«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 16
Всех: 17

Сегодня День рождения:

  •     stasy (23-го, 30 лет)
  •     WARLOCK (23-го, 30 лет)
  •     Тореро (23-го, 28 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1865 Кигель
    Дискуссии О культуре общения 183 Моллинезия
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Повороты колеса судьбы. Поворот четвёртый

    Посёлок кипел и бурлил, как перегретый котёл с ухой. Поражённые небывалым нарушением законов гостеприимства, люди пытались одновременно выкрикнуть всё, что у них было на душе. С трудом вождь навёл порядок.

     Выглядел вождь тоже не лучшим образом. Среди похищенных была и его дочь. Пятнадцатилетняя гордячка, по всеобщему убеждению, самая красивая девушка в посёлке. Не пустился вождь в пустые проклятья, а приказал собрать лучших людей посёлка, под видом купеческого каравана пойти в Империю, по возможности спасти похищенных, а главное – покарать негодяя, воспользовавшегося доверчивостью людей.

     Тут же все пошли по домам, чтобы собрать товар для каравана, а вождь со старейшинами сели в круг, чтобы решить: кто те шестеро, кому посёлок доверит восстановление справедливости. И к закату, когда телеги были нагружены, вождь назвал их имена.

      Барг, младший брат вождя, мужчина лет тридцати с гаком, единственный человек в посёлке, занимающийся торговлей. Именно он торговался с имперскими купцами, когда они делали остановку у посёлка. Именно он вёл обмен с соседями, и даже дважды водил караван в далёкий Ганникс. Если кого-то ставить во главе каравана – то именно его.

      Ян, молодой шаман. Хоть и пришлый он, но доказал, что достоин доверия. Единственный, кто хорошо знает законы Империи, кто сможет написать или прочитать любой документ, а потом растолковать его остальным. Не имеет смысла отправлять караван без него, и даже старый шаман обещал не умирать, а проскрипеть ещё полгода, пока не вернётся его молодой преемник.

     Рустик, лучший в посёлке стрелок. Может пустить стрелу вверх, а во время её падения перебить её другой стрелой. Не помешают ему попасть ни ветер, ни сумерки. Выносливый и жилистый, способный весь день лазить по горам. И готовый на всё ради невесты своей, увезённой на корабле.

     Бьёрн, двадцатилетний светлобородый мужчина на полголовы выше любого другого в посёлке и сильный как медведь. Год назад сломал шею быку, когда тот бросился на его жену. А теперь он вне себя от горя, потому, что сейчас не смог её защитить, и ради неё пойдёт куда угодно.

     Ласт, лучший рыбак в посёлке, мучимый чувством вины. Никто не обвиняет его, но он сам для себя самый жёсткий обвинитель. Но не только ради искупления идёт он с остальными. Море для него – дом родной, если придётся возвращаться по воде – он справится с любым парусом, не растеряется в шторм и сможет поймать еду в океане.

     Игл, совсем молодой парнишка, младший сын кузнеца. Несмотря на молодость – мастер на все руки. Знает и кузнечное дело, и плотницкое, и многое другое. Но главное его качество – наблюдательность. Лучше всех он читает следы, только Герда-оборотень с дочками превосходит его в этом. И в других вещах он замечает то, на что никто не обращает внимания. С детства влюблён он в дочку вождя, и она поглядывала на него, но считал её отец, что должен жених быть гораздо старше невесты. А теперь вождь сказал парню, что если спасёт Игл девушку – то будет она ему женой, и быть посему.

     Всего три фургона в караване, совсем немного, по сравнению с имперскими. Ничего, товара хватит на выкуп, если он потребуется. Да и вдобавок вождь принёс перед выходом небольшую шкатулку. Ахнул от удивления Барг, открыв её, а вслед за ним ахнули и остальные. Двадцать две жемчужины, переливающиеся всеми оттенками огня, лежали там. Только у северных островов архипелага Забар добывали такой жемчуг, и стоил он настолько дорого, что только самые богатые люди в Империи носили его. Но прошлым летом младший сын вождя нашёл первую жемчужину, и с тех пор нашёл уже больше двух десятков. Даже своим родственникам не рассказал вождь об этом, но теперь готов был отдать всё, чтобы те, кто был увезён, вернулись домой.

