«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 1
Yandex

Гостей: 15
Всех: 16

Сегодня День рождения:

  •     klykin_pavel (20-го, 30 лет)
  •     Kukh (20-го, 32 года)
  •     Mr. S (20-го, 19 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Дискуссии О культуре общения 180 Моллинезия
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1864 Кигель
    Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
    Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
    Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
    Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
    Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
    Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
    Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
    Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Моё путешествие

    Моё путешествие
    Кончилась старая тетрадь. Начала новую. Может новый дневник изменит мою жизнь к лучшему. Принесёт какую-нибудь радость. Как новое платье или туфельки. Всё, с сегодняшнего дня, постараюсь жить по-новому. Надо срочно похудеть. Мне давно Ира подобрала комплекс упражнений для того, чтоб бёдра похудели. Надо срочно заняться собой. Лето уже на дворе, а я в купальник не вмещаюсь. Правда мне и на речку нескем ходить, но вдруг сама надумаю. Плаваю то я не плохо, меня ещё в детстве брат научил. Я с мальчишками наперегонки плавала, а вот когда взрослеть стала, то поправилась и так быстро плавать не могу. В воде чувствую себя как рыба, всё делаю медленно и размеренно.
    - Галина! Ты опять ерундой занимаешься? Брось рисовать каракули, сейчас не модно писать дневники. Тебе почти двадцать лет, а ты всё в куклы играешься. Ты на работе и должна работать. Ещё раз увижу, накажу.
    - Хорошо Алина Сергеевна. Я всё. Я работаю
    - Зайдёшь ко мне, после обеда.
    - Хорошо Алина Сергеевна.
    Всё, надо работать. Алина Сергеевна, это хозяйка нашего магазина. Она всегда и со всеми ругается. У нас в магазине люди долго не держатся. Только я, да ещё администратор Марине Нарсисян. Она сама из Казани, но женщина хорошая. Мы с ней ладим, а вот с хозяйкой они всегда ругаются. Вообще Алина Сергеевна к нам приезжает один, два раза в неделю. Проверяет всё ли в порядке в магазине, проверяет отчётность, потом ругается с Маринэ и уезжает. У нас сейчас большой магазин, а начинала Сергеевна с бутика. Потом муж купил ей этот магазин. В нём три отдела, мужской, женской и детской одежды. Из старых работников ещё есть водитель Вовчик и машина Газель. Машина тоже работник. Вовчик на ней ездит в Москву за вещами. Алина Сергеевна впереди, на своей красной машине, а Вовчик на Газели за ней. И меня с собой иногда брали. Я в первый раз, когда ехала, так радовалась. Усидеть в машине не могла. Когда же, ну когда мы приедем. Это же Москва, столица. Посмотреть улицы, людей, может на красную площадь, заедем? А, оказалось, увидела какое-то село. Заехали на склад, там Алина Сергеевна прошла в салон, выбрала то, что ей понравилось. Выписала и оплатила, а я с Вовкой всё загружали в машину. Потом поехали домой. Оказалось что это окраина Москвы. Так мне обидно стало, но правда хозяйка мне доплатила за поездку две тысячи. И теперь я всегда езжу, когда предлагают. Правда ко мне Вовка всю дорогу пристаёт, всё свою лапищу пытается мне под юбку засунуть. Но я умная, принесла из дома старые джинсы и теперь, как только соберёмся ехать, то я их и одену. Пусть пристаёт к штанам. Вот раз хозяйка сказала сегодня зайти, то может на завтра объявит, что надо ехать?
    Мы когда приезжаем, в магазине переполох. Все бегают, машину разгружают, вещи распаковывают и раскладывают. Манекенов переодевают во всё новое. Из мужчин в магазине только Вовчик, но он сидит в машине, в кузове, и только подаёт коробки. Он сам знает кому, какую коробку. Девочкам из детского отдела – детское, из мужского – мужское. И ни когда не путает.
    Больше всех бегает и кричит Алина Сергеевна. Она просто так переживает, чтоб всё было в порядке. Она и до Вовчика раз пять подбежит, чтобы с ним поругаться, я он зароется в коробках и молчит. Тогда она бежит дальше. Вот Маринэ, она всегда спокойная. Тихо разговаривает, не бегает, только приказывает. И попробуй ослушаться её приказа, как зыркнет своими чёрными глазищами, душа в пятки падает, так страшно.
    Немного о Маринэ Нарсисян. По фамилии вроде армянка, а по виду татарка да ещё из Казани. И чего её занесло в наш небольшой городок? За своё место работы она не боится. У Алины Сергеевны муж работает в администрации города, очень влиятельный человек. Вот он, два года назад, когда подарил хозяйке этот магазин, а я только устроилась сюда, он и привёз Маринэ. Сказал:
    - Это Маринэ Нарсисян. Она будет работать в магазине администратором. Уволить её могу только я. Но предупреждаю, работает она, работает магазин. Она уходит, я магазин продаю. Запомнила. Так что создай ей условия, чтобы она не ушла, если хочешь, чтобы всё это у тебя было. Маринэ смотрит за бизнесом, за людьми, и всё докладывает мне лично. Всё. Я предупредил. Работайте. А мы тогда только собирались открыться и распаковывали товар рядом с машиной Алины Сергеевны и поэтому мы всё слышали. Но из тех, кто тогда работали, остались только я и Маринэ. Все остальные поувольнялись. У нас не большой городок и поэтому мне нельзя увольняться. Куда я пойду? Дома мама одна, брат в армии, да и когда придет, врят ли дома останется. У него есть девушка, Света. Она его ждёт. К нам часто заходит. Если письмо кому приходит, то читают вместе. Она хорошая, моя ровесница, а с братом ещё со школы дружит.
    Ой. Надо бросать писать, а то Алина Сергеевна приловит, отругает. Нет, не выгонит. Она, наверное, меня любит. Хоть и кричит и ругает, но быстро отходит. Посмотрит на меня, а я тихо стою, смотрю вниз, ногой какой-то камушек ковыряю, говорит:
    - Ну, ты, дурочка, пошла я тебя кофе угощу. Мне мой любимый из Москвы привёз. Настоящий. Немецкий.
    Угощает, нахваливает, и я хвалю, аж глаза подкатываю. А оно горькое, ужас. Такая гадость. Выпью кружечку, хорошо они у неё маленькие, и стою, губы облизываю. А она:
    - Ну, иди, работай. Ты не обижайся, я же по работе ругаюсь.
