«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 0
Отсутствуют.

Роботов: 2
GooglebotYandex

Гостей: 12
Всех: 14

Сегодня День рождения:

  •     GorbunS (15-го, 29 лет)
  •     ilyad_2000 (15-го, 40 лет)
  •     LegTar (15-го, 36 лет)
  •     roosevelt (15-го, 24 года)
  •     SvetKon15 (15-го, 67 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1946 Кигель
    Флудилка Поздравления 1670 Alex
    Школа начинающих поэтов Выразительные средства (ШКОЛА 2) 135 KURRE
    Флудилка На кухне коммуналки 3047 Старый
    Книга предложений и вопросов Советы по улучшению клуба 489 ytix
    Книга предложений и вопросов Неполадки с сайтом? 181 Моллинезия
    Рисунки и фото Цифровая живопись 239 Lusia
    Стихи ЖИЗНЬ... 1615 NikiTA
    Стихи Вам не понравится 35 KoloTeroritaVishnev
    Рисунки и фото Как я начал рисовать 303 Кеттариец

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    27. ПОВЕЛИТЕЛЬ МОРЯ

    26.

    Легкий морской бриз, сопровождавший всадников в городе, остановился на границе тропических джунглей, обступивших вымощенную камнем дорогу. Влажный тяжёлый воздух, пропитанный запахами зелени и гнили вместе с тучами летающих кровососущих тварей облепили людей и лошадей. На неширокой дороге свободно могли двигаться рядом лишь две лошади, поэтому пятидесяти двух членный отряд сам по себе разделился на пары и длинной сине-чёрной змеёй растянувшись по дороге, споро продвигался вперёд. Лошади, которым мошкара досаждала не меньше, чем людям, сами перешли на рысь, надеясь как можно скорее покинуть этот пугающий своей густотой и доносящимися из него звуками лес. Во главе колонны ехали Анри и дон Себастьян, а за ними лейтенант Мигель Контрерас и доктор.

    Анри, научившийся верховой езде у Фернандо, ловко управлял лошадью ногами, придерживая поводья левой рукой у седла, а правой отгоняя норовящую влететь в глаза и нос мошкару. Погружённый в думы о том, что ждёт их на асьенде сеньора Эухения, а затем и на его земле, где рядом с каменным долом располагались бараки рабочих каменоломни и завода по резке камня, а также жилища охранников и дом управляющего, о судьбе их самих и семьи управляющего, Анри не сразу заметил вышедшего из тени леса на дорогу крепкого, коренастого индейца, держащего на руках безжизненно свисавшее тело юноши. Он резко остановил лошадь, поставив её на дыбы и оглянулся. Дон Себастьян, не перестававший внимательно следить за дорогой и, по мере возможности, за её околицей, остановился немного раньше и удивлённо смотрел на манёвры своего спутника. Подтянулись и остальные, постепенно заполняя пространство вокруг командиров и возникших, словно ниоткуда, индейцев. Услышав сзади звенящий звук вынимаемой из ножен боевой шпаги, Анри обратился к глядящему на дона Себастьяна индейцу на майя:

    - Маашеч?

    Индеец, одетый в грубые холщовые штаны, подпоясанные широким красным поясом с вытканными оранжево-жёлтыми узорами, украшенный бахромой из перьев и сандалии из хенекена, [83 привязанные к его щиколоткам тонкими кожаными ремнями, перевёл взгляд на говорившего и не спеша стал рассматривать Анри. Его изрезанное морщинами лицо и чёрные, как смола, длинные, заплетённые в косы и уложенные вокруг головы волосы с прожилками седины, говорили о многих десятках пережитых им сезонов дождей, а его цепкий пытливый взгляд выдавал в нём человека, умудрённого жизнью. Время от времени индеец переводил взгляд с Анри на дона Себастьяна, явно сравнивая видавший и лучшие часы колет Анри с расшитым золотом тёмно-синим кафтаном дона Себастьяна. Видимо, решив, что главный тот, что одет богаче, а тот, что заговорил с ним лишь переводит для своего господина, индеец снова упёр взгляд в дона Себастьяна и ответил на хорошем испанском:

    - Я знаю твой язык, ты можешь говорить со мной без посредника, сеньор.

    - Мой сеньор проявил уважение, обратившись к тебе на твоём языке, а ты оскорбляешь его, не ответив, - гневно проговорил дон Себастьян, нахмурившись.

    Старик смутился и, виновато опустив голову, снова повернулся к Анри:

    - Прости сеньор. Я не желал тебя обидеть, приняв за толкователя. Я не встречал сеньоров, знающих майя.