     Ехать в Империю Яну не хотелось. Всё-таки, он до сих пор числился беглым рабом и не надеялся, что его забыли. Слишком дорого стоил такой мастер. А ехать придётся через Ганникс, другой дороги нет. Но отказаться было нельзя. Минту жаль, и долг перед посёлком тоже кое-что значил. Посёлок принял Яна, его жену и детей, несмотря на отличия от обычных людей, а значит, если посёлок нуждается в помощи – нельзя отказывать. Слишком неблагодарным это будет. Да и не зря он учился все эти годы. Удержать в рабстве шамана очень трудно, так что даже в худшем случае он найдёт способ сбежать.

     Провожать караван сбежался весь посёлок. Герда молчала, сжимая припухшие от бессонной ночи губы, все, что нужно, было сказано ночью. Наконец, звучно чмокнула в щёку и сказала больше для других, чем для Яна:

     - И смотри, не вздумай меньшицу привезти!

     Мужики глянули на Яна с сочувствием. Многожёнство в посёлке считалось вполне допустимым для успешных мужчин, способных прокормить большую семью. И ревность Герды многим была непонятной.

     - Ну и привёз бы, подумаешь, – небрежно бросил вождь. – Убудет с него, что ли?

     - С него не убудет, – Герда многообещающе улыбнулась. – А с ней мы состязание устроим: кто быстрее перегрызёт сопернице глотку.

     - Как ты с ней живёшь? – повернулся вождь к Яну. – Когда есть такая жена, собаки не надо.

     - Она хорошая, – Ян смотрел на жену с любовью, ничуть не уменьшившейся со временем. – Позаботьтесь о ней, пока я в отлучке.

     - Позаботимся, – кивнул вождь, и старейшины поддержали его.

     Караван тронулся, и посёлок скоро скрылся из виду.

    Первые ночёвки прошли под открытым небом. Погода была ясная, так что к утру становилось прохладно, но зато не было дождя. Ян каждый вечер окружал лагерь защитным кругом, иначе утром можно было недосчитаться одного-двоих. Совсем недалеко отсюда до Безжалостных гор, а там обитают разные создания Творца. Караван – удобная добыча для нечисти, это одинокому человеку достаточно устроиться под большим дубом или окружить себя осиновыми колышками. И не почует его нечисть, но как спрятать от её взора большую группу людей?

     А потом на тракте начали появляться деревушки. Как это обычно бывает, на расстоянии дневного перехода. И в каждой деревушке, как и положено, был постоялый двор. Ночевать под крышей гораздо удобнее, а плата невелика. Иначе купцы, умеющие считать, предпочитали бы ночлег в поле.

     С приближением Ганникса, Барг мрачнел всё сильнее, а за день до прихода в город, на обеденном привале собрал остальных:

     - В Ганниксе придётся задержаться. На день, а может и на два.

     - С чего? – не понял Бьёрн, дёргавшийся при каждой мелкой задержке. – Там нет порта, туда этот подонок не мог никого привезти. Остановиться на ночь, и двигать дальше!

     Остальные селяне так же не поняли, Баргу пришлось пояснить:

     - Мы – купцы, не забывайте. А что подумают про купца, который проехал крупный торговый город без остановки? Не остановился отдохнуть, слухи не собрал, цены не узнал – что это значит? Значит, есть у него какая-то причина спешить, тайная цель. И впереди нас пойдёт гонец, предупреждающий всех градоначальников, чтобы присмотрелись к такому странному купцу. Не нужно нам лишнее внимание. И ещё, как остановимся – половину оставим при телегах, а остальные – в лупанарий на всю ночь.

     Понимания это не вызвало. Не то, чтобы все тут дали клятву воздержания, но душевная боль от потери жён и невест была ещё слишком сильной, чтобы сразу начинать развлекаться с доступными женщинами. Барг понял это и нахмурился ещё сильнее:

     - Что подумают о купцах, которые после многодневного перехода оказались в городе и избегают женщин? Не должны мы отлучаться от остальных купцов. С телегами останется Ян, нечего ему по городу ходить. Наткнётся на знакомого – будут сложности. А ещё кто – решит жребий.

     Вечером стал накрапывать мелкий дождик, что дало возможность Яну накинуть капюшон. Теперь рассмотреть его лицо было почти невозможно. Да и не приглядывался никто, страже дождь надоел не меньше, и они прятались в сторожке. Один только вылез, чтобы взять пошлину.

