«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 2
Всех: 3

Сегодня День рождения:



В этом месяце празднуют (⇓)



Последние ответы на форуме

Дискуссии О культуре общения 183 Моллинезия
Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

Рекомендуйте нас:

Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



Интересное в сети




 

 

-= Клуб начинающих писателей и художников =-


 

Безликий

Пролог
Немного о вечном


Гулкий удар молотка эхом пронесся по залу, ознаменовав свершение правосудия. Однако обширное помещение не спешило наполняться суетой, призванной следовать за финальным действием человека-арбитра. Вместо этого все присутствующие безмолвно замерли на своих местах, а лица их превратились в отбеленную потрясением маску. Такова была реакция находящихся в зале, на первый в истории Синклита приговор, предусматривающий наказание длинною в… вечность!
Четырёхъярусные наблюдательные трибуны, расположенные в промежутках между квадратными колоннами, подпирающими уходящий далеко ввысь потолок, были до отказа заполнены членами Синклита. Все в дорогих одеждах самых невероятных фасонов и расцветок. Настолько дивных, что каждый из них с легкостью отличился бы и среди армии простолюдинов. Их положение подчёркивал и местный антураж; наряду с живописными фресками, облицованные мрамором стены украшали шпалеры, выполненные из декоративной ткани с вплетением золотых и серебряных нитей. Отдельные участки стен были усыпаны вкраплениями драгоценных камней, образующими сложный орнамент. Пол в передней части зала устилала мозаика, искусно иллюстрировавшая процесс свершения правосудия. Здесь же, на специальной платформе высился стол арбитра – громоздкая конструкция, покрытая шпоном эбенового дерева. Над освещением сего великолепия неустанно трудились сотни светильников, огни которых отражались в стенах из светлого мрамора.
Но было здесь и кое-что, что выбивалось из общей картины роскоши и благолепия. Крепко сколоченное сооружение из толстых досок, длиною в средний человеческий рост и высотой в два локтя, стоящее у подножия центральной трибуны. Крышку этого ящика запирали два висячих замка, а из бокового отверстия торчала безнадежно поникшая голова мужчины. Дышал он хрипло, прерывисто, иногда постанывал. Его лицо, что едва просматривалось за занавесом каштановых волос, – шевелюра, ранее пышная и ухоженная, теперь представала спутанной и слипшейся гривой, – было испещрено струйками запекшейся крови, вытекшей из раны на лбу. Шею окаймлял металлический ошейник, от которого в разные стороны тянулись две увесистые цепи, закрепленные на бортах объёмистого ящика. Это делало невозможным для помещенного в него человека просунуть голову обратно в отверстие.
Тяжело поднявшись со своего кресла, тучный человек-арбитр, в мантии цвета бурлящей лавы, метнул взор в сторону двух людей, стоящих подле входных дверей. Будучи одетыми в рясы из грубой шерстяной ткани, лица их прятались под низко надвинутыми остроконечными капюшонами, руки же находили укрытие в длинных широких рукавах. На поясе одного из них висела толстая связка ключей. Кивнув головой, призывая рясников к действию, человек-арбитр удалился.
Когда вниманию публики предстало выволоченное из ящика тело, с характерным звуком шлёпнувшееся на пол, то зарождавшийся в зале шум сразу же сменился прежним затишьем. Отекшие конечности страдальца сковывали путы в виде яркой пульсирующей энергии. Вместо одежды – перепачканные лохмотья. На оголённых участках тела виднелись порезы и пятна в виде ожогов. Подхваченный рясниками, он издал страждущий стон, исполненный боли и безнадежности. Они поволокли его прочь.
Неприязненно кривя губы, скрывающиеся за пышными пепельными усами и бородой, сэр Гунрольд Скигиор наблюдал за происходящим с самого высокого яруса. Это был высокорослый мужчина, одетый в изысканный бархатный камзол, с воротником, закрывающим половину затылка. Облюбовав место с краю, он сидел, сложив обе руки на набалдашник трости, выполненный в виде головы грифона. Услыхав вердикт, и без того грубое, посеченное морщинами лицо Гунрольда Скигиора, исказила жуткая гримаса. Его глубоко посаженные глаза почернели, а губы сжались и затрещали по швам. Жестом, лишённым привычной лёгкости, он пригладил уложенные назад поседевшие волосы:
- Ты за это поплатишься, Наиш Драк’ка… ты за это поплатишься… - тихо прошипел он, провожая человека-арбитра хищным взглядом.


«Великое Зерно – чудо творца,

Великое Зерно – наша гибель

Судьбой ты нам принадлежишь,

Навеки храня о нас память».

Стих из четырехтомника «Летописи Настоящего»

Том II. Автор Иссилион Арателинуир


+9


Ссылка на этот материал:


  • 90
Общий балл: 9
Проголосовало людей: 1


Автор: Арчи Арт
Категория: Фэнтези
Читали: 37 (Посмотреть кто)

Размещено: 30 марта 2018 | Просмотров: 70 | Комментариев: 1 |

Комментарий 1 написал: Nemoshch (31 марта 2018 15:19)
губы сжались и затрещали по швам - с трудом представляю, как это))

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
 
 

 



Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
© 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.