-= Клуб начинающих писателей и художников =-

Темнота. Боль. Отчаяние.

Надин

Я просто открыла глаза.

И поняла что проснулась.

Но только не там где бы мне хотелось.

…

«…От входа вглубь пещеры тянется осыпь из глыбово-обвальных и глинистых отложений, приводящая в грот, шириной около тринадцати метров и высотой до пяти метров. На сравнительно большой глубине  от входа, в северо-западном углу грота, расположено озеро Ледяное. Так, прозвали его местные жители, потому что температура  в Ледяном около минус тридцати градусов.

Основной ход пещеры тянется влево от входного грота и приводит в вытянутый  Мертвый грот. Пол грота усеян упавшими с потолка обломками. С удалением от входа их количество увеличивается, пол повышается и в конце грота он почти смыкается с потолком. В северо-восточной части грота находится Золотое озеро.

Пещерные озера являются входами в большую подводную систему ходов и гротов, которая сформировалась еще до появления первых людей…

Сейчас ты находишься в Мертвом гроте. Прошу тебя выбирайся отсюда побыстрее и следуй моим указаниям, будь уверена ты, хорошо знаешь это место, и твое тело само приведет тебя к выходу».

Я откинула странносветящеюся  исписанную материю подальше от себя, привстала и попыталась выпрямиться. Тело ужасно ныло, особенно сильно болела спина. Шаг, еще один, два три.

В темноте почти ничего не было видно, я выставила вперед руки и на ощупь попыталась нащупать стену, но мои босые ноги лишь с силой врезались в остро наточенные глыбы камней. Было страшно. И больно. Я сделала еще несколько попыток найти выход, но все оказалось совершено бесполезным.

Я в тупике, в неизвестном мне месте и кроме страной светящейся зеленоватым светом бумажки в этом гроте никого не было.

«Основной ход пещеры тянется влево от входного грота и приводит в вытянутый  Мертвый грот»- прочла я.

Значит, чтобы выбраться отсюда, надо найти лево и аккуратно по стеночки пойти прямо противоположно от Золотого озера, которое по идее находится в гроте подальше. Так я и сделала, когда руки, наконец, прислонились к мокрой неровной стенке, а ноги, сбитые в кровь, почувствовали на своей коже странное холодное поглаживание, я пошла вперед. Не знаю, как долго продолжался мой путь, но вскоре  я наткнулась на витую лестницу и огромную дыру в потолке, от которой шел тусклый свет.

Лестница была настолько ветха, что кое-где стоило мне сделать шаг, ступеньки осыпались в пыль, что придало мне побольше осторожности и внимательности. Пару раз я соскальзывала вниз и чуть ли не падала в клубившеюся внизу темноту и смерть. Но снова вставала, дрожащими руками хваталась за перила и медленно поднималась, шаг за шагом, стирая кровоточащие от встречи с острыми камнями, ноги.

Уже на выходе из пещеры я заметила, что из одежды на мне полу гнилая  мешковатая ткань, которая служила подобием платья, и держалась за счет того, что я завязала два тугих узла на шее и талии. Ну, еще я имела странную уже не светящеюся зеленым, книгу, нет скорее альбом, которым и руководствовалась до этого момента.

Стоило выйти на свет, как сильные потоки ветра сбили меня с ног и не давали встать вплоть до того, пока я вновь на корточках не заползла в выход из пещеры (или вход). Пока я ждала, когда стихия перестанет вести буйство с окружающей ее природой, я успела рассмотреть раскрывшеюся моему взору равнину. Далеко на западе раскинулась маленькая деревенька, которая была опоясана шустрой речушкой, на севере же был непроходимый хвойных лес, пугающий своей темнота, не смотря на то, что сейчас стояла середина дня.

А напротив пещеры ближе, чем я могла себе приставить, раскинулась земляничная полянка. Из чего я могла сделать вывод, что сейчас  лето. Дождавшись, когда ветер стихнет, я рывком, а точнее самым медленным из всех телодвижений, пошла по направлению к деревне, не забыв сначала бухнуться в свежо пахнущею траву и вдоволь наесться сладкой луговой земляники.

Дойдя по протоптанной тропинке к берегу, который находился на противоположной от деревни стороне. Спустилась к большому деревянному мосту, который, скорее всего, использовался деревенскими жителями для стирки белья. Как не странно сейчас здесь никого не было и я, совершено спокойно сбросив с себя пыльное тряпье, прыгнула в воду, оставив после себя огромное количество брызг.

Я тяжело вздохнула и медленно начала погружаться в глубину реки, и вынырнула только тогда, когда закончился воздух.  Рядом со мной проплывали мелкие рыбешки, ничуть не страшась быть пойманными, над водой исполняя причудливые пируэты, кружились стрекозы в странном любовном танце. На душе стало немножко грустно от того, что я осознала, что не знаю, что дальше делать.  Поход в деревню, не решал вопросы, которые так и возникали в моей пустой голове.

Как не странно, но я не помнила, ни как меня зовут, нигде я жила, тем более как оказалась в Мертвом гроте.  Но почему-то я знала точно, как называется странная щебечущая птичка, которая сидела на соседнем от берега дереве, знала, что в реке не водится ничего опаснее маленьких кровососущих пиявок. Знала примерно, какое сейчас время года, и название красных, маленьких ягод, которые называются земляника. Я знала все то, что было бы полезно для жизни, но совершено не знала, кто я такая.

