«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 





-- Материальная помощь сайту --

--Бонус | Партнеры--



Сейчас на сайте:
Пользователей: 4
Demen_Keaper Inna
moiazfartuna Измеров

Роботов: 2
GooglebotYandex

Гостей: 36
Всех: 42

Сегодня День рождения:



В этом месяце празднуют (⇓)



Последние ответы на форуме

Стихи Мои стихи Кигель С.Б. 1865 Кигель
Дискуссии О культуре общения 183 Моллинезия
Стихи молчание - не всегда золото 250 Filosofix
Флудилка Время колокольчиков 198 Герман Бор
Флудилка Курилка 1954 Герман Бор
Обсуждение вопросов среди редакторов сайта Рабочие вопросы 517 Моллинезия
Флудилка Поздравления 1635 Герман Бор
Стихи ЖИЗНЬ... 1600 Lusia
Организационные вопросы Заявки на повышение 775 Моллинезия
Литература Чтение - вот лучшее учение 139 Lusia

Рекомендуйте нас:

Стихи о любви. Клуб начинающих писателей



Интересное в сети




 

 

-= Клуб начинающих писателей и художников =-


 

Огниво Рассвета. Глава 2.1

Виланвель встретил меня треском раздвигаемых сонным караулом огромных крепостных створ. Солнце едва оторвало брюхо от горизонта, а это значит, что городу тоже настала пора продрать глаза с ночного оцепенения, вновь, с головой, окунувшись в суету мирской жизни. Однако пока что Виланвель оставался нем, не слышалось ни топота спешащего в цеха люда, ни горлопанских запеваний покидавших кабаки с первыми лучами забулдыг, ни возгласов завлекавших в свои лавки торгашей. Если, конечно, не брать в расчет бурчание заспанной стражи, негодующей от факта именно своей сегодняшней смены. Впрочем, для чего солдатам наказывали вставать в столь ранний час, я понять не мог. Разве что – отворить город, дабы немногочисленные в незимние месяцы путешественники имели возможность попасть за стены. Но в остальном, стража была вынуждена лишь смирно простаивать сапоги, разодевшись в доспехи довольно внушительного веса и всячески стараясь не задубеть в первые часы нового солнца. Какой бы то ни было мзды за въезд в Виланвеле не брали, потому защитники всеобщего порядка находились здесь исключительно во благо спокойствия горожан. Пуще того, не проводилось даже мелкого, проформы ради досмотра – явление поистине невиданное для остальных городов королевства. Но это случалось не от хваленого северного гостеприимства. По зиме, само собой разумеется, Виланвель обзаводился и отнюдь не маленькими пошлинами, и в очереди перед вратами, в ожидании осмотра на предмет чего запрещенного, можно было потерять порядка половины дня. За эти морозные седьмицы город собирал добра, на которое, не затягивая поясов, мог кормиться целый года. В оставшиеся же восемь-девять месяцев герцог позволял страже не утруждать себя подобной бессмысленной рутиной, в виду того, что в это время большого количества гостей они заиметь не могли, пожалуй только приблудышей каких да путников мимоходных. Но, видимо, и без защиты он город оставлять не собирался, хотя в округе уже многие годы царил мир и процветание. Авось какая шайка головорезов-суицидников решится штурмовать эти стены? Как говорят, береженного и Боги за пазухой держат.

При этом, из-за столь невиданных охранных вольностей, в Виланвеле мог найти пристанище любой преступник: убийца, конокрад, мародер. Особенно часто заглядывали беглецы из Норгвальда. Другое дело, что преступности как таковой на улицах города имелось совсем ущербно. Многие лиходеи здесь лишь пересиживали, координировались, и все сводилось только к наличию огромного количества всевозможных картелей и притонов. Не лишним будет добавить и то, что в столице Севера находился второй по величине черный рынок королевства, после столицы полноправной. Только вот, если в Корвиале старались искоренить заразу, или хотя бы умело создавали видимость ведущейся в этом направлении работы, то управленцы Виланвеля, могло показаться, совсем не подозревали о сей злосчастной опухоли. На самом же деле, все обстояло иначе. Герцог, безусловно, прекрасно обо всем ведал и, в свою очередь, имел с торговли краденным недюжинный навар, выменивая грязное золото на свое благоволение. Оттого Виланвель с незапамятных времен являлся, по большей части, домом для значительного числа профессиональных, как они сами себя величали, и не очень воров любой масти, начиная от мелких щипачей и кончая грабителями с большой буквы, успевавшими за ночь обнести особняк-другой.

