
    - Шрань шобачья, - еще больше разволновался крепыш, - даше я не могу отлишить. И впрямь ты маштер. Ну, шамое время перекушить.
    По знаку штыря к столу подошла молодая женщина с полным еды подносом. Чего там только не было! Жареная рыба, печеные креветки, щупальца осьминога, пресные лепешки, сыр, сметана,острый соус и целая гора фруктов и овощей.
    Не теряя времени я схватил кусок лепешку, обмакнул в сметану и впился в нее зубами.
    - Правильно! - одобрил мои действия Штырь. - Кушай, кушай. Когда еще получитшя так хорошо покушать.
    Я только улыбнулся и проглотив пол лепешки взялся за жаренную рыбу.
    На столе появился кувшин вина и две кожаные кружки. Как оказалось, за то недолгое время пока я расправлялся с лепешкой служанка успела сходить на кухню и вернуться с питьем. Только теперь я обратил внимание, что она совершенно голая не считая крохотной набедренной повязки, которая не прикрывала бедра и на треть.
    Я поднял взгляд на женщину и сердце сжалось от сочувствия. Сгорбленную фигуру покрывали следы побоев, на лысой голове свежий шрам, лоб изуродован клеймом, взгляд устремлен в пол, на лице безысходная тоска, шею сжимает рабский ошейник.
    Пока я разглядывал беднягу, она развернулась и захромала на кухню. Штырь перехватил мой взгляд и совершенно неправильно его истолковав, ухмыльнулся:
    - Нравитшя? Хочешь ее?
    Я качнул головой из стороны в сторону и промычал набитым ртом:
    - У-у.
    Затем дожевал и уже нормально ответил:
    - Нет. Жаль беднягу.
    - А чего ее шалеть? - удивился Штырь, прихлебывая вино. - Ее кормят, ее поят и мешто, где пошпать, дают. Работай только, не ленишь и вше дела. Это ты у наш бедняга был: ни кола ни двора ни работы. Голодуха да беготня от штраши.
    Я заметил, что лучше на свободе голодать, чем объедаться в рабстве.
    - Ну-ну, - похлопал Штырь меня по плечу и внезапно взмахнул рукой. - Эй, шюда! - Крикнул он и пояснил мне: - Вот и друшья мои зашли.
    К нашем у столу подошли двое добротно одетых мужчин, поприветствовали Штыря и по его приглашению сели. Тутже рабыня принесла еще две кружки.
    - Выпьем друшья, - воскликнул мой благодетель, разливая вино.
    Выпили.
    Я тоже сделал хороший глоток, но продолжал налегать на жаренную рыбу, поливая ее соусом. Казалось, ничего вкуснее я в жизни не ел, и прекратить блаженство насыщения не было сил.
    Внезапно в разговоре моих сотрапезников проскочило слово "каратели", и я навострил уши.
    - Похоже на их работу. Все мертвы: охрана, домочадцы, слуги. А ведь полтора десятка лучших наемников в страже было. И запоры надежные и магическая защита. А ничего не помогло, - сокрушался бородатый рассказчик. - Вот оно как выходит: хоть ты купец знатный, хоть слуга самого владетеля, а закажут тебя карателям и поминай как звали.
    - Хорошо видать раскошелился заказчик, если владетелевого слугу не побоялись угробить, - покачал головой его тощий спутник.
    - Так ведь карателям вше едино, - хмыкнул Штырь, - хоть самого владетеля пришьют ешли понадобитшя.
    - Тихо ты! - шикнул на него бородатый, повертев головой по сторонам. - Не приведи боги слуги владетеля услышат.
    - Так я только шреди швоих, - отмахнулся Штырь.
    Я тем временем закончил трапезу и, попивая вино, боролся с зевотой. Есть больше не хотелось, да, наверное, и не влезло бы уже. Живот невероятно раздулся, а я от сытости совершенно опьянел и с трудом сражался с дремотой.
    Мое состояние не осталось незамеченным, и Штырь с улыбкой обратился ко мне:
    - Ну что наелшя?
    Я кивнул, чувствуя, что лицо расплывается в благодарной улыбке.
    - Вот и хорошо, - обрадовался мой благодетель и крикнул: - Хозяин рашчет!
    Подошел толстяк и сообщил, что с нас ровно две серебряных.
    - Вше шлышали? - поинтересовался Штырь, и получив подтверждение, обратился ко мне: - Ну что, Ланш, мошешь заплатить за мое угошчение медью, золотом или серебром?
    Я покачал головой и улыбнулся.
    - Нет, конечно, вы же знаете - у меня нет денег. Но я отработаю. Я все отработаю.
    Штырь довольно ухмыльнулся, хлопнул в ладони и указал на меня.
    - Этот шеловек, испортил моего имущештва на две шеребряных и отказываетшя платить. По нашим законам объявляю, что отныне он мой раб пока не рашплатитшя ш полна!
    - Эй, - возмутился я пытаясь подняться, - я не портил никакое имущество!
    Но знакомые Штыря схватили меня за руки не давая встать, а мерзавец, коротко хохотнул и пояснил:
    - Еда тоше имущешво по нашим законам. И вшяким чушакам не помешало бы это шнать!
    Я вновь попробовал вырваться, но меня жестко избили, а затем заковали в кандалы и надели рабский ошейник. При этом голову мне удерживала рабыня, которую я недавно пожалел.


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: BlindRat
    Категория: Фэнтези
    Читали: 57 (Посмотреть кто)

    Размещено: 20 июня 2014 | Просмотров: 188 | Комментариев: 3 |

    Комментарий 1 написал: empty_child (22 июня 2014 19:40)
    BlindRat, и снова здравствуйте!
    А нет, не так. И шнова ждравштвуйте!
    Чем-то меня ваша эпопея увлекла, причем с самого начала, так что я опять жду продолжения. Тем более, вы на самом интересном месте остановили.
    Автор - good



    --------------------

    Комментарий 2 написал: BlindRat (25 июня 2014 08:10)
    Ок. Продолжение следует))))


    Комментарий 3 написал: empty_child (6 декабря 2014 14:45)
    BlindRat, здравствуйте! В очередной раз я, причем строго по делу - вернуть на место несколько разгулявшихся запятых и все такое прочее.

    Главное, (запятая) делай што шкашу, а шпрошу - чештно отвечай.

    Шейчас мы подойдем к воротам, (запятая) и я поговорю ш лягавыми.

    Я протянул вперед левую кисть, на которой, (запятая) разумеется не было и следа разрешительной печати.

    Я вздрогнул и раскрыл рот, (запятая) чтобы возмутиться, но Штырь едва заметно подмигнул мне, чуть сильнее сжав руку, и я смолчал. Может, (запятая) это хитрость?

    Видя, что ситуация накаляется, (запятая) я не на шутку струхнул: вдруг да нет у моего спутника денег на штраф?
    Воображение услужливо нарисовало виденную однажды картину: изможденные гребцы, сидя по щиколотки в собственных испражнениях, надрываясь, тянут неподъемные весла, по залитым кровью спинам хлещет бичь бич
    надсмотрщика.


    Но вот в руке стражника появилась серебрянная серебряная монета, и блюстители двинулись дальше, шлепнув мне на руку печать и строго наказав впредь рабов без ошейника и купчей по городу не водить.

    Удачи и до следующего сеанса связи! bye



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.