«    Июль 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 2
GooglebotYandex

Гостей: 51
Всех: 53

Сегодня День рождения:

  •     Sandra (03-го, 26 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 2776 Кигель
    Флудилка Время колокольчиков 221 Muze
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 740 Моллинезия
    Стихи Сырая картошка 22 Мастер Картошка
    Стихи Когда не пишется... 52 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1822 Safona
    Флудилка На кухне коммуналки 3073 Герман Бор
    Стихи Гримёрка Персона_Фи 30 ФИШКА
    Флудилка Курилка 2279 ФИШКА
    Конкурсы Обсуждения конкурса \"Золотой фонд - VII\" 8 Моллинезия

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    Я за мир в Украине

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    ЭХО ИЗ СКЛЕПА (ЧАСТЬ 1 окончание)

    - Живее всех живых - сказал подошедший профессор. - Видите, толи прислушивается, толи принюхивается, он вас почувствовал.
    Все заулыбались. Малыш сморщился и зашевелил головкой, как будто пытался освободиться от платочка, повязанного по девичьи. Барон осторожно взял сына на руки и понёс к Генриетте. Баронесса была приведена в порядок, переодета, уставшая лежала в своей постели, на белоснежных простынях. Альфред осторожно положил малыша рядом с матерью. Счастливые они не могли оторвать глаз от сына. В комнате наступила тишина. Все потихоньку разошлись.
    За ширмой слышался тихий шорох, где на неопределённое время будет находиться медсестра в помощь молодой маме. Подошёл профессор.
    - Господин барон, баронессе пора отдохнуть. Через несколько часов появится у мамочки молоко, что делать дальше подскажет сестра. Я попросил вашего управляющего, на всякий случай, найти кормилицу. Не беспокойтесь, всё отлично. Сам я тоже задержусь ещё на пару дней.
    Профессор сам отнёс ребёнка, в качалку за ширму, к медсестре и поклонившись удалился. Подошла сестра, поправила одеяло укрывающее баронессу, поклонилась барону и удалилась за ширму. Было видно, что она и сама еле держится на ногах.
    Альфред склонился над спящей женой, поцеловал её и тихонько вышел. У двери сидел Али. Увидев барона, вскочил на ноги и заулыбался, кланяясь. Поклоны у Али были какие-то особенные, ни как у слуг. Лёгкий поворот головы в сторону и рука на сердце. Прямо царский поклон. Как умудрялся этот вездесущий араб находиться всегда у нужных дверей, одному Аллаху известно. Похлопав великана по плечу, счастливый отец удалился к себе. А Али расстелив свой молитвенный коврик, опустился на колени и стал молиться. Странно было видеть его на коленях.
    Уже было далеко за полночь, и в замке наступила полная тишина. Ночь была тёплая и тихая. Через открытые окна слышно было, как о скалы плескалось море.
    Утром у комнаты баронессы выстроилась очередь с подарками, гостинцами и поздравлениями. Али отбивался от них как мог. За дверью, слышался, плачь ребёнка, потом всё стихло. Из своих апартаментов вышел барон.
    - Что за собрание, что за шум? - весело спросил он.
    - Я хочу увидеть своего братика - с вызовом ответила Лизонька. Она стояла первая у двери и, шутя, шлёпала араба по груди. Управляющий развёл руками, показывая барону свою беспомощность в этих требованиях собравшихся. Барон всех весело оглядел и прижал палец к губам.
    - Так, тишина, иду на разведку. Меня - то пустишь? - спросил у Али. Потом тихонько поцарапался в дверь и осторожно вошёл. Генриетта сидела на кровати и кормила сына. Она смутилась, когда вошёл Альфред, и прикрыла грудь простынкой. Малыш уже не такой красный и не такой морщинистый, как вчера сосал грудь с широко распахнутыми тёмно синими глазами. Барон склонился над этой божественной сценой и разглядывал своего наследника.
    - Ох, как же долго я тебя ждал - тихо проговорил он, и добавил - там народ требует аудиенции. Али их еле сдерживает.
    - Нет, милый, извинись и попроси перенести встречу и смотрины на два-три дня позже. Я ещё не очень хорошо себя чувствую. Хотя, после кормления хотела бы увидеть Лизоньку, Руди и Артура. Если ты не возражаешь, конечно.
    - Что ты, солнышко моё, как можно возражать, это же родные нам люди.
    Но всё равно я первый, на правах мужа и отца. Поэтому позволь мне поздравит тебя с рождением нашего сына и на эту дату подарить тебе вот это колечко. Я его сам нарисовал и заказал специально к этому дню.
    Кольцо было необычным. Ангел на руках держал малюсенького ребёночка, к тому же, это служило крышкой для тайничка, где предполагалось хранить первый локон сына. Генриетта была в восторге, она ничего подобного раньше не видела. Она была равнодушна к драгоценностям, но это колечко вызвало у неё восхищение.
    Нянечка, так стали звать медсестру, забрала у баронессы уснувшего ребёнка и положила его в качалку. Генриетта со слезами на глазах поблагодарила мужа, поцеловала его и уткнулась ему в грудь лицом. Он обнял её, гладил худенькие, хрупкие, плечи. Так они сидели, никого и ничего не видя. А за дверью слышался не терпеливый шёпот и шорох. Опять заплакал малыш. Баронесса вздрогнула и метнулась к качалке.
    Когда барон вышел из комнаты баронессы, все смотрели на него, ожидая, наконец, позволения зайти к Генриетте. Альфред с улыбкой на лице, передал от баронессы извинения и благодарность, и что она просит перенести смотрины дня на два. От себя добавил, что она неважно себя чувствует.
    - Ну а к вам, Лизонька, Руди и Артур у баронессы есть какие-то вопросы. Он сделал жест, приглашающий их войти в комнату, а сам отправился к себе.
    Когда они вошли, Генриетта как раз передавала уснувшего сына нянечке.
    - Кристина - обратилась счастливая мама к няне. Спустись на кухню, ты же ещё не завтракала. А мы пока поболтаем.
    Когда Кристина ушла все бросились поздравлять и обнимать баронессу. Потом, когда все успокоились, молча, смотрели на Генриетту, будто ждали новостей.
    - У нас мало времени. Я пока не смогла успеть, как вы понимаете, узнать отношение Альфреда к подобной нашей ситуации. Но у меня появилась возможность по одной прошлой услышанной истории, похожей на нашу, узнать его отношение к ней, и как бы в этом случае поступил он. Думаю, как подступиться с этой историей к моему дорогому, как усыпить его бдительность. Пока ничего не предпринимать. Вдруг случится чудо.
    Она оглядела всех, ставших ей дорогими, людей, помрачнела.
    - Руди, дорогой, что за вид? Успокойся и возьми себя в руки. Ты же не хочешь погубить наших детей. Запомни, ты ничего не видишь и ничего не знаешь. Глядя на тебя, нельзя сказать, что в доме всё в порядке. Возможно, именно это будет твоим предназначением для них в будущем. Не выдержишь и меня погубишь. Ты должен следить за моим любимым Альфредом и оберегать его. Али то теперь с нами.
    Баронесса улыбнулась и посмотрела на Артура.
    - Ну а к вам, молодой человек, у меня будет особое поручение.
    Она прислушалась. Было тихо, да и Али был на месте. Баронесса пошарила рукой под подушками и достала большой конверт.
    - Насколько мне известно, ты наш семейный адвокат, тебе и карты в руки. Вот с этими документами ты должен срочно ехать в банк и вскрыть, мою, личную ячейку. Ты, понимаешь, о чём я говорю. Думаю, ты найдёшь предлог выехать в город завтра?
    Артур кивнул, но замялся и забеспокоился.
    - Да не волнуйся ты так, мальчик. Неужели ты думаешь, что я хочу тебя подставить? Об этом сейфе не знает даже Альфред. Да я и сама вспомнила о нём недавно. Там находятся купчие на земли в России, выигранные моим, прежним мужем, царствие ему небесное, у какого-то русского графа. Посмотришь их правомочность, вдруг пригодится. Ещё там драгоценности, которые он мне дарил, в чистоте которых я очень сомневалась и потому никогда не пользовалась. Ну а для продажи они отлично подойдут. Не волнуйтесь, муж мой ничего не знает об этом. Сначала хотела отдать всё в благотворительность или церковь, но потом решила оставить на всякий случай. И как видите, случай не заставил себя ждать. Так что дерзайте, юноша. И будьте осторожны.