    Как-то всё это Маринэ видела, а потом подошла ко мне сзади, когда я в зале стояла. Шлёпнула не сильно по попе и сказала:
    - А ты не такая уж и дурочка. Хитрая. Не пугайся. Мне такие нравятся. Хочешь работать, работай. Но если где-то увидишь не порядок, обязана мне доложить. Ты теперь здесь, в магазине, второй человек после меня. Алина это так, вывеска. Магазин этот принадлежит её мужу, а я здесь администратор. Вот и думай.
    А мне что думать. Я работаю. Если где увижу не порядок, то мне лучше самой всё исправить, чем бежать и докладывать. Я здесь со всеми девочками нахожу общий язык. А так как я больше всех здесь работаю и знаю повадки хозяйки, то со мной все соглашаются и делают то, что я советую. Вот по этому, наверное, меня заметили и Маринэ и Алина Сергеевна.
    Ой. Опять не могу оторваться. Надо бежать, подменять девочек на обед, чтоб по очереди сходили. Маринэ запретила магазин на обед закрывать и девочки ходят обедать по двое. А люди привыкли, что раньше у магазина был перерыв и в это время ни кто не заходит.
    Всё, иду на ковёр к хозяйке. Ни пуха мне, ни пера. Не дошла. Проходя через отдел мужской одежды, увидела, что Маринка плачет. Подошла. Оказалось, хозяйке не понравился костюм, на манекене в витрине. И она приказала Марине переодеть его и, потом, придти с заявлением на увольнение. Я как смогла, успокоила подружку и послала к Маринэ:
    - Ты ей всю правду расскажи. Она поможет. Может только в другой отдел переведёт, но не уволит.
    Маринка убежала. А манекен остался лежать на полу. Надо его одеть и выставить, иначе, если хозяйка выйдет и увидит, то Маринку точно уволят, да и мне попадёт.
    В общем, стала я его одевать. Взяла белую рубашку, вставила руки, накинула на плечи. Стала застёгивать. Туда не смотрю. А он гад лежит и ко мне именно тем местом. Фу. Ну как тут не глянуть? Посмотрела. Тю. Да ни чего страшного. Просто бугорок. На женском и детском манекенах всё ровно и гладко сделано, а тут бугорок, типа шишки. А я, дурочка, боялась. Потом даже брюки ему сама натянула и застегнула. Оттащила в витрину и установила. Повернула в сторону двери и руки так поставила, что вроде он приглашает зайти.
    - Ну, тут ты молодец. С мужиками находишь общий язык, а как тебя хозяйка ждёт, то тебе наплевать. Я же сказала, чтоб ты зашла после обеда. Сколько можно тебя ждать?
    - Я думала к вечеру.
    - Она думала. Бегом за мной. Где эта бестолочь. Уже пожаловалась на меня Маринэ. Пусть работает, ни кто её не увольняет, но своё начальство нужно уважать и ценить. Ну что ты улыбаешься? Бегом ко мне в кабинет.
    А мне полегчало. Значит, Маринэ отстояла Маринку, раз сказала ей дальше работать. Она хорошая девочка. Догнала меня уже почти у двери кабинета, чмокнула в щёку и побежала в отдел. Глупая, а мне-то за что? Я ей только сказала к Маринэ сходить. Ну да ладно. Иду.
    Поездка.
    Ура! Ура, ура. Я еду! Я увижу море! Ура! Пальцы крестиком, чтоб не сглазить. Только бы не передумала. Она меня берёт. Ну, начну по порядку. Зашла в кабинет.
    - А, пришла? Слушай. Вот даю тебе задаток, пять тысяч. Не радуйся, потом вычту. Купишь в нашем магазине новый купальник, я сказала, купишь. Ивой старый я на пляже видела, в нём, наверное, ещё твоя бабушка загорала. Он такой закрытый. Что, мне кажется, только пятки загорают. Купишь современный, открытый. Оставишь своей матери денег, а мы с тобой вдвоём, едем на неделю в Одессу. Не радуйся, не отдыхать. Работать. Мне, что-то надоело всё Московское. Привезём всё новое, новая коллекция. Всё из Турции. Прямые поставки. Уже в газете и анонс напечатали. Через десять дней мы должны открыться с новым товаром. Выезжаем завтра утром, на поезде. Из вещей брать только необходимое. Билеты туда и обратно куплены. Я хотела тебе плацкарту взять, а потом подумала и взяла рядом, в купе. Вдруг, каких мужиков подселют, а я там одна. Так хоть вдвоём. Муж сказал, чтоб тебе десять тысяч заплатить за поездку. Ну, минус билеты и проживание в пансионате. В общем, пять я тебе уже дала. По приезде домой, дам тебе ещё две тысячи и всё. Давай домой. Собирайся. Поезд проходящий. На станции стоит всего три минуты, так что пол пятого ты на перроне. Я подъеду к пяти.
    Какой там спать? Схватила купальник, который девочки в отделе посоветовали и бегом домой. Ни кому, ни чего не объясняла и не рассказывала, вдруг передумает. Только мама. Мама за меня испугалась. Что там да как? В поезде, одна, на море одна, там столько шалопаев и бандюг. Она по телевизору видела.
    - Мама! Я же не одна поеду, с Алиной Сергеевной и только на неделю. На море мы только посмотрим. Купаться некогда. Товар надо закупать, упаковывать. Сортировать и отправлять. Когда тут чем заниматься. Буду уставать сильно. Просто мне в радость на поезде прокатиться и из окна посмотреть на всё новое, неизвестное. Ты же ни куда не выбралась за всю свою жизнь, а у меня ко-ман-ди-ров-ка. Вот. Я тебе по пять раз на день звонить буду. Ты не переживай.
    Ночь, в общем, то не спала. Каждый час голову от подушки отрывала, и будильник смотрела, а он всё не звонит. Ещё полежу. На телефон смотрю, вдруг будильник сломался. Мама тоже не спит, всё ворочается. Я чемодан не брала, что мне туда сложить? Я подумала, в Одессе жарко, вот и взяла одно платье и два комплекта белья. Остальное на мне. В два часа не выдержала, встала. Оделась. Взяла сумку и пешком пошла на вокзал. Благо не далеко. За полчаса дошла. Я ведь раньше сюда и не заходила, не зачем было. А вот теперь! Хожу, смотрю. Запахи разные нюхаю. Вышла на перрон. Рельсы посмотрела, шпалы. Тихо кругом. Людей почти нет. Только ближе к пяти стали сходиться. Да и то, большинство на автобусную станцию.
