-= Клуб начинающих писателей и художников =-

Глава 3

- Мне следовало прийти завтра, но уж больно не терпелось тебя увидеть, сын.

Слегка похрамывая на правую ногу, Рафаэль медленно вошел в гостиную и крепко обнял его. Руки по-прежнему тряслись с самого похорон жены вот уже четыре года. Время все больше и больше давило на него. Он очень быстро старел. Его кожа стала еще дряблей, а лысина больше. Седые остатки волос были аккуратно приглажены на бок. Но единственное, что осталось неизменным – его одеколон. Почувствовав этот запах, Себастьян тут же ощутил себя дома. Отец рядом, не хватало лишь нежных рук мамы. После ее кончины ему стал невыносим этот город. Правильным решением было покинуть его и переехать в столицу. Анна как раз узнала, что ждет ребенка. Это показалось отличным шансом начать новую жизнь подальше от всех. Ведь уход матери дал ему понять, что песок времени в часах жизни кидает свои последние крупицы, а Смерть уже стоит на пороге их дома и ждет, когда последняя песчинка упадет в отцовский прах. Тогда взорвется тот шар интриг, давно плетущихся между их семьями за спиной родителей. Черная вдова докручивает свою паутину и скоро приступит к завтраку, начнет пожирать одного за другим из своих сыновей. Однако в одном он оказался не прав. Все началось слишком давно. Последний Король города еще жив, но первый наследник трона уже мертв. Это письмо, где на обратной стороне было вычерчено каллиграфическим почерком его имя, доказало лишь то, что он следующий.

Себастьян помог отцу устроиться на диване, а сам сел напротив него.

- Как твоя нога? – Обеспокоенно спросил он, взглянув на ужасное состояние отца.

- Все так же… - тяжело вздохнул Рафаэль, и его рука машинально погладила колено.

- Тебя ведь оперировал Даниэль? Разве это не помогло?

- Это сняло боль на некоторое время. Он приказал мне сидеть дома, но…ты же знаешь, какая у меня работа. Стресс…. А потом его неожиданная смерть… - Он резко откашлялся и снова схватился за ногу. – Очень жаль, что вы не увиделись с ним. Вы ведь были друзьями с самого детства.

- Мне тоже очень жаль. У него ведь осталась дочь?

- Да. Кристина. Чуть младше твоей Амелии. – Снова откашлялся Рафаэль.

- Ты совсем не здоров, отец. – Себастьян пересел на диван. – Твоя нога ведь не единственное, что тебя беспокоит?

Он улыбнулся и поцеловал своего сына в лоб.

- Не знаю, что тебе сказать на этот счет. Единственное, что ты должен знать – похороны Даниэля де Виль – не единственные для тебя в этом году.

Они замолчали. Ему нечего было ответить. Вся его жизнь, словно остановилась в этот самый момент. Отец – старый волк – скоро оставит стаю, и его место придется занять ему. Он даже не мог представить, что будет после. Единственное предчувствие грядущего страшного беспокоило его. Он почему-то был уверен, что миром их разногласия никогда не закончатся. И попытка сбежать от всего была лишь временным отступлением.

Внезапно отец поднялся и с трудом подошел к окну. Задумчивое лицо старика уставилось в темноту, и угрюмый голос раздался из самых глубин его мрачных мыслей.

- Ты, конечно, уже догадался, - начал он, - зачем сюда приехал помимо похорон своего лучшего друга! – Он медленно повернулся, чтобы взглянуть на сына, и, заметив его сосредоточенность, продолжил. – Вопрос о наследии уже решен. Тебе придется переехать обратно.

- Почему ты не можешь поставить вместо меня Макса? Ты сам говорил, что их брак с Люси сроднит наши семьи.

И в этот момент ему почему-то не захотелось больше ничего говорить. Напряжение, возникшее между ними, нарастало и становилось все очевиднее для них обоих. Они снова вернулись к тому, на чем распрощались четыре года назад. Тема «Люси и Макс» - извечная тема, к которой сводились любые разговоры, будто это было единственное, о чем можно говорить. Себастьяна всегда это раздражало. Как бы он ни любил свою сводную сестру, он прекрасно видел и понимал, что она слишком много привлекает к себе внимания. Отец ее любит чересчур сильно – это стало очевидно с самого первого дня, когда она появилась в их доме. Само очарование, жемчужина неба – такой всегда ее видел отец. Она опьянила его, словно крепкое вино, и продолжала это делать по сей день.  

- Люси… - огорченно произнес Рафаэль, и его глаза медленно опустились вниз, - мой маленький ангел. Мне надо было послушать ее, и не ставить на семью Лейсон. Теперь я полон сомнений на счет способностей Макса держать компанию в руках. Она была права с самого начала, а я глупец не прислушался к ней. Слишком убедителен был этот мальчишка, и я позволил себе поверить ему. Но теперь я вижу, что все зря.

- Странно, что ты говоришь об этом сейчас, когда он – твоя правая рука, а твоя дочь ждет от него второго ребенка. – Резко произнес Себастьян, и вдруг почувствовал, что был слишком груб, но извиняться не стал.

- Когда Амелия подрастет, ты поймешь, что такое отцовская любовь. Я всегда хотел для Люси только лучшего.

- Тогда надо было раньше спрашивать у нее, что для нее лучше. Точнее кто. Потому что завтра мы его хороним.

Рафаэль ничего не ответил. Их разговор, как и в прошлый раз, зашел в тупик. На часах было за полночь. Они снова разошлись, не придя ни к чему конкретному, не решив ни одного вопроса. Пустословие так раздражало Себастьяна. Но отца было не переубедить. Упрямый Козерог, не видящий ничего, кроме своего идеала – дочери. Может, в какой-то степени он был и прав, ведь к Амелии у Себастьяна были точно такие же чувства. Он обожал ее, как Рафаэль обожал Люси. Только Амелия не Люси. Его дочь – чистый ангел, не предназначенный для мира трех семей. И все, чего он хотел больше всего – отгородить ее как можно дальше от всех этих проблем и разногласий.

Себастьян тихо вошел в детскую комнату, где на кровати мирным сном спала его крошка. Нежным движением губ он коснулся ее маленького лба и вдохнул еще детский приятный аромат.

- Сладких снов, моя малышка. Я буду с тобой рядом всегда, чтобы ни случилось. Я – тот самый сильный дракон, что охраняет твое царство.