Это меня пугало и настораживало, поэтому, как только я выбралась на мостик, наклонилась над водой и принялась рассматривать себя. То, что я увидела в водном немного рябящем отражение, не казалось мне не знакомым, не тем более своим родным. На меня смотрела девушка с узким лицом, немного раскосыми голубыми глазами, которые мерцали странным желтоватым светом, полноватыми губами, остреньким немного вздернутым вверх носиком и водопадом светло-русых волос, смешно вьющихся на кончиках. Еще выбираясь из грота, я заметила, что мои волосы цеплялись за все что угодно, что попадалось им на дороге. Мне не нравилась, что пушистая грива волос доходила мне почти до колен и поэтому, найдя вполне острый камень, неровно обкромсала их до вполне приемлемой длины, и заплела в две ровные косы.

Следующим моим шагом по узнаванию моего прошлого стал альбом.  Он был очень старым, рисунок на обложке давно стерся, но я, предполагаю, что раньше там был изображен герб.  Открыв первую страничку я лицезрела саму себя. Эта была  цветная, странная картинка, она была явно не нарисована, поверхность её была довольно гладкой и переливалась на солнце. Из какого материала она была изготовлена, я не знала. Итак, это была я старая. Худенькая девушка, с коротко стрижеными волосами, эта прическа была скорее мужская,  чем женская, но ей (то есть мне) она довольно таки шла. Одежда на ней была явно из дорогой, не то, что сейчас было на мне,  черные брюки, такая же темная с синим отливом рубашка и жилетка в цвет. 

На следующей странице была не менее странная, чем картинка надпись на незнакомом мне языке. И сколько бы я не листала альбом, записи в нем были все страннее и страннее, как будто зашифрованы. Наконец, когда мне надоело, я запихнула альбом в карман на мешковатом платье, которым был проштопан прямо посередине подола, что значительно мешало делать шаги, ну что ж пока я имею только это.

…

Столар

Запах был очень странным.

Какой-то новый, но при этом очень знакомый, старый. Как будто он был со мной всегда.

Нить странного аромата привела меня к реке, где на берегу совершено нагая сидела странная девушка. Она сидела ко мне спиной, и не почувствовала как волчьи лапы коснулись травы около старого моста, и как  зверь пригнулся, спрятал белую шерсть за гниющей корягой, попытался послать ей внутренний зов стаи, но она не отозвалась, хуже того  даже не вздрогнула, как это обычно бывает, когда ментальный приказ доходит до  получателя.

Что за девица? Да и кто в свете Кина рискнет разгуливать днем в человеческом облике? Сумасшедшая.  Не удивлюсь, если какой-нибудь корень уже приметил жертву и скоро появиться из воды. Помогать я ей не буду. Лучше-ка мне отсюда убраться, ото  и сам огребу по самый хвост!

И вот стоило мне перевести взгляд на, казалось бы, ровную водяную гладь, как оттуда медленно начал появляться такой здоровый корень, с ядовитой корой сиреневатого цвета. Сейчас будет шоу!
Девица даже не успела вскрикнуть как один из «щупалец» гиганского-корня переростка ударил своим концом о мост, и, качнувшись бревна, рассыпались, и девушка рухнула в воду, со всеми своими пожитками, пошла ко дну. Но не совсем  пошла, скорее огромная «ручища» корня схватила несчастную за ногу и начала увлекать под воду. Сколько бы девушка не визжала, это все больше привлекало внимание и разыгрывало стремление убить человека любым способом.

Я положил голову на бревно, и довольно высунув язык, всматривался, как незнакомка пыталась ухватиться руками за стремительно исчезающие под водой растения.  И вот она совсем пошла ко дну, а корней в воде повсплывало немеряно и все кружили около того места, куда была погружена жертва. Что ж насмотревшись вдоволь как кровожадные подводные растения, именуемые Хилусами,  наиграются с бедняжкой, рванул с одного быстрого толчка в воду, и поочередно работая лапами, поплыл по направлению к тому, месту, откуда шел голубоватый свет, это означало лишь одно, Хилусы принялись высасывать из девчонки энергию.

Огибая корень за корнем, углубился в самый центр, где прижатая ко дну «щупальцами» Хилусов все еще сопротивлялась девушка, она пыталась высвободить руки и ноги, тем самым лишь делала одолжения растениям, сокращая себе воздух в легких. Мертвый человек сохраняет в себе живительную энергию на  протяжении суток. Если повезет и она окочурится быстрее, чем из нее высосут манну, её смерть будет безболезненной.

Аккуратно раздвинул лапами «щупальца» Хилусов, чтобы они ни в коем случае не обратили на меня внимания, как хорошо бы я не скрывал свою сущность, я в итоге остаюсь человеком, и им это не очень понравится. Девушка перестала дергаться, видно все-таки воздух закончился. Я подплыл совсем вплотную к умирающей и, схватив за волосы, стремительно поволок на свет  Кина, вон из воды. Казалось, мне почти удалось вытащить незнакомку на берег, но тут одураченные моим обликом корни рассекли водную гладь и нависли над нами.

Если бы у меня была бы, хотя бы еще одна секунда, я бы отпрыгнул подальше и спрятался за корягой у берега, но я никогда не считался везунчиком. Поэтому теперь уже меня схватили за хвост и резко откинули в сторону от девушки. Больно ударившись о землю, на мгновение отключился, и когда уже открыл глаза, Хилусов не было, а незнакомка  лежала без сознания, сжимая в руках странный светящийся зеленью предмет.