Высоко в горах, где облака отдыхают, зацепившись за вершины, в глубокой пещере умирала молодая горгулья. Сил больше не осталось. Мать с нежностью смотрела на свою маленькую и такую беззащитную дочь:
- Что с тобой будет, моя красавица? – шептала она – Кто позаботиться о тебе? Как ты выживешь
Её желтые глаза застилал кровавый туман. Даже слезы не могли его рассеять. Собрав последние силы, она выползла на край обрыва пещеры, бросив взор на безжизненные поля, простиравшиеся до самого горизонта, на искореженные стволы деревьев и одинокие фигуры людей, бродившие в поисках хоть какой-то пищи… Вязкий и плотный туман медленно стелился понизу. Иногда испуганно вздрагивая, когда из образовавшихся на теле земли язв, покрытых хлюпающими пузырями, вдруг вырывался зеленоватый газ, как вздох умирающего животного. Запах смерти и разрушения, гнили и мора витал в удушливом и сухом воздухе.
Горгулья подняла голову и, взглянув в бездонное море ночного неба, крикнула:
- О, Повелители Света и Тьмы! Самые могущественные и беспощадные! Я отдаю свое единственное дитя в ваши руки. Спасите и сохраните ее!
В ее потухающем взгляде неожиданно вспыхнула яркая звездочка, появившаяся в небе. Но это была последняя мольба умирающей матери...
Эрик успел ухватиться за край скалы и резким рывком выкарабкался на тропу. Медленно взвёл тетиву маленького арбалета. Чуть заметно поморщился: «Детская игрушка». Но это всё-таки оружие, в горах не поймать дичь голыми руками.
Парень медленно, стараясь не шуметь, подкрался к повороту тропы. Улары копошились совсем недалеко, при удаче можно было добросить камнем. Эрик прицелился и выпустил короткую стрелу, но в последний миг как будто кто-то подтолкнул его под локоть. Стрела, вместо того, чтобы убить птицу на месте, всего лишь ранила её. Улар, громко свиснув, метнулся поперёк склона. Остальные птицы шарахнулись кто куда и исчезли в редком тумане.
Эрик выругался, бросился за подранком. Но чёртова птица, хоть и с трудом, но ускользнула и кинулась вверх наискось по осыпи. В нормальных условиях Эрик даже и не подумал бы туда лезть, но сейчас, подстёгнутый неудачей и не желающий снова ложиться спать голодным, он взлетел вслед за уларом не хуже горного козла. Короткий бросок – и птица забилась в его руках, пока он не свернул ей шею.
Только тут парень оглянулся, по его спине прошла запоздалая дрожь. Спускаться там же, где он поднимался, было самоубийством. Двигаться можно только вверх, может быть, дальше найдётся удобный спуск.
Десяток шагов – и путь преградила широкая трещина, заставив парня свернуть налево. С трудом миновав ещё несколько опасных мест, он оказался на маленькой площадке с чёрным зевом пещеры.
В горных пещерах можно было встретить и тролля, и горного байбака. Первое смертельно ночью, но днём тролли сидят глубоко. А второе сулило как минимум неделю сытой жизни. Немыслимая роскошь сейчас, когда внизу люди мрут с голоду. Эрик поколебался и заглянул в пещеру. Ничего не было видно, и он уже хотел уйти, как из темноты донёсся слабый жалобный писк.
Не тролль, точно. Они так пищать не умеют. Эрик шагнул и замер при виде небольшого существа с перепончатыми, не до конца ещё выросшими крыльями.
- Чёрт! – вырвалось у него. – Я думал, здесь кто-то съедобный.
Второй возникшей мыслью был образ матери-горгульи, прилетевшей и заставшей непрошеного гостя. Но, выглянув наружу и увидев внизу тело, с уже сидящими двумя трупоедами, он понял: мать не вернётся.
Тем временем, малышка преодолела несколько метров до выхода, коснулась человеческой ноги и снова пискнула. Эрик хотел отпихнуть её, но маленькие коготки прочно держались за штанину.
- Вот ещё проблема на мою голову. Думаешь, мне очень нужен ещё один рот?
Малышка кивнула и потянулась к висящей на плече птице.
- Обнаглевшее создание, – с укоризной пробормотал Эрик, понимая, что рука не поднимется бросить это странное беспомощное существо. – Ты ведь корнями и луковицами сыта не будешь. Тебе живое мясо надо. Кровь.
Он протянул улара маленькой горгулье, которая сразу прокусила птице шею и начала жадно высасывать кровь, как чупакабра. Наконец насытившись, протянула птицу Эрику.
- Поделились. Тебе кровь, людям мясо. И луковицы. Дед рассказывал, что в древности горгульи вступали в союзы с людьми. С великими героями, если верить сказкам. Но я на великого героя не тяну. Мне бы прокормить себя и ещё двух человек.
Он задумался, как теперь выбираться с этой площадки. Вроде, если проползти, цепляясь за ту трещину, дальше уже можно пройти.
- Не оставлять же тебя здесь, – он подхватил маленькую горгулью на руки, удививш
Kaari (13-го, 33 года)