     С телегами по жребию остались Бьёрн и Игл. Когда остальные ушли за Баргом, они придвинулись к Яну и начали шёпотом расспрашивать про город, его обычаи и всё остальное, что удивило впервые попавших в город селян. А потом Бьёрн начал вспоминать свою жену, как впервые в свой дом привёл, как она ждала его с моря. А когда начал говорить о её любви и верности, Ян сказал ему:

     - Ты сейчас на её верность не больно-то рассчитывай.

     - Почему? – не понял друг.

     - Потому, что рабыня в себе не вольна, – пожал плечами Ян. – Скажет хозяин, лечь ему постель согреть, так ей придётся ложиться.

      - Нет, она не такая! – нахмурился Бьёрн. – Она меня любит, не ляжет она ни с кем.

      - Ты не знаешь, как ломают непокорных рабынь. А я знаю.

     Бьёрн помрачнел и до утра с Яном не разговаривал.

     Следующим утром караванщики прошлись по рынку, присматриваясь к ценам и узнавая новости. А после обеда Ян, воспользовавшись дождиком, навестил Ингу и передал ей гостинцы от названной сестры.

     Несложно было выяснить, где она живёт, первый же мальчишка из дома гончара показал нужный дом. Ян познакомился со своей новой роднёй, провёл вечер в семье серебряных дел мастера, подарил ему два чёрных опала, найденные в горах, и получил в отдарок серебряный браслет для Герды. С трудом сохранил нормальное выражение лица, представив, что подумает семья Инги, узнав всю правду. А на следующее утро караван собрался в путь.

     На рассвете, когда все расселись по телегам, к Баргу подошли три женщины в длинных плащах и с вместительными дорожными мешками. Старшая из них, лет сорока, со следами былой красоты, вежливо спросила:

     - Не найдётся ли в караване место для трех путниц? Мы заплатим за еду и место на телеге. Опасно женщинам путешествовать без мужской защиты в наши беспокойные времена.

    - Наш путь лежит в Рон, так что если вам по дороге – можете присоединиться, – после некоторого раздумья ответил караван-баши. – А плата будет по восемь серебрушек с человека. Если годится – лезьте в последний фургон.

     В Ганниксе Барг всё-таки продал часть мёда, который везли именно в заднем фургоне, так что там было свободное место.

     - Спасибо! – лица женщин озарились искренними улыбками. Они быстро вскочили, куда им сказали, а Барг подал сигнал к отправлению.

     Ян, управляющий вместе с Иглом последним фургоном, слышал, как шептались попутчицы, смотрел на медленно проплывающие мимо деревья и молчал. Иглу через некоторое время надоело, и он переместился внутрь, попросив разбудить, когда нужно будет сменить. А на освободившееся место переместилась одна из женщин.

     Только тут Ян смог рассмотреть её получше. Молодая, лет двадцать, гибкая и стройная, двигающаяся с грацией гимнастки или танцовщицы. Круглое лицо южанки, большие карие глаза с длинными чёрными ресницами, прядь длинных чёрных волос, выбивающаяся из-под капюшона. Осторожно присела рядом с Яном, глянула с немым вопросом: «Можно?», и не услышав возражений, чуть кокетливо улыбнулась. Разговор завязался сам собой.

     Ян узнал, что зовут её Ирис, что она танцовщица, вместе со своей напарницей Акантой, кочующая по городам империи. Их научила этому их наставница Беренайк, в прошлом известная танцовщица, а теперь занимающаяся обучением молодых и организацией представлений. Узнал также много новостей из жизни Империи, и в свою очередь рассказал о той части истории, которую караванщики не скрывали.

     В разговоре время летело быстро, и когда к обеду дождь кончился, а Игл выспался и вылез сменить Яна на вожжах, тот не успел даже устать. Уступил место, влез в фургон и растянулся на тюках с пушниной. Ирис улыбнулась, затрепетала ресницами и бросила на Игла такой взгляд, что бедный парень покраснел до самых ушей. Ирис тут же исчезла внутри фургона, а Игл тряхнул головой, успокаиваясь.

     Постоялый двор, до которого караван добрался в сумерках, был небольшим. Постояльцев не было, и хозяин искренне обрадовался платежеспособным гостям. Его жена тут же зашевелилась на кухне, а дочка побежала в баню греть воду.

     Взгляд хозяина, которым он обшаривал фургоны, Яну не понравился. Не стоило оставлять груз на ночь без присмотра. Поэтому, он вызвался ночевать в фургоне, что Барг одобрил. Вернувшись из бани, Ян увидел, как дочка хозяина чуть ли не виснет на Бьёрне, шепча ему что-то, а тот стоит и не знает, куда деть руки. Ладони его сами собой ложились на девушку, чего он жутко стеснялся, а та пыталась незаметно увести его из зала.