    - Ты всё ещё не ответил мне кто ты, а я хочу знать и то, кого ты несёшь и куда держишь путь, - строго, но без тени обиды сказал Анри.

    - Называй меня Хуан – это имя мне дали при крещении. Я жил в деревне Печтун-Ха, названной так потому что там раньше был город из камня. Но сейчас моей деревни больше нет. Как нет и её жителей. Этот мальчик – мой внук. Он умирает. Но он знает то, что может остановить новую войну между майя и твоим народом, сеньор. Потому я несу его туда, где такие как ты смогли бы его услышать. Но я опоздал.

    Услышав эти слова, Анри повернулся назад, зная, что там должен быть Антонио, но тот уже успел соскочить с коня и пытался отвязать свой мешок. Как только это ему удалось, он протиснулся сквозь плотный ряд солдат и подошёл к индейцу:

    - Я доктор, я могу помочь твоему внуку, если ты позволишь мне осмотреть его.

    Старик осторожно уложил неподвижное тело на обочину дороги и отошёл на шаг назад. Анри тоже соскочил с лошади и подошёл к Антонио, склонившемуся над юношей. На его голом теле, прикрытом лишь красной вышитой маштлатль, [84] Анри не заметил ран, но бледное лицо, острые черты, впавшие глаза, синеватые губы и пальцы рук даже ему, человеку, далёкому от лекарских наук, но не раз видевшего смерть на поле боя, говорили о том, что мальчишка потерял много крови. Опытные руки хирурга быстро нашли под рёбрами юного индейца узкий, почти не заметный след, который могли оставить лишь дага или стилет…

    В этот момент юноша открыл глаза, обвёл склонившихся над ним мужчин мутным, не видящим взглядом и с его растрескавшихся губ сорвалось едва слышное:

    - Тжа.

    Антонио непонимающе оглянулся на Анри, но тот услышал слова умирающего и, повернувшись к солдатам, бросил:

    - Воду!

    И сразу же несколько человек кинулись к нему с небольшими анкерками на двенадцать картийо. [85] Приняв бочонок от первого из подбежавших, Анри вытащил деревянную затычку и подал его доктору. Антонио, пока подоспевший дед поддерживал голову внука, осторожно, тонкой прерывистой струйкой, лил воду на губы юноши. Сделав несколько судорожных глотков, раненый вдруг резко дёрнулся, застонал и снова потерял сознание. Вернув бочонок солдату, Антонио приложил ухо к груди умирающего и замер. Спустя несколько минут он поднял голову и взглянул на старика, присевшего на корточки в изголовье внука и всё ещё поддерживающего на ладонях его голову:

    - Мне очень жаль, но уже слишком поздно. Я не могу спасти его. Всё, что я могу для него сделать – это облегчить его страдания с помощью лекарства, убирающего боль и приносящего умиротворяющий сон.

    - Нет, - твёрдо сказал индеец, - когда духи наших предков придут за ним, он не должен быть одурманен!

    - Увы, похоже, это будет очень скоро, и он уже не успеет сказать мне то важное, что должен, - в спокойном голосе Анри проскользнуло сострадание. Он видел очень много смертей и убивал сам. Он привык к костлявой старухе, как и все находящиеся тут мужчины, но смерть молодых, ещё не познавших жизнь, не оставляла его безучастным.

    Оглядевшись, Анри подошёл к Себастьяну и тихо приказал тому устроить привал. И тут же громкий и сильный голос капитан-лейтенанта приказал всем спешиться. Вытащив шпаги и сабли, солдаты стали прорубать наступающие на дорогу джунгли, чтобы сделать место для бивака.

    Старый индеец молча, и, казалось, равнодушно, наблюдал за действиями испанцев. Перебравшись под молодое, но уже плотно овитое лианой, дерево, он сидел, облокотившись о его ствол и положив голову внука на свои вытянутые ноги. Анри отвязал от седла собранный для него слугой Фернандо мешок с провиантом, окрикнув доктора и дона Себастьяна, он махнул им рукой, приблизился к индейцам. и, бросив под себя плащ, сел рядом. Когда подошли Антонио и Себастьян, Анри уже вытащил из мешка хлеб, сыр и кусок колбасы. Подошедший первым капитан-лейтенант тоже уселся на свой плащ рядом с другом и поставил на землю принесённый анкерок с водой. Доктору досталось место напротив Анри и Себастьяна.

