«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Yandex

Гостей: 9
Всех: 10

Сегодня День рождения:

  •     klykin_pavel (20-го, 30 лет)
  •     Kukh (20-го, 32 года)
  •     Mr. S (20-го, 19 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 176 Моллинезия
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Мумие

     

     

     

                                                                                                  1                                                                           

                    Девушка сошла с дороги, гибким движением всего тела поправили рюкзак на спине  и стала подниматься по извилистой тропинке. Вскоре перед ней открылось плоское овальное пространство в обрамлении фиолетовых скал. Очевидно, здесь когда-то было озеро. В середине стояла брезентовая палатка. Рядом лежали набитые чем-то мешки. Девушка подошла, оглядела горы, несколько раз крикнула. Потом сняла рюкзак и села на камень возле палатки.

                   Минут через пять из-за скал показался человек. Он проворно спустился по фиолетовой осыпи, поросшей сизым кустарником, подошел к девушке. Это был мужчина лет пятидесяти с короткой рыжей бородой  и живыми серо-зелеными глазами. Она встала.

                    – Маша? – Он удивленно смотрел на ее несчастное лицо. – Что-то случилось?

                    – Кирилл пропал! Вы его не видели?               

                  – С тех пор, как вы ко мне заходили  – нет.

                    – Я тогда через три дня в Самарканд уехала, – продолжала девушка. В ее больших светло-карих глазах была тревога. – А он должен был в этот вторник вечером приехать.

                    Слушая ее, бородач откинул полы палатки, вынес кастрюлю, стал разжигать костер. Она снова села.

                    – В четверг у Кирюши отпуск заканчивался. А в среду мы хотели заявление в загс подать.

                    Мужчина прищурил глаза. приоткрыл рот, собираясь, видимо, пошутить на эту тему, но, словно поняв неуместность подобных шуток, закрыл его снова.

                   – Я не выдержала, дядя Дима, сама приехала.

                    Он поставил на очаг кастрюлю и чайник.

                    – От поворота на Вору пешком, Маша, шла?

                    – Да. В грузотакси о нем расспрашивала. Таджики говорят, в воскресенье русский парень вниз ехал. По их описанию – Кирюша. Был чем-то расстроен. Вдруг грузотакси остановил, слез  – рюкзак чуть не забыл  – и быстро-быстро назад пошел. Позже видели, как он по этой тропинке поднимался. – Она качнула кистью руки в сторону, откуда пришла. – Торопился очень. С полным рюкзаком!.. А до этого в тот кишлак…  в Вору… дважды приходил. В магазин. Первый раз в ту пятницу…

    – Таджики все  примечают, все запоминают – вставил бородатый, кивнув головой.

    – По словам продавца  – он тоже сегодня ехал  – веселый был, шутил. Два казана купил и ведро. На другой день опять пришел. Мрачный. Купил три бутылки водки. А он же не пьет…   А в Пенджикенте я проводника встретила. Когда он группу на озера вел, – она плавно махнула рукой на противоположную сторону ущелья, –  к ним молодой парень подошел, по всем приметам Кирюша. Предложил…

                    Она вдруг замолчала.

                    – Мумиё? Ты, Маша, говори, не бойся. Я его давно не собираю. Вам не конкурент.

                    – Да… Неготовое еще…

                    – Сырец. Понятно.

                    – Туристы купили все, что у него с собой было. Договорились, что через три дня на обратном пути они у него два килограмма готового купят…

    – Ого! Вот для чего казаны – мумиё выпаривать. Все правильно…  И почем?           

    – Не спрашивала. Группа большая, москвичи и прибалты. А через три дня мумиё кто-то другой принес. Сам проводник его не видел: тот за скалу прятался, вниз не спустился, туристов к себе подозвал. Пьяный, говорят, был.

                    – Довольно странно,–  подытожил бородач.

                    Минуту они сидели молча, не отрывая взгляда от пламени.

                    – Сейчас между таджиками слух пошел, – заговорил Дмитрий, – мол, какой-то русский пещеру нашел. Мумиё в ней  – видимо-невидимо. Два брата, Зиё и Файзулло, уже здесь крутятся, пещеру эту ищут…   У местных таджиков есть предание, что где-то в этих горах, – он поднял голову и посмотрел на двуглавую вершину над ними, – есть такая пещера. Старик один, из Вору, вроде бы знал про нее. Он давно умер, полвека назад. Где пещера – никому не сказал. Я думаю, это не просто легенда. – Он снял кастрюлю с огня, разлил по мискам суп.– Угощайся, Машенька!

                    Девушка достала из своего рюкзака свежий хлеб. Стали ужинать.

                    – Огоньки там по вечерам горели.– Дмитрий кивнул на гору.– Первый под той красной скалой зажегся.– Он показал на отвесную высокую скалу. Она и была одной из вершин.

                    –  Мы там палатку поставили, дядя Дима.

                    – В тот день и загорелся, когда вы от меня ушли. Все правильно. Когда это было?

                    – Сегодня пятница…  Две недели назад.

                    – Две недели! Вот время летит…  Значит, это ваш костер и был.– Он налил чай в пластмассовые кружки. – Через пару дней  другой огонек засветился, повыше. Ещё дня через три третий появился, правее, ближе ко второй вершине.– Дмитрий показал кружкой с чаем на гору. Девушка слушала с тревожным вниманием.– Затем первый, за ним третий потухли. Дольше всех второй огонек горел. Иногда до утра. А вчера и он погас… Маша, а вы там никого не видали?

                    – Встретили одного.

                    – Русского?

                    – Да.

                    Дмитрий живо повернулся к девушке.

    – Маленький такой, сутулый? С перебитым носом. Неприятный тип!

    – Да нет…

    – А какой?

    – Высокий… Молодой, симпатичный.– Теплота зазвучала в ее голосе.– На щеке родинки… Стасом звать. Он у нас две ночи ночевал. Потом ушел... А кто это – с перебитым носом?

                    Дмитрий погладил бороду.