    Она устало откинулась на подушки. В дверь поскреблись. Она приоткрылась и показалась бритая голова араба.
    - Нянька идёт - и он закрыл дверь.
    - Ну, пока всё - тихо сказала баронесса - ждём разговора с Альфредом.
    Ещё никто не успел уйти, как в комнату без стука влетел барон. Все замерли.
    Он был взволнован, но увидев компанию, успокоился.
    - Что случилось, любовь моя? - обратилась баронесса к мужу.
    В это время в комнату вошла Кристина. Барон кинулся к ней.
    - Кто разрешил, красавица, покидать апартаменты баронессы? Разве я не приказал, без моего или управляющего разрешения комнату не покидать?
    - Дорогой - вмешалась Генриетта - я была не одна, ребёнок спит и я разрешила Кристине сходить позавтракать. Должна же, она есть?
    Альфред замялся, зашёл за ширму, где спал его сын.
    - Я не доволен вами Кристина. На первый раз прощаю. Скажите спасибо вашей хозяйке. Руди реши проблему с едой для няни. Она не должна покидать ребёнка ни на минуту.
    Управляющий и Артур поклонились и вышли. У стены напротив двери стоял Али, он был расстроен, топтался на месте и пожимал плечами.
    - Что, и тебе досталось? - пошутил Артур.
    Араб махнул рукой, постелил свой коврик и уселся, скрестив на груди руки.
    Лиза ещё некоторое время побыла у Генриетты, а потом отправилась к себе в студию. Время подходило к обеду. Погода была мерзкой. С утра лил холодный дождь, сопровождаемый сильным порывистым ветром с моря. Глядя на всё это, трудно было поверить, что на дворе был конец мая.
    Вечером, после обеденного отдыха, барон снова пришёл к Генриетте. Баронесса,
    тоже, отдохнувшая, встретила его с радостной улыбкой. Потом притянула его к себе на огромную кровать, прижалась к нему и счастливо засмеялась.
    - Ух, ты, как рассердился на бедную няню. Правда, страшно, когда твоему ребёнку угрожает опасность, ужас?
    - О чём это ты? - спросил встревоженный барон.
    - Я вспомнила, сейчас, одну историю, жуткую историю. Услышала её дома у родителей, лет десять тому назад. У одного английского лорда дочь полюбила какого-то офицера из местной охраны. Дело дошло до того, что девочка забеременела.
    Скрывали, как могли, даже, мать пыталась спасти дочь от гнева и расправы лорда. Но кто-то предал их, как раз во время родов. Представляешь, он влетел в комнату, где рожала его родная дочь и увидев младенца, смахнул в бешенстве его со стола и набросился на дочь. К счастью падающего ребёнка кто-то успел подхватить, а мать кинулась между мужем и дочерью. Представляешь, какой ужас?
    Баронесса посмотрела молчавшего мужа. По его сдвинутым бровям было видно, что он переживает и волнуется. Она уже стала жалеть, что заговорила об этом.
    - Ну и что стало с этой развратницей?
    Генриетта была ошарашена этим вопросом мужа. Она хотела прекратить на этом свою историю. Ей и так стало всё понятно, но был задан вопрос.
    - Точно не помню, но, кажется, мать помогла молодым скрыться. Послушай, милый, А если это любовь? А если бы это случилось с нашей дочерью?
    - Это исключено. С нашей дочерью этого никогда не случиться. Значит было дурное воспитание, дурное влияние. Я его понимаю и не осуждаю. Швырять дитя - кощунство, согласен, я бы этого не сделал, но наказал бы очень сильно. Правда, не знаю как. Потому что в моём доме этого случиться не может. И дело совсем не в общественном мнении, а в том, что есть определённые правила и долг перед нашими предками, беречь честь и совесть семьи для будущего, для детей и внуков. Твоя история страшная. Хорошо, что те ребята смогли убежать. Я бы им такую возможность не предоставил.
    Генриетта задумалась: « Оказывается её любимый муж, может быть жестоким». Её это огорчило и немного напугало. Но машина закрутилась, и отступать было поздно.
    - А ты оказывается злой - сказала грустно она.
    - Нет, милая, я не злой. Твоя история меня немного взбудоражила. Просто я принципиальный, ответственный и преданный своей семье человек. Наверно это не совсем хорошо, но это так - заключил свою речь барон. - Меня так воспитали, мне так наказали, и я выполню свой долг.
    Баронесса прижалась к мужу. Она была так взволнована, что не знала, что сказать.
    - Наверно ты прав, дорогой, я в этом ничего не понимаю.
    - Что-то сегодня у нас так тихо. Куда все подевались? - спросил барон.
    - У всех дела, это мы с тобой бездельники. Даже сын молчит. Ты ещё не придумал ему имя?
    - Над именем работаю - улыбнулся Альфред. Хорошо, тихо, спокойно. Лизонька, верно у себя, в студии, рисует, Руди учит всех уму разуму. Адвокат по каким-то личным делам уехал в город. Богатырь наш на страже и сын не плачет. Я самый счастливый человек на свете. Ты со мной согласна, милая?
    - Конечно, любимый, только не я, а мы счастливы.
    Альфред поцеловал руку жене, поклонился и удалился к себе. Через некоторое время в дверь постучали. Вошёл управляющий с подносом.
    - Ваш ужин, мадам.
    - Спасибо Руди - и помолчав, промолвила тихо - после ужина Альфред уедет по делам в соседнее имение, купить его, кажется, хочет, а я буду в библиотеке. Надо срочно поговорить.
    Управляющий поклонился и вышел. По лицу баронессы, Руди понял, что будет серьёзный и окончательный разговор. За дверью стоял Али, он был взволнован.
    « Вот бестия, всё знает, всё понимает» - подумал Руди и улыбнулся арабу. Когда управляющий подходил к двери библиотеки, Али уже сидел на своём, молитвенном коврике. Тяжело вздохнув, управляющий вошёл в библиотеку. Генриетта сидела в кресле у маленького столика, запрятав маленькие ножки в мех, расстеленной на полу, шкуры белого медведя. Она была взволнована и её знобило. Руди достал из комода плед и укутал баронессу. Он обеспокоился о её здоровье.
    - Всё нормально, это от волнения. Руди у нас мало времени, садись. Я сделала всё что могла. Руди, это ужасно… Генриетта пересказала всю историю, которую придумала для Альфреда.
    Рассказала о его реакции и высказывании по этому поводу.
    - Этого и следовало ожидать. Он сильный человек. Вот я не выдержал и предал его и всю свою династию - грустно проговорил управляющий.
    - Что за глупость? Что за мания величия? Опомнись Руди, дорогой. Мы спасаем детей, главное, чтобы бог нас простил. У нас есть время, чтобы подготовиться к отъезду детей. Правда и тянуть не желательно. Не дай бог если кто, что либо, узнает. Тогда мы все пропадём. Учитывая характер моего любимого мужа, мне тоже изрядно достанется. Между прочим, Руди, твой хозяин и друг нашёл способ обзавестись наследником, и я этому очень рада и счастлива. А почему бы и тебе не жениться. Ведь разница в возрасте у вас всего три года. Ты образован, эффектен, обеспечен, да ты, наконец, просто, красавец. Подумай об этом. Я была бы очень рада такому повороту событий. Это решило бы и облегчило многие наши проблемы. Ты меня понимаешь? И за ребятами он не станет гоняться. Всё в замке опять встанет на место, как раньше. И будите вы опять блюсти обет перед своими предками. Да не красней ты, а лучше подумай об этом. Какой-то шум за окном. Кажется успели.
    В это время открылась дверь, и голова араба прошептала: « Пора, ругать будет». Генриетта вернулась вовремя, кричал малыш, требуя внимания. Минут через десять вошёл Альфред. Увидел раскрасневшуюся жену и, сосущего грудь сына, присел в сторонке и любовался, чуть не со слезами.
    - Альфред, милый, я хочу в столовую, мне скучно есть одной.
    - Хорошо, дорогая, завтра, перед отъездом профессор осмотрит тебя и если разрешит, я буду счастлив, видеть тебя за общим нашим столом.
    - О боже, ну, сколько можно ощупывать меня своими, огромными, волосатыми руками. Противно ведь - сморщилась с брезгливостью жена.