    Нарезав дагой хлеб, сыр и колбасу, Анри равными долями разделил их на всех, не забыв и старого индейца, но, вовремя вспомнив рассказы монаха-францисканца о нелёгких путях становления доверия между двумя народами, снял сыр [86] и поделил его между Антонио и Себастьяном, предложив индейцу лишь хлеб и колбасу. Удивлённый такой невиданной щедростью, старик не сразу взял из рук испанского сеньора предложенную еду. Но по тому, как дрогнули его руки, принимающие угощение, Анри подумал, что старик не ел уже давно.

    Ели молча, но неторопливо, время от времени запивая щедрость Фернандо его же бутылкой вина, пуская её по кругу, но минуя индейца. Солнце ещё не добралось до зенита, но уже знатно припекало, немного уменьшив количество продолжающих наседать несносных насекомых.

    Закончив трапезу, по кругу пустили и анкерок с водой. В этот раз не забыли и старика. Оглядевшись, Анри видел, как еда и жара разморили людей и они, утомлённые часовой тряской в седле и замученные проклятой мошкарой, буквально устлали своими телами очищенный от леса участок, стараясь использовать каждую минуту отдыха, выпавшего им таким неожиданным образом.

    - Так что же такого важного твой внук должен был сообщить мне? – повернулся Анри к майя.

    - Он видел, кто убил всех людей в нашей деревне, - сказал старик и положил ладонь на голову мальчишке, когда тот вдруг снова резко дёрнулся и слабо застонал.

    - Ты знаешь? – не выдержав долгой паузы, поторопил Анри индейца.

    - Нет. Но я знаю, что это не были испанцы. Они были одеты, как испанцы, у них было испанское оружие, но они говорили не на испанском.

    - Это то, что рассказал тебе внук? – Анри напрягся, где-то внутри своего сознания чувствуя, что это действительно очень важная информация и что она может пролить свет на причины нападения индейцев на асьенду. Краем глаза Анри заметил, как замер дон Себастьян, внимательно вслушиваясь в слова старика.

    - Расскажи всё, что знаешь! – приказал он индейцу.

    - Я не был в деревне. Наш колдун, - старик вдруг замолк и покосился на Анри, опасаясь, что сказал лишнее, но, осознав, что теперь, когда в живых остался лишь он, это уже не имеет значения и горько усмехнувшись, продолжил: - послал меня в лес за особыми кореньями. Я искал их три дня, а когда вернулся, то увидел пепел на месте наших хижин. И всех людей нашего племени. Они были мертвы. Их тела уже начали разлагаться. Вместо хижины, где жила моя семья, был только пепел. Упав на колени над телом сына, я стал призывать духов наших предков отомстить тем, кто это сделал. Среди трупов я нашёл несколько солдат, одетых, как и вы. Я уверился, что это были испанцы, - старик повернул лицо к Анри и в пристально посмотрел ему в глаза. Я решил идти к ица, в Эйшекиль, чтобы вместе с ними бороться против вас, пришельцев, которым мы покорились, приняли законы и веру, но кто пришёл и убил всех жителей деревни без всякого повода. Но когда я уже собрался уходить, я услышал, как кто-то зовёт меня. Вначале я даже подумал, что это духи пришли за мной, но потом я узнал очень слабый голос Быстроногого Оленя, - с этими словами суровый старик с невероятной нежностью глянул на внука и, положив вторую руку ему на лицо, прикрывая от мошкары, продолжил:

    - Он звал меня, укрываясь в кустах.

    Старик снова умолк, так как в этот момент юноша забился в агонии. Антонио рукавом вытер на груди проступившую по всему телу умирающего испарину и приложил ухо к сердцу. Через некоторое время он поднял голову и с сосредоточенным видом стал рыться в своём лекарском мешке. Выловив из его недр небольшую коробочку, доктор аккуратно открыл её и достал маленькое зеркальце в бронзовой оправе. Снова наклонившись над молодым индейцем, Антонио поднёс зеркальце к его посиневшим губам и долго рассматривал блестящую серебром поверхность. Старый индеец сидел, не двигаясь, лишь по тому, как каменело его лицо, можно было догадаться, какая боль всё сильнее и сильнее сжимала его сердце.

    - Его душа покинула тело, - сказал доктор, выпрямившись и пряча зеркальце обратно в коробочку, а затем в мешок.

    - Если он был крещёным, скажи нам его имя, и мы помолимся за его душу, - поднимаясь, сказал Анри, снял шляпу и перекрестился.

    Доктор последовал его примеру, однако, так же вставший дон Себастьян не спешил обнажать голову, но, поймав на себе удивлённый взгляд Анри, всё же снял шляпу, поспешно перекрестился и вернул её на место.

