«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 0
Отсутствуют.

Гостей: 14
Всех: 14

Сегодня День рождения:

  •     Alex (14-го, 40 лет)
  •     Chaky_Monk (14-го, 22 года)
  •     leka_bish (14-го, 21 год)
  •     Limar (14-го, 25 лет)
  •     Monk (14-го, 22 года)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1945 Кигель
    Флудилка Поздравления 1668 Lusia
    Школа начинающих поэтов Выразительные средства (ШКОЛА 2) 135 KURRE
    Флудилка На кухне коммуналки 3047 Старый
    Книга предложений и вопросов Советы по улучшению клуба 489 ytix
    Книга предложений и вопросов Неполадки с сайтом? 181 Моллинезия
    Рисунки и фото Цифровая живопись 239 Lusia
    Стихи ЖИЗНЬ... 1615 NikiTA
    Стихи Вам не понравится 35 KoloTeroritaVishnev
    Рисунки и фото Как я начал рисовать 303 Кеттариец

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    Канонир. Часть 1.

    Посвящается моему отцу    

    (история Лоренсо Фернандеса Охеры, 
    рассказанная им самим, записанная и отредактированная  
    его внуком Мигелем в декабре 1745 года)  

     

    Ничто так не изменчиво, как облака, но еще изменчивее очертания скал  

    Виктор Мари Гюго "Труженики моря"  

     

    О, люди! Как жалко мне вас! Если б только вы знали!  
    Какой бы не принял я жертвы во имя людей?  
    Но нет разрешенья для нашей всемирной печали,  
    Как нет окончанья для пенья бездонных морей.
     
    Константин Дмитриевич Бальмонт "Над морем"  

     

     

     

