«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 2
KURRE Paprika1970

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 12
Всех: 15

Сегодня День рождения:

  •     Simply Son (18-го, 27 лет)
  •     Vir dolorum (18-го, 26 лет)
  •     Рэйв Саверен (18-го, 29 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Флудилка Поздравления 1674 Lusia
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1948 Кигель
    Школа начинающих поэтов Выразительные средства (ШКОЛА 2) 135 KURRE
    Флудилка На кухне коммуналки 3047 Старый
    Книга предложений и вопросов Советы по улучшению клуба 489 ytix
    Книга предложений и вопросов Неполадки с сайтом? 181 Моллинезия
    Рисунки и фото Цифровая живопись 239 Lusia
    Стихи ЖИЗНЬ... 1615 NikiTA
    Стихи Вам не понравится 35 KoloTeroritaVishnev
    Рисунки и фото Как я начал рисовать 303 Кеттариец

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Бесплатно сражаются одни лишь дураки. Глава вторая

    Тридцать второй день Осени 3568 года навсегда вошел в историю не только Эльфийской Империи. Во всех странах известного тогда мира этот день называли по-разному. Фирандийский поэт Витторио ла Фонтанья описал его в поеме «Последний день Эйредаса». Менестрели Аскара и по сей день поют балладу «О Сыновьях императора Митриаса». На севере, среди балгадарцев и гномов, ходит множество рассказов про то, как император Лиррион ХV казнил своего брата. Сотни историков в Империи и за её пределами по-разному оценивают случившееся тогда.