    Барон весело рассмеялся, обнял Генриетту.
    - Если честно, то мне тоже не нравится, что он до тебя дотрагивается, но он доктор, приходиться мириться и терпеть - он расцеловал жену и вышел.
    Наконец баронесса смогла успокоиться и отдохнуть. Можно проанализировать разговор с управляющим и ждать известий от Артура. Она позвонила в серебряный колокольчик, в дверях появился ангел хранитель, в лице араба.
    - Али, я устала, до завтра меня нет.
    Али поклонился и вышел.
    На следующий день в дверь баронессы постучали. Встревоженный управляющий попросил разрешения на разговор. Генриетта, увидев его, в таком состоянии, тоже заволновалась.
    - Слушаю тебя Руди. Что случилось?
    - Да, нет, хочу доложить о поездке Артура. Он всё привёз, о чём вы его просили. Драгоценности я спрятал. У меня есть немного наличных денег, а завтра съезжу в город, в банк, у меня там сбережения, думаю, на первое время им хватит.
    - А что купчая? Что за земли? Ты сам, Руди, видел эти бумаги. Я ведь в них ничего не понимаю.
    - Да, бумаги серьёзные, правильно и грамотно составлены. Земли где-то не очень далеко от наших границ. Псковская губерния, пять небольших крестьянских деревень, карты, названия деревень, всё на русском языке.
    - Господи, спасибо тебе - сказала баронесса - это же прекрасно, это же выход, у детей будет своя земля. Только бы купчая не потеряла силу, прошло столько время, столько лет. А вдруг земля перепродана, из-за отсутствия хозяина? Приедут, а им скажут: « Ваше место занято».
    - Исключено. Есть договор, как приложение к купчей. Ваш, бывший, муж, простите, разрешил пользоваться, как и прежде имением и землями, до предъявления прав на них, согласно купчей. Единственное что надо сделать, это оформить на Лизу доверенность, как на дочь. Слава богу, у нас свой адвокат. Правда, сначала надо переоформить право собственности на вас. Артур сказал, что для этого необходимо свидетельство о смерти вашего бывшего мужа, ещё раз прошу прощения, о напоминании неприятных событиях вашей жизни.
    - О, господи, а где я его возьму? Вероятно оно у Альфреда.
    - Вот этим нам и придётся заняться в ближайшее время. Артур сказал, подумает о причине, которая поможет изъять документ. Пожалуйста, мадам, сами не предпринимайте никаких попыток для этом. Неосторожность может всех нас погубить. Вы мне обещаете? - Руди строго посмотрел на Генриетту.
    - Обещаю. Хотя я приблизительно знаю, где он хранит документы.
    - Приблизительно, пожалуй, даже точно, знаю и я. Но мы не должны красть его, надо, чтобы он лично дал его в руки Артуру, понимаете?
    - Да, я всё поняла. Если что, это снимет с нас всякие подозрения.
    В дверь постучали, вошла Кристина с ребёнком на руках. Няня выносила ребёнка на свежий воздух, под наблюдением и охраной Али. Управляющий поклонился и вышел. От разговора и волнений Генриетта утомилась и прилегла на кровать.
    Долго отдыхать ей не пришлось. В комнату с шумом ворвался барон. Сердце баронессы замерло, она побледнела. Ворвавшийся с радостной вестью барон, вдруг затих и с беспокойством подошёл к жене.
    - Что с тобой, дорогая, ты так бледна?
    - Что же ты так пугаешь меня, Альфред? Хорошо, что я только побледнела.
    - Прости милая, я не хотел пугать тебя. Я придумал имя нашему сыну и
    пришёл сообщить тебе об этом. Как тебе имя Карл?
    - Право твоё, но буду честна, мне не нравится, слишком претенциозно.
    - Да, наверно ты права - с обидой в голосе сказал барон - Ну а как тебе имя Роберт, куда ещё проще? Роберт фон Кох.
    - Мне нравится - весело ответила Генриетта - просто и со вкусом.
    - Ладно, подумаю ещё пару дней. Но Роберт, кажется, совсем не плохо.
    Барон поцеловал жену, сына и, поклонившись, вышел. Видно было, что он расстроен. Он решил зайти в библиотеку, где встретил Артура.
    - Привет, адвокат - буркнул Альфред.
    - Господин барон чем-то огорчён? - поинтересовался молодой человек.
    - Да ну их, этих женщин, всё им не так. Скоро сыну две недели, а мы имя не можем подобрать - грустно проговорил барон.
    - Но это действительно, серьёзный вопрос, имя даётся на всю жизнь.
    - Ну вот, ещё и ты, туда же - совсем расстроился Альфред.
    Барон уселся около горящего камина, вытащил свою любимую трубку и задумался. Артур стоял у стеллажа с книгами и что-то усердно искал или делал вид.
    - Слушай, адвокат - теперь барон называл Артура только так. Я вспомнил, когда родилась Лиза, а ждали мы, вообще-то мальчика, кто-то нам подарил брошюрку с именами. Там, помню, были имена женские и мужские. Кажется, она где-то в мои бумагах, в сейфе. Терпеть не могу рыться в старых документах. Может, ты мне поможешь?
    Сердце Артура готово было выпрыгнуть из груди. Он не верил своему счастью.
    Он уже сутки мучился, не находя причин добраться до сейфа барона. И вдруг такая удача.
    - Почему бы и нет. Завтра с утра и поищем - осторожно ответил Артур.
    - Зачем завтра, сейчас и займёмся. Мне там надо ответить на одно письмо, а ты пока пороешься. Идём?
    - С удовольствием - еле сдерживая радость, сказал Артур.
    В кабинете барона было душно и темно. Альфред распахнул окна, в комнату ворвался солнечный свет и запах моря. Открытый сейф оказался полностью забит.
    - Ого - не сдержался Артур.
    - Да, мне тоже не нравится этот беспорядок - смущённо проговорил барон Вот и займись заодно. Адвокат ты, или не адвокат, тебе и карты в руки. Что посчитаешь ненужным, или прошёл срок хранения, отложи в сторону, я потом посмотрю, разберусь, что в банк, что в хранилище.
    Артур освободил половину письменного стола и стал осторожно вынимать содержимое сейфа. Барон сел с другого конца стола и занялся почтой доставленной в замок утром. К тому же здесь находилась почта привезённая Артуром ещё вчера.
    На стол в первую очередь, ближе к барону он сложил коробочки и мешочек с драгоценностями, деньги и футляр с пистолетами. Банковские счета, сложенные в стопочку, он тоже отложил к этой кучке. Он заметил, как барон искоса посмотрел в его сторону и улыбнулся. Артур успокоился и занялся бумагами. Он так увлёкся, что не заметил, как выходил из кабинета барон, навестить баронессу, как вызывал управляющего, чтобы принесли бутылочку вина. Каждый документ Артур внимательно прочитывал и откладывал в определённую стопочку. Так прошло часа три.
    - Слушай адвокат, может, пойдём, поужинаем? Я смотрю, ты так увлёкся, неужели всё так плохо?
    - Да, нет, совсем даже не плохо. Поужинать не отказался бы, но не бросать же всё на столе, потом я позабуду, где что.
    - Не беспокойся от земли до моего окна метров десять, а у двери наш верный страж. Поедим и быстренько вернёмся, тогда и продолжишь разгребать этот хлам.
    - Как прикажете, господин барон. Только всё это далеко не хлам. Здесь есть документы почти столетней давности, о которых вы, вероятно, даже забыли. Они очень важные и я пытаюсь разобрать их по значимости.
    Но барону надоела вся эта возня с сейфом, он хотел есть, да и Артура отвлечь, видя, как адвокат со всей ответственностью относится к его поручению.
    Они вышли в коридор. Между спальней жены и его кабинетом на коврике сидел Али. Он вскочил при появлении барона, поклонился и замер.
    - Али, голубчик, всех, кто попытается зайти ко мне в кабинет, можешь убивать пошутил, барон. Никуда не отходи, пока мы не вернёмся - сказал уже серьёзно.
    - Да, господин барон, не отойду и убью - тоже пошутил араб.
    - Я тебе, убью. Ишь, ты, остряк самоучка - погрозил пальцем барон.
    Но Артуру было не до шуток. Оставалась одна потёртая замшевая папка.