      Я попал на "Георгин" не по собственной воле. Мой отец проиграл крупную сумму одному купцу, каперу в прошлом. Тот в уплату долга взял меня к себе на службу, приставив к старшему канониру в помощники. В возрасте тринадцати лет я впервые покинул родной дом, чтобы следующие три года провести в море.   
     "Георгином" именовался трехмачтовый, каботажный пинас водоизмещением в двести тонн и длинною до ста тридцати футов. 30 августа 1685 года судно взяло курс на Картахену. Матушка крепко меня обняла и благословила. Не выпуская узелка из рук, я смотрел как удалялись знакомые берега.  
         Корабль шел под острым углом к направлению ветра, набирая скорость. "Три румба" - сообщил рулевой. На палубе закипела жизнь. Солнце светило высоко. Тень "Георгина" скользила по поверхности голубой воды, укорачиваясь. Скоро она исчезла. Наступила нестерпимая жара. Капитан, сеньор Игнасио Кассадо, представил меня личному составу. По команде прокатилась волна зычных насмешек. С легкой руки одного из задир, я получил прозвище "дохлый".  
         - Какой из него пушкарь, он ведь и ядра не поднимет! - выкрикнул кто-то.  
         - Молчать! - рявкнул видавший виды торговец - Нашему дорогому Уго нужен толковый помощник.         Стрелков у нас много, а настоящий канонир, знаток артиллерийской науки, только один! Лоренсо в отличие от большинства из вас умеет читать и писать, а также обучен счету.   
        После этой обстоятельной речи, меня отправили в душные недра корабля, поручив определить точно количество всех, имевшихся на борту снарядов с указанием их типов.   
        - На "Георгине" двадцать четыре орудия - говорил Уго, шмыгая приплюснутым носом, -  Из них пушек восемнадцать, а бронзовых кулеврин шесть.   
        Я послушно кивал. Старший канонир оказался наполовину слепым, но тщательно это скрывал. Его секрет открылся мне в попытке усвоения азов Картезиановой системы координат. Уго управлял незаряженной пушкой, попутно с этим объясняя приемы наведения ствола на конкретную цель. Правый его глаз совсем не реагировал на блики, которыми искрилось море.   
         - Итак, слушай внимательно - говорил Уго - Эти два полуядра, соединяемые цепью, называются книппелем. Он используется для поражения рангоута. Соответственно куда ты будешь нацеливать пушку?  
         - В мачты и паруса.   
         - Превосходно...  
         Вечером того же дня новому члену команды устроили обряд посвящения. Мое лицо умыли ромом, после чего заставили меня съесть сырую рыбу. Я сидел на бочке и под всеобщий гомон впился зубами в солоноватую мякоть.   
         - С потрохами ешь! - галдели моряки. Вдруг среди какофонии шутовских возгласов раздался бархатный бас капитана:  
         - Лоренсо! - едва сеньор Кассадо появился, как все умолкли - Дабы ты как можно скорее привык ходить под парусом, назначаю тебе дежурство на квартердеке.   
         Пришлось повиновался. Ночь была теплой и тихой. Мне досталась вахта с четырех до восьми утра. Непривыкший вставать так рано, я все-таки уснул у бизань-мачты, положив под голову уложенный в форме круга трос, укрытый материей. Едва забрезжил свет в предутреннем мареве, как Уго, памятуя о моем легкомысленном возрасте, поднялся на палубу и вылил на меня ушат воды.  
         - Жизнь на судне подчинена правилам, и их необходимо соблюдать!   
       Я почувствовал себя чрезвычайно виноватым, и даже хотел сознаться сеньору Игнасио в своем проступке, но меня отговорили. "Ишь чего придумал!" - буркнул канонир, почесывая пепельные бакенбарды - Капитан спуску не даст. Пять ударов плетью хочешь получить?   
      Ежедневно Уго посвящал меня в тайны пушкарского дела. Он мне объяснил принцип расположения орудий, что такое винград и для чего он нужен, как закреплять тормоза, смягчающие нагрузку на лафет и сокращающие длину его отката, а также многое другое. Я старался разобраться во всех этих премудростях. Причина моей усидчивости была проста. Очень хотелось стать полезным. Лентяю не место на корабле - это вам любой скажет. Работы на мою долю приходилось достаточно. Детским забавам пришел конец. Уже на второй неделе плавания я начал замечать за собой перемены. Занятия геометрией с Уго прибавили мне терпения. Суровая муштра, стала восприниматься мной как нечто, без чего в море трудно будет обойтись. Судно плывет не само по себе, и необязательно туда, куда дует ветер. Управление кораблем -  искусство, результат слаженных действий всех членов экипажа. Однако матросы еще долго не почитали меня за равного.  