    У нас вокзал и автостанция вместе. С одной стороны здания уходят поезда, а от другой отправляются автобусы. И на завод, что не далеко от города, с автостанции автобус утром возит людей на работу, а вечером с работы. Так и мой отец ездил, пока был жив.
    Пять часов. Алины Сергеевны ещё нет. Через пятнадцать минут поезд. Приехал Вовка. Ругается чего я ушла. Он ко мне приехал, маму разбудил. Она спросонок не поймет, что от неё хотят. Испугалась, что со мной что-то случилось. Потом поняла и сказала, что я ушла в два часа ночи на вокзал.
    Пять ноль пять. Стою с Вовкой на перроне. Алины Сергеевны всё нет. Что делать? Поезд вот-вот приедет, а у меня билетов нет. Да и чего я поезд, если б у меня билет был? Я же там ни чего не знаю. Ужас. Да чего ужас. Ну не поеду. Жалко. Может она передумала или она надо мной подшутила? А я уже размечталась. А я ещё и деньги на этот купальник потратила. Всё до копейки из зарплаты вычтет.
    Пять десять. На перроне уже человек двадцать. Ого, сколько хотят ехать на курорт. Хотя нет, тут же, наверное, и провожающие. Ой, что это. Огромный джип выехал прямо на платформу. Люди расходятся. Джип подъехал прямо к нам. Ааа! Это муж привёз Алину Сергеевну прямо до вагона. Вовчик помог выйти и достал два больших чемодана.
    Вот и поезд! Какой большой! Я такой на картинках и в кино видела. Остановился. Вовчик занёс два чемодана хозяйки в вагон. Я тоже хотела забежать, но тут ещё три человека пошли впереди, да и билета у меня не было. Вовчик расталкивая всех, спрыгнул к нам. Муж поцеловал Алину Сергеевну, а Вовчик помог ей залезть в вагон. Потом подсадил меня и ущипнул, но в первый момент я даже не поняла, что подсаживая, рукой ухватил за попу прямо под юбкой, а потом ещё и ущипнул. Вот зараза. Пока я тут восхищалась поездом, перроном, посадкой в вагон, он воспользовался моментом.
    Вагон. Всё такое гладкое и красивое. Наше купе. На верхних полках кто-то спит. Я поставила свою сумку и вышла к окошку. Посмотреть, как мы будем ехать. Вагон немного качнуло, и вокзал поехал куда-то вправо. Мы окунулись в темноту. Ой, машина! Машина стоит на дороге и светит мне фарами. Я помахала рукой. Алина Сергеевна включила свет и переговаривалась с мужчиной на верхней полке. Потом он спустился с полки вниз и вышел в коридор, ко мне. Дверь нашего купе закрылась. Я смотрела в окно. На улице начинался новый день. Для меня тоже начиналось всё новое и не обычное. Через какое-то время дверь открылась. Хозяйка была в красивой, кружевной пижаме. Мужчина посмотрел на меня.
    - Заходите, девушка. Вам ведь тоже переодеться нужно.
    - Нет, я так.
    -Мужчина глянул на меня и прошёл в купе. Залез на верхнюю полку и отвернулся к стене. На второй полке тоже спал мужчина. Потом она весь день их гоняла из купе и ругалась с ними. То ей надо пижаму снять, то надо вечерний туалет сделать. А меня один раз только отругала. За то, что я мало вещей взяла, и что мне спать не в чем, и что завтра я буду вся помятая.
    А я молчу. Я, то в коридоре в окно смотрю, то за столиком, в купе сижу и смотрю. Красота, кругом какая? Я даже и не вспомнила про еду. Но хозяйка опять поругалась с мужчинами, они ушли, а она стала доставать из сумки, кучу разной еды. Мне мама с собой отварила, три яйца, три картофелины и нажарила разных пирожков. Специально для меня жарила. Когда брат был дома, то пирожки часто делали, а теперь для нас двоих и возиться не охота. Месить тесто на пять, шесть пирожков смешно, а напечь больше пирожков, некому. Кто и есть будет?
    Мне опять высказали, что о себе надо самой заботиться и что мать точно пожалела и не дала мне ни чего в дорогу. Но когда я съела один пирожок и закусила его отварным яйцом с чаем, то Алина Сергеевна сказала что я Дюймовочка и мне достаточно половины зёрнышка. Вечером я съела ещё один пирожок, но правда запила его тремя стаканами чая. Потом сняла и повесила на плечики платье, а сама так легла, укрылась простынёй. Платье совсем не помялось. А пижаму я не брала потому, что не собиралась спать. Я думала, всю дорогу буду смотреть в окно, но меня так всё утомило, что после ужина я сразу заснула. Проснулась только, когда в окно светило солнце. Алина Сергеевна уже была одета. Я встала, накинула своё платье и тоже стала готова. Мы приехали. Одесса.
    Наш проводник позвала нам носильщика, и чемоданы хозяйки вынесли. Я думала, что надо будет прыгать с вагона, и переживала, чтоб не зацепиться юбкой, но тут перрон оказался высоким, и прыгать не пришлось. Мы вышли. Носильщик вёз вещи впереди, а мы шли за ним. Я глазела во все стороны. Это же первый новый, большой город, где я была. Когда вышли из вокзала, носильщик помахал рукой, и к нам подъехала новенькая машина. Алина Сергеевна расплатилась с носильщиком, а водителю сказала адрес, куда нас везти. Он сказал сумму, она без возмущения сунула ему деньги. Водитель подхватил чемоданы и погрузил их в машину. Подал хозяйке руку и усадил её, потом открыл заднюю дверцу и манул рукой. Я быстро прошмыгнула на сиденье, но он, гад, как-то умудрился шлёпнуть меня. Чего им всем до моей попы? Вон хозяйку шлёпайте, она об этом мечтает.