Впрочем, помимо Шельма-града этот город имел и другое, более официозное и благозвучное прозвище, что успело прирасти к нему поистине второй кожей. Твердыня-сизой-ночи – именно такое определение северной столицы встречалось во множестве сказаний и баллад. Виланвель был мерзлым, но богатым, оттого владельцы домов, особенно в элитных районах, не чурались ставить в своих имениях сразу несколько больших и теплых каминов. Таким очагом, пускай и не столь роскошным как у знати, полнилась каждая виланвельская лачуга, а пламя в них, с наступлением холодного времени года, не гасло круглые сутки. Над крышами не переставая курились валившие из красно-каменных труб клубы сизого дыма, к сумеркам, под гнетом тяжелого морозного воздуха, целиком погружавшие потемневшие улицы в плотный голубоватый туман, не сходивший до самого рассвета. Зрелище, стоит отметить, весьма необычное, а приехавшего в Виланвель в первый раз способное и вовсе заставить, в изумлении, уронить челюсть на промозглую почву. Даже сейчас я ехал по тонким городским переулкам и мог мельком учуять запах гари, глаз едва заметно мутила светло-графитовая дымка, а в горле ощутимо оседал крошечный песок, хотя зима ступала по этим землям пока далеко не самыми томными шагами и основательного отопления не требовала.


Моя кобыла, миновав несколько пустынных, пахнущих грязью, хмелем и мочой закоулков, остановилась у неприметного, огороженного неказистым заборчиком дома о двух этажах. Он особо не выделялся из когорты прочих жилищ этого отнюдь не самого престижного района Виланвеля. Сложен из серого камня, на дорогу выглядывает неровно сбитый дощатый балкон с покосившимся навесом – явно пристроенный. Окна задернуты темными занавесями, дабы паршивые лучи восходящей звезды не имели чести пробудить ото сна хозяина дома. На чуть высившееся над землей крыльцо ведет небольшая, в четыре ступени деревянная лестница.

Я соскочил с повозки, грянувшись сапогами в коричневатую, расплескавшуюся от моего приземления жижу размытых дорог. Подступил к дому, в два прыжка преодолел подъем к порогу, и постучал в крепко сбитую лакированную дверь. За ней, пускай и не сразу, а когда я уже, вознеся кулак, собирался вновь возвестить хозяина о своем визите, послышалось шебуршание, какой-то треск, шелест, неразборчивый говор, а затем и шаркающие шаги. Лязгнули многочисленные засовы и створка, приятно поскрипывая, отворилась. Из раскрывшейся, стянутой дверной цепочкой неширокой щели пахнуло едким хмельным смрадом, а следом наружу подалась голова с заметно выделявшимися на щеке следами-вмятинами от неспокойного сна. Растрепанные пепельные локоны спадали на лицо, скрывая под собой целую его половину и являя свету полуоткрытый, льдисто-голубого цвета глаз, ровный нос, тонкую линию губ.

– Кого там бес притащил в такую рань? – прозвучал низкий, задушенный дремой голос. Мужчина, едва не упираясь носом мне в грудь, стал медленно поднимать щемотный взор, вскоре уцепив им мою физиономию, устало выдохнул. – А, это ты.

– Я тоже рад тебя видеть, Ив, – усмехнулся я, шутливо приклонив голову.

– Тоже? Не думал, что моя рожа сейчас излучает радушный восторг.

– Кончай паясничать. Я тебе кое-что привез.

– В жерновах Омутских видал я твои привозы в экий час... – Он устало уронил голову, но, немного погодя, словно собираясь с силами, вновь ее вскинул. – Впрочем, по другому поводу ты бы и не пожаловал. Что на этот раз?

– Нечто... необычное.

