«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус |

Сейчас на сайте:
Пользователей: 2
mik58 Ванадий

Роботов: 1
Googlebot

Гостей: 6
Всех: 9

Сегодня День рождения:

  •     Simply Son (18-го, 27 лет)
  •     Vir dolorum (18-го, 26 лет)
  •     Рэйв Саверен (18-го, 29 лет)


  • В этом месяце празднуют (⇓)



    Последние ответы на форуме

    Флудилка Поздравления 1674 Lusia
    Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1948 Кигель
    Школа начинающих поэтов Выразительные средства (ШКОЛА 2) 135 KURRE
    Флудилка На кухне коммуналки 3047 Старый
    Книга предложений и вопросов Советы по улучшению клуба 489 ytix
    Книга предложений и вопросов Неполадки с сайтом? 181 Моллинезия
    Рисунки и фото Цифровая живопись 239 Lusia
    Стихи ЖИЗНЬ... 1615 NikiTA
    Стихи Вам не понравится 35 KoloTeroritaVishnev
    Рисунки и фото Как я начал рисовать 303 Кеттариец

    Рекомендуйте нас:

    Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



    Интересное в сети




     

     

    -= Клуб начинающих писателей и художников =-


     

    13. ПОВЕЛИТЕЛЬ МОРЯ

    12.

    Складов в Белизе у молодого торговца было два. Первый располагался у самой пристани. При складе находилась небольшая конюшня и две телеги. Этот склад отпускал товары согласно сопроводительным письмам капитанам кораблей, принадлежащих Анри. Управлял этим хозяйством крепкий, сильный и весёлый креол Адриан Домингес Кастильо с парой помощников. Его повинностью было обеспечить доставку требуемого на корабли, и он же обязан был выгруженный с кораблей груз доставить на второй склад, находящийся в четырёх кварталах от первого, почти у выезда из города.

    Второй, главный, склад занимал территорию, достойную уважения. Здесь были не только непосредственно складские помещения, но и большая конюшня с дюжиной лошадей, парой волов и тремя – четырьмя телегами, дом управляющего и контора, где решалась судьба всех доставленных в Белиз грузов, принадлежащих Анри, а также заключались сделки с другими торговцами. Сюда же стекались все денежные потоки и векселя. Здесь же капитаны получали сопроводительные письма на погрузку продовольствия и нужных товаров, а также деньги для выплат командам и на неизбежные расходы при планированном заходе в порты, где у Анри не было подобного учреждения. Это был не просто склад, это было сердце его торговой компании. И царил здесь, пользуясь безграничным доверием хозяина, марран [46] Хакоб Финеесез.

    Сеньору Хакобу было около пятидесяти, но его длинные, жидковатые, похожие на пеньку, волосы, были белее хлопка. Худой, высокий, но кажущийся ниже из-за сутулости, вот уже восемь лет служил он верой и правдой молодому торговцу, весной 1652 года спасшему семейство Финеесов от медленной жестокой смерти.

    Тогда Анри, загрузив на «Чайку» солидную партию сахара в Сантьяго-де-Куба, отправился обратно в Белиз. Пройдя мыс Креста, [47] бриг попал в сильный шторм. После двух дней, в течение которых волны и ветер безнаказанно играли кораблём, то подкидывая его высоко на пенистые гребни, то швыряя обратно вниз под завывание и свист ветра, «Чайку» отнесло далеко на северо-северо-запад, к рифам Лабиринта Сладких Лиг. [48, 49]

    Пока команда чинила такелаж и латала паруса, Анри рассматривал в подзорную трубу это сказочно красивое, но очень непростое для навигации место, к счастью для моряков, лежащее вдали от торговых путей. Внезапно он увидел дрейфующее в опасной близости от острых рифов судно с обломанными мачтами, сильно осевшее, с креном на правый борт. Посовещавшись с Энрике, Анри приказал приблизиться к терпящему бедствие судну и спустить шлюпку. Несколько человек, стоящих у фальшборта, с тревогой наблюдали за приближающимся бригом, и, только заметив развевающийся над грот-мачтой испанский флаг, пали на колени, вознося молитвы в безоблачное голубое небо.