      Жизнь на "Георгине" определялась строгим распорядком. На рассвете я проветривал нижние палубы, делал приборку в трюме, натирал до блеска планширь. После завтрака, шел стирать гамаки. Если не занимался с Уго, то помогал корабельному лекарю, сеньору Пабло Оливаресу. Я вел под диктовку его журнал, посвященный изысканиям в области лечения морской болезни. Сеньор Пабло писал крайне неразборчиво, из-за чего сам частенько не понимал собственный почерк.   
         Нескончаемая череда дел и занятий не оставляла и пары минут на роздых. Лишь к вечеру темп жизни замедлялся. Я лежал на сушеных морских водорослях, предаваясь мечтам о доме. Злился на отца. Тосковал по нежным рукам матери. Иногда плакал. Тем не менее, бьюсь об заклад, никто не видел моих слез.   
         В море время ощущается по-особенному. Когда на многие мили вокруг, куда бы ты ни глядел, наблюдается одна и та же картина, невольно перестраиваешься на новый лад. В движениях становится меньше суеты. Подмечаешь в воде незнакомые доселе оттенки. Корабль меж тем перестает быть просто кораблем. Шум ветра в парусах, треск туго натянутого каната, пение волн сливаются в музыку. И есть в ней что-то неуловимо знакомое. Словно издревле между морем и человеком наличествует связь, которая дает себя обнаружить лишь в этих мимолетных звуках.  
         Накануне прибытия в Картахену сеньор Кассадо затеял привести "Георгин" в подобающий для торгового судна вид. Несколько ловкачей мыли мачты, перемещаясь по снастям с проворством обезьян. Капитан шутливо спросил, не желаю ли я присоединиться. Вызов был принят.     Стремление заслужить похвалу и уважение команды питало мою решимость. Меня вооружили тряпицей, пропитанной раствором масла и уксуса. Первые шаги давались непросто, но потом я приноровился подниматься по выбленкам. Свою оторопь одолел, как только добрался до марса.                Оттуда открывалась восхитительная панорама. Ветер крепчал. От высоты захватывало дух. Осторожно передвигая ногами по перту, я обхватил рею одной рукой и в таком положении начищал дерево, удаляясь от грот-мачты вправо. Внизу кричали и присвистывали. Медленно, но верно я добрался до нока, и ухватившись за брас, перемахнул на другую сторону. На секунду мой взгляд остановился на черной точке у горизонта. Сомнений быть не могло.  
      - Там корабль! - воскликнул я. Команда мгновенно засуетилась. Сеньор Игнасио подбежал к бушприту с подзорной трубой. Примерно с минуту он всматривался в даль. Матросы замерли в ожидании.   
         - Золотые лилии. - сухо констатировал он - Думаю, разведчик.   
        Капитан ошибался. Французский двухмачтовый бриг шел "Георгину" наперерез, вызывая того на бой.  Уго подал сигнал готовить пушки. Действовать нужно было быстро. Я спустился на палубу. Старший канонир взял меня под свою опеку. Мы заняли 24-фунтовую кулеврину в одном из опердек-портов. Вскоре к нам присоединился еще один член команды, стрелок Касимиро. Именно ему я был обязан обидным прозвищем.  
         - Если дохлый с нами, то не пропадем - незлобно изрек мой собрат по оружию. Рулевой отвел корабль в сторону, дабы предоставить нам возможность обстрелять неприятеля с левого борта. "Готовь бомбы." - кивнул мне Уго. Сеньор Кассадо, как никто другой, знал, как сражаются корсары. Поэтому предпочел действовать их же методами. Единственное, чего он действительно опасался так это абордажа. Хороших фехтовальщиков на борту "Георгина" можно было пересчитать по пальцам.   
       Противник произвел предварительный залп из погонных орудий. Снаряды с характерным хлюпаньем упали в воду на расстоянии десяти ярдов от нашего корабля. Капитан не желал затяжной схватки. Он рассчитывал в скорости пройти мимо французов, пушечным залпом повредить такелаж, чтобы начался пожар. Одновременно с этим предполагалось точечными выстрелами кулеврин поразить предполагаемые места хранения пороха. В случае взрыва, "Георгин" сразу скорректирует курс и ретируется по направлению к Новой Гранаде. Картахена находилась меньше чем в одном дне пути и шансы повстречать испанский патруль росли с каждой пройденной милей. Если взрыва не произойдет, а пламя под вымпелом золотых лилий даст себя потушить, то придется зайти на второй круг и повторить обстрел.    
      Между тем, бриг лихо рассекал волны. Промедление было недопустимо. Уго и я ухватились за подъемные клинья и настроили кулеврину на нужную нам высоту. Затем с помощью рычагов навели орудие на фок-мачту. Касимиро поджег фитиль бомбы и опустил снаряд в дуло. Напряжение нарастало. Враг приближался, открыв крышки орудийных портов. Оттуда высунулись черные стволы пушек. На секунду страх парализовал меня.  