     Фургоны стояли под открытым небом, но темнота была полной. Облака закрывали звёзды, а никакого другого освещения во дворе не было. Ян уже начал дремать, как почувствовал, что кто-то приближается к фургону. Через два удара сердца он узнал Ирис.

     - Ян? – девушка скользнула внутрь фургона и коснулась его рукой. Ян перехватил тонкую кисть, и девушка сама собой оказалась в его объятиях.

     - Он самый. А тебе чего не спится?

     - Женщина слаба, – прошептала девушка, почти касаясь губами уха. – Некому заступиться за бедную танцовщицу. Чтобы не быть общей, нужно выбрать себе одного. Я выбрала. Не прогоняй меня, пожалуйста.

     Она успела побывать в бане, да ещё и смазалась какими-то ароматными притираниями. Плащ её, под которым ничего не было, отлетел в сторону. Руки девушки коснулись его плеч, к телу прижалась горячая грудь, а нежные губы закрыли его рот. Дальше всё получилось настолько естественно и просто, что Ян очнулся только, когда Ирис расслабленно замерла под ним. Стиснутые на мужских плечах, её пальцы разжались, она затихла. Он, молча, подвинулся, устроив её голову у себя на плече и накрыв себя и её плащом. Девушка легла, уютно вписавшись в тело Яна, её пальцы осторожно, едва касаясь, изучали его тело. Заснула она быстро, а Ян ещё долго лежал без сна.

     До Рона караван шёл двенадцать дней, которые прошли без особых происшествий. Беренайк со своими ученицами полностью взяли на себя готовку, а по вечерам они ещё и репетировали, повышая караванщикам настроение. Аканта заняла прочное место в постели Барга, против чего он не возражал, а Ирис спала с Яном. Она была нежной и страстной, но Ян даже во время близости ловил себя на мысли, что эта женщина ему совершенно не нужна. И если она завтра уйдёт – это не вызовет никаких переживаний.

      Девушка, без сомнения, чувствовала это, но не показывала вида. Только выражала своё недовольство, смущая Игла. Взгляд из-под ресниц, улыбка во время танца, мимолётное касание в тесноте фургона, качание бедром в тот момент, когда Игл на неё смотрит, да и мало ли приёмов у опытной женщины? Пятнадцатилетний парень не мог разобраться в своих чувствах, он краснел, старался отвернуться, злился на самого себя, но во время репетиций всегда оказывался рядом, а когда девушка ложилась с Яном, непроизвольно стискивал кулаки.

     …

     Город Рон – не самый крупный город Империи, но и не из мелких. Двадцать тысяч человек, торговый порт, добыча каменного угля и розового мрамора. Здесь заканчивалась провинция, дальше шли коренные земли Империи.

     Караван вполз в город в полдень. В воротах Барг уплатил пошлину и получил адрес, где надо остановиться. Купцы с Севера имели здесь собственный торговый ряд, в западном конце которого Барг и пристроил фургоны. А пока остальные караванщики начинали торговлю и знакомились с соседями, Ян отправился на разведку.

      В большом городе очень легко найти информацию о любом заметном человеке. Ян поговорил с рабами в порту и выяснил, что корабль «Морская тень» купца Валерия причаливал здесь две четверти луны назад. Купец продал часть товара оптом и ушёл к столице, где надеялся получить больше.

     Следующим этапом был разговор с рабами, обслуживающими невольничий рынок. Они рассказали, что купец Валерий сбыл четырёх рабынь торговцу Сергию. Сергия дома застать не удалось, пришлось отложить разговор на завтра.

     Танцовщицы, к удивлению Яна, не собирались покидать караван. Весь день они выступали, а на ночь вернулись к фургонам, волоча корзины с продуктами. Аканта так улыбнулась Баргу, что он сразу разрешил им остаться и дальше.

     Ирис весь вечер не отходила от Яна. Ластилась, как кошка, угощала южными сухофруктами, очень вкусными, кстати. Шепнула, что за день так соскучилась, что еле дождалась вечера, игриво посматривала карими глазами. Игл сидел напротив и делал вид, что не ревнует, но потом не выдержал и ушёл спать.