    Приблизившись, Анри не мог сдержать возглас удивления – изрешечённый дырами, как кусок сыра из голландской Гауды, осевший выше ватерлинии, с сильным креном, барк «Святая Анна» всё ещё держался наплаву. Причалив к борту, шлюпка стала принимать сползающих по штормтрапу измождённых людей. Последними с корабля выбирались мужчина средних лет, седой старик и неопределённого возраста женщина. Они втроём вытащили из дверного проёма юта безвольное тело девушки в изодранном платье и все вместе съехали по накренившейся палубе вниз, к фальшборту. Первой они стали спускать в шлюпку девушку, кажущуюся мёртвой. Лишь поймав её на руки, Анри понял, что она жива. Её исхудалое лицо искажала гримаса ужаса, а большие чёрные глаза безучастно смотрели в небо. Анри бережно уложил её и, получив уверение от испанца, спрыгнувшего в шлюпку последним, что на судне больше никого и ничего нет, дал приказ гребцам возвращаться на «Чайку». И только на следующий день он узнал, что случилось со «Святой Анной».  

     

    ...Иудейские предки Финеесов, не желая покидать Испанию, ещё со времён Рима ставшей им домом, согласно указу Фердинанда II Арагонского и Изабеллы Кастильской в 1492 году приняли христианство.  Однако спокойной жизни им это не принесло. Особенно тяжело было марранам в последние годы – разорённые бесконечными войнами испанцы всё чаще устраивали погромы в еврейских кварталах и всё больше марранов покидали Испанию в поисках нового, более приветливого дома. Вот так и семейство уважаемого нотариуса из Толедо, бог знает, каким образом получивших сведения о поистине райской жизни евреев на острове Кюрасао в далёком Карибском море, после семейного совета продав всё имущество, начали своё путешествие в один конец.

    Добравшись до Севильи, они погрузились на галеон, отправляющийся в Веракрус за очередной порцией серебра. Прибыв на место, сорокатрёхлетний и ещё не седой, глава семейства отправился искать капитана, согласного доставить его семейство в город Виллемстад. Вскоре такой человек нашёлся. Владелец и капитан барка «Святая Анна» отправлялся с грузом перца и новым доктором медицины Антонио Фелипе Эрнандес Торресем в Коро. За немалые деньги он согласился взять с собой и сеньора Хакоба, его жену Силлу и дочь Фебе.

    Всё шло лучше некуда, пока возле Кайманских островов барк не заметили пираты. Взвесив свои силы, капитан Диего решил дать отпор подлым койотам. Завязалась жестокая перестрелка. Увы, канониры пиратского брига оказались более умелыми, чем недавно нанятые сеньором Диего. После того, как пираты снесли грот-мачту, которая, падая, сорвала часть рангоута с фок-мачты, «Святая Анна» была обречена. Подойдя почти вплотную, пираты картечью косили команду барка и, когда на палубе не осталось видно живых, пошли на абордаж. Испанцы бились отважно, особенно капитан Диего, но, когда храбрец пал, немногочисленная часть оставшихся в живых сложила оружие. Пираты забрали на бриг всё, что можно было унести, включая запасные паруса, уцелевший такелаж и то, что им могло пригодиться для ремонта собственного корабля. Затем срубили уцелевшие мачты, резонно решив, что изрешечённый ядрами и с разбитым рулём корабль им без надобности, надругались над женой и дочерью нотариуса Хакоба Финееса и, оставив отказавшимся присоединиться к ним морякам всего лишь один анкерок [50] воды, бросили судно на произвол судьбы. Обречённые уйти на дно вместе с барком или же, если корабль продержится на воде долго - умирать медленно от жажды и голода, восемь матросов, доктор и еврейское семейство из славного города Толедо могли лишь молить бога о спасении.

    Почти две недели дрейфующую «Святую Анну» сносило всё дальше от мест, где их могли увидеть испанские патрульные или торговые корабли. И лишь тогда, когда люди уже прощались с жизнью, шторм занёс к рифам «Чайку» ...

    К сожалению, пережитые ужас, унижения и лишения слабое сердце сеньоры Силлы не выдержало. Ещё до захода в Белиз её тело по старой, как мир, морской традиции, было предано морю. Зато сам сеньор Хакоб и его пятнадцатилетняя Фебе, стараниями доктора Антонио, постепенно возвращались к жизни. Оставшись лишь с тем, что прикрывало его исхудавшее тело, бывший нотариус, получивший когда-то степень доктора прав в Толедском Университете, навсегда простившийся со своей мечтой о еврейском рае, сеньор Хакоб, в благодарность за спасение, а, скорее всего, от безысходности, предложил свои услуги молодому сеньору Анри, начинающему торговцу. Его примеру последовал и доктор Антонио, ставший с тех пор спутником Анри, переходящим с ним с корабля на корабль и самоотверженно борющийся за жизни команды, верный клятве Гиппократа...