          -Чего встал!? - закричал старший канонир. Порох в затравочном отверстии зашипел. Инстинктивно я прижал руки к ушам. Раздался выстрел. Кулеврину слабо тряхнуло. Лафетная рама затрещала, но выдержала. Уроки Уго не прошли зря. Команда последовала нашему примеру. Зазвучала оглушительная пушечная канонада. Рой чугунных ядер устремился в сторону французов. "Георгин" обволокло облако дыма.  Сквозь него я пытался разглядеть куда угадила подожженная Касимиро бомба. Спустя пару мгновений, мы увидели, как она, продырявив нижний парус, врезалась в шпор, надломив мачту у самого основания. Прогремел взрыв. Несколько человек отбросило за борт, туда же падала и подбитая нами мачта. Остальные снаряды не нанесли кораблю существенного урона. Недаром, капитан сетовал, что настоящий канонир на пинасе только Уго. Два стрелка взяли выше, чем нужно. Снаряды трех так и вовсе не долетели до цели. Некоторым повезло больше. Одно ядро зацепило гафель грот-мачты, другое прошло навылет через фальшборт, а прочие, пробив обшивку корпуса попали или в жилую палубу, или в трюм.  
      - Сейчас будет залп! Ложись! - заорал канонир. Не успел я опомниться, как Касимиро повалил меня, придавив всем телом.   
       Засвистели ядра. Дерево разлеталось в щепки. Вокруг слышались крики боли. В ужасе я зажмурился. Голова разрывалась от грохота, смешавшегося с человеческими стонами. Лишь морская хлябь была невозмутима.   
      Французы оказались куда точнее нас, но стараниями рулевого удалось вывести "Георгин" из-под огня и обойтись малыми потерями. Противник стрелял кучнее. Изрешетил борт и обезвредил пару пушек. Досталось и грузу, который мы везли. Даже каюта капитана пострадала. Подхватив попутный ветер, наш корабль поспешил пустится наутек.   
         Касимиро поднялся, отряхиваясь от древесной пыли. Далее помог мне встать. Рядом стенали раненные. Один волочил сломанную ногу, бранясь и требуя врача. Другой с залитым кровью лицом откинулся на опрокинутую пушку и кашлял не переставая. Возле него багрово-красным месивом алели остатки тех, кому повезло меньше.   
         - Нужен еще один выстрел. - с досадой произнес Уго - Чтоб наверняка. Лоренсо, отыщи скорей капитана и скажи ему, пусть отдаст приказ на сближение.   
          Я взбежал на верхнюю палубу. Сеньора Игнасио нигде не было видно. Царила неразбериха. Кто-то боролся с пламенем, охватившим нижний косой парус. Двое матросов пытались освободить товарища из-под обломков.  Доктор Оливарес перевязывал пострадавших. В паутине теней, отбрасываемой снастями лежали трупы. Мне стало не по себе. Двумя часами ранее я вместе с ними мыл мачты под одобряющие выкрики тех, кто был внизу.   
       Капитан появился из ниоткуда. Его лицо, прежде энергичное и волевое, было омрачено смесью злобы и усталости. Не дав мне договорить, он рявкнул: "Уго совсем вышел из ума! Вы оба смерти хотите? Ты только посмотри, что они сделали с кораблем! Мы отходим!". Перечить сеньору я посчитал крайне неблагоразумным.   
          Со сломанной мачтой бриг не мог нас преследовать, но старшего канонира это мало успокаивало.  
          - Трусость часто притворяется здравым смыслом - заключил Уго - Небольшое судно в испанской акватории, которое настойчиво ищет битвы...обыкновенный французский капер? Вряд ли. Думаю, корсар поджидал какой-то конкретный корабль, спутал его с нашим и навязал бой. Затем, когда понял, что "Георгин" - не то, что он ищет, слегка замешкался. Именно поэтому нам удалось атаковать первыми. Француз уступил ход, надеясь, что мы проплывем мимо.   
         - Я нанял тебя не для того, чтобы ты строил предположения - отрезал сеньор Кассадо. - Если его ядра действительно предназначались ни мне, то мы здорово облегчили кому-то жизнь. И этого достаточно - капитан повысил тон, свидетельствуя о прекращении неугодного разговора.  
          - Что тебя беспокоит? - полюбопытствовал я у наставника - Все же обошлось.  
          - Не так давно один пьяница в Санто-Доминго рассказал мне странную историю. Якобы два предприимчивых голландца промышляют разбоем, периодически меняя флаги на своих судах. Причем, плавают они не вместе, а как будто бы порознь, на незначительном расстоянии друг от друга. Один на фрегате, другой то ли на бригантине, то ли на шхуне. Тот, что на корабле поменьше затевал затяжной бой с интересующим кораблем, а его компаньон появлялся чуть позднее и завершал начатое. Многие полагают, что между капитанами этих судов общаются между собой посредством системы сигналов.  
         - И?  
     - Бригантина вполне может оказаться бригом, а сегодняшние французы - голландцами. Это приманка, главная цель которой задержать нужное судно. Загвоздка в том, что "Георгин" не был нужным судном. Торговцев берут на абордаж, а не обстреливают издалека так, чтобы потопить.Ты спрашиваешь, о чем я беспокоюсь. Отвечаю. Как бы не началась на нас охота. Бриг не уничтожен. Одного взгляда в подзорную трубу достаточно, чтобы заметить название нашего корабля.      Я очень хочу ошибаться, но если дела обстоят так, как я думаю, и мы впрямь помешали предприимчивым минхерам, то нам следует повременить с отплытием из Картахены или направиться далеко на Запад и торговать до полугода там, желательно сменив название корабля, а лучше судно.   