    Машина поехала по городу, какой он большой. Везде витрины магазинов, автосалоны, бары и рестораны. Красота. В общем, ехали мы минут сорок, водитель много рассказывал всякого о городе, о его достопримечательностях и заслугах. Когда выехали за город, немного проехали и остановились у пансионата «Лебедь». Это почти на самом берегу моря. Водитель всё время о чём-то шептался с хозяйкой, потом помог ей занести в номер вещи. Я спросила разрешения сходить, посмотреть на море.
    – Надень купальник и иди как нормальная девушка, а не как какая-нибудь деревня.
    Я так и сделала. Зашла в ванную комнату, надела купальник, своё второе, светлое, ситцевое платье и пошла к воде.
    Море. Что о нём рассказать? Оно завораживает. Кто видел, тот сам знает его красоту. А кто не видел, тому словами не расскажешь.
    Я ходила по берегу. Песок был горячий, обжигал ноги, и я зашла в воду. Водичка тёплая, намного теплее, чем в нашей речке. Тут я увидела Алину Сергеевну, она тащила за собой целый кулёк вещей и сгибалась под его тяжестью. Я побежала на встречу.
    - Ну, ты и дурочка. Где твой мобильный? Я вышла, ей звоню, а отзывается в номере. Пришлось открывать дверь, искать тебя, а это сумка звонит. Куда ты запропастилась? Если ты не взяла ничего не взяла с собой, это не значит, что я должна сидеть голой _опой на песке. Чтобы потом полночи сгребать этот долбаный песок с кровати. Бери вещи, неси и стели покрывало.
    - Тут не надо покрывало, тут деревянные кровати для всех.
    - Ну конечно я знаю это. Это не какой-то захудалый отелишко. Здесь же высший класс. Три звезды. Покрывало постели на мой топчан. На нём же кто-то лежал раньше. А чего ты в платье? Быстро снимай. Надо чтоб за эту неделю, ты загорела. Будешь перед девочками в магазине хвастать, загар свой показывать. О боже. Кто дал тебе этот купальник? Он же для старух. Ну да, открытый, но расцветка! Такие цвета, да и какой он открытый? Ты на мой посмотри и сравни. Дурочка. Ты ни когда не выйдешь замуж. Хотя у тебя ни лица, ни кожи. Вот посмотри на меня, мне за тридцать, а кожа у меня выглядит моложе твоей. Руки мягче, пятки беленькие. Посмотри, какая кожа, просто атлас. А всё кремы, маски, салон. Поэтому меня муж и любит, да и мужикам я нравлюсь. Правда, последнее время у моего навязчивая идея, завести ребёнка. Не-ет, сама я рожать не буду. После ребёнка грудь отвисает, растяжки на животе, он же сам на меня потом смотреть не будет. Надо, наверное, где ни - будь в детском доме взять.
    - А вы на прокат возьмите.
    - Да я уже думала, и даже одну у нас спрашивала, на недельку взять. Чтобы ребёнок перепачкал ему кровать и стены. Всё равно я ремонт собираюсь делать. А муж поигрался бы немного и забросил эту идею. Так эта, отказала мне. Сказала, что детьми не торгует. А у самой четверо. Для чего столько, если не торговать? Ладно. Ложись, не загораживай мне солнце.
    Я не ложилась, а только отошла в сторону.
    Алина Сергеевна пришла в халатике с кружевами. Я вообще-то думала, что это пеньюар, но раз на пляже, то, наверное, халат. Когда я на её лежак постелила покрывало, она скинула халат. Ой. Я, конечно, понимаю что она продвинутых взглядов, но я бы и в доме постеснялась так одеться. Грудь у неё первого размера, не больше, а вот прикрывают два треугольничка, только середину. Вверх и в стороны идут силиконовые бретельки. Издали видны только два переливающихся треугольничка. Хотя внизу не намного больше. Там тоже силиконовая полосочка с застежкой, к которой крепится спереди треугольничек, а сзади верёвочка. И которую вообще не видно.
    Она легла и лежала, а я стояла и рассматривала людей. С обеих сторон, пляж был загорожен. Поэтому тут людей было немного, а там, за сеткой люди лежали один на одном. Я пошла, бродить по берегу и собирать маленькие ракушки. Потом так нагрелась, что решилась и искупалась. Водичка – прелесть. Вышла и встала обсыхать. Алина Сергеевна уже успела с кем-то поругаться. Оказалось её обсыпали песком, точнее её ногу. По пляжу, туда-сюда, ходили люди и что-то продавали. Я не смотрела. Есть, я не люблю и не хочу. А вот на море предлагали разные катания и развлечения. Было интересно посмотреть.
    Во-первых, предлагали прокатиться на кругу. Я посмотрела. Один, или два человека садятся в надутый круг и их на верёвке, за моторной лодкой. Тянут по воде. Скорость большая, визг, брызги. Мне понравилось, нет, не кататься, а смотреть. На кататься, у меня нет денег. Я думала, что хозяйка заснула или занята чем-то своим. Но она поднялась, подошла к ребятам, что катают на круге. Поговорила с ними, села в круг, и её повезли кататься. Я смотрела с интересом. Тем более что Алине Сергеевне явно понравилось. Она пищала от удовольствия. Волосы развевались на ветру. Потом, когда круг подлетел к берегу, резко развернулся и остановился, хозяйка выскочила, и начала с ребятами ругаться. Причёска её развалилась, она вся мокрая как кошка драная, ещё в конце не хватало, чтоб её утопили. Но она была довольна, я это видела, а кричала просто по привычке.
    - А ты куда смотришь? Хозяйку чуть не угробили, а она улыбается. Давай быстро в номер, переодеваться и за работу.
    Я собрала вещи, халат и плед, и побежала за ней в номер. Это был второй раз, как я зашла в наш номер и последний. Дальше там поселился наш водитель, тот, что привёз нас с вокзала. А я спала в холле, на этаже. Сидя или лёжа на диване за большим фикусом. Девочки, дежурные по этажу, давали мне плед, чтоб я прикрывалась и не светила своим бельём. Я же всегда была в одном платье. Иногда мне открывали какой-то номер, чтобы я обмылась под душем и погладила платье. А то, после купания, соль сольно стягивала кожу. Один раз, к себе в номер, меня пустила пожилая пара. Им сын купил путёвку, так я с ними полночи просидела, проболтала. Сами они из Одессы, но отдыхают вместе первый раз. Вся жизнь работа.
