Ветер завывал всю ночь, гоняя в небе тяжелые облака. Желтая башня маяка стонала под его натиском, и луч керосинового прожектора бесновался, выхватывая из тьмы седые гребни волн. К утру непогода утихла, день принес спокойствие и безмятежность. Бушевавшее море теперь натянулось и сине-зеленой гладью уходило за горизонт. Лишь бриз, свежий и соленый, оставлял игривую рябь на воде и трепал седую шевелюру смотрителя маяка. Старик стоял над обрывом и глядел на море. Несмотря на ветер, ворот его рубахи был распахнут, а рукава засучены по локоть. Засунув руки в глубокие карманы штанов с лямками и широко расставив ноги, старик походил на маяк, желтой громадой высившийся у него за спиной.
- Господин Франк Гротес?
Смотритель вздрогнул, мгновенно утратив свою монументальность, и поспешно обернулся. Из темной машины, неслышно подкатившей к маяку, вылезал улыбающийся розовощекий чиновник-крепыш. О принадлежности гостя к братии госслужащих красноречиво говорил его добротный костюм серого хлопка, и просто кричал темно-красный галстук, охватывающий воротник белоснежной сорочки.
– Я - Крэих Маэл, - представился чиновник, - заместитель префекта.
Секунду старик с беспокойством осматривал гостя и его блестящую машину, наконец, он спросил:
- Вы привезли керосин? Вчера топлива едва хватило, бак пуст.
- Никакого больше керосина, господин Гротес!
Лицо Маэла озарилось счастливой улыбкой. Он приоткрыл кейс-папку и извлек на свет бумагу с печатью мэрии города:
- Вот, - чиновник протянул документ смотрителю. – Постановление о том, что маяк с сегодняшнего дня закрыт. А в будущем будет демонтирован.
Франк нахмурил косматые брови:
- Демонтирован? Поломают, что ли?
Маэл энергично закивал:
- Да, конструкцию признали ненадежной. В планах порта построить цепь бакенов с огнями, в милях двадцати отсюда.
Старик шумно и тяжело задышал, удерживая взгляд на листе бумаги в руке чиновника. Наконец, он проворчал:
- Нет керосина? Это никуда не годится, господин Как-Вас-Там. Сегодня ночью был шторм и, судя по затишью, он повторится. Маяк должен светить!
- Успокойтесь, Франк, - улыбка Маэла дрогнула, становясь натянутой, – порт учел ликвидацию маяка. Теперь некому светить, понимаете?
- Какой-то бред. Некому светить!
Лицо чиновника приняло серьезное выражение:
- В связи с закрытием маяка, - официальным тоном сообщил он, - должность смотрителя закрывается. Вы, Франк Гротес, освобождаетесь от своих обязанностей. В течении двух недель вы можете встать зарегистрироваться на бирже труда и оформить пособие по безработице.Не позднее завтрашнего утра вам надлежит покинуть маяк.
Маэл уверенным движением всучил оторопевшему Франку документ. Старик, щурясь и беззвучно шевеля губами, прочитал отпечатанные строки:
- Меня уволили? – глухо уточнил он.
- Сократили.
- Но это мой дом,- попробовал возразить Франк. – Двадцать семь лет я прожил здесь и…
- Маяк собственность города, - отчеканил Маэл. – Завтра его закроют и опечатают. Ничем не могу помочь. Всего хорошего.
Франк смотрел, как чиновник идет к своей машине, садится за руль. Вот хлопнула закрываемая дверца, заработал мотор. Маэл последний раз бросил взгляд на башню маяка, царапнув глазами по старику, и укатил в город.
***
Прошла минута. Бриз, постепенно усиливавшийся, по-прежнему трепал седую шевелюру Франка. Но смотритель не двигался, сжимая в кулаке бумагу. Внезапно шелест ветра перекрыл окрик:
- Я здесь!
Старик очнулся и торопливо обернулся на голос. Незнакомка в темном непромокаемом плаще опасно стояла у самого края обрыва и, чуть повернув голову, искоса глядела на Франка.
Смотритель, тяжело ступая, подошел и встал рядом. Ветер усилился, и ровную гладь воды уже местами сминали небольшие волны.
- Как вы здесь оказались? – наконец, спросил Франк.
Женщина чуть заметно пожала плечами:
- Пришла.
Франк поднял на неё глаза. Из-под темно-синего берета женщины, закрывая левую половину лица, спускался серый шифоновый платок с витиеватым золотым узором. Незнакомка снова покосилась на старика, и тот внезапно смутился от её взгляда. Чувствуя, как краска заливает шею и щеки, Франк сердито уставился вниз, на серую толщу, мерно колыхавшуюся у скал.
- Что… - начал он, но голос вдруг сел. Откашлявшись, смотритель повторил: - Что вам угодно?
- Свет, - прозвучал ответ. – Нужен сегодня. Свет маяка.
- Невозможно, - затряс головой Франк. – Не привезли керосин.
Он почувствовал на себе взгляд. Женщина смотрела вопросительно и, одновременно, с некоторым укором
- Двадцать семь лет, - негромко произнесла она, - зажигали огонь. Сегодня – нет?
- А кому? Кому он нужен?! – взмахнул руками старик. – Навигации не будет, порт все учёл! И они правы, маяк не нужен… и я – не нужен.