     

    Снова взглянув на солнце, стоявшее уже почти в зените, Анри быстрым шагом направился к «владениям» седого сеньора Хакоба.

    Войдя в контору, он кивком поприветствовал двух капитанов Победоносной армады, пришедших обговорить оплату ремонтных работ вверенных им кораблей и, не увидев сеньора Хакоба на его привычном месте, приказав сопровождающему солдату дожидаться здесь, вышел во двор.

    С началом сиесты жизнь постепенно замирала. Даже ветер где-то залёг вздремнуть на часик-другой. Во дворе было пусто. Стояла звенящая тишина.

    Анри огляделся, решая, стоит ли идти к дому управляющего.  В этот момент дверь дома отворилась, и из неё вышел доктор Антонио, а следом за ним Фебе.

    Команда «Победоносца», не раз видевшая своего доктора в обществе дочки управляющего складом, часто, но беззлобно, подтрунивала над ним по этому поводу. Анри тоже однажды не выдержал и спросил, не готовить ли ему свадебный подарок. В ответ на невинный, казалось бы, вопрос, Антонио глянул так хмуро, что Анри прикусил язык и дал себе слово не заговаривать с доктором на эту тему, пока тот сам не начнёт беседу.

    Несмотря на то, что доктор, в силу своего нелюдимого характера, держался особняком, Анри считал его своим другом и не сомневался, что Антонио пойдёт за ним и в огонь, и в воду, не раздумывая и не спрашивая зачем. Но за восемь лет знакомства мало что удалось узнать о прошлом доктора. Не любил тот рассказывать о себе, да и к другим в душу не лез. Если, конечно, в этом не было врачебной необходимости. Тут уж доктор проявлял недюжинный талант исповедника.

    Анри иногда удавалось захватывать пиратов, не успевших скрыться с места грабежа и освобождать их пленников. Особенно сильно даже недолгое пленение сказывалось на женщинах, но не только они замыкались в себе. Обычно в таких случаях роль утешителя брал на себя священник, но на «Победоносце» таковых не имелось – только флот Его Величества мог иметь эту привилегию. Да это и понятно – кто же добровольно затворил бы себя в душной и не стоящей на месте коморке? Разве что приказ епископа мог заставить священников, в большинстве своём привыкших к размеренной и сытой жизни, взойти на корабль. Но Анри и не расстраивался по этому поводу – у него на кораблях были не только католики, но и протестанты, так что конфликт падре с частью команды был бы неизбежен, поскольку, послушный долгу, падре обязан был бы попытаться обратить «заблудших». Сама же команда, которая, в отличие от общепринятого правила, будучи постоянной, а не набираемой вновь на каждый новый фрахт, сдружившаяся и сплочённая боями, не спрашивала, кто какой веры. Тем более что, примкнувший к Анри весной 1652 года сеньор Антонио, получивший степень доктора медицинских наук в самой Саламанке, [51] добровольно взял на себя некоторые функции священника и не плохо с ними справлялся.

     

    Доктор заметил Анри, но, повернувшись к позвавшей его девушке, заговорил с ней.

    «Надо подойти» - решил Анри, но не успел. В этот момент за его спиной раздался радостный оклик. Из-за здания конторы вышел управляющий. Раскинув руки для объятья и широко улыбаясь, сеньор Хакоб быстро приближался. Ожидая управляющего, Анри оглянулся, но доктора и Фебе уже не было.

    - Сеньор капитан, как же я рад вас снова видеть! – по-отечески обнимая, радостно приветствовал хозяина управляющий.

    Анри, однажды назначив капитаном «Чайки» Энрике, никогда сам не претендовал на эту должность, довольствуясь обращением «сеньор» или же более официальным «дуэнё». [52] Почему сеньор Хакоб с первого дня стал обращаться к Анри не иначе как «сеньор капитан», никто не знал, просто приняли это как причуду вредного старика. Все, кто имел дело с сеньором Хакобом, кроме Анри и Антонио, недолюбливали его. Он боролся за деньги сеньора капитана так, как будто они были его собственными. При платежах отстаивал каждый мараведи с таким рвением, как будто отдавал не чужие деньги, а цедил собственную кровь!