     Ян проснулся на рассвете. Вставать не хотелось, ночью Ирис долго не давала заснуть. А сейчас спала, прильнув к его боку, с таким счастливым выражением лица, что впору было позавидовать. Он осторожно, чтобы не разбудить девушку, выбрался из-под плаща, оделся, умылся, а затем, вместе с Рустиком, отправился к Сергию.

     Работорговец Сергий был невысок и толст. С утра его мучило похмелье, но он старался быть вежливым. Да, он покупал товар у Валерия. Да, продал, товар был качественный. Кому? Не помнит, но если уважаемым гостям нужно… Очень нужно? За информацию надо платить, как всем известно. Да, информация – тоже товар. Всего две золотые монетки с профилем императора – и он тут же покажет записи. О! Вот, извольте, имена покупателей. Нет, этот будет только в следующем году, архипелаг Забар чертовски далеко. А он сперва пошёл не на Забар, а в Шан Ти. Остальные живут здесь в городе, вот как их найти…

     Выкупом занимался Барг, решивший, что остальные не умеют торговаться как положено. Ян сопровождал его на всякий случай. После часа ожесточённой торговли, Минта перешла в собственность Яна за вдвое большую, чем на рынке, цену. Ян сунул купчую в карман, и они вышли на тихую, поросшую каштанами улицу. Минта вцепилась Яну в руку так, будто боялась, что он сейчас исчезнет, по её телу то и дело пробегала дрожь сдерживаемых рыданий.

     До вечера удалось выкупить ещё одну пленницу, жену Бьёрна, проданную в лупанарий. Бедная женщина успела проработать там две четверти луны, и, судя по её виду, они ей показались двумя годами. Весь путь до рынка она всхлипывала, а увидев своего мужа, замерла, опустила голову и сжалась, схватив себя руками за плечи. Из её глаз начали капать крупные слёзы. Бьёрн, увидев такое, сжал кулаки, некоторое время стоял неподвижно, но затем подошёл к ней, обнял и отвёл в фургон.

    Минта устроилась рядом с Яном и отходить от него не собиралась. И для вернувшихся с рыночной площади танцовщиц появление новеньких стало неприятным сюрпризом. Ирис попыталась подсесть к Яну, но Минта так зашипела на неё, что девушка шарахнулась, в панике огляделась и подсела к Иглу, который от неожиданности потерял дар речи. Но отталкивать её не стал.

     Минта после ужина подсела вплотную и начала шёпотом описывать свои приключения. Со стыдом рассказала, как испугалась сначала прыгать в море, а потом уже было поздно: слуги купца отогнали всех от бортов. Рассказала, как Валерий со слугами осматривали пленниц, чтобы определить будущую цену, как подавляли любую попытку сопротивления. Как ломали гордость, насилуя и заставляя выполнять унизительные приказы. Как одну за непокорность бросили гребцам для развлечения, а потом швырнули в море изувеченный труп. Описала продажу на рынке и своего хозяина:

     - Тот, кто покупал, зерноторговец, приобрёл меня для сына. А сыну я быстро надоела, так он мной с друзьями поделился, – дальше она не смогла рассказывать, вцепилась в плечо Яна, уткнулась лицом в грудь и тихо, беспомощно зарыдала. Он уложил её и сидел рядом, гладя по голове, пока девушка не заснула.

     Утро у торговца начинается ещё затемно. Люди встают, умываются, раскладывают товар на прилавках, завтракают. Как только станет светло, пойдут покупатели, не до этого будет. Ирис выскользнула из фургона и исчезла вместе с Акантой. У них была своя работа. Вслед за ней из фургона выполз совершенно не выспавшийся Игл, обалдевший от свалившегося на него счастья. Барг уже расставил людей за прилавками и звал Яна. Нужно было идти по третьему адресу.

     Только граждане Империи могут без всяких препятствий свободно перемещаться по её коренным землям. Всем остальным для этого нужно разрешение. Для рабов – подписанное хозяином, для послов – подписанное Императором, а для купцов – подписанное торговым надзирателем. Именно к такому надзирателю, единственному на весь город и окрестности, зашли Барг и Ян после того, как выкупили ещё одну из землячек. Надзиратель принял купца с секретарём без задержки, но с разрешением возникли сложности:

     - В коренные земли едут те иноземные купцы, которые могут предложить товар высокого качества. А ваша пушнина, как я вижу, не лучшая. Северяне привозят гораздо лучший мех. И прочий товар годен для местных рынков, но для столицы – недостаточно хорош, – надзиратель вздохнул, развёл руками.