                    – Был он тут у меня три года назад. Я же здесь семь лет уже работаю. Рабочим лесхоза. В марте он появился. Погодка та еще была! Дождь пополам со снегом. Ветер. А у него только одеяло! Накрылся им и идет. Сам низенький, одеяло по земле волочится. Ну, переночевал он у меня. На рассвете вверх пошел. А через три дня опять заявился. «Бухнуть будет?– говорит.– Душа требует». У меня была заначка. Выпили. Гляжу: распирает его всего, поделиться чем-то хочет, похвастаться. «Что отмечаем?» – спрашиваю. Крепился он, крепился, не выдержал. «Ты, – говорит,– живого миллионера видал? Нет? Тогда смотри. Вот он, перед тобой! Сегодня,– говорит,– пещеру нашел. Мумиё в ней тонны на полторы. Высшего качества. На всю жизнь себя обеспечил». И что же? Через час этот миллионер у таджиков козленка украл. По пьянке. Они его поймали. Козленка отобрали, пожурили немого, отпустили. Здесь люди в основном не злые, не вредные. Так он – полчаса не прошло – к таджичке шестнадцатилетней стал приставать. Еле вырвалась. Вот этого таджики не прощают. В общем, дали ему три года. За скотокрадство… Искал я потом эту пещеру. Не нашел.– Он немного подумал.– Что ты теперь, Маша, делать собираешься?

                    – Туда поднимусь. Искать буду Кирюшу.

                    – Не страшно одной?

                    – Страшно. Может, вы со мной пойдете, дядя Дима?

                    Он подумал, сказал без особого воодушевления:

                    – Ладно…  Здесь тогда, Машенька, переночуешь, а завтра пораньше, чтоб по солнцепеку не идти, встанем и двинемся… Но только один день, Маша. Больше не могу. Мне мешки с эфедрой надо вниз спустить, к дороге подтащить. В понедельник лесхозная машина за ними приедет.

                    – И на том спасибо, дядя Дима,– произнесла девушка с некоторым облегчением.–  Я вот все думаю…  Кирюша собирался в одну пещеру опасную спуститься. На веревке. При мне не успел. Я его просила, когда уезжала, без меня туда не лазить. Я боюсь – он все же полез, и что-то случилось…

                    Дмитрий нахмурился.

                    – И там поищем.

                   – Я и веревку взяла.

                    Быстро, как всегда в горах, стемнело. Застрекотали цикады.            

                    – Все, Машенька, на боковую. Завтра разбужу чуть свет.

                    Они залезли в спальные мешки. Дмитрий сразу захрапел. Маша долго ворочалась с боку на бок. Сна не было. Она вылезла из палатки, села на камень. Снизу доносился шум реки, где-то вверху ухал филин. Маша посмотрела на двуглавую гору, на небо. Ей вспомнилась предпоследняя ночь перед ее отъездом. Вот так же светили над ними звезды. Противоречивые чувства, в которых она не могла до конца разобраться, нахлынули на нее. Одно из них было почему-то чувство вины.

     

                                                                                                  2                                                                           

                    Они с Кириллом молча сидели тогда возле палатки, под самой скалой. Она темной громадиной вздымалась в небо. Сияли яркие, лучистые звезды. Маша прижималась к его плечу. Ее переполняло ощущение поэзии жизни. Над ней была вселенная, величественная, беспредельная, рядом – любимый человек. И больше никого и ничего. Никогда еще не был для нее Кирилл таким близким и родным. Маша была счастлива. Она не сомневалась, что он чувствует сейчас  то же самое.

                    – Ну что за черт! – вдруг сердито заговорил Кирилл.– Вот уж не везет так не везет. За весь день – ни грамма. Другие,– зависть зазвучала в его голосе,– полные рюкзаки домой привозят. Жорик уже машину на мумиё купил…

                    У Маши тоскливо сжалось сердце. Все очарование разом исчезло. Она села прямо.

                    – Должен же я найти наконец! Хотя бы по теории вероятности должен.

                    Она молчала. Опять ее охватили сомнения. Не совершает ли она ошибку, с тем ли человеком связывает свою жизнь? Любит ли он ее? Способен ли он вообще любить?.. Она вдруг вспомнила его родителей, таких чопорных, чинных, холодно-вежливых. Как напрягалась она всегда в их присутствии, как боялась сказать ненароком что-нибудь неподобающее…

                    Маша искоса взглянула на него. Кирилл сидел, опустив голову. На его худом лице играли блики костра. Черты лица были правильные, даже, пожалуй, красивые. Лишь глаза были нехорошие: какие-то стеклянные, холодные. Неопределенного очень светлого оттенка, с маленькими зрачками. Угрюмую досаду выражало это лицо. Маша вздохнула.

                    Вторую неделю они тщетно искали в этом ущелье мумиё. Кирилл уже четыре года ездил за ним в Фанские горы и почти ничего не находил. Друзья давно над ним подшучивали.  Все шло к тому, что и на этот раз он вернется домой ни с чем. Через неделю у Кирилла заканчивался отпуск. Маша уезжала уже послезавтра – сдавать экзамены. Она поступала в тот же институт, который недавно закончил Кирилл, и где преподавали его родители.

                    Внезапно кто-то чихнул. Маша вздрогнула.

                    – Не помешаю?– раздался хриплый голос.

                    Из темноты к ним шагнул высокий, стройный молодой человек. Его привлекательное, мужественное лицо заросло щетиной. На левой щеке темнели две родинки. Глядел он приветливо и смело. Кирилл предложил ему чаю.

                    – Красотища какая!– произнес Стас – так он представился,– отхлебывая из пластмассового стаканчика.– Мы здесь как боги: вся земля под нами, выше нас только звезды… Хорошо сидим!

                    Вначале он был несколько напряжен, но постепенно расслабился, устроился поудобнее; темные глаза его подобрели. Стас разговорился. Втянул в беседу Машу и даже сумрачного Кирилла. Девушка быстро почувствовала к нему доверие и симпатию. Он тоже искал мумиё. Пришел налегке, без палатки, без спального мешка.

                    – Да, классные здесь места,–  говорил Стас.– Туристы валом валят. Со всего Союза. Даже из-за бугра.

                    – Здесь и люди хорошие,– подхватила Маша.– Помочь всегда готовы. Обходительные, доброжелательные… – Она улыбнулась.– Когда в грузотакси ехали, пассажиров набилось – яблоку негде упасть. А на остановках еще и еще садятся…  И ничего, спокойно едут. Один таджик с козой втиснулся.  Другой  – с грязной канистрой с керосином.  И никто не заругался, всё в шутку обратили…

                    – У них так. Мы, русаки, передрались бы уже все,–  засмеялся Стас.

                    Маша тоже хихикнула.

                    – Это называется культурой общения,–  наставительно, с серьезным лицом заметил Кирилл.

                    Стас оборвал смех, внимательно поглядел на него, заговорил горячо и убежденно:

                    – А по мне так лучше искренне в морду дать, чем притворно улыбаться. Кто в гневе не сдерживается, тот, если он к тебе по-доброму, то уж по-доброму на самом деле. Я лишь таким людям верю. Искренним. А тут никогда не поймешь, что от души,  что от этой самой культуры… Они строго по правилам живут: это нужно, то нельзя. Пить нельзя, ругаться нельзя. Я при одном таджике заматерился, без задней мысли, так, для связки слов, так он драться полез, подумал, короче, я его оскорбить хочу…   Разве можно так жить?