    Увлекая Анри в контору, старик успел посетовать на здоровье и на дочь.

    - Уже двум женихам отказала! Я бы мог настоять своей отцовской волей, но не могу видеть её слёз! – держа Анри за плечи, почти тыча ему в ухо своим длинным крючковатым носом, жаловался управляющий. – Ох, видать, не дождаться мне внуков!

    Анри подумал о докторе, но ответить не успел – на ходу приказав слуге сбегать за сеньоритой Фебе, старик сам лично поднёс к своему бюро второй стул для «сеньора капитана» и, усевшись на своё место, принял бумаги от капитанов «Дельфина» и «Отважного».

    Глянув на кислые лица офицеров, ожидающих боя за каждое песо на ремонт кораблей, Анри положил руку на поданные ими управляющему бумаги и непреклонным голосом потребовать выдать деньги. Управляющий закряхтел и, недовольно бурча себе что-то под нос, снял с пояса ключ и полез в огромный окованный медью сундук, стоящий по правую сторону от бюро, за монетами.

    Когда удовлетворённые капитаны ушли, Анри вытащил из-за пояса опустевший кожаный мешочек и потребовал наполнить его серебром. Продолжая ворчать, сеньор Хакоб зачерпнул монеты мерной медной миской, всыпал их в кошелёк и, достав из бюро длинную книгу в кожаном переплёте, старательно записал туда выданные им суммы, не забыв добавить кому и на что.

    - Энрике, должно быть, уже поставил «Победоносец» в док, так что заплатите, сколько скажет. И за ремонт призовых фрегатов тоже – мне некогда ждать, они мне нужны к двадцать третьему.

    - Как вам будет угодно, сеньор капитан. – недовольно ответил управляющий. - Стало быть, вы тут лишь на неделю?

    - Надеюсь. Да, кстати, в понедельник, после заседания кабильдо, вам принесут бумаги на энкомьенду. Заплатите, сколько надо и сразу же нанимайте людей на строительство красильни.

    Управляющий кивнул. Подошла Фебе. Поприветствовав Анри, обратилась к отцу:

    -  Что вы хотели, батюшка?

    - Принеси сеньору капитану чашечку чая, - сказал дочери сеньор Хакоб. И, довольно улыбаясь, повернулся к Анри:

    - Капитан «Милости божьей» доставил с Кюрасао партию отличного чая по сходной цене. Часть её я уже отправил в Веракрус, кое-что вы бы могли предложить губернатору, а кое-что, полагаю, вы захотите взять на корабль.

    - Не откажусь. Жаль, война не благоволит торговле. Гораздо выгоднее было бы продать чай в Сент-Джонсе. Я слыхал, что сэр Хэмптон большой любитель чаепитий.

    - Все войны когда-нибудь заканчиваются, сеньор капитан, - философски заметил сеньор Хакоб.

    - Ладно, пока будем ждать мира, займёмся делами домашними.

    Выслушав жалобы управляющего на участившиеся нападения на обозы бандитов, среди которых были замечены и индейцы и на увеличившиеся расходы, связанные с наймом новых охранников, выпив чая и просмотрев отчёты о торговых операциях, сообщив сеньору Хакобу свои мысли по поводу дальнейших планов, приказав передать троим из прибывающих в Белиз капитанам торговых судов распоряжение присоединиться к Победоносной армаде для доставки камня и древесины в форт Кагуэй, долго и упорно отказываясь от настойчивых приглашений отобедать и, наконец, воспользовавшись появлением второго солдата, Анри откланялся и ушёл.

    Направляясь к таверне «У Сандро», где обычно проводила время команда «Победоносца», Анри обдумывал тревожные сведения, приходящие с каменоломни.  

     

    Несмотря на то, что торговля с индейцами была запрещена ещё во времена конкисты Карлом V, торговцы частенько наведывались в индейские деревни. Не был исключением и Анри.

    Испанцы давно уже отменили рабство индейцев, но обложили население покорённых народов данью, заставляя их заниматься выращиванием тех культур, которые были необходимы испанцам, в ущерб тем, что кормили самих индейцев. Главное место в этом списке занимали специи. Для Юкатана доминирующей культурой стала ваниль, но также не малый спрос был на кориандр, перец и, конечно же, какао. Для самих же индейцев майя, да и не только майя, главное растение, кормившее их со времён ацтекского Кетцалькоатля и его майского варианта Кукулькана, на протяжение почти девяти тысячелетий, был маис. Не менее важным для майя были бобы, тыква, томаты, батат, маниок, ямс, маланга и, занимавшее второе место за маисом, хлебное дерево – рамон. Не пренебрегали майя и фруктами. В маленьких садиках возле каждого дома без особых усилий со стороны индейцев, росли папайя, авокадо, сапот, саподилья, аниона и гуайяво.