- Двадцать семь лет.
- Убирайтесь к черту! – выпалил Франк и повернулся спиной к незнакомке. Подволакивая ноги, он побрел к башне. Распахнув дверь, он задержался на пороге:
- Светите! - прокричал он женщине. - А меня нет! Всё!
Входная дверь хлопнула, скрыв за собой старика.
***
Крэих Маэл занимался утренним разбором поручений, когда секретарша патрона напряженным голосом пригласила его. Не подозревая ничего дурного, чиновник поднялся, и на ходу застегивая пиджак, поспешил в кабинет шефа.
- Господин Маэл, - префект находился за письменным столом и не спеша складывал утреннюю газету, – у меня к вам совсем короткий вопрос.
Отложив газету, он поднял глаза на помощника, бросая оценивающий взгляд. Крэих почувствовал, как дорогой ламинат кабинета дрогнул у него под ногами.
- Почему вы не закрыли маяк? – последовал вопрос.
- Господин префект, - Маэл автоматически прижал руки к груди, - я выполнил поручение и вручил смотрителю предписание о том, что маяк закрыт. Сегодня поехал исполнитель, опечатывать и…
- Здесь написано, что всю ночь маяк светил, - палец префекта ткнул в заметку на первой странице. – Я не верю в мистику, господин Маэл, а вот в то, что вы потратили бюджетные деньги и заправили маяк, возможно, поверю.
Крэих до крови прикусил нижнюю губу:
- Ни капли керосина не было закуплено, господин префект, - пролепетал он.
- Это несложно установить, - безразличным тоном заметил префект, скользя взглядом по ряду пуговиц на пиджаке помощника. – Допустим, это так. Тогда как объяснить то, что пишут в газетах?
Установившуюся тишину мелодично нарушил телефон. Префект снял трубку. Пока он слушал, выражение его лица менялось от непроницаемого до крайней степени удивления.
- Это точно? – переспросил префект и, кивнув, повесил трубку.
Секунду он удивленно созерцал телефон, потом, вспомнив о помощнике, обратился к Крэиху:
- Возвращайтесь к своим обязанностям, господин Маэлс. Похоже, вы не замешаны в этой… гм… провокации.
- Благодарю, - прошелестел оживающий помощник. Неожиданно для себя, набравшись смелости, он спросил: - Что-то случилось?
Префект рассеяно кивнул:
- Случилось. Приехавший исполнитель нашел тело смотрителя в его каморке. Коронер сказал, что старик умер еще вчера. Бак маяка пуст, его не заправляли топливом. Но он светил…
Маэлс встретился глазами с патроном:
- Мистика, - пожал он плечами и поспешил покинуть кабинет.
Префект проводил его суровым взглядом и снова взял со стола газету.
«Ночь зажигает маяк» - чернели буквы заголовка на первой странице.
***
Послесловие:
Золотые стрелки ходиков показывали третий час. По окну мягко стучал каплями ночной дождь. Вениамин сидел в компьютерном кресле и, сцепив пальцы рук на затылке, терпеливо ждал. В полумраке комнаты, забравшись с ногами на диван, сидела женщина и читала только что отпечатанный текст.
- Ты все придумал,- вынесла вердикт Ночь, улыбаясь видимым уголком рта. Шифоновый платок, спускавшийся из-под её берета, прикрывал левую половину лица. Ночь отложила рукопись и плавным движением потянулась к вазочке с яблоками.
- Все книги придумывают, - возразил Вениамин, наблюдая за ночной гостьей.
Ночь выбрала яблоко и на мгновение застыла, держа его напротив лица.
- В некоторых пишут правду, - сообщила она яблоку и с хрустом откусила.
- Ну, начинается, - наигранно фыркнул писатель и взмахнул руками, – это же не очерк, а рассказ. В нем – художественный вымысел, моя выдумка, фантазия…
Веня осекся, почувствовав на себе пристальный взгляд.
- Ты не написал, как умер Франк. Поэтому – все не-прав-да.
- Ну, умер и умер, - пожал он плечами. – Старенький был, вот и…
- Он спрыгнул вниз, - неожиданно сообщила Ночь. – Но сперва попросил зажечь его маяк.
- Ну, вот! – восторженно выпалил Вениамин. – Видишь, и у тебя фантазия! Немного мрачнова…
Ночь, не сводя глаз с писателя, отрицательно мотнула головой.
- Он прыгнул вниз, - повторила она. – Это – правда.
Веня молчал, недоуменно моргая:
- Как? - выдавил он. – Этого не могло быть на самом деле, я же только что…
- Его звали не Франк, - чуть пожала плечами Ночь. – Но в этом и есть художественный вымысел.
- Ты не спасла его?
Женщина чуть качнула головой:
- Нет. Но я выполнила просьбу – маяк светил, в газете написали правду.
Вениамин ошарашено обхватил голову руками:
- Погоди… погоди. Это надо записать… это надо…
Он вдруг замер, наткнувшись на прямой взгляд собеседницы:
- Но, почему? Зачем?
- Не нужно писать, - Ночь отвела глаза. – Где-то звонит колокол, а по Франку горел его маяк.
mark_f (28-го, 33 года)