Ивиан хотел было продолжить преддверные расспросы, но, видно уяснив своим еще не всецело пробудившимся разумом, что будет лучше один раз увидеть, втянул голову обратно внутрь. Дверь захлопнулась, но лишь для того, чтобы спустя мгновение, опосля звонко соскочившей с нее цепочки, распахнуться на всю ширину, заставив меня, ведомым желанием не получить отомкнувшейся настежь створкой по носу, попятиться парой шагов. Глазам открылись недра жилища скупщика: неширокий, но довольно длинный, скупо обставленный всяческими вазами, столиками да дешевыми картинами коридор, упиравшийся в тянувшуюся наверх поворотную лестницу. От него по бокам отходило несколько ведущих в прочие комнаты проемов, которые были завалены целыми грудами тряпья, зачерствелой пищи, столовой утвари, но более всего – пустых бутылок. Чего ни говори, а о внутреннем убранстве Ивиан никогда не беспокоился. Всюду валялись самые разные вещи, начиная от медяков, и заканчивая дамским нижним бельем, каким-то неведомым образом сбивавшиеся в кучи именно у дверных порталов.

Скупщик ступил за порог босиком, в одних панталонах, являя миру свое исхудалое согбенное тело. Единственным, помимо исподнего, что могло скрыть под собой его наготу, являлась практически начисто покрывавшая левую руку татуировка: пять переплетавшихся меж собой змей, по кончику хвоста на каждую костяшку на кисти. Они увивали конечность от запястья до самого плеча, чуть заползая на шею, и там всего одна добравшаяся до верха, походя заглотившая всех своих собратьев уродливая черепушка застывала, мерзко разинув пасть с двумя клыками в несбыточной попытке укусить человека за самое ухо.

Ивиан слегка притолкнул меня в грудь, призывая отойти, сделал несколько шагов, вплотную приблизившись к сходившим вниз ступеням.

– Что-то я пока не наблюдаю ничего «необычного». – Он упер руки в бока, воззрившись на приставленный к невысокому забору фургон. – Что там?

– Подобного тебе еще никто не предлагал.

– Да что ты... – Ивиан уже вознес ногу, готовясь ступить с крыльца, но приметив свою совершенно голую стопу тут же развернулся, направившись обратно в дом, мимоходом продолжая дознания:
– Ужель целый кузов элитных дармовых куртизанок?

Он прянул в первый отходивший от прихожего коридора поворот влево, и не успел я изъявить ответа на его каверзный вопрос, как из той комнаты вдруг заслышался зычный бас скупщика:

– А ну пшли прочь отсюда, лярвы! Вас еще по ночи должен был сам след простыть! Чего разлеглись, живо турманом отсюда дали!

Раздались непонятные глухие звуки, точно некто принялся перекатывать по погребу щемящиеся от назема мешки, и из прохода, сверкая голизной, стремглав выбежали две девицы легкого поведенья, не слишком переживавшие за сокрытие своих прелестей от праздных взоров. Они без оглядки кинулись из дому, едва не сбив меня с ног, и отправились по улицам лишь в им ведомом направлении.

– Я посмотрю, такого рода товар тебе уже кто-то до меня доставил? – усмехнулся я, проводив дам взглядом за угол.

Ивиан, скривив как можно более язвительную мину, одной головой показался из комнаты:

– Очень остроумно, ерник. А сам чего встал на пороге? Ступай, загони свою «особенную» рухлядь на задворки. Калитка не заперта.

 

 

***

 

– Дай поглядим, по какому поводу ты меня взбудоражил, – сказал накинувший на плечи шерстяной балахон Ивиан, опуская заднюю перегородку и вскидывая ниспадавший на нее брезент.


Его двор являл собой мелкий, поросший высокой травой – на радость уминавшей ее теперь за обе щеки упряженной кобылы – пустырь, с двух сторон подпираемый обителью скупщика, а от остальных ограждаемый высоким, слегка покосившимся забором «елочкой» так, чтобы никто из ступающих мимо путников не мог за него заглянуть и ненароком уцепить взглядом то, чего не требовалось. Даже поставленный посреди участка фургон не тщился потягаться высотой с плотной хвойной оградой, чего уж говорить о прохожем люде.

– Боги, ты ее что, с холма кубарем скатывал?! – негодовал Ивиан, взобравшись в кузов и приметив не самую опрятную внутреннюю обстановку.

– Кто бы говорил, – отвечал я, облокотившись на повозку.

– Знаешь, одно дело – раскардаш в доме, но совсем другое – непорядок с товаром. Мне это еще сбывать придется, не забывай. Вдруг ты испортил чего... Что за дела? – послышался из повозки резко сменивший возмущение на недоумение голос. Я, окончив оглядывать ничем не примечательный простор, заглянул внутрь. Скупщик стоял, озадаченно раскинув руки и широко раскрытыми глазами скользя по разваленным по углам тканям. – Это и есть твое «нечто необычное»? Феллайя, я барышник, а не ткач, и лавка моя – отнюдь не прядильня.