    Нашего водителя звали Эдем. И теперь я только и слышала. Эдем туда, Эдем сюда. Эдем как то? Эдем как это? Приехали на рынок. В первый день мне Алина Сергеевна всё показывала и рассказывала, но так как я не успевала за всеми её закупками, то она наняла грузчика. Звали его Артур. Молодой парень. Только после армии. Двадцать один год. Красивый. Чернявый. Работящий. Вот теперь дело пошло быстрее.
    Суть работы. Алина Сергеевна ходит по рынку, он называется «Привоз», или седьмой километр. Увидит что-то красивое, то, что ей понравилось, она договаривается и покупает партию. Сюда входят и разные размеры, и разные расцветки. А наша работа с Артуром, заключалась в том, чтобы быстро сложить вещи в коробку. Обмотать коробку скотчем, уложить на тачку и бежать с этой тачкой за хозяйкой дальше. Так как мы вдвоём, то стало получаться всё быстро. Когда мы скупились, а это было около десяти коробок, то она рассчиталась с Артуром и сказала, что завтра ждёт его снова. А мы поехали на вокзал. Все коробки сдали проводнику первого вагона, сказали, где их заберут и там же рассчитаются. Позвонила нашему Вовке, сказала какой поезд, какой вагон, и сколько заплатить. После этого мы поехали в пансионат. Меня отправили на море, а сами поехали опять в город. Я хоть до работы привычная, но всё равно, бегать по рынку с тачкой, складывать вещи в коробки, а в конце всё это самой грузить в поезд, было утомительно. Поэтому, погуляв, немного по берегу, пошла и села на диване, в холле.
    Утром я проснулась укрытая пледом. Встала, сложила плед и отнесла дежурной. Поблагодарила и пошла на берег. Людей ещё было мало. Но всё равно, переодеться было негде. Мне пришлось сбегать на соседский пляж в кабинку для переодевания. Оно и понятно, зачем такие кабинки на пляже пансионата. Там, все нормальные люди, переодеваются в своих номерах. А для меня это не проблема. Вещи сложила в кулёчек и в карман. Оно так и лучше, когда надо ехать на рынок, мне не надо далеко бежать. Всё моё ношу с собой. Кстати. На краю нашего пляжа я встретила дядечку, что ехал с нами в поезде. Он улыбнулся, оглянулся кругом:
    - А где твоя, эта. Ну что с тобой в поезде ехала. Что вчера, здесь уже ругалась?
    - Спит. Это хозяйка. Мы сюда на неделю приехали. По делам.
    - Ага. Я вижу ваши дела. Ты всю ночь в холле, а с утра пораньше на пляже. Хорошие дела у твоей хозяйки, и не очень у тебя.
    - Ой, что вы. Я первый раз на море, мне всё в радость. Если бы не она, я никогда ни куда не попала. Спасибо ей.
    - Ну-ну дочка, отдыхай. А то хочешь, я и тебя научу под водой плавать. Дайвингом заниматься.
    - Не. Спасибо, я боюсь. Может потом как-нибудь. Это, наверное, тоже интересно. Посмотреть, как там под водой рыбы живут. Нет, страшно. Мне лучше в небо, чем под воду.
    - Надумаешь, обращайся. Зови меня просто – Петрович. Мне так привычнее. Меня так все ребята зовут. О. Вот и они.
    На пляж спускались парни и девушки. Они были в чёрных костюмах. Я отошла в сторону и смотрела, как они облачаются в свои приспособления. Потом пошла на завтрак. Кушала одна. Алина Сергеевна пришла на пляж уже к десяти. Немного позагорала и пошла, смотреть, как катают на банане. Это такая жёлтая сарделька. Она большая, метра три, накачана воздухом, а сверху сделаны ручки, чтоб держаться. И моторная лодка тянет на канате за собой этот банан. Сверху сидят от пяти до десяти человек. Моторка делает два круга в море и возвращается к берегу. Я смотрела, мне было весело. Потом в эту группу людей, которые стояли в очереди, чтобы прокатиться, подошла Алина Сергеевна. Я думала, она попадёт только на третий круг, столько людей было в очереди. Но когда ребята стали надевать спасательные жилеты, то хозяйка была первой. Правда как всегда, уже ругалась и с очередью и с ребятами. Ей жилет и грудь жмет, и сидеть мешает. Короче поехали они, а когда банан делал второй круг, то перевернулся, и все люди попадали в воду. Правда к ним сразу подплыла лодка и с неё двое ребят спрыгнули в воду. Один перевернул банан. А второй спасал тех, что попадали в воду. Они, правда, были в жилетах и не далеко от берега. Я видела, все смеялись. И тоже смеялась, прыгала и хлопала в ладоши. А потом увидела, нет, скорее услышала, как ругается Алина Сергеевна. Поругалась, а потом пошла, сразу как доплыла, переодеваться. Мы точно уже едем на рынок. На рынке всё было, как и вчера. Артурчик нас уже ждал. Мы опять набили и упаковали десять коробок. После этого Хозяйка рассчиталась с Артуром, а мне дала денег на такси и сказала, чтобы я сама отправила все вещи, как вчера. Сама же уехала с Эдемом. Я стала толкать свою тачку к выходу. Артурчик вернулся и помог мне, а потом попросил довезти его на такси, он живёт возле вокзала. Я согласилась, и он за это помог мне с коробками. После отправки я поехала в пансионат, а Артурчик пошёл домой. Вечер прошел, как и вчера, ужин, пляж, холл.
    Рано утром я возле Петровича. Там молодежь, весело. Потом завтрак. Выход Алины Сергеевны. Небольшой скандал. Сегодня по поводу испорченной причёски, но я не видела, в чём там было дело. После этого рынок. Так прошёл третий день.
    На четвёртый день было два изменения в расписании. Первое, это то, что Алина Сергеевна прокатилась на скутере. Это такой небольшой кораблик или лодочка с мотором и рулём. Очень быстро плавает. Первый раз она проехалась с инструктором. Прокатилась, а когда подъехала, то сказала, что он её всю облапал, не катал, а ползал по воде. И теперь она едет сама. Она, конечно, летала с огромной скоростью, чуть кого-то не задавила. Тогда парень на берегу что-то нажал и лодочка остановилась. Прямо в море. От берега отплыла моторка и, хозяйку притянули на буксире. Сказали, что бензин закончился. Она как всегда поругалась, и мы поехали на рынок. Скупились и она, с Эдемом уехали. А мне опять пришлось тащиться на стоянку такси. Спасибо Артурчику. Он мой помощник. Мне правда заплатить ему нечем, но он мне так, по дружбе помогает.