    Свидетельство о смерти бывшего мужа пока не попадалось. Выход есть, но не хотелось им воспользоваться. Можно достать копию, но это будет подозрительно, когда об этом станет известно. Кому понадобилось и зачем? Подведём Генриетту, так как без её личного заявления, копию не получить. Риск большой. Артур не видел другого выхода, как раздобыть этот документ у барона. За столом он был рассеян, на что многие обратили внимание.
    - Дорогой, а что это с твоим любимым адвокатом - наигранно весело,
    спросила баронесса.
    - Я ему задал, такую работёнку, что он на ужин не хотел идти. Силу пришлось применить вместе с Али - громко засмеялся барон.
    Все заулыбались. Шутка барона всем понравилась. Но Артур не понял шутки, он ждал, когда выйдет из-за стола барон. Наконец, Альфред, закончил с ужином и встал. Задвигались стулья, зашуршали шелка платьев, послышался смех и говор. Барон и Артур вернулись в кабинет.
    - Ну, видишь, всё на месте - опять пошутил барон. - Ты, адвокат, заканчивай с этими бумагами, разложи их как положено, ну а я потом просмотрю и сам их снова в сейф разлажу.
    - Как скажете, господин барон - ответил Артур и занялся делом.
    Папка оказалась не простой. У Артура появилась надежда. К его удивлению, аккуратно по датам были уложены свидетельства о смерти, заключения медицинских комиссий, о заключении браков и прочие важные документы. К радости Артура здесь находилось даже свидетельство о смерти его деда. Но, наконец, он увидел то, что искал несколько часов. Молодой человек был взволнован и немного испуган. Он покосился на диван, на котором дремал барон. Руки дрожали. Адвокат растерялся.
    Он не знал, что делать с этой бумагой, как взять, куда спрятать? А если барон не спит? Вдруг наблюдает за ним? Вдруг что-то заподозрил? Сделав вид, что осматривает сейф в последний раз, дрожащей рукой сунул листок во внутренний карман жилета, выпрямился и повернулся к барону. Альфред спал. Артур не стал его будить. Он подошёл к окну и стал всматриваться в темноту. Он думал, что наверно в России вот также темно и холодно. К тому же говорят,
    что там больше зверей, чем людей. « Что нас ждёт там»? - размышлял Артур.
    - Что, адвокат, закончил? Голова, небось, трескается от усталости? Я тебе сочувствую. А я хорошо отдохнул. Теперь посмотрю, что ты тут мне подготовил, да и снова спрячу. Ну а ты иди, отдыхай, спасибо.
    Артур вышел от барона в полночь. Он решил пойти сразу к отцу, что бы сообщить ему, что необходимый документ у него в руках. Конечно, был совершён, чистой воды грабёж, но и уверенность, что эта бумага никогда не пригодится барону в будущем. Как адвокат, Артур был уверен в этом. Управляющий ещё не спал. В последнее время он был в постоянном ожидании больших и печальных перемен. Да ещё баронесса подкинула неплохую идею насчёт женитьбы. «А почему бы и нет? - подумал Рудольф. Ему в голову приходили не плохие идеи, он понимал, что если бог даст, и у него появится сын, значит, будет замена Артуру, да и барона это успокоит и отвлечёт от поисков любовников. Поколение, с ошибкой, но восстановится.
    Но сначала надо подготовиться к побегу. Кажется, у них есть всё, чтобы покинуть дом без особого страха, и он об этом позаботится. Да и женщину найти для Рудольфа не было особой сложностью. Управляющий не был красавцем, но был довольно приятной внешности, строгий, скромный и сдержанный. Он был достаточно богат и любая девушка сочла бы за счастье стать его женой.
    Рудольф уже в сотый раз перечислял, пересчитывал и перечитывал всё нужное детям для устройства и жизни на первое время. Деньги, драгоценности, необходимые документы, всё у них есть. Место куда они решили ехать, надеясь на собственность баронессы, было выбрано. Осталось выбрать время и маршрут, по которому им придётся бежать. Ещё Рудольфа беспокоило, достаточно ли драгоценностей. Ему казалось, что, в данной ситуации, иметь драгоценности лучше, чем наличные, да и какие деньги там, где они окажутся. В любом случае золото можно продать и спасти положение. И у управляющего зародилась сумасшедшая и рискованная идея. Но ради сына он пойдёт и на это. Когда вошёл Артур и сказал, что последний необходимый документ у него, и он поедет завтра в город, что бы проделать последнюю операцию по оформлению доверенности, Рудольф понял: « Время пришло». Перед уходом от отца Артур попросил его сообщить об этом важном событии самой баронессе. Кивнув сыну, управляющий задумался над своей идеей.
    Тем более он не считал, что собирается совершить преступление. Там, куда он собирался, были и его сбережения, вернее его предков за четыреста с лишним лет. И не для себя он это делает, а для сына. Бог должен понять и простить его.
    Спать не хотелось, и Рудольф решил сходить на разведку. В замке было тихо. С хуторов и деревень слышался, собачий лай. Далеко из леса доносился ответный вой волка. Яркая луна освещала весь замковый двор. Управляющий решил выйти из служебного входа. Навстречу ему радостно виляя хвостами, из-за угла главного входа выбежали два английских добермана. Эти два серьёзных пса, заменяли охрану замка.
    Потрепав собак по холке, Рудольф приказал им идти на место и они обиженно, опустив головы, побежали за угол. Управляющий осмотрелся и прислушался. По поведению собак видно было, что в округе всё в порядке. Он свернул за противоположный двору угол. Там было темно. Тень от замка закрывала всё пространство до самых стен, окружающих его. Рудольф с замиранием сердца подошёл к двери винного погреба. Опять осмотрелся, присел на пустую бочку, стоящую рядом с дверью. Наконец, решительно встал и сунул ключ в замочную скважину. Ключ поворачивался, но чтобы закрыть, а не открыть дверь: « Что такое, почему дверь открыта»? - с испугом подумал управляющий.
    Успокоившись, он всё-таки решился и потянул на себя массивную дверь погреба. В помещении горел факел. Этого быть не должно. Рудольф совсем было растерялся. Но, вдруг, скорее почувствовал, чем увидел за спиной мелькнувшую тень.
    Его обдало жаром, он быстро поднялся по ступенькам к выходу. В проёме двери стоял Али с прижатым пальцем на губах. Араб молча, поманил своего любимого хозяина, а когда тот вышел тихо и аккуратно прикрыл дверь. Поведение его было настолько непонятным, что управляющий просто потерял дар речи. Когда Али потащил его к стене в темноту он, наконец, очнулся.
    - В чём дело Али, что ты тут делаешь?
    - Тихо - прижал опять палец к губам араб и оглянулся на дверь.
    Потом запустив руку в карман своих огромных шаровар, что-то, из него вытащил. Затем взял руку Руди, что-то вложил в ладонь. Когда управляющий её раскрыл, то увидел красивое золотое кольцо с большим рубином.
    - Откуда ты это взял? - строго спросил - ты был в хранилище?
    Али обиженно замотал головой, замахал своими огромными ручищами и отвернулся.
    - Ну ладно Али не обижайся, я просто очень удивлён.
    - Его уронил господин барон, а я поднял - сказал шёпотом араб.
    Рудольф был поражён. Альфред сказал ему, что утром уедет в город, по важным делам: « Неужели он опять вернулся к игре в карты, сейчас, когда у него есть сын и любимая жена?» Управляющий не заметил, что задаёт этот вопрос вслух.
    - Нет - категорично заявил, Али. - Он покупает дом на юге Испании.
    - А ты откуда знаешь? - удивился Рудольф.
    - Так Али всё видит, всё слышит - гордо прошептал он.
    - Ох, вездесущий ты наш, попадёт тебе за твоё любопытство.
    Они вовремя замолчали, потому что в это время дверь погреба открылась.
    Барон спокойно закрыл дверь на ключ и, мурлыча себе под нос, пошёл к парадной лестнице. Он не чувствовал себя неправым, он был владельцем замка и всё что находиться в нём. Рудольф чувствовал себя уязвлённым: « Тогда почему ночью?» - подумал расстроенный управляющий. Ему было о чём печалиться. И он и барон знали, что одна треть собственности барона фон Кох принадлежит семье Абель.