– Брось, Ив, – махнул рукой я. – Неужели среди твоих клиентов не найдется тех, кто заинтересуется текстилем такого качества?

– Скажем, эдаким? – скупщик, с нескрываемым пренебрежением, двумя пальцами поднял ровный прямоугольник переливавшегося перламутром атласа. – Да такие нитки только слабозадым скопцам на галифе сгодятся. Изволь, с подобными накусниками дел не вожу. Интересно, кому в Виланвеле вдруг пришла мысль закупиться тряпьем?.. – Он гнусно откинул ткань в сторону, упер руки в бока. – А, ну конечно! Живольер, болтунец свинячий! Он просто в экстазе бьется от таких блестяшек... Право, несмотря ни на что, этот мерзавец знает толк в рыночном деле. Если фургон следовал до него, в чем лично у меня никаких сомнений нет, значит и верно, покупатель отыскаться должен... Ладно, бери по одному экземпляру каждой материи и заноси ко мне в мастерскую. Посмотрим, на что оно пойдет. И железки с собой прихвати. На них спрос никогда не снижается.

Ивиан спрыгнул на укрытую пышным травяным ковром землю, заставив чуть покачнуться зыбкий фургон, поплотнее укутался в балахон и быстрыми шагам пустился в сторону единственной выходившей во двор домовой двери. Я, в свою очередь, как и было наказано, принялся сгребать в руки по каждому виду материала и уже готовился, увенчав текстильный сугроб конвоирским клинком, сойти с повозки и двинуться следом за скупщиком, как вдруг глаз выцепил из царствовавшего в кузове переполоха один-единственный крохотный кусочек ярко-алой ткани. Отчего-то этот броский, точно пламенный, язычок крепко пленил мой взор и никак не соглашался его отпускать. Было в нем нечто... необычное, хотя внешне ничего особенного не выделялось. Однако разум, незнамо почему, недвусмысленно подталкивал меня к ткани.

По итогу пришлось сдаться и я, бережно положив мягкую груду на днище, подступил к примеченному платку. Присел на корточки, взял его в руку. Это оказалась туаль, гладкая и тонкая, но далеко не пряжа привлекла мое внимание. Внутрь явно что-то зашили – это было заметно по выпячивавшимся на поверхности выпуклинам. Мои пальцы принялись плавно разглаживать ткань, тщась на ощупь понять, что же под ней скрыто. Но вскоре я бросил эти нелепые потуги, извлек из-за пояса короткий нож и, больше не в силах сдерживать свое любопытство и не чураясь сиволапостного обращения, бесцеремонно вспорол платок. На дощатое дно звонко упал ключик с ажурной, напоминавшей крендель бородкой, и, судя по размеру, силящийся отпереть разве что миниатюрную дамскую шкатулку.

Я отбросил рассеченную ткань в сторону, с опаской подобрал выпавшую из нее находку. Но не успел должным образом рассмотреть припрятанную кем-то вещицу, как в уши ворвался зычный возглас Ивиана:

– Фел, бес тебя дери! Ты там в траве завяз что ли?! Тащи сюда свое гузно с моим товаром!

От такого крика меня малость передернуло. Вложив ключ в карман, я встал и, подбирая опрятно возложенный подле навал, сошел на землю. Пинком отворил оставленную приоткрытой створку, тут же вывалив весь груз на очищенный скупщиком одним движением руки низкий стол.

Он называл эту комнату «мастерской», однако больше она походила на склад. Причем общий и весьма безобразный. Если творившееся в жилищных холлах уже вполне подобало величать бардаком, то слово, способное наипаче лапидарно описать здешний антураж, еще явно не сочинили. Поначалу, Ивиан задумывал каморку не иначе, как хмельное хранилище, однако вылакав за одну праздничную седьмицу все свои столь ревностно оберегаемые запасы, решил отказаться от этого умышления. Нативная леность и неумение держать себя в руках при виде полного бутыля или, пуще того, целой бочки горячительного не позволяли ему воплотить свою идею в жизнь. Оттого скупщик больше не стал строить планов, как бы получше обставить данную комнату, и превратил ее в скромную, погребенную под горами хлама домашнюю кладовую, в которой держал большую часть своих товаров.

