-= Клуб начинающих писателей и художников =-

Ключники.

Пролог. 

В клубе было весело.

Разогретая алкоголем молодежь тусила под хиты приглашенного ди-джея. Парни и девушки танцевали на танцполе. За столами пили и шумно разговаривали. В дальнем углу, кто-то толкал «колеса», даря радость пополам со смертью. А работающий за барной стойкой Иван Разоков уже давно хотел уволиться. Его останавливала зарплата и удобный график работы. Ночные смены не мешали учиться, однако отнимали сон и настроение. К тому же необходимость выслушивать клиентов и добавлять им в рюмки, чем побуждать откровенничать еще больше, изрядно докучала.

За время работы в баре, Разоков заметил две вещи: люди всегда чем-то недовольны и пьяные никогда не совершают добрых поступков. Насмотревшись измен женам, наслушавшись сплетен обо всем и о каждом, Иван почувствовал, что у него вырабатывается стойкая ненависть к алкоголю. А еще, он начал стараться искать во всем положительные стороны. Пока получалось плохо, но иногда везло. Например, через пять минут заканчивалась его смена.

«Все! Завтра уволюсь» - твердо решил Иван, когда его, уже собравшего уходить, забросили обратно за стойку, обматерили и потребовали дослушать до конца. К счастью дослушивала охрана, пока Разоков спешил в раздевалку.

Выйдя через черный ход, Иван вздохнул полной грудью и недовольно отметил, что рядом с мусоркой свежего воздуха не водится. Перепрыгнув ступеньки, парень направился к остановке. Но не успел он сделать и трех шагов, как за спиной сказали два редких, но очень страшных слова.

-Шавр, фас!

Разоков прыгнул в сторону. В полете почувствовал удар в ноги и неуклюже рухнул на асфальт. Кто-то тут же набросился сверху. Зажал рот волосатой рукой и схватил за правую руку. Иван забарахтался, стараясь сбросить противника, но тот становился все больше и тяжелее. Голова нападавшего разрослась, стала квадратной, в оскалившийся рот легко бы влезла жареная курица.

Запаниковав, Разоков совершил ошибку. Он достал ключ! Вокруг правой кисти обмоталась золотая цепочка, скользнула к ладони и, между указательным и большим пальцем появился красивый, вычурный ключик. Как будто от сказочного сундука.

Больше ни чего сделать, Иван не успел. Ключ схватили и вырвали из руки. Цепочка натянулась, больно сдавив запястье. Маленькие звенья, не выдержав, с тихим лязгом порвались. Иван скосил глаза и увидев второго неприятеля: высокого мужчину в черном пальто с длинными белыми волосами, длинным носом и вытянутым лицом. Прямая осанка, наполовину прикрытые веками глаза, задранный подбородок и заведенная за спину рука создавали впечатление чопорного аристократа. Он внимательно разглядывал добычу, покручивая ключ в тонких пальцах.

-Похоже, друид, - сказал блондин и повернулся к кому-то за спиной у горилоподобного.

   В поле зрения Ивана вошел молодой парнишка, крепкий телом и бритый налысо. Рабов видел его в клубе. Еще подумал: «Хоть кто-то сок пьет, а не воду», а оказалось, за ним просто следили. Ждали, когда закончится смена. Парень, взяв протянутый ключ за остатки цепочки, поднял его над головой.

-Давай, ты знаешь что делать, - подбодрил аристократ. – Не бойся, я помогу.

Бритый сглотнул, запрокинул голову, широко открыл рот и высунул язык. Иван замычал, забарахтался под нападавшим, стараясь выбраться. Он знал, что сейчас произойдет и не хотел этого видеть. Жаждал остановить парня, отобрать ключ. Готов был драться насмерть и рвать зубами. Но «горилла» даже не шелохнулась, легко удерживая жертву.

Бритый опустил ключ в рот, прямо в горло и попытался проглотить. Мучительно скривился. Подскочивший блондин зажал парню рот, не позволил опустить голову. Сильно надавливая, он стал водить по шее большим пальцем. Бритый страдальчески закашлял, попытался вырваться. Но аристократ, игнорируя страдание парня, продолжал проталкивать ключ в пищевод.

Иван больше не сопротивлялся. Он рыдал, как ребенок. Желание сражаться ушло, осталось только горе и отчаянье.

Бритый рухнул на колени, закашлял кровью. Блондин, довольно улыбаясь, отошел подальше. Парень не поднимался, тяжело дышал, его глаза бегали из стороны в сторону, тело вздрагивало. Внезапно он вскрикнул, скорчился и с ужасом уставился на правую руку. Пальцы рывками втягивались в кисть. С хрустом уменьшилась рука, исчезнув под рукавом куртки. Упал на асфальт, опустевший кроссовок. Обвисла штанина. Руки и ноги бритого втянулись в тело, которое увеличилось в размере и начало удлиняться. Лицо парня резко вытянулось. Начала рваться кожа. Выпали зубы.

Мимо блондина, сбивая мусорный бак, пролетел огромный белый хвост, вытянувшийся на весь переулок. Над улицей дугой поднялась длинная шея, увенчанная змеиной головой.

-Значит, то была Королевская Кобра, - заметил аристократ. – Неплохой экземпляр. Редкий.

С руки Ивана, тихо звеня, осыпалась цепочка. И, тут же, накрутилась новая. Разоков не стал сдерживаться и терпеть, он разрешил вырваться гневу и безрассудству. Он хотел отомстить. Новый ключ отличался от предыдущего лишь немного другим узором, но за первый его не наказали бы, а теперь придется получить по полной.

 Иван рывком провернул прижатую руку. «Горилла», любующийся превращением бритого, повернулся к своей жертве, но помешать не успел. Ключ вошел в замочную скважину, послушно появившуюся прямо в асфальте, и повернулся рукой Разокова.

В одно мгновение, асфальт и все, на протяжении десяти километров под ним, стало морской водой. Трое мужчин, все еще меняющаяся двадцатиметровая змея, смятый мусорный бак и, чья-то припаркованная машина нырнули под воду. Оказавшись в безумно глубоком аквариуме ограниченным переулком, «горилла» выпустил Ивана и попытался всплыть. Разоков же остался спокоен. Он крепче сжал удлинившуюся цепочку, зная, что ключ и замочная скважина после активации не сдвинутся ни на миллиметр. Постарался выровняться так, чтобы ноги были внизу. Посмотрел в сторону дна, и с улыбкой встретил огромную тень приближающуюся снизу.

«Горилла», плохо умеющий плавать, все же вынырнул. В панике погреб к крыльцу черного хода, но не доплыл. Вода за ним словно взорвалась, окатила все вокруг брызгами и, поднявшейся волной, утянула едва спасшегося обратно на дно. Над ближайшими девятиэтажками, медленно раскручиваясь, поднялись три гигантских щупальца.