      Меня напугали слова Уго. Перспектива быть вовлеченным в разборки морских разбойников абсолютно не привлекала. Я занялся подсчетом убытков. Работа помогла ненадолго прогнать тревожные мысли. Капитана итог не обрадовал. Из четырнадцати мешков с пряностями уцелело всего шесть. Разномастные порошки, высвободившись из джута, разлетелись радужной пылью по кораблю. Въевшись в дерево, их аромат щекотал ноздри. Просыпавшаяся куркума окрасила парусину в бледно оранжевый цвет, на атласе осел красный перец, а хлопок вообще превратился в непонятное месиво несочетаемых тонов, принадлежащих мускатному ореху, шафрану, кардамону и чему-то еще. Двадцать ящиков чая разбились вдребезги. Три бочки вина лопнули, зато кофе не пострадало. Восемнадцать погибших и двадцать раненных.  
      Остаток пути я провел, смывая кровь с палуб. Тоска, куда сильнее той, что сопровождала меня первую неделю плавания, навеяла тревожные мысли и предчувствия.   
         - На краю пустыни жил человек по имени Аббас.  - за моей спиной стоял сеньор Пабло - Его величали не иначе, как мудрейший Аббас. Со всех концов пустыни собирался люд, столпившись у жилища мудреца, в ожидании своей очереди задать вопрос. Ему были ведомы тайны природы и человеческой души. Он предотвращал войны, разрешал споры, казавшиеся неразрешимыми, наставлял юных. И не было вопроса, на который мудрец не знал бы ответ. Все изменилось, когда на пороге его дома появился странник с просьбой предоставить ночлег. Аббас слыл человеком гостеприимным, поэтому не мог отказать путнику. За трапезой тот узнал в своем благодетеле легендарного мудреца. "У меня с собой много золота" - сказал странник - "Позволь задать вопрос, если ответишь, то получишь все до последней монеты. В противном случае, я заберу у тебя верблюда". Аббас не соблазнился богатствами, но принял вызов.   
         - Что такое море? - спросил путник.  
         - Я никогда его не видел - произнес мудрец - Но мне известно, что море есть вода, много воды. Это пустыня, где вместо песчинки дождевая капля.  
         - Не соглашусь, мудрейший Аббас. Будь море водой, его можно было бы пить.   
        Странник покинул дом мудреца на рассвете с навьюченным верблюдом. Аббас не поверил гостю, но признал поражение потому, что не имелось аргументов, могущих опровергнуть слова путника. Утром следующего дня мудрец отправился через пустыню, чтобы воочию увидеть море и убедиться в своей правоте. Неделю, может больше длилось это путешествие. Аббас вышел к побережью утомленный и измученный. Он умирал от жажды. Упав на колени перед прибоем, мудрец сложил ладони в чашу и стал пить, но с каждым глотком жажда его не угасала, а наоборот усиливалась. "Прав был мой гость" - подумал Аббас. Мудрец в отчаянии закричал, обращаясь к морю: "Что ты такое!? Ты не вода, тебя нельзя пить. Ты и не соль, тебя не добавишь в пищу.". Он завороженно смотрел на волны и то, как в неверном свете солнца искажаются их очертания.   
         - Я отражение небес - мурлыкало море - А суша - облаков. Коль ты действительно мудрец, пойми, что мир таков. Есть две бескрайних синевы и человек меж них. Все прочее лишь миражи, как и текущий миг.   
         Аббас поцеловал белесую морскую пену, обратившуюся в песок и умер с улыбкой на устах.  
         Я отжал тряпку.  
      - Старая альмохадская легенда - резюмировал доктор Оливарес - Я услышал ее ребенком, когда жил в Севилье. Там еще остались люди, считающие себя потомками великих мавров.  
         - И в чем ее смысл?   
         - В мире много вещей, которые не постичь. У смерти и моря общая мать.   
         - До сегодняшнего дня я никогда не видел, как кто-нибудь умирал.  
         - Знаю, ты опечален. Позволь, я дам тебе совет. Если случается несчастье - не ищи его причину. Не пытайся разобраться, почему случилось именно так, а не иначе. Не надо. Только рок ведает, что творит. Он общается на языке, какой нам никогда не усвоить. По крайней мере научными методами. Не пытайся постичь непостижимое.   
         Подходящих слов не нашлось. Вода в ведре превратилась в грязное, прелое вино. Другие матросы давно закончили с этим неблагодарным делом. Один я почему-то медлил. В голове все перемешалось. Человек, что это? Масса, которую я выбрасываю за борт, привлекая акул? Или чудо божие?
         Между прочим, будь судьба менее благосклонна, я бы оказался в числе павших, и уже кто-то другой выполнял бы мою работу. Пушечное, равно как и ружейное дуло не признает различий между мишенями.