    По крайней мере, так гласит запись в первых документах с 1532 года. Фактически их связывает вместе более четырёхсот лет. Он стоял, прислонившись к стене замка, и печально качал головой. Теперь руки у него развязаны. Он поступит так же, но будет осторожнее, чтобы барон об этом не узнал. Он знает, а Альфред знать не должен. С рождения это будет первый тайный поступок, о котором не будет знать его хозяин.
    Наконец всё стихло, и Али осторожно потянул хозяина в дом.
    - Забери ты его - сказал он арабу, протягивая ему кольцо.
    - Али не надо кольцо - замахал он руками - в дороге пригодится.
    - Это верно - задумчиво ответил Руди - ещё как вам пригодится. Хотя этого мало. Буду думать, как и мне прогуляться за этими необходимыми для всех вас драгоценностями. Пойдём, друг мой, пора, уже рассветает.
    Утром, после завтрака, барон сделал несколько распоряжений управляющему и
    собрался в город.
    - Руди, в чём дело, что у тебя за вид. У меня важное дело, которое я должен провернуть сам. Я тебе потом всё объясню, ты будешь доволен.
    - Как скажете господин барон, счастливого пути.
    - К чёрту - ответил барон - береги детей и жену. Вернусь завтра к обеду.
    Заскрипели шестерни, забряцали цепи. Открылись ворота, и опустился мост.
    Карета с грохотом рванулась с места. У Рудольфа были сутки, и он должен был в них уложиться, но так, чтобы, ни одна живая душа не видела, что он подходил к двери винного погреба, даже Али.
    Управившись со своими повседневными делами, управляющий ждал наступления ночи. В полночь он вышел из служебного входа во двор. Собаки развалившись посреди двора, приподняли головы, посмотрели на Руди и снова затихли. Как и вчера, ярко светила луна, было тепло и тихо. Волнение мешало сосредоточиться. Войдя в винный погреб, он снова закрыл дверь на ключ. Когда бесшумно открылся вход в подземелье, Руди, не стал закрывать стену, а взяв факел, стал медленно спускаться по скользким ступенькам. Освещая сами ступеньки, Рудольф почувствовал, как по лбу пробежало какое-то насекомое. Тряхнул головой и, продолжая держаться за стену, осторожно спускался ступенька за ступенькой, освещая их светом факела. Вдруг он снова почувствовал, что его опять атаковали какие-то насекомые.
    Брезгливый по натуре, он перестал держаться за стену и стал стряхивать этих мерзких тварей. Почувствовав, как что-то ползёт по руке с факелом, он тряхнул ею и, не удержавшись, упал спиной на лестницу и покатился вниз. Поняв, что он уже не падает, открыл глаза, отодвинул горящий факел подальше от головы, приподнял голову, пытаясь встать, и потерял сознание…
    Утром Артур никак не мог найти отца. Время приближалось к завтраку, а его нигде не было. Артур сам решил распорядиться в подачи завтрака, и чтобы не было лишних волнений и вопросов сел за стол вместе со всеми, сказав, что отец неважно себя чувствует и просит его извинить. После завтрака он снова прошёлся по всем местам, где мог бы быть Рудольф. Он начал беспокоиться и поднялся на второй этаж, где в конце коридора стоял на коленях Али, и творил утреннюю молитву. Артур не стал прерывать такое важное для араба занятие, и терпеливо, переминаясь с ноги на ногу, ждал. Али, наконец, вскочил на ноги и подошёл к Артуру.
    - Али, тебе отец ничего не говорил, куда он пошёл или уехал? С утра его ищу, куда делся, ума не приложу? - спросил араба адвокат.
    У Али округлились и без того большие глаза. Схватившись за свою бритую голову, вдруг зарычал как зверь, закрутившись на одном месте. Потом вдруг замер и посмотрел на обеспокоенного Артура.
    - Ключ - прошептал он - надо ключ, быстро ключ.
    - Какой ключ, о чём ты?
    - Ключ, винный погреб, быстро, ключ - бормотал Али и тащил Артура к двери кабинета барона.
    - Я не понимаю тебя - чуть не плакал молодой человек.
    Волнение Али усилили его беспокойство. Дверь кабинета была закрыта. Араб снова зарычал и потащил адвоката к двери спальни барона. Ему было не до этикета и он втолкнул Артура в комнату барона. Но ничего, непонимающий молодой человек, стоял посредине комнаты и смотрел на бушующего араба. Наконец, Али махнул рукой и осмотрелся. Потом с замиранием сердца, подошёл к висящему, на ширме, бархатному халату, сунул руку в карман. На его лице отразились толи радость, толи надежда, но когда он вытащил руку из кармана халата, в его огромном кулаке был зажат ключ от винного погреба. Они тихо вышли из комнаты, прикрыли плотно дверь.
    Спокойно, чтобы не привлекать внимания окружающих, вышли во двор.
    - Что, теперь пойдём в погреб? - спросил Артур.
    - Нет, Али, пойдёт, господин адвокат будет ждать господина барона. Он обещал к обеду вернуться. Отвлекать надо, пока я не вернусь.
    Артур хотел было возмутиться, поставить араба на место, но увидев слёзы, в его глазах, промолчал. Почувствовав всю сложность случившегося, сдался. Потом, адвокат, через открытое окно увидел, как Али, чуть не бегом скрылся за углом хозяйственного двора.
    Дверь поддалась сразу, и Али увидел открытый проём в стене напротив. Опасения его усилились. Обратившись за помощью к Аллаху, снял со стены факел и подошёл к тёмному проёму. Он увидел ступеньки уходящие куда-то вниз, в темноту.
    Там, далеко внизу, в темноте, еле заметно мерцал маленький огонёк. Горел факел. Али не задумываясь, стал осторожно спускаться. Уже пройдя несколько ступенек, он понял, что могло здесь случиться сегодня ночью. Тревога усилилась.
    Но Али решил, что в любом случае, барон не найдёт Руди именно там, где он сейчас может оказаться. Если случилось несчастье, то оно должно будет случиться наверху, в самом погребе. Он спасёт любимого хозяина от позора. Уже пройдя половину опасной лестницы, араб увидел лежащего без движения, на полу управляющего.
    Вокруг него копошились какие-то жуткого вида твари, размером с горошину. Али зажёг ещё один факел, поднял упавший и вместе со своим закрепил на стене. Из-под лежащего Рудольфа в рассыпную, бросились какие-то жучки, толи паучки, но очень мерзкого вида. Все они бежали в темноту. Али склонился к Руди. Слабые удары сердца обрадовали араба, и он заметался, не зная, что делать дальше. Рядом с упавшим, он заметил связку из трёх ключей. Он кинулся к правой двери и попытался её открыть, одним из них. Аллах помог ему, дверь открылась.
    Воздух здесь был совсем, как на верху, чистым. Али поднял управляющего и внёс его в комнату, положил на стол, зажёг ещё пару факелов. Потом прикрыв дверь и схватив факел, кинулся вверх по скользкой лестнице. Наверху взял первую попавшую бутылку вина и снова вниз. Он раздел Рудольфа догола, оторвал от своей рубашки кусок ткани и стал обмывать тело своего хозяина вином. Чистый воздух сделал своё дело, управляющий стал лучше дышать, удары сердца усилились. Али приподнял голову Руди и влил в рот глоток вина. Тот поперхнулся стал кашлять и открыл глаза. Араб рыдал как ребёнок. Помог сесть. Рудольф смутился, когда увидел себя голым лежащим на столе. Он улыбнулся и уткнулся Али головой в живот.
    - Да хранят тебя, добрый человек, оба наших бога.
    - Надо идти, время нет, скоро господин барон вернётся.
    - Как скоро вернётся? А сколько сейчас время? - удивился управляющий.
    - Много, скоро обед.
    - О господи, сколько же я здесь провалялся?
    - Много, больше десяти часов и не здесь, а там - и он показал на дверь.
    - Спасибо тебе, друг мой, нам действительно надо торопиться. Помоги мне одеться и подняться наверх.
    - А как же драгоценности, всё зря? Они нужны нашим молодым.
    - Не знаю, кажется, меня бог предостерегает от этого поступка.
    - А мой Аллах простит меня, я делаю доброе дело, для хороших людей. Где эти сокровища? - и он решительно направился к сундуку.