                    – Можно и нужно,–  отрезал вдруг Кирилл.

    Стас опять посмотрел на него. Он словно к нему приглядывался.

                    – Кому нужно? Не по правилам, неизвестно кем и когда придуманным надо жить… – Стас оглушительно чихнул, – …а как душа велит. (Девушка согласно покивала головой.) Я давно заметил: те, кто всегда правильно поступают – недобрые обычно.– Он глядел на звезды. Окружающая обстановка располагала видимо к философствованию.– Злятся они на людей как бы за то, что ради них душу свою в узде держать приходится…

                    Маша слушала, не отрывая от Стаса взгляда. Кирилл пригладил на голове редкие светлые волосы, сказал желчно:

                    – Удобная философия.

                    Стас нахмурился, однако промолчал.

     

                    – А я со Стасом согласна,–  задумчиво и как будто грустно произнесла девушка.– Что от сердца идет, только то и настоящее.

                    Кирилл лишь нетерпеливо и досадливо махнул рукой.

                  Гость остался у них ночевать.

                    А утром Стас проснулся в жару.

                    – И как ты умудрился летом простудиться,–  удивленно и недовольно сказал Кирилл.

                    – Сам не пойму… Прошлой ночью я по дороге шел; мимо Газзы прохожу, смотрю: в реке щенок барахтается, из последних сил. Может, свалился, может, бросили – не знаю. Полез, вытащил, самого чуть не снесло. А потом, за поворотом уже, как был, мокрый, на земле заснул. (Маша молча всплеснула руками.) От этого, может. Мне собак всегда жалко. Я его с собой хотел даже взять. Только куда я с ним?

                    – Конечно, их жалко,– кивнула девушка.– Они же как люди чувствуют всё.

                    – Анимализм,– буркнул как бы про себя Кирилл.

                    Маша стала рыться в своем рюкзаке.

                    – Я вроде сюда аспирин поклала. Не могу найти…

                    – Очевидно, не положила. И уж точно не поклала,– раздраженно заметил Кирилл. Он не мог скрыть досады: день был потерян.

                    – Тогда, Кирюша, ты, может, сходишь, эфедры нарвешь? Дядя Дима говорил, она от простуды лечит.

                    – И что мы с ней будем делать?– отмахнулся тот.– Это лекарство, на фабрике из нее изготовленное, помогает, возможно.

                    – Ничего не нужно, Маша,–  поддержал его Стас.– Пусть организм сам борется, не надо ему мешать. Жар – это полезно, клин клином вышибают. Кризис пройдет – и я как огурчик буду.

                    Он бодрился, шутил, но температура продолжала подниматься. Маша не отходила от него ни на шаг. Поила горячим чаем, прикладывала ко лбу смоченное в холодной воде полотенце. К вечеру Стас покрылся потом, застучал зубами. Затем забылся тяжелым сном.

                    Проснулся он в полдень. Здоровым, как и обещал. За чаем Стас дал несколько советов.

                    – В сухих пещерах ищите. В сырых мумиё не бывает. И на очень большой высоте не бывает. Искать лучше вдвоем.

                    – А я сегодня уезжаю,– вздохнула девушка.

                    – Печальный факт. На пару надо искать, на пару.– Он посмотрел на Кирилла.

                    – Я тебе свой спальник оставлю,– решила Маша.– Тебе, Стасик, сейчас переохлаждаться нельзя.

                    Кирилл скривил тонкие губы. Стас от спального мешка отказался. После чая Маша отвела Кирилла в сторону.

                    – Кирюша, по-моему, он хочет вместе мумие собирать.

                    Он посмотрел на нее ледяным взглядом.

                    – И зачем он нужен?

                    – Мне спокойнее будет, если ты не один.

                    – Еще неизвестно,  что он за тип . Ходит ночами… Руки в наколках…

                    – А  по-моему, хороший человек.

                    Он сдвинул брови.

                    – Да ты вообще не знаешь уже как ему угодить! Только и слышно: «Стасик! Стасик!»

                    Маша отшатнулась.

                    – Кирюша, ты что?.. Он же в таком состоянии был…

    – Эти твои нежные взгляды тоже в лечение входили?

                    Несколько секунд девушка смотрела на него с молчаливым укором. Потом вздохнула.

                    – Ты сам, между прочим, ему чай предложил, ночевать оставил.

                    – Если приходит гость, его надо принять. Угостить. Такое правило. Меня родители так воспитали. Но теперь мы все, что положено, сделали. Пусть уходит.

                    Они вернулись к палатке. Минуту все молчали. Стас, кажется, догадался обо всем. Он встал. Сказал с искренней теплотой:

                    – Спасибо за все.

                    Крепко пожал руку Кириллу, с признанием взглянул на Машу. Наверное, он принадлежал к тем, кто скуп на изъявления благодарности именно из-за своей благодарной натуры. Такие люди боятся растратить чувство благодарности на слова, они ждут возможности выказать благодарность в поступке, в деле. Стас ушел.

                    Они намечали спуститься в одну пещеру, но теперь времени на это не оставалось. Кирилл проводил Машу до Пенджикента, посадил в самаркандский автобус. Он был угрюм, почти не разговаривал. Она уехала с тоской в душе.

     

                                                                                                  3                                                                           

                    Маша вернулась в палатку, долго ворочалась в спальном мешке. Наконец она заснула тревожным, чутким сном.

                    Дмитрий разбудил ее на рассвете. Только они сели пить чай, как услышали сердитые возгласы. К ним со стороны дороги подъезжал на ишаке молодой таджик в полосатом халате. Голову покрывал завязанный на затылке синий платок.

                    – Э-э, Дима! Ты зачем хому загубил? Желтая стала, сыпется. Каждый год ее режешь! Менять надо место. Что наши козы кушать будут?

                    – Хайдар не жалуется,– сдержанно ответил Дмитрий.– Над дорогой эфедра, действительно, сохнет, все правильно. Это когда коз по дороге перегоняют, они ее жрут, отрасти не дают. А тут-то смотри, Зиё, какая эфедра.– Он широким жестом показал на сизые кусты.– Загляденье!

                     Таджик то и дело поглядывал на девушку. И она каждый раз опускала длинные ресницы: трудно было выдержать пристальный взгляд его глубоко посаженных черных глаз. С ишака он не слезал. Тот принялся щипать траву.