    Большинство этих питательных и вкусных культур научились выращивать на своих асьендах и испанцы, но, как бы они не старались, урожаи у индейцев были гораздо обильнее, не смотря на более примитивные, с точки зрения испанцев, технологии.

    Вот за всеми этими дарами земли и приходил Анри в небольшое поселение, оставшееся на месте некогда великого города. Его название было давно забыто, поэтому заселившие его развалины индейцы называли это место просто Алдеа – «Деревня». Братья-францисканцы, которые первыми добрались сюда, дали ему своё название - Каменный пруд из-за большого каменного водохранилища, некогда снабжавшего водой древний город. Охотно приняли это название и индейцы, лишь перевели его на свой майя [53]   – Алтун-Ха.

    Верные своему христианскому долгу, братья кого насильно, кого добровольно, приводили «детей природы» к истинной вере, регулярно посещая селение земледельцев из близко расположенного монастыря. Вот только однажды, при очередном визите, застигли монахи майских жрецов за ритуальным обрядом жертвоприношения на вершине величественного пирамидального храма. Возмутились, привели солдат и пали все жрецы за своё нежелание отказаться от веры предков. Заодно сожгли и языческие храмы-пирамиды, чтобы уберечь новых христовых «овечек» от соблазна. С тех пор оставшиеся в Алтун-Ха индейцы мирно занимались земледелием, послушно крестили детей в недалёком монастыре и тихо, незаметно, привносили в новую веру элементы старых традиций и ритуалов.

     

    Индейцы из Алтун-Ха были первыми краснокожими, увиденными Анри. Его покорили эти мудрые и трудолюбивые люди. Не удивительно, что он быстро нашёл с ними общий язык, освоив майя. Впечатлённый развалинами некогда огромного и величественного города, он хотел понять, как эти люди, возделывающие поля каменными мотыгами и палками-копалками могли построить нечто такое значимое, подчиняющееся единой планировке и продуманное до мельчайших деталей. Увы, жрецов, которые единственные могли ответить на многие вопросы, уже не было.

    Общаясь, обменивая испанские ножи и топоры на шкуры и специи, солёное мясо на фрукты и овощи, Анри подружился с местным касиком, [54] получившим при крещении имя Хуан, но называющему себя по-прежнему Кама Каб – «Сильная Рука». Да и среди других жителей посёлка любознательный испанец вызывал симпатию. Именно они и подсказали когда-то Анри где искать камень для строительства города.  

     

    Анри решил утром, взяв с собой небольшой отряд солдат, отправиться в Алтун-Ха и поговорить с касиком. Если же кто-то из индейцев и способен был нападать на испанцев, то, скорее всего, это были люди народа ица, до сих пор непокорённого испанцами, но заключившего перемирие, продолжающееся уже несколько десятков лет. Если они решили выйти на тропу войны, то Кама Каб непременно будет об этом знать.

     

    Пояснения.

     

    [46] Марраны - термин, которым христианское население Испании и Португалии называло евреев, принявших христианство, и их потомков.

    [47] Мыс Креста – на испанском Cabo Cruz - самая западная точка южного побережья Кубы.

    [48] Лабиринт Сладких Лиг – на испанском Laberinto de las Doce Leguas, Большой рифовый архипелаг, состоящий из 661 необитаемого островка, расположенных на юго-востоке Кубы в провинции Камагуэй.

    [49] Лига – староиспанская мера длины, 1 лига = 4,18 км

    [50] Анкерок – от нидерландского «деревянный бочонок». Служит для хранения запасов пресной воды, вместимость от 16 до 50 литров.

    [51] Университет Саламанки - самый древний университет Испании, который вместе с Болонским, Оксфордским и Сорбонной входит в четвёрку старейших университетов Европы. Расположен в городе Саламанка. Статуса университета удостоен королём Альфонсо X в 1254 году, и через год его признал папа римский Александр IV. Кстати, интереса ради – самые первые в мире университеты были созданы арабами. Например, самый первый в мире Университет аз-Зайтуна, ныне существующее высшее учебное заведение Туниса, было создано в 732 году!