    Два дня мы закупали женские вещи, и два дня мужские. Завтра поедем за детским товаром. Но вот эти мужские вещи, очень тяжёлые. Да ещё и таксист зараза, не довёз нас немного. Обычно останавливался прямо у входа, а теперь встал очень далеко. Мы выгрузили коробки, и я осталась их охранять. Артурчик пошёл искать тачку или носильщика. Лучше конечно тачку, я тогда сэкономлю себе немного денег. Я там, на рынке, видела такую красивую кофточку. А вы знаете, что в Одессе другие деньги? Не такие как у нас. У них гривны, а не рубли. Мне говорили, только я не понимала как это. Вот. Ну, конечно же, можно здесь поменять мои две тысячи на ихние, а вдруг останутся, что я с этими деньгами дома делать буду? Вот я и экономлю на носильщике. Если всё так же сложиться, то мне и на кофточку и на юбку хватит.
    Стою, жду Артура. Тут женщина с тачкой идёт, а на ней всего один чемодан стоит.
    - Тётенька, а давайте, я свои коробки поставлю, а ваш чемодан сверху положу. И довезу, куда скажите. Женщина согласилась, и пока Артурчик пришёл, мы уже просто сидели и разговаривали. Женщина добрая, она мне пирожок купила. Горячий. Называется круасан с шоколадом. Вкуснятина. У нас тоже продают, но маленькие в кулёчках и чёрствые. А этот только с печки. Пока стояли и ели, она и себе взяла, разговаривали. Она всё меня расспрашивала. Кто я, да что? Кто родители? Где работаю? А я рассказывала. Мне что, жалко? Может я эту женщину, ни когда в жизни не увижу, чего мне скрывать? Ну, доели пирожки, и я стала беспокоиться, где же Артурчик мой? Скоро поезд. Вот и он. Успел. Женщина прошла с нами на перрон. Мы погрузили ящики, и пошли к такси. Артурчик нёс её чемодан. Когда посадили меня в такси, и я сказала, куда мне ехать, то через окно услышала:
    - Молодая, глупенькая, но работящая.
    Машина поехала, и я так и не поняла, что и о ком это?
    На пятый день случилось ЧП. После которого мне пришлось самой два дня закупать и отправлять домой, детские вещи.
    С утра я как обычно пошла к Петровичу, но быстро оттуда ушла. В центре пляжа делали деревянный помост, который на два метра уходил в море. Когда всё было готово, ребята принесли и собрали параплан, как они сказали. Это такой плоский парашют. К нему снизу идут верёвки и называются – стропы. За эти стропы держится человек и опускается сверху на землю. Только здесь не откуда было прыгать. Помост был сделан над водой, сантиметров на двадцать, с него не прыгнешь. Я стояла и смотрела, если ребятам что-нибудь нужно было, я подавала, или носила от одного к другому. Когда они собрали всю конструкцию, то выглядело это красиво. Только не всё понятно. Сзади, за стропы, прицепили широкие чёрные ленты. Подошёл посмотреть даже Петрович. Поговорил с ребятами и ушёл.
    - Девушка, а девушка. Вы не могли бы оказать нам одну услугу.
    - Могу. А что надо делать? Подержать или подать что?
    - Вы и так нам хорошо помогли, но мы хотим большего, и вам будет приятно, и нам реклама. Давайте мы вас бесплатно прокатим на этой штуковине. Люди посмотрят, что это безопасно, раз девушка катается, и к нам пойдут. А мы вас, так отблагодарим, за то, что вы нам помогали. И вот Петрович за вас просит. Соглашайтесь, вам понравится и стоить вам ни чего не будет.
    Я согласилась. Завели моторную лодку, и она ушла вперёд. От лодки до помоста протянута толстая чёрная верёвка. На меня надели различные ремни. Два ремня на ноги, выше колена, вверх к рукам, две широкие лямки. Два ремня на руках. По спине проходят две полосы и под попой ещё одна. Когда летала, то я на ней сидела, на этой полосе. Те, что сзади, поддерживают спину, а за те, что спереди цепляют трос.
    Я встала на помост. Послушала последние наставления, что когда трос натянется, надо слегка подпрыгнуть вверх и всё получится. Впереди заработал мотор на лодке. Ребята подняли парашют. Поднесли его и натянули стропы. Впереди, от лодки натянулся трос, они подбросили вверх парашют. Я подпрыгнула и полетела. Да, как птица. Трос тянул меня вперёд, а парашют вверх. Неописуемо. Я махала руками, смеялась и пела. Чудо. Мы улетели далеко в море. Развернулись и полетели обратно. С высоты мне виден был весь берег, и город, и пансионат, и люди, которые приветливо махали мне, а я им. Это просто чудо. Я такого счастья не испытывала ни когда. Лодка замедлила ход, и я стала опускаться. Как хорошо, та. Я даже не заметила, как ребята сняли с меня ремни. В очереди на полёт, уже стояли люди. Ребята занялись ими, а я побежала рассказать Петровичу, как летала. Его ныряние ни что по сравнению с полётом. Но он был с группой под водой. Я побежала в наш номер, рассказать Алине Сергеевне о том, как это чудесно. Я постучала, и мне открыл Эдем. Он был в трусах, и меня это смутило, но ко мне вышла хозяйка. Я стала рассказывать, как летала. А она только спросила, сколько это стоит? Ответила, что не знаю, меня катали в рекламных целях и за то, что я им помогала всё собирать. Хозяйка махнула рукой и закрыла двери. Я позвонила Артурчику, мы обменялись номерами, но он скинул звонок и перезвонил сам. У него такой тариф, что дешевле звонить, чем мне. И я стала рассказывать, как летала. Я ходила по пляжу, взад и вперёд, и говорила, говорила. Так заболталась, что не заметила, как пришла Алина Сергеевна. Расположилась, как всегда, на шезлонге, и стала загорать. Она вчера меня обозвала негритоской, сказала, что я вся чёрная. А я, когда сегодня переодевалась, и правда заметила, что хорошо загорела. Я ведь целыми днями на пляже, хожу, лежу, подставляю солнышку разные стороны, а когда самое пекло, то мы на рынке. Вечерами опять не печёт, вот и загораю хорошо, не обгорая, как тут, некоторые. Хозяйка тоже не обгорела, но и загара мало. Хоть и мажется разными кремами. Эдем ей ноги и спину растирает, а особенно я удивилась, когда он ей в попу крем прямо на пляже втирал. Как ей не стыдно? Я бы умерла, а ей ни чего, лежит и молчит.