                    – А крики наверху слыхал,  Дима? Человек кричал. Жалобно кричал…   Потом замолчал.

                    На открытом, милом лице девушки изобразился испуг.

                    – Что-то слышал… Я думал – почудилось…  Слезай, Зиё, чай попей.

                    –  Э-э, некогда…   А такого русского здесь не видел? Двадцать четыре года.  Высокий. Волосы короткие. Глаза темные. На щеке родинки,– без запинки проговорил таджик.– В Рудаки приметы его прислали. Из колонии сбежал. За убийство сидел.

                    Маша широко открыла глаза. Дмитрий погладил бороду.

                    – Такого не встречал.

                    – Видели, как он мумиё продавал.– Зиё заговорил горячо и сердито.– И он за мумиё сюда пришел. Почему, Дима, все в наших горах мумиё собирают? Всё уже выгребли! Это же наше мумие. Наше богатство!

                    Дмитрий молчал. Зиё еще раз взглянул на девушку, развернул ишака, хлестнул его в сердцах плеткой и уехал.

                    – Это один из братьев,– сказал Дмитрий.– Не люблю я его. Он всегда вредным был, а теперь, когда о независимости заговорили, еще вреднее стал.

                    – А что за крики, дядя Дима?– пролепетала Маша.

                    – Когда я позавчера на том сыпце работал, вроде бы кричал кто-то. Еле слышно. Протяжно так. Я еще подумал: волк воет. Крикнет – замолчит. Потом опять… А вчера там был – тишина.

                    – Что же вы мне не сказали?

                    – Говорю же: думал – показалось. Не хотел тебя тревожить без причины.

                    Солнце уже осветило двуглавую вершину. Они двинулись в путь. Поднимались по неглубокому ущелью, по едва намеченной тропе, между кустами эфедры и дикой вишни.

                    – Да, полазил я за мумиё в свое время,– равномерно, в такт вдохам и выдохам, заговорил Дмитрий.– Чего только не было. И падал, и кости ломал. Один раз змея чуть не цапнула. Я голову в нишу в скале всунул, мумиё высматриваю. А сам над пропастью стою. Вдруг замечаю: сантиметров пятнадцать от лица – змея!  В кольца уже свернулась, вот-вот бросится! Я отпрянул, едва вниз не сорвался. Если б она в висок, скажем, укусила – все, конец. Я один всегда ходил. А вообще-то мумиё одному собирать нельзя…

                    –  И я Кирюше это твержу,– поддакнула Маша.

                    – …Но такой азарт появляется, что про опасность забываешь. Это как страсть, как болезнь. Я от темна до темна готов был искать. Зато когда много находил – вот радость-то была! Ни с чем не сравнить.

                    Граница между освещенной частью горы и тенью приближалась: она опускалась к ним, они поднимались к ней.

                    – Как я один раз пещеру с мумиё обнаружил!– Он все больше оживлялся.– Я тогда в Шахристане эфедру собирал. По договору с «Лекраспромом».  Есть такая контора во Фрунзе. Я сам оттуда. Раньше  «Лекраспром» и в Таджикистане эфедру заготавливал. Потом таджики сами за это взялись. Я вот пенджикентскому лесхозу сдаю. А перерабатывающая фабрика в Казахстане, в Чимкенте… Ну и вот, весь день я мумие искал, ничего не нашел.  Стал домой спускаться. Вдруг что-то меня насторожило. А что – не пойму. Постоял, подумал. И сообразил. Только что под моей пяткой земля слишком уж податливой оказалась. Я вернулся, начал разгребать. Под травой, под слоем земли камни показались. Между ними – дыра. На нее-то я и наступил. Расшатал камни, отворотил. Смотрю: вход в пещеру! Сколько я там мумиё нашел! Ни до, ни после так много не находил…. В этом деле чутье необходимо, интуиция.

                    Они вышли из тени. И сразу под лучами солнца идти стало тяжелее.

                    – В семидесятые годы был настоящий мумииный бум. Мумиё считалось лекарством чуть ли не от всех болезней. Сейчас ажиотаж поубавился. Конечно, мумиё не панацея, но во многих случаях действительно помогает. А при переломах так лучше средства и нет. На себе проверил. Валерия Брумеля мумиё вылечило. У него же после аварии ни одной целой кости не оставалось.  Потом снова прыгать стал…  Грамм тогда десять рублей стоил! Все бросились мумиё искать. Геологи, альпинисты, чабаны…   Многие обогатились. Да и я жил безбедно. Вот только продавать я его не любил.  Смотрят на тебя недоверчиво, недоброжелательно.  Как на шарлатана смотрят. В России – а я и туда возил продавать –  милиция меня несколько раз задерживала. Думали – наркотик. Мумиё на опиум похоже. Приходилось объяснять, доказывать. Однажды за спекуляцию хотели привлечь. Была такая статья. А я же сам его добывал – какая спекуляция!..   И обворовывали меня, и грабили. Одним словом в тягость это все мне стало. До отвращения. Начал я подумывать бросить это дело. Последней капли не хватало. И вот два года назад полез я в одну пещеру. В нее узкий лаз вел, метра два длиною, почти горизонтальный. Он мне сразу не понравился: камни как-то нехорошо нависали, угрожающе. Но я всегда, когда мумие собирал, в какой-то эйфории находился. Все мне было нипочем. Полез. Иногда спиною верхние камни задевал, и они как будто шевелились. Но ничего, пролез. Мумиё в пещере было, особенно в одном углу. Отбивать решил тихо, легонько. И только молотком по стамеске ударил – сзади грохот. Лаз засыпало! Полностью.  Никому не пожелаю того, что я тогда испытал. Сознавать, что ты заживо замурован! Страшнее ничего не может быть…

                    Маша взволнованно слушала, глядя испуганными глазами то  себе под ноги, то на затылок Дмитрия.

                    – Пришел немного в себя. Стал разбирать завал. Медленно, осторожно. На каждый камень у меня уйма времени уходила. Резкое движение сделаю – все камни в движение приходят. Я уж не верил, что выберусь. Нет, вылез! Повезло как всегда. Смотрю: уже сумерки. Это я полдня вылезал. Сел на камень. Руки, ноги трясутся. Пот градом. Решил: все, с мумие завязываю. Иначе добром это не кончится! С тех пор я мумиём не занимаюсь.

                    Теперь тропинка шла в основном по левому травянистому склону. Дно ущелья загромождали глыбы, скатившиеся с крутого и скалистого правого склона. Красные и серые – гранитные, фиолетовые – базальтовые.