    Рудольф не смог бросить друга в таком деле. Он шёл сюда со спокойной но после того, что с ним случилось, он засомневался. Он сам открыл сундук и Али, даже ахнул. Удивляться и восхищаться, не было времени. Быстро сунув в карманы по три горсти драгоценностей без всякого разбора, всё убрали, погасили факелы, закрыли дверь и стали, по возможности быстро, подниматься наверх. Они вышли из погреба в тот момент, когда за воротами загрохотала, проезжая через мост, карета барона. Десятичасовой обморок и волнение подвели Руди в последний момент. Он почувствовал себя плохо, когда все подошли к парадному входу одновременно. Руди прислонился к стене замка и стал медленно оседать на землю.
    - Ключи, срочно верните на место ключи. Отнеси меня в комнату, осторожно, смотри карманы, драгоценности - тихо прошептал управляющий и потерял сознание.
    - Что такое, что с ним? - подскочил встревоженный барон.
    Али молча, поднял Рудольфа на руки и ничего не говоря, понёс в дом. Он придерживал карман халата набитый побрякушками, чтобы они не бряцали и не выпадали. Из дверей навстречу выскочил Артур. Ничего не понимающий барон шёл сзади, он был растерян и удивлён происходящим.
    - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит, что с управляющим?
    Проходя через распахнутую дверь, придерживаемую Артуром, Али сунул ему в руку ключ от винного погреба.
    - Срочно, верни - шепнул он адвокату.
    Артур сразу сообразил всю серьёзность положения. Отпустил створки дверей, которые сомкнулись у самого носа барона.
    - Доктора, я за доктором - и кинулся вверх по лестнице.
    Пока барон топтался в вестибюле, ничего не понимая, что ему делать и куда бежать, молодые ноги Артура успели вернуть ключ на место и позвать доктора.
    Все вошли в комнату управляющего, который лежал на кровати уже раздетый и без сознания. Доктор стал приводить Рудольфа в чувство, потом внимательно принялся его осматривать.
    - О, похоже, вы, господин управляющий, прилично приложились затылком. Значит так, явное сотрясение мозга, необходим покой и трое суток с постели не вставать - сделал заключение доктор. Спина вся в синяках, будто вы на спине проехали по
    лестнице. Где это вы так?
    - Это Али его нашёл - сказал араб - Али нашёл, в погребе под лестницей.
    - А, ну тогда понятно, почему спина синяя - улыбнулся доктор. Господину барону придётся три дня обходиться без управляющего.
    - Что ж ты Руди, так неосторожен? - склонился над ним барон.
    - Пару бутылочек вина хотел к обеду взять, о порог и споткнулся, больше ничего не помню - прошептал слабым голосом больной.
    - Ладно, отдыхай, поправляйся. Увижу в эти три дня на ногах, убью. Адвокат через полчаса зайди ко мне и приставь к отцу кого-нибудь из девушек, для ухода, накажи ей, что доктор велел, а то я знаю его, сбежит - барон погрозил Рудольфу пальцем и вышел. Трое заговорщиков облегчённо вздохнули, беда миновала. Управляющий слабо улыбнулся и закрыл глаза, сильно болела голова. Али и Артур тихонько вышли. Адвокат спустился на кухню, где всё кипело, шипело и булькало. Он осмотрелся. Все были заняты, готовились к обеду. Наконец его увидел повар и быстро подошёл, кланяясь и извиняясь.
    - Аким, отец заболел, нужна девушка для присмотра и ухода за ним.
    Повар оглядел своих с десяток, копошившихся по кухне женщин. Молодая женщина, лет тридцати кинулась Артуру в ноги.
    - Позвольте мне, господин адвокат, ухаживать за вашим папенькой, моя мать повитуха и знахарка, я много что умею?
    Смущённый Артур помог молодой женщине подняться с колен, посмотрел на повара. Тот улыбнулся, глядя на покрасневшую мойщицу посуды.
    - Хорошая девушка, ей можно доверить, зовут её Ани.
    - Вот и отлично, Ани. Приведите себя в порядок идите к господину управляющему. Он болен, будите за ним ухаживать.
    В кухне заулыбались и зашушукались. Кто как не они знали, что Ани при появлении управляющего готова была упасть в обморок. Она тайно и безнадёжно была в него влюблена. Вот уже три года эта, довольно милая девушка, готова была отдать свою жизнь за этого молчаливого, строгого и симпатичного мужчину.
    Она краснела и замирала, когда управляющий входил в кухню, не могла отвести от него глаз. Это смущало Рудольфа и он, как и все, не мог этого не заметить.
    Артур, решив эту небольшую проблему, поторопился к Лизе. Девушка находилась у себя в студии, рисовала очередной пейзаж, и у ней они очень даже не плохо получались. Она надеялась, что её способности в рисовании, могут пригодиться в будущем. Лиза по совету Генриетты, выходила из своей комнаты только в столовую и в свою студию. Она светилась от счастья, что скоро покинет замок и постоянно будет рядом с любимым, что ей не надо будет скрывать свою беременность. Теперь к своему побегу из родного дома она относилась спокойно. И не могла дождаться. Её любимый отец остаётся не один, он счастлив, у него есть сын и наследник и потому ему будет легче перенести предательство дорогих ему людей. Что касается куда бежать? Да хоть на край света, лишь бы с любимым. Генриетта посоветовала ей потихоньку собираться в дорогу. Брать только важные документы, деньги и драгоценности, смену белья и тёплую одежду. О лекарствах и прочей мелочи пообещала позаботиться сама.
    Когда Артур вошёл в студию, Лиза бросилась к нему на шею и залилась счастливым смехом. Теперь они не боялись быть друг с другом более открытыми и нежными, они знали, за дверью их верный страж. Наконец после долгих объятий и поцелуев, Артур сообщил девушке об управляющем. Сказал, что к побегу всё готово и как только отец встанет на ноги, они составляют маршрут движения до границы с Россией. Покинуть Эстонию надо будет как можно быстрее. Барон поднимет всю полицию страны и тогда не миновать беды всем, и нам, и баронессе, и особенно управляющему, что допустил подобное.
    - Дорогой мой, бог не позволит, что бы это случилось. Мы спасаем нашу любовь и нашего ребёнка - сказала Лиза, потом подумала и добавила - Если это, всё-таки, произойдёт, значит, такова наша судьба. Тогда выход один…
    Артур прижал к себе свою любимую и с ужасом подумал о том, на что его Лизонька намекала. Она была права и готова к этому, а он об этом и не подумал.
    Управляющий после уколов доктора, проспал до самого вечера. Открыв глаза, ему предстало чудо. Свет от окна падал на кресло в уголке у двери. Молодая девушка с толстой русой косой, в белоснежном платье в горошек, вязала крючком шаль из светло серой шерсти. Он видел её в кухне, он помнил её. Руди смущённо кашлянул и приподнялся на локоть. Ани вздрогнула и вскочила с кресла. Румянцем залилось её милое лицо. Упала шаль.
    - Что ты тут делаешь, дитя моё - спросил он строго.
    - Господин адвокат и доктор приказали быть при вас - ответила она тихо.
    - Ну, хорошо, спасибо, всё в порядке, ты можешь идти.
    - Не уйду - парировала девушка - мне приказали, пока не поправитесь.
    - Я прекрасно себя чувствую - растерялся Руди. Потом, я должен встать, привести себя в порядок, и есть я хочу.
    - Я сейчас выйду на некоторое время и принесу ужин. Вам нельзя вставать. Доктор не велел. Меня ругать будут. И она, сверкнув синими огоньками глаз, гордо вдёрнув подбородком, вышла « Ишь ты, гордая» - с улыбкой подумал Рудольф. Девушка ему понравилась, и он не хотел её подводить. Когда Ани ушла, Руди кинулся к своему халату. Карман был пуст. Потихоньку вышел в коридор и направился в ванную комнату привести себя в порядок. Мысль о пропавших из кармана драгоценностей волновала его, но не беспокоила настолько, что бы пасть в панику, он верил Али. Когда он вошёл в свою комнату, Ани стояла у столика с ужином, и чуть не плакала.
    - Я здесь, живой и невредимый - попытался пошутить управляющий.
    Но ему было не до шуток. У него вдруг закружилась голова и его затошнило.
    Рудольф уцепился в плечо девушки и с её помощью добрался до кровати.
    - Спасибо, милая, Я ни буду, есть, что-то мне не очень хорошо.
    - Доктора позвать? - забеспокоилась Ани.