    Всё началось как обычно, к обеду. У построенного помоста стояли в очереди люди, но Алина Сергеевна, успев поругаться, стояла первой.
    - Не уходи, поможешь мне одеть всё это. Не хочу, чтоб меня чужие лапали.
    Но ребята не дали мне помочь. Сказали, что это безопасность клиента, и они не кому не доверяют такое ответственное дело. Когда хозяйка подошла к краю, ей стали говорить инструкции как правильно взлететь и вести себя в воздухе. Ни чего не дёргать, а просто наслаждаться. Но, она как всегда, ни чего не хотела слушать, и сказала, чтоб он замолчал. Сама же подошла к краю помоста. Загудела моторная лодка. Алина Сергеевна прыгнула вперёд и упала в воду. Лодка взревела и рванулась вперёд. Канат натянулся. Парашют резко пошёл вверх. Хозяйку несколько метров протянуло под водой, а потом парашют взлетел высоко в небо с мокрой и орущей женщиной. На воде плавали три, разноцветных треугольничка. Я не сразу сообразила что это, а когда поняла, то с разбегу нырнула в воду. Достала треугольнички из воды и показала парню, который руководил полётами.
    - Это её купальник.
    - Вот что бывает с теми, кто не слушает инструкции и наставления.
    Парень включил рацию:
    - Витя. Витя. Возвращайся. Женщина упала в воду перед полётом и потеряла все свои вещи.
    - Во как. А я-то думаю, чего она там орёт. Но я, ни как не развернусь, пока не выйду в море. Она может упасть с высоты, если сложиться парашют. Ничего, пока она высоко её ни кто не видит, а вот когда спускаться будет, вот тогда вы и думайте.
    Меня катали далеко, а её немного. Как только появилось место для разворота, лодка пошла обратно. Хозяйка была высоко, и её почти не было видно, только слышно. Но по пляжу пролетел слух, что в воздухе голая женщина, люди вставали, прикладывали руку ко лбу и пытались, что-нибудь рассмотреть. Особенно мужчины.
    Лодка сбавила ход. Парашют стал опускаться, всё ниже и всё ближе. Я сбегала к лежаку и взяла плед. Уже стало видно перекошенное лицо хозяйки. Но тут новая неприятность. Алина Сергеевна не сидела спокойно, чтобы нормально приземлиться. Она кричала, ругалась и дёргала за канат. В какой-то момент, когда до берега оставалось уже немного, и все с нетерпением ждали её приземления, трос, от лодки и парашюта к ней, отцепился и упал в воду. Парашют, вместо того чтобы плавно опуститься возле помоста, стал парить сам по себе и повернул в сторону. Ребята из обслуживания, бросились за ним по берегу. Ведь была возможность, что хозяйка ударится о сетку, ограждающую наш пляж. Я тоже бежала за всеми. Ребята на ходу прыгали, пытаясь схватить её за ногу, но парашют как издевался, то поднимался чуть выше, то опускался к самой воде. Люди на пляже смеялись, показывая руками на голую, орущую женщину, летящую вдоль пляжа.
    В это время, я заметила, что Петрович закончил урок ныряния со своей группой, и все вышли на берег. Все, слыша смех и крики, повернулись в сторону парящего парашюта. Ребята стали махать руками. Петрович снял маску и повернулся в сторону, куда все смотрели. И в этот момент его голова вошла ровно между ног Алины Сергеевны. Они упали. Петрович через свои кислородные баллоны, хозяйка сверху, на Петровича. И всю эту пирамиду накрыл парашют. И тишина.
    Парашют зашевелился. Раздались крики Алины Сергеевны. Ребята добежали и подняли парашют. Женщина сидела на поверженном Петровиче и ругалась. Петрович стонал и задыхался между ног женщины, рука была неестественно загнута за спину. Весь пляж смеялся и хлопал в ладоши. Я украла хозяйку пледом и помогла отвязать ремни. Прибежали медики с носилками. Эдем, схватив свои шорты, убежал к машине и вообще уехал. Больше он не появлялся. Хозяйку унесли на носилках, укрыв пледом с головой, в медпункт пансионата. Там она провела два дня, до отъезда. Петровича забрала скорая помощь, у него перелом руки. К вечеру он вернулся, но стал собираться домой, так как учить ребят он не мог, и вместо него пришлют другого инструктора. Сам же он говорил что после того как его напугали женской…., он будет пять лет заикаться и не сможет преподавать.
    Мне пришлось ехать на рынок самой. У Алины Сергеевны началась депрессия. Я думаю, от того, что сбежал Эдем. Он не отвечал на телефонные звонки и не появлялся. Но она сказала, что просто сильно поцарапала ноги об кислородные баллоны и маску, когда врезалась в Петровича. Ей и правда, медсестра йодом всё мазала между ног, но сказала, что если два дня покупаться, то морская вода всё залечит.
    Но Алина Сергеевна стала очень тихой. До отъезда она ни с кем не ругалась, а мне выдавала деньги на покупки и давала устные указания в полголоса.
    Я сама, на маршрутных такси доехала до рынка, сэкономив ещё немного денег. В этот день мы скупились вдвоём с Артурчиком. Я экономила, как могла. Отправила вещи и на маршрутке поехала в пансионат. Сделала полный отчёт о деньгах и покупках. Вечером на пляже и за ужином, только и разговоров было о моей хозяйке. О её голом полёте. Мужчины обсуждали её фигуру и прелести, а женщины – какая он страшная без макияжа. Мне было неудобно, я быстро поела и ушла на пляж. Гуляла дотемна, чтобы в холле ни кого не встречать.