                    – Вот здесь, Машенька, будь осторожней,– предупредил Дмитрий.

                    В одном месте на склоне проступала из земли  узкая и гладкая полоса гранита, Она тянулась сверху до дна ущелья, пересекая тропу, и надо было сделать два шага прямо по ней.

                    – Оступишься – и съедешь прямиком на те камни.

                    Дмитрий подал Маше руку, и они осторожно прошли по граниту. Дикая вишня исчезла, эфедра встречалась все реже, зато стали попадаться одинокие арчовые деревья. Дмитрий прищурил глаза.

                    – Давай под той арчой немного передохнем,– сказал  он, сделав в последнем слове  ударение на «о».

                    Они сошли с тропы, двинулись левее и выше, к старой, начинающей сохнуть, арче. Сели в ее тени, вдыхая сильный и приятный арчовый аромат. Отсюда было видно соседнее ущельице. Там у сверкающего на солнце ручья стоял домик с плоской крышей. Внизу по дну главного ущелья извивались две параллельные ленты: блестящая – реки, и светло-серая – дороги. Из живописного, поросшего внизу густой растительностью, ущелья напротив вытекала речка поменьше и тремя рукавами впадала в главную.

                    – Там Кирюша с туристами встречался,– сказала Маша.

                    Дмитрий кивнул.

                    – Почти все группы в то ущелье сворачивают. Там озерца, за перевалом – озеро побольше, Искандеркуль. На этой стороне я за семь лет ни одного туриста не встретил.

                    На их уровне (на самом деле – выше) простирались зелено-коричневые цепи гор. За этими горами в ярко-синее небо поднимались белоснежные пики.

                    – Красота!– Дмитрий достал бинокль, повернулся и стал рассматривать горы над ними.–Палатка ваша какого цвета?

                    – Оранжевого.

    – Заметный цвет. Но палатки не видно.

                    Он передал бинокль девушке. Она жадно прильнул к окулярам.

                    – Если палатка на старом месте, ее не увидать: камень загораживает,– сказала Маша.

                    Она долго водила биноклем. Направила его вниз. Нашла палатку Дмитрия. Перевела бинокль правее, увидела соседнее ущелье,  дом у ручья. Во дворе спиной к ним сидел человек в красной чалме. Возле него стояли две девушки в светлых платьях и темных шароварах.

                    – Это дом Хайдара, чабана,– пояснил Дмитрий, догадавшись по направлению бинокля, на что она смотрит.– Мой сосед, можно сказать. Тоже на отшибе живет.

                    – Может быть, он что-нибудь о Кирюше знает?

                    – Вряд ли. Сейчас он коз далеко отсюда пасет.– Он встал.– Ну все, Машенька, передохнули.– Он опять ударил на «о». - В путь!

                    Они вернулись на тропинку, долго добирались до ярко-зеленого пятна в конце ущелья. Здесь тропа, и так едва заметная, исчезала.

    – Тут мы воду брали,– сказала Маша.

                    Здесь был родник. Они перекусили. Пошли дальше. Проходя мимо плоской базальтовой плиты, Дмитрий заглянул под нее.

                    – А вот, Машенька, и мумиё!

                    Она увидела что-то вроде крошечного черного сталактита, склеенного из отдельных зерен.

                    – Попросту говоря, это мышиное… мышиные экскременты,– объяснил Дмитрий.– Точнее, серебристой полевки. Так, среднего качества мумие. Лучшее мумие пищухи производят. Но они чуть выше водятся.– Судя по всему, ему нравилось делиться своими знаниями.– Здесь, в Таджикистане, их мумиё в основном встречается, в Киргизии – полевок, в Сибири – белок-летяг.

                    Они начали взбираться по крутому склону. Тут арча стала встречаться и в виде низких, стелющихся кустарников.

                    – В свое время много о происхождении мумиё спорили.– Дмитрий заговорил с паузами, задышал тяжелее.– Разные были версии: это минерал, смола арчи, горный воск, разновидность битума… Постепенно стали приходить к выводу, что мумиё, по-научному выражаясь, «продукт жизнедеятельности мышевидных грызунов». Вот так. Конечно, этот «продукт» не сразу в мумиё превращается. Определенный срок нужен. Особые условия, микроклимат… Я одним из первых до этого дошел,– не без гордости добавил он.– Хотел даже диссертацию на эту тему написать, но у меня гуманитарное образование… Точнее, два. Я же на эфедру только на один сезон поехал. Деньжат подзаработать хотел. А оказалось – на всю жизнь. Я ведь без гор уже не могу!

                    Наконец, они стояли у подножия красной скалы.

                    – Если Кирюша вернулся, он палатку, наверно, опять за этим камнем поставил,– волнуясь, произнесла Маша.

                    Они подошли, увидели очаг, заглянули за камень. Палатки не было.

     

                                                                                                  4                                                                           

                    Дмитрий потрогал камни очага.          

                    – Холодные.– Он задрал голову.– Может, он на лучшее место решил перейти. Под скалами нельзя палатку ставить. В любой момент камни сверху могут упасть.

                    Скала возносилась вверх отвесной, гладкой гранитной стеной. В небе над ней невозмутимо парил беркут. Дмитрий и Маша покричали. Никто не отозвался. Он снова поднял голову, пригляделся. Показал на маленькое темное отверстие в скале метрах в двадцати над ними.

                    – А этой дыры там раньше не было. Довольно странно…– Дмитрий погладил бороду,– Ладно…  Три вечера у второй вершины огонек горел. Давай, Маша, там поглядим.

                    Они пошли туда. Летний зной на такой высоте не ощущался. Их приятно обдувал ветерок.

                    –  Здесь!– вдруг сказал Дмитрий.

                    Он стоял возле гранитной глыбы. Под ней был расстелен спальный мешок.

                    – Это не его,–  тихо произнесла Маша.– А у Стаса спальника не было.

                    Они увидели очаг. На нем стояли две кастрюли. Одна была вставлена в другую. На ближайшем кусте арчи был расстелен  кусок марли с темным пятном посредине. В верхней кастрюле чернела густая жидкость со своеобразным, довольно приятным запахом.

    – Мумиё,– сразу определил Дмитрий.– Вот так его и выпаривают. Методом водяной бани: в нижней кастрюле –  вода, в верхней –  раствор мумиё. Все правильно.

    На земле стояли еще две кастрюли. Он снял с одной крышку. Кастрюля была наполнена бурой жидкостью. Со дна то и дело поднимались и лопались пузыри. Дмитрий принюхался.

    – Сырец отстаивается. Только он уже забродил. Сутки надо отстаивать, не больше. Потом через марлю,– он показал на марлю на кусте,– процеживают и выпаривают.