Откопав где-то под ногами полупустой бутыль вина, Ивиан легко откупорил зубами пробку, выплюнул, жадно приложился к горлышку.

– Во имя Пантеона, когда ты уже перестанешь заливать в глотку эту дрянь? – покривившись от алчно, большими глотками осушавшего сосуд с пойлом скупщика, изрек я.

Он, испив последнюю каплю, не глядя откинул опустошенную бутылку в сторону, тяжело уперся ладонями в столешницу:

– Когда мемозина для меня ножки расставит.

– Тебе в горячке и не такое привидеться может.

– Тут правда твоя. Впрочем, я был бы не против такого миража. – Ивиан, прицокнув, сжал глазом монокль и принялся разглядывать принесенную продукцию. Вначале изъял из ножен меч одного из горе-наемников, покрутил в руке, ползая взглядом по остро заточенному, блестевшему на пробивавшемся сквозь косящатое окно свете лезвию.

– У кого ты стащил такое диво? – не переставая изумленно вращать клинок, спросил скупщик.

– Фургон сопровождало несколько необученных щенков, – пожал плечами я.

– И много их там было?

– Штук двенадцать-четырнадцать. Точно не считал.

– Ничего себе, «несколько», – коротко повел головой Ивиан. – Как они тебя не посекли там? Навалились бы всем скопом и пиши пропало. Особенно с таким-то оружием.

– Не всегда изящные железки в руках гарантирует победу.

– И в этом я тоже вынужден с тобой согласиться. – Скупщик вонзил мягко лязгнувший клинок обратно в ножны и принялся за основное – ткани.

Какие-то, обдав коротким, взыскательным взглядом, он отшвыривал за спину, другие же, меньшинство, аккуратно откладывал на край стола. За осмотром последних Ивиан проводил немало времени, проглядывая каждую ворсинку на предмет лезущих ниток и прочих маломальских шероховатостей. Товар должен быть безупречным, и даже почти незаметный дюймовый порез способен веско сказаться на его стоимости.

– Ну... – протянул Ивиан, когда с процедурой оценки было покончено, почесав затылок. – Даю тебе двадцать золотых ферравэльских марок за все это «добро».

– Двадцатку?! – возмутился я. – Это жалкие гроши за подобные изделия!

– Феллайя, уясни, ко мне приходят за оружием, ядами, драгоценностями, но никак не за сырьем для шалей. Не устраивает мое предложение – подыщи иного мешка.

– Иного мешка? Ты лучше меня знаешь, что на много десятков лиг окрест не найти достойного шибая.

– Посему тебе лучше не диктовать мне условий, – гордо промолвил Ивиан, выпрямив спину. Его довод про отсутствие близ Виланвеля приличного черного рынка срабатывал всегда. Я сейчас не в том положении, чтобы набивать цену. Но двадцать монет – это через чур низкая низость!

– Некоторые из этих тканей представляют собой не меньшую ценность, чем твои сверкающие гранями подделки. В крайность могут на свертки под них пойти. Или перепродашь своему приятелю Живольеру. Он-то явно сегодня своей поставки не дождется. А вообще на этом текстиле можно срубить в разы больше озвученной цены. Даже больше, чем ты рассчитываешь.

– Тебе почем ведомо? – удивленно поднял бровь скупщик.

– Случалось мне средь похожих тканей обитать. По малолетству. Не спрашивай.

– И не собирался. Мне, мягко говоря, чхать на твое былое... – Он приклонил голову, забарабанив пальцами по столу. – Бесовы нумарцы, вам лишь бы поторговаться. Ладно, даю двадцать пять и не монетой больше. Тебе все равно не в Виланвеле зимовать, так что преспокойно на эти деньги полсезона протянешь. Три седьмицы и возвращайся за платой.

– Так не пойдет. Две – предел. Дольше моей ноги здесь не будет.

– Условья диктую я, не забывай...

– Ивиан, ужель ты не согласишься на крохотное послабления ради одного из своих совсем немногочисленных друзей? – жалобно, словно прожженный сирота-попрошайка, пролепетал я. Впрочем, это был лишь пустой фарс. Проще растрогать безжалостного омутского беса, нежели пепельноволосого скупщика.