     


    +10


    Ссылка на этот материал:


    • 100
    Общий балл: 10
    Проголосовало людей: 1


    Автор: Святослав Васильев
    Категория: Приключения
    Читали: 78 (Посмотреть кто)

    Размещено: 27 октября 2016 | Просмотров: 177 | Комментариев: 6 |

    Комментарий 1 написал: Ivan_Al (28 октября 2016 20:16)
    Любопытное произведение. В общем, понравилось. Продолжение планируется?


    Комментарий 2 написал: octopussy (28 октября 2016 21:38)
    Приветствую, Святослав! Ну что, вполне профессионально и интересно. Если будете публиковать продолжение, с удовольствием почитаю. Если нет- расскажите о планах, интересно)

    А, все! Прочитала аннотацию - жду продолжения!)


    Комментарий 3 написал: Святослав Васильев (29 октября 2016 11:25)
    Спасибо за комментарии. Да, продолжению быть! Все уже готово) Не захотел выкладывать все за раз, чтобы не захламлять ленту произведений. Скоро опубликую вторую часть.


    Комментарий 4 написал: Алина Игоревна (5 ноября 2016 15:00)
    Здравствуйте, Святослав. Я видела, что в комментариях отзывы на ваше произведение лестные. Вот заглянула наверно убедиться.
    Действительно, интересно. Сейчас, пожалуй, мало такой литературы. Напомнило "Морского волка", Лондона.) По сюжету: пока мне очень нравится, захватывающе, довольно и описания, и действия. Я в этом во всём вообще не разбираюсь, так что в дальнейшем комментариев по поводу "морской составляющей" не ждите biggrin
    Я девчонка противная, увидела несколько ошибок, которые, скорее всего, были допущены по торопливости или невниманию.
    Не выпуская узелка из рук, я смотрел как удалялись знакомые берега.