    Он открыл вторую кастрюлю. Там пенился суп. Он давно прокис. Рядом стояла  открытая консервная банка с протухшей тушенкой. Дмитрий покачал головой.

    – Довольно странно… Похоже, кто-то ушел ненадолго. И не вернулся.

    Спальный мешок в одном месте горбился. Дмитрий откинул его, и Маша увидела два каких-то черных куска. Он поднял один, покрупнее. Кое-где в него влипли камешки, сухие травинки, веточки. Девушка уловила запах, похожий на запах мочевины, но гораздо приятнее.

    – Это мумиё пищухи.– Дмитрий разглядывал кусок с разных сторон, восхищенно цокал языком.– Вот это, я понимаю, мумиё! Ей богу такого еще не видел! Обычно из сырца шестая, пятая, в лучшем случае третья часть готового получается. А из этого и половина выйдет, если не больше. Смотри, Маша, как литое!– Он покачал кусок на ладони.– Килограмма на три тянет…  Да-а!..

    Он положил – не без сожаления, как показалось Маше – кусок на место. Погладил бороду. Постоял, помолчал. Поглядел на левую вершину, на темно-зеленое пятно стелющейся арчи, на высокое арчовое дерево над этим пятном.

    – Второй костер где-то там горел.

    Стали подниматься в том направлении. Дошли до сплошных зарослей стелющейся арчи,  ковром покрывавшей склон. Ноги увязали в этом ковре. Внезапно Маша остановилась. В арче лежал на боку большой казан. В нем оставалось немного черной вязкой жидкости – мумие. Он, видимо, скатывался и застрял. Они поднялись повыше – и девушка ахнула. За деревом на почти ровном пятачке стояла оранжевая палатка. Она была располосована. Вокруг валялись разбросанные вещи, посуда. Возле развороченного очага лежали пустые бутылки.

    – Это наша палатка,– почти прошептала Маша.– Все остальное – Стаса. Кирюшиного здесь ничего нет.

    –  Это кто ж такой погром учинил?– изумился Дмитрий.

    Он присел перед очагом на корточки, посмотрел на квадратик внизу – свою палатку.

    – Вот он, второй огонек. Все правильно. Он и ночами горел. Значит, сутками мумиё готовилось…– Он сунул палец в золу, потрогал камни.– Холодные. Все правильно.– Встал.– Ну что, Маша, показывай вашу пещеру.

                 Полезли дальше. Склон становился все круче. Они достигли седловины между двумя вершинами. Здесь не переставая дул ветер. Дмитрий залюбовался открывшимся видом. Снизу двуглавая гора казалась самой большой. На самом деле за ней вздымалась в высь еще более высокая вершина. К северу от нее, словно застывшие морские волны, простирались до самого горизонта хребты.

                    – За хребтами уже Узбекистан. Вон там где-то твой Самарканд. Та самая Мараканда, между прочим, красотой которой Александр Македонский восхищался. Повоевал он тут. Озеро Искандеркуль в его честь назвали. А если туда спуститься,– он махнул рукой за правую вершину,– можно к Вору выйти.

                    Они стали взбираться на левую. Девушка подавленно молчала. Дмитрий неожиданно остановился.

                    – Смотри, Маша, пищуха!

                    Он показал на симпатичного светло-коричневого зверька, похожего на безухого зайца. Пищуха не спеша перепрыгивала с камня на камень. Ее жирное тельце при этом колыхалось. Девушка безучастно проводила ее глазами, пока та не исчезла из виду.

                    Дошли до нагромождения огромных камней. Протиснулись между ними и оказались перед горизонтальной трещиной в скале.

                    – Пришли,– сказала Маша.

                    Ее тонкая, гибкая фигура проскользнула в щель. Дмитрий не без труда последовал за ней. Они очутились в широкой и низкой пещере. Недалеко от входа был аккуратно сложен стожок сухой травы.

                    – Пищухи на зиму заготовили,– и тут не смог удержаться от пояснений Дмитрий.– Не зря их еще сеноставками называют.

                    Прошли, согнувшись, в конец пещеры. Здесь царил полумрак. Снизу торчал острый гранитный выступ. А за ним зияло отверстие.

                    – Веревка!– воскликнула Маша.

                    Действительно, выступ обвивала веревка. Другой ее конец спускался в отверстие. Дмитрий достал фонарик, посветил туда. Это был естественный вертикальный каменный колодец.

                    – Я тогда Кирюшу отговорила спускаться: поздно было,– волнуясь и почему-то шепотом заговорила девушка.– А потом не получилось.

    – Веревку тогда не привязывали?

                    – Нет.

                    Дмитрий проверил, надежно ли закреплена на камне веревка, прицепил зажженный фонарь к поясу. Он действовал обдуманно, без спешки. Начал спуск. Маша следила за ним, нагнувшись над отверстием. Спускался он довольно ловко, перебирая руками по веревке, а ногами – по стенке колодца. Круг фонарного света метался по дну. Лишь в самом конце возникло какое-то затруднение. Дмитрия стало раскачивать. Видимо, внизу колодец расширялся. Наконец, изловчившись, он спрыгнул. Взял фонарь, сделал несколько шагов и пропал из виду. Постепенно внизу стало темно.

                    Время шло, однако он не давал о себе знать. Маша включила свой фонарик, посветила вниз, позвала. Никто не откликнулся. Прошло несколько томительных минут. Она уже сама хотела спускаться, но вдруг увидела Дмитрия. Он стал подниматься. Подъем длился дольше, чем спуск.

                    Едва он вылез, она спросила:

                    – Есть там кто-нибудь, дядя Дима?

                    Он, избегая ее взгляда, ответил отрывисто:

                    – Нет.

                     Они вылезли из пещеры.

                    – А мумиё там есть?

                    – Нет.

                    Он снова отвел глаза. Покраснел. Маше даже неловко стало от этого румянца на лице немолодого уже человека. Она не узнавала Дмитрия. Он был возбужден, глаза лихорадочно блестели.

                    Они обследовали еще несколько неглубоких пещер. Покричали. Посмотрели в бинокль. И начали спускаться с горы.

                    Несмотря на свое возбуждение, Дмитрий был непривычно молчалив, замкнут. Прятал глаза. Маша ему больше не верила!

    Палатка Дмитрия уже стояла в тени, когда они вернулись. Ужинали молча. Они как будто тяготились обществом друг друга. После ужина Дмитрий дотемна таскал мешки. Перед сном он спросил:

    – Ну что теперь, Маша? Домой поедешь?