– В моем деле друзей лучше не иметь, Фел – тогда и врагов меньше будет... Но так и быть, я согласен на две. А пока на вот, держи. – Он хлопнул ладонью по столу, поднял тощую кисть – на давно потрескавшемся дереве засверкало пять ровных, чеканных золотых кружков. – Загодя. Пойди, выпей чего-нибудь, увеселений сыщи. Ночи у нас все длиннее.

Вняв совету скупщика, я сгреб со столешницы деньги, вложил за пазуху и только собирался покинуть его скромную обитель, как Ивиан неожиданно решил меня остановить:

– Что с рукой?

– А? – не сразу понял, о чем идет речь я. Но стоило торговцу указать взглядом на мою упрятавшую задаток десницу, как все сразу прояснилось. – Ах, это! Повздорил вчера с одним из торговой партии.

– Вчера? – смерил глазами мою рану скупщик. Действительно, она уже совсем не выглядела свежей. Кровь я смыл сразу после отчаливания с поляны, и с той поры живительный сок ни разу не дерзнул просочиться наружу. Более того, порез успел полностью затянуться, являя собой лишь длинный и бледный рубец между пальцами.

Именно последнее и подчеркнул Ивиан, сказав, мол, что за ночь такое не заживает. Я же в своем ответе был краток:

– На мне, как на собаке, Ив.

И выступил обратно на задворье. Забрав из повозки свою холщевую суму и увесистый баул, я закинул первую на плечо и двинулся на поиски подходящего трактира.




Содержание
Глава 1.1
Глава 1.2


0


Ссылка на этот материал:


  • 0
Общий балл: 0
Проголосовало людей: 0


Автор: PonterCveyg
Категория: Фэнтези
Читали: 66 (Посмотреть кто)

Размещено: 23 сентября 2014 | Просмотров: 224 | Комментариев: 5 |

Комментарий 1 написал: PonterCveyg (23 сентября 2014 12:13)
Читатели, критики, коллеги, где же ваши отзывы?


Комментарий 2 написал: katar (19 марта 2015 07:54)
Добрался-таки, но снова выборочно, прочитать все от начала до конца получится не скоро :)

Окинув взглядом первые три мощных абзаца-мастодонта, которые, без сомнения, должны были содержать скрупулезные описания, я мужественно стиснул зубы и опрометью кинулся в чтение, как ныряют в ледяную прорубь :) и я их победил. Кстати, было не так уж и больно :)

Когда пошел диалог, все стало совсем хорошо, читал с интересом. И ты случайно не химичишь ничего запрещенного, как и Манул? :) откуда такие диковинные выражения:

задушенный дремой голос

щемотный взор

сверкая голизной

Только у Манула словечки ближе к сингулярности, а у тебя наоборот, к старообрядному славянскому фэнтези :) но это колорит, конечно.

готовясь ступить с крыльца, но приметив свою совершенно голую стопу - "ступить" "стопа"... может, сойти с крыльца? или спуститься. Или "приметив отсутствие башмаков (тапочек)"

Да такие нитки только слабозадым скопцам на галифе сгодятся. - отлично сказанул! biggrin кстати, мне нравится, что речь разных персонажей отличается и придает им характер. Хоть и не в достаточной мере, но ты стараешься. Вот торговец весь такой заскорузлый барыга, любит посквернословить. Только я бы заменил "нитки" на "лоскуты", он же все-таки кусок ткани держит в руках.

Не всегда изящные железки в руках гарантирует победу. - железкИ гарантируЮт.

через_чур низкая низость! - господи, Леша, такое и от тебя?? biggrin

В моем деле друзей лучше не иметь, Фел – тогда и врагов меньше будет - классная фраза

Я, конечно, не твой преподаватель по стилистике :) но меня насторожил момент гуляния стилистики речи у главного героя. Иногда это совершенно обычные и звучные фразы, типа "Фургон сопровождало несколько необученных щенков" или "когда ты уже перестанешь заливать в глотку эту дрянь? ". А затем какой-то
пятистопный ямб вкупе с отголосками речевых оборотов мастера Йоды "Случалось мне средь похожих тканей обитать" совместно с моим любимым "Ужель", "седьмицы"и "десницы":) но это, конечно, только на мой взгляд. Интересно услышать твои мысли по этому поводу.
Вообще, хочу сказать, что это самое толковое фэнтези из всего, что тут читал. Труд колоссальный, молодец!