    Солнце светило необычайно ярко после целой недели проливных дождей. Несмотря на сильную жару, тысячи эльфов собрались на главной площади Ахелии. Но оказались они там не по своей воле. По приказу императора, легионеры направляли туда всех, кого видели на улице. Кто не желал смотреть на казнь, того заставляли это делать. Лиррион хотел наказать жителей Ахелии – очага восстания. Монарх желал, чтобы все видели, как он убьет своего брата и всех тех, кто пошел за ним.
    Среди толпы стоял светловолосый эльф среднего роста, с зелеными глазами. Взор его был направлен, на недавно построенный эшафот. Вокруг него выстроилась в широкое каре целая когорта эльфийских гастамиев. Лучи солнца красиво поблескивали на наконечниках копий легионеров, и их блестящих серебряных доспехах. За ними, в таком же построении стояли сеперии. Замерев, словно стена, легионеры никого не подпускали к эшафоту. Но, ни пленников, ни палача, ни самого императора не было видно.
    Лиррион мучил жителей города, заставляя стоять на жаре. Этим он доказывал свою власть над ними.Солнце уже перешло свой зенит, когда ворота дворца наконец открылись. Файрамон облегченно вздохнул. Несмотря на легкое одеяние, он немного вспотел. Это сильно раздражало эльфа. Но он забыл обо всем, когда на площадь выехали аскенсории императора. Всадников насчитывалось около дюжины. Один из них нес знамя , которое принадлежало династии Алэйдисов: серебряный грифон на синем поле. Пешие воины, коих было на площади большое множество, создали в толпе коридор от ворот дворца к самому эшафоту.
    Лиррион ХV гарцевал на белоснежном жеребце из северных земель Империи Миалейт. Он был в полном боевом облачении. От остальных всадников его отличал только синий плащ, и отсутствием высокого шлема. Вместо него на голове у эльфа лежала императорская корона из серебра, украшенная синими сапфирами. Ими же была усыпана рукоять его меча, хранившегося в роскошных ножнах. Правой рукой Лиррион направлял лошадь, а левой держал стальную цепь. Она тянулась за его лошадью по земле, шагов пять, прежде чем присоединялась к кандалам на руках и ногах его брата Эейредаса.
    Сотни эльфов ахнули, глядя на колону из семи оборванных, избитых и грязных главарей восстания. Лиррион сделал всё, чтобы поверженный брат и его сторонники походили на жалких преступников, нежели на родовитых и влиятельных мужей государства. По толпе пробежался недовольный шепот.
    Замыкал шествие Алламон из рода Мирралейна. Он присоединился к восстанию одним из первых. В поражении при Файрах-Лэррин командовал авангардом войска повстанцев. Именно на нем остановился взгляд Файрамона. Сердце невольно дрогнуло при виде эльфа, который воспитывал его на протяжении десяти лет. Невольно вспомнились последние слова Вельферия: «Ты же знаешь, я бы не стал сражаться с тобой, если бы не отец».
    Проклятый Вельферий. Даже перед ликом смерти он остался тем же спокойным юношей, который не любит конфликты. Файрамон не хотел такой смерти бывшему другу. Он ненавидел себя за то, что не успел остановить вернувшихся сообщников. Стрела одного из них поразила Веьферия, хотя он победил в честном поединке. Даже после смерти он заставил Файрамона быть должным ему.
    Миалейтянин покачал головой, глядя на проходящую мимо процессию. Он не видел смысла в унижении поверженного соперника. Эльфу это показалось бесчестным. Впервые за долгое время он задумался в правильности собственного выбора. Того ли брата он поддержал в кровавой войне?
    А тем временем, мрачная колона почти дошла до эшафота. Толпа сохраняла молчание, глядя на униженных вождей восстания. Император же находился в отличном расположении духа. Он самодовольно улыбался и весело сверкал глазами, частенько подергивая цепь, чем заставлял пленников идти быстрее. Когда властитель Империи наконец добрался к помосту, он ловко спрыгнул на землю и быстрым шагом поднялся наверх. На ходу миалейтянин передал цепь одному из солдат.
    Оказавшись на эшафоте, Лиррион осмотрел толпу. Мгновением позже сильный голос императора пронесся над площадью.
    - Сегодня, мои подданные, счастливый день в Империи! - прокричал он. – В этот день закончится усобица, что заставила одних эльфов убивать других, брата сражаться с братом. Сегодня я накажу предателей. Мерзких отбросов эльфийского народа, которые восстали против воли моего покойного отца, славного императора Митриаса! Я лично убью этих, проклятых всеми богами, эльфов, что посмели нарушить покой нашей великой страны. Смерть им! Смерть, во имя Маллара и Синарии.
    Ответа со стороны толпы не последовало. Эльфы молча слушали его, с ужасом понимая, что сейчас произойдет. Файрамон отдал должное жителям Ахелии. Те, которые стояли возле него, лишь упрямо смотрели на Лирриона, не излучая ни капли страха. Что же до императора, то он ожидал такого ответа, а потому всего лишь цинично улыбнулся. Эльф подошел к плахе и обнажил свой меч. Ни один император до до него не казнил предателей лично.
    Первым к плахе повели отца Вельферия. Алламон был вдвое старше Лирриона, но, несмотря на свой возраст, ничем не уступал монарху по телосложению. Даже будучи грязным и одетым в лохмотья, эльф держался достойно. Вскинув подбородок, он сам опусти на колени. Файрамон почувствовал ком в горле, глядя на человека, который и ему стал отцом.
    - Хочешь последнее слово, прежде чем лишишься головы? – спросил император.
    Повстанец посмотрел на Лирриона и произнес:
    - Мне не о чем жалеть и молить пощады я не собираюсь. Скажу только, что ты принесешь эльфам много боли и страдания. Наш народ сам тебя свергнет!
    Шепот пробежался по толпе. Те, кто слышали ответ Алламона, передавали слова остальным. Все восхищались храбростью эльфа перед лицом смерти, но никто не удивился такому ответу. Алламон всегда слыл храбрецом полным благородства. Когда его голова отделилась от тела, многие невольно ахнули.
    Так же было с остальными пленниками. По одному, их приводили к плахе, Лиррион давал им последнее слово и отсекал голову своим окровавленным клинком. Последним на смерть шел Эйредас. Как и его предшественники, он держался с достоинством. Когда его опустили на колени и предоставили последнее слово, принц прикрыл глаза, улыбнулся и пропел одну строчку из песни, ведомую каждому эльфу:

    Когда придет беда и холод
    И мир накроет смерть и тьма
    Придет война а с нею голод
    И страшная чума
    Когда восстанет чародей и нападет дракон
    Не бойся эльф, тебя спасет отважный Лиррион

    Так и погиб принц Эйредас, с песней и улыбкой на устах, от меча собственного брата. Не один эльф пролил слезы в тот день, из-за смерти одного из сыновей Митриаса. Не один эльф радостно поднял кубок по тому же поводу.
    Файрамон покинул город в тот же вечер. С переполненной сомнениями и горечью головой, он мчался на юг, к закату, чтобы больше никогда не вернутся в город, что стал ему домом.


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Daniel Mallkor
    Категория: Фэнтези
    Читали: 110 (Посмотреть кто)

    Размещено: 12 октября 2015 | Просмотров: 246 | Комментариев: 2 |

    Комментарий 1 написал: Дмитрий Королёв (12 октября 2015 07:21)
    Фирандийский поет Витторио ла Фонтанья. Поэт, наверное...
    Какие-то кровожадные эльфы, я думал они более миролюбивые...



    --------------------

    Комментарий 2 написал: Daniel Mallkor (12 октября 2015 17:12)
    Дмитрий Королёв,

    Исправлено)
    А на счет эльфов, то у меня они отличаются от классических.

    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.