     - А если бы мы пришли в столицу на корабле? – спросил Ян. – Тот же самый товар, только другой способ доставки.

     - Да, к нашему сожалению, мы не можем перекрыть море, – снова вздохнул надзиратель. – Поэтому портовые города на особом положении. Что же, вы можете купить корабль, или нанять капитана. Или убедить меня, что у вас действительно качественный товар.

    Надзиратель откровенно вымогал взятку, это дошло даже до Барга. Караван-баши открыл коробочку на поясе и, понизив голос, произнёс:

     - Да, у нас есть и такой товар, который заслуживает быть проданным в столице – с этими словами он достал одну из огненных жемчужин и крутанул её в пальцах.

     Надзиратель открыл рот, не сводя с неё глаз:

     - Да, это аргумент. Надеюсь, это не единственная ваша жемчужина?

     - Не единственная. Весной в наших водах разбился корабль с архипелага Забар. В его обломках мы нашли коробочку, где таких жемчужин было больше десятка.

     - Тогда, думаю, вы не сильно обеднеете, если одну из жемчужин, ну хотя бы эту, продадите мне?

     В полдень Барг и Ян вышли на улицу с разрешением на проезд каравана к столице и обратно и с полусотней золотых монет, что составляло примерно треть от настоящей цены жемчужины. Сделка совершилась к обоюдному удовлетворению.

     Во второй половине дня Ян, Рустик и Игл выбили у Барга по три золотых и вышли пройтись по рынку. Прошли по кузнечному ряду, слопали обед в харчевне, и завернули в оружейный ряд. Глаза у них чуть не разбежались от разнообразия боевого железа и бронзы. Начиная от мечей и кинжалов и кончая какими-то бредовыми порождениями фантазии оружейников, названия которым не всегда мог вспомнить даже Ян, перекопировавший в молодости не один справочник по оружию. Рустик не удержался и потратил все свои деньги на мощный составной лук, от которого не смог оторваться, а также на две дюжины стрел.

     А в конце ряда друзья завернули в лавку, торгующую, как возвещала вывеска, магическим оружием. Вошли и огляделись. Ян тут же начал объяснять, что к чему:

     - С этого конца только серебряные наконечники, больше ничего. А вот тут амулеты, это уже интересно. Правда, половина совершенно не работающих. Вот эти – работают, из них круг составляют вокруг стоянок.

     - А наши чем хуже? – спросил Рустик.

     - Ничем, но эти дороже. Схема та же, дерево-металл-кристалл, но я сделал с пиропами, а тут изумруды. А вон тот амулет сделан с ошибкой, чтобы работал, надо отодвинуть знак от серебряного кольца на полпальца…

     Продавец слушал, как Ян рассказывал про амулеты, стараясь запомнить каждое слово. Он, судя по всему, не был большим специалистом, хотя кое-какие магические способности у него чувствовалсь.

     Ян замер, у него возникло ощущение, что кто-то позвал его. Чуть слышно, не словами, а словно его души коснулось пёрышко. Он обвёл взглядом стену и остановился на ноже с ручкой из чёрного дерева. Нож не из дорогих, серебряная гравировка на лезвии, что позволяло использовать его против нечисти и многих видов магических существ, но было в этом ноже то, что сразу увидел шаман, но магу определить было непросто. Похоже, оружие имело душу. А создание одушевлённого оружия было магией высшего класса. Ян решительно показал на этот нож, вызвав крайнее удивление продавца. Тот, отдавая нож, даже спросил:

     - Уважаемый, а какие свойства у него, из-за которых вы пренебрегли всем остальным?

     - Он мне понравился, – спокойно ответил Ян.

     - Да, – горестно вздохнул продавец. – Знаю же, что никогда не надо спрашивать. Четыре серебрушки с вас.

     Следующим утром караван тронулся в путь. Двадцать дней пути до столицы, и не стоит терять времени. Беренайк со своими ученицами тоже напросилась с ними, сказав, что в столице конец лета – самое денежное время. Барг не возражал, а Игл так был прямо счастлив. Ирис изображала беззаветно влюблённую, но Ян несколько раз ловил на себе её взгляд, полный тоски. Когда не видел Игл, разумеется. А Минту Ирис вполголоса обозвала, проходя рядом: «Собака на сене».