    - При крещении единственный сын моего сына получил имя святого, в чей день его крестили. Так что помолитесь за Себастьяна. Падре Сальватор сказал, что мальчику повезло, что это очень сильный святой и что он обязательно защитит его, - старик криво усмехнулся.

    - Падре не солгал тебе. Это очень сильный святой, но он защищает воинов, а не крестьян, - встал на защиту своего святого дон Себастьян.

    - Нет, сеньор. Это ваши святые, потому они и не будут защищать нас, - старик поднялся и взял на руки тело внука.

    - Тогда почему же вам не помогли духи предков? – спросил Анри, чувствующий досаду от очередной задержки.

    - Потому что мы предали их, приняв вашу веру и перестав исполнять наши обряды.

    Да, в словах старого индейца была железная логика, но у Анри было, что ему ответить:

    - Думаю, ты прав, старик. Но лишь в том, что вы предали своих богов, а христианские святые не помогают вам лишь потому, что вы их не считаете своими. Вы как пчёлы, которых заставили покинуть дупло в лесу, но в предложенном им надёжном улье не остались, зависнув между старым, куда уже не вернуться, и новым, которое вы не приняли. Так что не оскорбляй недоверием тех, кого не познал. Лучше пошли, предадим тело упокоившегося слугу божьего Себастьяна земле, а его душу, по христианскому обычаю, богу.

    Старик слушал внимательно, вникая в смысл сказанного. Его умные тёмные глаза оживились:

    - Да, сеньор. Как пчёлы, потерявшие своё дупло и не научившиеся жить в ульи. Но если вы отправите сейчас его душу, - старик прижал к себе тело юноши, - что будет он там делать один?

    - Почему один? – удивился Антонио.

    - Разве нужны мёртвые пчёлы кому-нибудь, чтобы брать их в улей?

    - Господь милосерден, он прощает своих детей неразумных, заблудших в ереси, - с непоколебимой уверенностью ответил доктор и показав рукой на землю, строго продолжил: - клади его тут, я подготовлю тело к погребению, а ты иди рыть могилу.

     

    Пояснения.

     

    [83] Хенекен - вид травянистых растений из рода Агава, До сегодняшнего дня культивируется, в основном, в Восточной Мексике и на Кубе ради грубого белого волокна, получаемого из листьев.

    [84] Маштлатль - набедренная повязка, представлявшая собой длинную тканую ленту, проходящую между ног, опоясывавшую живот и закрывавшую половые органы, при этом два длинных конца, украшенных перьями, свисали спереди и сзади.

    [85] 12 картильо – 6 литров.

    [86! Анри имеет ввиду историю, рассказанную ему монахом-францисканцем о реальном событии, случившимся ещё в XVI веке. После сильного урагана, последствия которого устраняли вместе испанцы и майя, испанцы устроили угощение индейцам, где, кроме иного, были молочные продукты и, прежде всего, гордость колонистов – сыры местного производства. На следующий день индейцы переживали сильное отравление, для многих из них окончившееся смертью и, конечно же, обвинили испанских колонистов в подлой попытке избавиться от них раз и навсегда. Дело уладили монахи, съев на глазах индейцев не малое количество того сыра, что был среди даров на пиршественном столе и доказали индейцам что их отравление было непреднамеренном. Таким образом выяснилось, что привычный для европейцев продукт не воспринимается организмом индейцев и был даже принят эдикт капитан-генералом Юкатана, запрещающий под любым видом предлагать индейцам этот продукт наряду с алкоголем. И лишь в XX веке наука выяснила, что 100% населения Мезоамерики не переносит лактозу.

     

    Продолжение тут.

     

    Предыдущая часть.

     

    *Нажмите здесь, чтобы прочесть примечания.

     

     


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Agnes
    Категория: Приключения
    Читали: 24 (Посмотреть кто)

    Размещено: 22 января 2018 | Просмотров: 52 | Комментариев: 2 |

    Комментарий 1 написал: anuta (24 января 2018 23:41)
    На неширокой дороге свободно могли двигаться рядом лишь две лошади, поэтому пятидесяти двух членный отряд сам по себе разделился на пары и длинной сине-чёрной змеёй растянувшись по дороге, споро продвигался вперёд.

    ----мозголомное выражение.

    victory



    --------------------

    Комментарий 2 написал: Agnes (24 января 2018 23:51)
    Цитата: anuta
    -мозголомное выражение.

    Ну, раз так, подумаю. как упростить.



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.