    После "смотрел" зпт.
    поручив определить точно количество всех, имевшихся на борту снарядов с указанием их типов.

    Зпт после "всех" является лишней. Если вы хотели обособить причастный оборот, то в нынешнем положении это делать не нужно, так как главное слово стоит после. Вот если бы было "Снарядов, имевшихся на борту"... Короче говоря, вы поняли :)
    - Итак, слушай внимательно - говорил Уго

    Я не поняла, ошибки в постановке знаков препинания при написании прямой речи - результат опечаток? Потому что в целом-то текст довольно грамотный, видно, что человек читающий.
    Здесь, после "внимательно", зпт. Я просто напомню:
    - П! - а
    - П? -а
    - П, - а
    - П, - а. - П
    Где П- прямая речь, а А - слова автора. Я думаю, вы всё это знаете, поэтому просто обращу внимание, что по тексту такое есть.
    Соответственно куда ты будешь нацеливать пушку?

    После "соответственно" зпт.
    Непривыкший вставать так рано, я все-таки уснулубизань-мачты

    "Не" с причастием в данном случае пишется раздельно, а после "рано" зпт лишняя, ситуация та же, что и с "имевшихся" :)
    Я почувствовал себя чрезвычайно виноватым, и даже хотел сознаться сеньору Игнасиов своем проступке, но меня отговорили.

    После "виноватым" зпт лишняя.
    "Ишь чего придумал!" - буркнул канонир, почесывая пепельные бакенбарды- Капитан спуску не даст. Пять ударов плетью хочешь получить?

    Здесь я не поняла, рано поставили кавычку?)
    Суровая муштра,стала восприниматься мной как нечто, без чего в море трудно будет обойтись.

    После "муштра" лишняя зпт.
    Судно плывет не само по себе, и необязательно туда, куда дует ветер.

    После "себе" зпт линяя.
    Медленно, но верно я добрался до нока, и ухватившись за брас, перемахнул на другую сторону.

    Произошли небольшие непонятки с деепричастным оборотом. Зпт должна быть после "и" и после "барс". Перед "и" зпт не нужна, так как "добрался и перемахнул" - однородные сказуемые, связанные союзом.
    - Золотые лилии. - сухо констатировал он - Думаю, разведчик.

    Ну вот, как я говорила, снова с прямой речью, посмотрите :)
    Единственное, чего он действительно опасался так это абордажа.

    После "опасался" зпт.
    Между тем, бриг лихо рассекал волны.

    "Между тем" - не является вводными словами, не обособляются, здесь = тем временем. Зпт лишняя.
    -Чего встал!?

    При сочетании вопросительного и восклицательного знаков вначале ставится основной знак, указывающий на цель высказывания, - вопросительный, а затем - восклицательный знак.
    Спустяпару мгновений, мы увидели, как она, продырявив нижний парус, врезалась в шпор, надломив мачту у самогооснования.

    После "мгновений" лишняя зпт.
    Недаром, капитан сетовал, что настоящий канонир на пинасе только Уго.

    Зпт после "недаром" тоже лишняя.
    Подхватив попутный ветер, наш корабль поспешил пустится наутек.

    "Пуститься"
    По крайней мере научными методами.

    "По крайней мере" - в данном случае обособляется.
    Ну вот, в общем, всё, что мне попалось. Обязательно буду читать дальше.



    --------------------

    Комментарий 5 написал: Святослав Васильев (6 ноября 2016 09:03)
    Цитата: Алина Игоревна
    Ну вот, в общем, всё, что мне попалось. Обязательно буду читать дальше.


    Спасибо большое за отзыв и выявленные недочеты! Я вам очень признателен!


    Комментарий 6 написал: anuta (18 марта 2018 23:42)
    victory



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.