     …

    Ирис родилась в одном из небольших южных городков в семье бедного плотника. Когда ей исполнилось десять лет, в квартале посреди ночи вспыхнул пожар. Деревянные, покрытые тростником домишки, высохшие на жарком солнце, вспыхнули настолько быстро, что многие из людей даже не успели выскочить. И из всей семьи она уцелела одна.

     Сирота, без жилья, без средств к существованию, она выжила потому, что её подобрала Беренайк, ищущая себе учениц. Как она сказала, пожар лишил её дома и сбережений, придётся всё начинать заново. И предложила девочке выбор: или она учится на танцовщицу, или идёт в храм Иштар, где станет зарабатывать на жизнь, торгуя телом. Девочка выбрала первое и с тех пор танцевала на площадях Империи и в домах богачей.

     Жизнь бродячей танцовщицы нелегка. Изнурительные тренировки, выступления до упаду, отсутствие своего жилья, полная зависимость от наставницы. Считаясь формально свободной, Ирис не могла возразить даже в мелочах. И когда Беренайк после танцев впервые отвела её на ночь к одному из зрителей, выработанная годами покорность не позволила ей протестовать. Было ей тогда четырнадцать, и с тех пор она знала себе цену. Серебрушка за час или десять серебрушек за ночь. Немало, но ей эти деньги не доставались, всё до медяшки забирала Беренайк. Она же покупала одежду и оплачивала еду. Аканта, её напарница, была в точно таком же положении.

     В Ганниксе, когда Беренайк решила, что надо перекочевать на юг, она пристроилась к каравану, идущему в нужную сторону. Именно там Ирис встретила Яна. Не старый, не урод, спокойный и сдержанный, он сразу привлёк её внимание. Она заметила, что все караванщики его уважают, и даже караван-баши прислушивается к его словам. Поэтому она выбрала именно его в то время, как Аканта нацелилась на первого человека в караване.

     Ночью, когда её тело слилось с мужским, ей было хорошо. Редко, очень редко она испытывала нечто подобное. И утром он не отвернулся от неё с презрением, как большинство мужчин, а предложил ей разделить с ним завтрак. От его улыбки и касания руки, её сердце ёкнуло.

     Любовь возникает не мгновенно, Ирис не смогла бы объяснить, когда она полюбила. Но также она поняла, что Ян к ней равнодушен. Он пользуется ей, как мужчины пользуются красивыми девушками, но душа его принадлежит другой.

     Ирис не показывала своих переживаний, она видела, как мужчины шарахаются от плачущих женщин. Она попыталась пококетничать с Иглом, совсем молодым парнишкой, в надежде, что Ян хотя бы приревнует. Она была даже согласна, чтобы он из ревности побил её. Но тот смотрел на это с улыбкой и совсем не собирался что-либо предпринимать.

     А потом, в Роне, появилась эта Минта. Сразу, с первого дня повела себя как жена, на мужа которой покушается какая-то посторонняя девушка. Ирис запаниковала и перешла к Иглу, который, как она и думала, её не оттолкнул. Парнишка был счастлив, а Ирис чувствовала себя шлюхой. Ей было мучительно, что она спит с кем-то, кроме любимого, но она спрятала свои чувства глубоко, оставив на поверхности привычную маску.

     Ян, к удивлению Ирис, с Минтой не спал, а относился к ней, скорее, как к сестре или дочке. Хотя не была она ему дочкой, не такой он старый, да и внешне они не похожи совсем. Но ведёт себя она просто как собака на сене: сама не ест и другим не даёт.


    +20


    Ссылка на этот материал:


    • 100
    Общий балл: 10
    Проголосовало людей: 2


    Автор: Ivan_Al
    Категория: Фэнтези
    Читали: 113 (Посмотреть кто)

    Размещено: 3 сентября 2015 | Просмотров: 189 | Комментариев: 13 |

    Комментарий 1 написал: S.Marke (4 сентября 2015 09:20)
    Эпопея конечно здоровская, никакой камасутры не надо, но похоже история будет длинной!


    Комментарий 2 написал: Тик-так 22 (4 сентября 2015 16:46)
    «Герда молчала, сжимая припухшие от бессонной ночи губы, все, что нужно, было сказано ночью.» - если, это не намек, то связи не поняла.

    «Когда есть такая жена, собаки не надо.» lol

    «Купец Валерий» и «Работорговец Сергий» - я споткнулась и атмосфера пропала. Эти имена слишком контрастируют с остальными в тексте.

