Таня пробивалась через густой, тёмный лес. Ветки хлестали больно по рукам и лицу, но просветы между деревьями были все ближе и ближе. Значит, там выход из этих дебрей, там спасение! Тревога и беспокойство гнали вперёд. Озадачивало, что все в черно- белом свете, нет зелени, нет других оттенков окружающей среды. Всё, свобода! Она выскочила на густо заросшую травой поляну. Осмотрелась, но черно-белое кино продолжалось. Неуверенно пошла вперёд, куда идти? Кругом лес и эта поляна. Почему так душе тяжело, что-то невидимое давит на неё. Таня на мгновение закрыла лицо руками, собираясь с мыслями. Убрав руки сразу увидела сына посреди поляны. Костя был полупрозрачным, мерцал и раздваивался. Воздев руки к серым небесам, он распадался на стайку белых голубей, которые уносились ввысь. А тело его истончалось все больше. - Костя, Костенька сыночек! Что же это! - Таня бросилась к сыну. Её руки прошли сквозь его мерцающий образ. - Нет! – в отчаянье закричала она, понимая, что если не удержит его, то потеряет сына. Она поймала голубка, прижала к сердцу. - Пожалуйста. Не улетай, а как же я… Как жить мне без тебя…. Таня подскочила в мокром поту на кровати. Рядом храпел муж. - Сон, - выдохнула она. А сердце щипало и кололо. - Ваня, вставай скорее, с сыном беда. Поехали быстрее в город! - затормошила она мужа. - Ты что, ополоумела, что ли! Чего орёшь! Напугала! Татьяна уже одевалась, суетливо бегала хватая вещи. - Поехали. Прошу тебя! А то я такси вызову! - Да с чего ты взяла, Костя звонил? - Ваня, скорее, сон мне приснился, мы теряем нашего мальчика. Иван поднялся, «что только не сбеленится бабе, а покоя нет». Машина неслась по ночной дороге, уже видны огни города. Таня сидела, шепча слова поддержки сыну в машине, и взглядом торопила её. Всё-таки расстояние в пятьдесят километров за секунду не пролетишь. Вот и общежитие, где жил их ребёнок, учась в колледже. Первый этаж, второй, третий, комната 304. У матери уже подгибались ноги, отец шагал где-то далеко позади с дежурной по общежитию, извиняясь за ночные заскоки жены. Открыл дверь комнаты заспанный сосед по комнате Олег. - Что случилось? - Где Костя, - хватаясь за сердце, спросила Таня. - Спит. Мать бросилась к койке сына. Костя в её руках медленно открыл глаза и тут же потерял сознание.
Скорая приехала, как никогда быстро. Сквозь слёзы, Тане всё казалось, как в замедленном кино. Больница. Сына увезли на каталке. Она отстала, записывали его данные и она ничего не знает, что с ним. На посту сказали, что увезли срочно на операцию. Пустые коридоры. Закрытые двери операционного блока. Она опустилась на колени обняв двери. - Господи, помоги! Сколько прошло времени она не знала, открылись двери и сильные мужские руки поставили её на ноги. Уверенно поддерживая, мужчина в белом халате повёл её безвольную и обмякшую в соседнюю дверь. В кабинете усадил на стул. - Ну что вы мамочка. Зачем же так убиваться. Все хорошо. Жив ваш Костя. Вовремя привезли, можно сказать в последние минуты. - Жив, - простонала Таня и рухнула со стула в обморок. Открыла глаза она в палате. Рядом с её кроватью сидел Иван, а медсестра писала что-то рядом на тумбочке. - Ну ты мать дала, ещё и ты напугала насмерть. Костя в реанимации, всё хорошо, завтра переведут в палату. Таня села, благодарно кивнув мужу. - Таня, тут такое дело, только ты не волнуйся. Поздно уже волноваться, у сына разрыв селезёнки от удара тупым предметом, так доктор сказал. В полицию сообщили. - Что произошло? - тихо спросила она. - Никто не знает. Костя придёт в себя расскажет. Таню отпустила с палаты медсестра, померяв ей давление, уже брезжил рассвет. Они с мужем рванули в общежитие. Хоть что-то узнать. В комнате проживало трое ребят. Олег, Платон и Костя, должны же друзья что-то знать. Но расспросы ребят ничего не дали. Что же случилось!? В больнице Костя пришёл в себя. Его перевезли в палату в добрые, надёжные руки матери. Он глянул на маму, и у него побежала слезинка из глаза. - Мама, это ты не отпустила меня. Ты удержала. Я видел, как душа моя взлетала в небеса стайкой голубей, а твои руки удержали одного, прижали к сердцу, придали сил выжить, – шептал он. - Всё хорошо сыночек, все хорошо мой мальчик, всё уже позади. Самое страшное позади, остальное мы переживём. - Она нежно гладила сына по голове и мысленно благодарила небеса, за тот знак во сне. А случай был и ряда вон выходящий. Друг по комнате Платон, пришёл выпивши в ту злополучную ночь и хотелось продолжения. Стал просить деньги в долг у Кости и Олега. Те отказали. Зная, что у Кости всегда есть деньги, но тот не даёт от злости двинул его ногой в живот. Так как потасовки у пацанов дело обычное, никто не придал этому значение. Костя покорчился от болевых ощущений, его стошнило. Решив, что это результат несвежей колбасы. Лёг и потихоньку забылся. А внутри он истекал кровью, если бы не мать, уже бы не проснулся. Татьяна стояла в храме, ставила свечи и благодарила Бога за то предупреждение во сне. Душа ли то сигналила или внутренний голос, а может быть и ангелы хранители, но сына она не потеряла.
Marisha (29-го, 41 год)