    - Нет, буду спать. Ты права, мне не надо было вставать - ответил он тихо.
    Через минуту он закрыл глаза и уснул. Девушка склонилась над Рудольфом, её сердце разрывалось от любви и жалости. Ей так хотелось прижаться к нему, закрыть его своим телом от всех невзгод и болезней. Она поправила одеяло, погладила его руку, и ей показалось, что веки его дрогнули, и он слабо улыбнулся.
    Ани вывезла столик с ужином за дверь и вернулась на своё место в уголке. В дверь просунулась бритая голова араба. Девушка замахала рукой, заставляя его исчезнуть. Али нахмурился и скрылся. Он ревновал хозяина к этой милой, но как ему казалось, нахальной девице.
    Утром Рудольф проснулся от лёгкого прикосновения, похожего на тёплый летний ветерок. Он слегка приоткрыл глаза, и стал наблюдать за трудившейся над ним, Ани. Девушка так увлеклась, что не замечала, что за ней следят. Она смачивала платочек, в приятно пахнущей воде, в тазике и осторожно прикладывала ко лбу, слегка промокая проступивший за ночь пот на любимом лице. Потом так же осторожно она протёрла ему руки. Руди замер, боясь пошевелиться. Закончив умывание, Ани склонилась над лицом управляющего. Она осторожно, почти не касаясь, проводила пальчиком по его волосам и бровям. Думая о чём-то, о своём Ани так увлеклась, что кончик язычка высунулся и облизывал её пухлые девичьи губки, приоткрытого рта. Девушка не могла отвести глаз от лица Руди.
    Рудольф больше не мог всё это переносить спокойно. Всё его естество взбунтовалось. Горячее дыхание девушки и её трепетавшие над ним пальчики откинули все сомнения: « Это она». Он не помнит, когда подобное происходило с ним и происходило ли вообще. Дрожь прошла по всему телу, рассудок покинул его. Не соображая, что он делает, схватил трепещущее над ним тело Ани и впился в горячие, отвечающие на зов природы, губы…
    После завтрака управляющего навестил доктор, удивился бодрому виду больного и сумасшедшему блеску в глазах. Потом оглянулся на девушку, такую же довольную, но смутившуюся от взгляда доктора.
    - Замечательно - улыбнулся доктор - ещё денёчек пастельного режима и в бой.
    В дверь постучали. Вошли барон с Генриеттой. Увидели улыбающегося Рудольфа, обрадовались и стали интересоваться его самочувствием. Доктор посоветовал ещё денёк провести в постели, а потом он здоров, дай бог каждому. Доктор громко рассмеялся, посмотрев, на покрасневшую Ани. Управляющий и сам не мог отвести от девушки глаз. Он был рад и уверен – бог даёт ему ещё один шанс. Что смущало Рудольфа, это стремительно развивающиеся события. Надо тормозить. Главное сейчас побег детей. Где Али, где драгоценности?
    Когда все разошлись, и они с Ани остались одни, он поманил девушку к себе,
    обнял и поцеловал.
    - Милая, найди Али, скажи, что я его жду.
    Прибежавший араб бухнулся перед любимым хозяином на колени и стал благодарить своего Аллаха за его выздоровление. Управляющий попросил Ани принести ему горячий чай, а когда она вышла, вопросительно уставился на Али.
    Сообразительный араб сразу понял, что интересует управляющего.
    - Всё в комоде, я еле успел высыпать из карманов, а когда проверил, осталось
    вот это, я не успел положить в комод, доктор пришёл.
    И Али показал ему золотые серёжки, сцепленные вместе шёлковой нитью. Руди сунул серьги под подушку.
    - Спасибо Али, спасибо друг мой, что бы я без тебя делал, ты мой спаситель.
    Араб был счастлив, он улыбался, показывая крупные белоснежные зубы.
    - Я думаю пора, у тебя всё готово? - спросил управляющий у Али.
    - У меня всё готово. Коляска, запасное колесо, верёвки, мешок овса для гнедого, шкуры, парусина. Правильно? - спросил араб.
    - Да, молодец. Ну а сам ты готов ехать с молодыми?
    - А кто же тогда, если не я? - спросил удивлённо - Я их одних не отпущу.
    - Вот поэтому я за них и спокоен. Спасибо тебе, друг мой.
    В дверь тихо постучались, вошла Ани с чаем. Али рыкнул, поклонился Руди и вышел. Управляющий посмотрел на ушки своей любимой и очень обрадовался, что в них увидел маленькие дырочки. Он достал серёжки и попросил девушку одеть их. Ани замотала головой и замахала руками. Она испуганно смотрела на Рудольфа, думая, что он хочет от неё откупиться. Слёзы брызнули из её глаз.
    - Глупенькая, - понял её управляющий - это только подарок, а не то, о чём ты подумала. Я похож на скотину? Потерпи немного и я буду дарить тебе подарки, очень много, и часто. Одевай - и он поцеловал девушку.
    - Я возьму, но одевать пока не буду. Не хочу, что бы о нас сплетничали.
    Рудольф удивился здравому смыслу Ани. А вот он как то об этом не подумал. Управляющий ещё раз убедился, что именно эта девушка станет его женой. Он был влюблён, первый раз и по настоящему, в свои пятьдесят пять лет. «Лучше поздно, чем никогда», как гласит народная мудрость. Он был счастлив.
    К побегу всё было готово. Артур нашёл карту дорог и обдумывал маршрут. Лиза собрала в дорогу всё необходимое для женщины, будущей матери и дитя. Генриетта собирала необходимые в дороге лекарства, на все случаи и выманивала у мужа деньги на всякие глупости, чтобы накопить для ребят. Теперь ждали, когда барон покинет замок хотя бы на пару дней, чтобы у детей была возможность уехать подальше, пока их хватятся. Все волновались. Рудольф и Генриетта, чтобы у детей всё получилось, и их не настиг барон, а Лиза и Артур боялись за родителей, чтобы их, не в чём, не обвинили. Но барон никуда не собирался. Все его хвосты закрыл адвокат, и он наслаждался свободой. Он часами занимался с сыном, не отходил от жены.
    Наконец Генриетта не выдержала и попросила мужа съездить к родителям на два три дня, она соскучилась по родителям и хочет показать им сына. Барон никогда и не в чём, не отказывал жене. Он проконсультировался с доктором. Тот сказал, что нет причин отказываться от поездки, на дворе середина лета, но посоветовал поехать и ему.
    - Не желательно ехать маме с ребёнком одним, так далеко.
    - Да я и не собирался отпускать их одних, я беспокоюсь о сыне.
    - Мальчик здоров и несколько часов в дороге ему не повредят - ответил доктор.
    - Тогда вопрос решён, пойду, обрадую баронессу, пусть собирается.
    Об отъезде семьи знали уже через полчаса. Обстановка в замке накалилась.
    После отъезда барона с женой должны срочно собираться и беглецы, но так, чтобы рядом не было управляющего. Мало ли кто увидит сборы отъезжающих.
    Уезжая к родителям, Генриетта еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Она знала, что навсегда прощается с Лизонькой и Артуром.
    А утром следующего дня из окна своей комнаты со слезами на глазах Рудольф Абель смотрел, как отъезжает его сын, Артур Абель, которого он, может, больше никогда не увидит. Ребята тоже старались незаметно поглядывать на окна и слёз не сдерживали. Один Али держал себя в руках. Он как обычно рычал, что от него гнедой шарахался, мешая складывать и увязывать багаж. Наконец, в последний раз взглянув на окно отца, Артур забрался в коляску, где рыдала Лизонька. Всё было готово к отъезду, ждали Али. А Али не мог уехать, не увидев своего любимого Руди в последний раз. Влетев к нему в комнату, он кинулся к нему в колени и заплакал. Так обнявшись, они плакали и не знали, что сказать друг другу на прощанье.
    - Помни хозяин, я рядом с детьми и только смерть меня с ними разлучит. Я всё сделаю, что от меня зависит - крикнул Али уже на бегу. С разбегу араб влетел на своё сиденье, взревел, и испуганный конь рванул с места.


    А три дня спустя, в рабочем кабинете управляющего, сидели напротив друг друга, двое мужчин, со слезами на глазах. Каждый держал в руках листки бумаги. Это были прощальные письма Лизы и Артура, в которых они объясняли причину своего поступка, просили прощения и прощались, просили не беспокоиться, что с ними Али, и что они покидают страну.