--------------------

Комментарий 3 написал: PonterCveyg (19 марта 2015 08:35)
Цитата: katar
готовясь ступить с крыльца, но приметив свою совершенно голую стопу - "ступить" "стопа"... может, сойти с крыльца? или спуститься. Или "приметив отсутствие башмаков (тапочек)"

Оп, а вот этого не заметил! Спасибо, как-нибудь переделаем)

Цитата: katar
Да такие нитки только слабозадым скопцам на галифе сгодятся. - отлично сказанул! кстати, мне нравится, что речь разных персонажей отличается и придает им характер. Хоть и не в достаточной мере, но ты стараешься. Вот торговец весь такой заскорузлый барыга, любит посквернословить. Только я бы заменил "нитки" на "лоскуты", он же все-таки кусок ткани держит в руках.

Вообще кайфовал, когда Ивиану речь прописывал) Нитки на лоскуты? Хм, возможно.

Цитата: katar
Не всегда изящные железки в руках гарантирует победу. - железкИ гарантируЮт.

А вот это уже плод не слишком внимательного переделывания фразы)

Цитата: katar
через_чур низкая низость! - господи, Леша, такое и от тебя??

Ух, ёжики! hunter Ну это я вообще, да biggrin

Цитата: katar
"Случалось мне средь похожих тканей обитать" совместно с моим любимым "Ужель", "седьмицы"и "десницы":) но это, конечно, только на мой взгляд. Интересно услышать твои мысли по этому поводу.

Интересное замечание. Ну, не знаю. Никогда не причислял своего героя ни к сволочам, хоть он и разбойник, ни к каким-то высокопарным ораторам) Располагал его где-то посередине. Возможно, следствием такой речи может служить довольно насыщенное прошлое ГГ, в котором его постоянно кидало из горячего в холодное. А, возможно, это мои недочёты :D

Цитата: katar
Вообще, хочу сказать, что это самое толковое фэнтези из всего, что тут читал. Труд колоссальный, молодец!

Ого, вот это похвала от человека, который почти 4 года в клубе! Спасибо большое, буду стараться и дальше не разочаровать)


Комментарий 4 написал: katar (19 марта 2015 09:13)
Цитата: PonterCveyg
Вообще кайфовал, когда Ивиану речь прописывал)

А я кайфовал, когда читал :) речь персонажа характеризует его ничуть не меньше, чем даже самые красочные описания внешности и одежды :)

Цитата: PonterCveyg
Интересное замечание. Ну, не знаю. Никогда не причислял своего героя ни к сволочам, хоть он и разбойник, ни к каким-то высокопарным ораторам) Располагал его где-то посередине. Возможно, следствием такой речи может служить довольно насыщенное прошлое ГГ, в котором его постоянно кидало из горячего в холодное. А, возможно, это мои недочёты :D

Возможно :) просто, если человек привык держать сигарету между средним и указательным пальцем, то он никогда не зажмет её между большим и указательным :) это как-бы условный рефлекс. С речью тоже, если нет внешних факторов. Я имею ввиду, что с другом мы говорим одними словами, а на собеседовании с руководством - совершенно другими. Но когда стиль речи меняется в единый промежуток времени и в диалоге с одним и тем же персонажем - ну, даже не знаю... Спроси у препода по стилистике :) он должен знать, наверное.

Цитата: PonterCveyg
Ого, вот это похвала от человека, который почти 4 года в клубе! Спасибо большое, буду стараться и дальше не разочаровать)

Ой, да что эти 4 года! Важно не время, проведенное в клубе, а качество писательского мастерства и конструктивной критики, достигнутое за время пребывания тут (которое у меня изрядно хромает, кстати biggrin ) конечно, старайся!



--------------------

Комментарий 5 написал: PonterCveyg (19 марта 2015 09:22)
Цитата: katar
Но когда стиль речи меняется в единый промежуток времени и в диалоге с одним и тем же персонажем - ну, даже не знаю...

Это да, надо чуть "сточить углы" в речи ГГ)

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
 
 

 



Все материалы, публикуемые на сайте, принадлежат их авторам. При копировании материалов с сайта, обязательна ссылка на копируемый материал!
© 2009-2018 clubnps.ru - начинающие писатели любители. Стихи о любви, рассказы.