    Начало текста похоже на сказку, неожиданно для меня, после первых частей. Потом, все опять возвращается к обычному стилю. Мне было сложно перестраиваться от одного к другому. Внимание рассеивается.

    По сюжету: как красиво выкрутились))) Неожиданный интересный поворот. В первых главах я думала, что все повествование будет о девушке. А вы взяли и оставили ее дома)))


    Комментарий 3 написал: S.Marke (4 сентября 2015 17:24)
    Ну и хорошо, что оставил дома - так автор обыграл сначала женские, а потом и мужские судьбы в отдельности.


    Комментарий 4 написал: Ivan_Al (4 сентября 2015 17:46)
    Цитата: Тик-так 22
    «Купец Валерий» и «Работорговец Сергий» - я споткнулась и атмосфера пропала. Эти имена слишком контрастируют с остальными в тексте.

    Спасибо за комментарий. Все имена жителей Империи - древнеримские. Пожалуй, стоило использовать только те, которые не употребляются в наше время.
    Цитата: Тик-так 22
    «Герда молчала, сжимая припухшие от бессонной ночи губы, все, что нужно, было сказано ночью.» - если, это не намек, то связи не поняла.

    Да, можно было ограничится первыми двумя словами. Но решил, что так будет звучать лучше.


    Комментарий 5 написал: Тик-так 22 (4 сентября 2015 17:55)
    Звучит, бесспорно, лучше, но сразу уводит мысль в другую сторону... сразу интересно, что же там все таки произошло ночью с ее губами)))


    Комментарий 6 написал: Ivan_Al (4 сентября 2015 18:11)
    Цитата: Тик-так 22
    что же там все таки произошло ночью с ее губами)))

    Целовались, конечно. Что же ещё могло быть между мужем и женой в ночь перед долгой разлукой?))


    Комментарий 7 написал: Selena Gugo (5 сентября 2015 23:37)
    Предвкушая финал, грущу...
    Читала бы такую историю в гораздо большем объеме.
    Не интеллектуальное чтиво, конечно, но захватывает.



    --------------------

    Комментарий 8 написал: DGX (6 сентября 2015 13:37)
    Добрался, прочел, и остался доволен, как и от любой другой твоей работы.) Очень интересно, и читается очень легко. Нигде не сбился. Одно только не понравилось, но тут во мне дело - у Яна дома жена, которую он любит, но он все равно не прочь с Ирис... ну ты понял. Никто меня не поймет, но я ненавижу, когда так делают.

    Пошел читать финальную главу).



    --------------------

    Комментарий 9 написал: Ivan_Al (6 сентября 2015 14:02)
    DGX,
    Да, это мне тоже не нравится, но бывает так, что герои начинают вести себя независимо от воли автора. В обществе, где нормальным считается многожёнство, не станет мужчина отказываться от случайной связи с красивой девушкой, которая тем более не угрожает его семейной жизни. Неправдоподобно было бы, если бы Ян прогнал девушку.


    Комментарий 10 написал: Ольга К. (9 сентября 2015 13:55)
    девчёнки какие-то все легко доступные, и мальчишки... но там другие понятия. Я бы на месте Герды :)))))) сопровождала бы караван, она же может росомахой выслеживать, но сюжет придуман не мной. Читаю с удовольствием, интересно, что будет дальше, но всё равно цепляет, что баллом правит секс, деньги и бумага.


    Комментарий 11 написал: Ivan_Al (9 сентября 2015 18:17)
    Ольга К.,
    Да, с доступностью, возможно, перебор. Тем более, что на это указывают и другие комментаторы. Есть над чем мне подумать.
    Цитата: Ольга К.
    Я бы на месте Герды :)))))) сопровождала бы караван

    Если бы не трое детей, то она могла бы и так поехать))


    Комментарий 12 написал: Ольга К. (9 сентября 2015 18:38)
    Цитата: Ivan_Al
    Если бы не трое детей, то она могла бы и так поехать))

    она ведь не одна в деревне осталась, её уважают, детей бы посмортрели :))))))), но не бери в голову, это моя бурная фантазия. как всегда


    Комментарий 13 написал: Kors (19 января 2016 08:08)
    насчет доступности героинь у меня претензий не возникло - патриархат такой патриархат, прямо тотальный. Тем более если героини эти пережили унизительное рабство и насилие, им точно нужно прильнуть к крепкому мужскому плечу



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.