    Она ответила неопределенным жестом. В ней зрело одно решение…

    – Может, ты с ним разминулась? Он уже в Самарканде, может быть.

    – После того раза шофер грузотакси его больше не видел…

    – На попутной, возможно, уехал. Хотя машины сюда редко заезжают… Я, Маша, утром пойду за тот бугор, мешки к дороге скатывать. А ты отдыхай, чувствуй себя как дома. Грузотакси на повороте в четыре бывает. Из Вору уже возвращается. Тебе отсюда где-то в половине третьего выйти надо. Если решишь ехать, конечно. А что еще?

    Они очень устали, однако Дмитрий спал плохо, беспокойно, а Маша и вовсе не могла уснуть. Выходила из палатки, смотрела на гору. Никаких огоньков там не было. Лишь за полночь заснула она болезненно крепким сном.

    (продолжение следует)


    +10


    Ссылка на этот материал:


    • 100
    Общий балл: 10
    Проголосовало людей: 1


    Автор: v_nolletov
    Категория: Приключения
    Читали: 75 (Посмотреть кто)

    Размещено: 17 января 2015 | Просмотров: 204 | Комментариев: 9 |

    Комментарий 1 написал: Арийская Волчица (17 января 2015 10:55)
    Интересное начало =)
    Очень люблю горы, по работе с такими условиями часто сталкиваюсь, поэтому почитать ваш рассказ - бальзам на душу!
    С нетерпением жду продолжения.



    --------------------

    Комментарий 2 написал: v_nolletov (17 января 2015 12:24)
    Спасибо за оценку!Писал этот рассказ с большим увлечением.Во-первых,я тоже люблю горы,во-вторых,вдохновляла новизна темы.Насколько я знаю,художественных произведений о мумие не было.


    Комментарий 3 написал: shpuntik (17 января 2015 13:29)
    Цитата: v_nolletov
    произведений о мумие не было.


    А что такое мумие? Не то, что добывают из саркофагов египетских фараонов?


    Комментарий 4 написал: v_nolletov (17 января 2015 13:57)
    Нет,его добывают в горах.СЭС о нем пишет так:"...биологически активный продукт естественного происхождения..."


    Комментарий 5 написал: Арийская Волчица (17 января 2015 15:16)
    Цитата: v_nolletov
    произведений о мумие не было.

    Я, конечно, не могу спорить с автором на счет идеи, но тут рассказ-то не совсем про мумие.. Тут вы в основном описываете человеческие взаимоотношения, углубляетесь в описание стиля жизни добытчиков. С тем же успехом они могли искать, скажем, золото (просто пример). Во всяком случае, пока свою роль это самое мумие еще не сыграло.
    Почитаем продолжение, там посмотрим.
    Пока что мне нравится, как вы описываете природу Таджикистана, там я еще не была =)
    Кстати, а вы сами бывали?



    --------------------

    Комментарий 6 написал: v_nolletov (17 января 2015 15:59)
    Мумие в рассказе играет важную роль.Все события.прямо или косвенно,с ним связаны.Но это,действительно,станет ясно позже.В Таджикистане я бывал,но очень давно.


    Комментарий 7 написал: Дмитрий Королёв (17 января 2015 16:15)
    Ставьте точки над i, тем более над ё! Мумиё. С ударением на эту самую букву. ))
    Да, есть такой лекарственный продукт у нас на Алтае.



    --------------------

    Комментарий 8 написал: bragjun (18 января 2015 07:37)
    Мумие (озокеритоподобный битум, альгарит, браг-жун, шиладжит, као-тун) – водорастворимый вид битумов (аквабитум), венчающий иерархическую колонну: нефть – газ – асфальт – озокерит - горный воск – гатчетит – мумие. Продуцируется геологическими непериодическими процессами реликтового калиевого метасоматоза в гранито-гнейсовых куполах из областей аномальной мантии.
    Руды мумие являются смесью литофагиальных продуктов, остатков растительности и обломков вмещающих горных пород на смолоподобном цементе из водноокисленных газо-пылевых сульфатных калиево-фосфорно-молибденово-медных эксгаляций с нефтяной составляющей из ароматических углеводородов, метилнафталинов, жирных кислот. Обнаруживается на поверхности скал аэрозольной пылью, смывающейся метеорными осадками в виде коллоидных водно-минеральных аминокислотных растворов (пища животных-литофагов) с резким специфическим запахом. Образует в горных ловушках месторождения цветных натечных форм оолитоидных массивных, копролитовых масс в виде пластов, жил, сталактит-сталагмитов, бесформенных куч.
    Абсолютный возраст руд не превышает 15000 лет.
    В рудах определяются известь, малахит, лимонит, марганецсодержащие, гипс, сидерит, каолин, апатит, кварц, хлорит, плагиоклаз, гидрослюды, сильвин КСl, галит NaCl, арканит К2SО4, сульфатная сера, гатчетит. Формула минеральной составляющей руд мумие Ca, Si (K, Na)5C25 H57 O26 .
    В геохимическом составе руд превышают кларки лишь Mg, Ca, K, P, S, N, Mn, C, Cu, Zn, Ag, Mo, V; установлены редкоземельные Th, Hf, Cs, Sb, Rb, Br, La, Ce, Ne, Sm, Eu, Tb, Lu; не обнаружены W, Cd, In, Ti, Ta, Se.
    Мумиё содержит ациклические насыщенные углеводороды – алканы нормального и изопреноидного строения: гопаны, этиловые эфиры жирных кислот, би-, три- и тетрациклические ароматические. Формула органической составляющей - C6 H6 O3.
    Наибольшую водную экстрагивность в основном способе получения препаратов мумие показывают S, N, H, C, CO2, K, Mn, P, Mg, Ca, Cu, Sc, Th, Sm, Cs, B. Присутствие большого количества жизненно важных химических элементов и биологически активных жирных и аминокислот при стабильном по содержаниям доминировании глицина и глютаминовой кислоты, обеспечивает широкий спектр фармакологической активности препаратов мумиё. Причём водная экстракция обогащает препараты калием, магнием, марганцем; токсичных Pb, Cd, Sr мало.
    Фармакологическим Комитетом Минздрава России утвержден проект ВФС 42-3084-98 на «Экстракт Мумие Сухой». Препараты мумие рекомендованы как общеукрепляющее средство в периоды: послеоперационном и реконвалесценции после инфекционных и других заболеваний.
    В мумиетерапии, уступающей антибиотикам, главные компоненты препаратов – аминокислоты и сульфаты. Клиника признает гепатопротекторные свойства препаратов мумие, ускорение процессов: регенерации костной ткани, сращивания переломов костей, лечение трофических язв, - когда возбудители не чувствительны к антибиотикам, иммуномодулирущие свойства мумиепродуктов.
    Парадигма мумиеведения – геогенность руд. Космогенная ретроспектива этого процесса предполагает воздействие на раствор «протомумие» в Океане разных видов энергии как на бульон питания пробионтов, в конце эволюции которых проявляются первые примитивные организмы. Мумиеведение приоткрывает единство Вселенной и Человека. Сбои в его организме интуитивно лечатся им биосоциальным алгоритмом поиска литофагиальных продуктов, имманентных обоим.
    Мощный мифический бренд мумие как древней панацеи возродился в советской Средней Азии на почве лекарственного дефицита. Однако этот сибирский озокеритоподобный битум успешно использовался в 30-50-годы ХХ века как нефтепоисковый признак.
    Литература
    1. Киселева Т. Л., Фролова Л. Н., Баратова Л. А., Юськович А. К. Изучение жирнокислотного состава экстракта мумиё сухого методом ГЖХ // Химико-фармацевтический журнал. 1996. № 6. – С. 62–64.
    2. Савиных М.И., Серебренникова О.В. Мумиеносность Алтае-Саяно-Хангайского континентального свода // Региональная геология и металлогения. 2011. №46. - С. 98-104.
    3. Ченченков М.Я., Савиных М.И., Флейшман А.Н., Гринченко А.А., Святова С.В. Опыт применения мумиепродукта «мёд Браг-Жун» в условиях Хосписа // Традиционная медицина. Восток и Запад. № 2(3).- 2004.- С. 48-50.