    [52] Дуэнё (исп.- dueño) – владелец.

    [53] Майя – один из майяских языков, ныне называется «юкатекский» для отличия юкатека от других майяских языков (например, киче, ица и т. д.). На сегодняшний день на юкатеке говорит около 5 миллионов человек. Вся майяская группа языков состоит из 28 живых и 3-х вымерших.

    [54] Касик – вождь. Первоначально так назывались вожди на языке таино, коренного населения Антильских островов аравакской группы, которые первыми из индейцев вступили в контакт с испанцами. Позднее испанские колонизаторы стали называть касиками правителей всех индейских народов.

     

    Читать продолжение.

     

    Читать предыдущую чать.

     

    *Нажмите здесь, чтобы прочесть примечания.


    0


    Ссылка на этот материал:


    • 0
    Общий балл: 0
    Проголосовало людей: 0


    Автор: Agnes
    Категория: Фантастика
    Читали: 41 (Посмотреть кто)

    Размещено: 23 августа 2017 | Просмотров: 94 | Комментариев: 6 |

    Комментарий 1 написал: anuta (21 января 2018 22:05)
    Его повинностью было обеспечить доставку требуемого на корабли, и он же обязан был выгруженный с кораблей груз доставить на второй склад, находящийся о четыре квартала дальше, почти у выезда из города.---

    о четыре, какое-то странное словосочетание.

    осевший над ватерлинию
    ---

    может по ватерлинию?





    --------------------

    Комментарий 2 написал: Agnes (21 января 2018 22:13)
    Цитата: anuta
    может по ватерлинию?

    По ватернлинию - это груженный по-максимуму, над ватерлинию - это перегруженный.

    Цитата: anuta
    находящийся о четыре квартала дальше

    Наверное. это из чешского. Я просто тут живу уже дольше, чем на Родине и почти все эти годы мне приходилось и приходится общаться только на чешском (пока не появились русские форумы). Наверное, лучше будет "на четыре квартала дальше"?



    --------------------

    Комментарий 3 написал: anuta (21 января 2018 22:32)
    пока - экскурс в историю,
    фантастики - нет(((
    victory

    Цитата: Agnes
    "на четыре квартала дальше"?
    --

    думаю, да.

    victory


    Цитата: Agnes
    По ватернлинию - это груженный по-максимуму, над ватерлинию - это перегруженный.
    ---

    тогда осевший ниже ватерлинии.


    victory



    --------------------

    Комментарий 4 написал: Agnes (21 января 2018 22:48)
    Цитата: anuta
    находящийся о четыре квартала дальше, почти у выезда из города.--

    Исправила на:
    "...и он же обязан был выгруженный с кораблей груз доставить на второй склад, находящийся в четырёх кварталах от первого, почти у выезда из города.".
    Так лучше?

    Цитата: anuta
    пока - экскурс в историю,
    фантастики - нет(((

    Согласна - аж на несколько вступлений медиума из нашего времени - её нет. Но поэтому я и писала, что мой роман "историческо-фантастическо-эзотерический". unknw


    Цитата: anuta
    тогда осевший ниже ватерлинии.

    Ниже ватерлинии - это значит, корабль пустой.
    "...гигантские корабли, осевшие выше ватерлинии в результате перегрузки." "Выше" = "над". Я из Одессы... ;) Мой отец когда-то на рыболовецком сейнере ходил, брат двоюродный моряк да и почти у всех подруг мужья были моряками.



    --------------------

    Комментарий 5 написал: anuta (22 января 2018 08:56)
    fА, ну тогда выше, но " над ватерлинии" -- как-то не воспринимается, но наверное вы правы, если это выражение специфическое.

    Цитата: Agnes
    Так лучше?
    ---для меня - да. up

    victory



    --------------------

    Комментарий 6 написал: Agnes (22 января 2018 09:17)
    Цитата: anuta
    А, ну тогда выше, но " над ватерлинии" -- как-то не воспринимается, но наверное вы правы, если это выражение специфическое.

    Ну, раз "над" так сильно "режет" глаз, то пусть тогда будет "выше". :)

    Цитата: anuta
    --для меня - да. up

    Спасибо большое за Ваш интерес к моему произведению, помощь и советы! flavour



    --------------------
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
     
     

     



    Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
    © 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.