    - Господи, глупые дети, разве ж я против, я думал они, как брат и сестра - говорил, глотая слёзы барон. - Я найду их, они не успели далеко уехать. Куплю им дом, где захотят и пусть живут, на здоровье.
    Рудольф уже расслабился, и плакал, как младенец, навзрыд. Ещё долго сидели, обнявшись два отца, и каждый из них чувствовал свою вину, и что они никогда больше не увидят своих детей.
    - Это моя вина. За своим счастьем я был слеп ко всему окружающему. А Генриетта предупреждала меня, что такое может случиться. А я как, дурак.
    - В моём доме, моя дочь, да никогда.
    - Я тоже хорош - плакал Руди, - не уследил.
    - Один человек остался верен детям, не предал, не оставил. Говоришь, не уследил. Да разве можно уследить за любовью, это не возможно. Слава богу, с ними Али. Бедная моя девочка. Как, на что они жить будут?
    Альфред снова заплакал. Рудольфу было жалко барона, ему хотелось рассказать, что у детей есть, где жить и есть на что. Но это значило раскрыть чудовищное предательство всех любимых ему людей. Рудольф, зная горячий нрав барона, боялся, что он этого не перенесёт. Особенно боялся за судьбу Генриетты. Поздно ночью пришли их любимые женщины и развели по комнатам. Надвигалось непростое время для всех.
    Генриетта полностью ушла в заботу о сыне. Избегала Альфреда, боялась смотреть ему в глаза, считая себя виновницей случившегося. Она видела, как страдал её муж. На какое-то время он даже позабыл о сыне. Часами проводил время в студии Лизы, рассматривая её рисунки. Часто засиживался допоздна, в своём кабинете, и что-то писал. Однажды исчез почти на сутки. Генриетта места себе не находила. Она переживала и волновалась за Альфреда. Но Рудольф постоянно наблюдал за ним, видел в окно, куда пошёл барон, и в руке его он видел тетрадь. После того, как сбежали дети, барон целую неделю, ежедневно выезжал в город. Возвращался угрюмым и расстроенным. Шли дни, недели, прошло два месяца. Барон успокоился и начал возвращаться к реальной жизни.
    Теперь он, снова, ни на шаг не отходил от Генриетты и сына. Снова заговорил об имени, которое до сих пор не придумали.
    - Ну, так, что, милая, как назовём нашего наследника, да и крестить пора.
    - Ты же хотел назвать его Карлом, я не возражаю, мне нравится.
    - Правда? Вот и хорошо - весело сказал барон.
    - Дорогой, а ты в курсе, что наш управляющий влюбился и, кажется, серьёзно.
    - Это было бы не плохо, особенно сейчас - грустно откликнулся барон. - Хорошо, если бы у него тоже появился наследник, и мы бы тогда начали всё с чистого листа. Вырастили бы себе новую молодую замену. Я ничего для этого не пожалею.
    - Я не сомневаюсь, милый. Но сначала надо его женить. Он ужасно стесняется.
    - Ладно, я этим займусь. Нечего время терять.
    И барон, чтобы отвлечься от печальных дум и волнений за дочь и Артура, взялся за устройство личной жизни своего единственного друга. Он внимательно присмотрелся к Ани, познакомился с её родителями. Даже сам жених ещё не был знаком с ними. Потом поговорил с ней.
    - Ани, ты действительно любишь Руди, или просто хочешь выйти замуж. Я не хочу, чтобы мой, самый дорогой человек, был обманут. Он на двадцать пять лет старше тебя. Это тебя не пугает?
    Услышав такие обидные, почти грубые, слова Ани расплакалась.
    - Что же ты плачешь, глупенькая, я же не против. Я просто хочу, чтобы вы оба были счастливы.
    Ани успокоилась, вытерла слёзы, и смело посмотрела в глаза барону.
    - Господин барон, я его очень люблю, давно, с первого дня как пришла к вам. Мне без него не жить.
    - Значит, гуляем свадьбу?
    - Ой - испугалась Ани - он мне ничего об этом не говорил.
    - Если ты будешь ждать, когда он сделает тебе предложение, состаришься.
    Ани улыбнулась и закивала головой в знак согласия. Потом подумала и решилась.
    - Нельзя ждать так долго - опустив голову, тихо проговорила она.
    От такой неожиданной новости, барон растерялся. Он вдруг почувствовал, что вторгается в личную жизнь своего друга, и испугался, как тот к этому отнесётся.
    - Ани, мы с тобой не разговаривали, я ничего не знаю. Ты же знаешь Руди, он такой гордый. Обидится, что мы за его спиной решаем такие серьёзные дела. Выдаст нам по самое, некуда. Ты молчи и жди. Думаю, скоро мы сыграем свадьбу, я тебе обещаю.
    Счастливая, Ани выскочила из кабинета барона, и налетела прямо на Руди. Лицо её пылало, глаза от слёз припухли. Она испуганно уставилась на управляющего. На его лице не было даже удивления, он просто сжал зубы и побледнел.
    - Если я не ошибаюсь, ваше место на кухне - сказал он спокойно.
    - Но, я… - попыталась объяснить Ани.
    Руди отстранил её рукой и быстро удалился. Его жгла ревность, бушевали эмоции. Как раненый зверь, он метался по комнате: « Что это было, как он мог, а она»? « Старый дурак, жениться собрался». Немного успокоившись, попытался разумно рассуждать: « У него молодая, любимая жена, зачем ему Ани? Ну, было дело, погуливал он от Марии, но там было понятно. Даже о ребёнке был какой-то разговор. А что было сейчас? Он не мог так поступить со мной. Здесь, что-то не то. Может, я зря обидел Ани, своей ревностью и подозрением»? В дверь постучали. Руди почти уже успокоился, открыл дверь. В кабинет, молча, вошёл барон. Он сел в кресло и забарабанил пальцами по столу.
    - Вижу, что любишь. Иначе не простил бы тебе подобное подозрение. Я хотел убедиться, что Ани твоя половинка, потому и пригласил её на разговор. Я не хотел, чтобы тебе было больно. Хорошая девушка, одобряю, и очень любит тебя. Не тени со свадьбой, у нас нет времени на распускание соплей. Поздравляю. Представляешь,
    какая интересная жизнь скоро начнётся у нас? Будем снова поднимать своих детей.
    Не дожидаясь ответа, и каких либо объяснений, барон вышел. Он был обижен. Рудольф хотел было кинуться вдогонку, но решил дать время обоим успокоиться.
    « Вот, идиот, друга обидел, девушку оскорбил своим подозрением. Отелло, мать твою. И как теперь из этого выбираться»? - мучился управляющий.
    В дверь тихо поскреблись. Руди знал, кто это. Ему стало стыдно.
    - Заходи, Ани - сказал он сорвавшимся голосом.
    Девушка зашла и спиной прислонилась к косяку. Испуганные глаза и лицо залитое слезами.
    - Видишь, какой я, старый дурак. Ревновать буду тебя. Тебе оно надо, ласточка моя. Теперь наверно и замуж за меня не пойдёшь?
    - И не надейтесь, что откажусь. Что я сыну скажу, что его папка дурак?
    От неожиданности Рудольф поперхнулся, комок встал в горле. Ани испугалась, что он упадёт в обморок. Она подбежала к нему и прижалась всем телом. Она не понимала рад он или испугался. Его руки обняли девушку и прижали к себе. Она подняла к нему своё заплаканное лицо и увидела, первый раз, как знала его, глупую, но счастливую улыбку.
    - Ласточка моя, думаешь, будет сын? - глупел на глазах Руди.
    - А кто же? Конечно сын - сказала она уверенно.
    И Ани не ошиблась. Через полгода после свадьбы она родила Руди сына, да какого, около пяти килограммов. Барон завидовал белой завистью.
    - Опять ты меня обошёл, хоть килограммами, но обошёл - смеялся он.
    Итак, Альфред и Рудольф решили исправить свои ошибки и оправдаться, перед своими предками. Все силы брошены на воспитание своих сыновей. В этом они видели своё спасение. Как у них это получится, покажет время.
    ХХ век спешил вступить в свои права…


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Bella
    Категория: Приключения
    Читали: 85 (Посмотреть кто)

    Размещено: 9 июня 2011 | Просмотров: 575 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2021 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.