-= Клуб начинающих писателей и художников =-

Почти в каждом городе есть Садовая улица или переулок. Старославянск гордится Садовым бульваром. Недавно прошла его реконструкция: заменили оградки, разбили клумбы, добавили саженцев. Асфальт, конечно, заменили плиткой. Но изюминкой места для прогулок стали скульптуры. Обычные, ничем особо не примечательные металлические люди населили бульвар. Молодая пара, старик на лавочке, играющие детишки - очень реалистичные, почти как живые. Только глаза скульптор выполнил не очень удачно, обозначив лишь контур. Впрочем, одна статуя молодого человека, замершего под уличным фонарем, смотрит на мир человеческими глазами. Только никто не обращает внимания...

***

В открытое окно приятно задувал летний ветерок, едва колыхавший тонкие занавески. Семен лежал на диване и играл в компьютерную игру на планшете. Он слышал, как мама возится в коридоре, шваркая мокрой тряпкой по линолиуму.
"Значит, сейчас и сюда припрется", - с тоской подумал Сёма, размашистым движением указательного пальца посылая армию мухоморов громить соседнее грибное царство.
И точно, минут через пятнадцать, дверь отворилась и в комнату вошла мать.
- Все лежишь? - вздохнула она и брякнула на пол ведро с водой. - На работу обещал устроиться...
- Я ищу, ищу, - досадливо поморщился Семен и помахал планшетом. - Вот, резюме по интернету рассылаю...
- Резюме, - снова тяжело вздохнула женщина и начала полоскать в ведре тряпку. Отжав, она намотала её на швабру и подошла к окну. - Ну и что с твоего этого резюме?! - уперев швабру впол, мать печально разглядывала сына.
Тот пожал плечами и поднялся:
- Нету пока, пойду, по кадрам пройдусь, - попробовал Сёма смыться, и ему это удалось, мама препятствовать не стала.

Оказавшись на улице, парень взглянул по сторонам, соображая, куда податься. На кафетерий денег не хватало, поэтому Семен решил пойти на бульвар, благо заряда в планшете хватит еще часа на три грибной войны. Пройдя безлюдной пыльной улочкой с чахлыми деревцами вдоль газона и, едва не угодив под поливальный оранжевый трактор с бочкой-прицепом, Сёма вышел к началу Садового бульвара. Здесь из установленных недавно репродукторов приглушенно играла музыка. Выстроившиеся рядком лоточницы торговали снедью и забавными мелочами. Семен, словно командир перед шеренгой солдат, прошел мимо прилавков, придирчиво разглядывая товар. У последнего он остановился.

- Чем торгуе...э... те? - возраст продавщицы невольно заставлял обращаться к ней на "ты", но язык, после короткой борьбы с рефлексами, повернулся и выдал множественное "вы".
Девушка или девочка, сидела за пустым прилавком и таращила на Семена зеленые глазищи из-под огромной рыжей копны волос.
- Желаниями, - с вызовом ответила она. Голос у рыжей оказался звонким, но с хрипотцой, Семён непроизвольно поморщился.
- Чем, чем? - переспросил он, еще раз оглядыая прилавок и вопросительно поднимая глаза на продавщицу.
- Ты меня слышал, - покривила густо намалеванные красной помадой губы девица. - У тебя есть желание?
- У меня денег нет, - Семен устремил туманный взгляд на фасад дома напротив. Подержав театральную паузу, он опустил глаза на собеседницу: - Художник я, понимаешь? Мне двадцать три, и пока ничего не сделано для бессмертия...
- Ты хочешь быть бессмертным? - усмехнулась девица и серьезно кивнула: - А чё, понтово!
Она взяла с прилавка невесть откуда взявшуюся пачку сигарет, и протянула Сёме:
- Бери, через пятьсот... - она перегнулась через лоток и окинула взглядом пустой бульвар. - Не, гоню, - девица тряхнула рыжей гривой, - через триста двадцать шесть шагов откроешь и станешь бессмертным. Догоняешь, не?
- А платить чем? - нахмурился Семен, неуверенно принимая пачку. - И вообще, как это - бессмертным?
- Каком к верху! - фыркнула рыжая. - Заплатишь, будь покоен, - ободрила она, - досчитаешь, или с тобой за ручку сходить?
Сёма топтался на одном месте, вертя в пальцах пачку:
- Так я пошел?
- Вали, давай! - последовала команда, и бывший командир, потеряв всю свою уверенность, поплелся на бульвар, считая шаги. На полдороги он обернулся, но рыжая хамка продемонстрировала неприличный жест рукой с оттопыренным средним пальцем. Семен разозлился и энергично дошагал дистанцию. Остановившись на середине, он еще раз оглянулся по сторонам. Бульвар был пуст. Пожав плечами, моложой человек надорвал пачку и...

- Говорила, выйдет понтово! - рыжая продавщица желаний, оставив свой лоток, ходила кругами вокруг новой статуи. - Только вот жеж козел, на середине стал... ходить негде! - она встретилась взглядом с Семеном: - Ты, урод, к бордюру шагнуть не мог? - нахмурилась она. - Долбопень чугунитовый... Не сы, желание можно отменить. Но, не сразу, а когда дозреешь. Понял, баклажан?
Заметив набежавшие на живые глаза статуи слезы, девица наигранно расхохоталась, продемонстрировав отличные белые зубы.Внезапно оборвав смех, она воровато оглянулась и уперлась в бок статуи обеими руками. Под дикий скрежет, рыжая бесовка легко задвинула Семена под фонарь.
- Ну все, концерт окончен, - сообщила она, отряхивая ладони. - Зрей. Потом вместе с сестрой приду. Поторгуемся. За желание, за свободу... Бай!
Махнув на прощание, девица отчалила к своему пустому лотку.

***

С того случая прошел месяц, а Семен все так и стоит под фонарем с зажатой надорванной пачкой в руке. Ждет. Но когда бессмертен, каждая минута тянется вечностью...