    Утром встала как обычно, вышла на пляж. Но было не привычно пусто. Потом поняла, не было группы Петровича. К десяти и хозяйка не вышла на пляж. Но кругом было тио. Люди стали забывать о вчерашней истории. Пообедав, я зашла за деньгами и новыми указаниями. Хозяйка расстроила меня, что ночью мы уезжаем, точнее рано утром. В четыре часа. Но моя грусть немного развеялась, когда я добралась до рынка и на сэкономленные деньги купила себе кофточку и юбку. Там, правда, было ещё одно платье. Но на него денег уже не хватало.
    По всему рынку только и было разговоров о вчерашнем инциденте у нас в пансионате. Я только радовалась, что меня там ни кто не знает. А истории были разные. В основном пошлые. Как женщина выскочила на мужика из воды и, запрыгнув на него, утопила его нос в своей норке, так что он задохнулся. Или как она упала на него с забора и его голова в неё провалилась. Фу. И главное было море свидетелей и все, всё видели, и рассказывали все, всё разное.
    Тут к нам подошла та полная женщина, что мы позавчера видели на вокзале. Она ходила с нами, помогала выбирать и покупать вещи. Много торговалась. Но всё равно, как я потом не считала, мне не хватило денег на, то вечернее платье, что я видела. А обманывать хозяйку я не буду.
    Когда вещи были погружены в вагон, Артурчик признался, что эта женщина – его мама. Он рассказал ей обо мне, и она пришла посмотреть на меня. Я ей понравилась. И, поэтому он делает мне предложение, выйти за него замуж и остаться жить у них. Я сильно смутилась. Всё это так неожиданно:
    - Артурчик. Ты такой добрый, отзывчивый, ты мне тоже очень нравишься, но я не могу бросить маму, свой дом. Да и свою хозяйку в таком положении. Спасибо тебе за всё и прости, если я тебя обидела отказом.
    Я расплакалась и убежала. Села на маршрутку, сквозь слёзы я видела, что они с мамой стоят на том же месте где я и оставила.
    Вечер и ночь как в тумане. Под утро меня разбудила Алина Сергеевна. Сунула мне в руку мою сумку и свой чемодан. Мы спустились вниз, сели в поджидавшее нас такси и уехали.
    На вокзале хозяйка прошла сразу в вагон и села в купе. Носильщик занёс её чемоданы. Она ходила, расставляя ноги, наверно и правда сильно ударилась. Я встала у окна в коридоре. Ко мне подошла проводница и передала пакет. Я спросила что это? Она сказала что передали. Я достала свёрток из пакета и развернула. Там лежало шикарное вечернее платье, то, что я вчера видела на рынке. Это точно Артурчик. Но как? Я побежала в тамбур. Поезд тронулся. В дверях с флажком стояла проводница. Я выглянула на улицу. В ночи, на перроне стоял он, и махал рукой. Я попыталась ему позвонить, но на счету не хватило денег.
    Всю дорогу я провела в купе, смотрела в окно. Алина Сергеевна листала журналы моды, которых она набрала большое количество. День тянулся очень долго. Сначала с нами ехали два мужчины, но они вскоре сошли и к нам подселили бабушку с девочкой, лет десяти. Я, уступая бабуле, перебралась на верхнюю полку. Там и доехала до нашей станции. Мы прибыли утром. На перроне стоял огромный джип. Носильщик забрал все наши вещи, и даже мою сумку. Всё вынес и сложил в машине. На удивление, Алина Сергеевна шла ровно и прямо. Мы сели в машину и меня первую довезли до дома.
    - Сегодня отсыпайся, а завтра с утра на работу. Послезавтра открытие. У нас много работы.
    Властным голосом сказала хозяйка, и они уехали. Дома уже ни кого не было, и я сама пошла на работу. В магазине и, правда, было жарко. Двери были закрыты. Висело объявление, что скоро открытие. Новые модели. Показ и распродажа.
    Девочки очень обрадовались моему приходу. А я сразу, с головой, окунулась в работу. Это хоть немного меня развеяло. Вечером, уже идя домой, пополнила счёт на телефоне и решила позвонить маме. Обрадовать, что я приехала, а она сказала, что уже знает. Я же сумку свою дома оставила. Она уже и вещи мои перестирала. А новые рассмотрела и ждёт, когда я их одену, чтобы оценить на мне. Всё в радость. Одно омрачило. Не могу дозвониться до своего Артурчика. Не отвечает и всё.
    Два дня подготовки и день распродаж, так меня загрузили, что я раз позвонив и не получив ответ, сразу засыпала. На работе аврал. Очень многое из того что мы привезли, продалось в первый же день. Из детского вообще ни чего не осталось. Я, думая наперёд, выбирала рубашки, брючки, блузки, юбочки и туфельки из расчёта того, что детям скоро в школу. Поэтому этот товар стал самым ходовым.
    А я получила выговор от Алины Сергеевны, что взяла так мало, хотя когда раскладывали товар, она ругалась что я, без её надзора, набрала всякого мусора. И ещё одно меня беспокоило. Маринэ Нарсисян от меня потребовала полного, письменного отчёта о том, что и как было в Одессе. Потребовала ещё в первый день, а я всё тяну, говорю, нет времени. А сама не знаю, как мне быть? Написать всю правду – хозяйка заест. Не писать – Маринэ уволит.
    Вот так, задумавшись, я шла домой. Все проблемы навалились на меня. Артурчик не звонит – может, забыл обо мне как Эдем, о хозяйке. Маринэ требует отчёта. Работы не в про ворот.
    В нашем доме у кого-то праздник. Играет музыка. Слышны громкие голоса. Хм. В нашем подъезде. Ого. И на нашем этаже. Может брат приехал. Мама на пороге. Улыбается. Счастливая. Ну, точно, брат на побывку.
    - Доченька. Сваты приехали.
    - Какие сваты?
    - За тобой. Из Одессы. И жених с мамой. Они тебя с утра ждут. А ты всё работаешь.
    - Артурчик……..

    ______\\\_______

    Через два дня, мы уезжаем. Дневник отдам Маринэ. Пусть читает и делает с ним что хочет. Мне он теперь не нужен. У меня теперь другая жизнь.

    Любви вам. И тем, кто дочитал и тем, кто не смог.
    Счастья и удачи.


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: xax33
    Категория: Приключения
    Читали: 50 (Посмотреть кто)

    Размещено: 13 ноября 2015 | Просмотров: 80 | Комментариев: 0 |
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.