    СОСТОЯНИЕ ДЕЛ ПО МУМИЕ НА 1990 г.
    (справка Новокузнецкого химико-фармацевтического НИИ)
    Изучением среднеазиатского мумие занимались Ташкентский мединиститут и ЛХФИ (Ленинградский химико-фармацевтический институт –М.С.), в т. ч. И стандартизацией целевого продукта.
    ФК (Фармкомитет –М.С.) МЗ СССР разрешал проведение клинических испытания в 1965 (протокол №3 от 18.06.65), в 1989 (протокол № 19 от 28.Х1) и в 1980 г. (протокол № 11 от 16.05)
    В 1980 г. испытания проведены в следующих клиниках «при лечении переломов костей в качестве средства усиливающего регенерацию костной ткани при приеме таблеток по 0.1 г. в сравнении с другими средствами аналогичного действия»:
    1.ЦНИИ травматологии и ортопедии им. Приорова;
    2.Узбекский НИИ краевой медицины;
    3.-----«»----- травматологии и ортопедии;
    4. Горьковский ----------«»------------------ ;
    5. ВМОЛА им. Кирова (Центральный военный госпиталь ЦВГВВ);
    6. Московский НИИ скорой помощи.
    Изучение проведено в течение 1.5 лет более чем на 700 больных.
    Положительное заключение о больших преимуществах мумие дано Узбекским НИИ травматологии и ортопедии.
    Преимуществ нет дано остальными организациями.
    После этого проведены попытки стандартизировать само мумие и его готовую лекформу, т.к. лабораторные экспертизы дала отрицательные заключения на проекты ВФС на «Субстанцию» и ГЛФ. До 1987 г., несмотря на неоднократные запросы ФК МЗ СССР на стандартизацию мумие, авторы ТашМИ и ЛХФИ не смогли «довести» проекты ВФС, «…реакции подлинности на стероиды и аминокислоты не воспроизводятся, а образцы ГЛФ не соответствуют требованиям НТЛ» (из заключения лаб. Экспертизы).
    В 1987 г. (протокол №7 от 10.04.87) Фарм. Комитет вынес следующее очередное решение: «Не разрешать медицинское применение препарата мумие-асиль в связи с отсутствием достоверного терапевтического эффекта по изученным показаниям, отсутствия НТД, позволяющей контролировать стандартность препарата».
    Аналогичное решение выносилось ФК-ом в 1973 и в 1975 гг. (протокол № 4 от 28.02.75).
    К работе по стандартизации мумие подключился ГОСНИИСКЛС в 1972 и 1979 гг. Дано отрицательное заключение на разработанные авторами методы анализа (стандартизации).
    Необходимо отметить, что предпринимались попытки лечить злокачественные новообразования. Фарм. комитет МЗ СССР, рассмотрев результаты, отмечает (протокол № 4 от 20.03.75): «…При наблюдении за больными со злокачественными новообразованиями создавалось впечатление, что препарат не только не дает объективного эффекта, но даже ускоряет развитие опухолевого процесса» - и запрещает дальнейшее изучение мумие в базовых клиниках ФК. Аналогичные отрицательные результаты были получены при лечении пародонтоза.
    Несмотря на решение ФК МЗ СССР, авторы, ТашМИ и Киргизский НИИ онкологии и радиологии, обратились в МЗ СССР с просьбой о дальнейшей работе (финансировании). Приказом министра МЗ СССР Е.И. Чазова и МЗ Кирг. ССР в Киргизском НИИ онкологии и радиологии организована лаборатория по изучению мумие и созданию лекформ. Лаборатория существует с 1987 г., разработана программа работ до 1992 г. с затратами свыше 100 тыс. рублей. Соисполнителями по теме являются: ИОХ СОАН (г. Новосибирск), ИОХ Кирг. АН, кафедра фармакологии Кирг. мед. ин-та и Кирг. ин-т ветеринарии.
    МНТК «Прогресс» организован на базе Физико-технического ин-та АН СССР и включает соисполнителей: МГУ, 1-й ММИ и др. научные подразделения. Занимаются работой по мумие уже более 2-х лет. Сырье поставляет «Кварцсамоцветы» Мингео СССР. МНТК изучил образцы мумие от Карпат до Тувинских месторождений, в т.ч. и Алтайское месторождение. Проводится изучение элементного состава и органических соединений. Отработана технология очистки мумие-сырца. Технология очистки близка к тому, что разработал Новокузнецкий НИХФИ. Подтверждено, что имеется большой разброс в образцах даже из одного месторождения. В этом заключаются большие трудности в стандартизации. Вероятно, необходимы биологические методы стандартизации.
    Составил: кандидат химических наук
    Э.В. Тетеньчук



    Комментарий 9 написал: v_nolletov (18 января 2015 09:41)
    Спасибо большое за исчерпывающую информацию.

    Дмитрий Королёв,
    Ставьте точки над i,а тем более на ё.

    Дельный совет. Чтобы с мумией не путали))

    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.