-= Клуб начинающих писателей и художников =-

ГЛАВА 2. Господин в белом.

   - Это Вы Француз? - спросил старик в белом костюме, сидящего с откинутой головой на спинку кресла франта с французскими баками и в дорогом синем костюме. В воздухе витал аромат морской свежести и каких-то горных цветов. Франт не то спал, не то пребывал в экстазе, к его правой руке был пристёгнут открытый кейс с кодовым замком. Ядовито зелёная подкладка кейса кричала на фоне этого тихого места. Двое, стоящие позади человека в белом нервно переглянулись.

    - я вАС СПРАШИВАЮ! ВЫ ФРАНЦУЗ? - срываясь на крик, повторил человек в белом. Его голос злобно скрипел, вот-вот, казалось, проявится астма.

    Франт в синем не отвечал, он мирно посапывал открытым ртом и что-то стонал. Старик отвесил ему пощёчину со всего размаха тыльной стороной костлявой руки. Франт открыл глаза, его затрясло как наркомана. Он оглядел гостей.

    Тот, который был в клетчатой кепке и старом пальто, невысокий и без того жалкого вида тип,  сделал ещё более жалкий вид. Второй блеснул запотевшими очками и хищно ощерился. Старик в белом склонился над объектом в кресле.

 - А... очнулся! Хорошо! - промолвил он тихим сиплым голосом.

- Чёрт! Я так и знал - проговорил сквозь зубы коротышка в кепке.

- Заткнись Зигги, сейчас разберёмся! - очкарик отодвинул его к двери и тоже направился к сидящему в кресле. Он и старик в белом смотрели франту в глаза.

     Француз понимал, что дела плохи, он не знал, что им сказать, но, для начала, надо хотя бы представиться.

- Да, это я Француз, - он посмотрел краем глаза на открытый кейс, - вышла заминка...

- Какого хрена? о чём это он? - спросил очкарик, направившись к барной стойке, - Где Луиджи?

- Я так и знал... - проблеял жалкий в кепке и открыл дверь, подперев ногой,  будто ему не хватало воздуха.

- Нука, тихо всем! - скомандовал старик в белом, и, ещё раз ударил тыльной стороной руки Француза по лицу.

"Вот блин! С такими граблями и монтировка не нужна" - подумал Француз. Но он нашёл что ответить:

- Я всё объясню! Дайте мне самому прийти в себя!

- Ага, вижу, ты уже готов к беседе, - Старик в белом поднял затёкшую до безжизненного состояния руку Француза, которую объединяла цепь наручников с пустым чемоданом, - Давай рассказывай, вижу, торопиться нам уже некуда...

    Что ему оставалось делать? Действовать по обстоятельствам, вот он заказчик, грозный и страшный, не один и  на улице, наверняка ещё пара-тройка боевиков. Прекрасная иллюзия его обманула, мир убивших себя дорогих людей померк...

    Пока очкарик резво хозяйничал в баре, вернулся зомби-бармен с приветливым видом, сменившимся на полное недоумение. Француз выложил старику всё. Он размял плечи, устроил затёкшую руку с чемоданом на коленях, пытался встать с кресла, но "стальная" рука оппонента ему не позволила. Всё это время он продолжал, и говорил честно о девушке, об остановившемся времени, о всей чертовщине, упуская, впрочем, некоторые моменты. Ему даже пару раз хотелось искренне улыбнуться, но взгляд холодных серых глаз худого, обтягивающего череп лица не давал ни каких шансов. Пока он говорил, человек в кепке удалился за дверь, а очкарик беседовал с барменом, прерываясь то и дело на его дурацкий рассказ. Фразы на заднем фоне были примерно такие:

- Кто-нибудь здесь ещё был, Луиджи? Где ты сам находился всё это время?

- Он заказал еду, я вышел вынести помои енотам на полминуты и вернулся, никого не было.

- Ты уверен?

- Да сэр!

- Возьми своё ружьё и держи пост за стойкой, если пойдёт что-то не так, не жалей дроби на этого подонка.

     Мысли в голове у Француза путались, он думал о прикрытии со стороны Бушона, или Лафарже, думал о снах, о таинственной незнакомке. В его голове больше не звучала музыка, как бы он этого не хотел... Лишь какофония из смеси скрипучего голоса, хлопающей двери и посторонних диалогов.

    - И что же нам теперь делать? - подал голос очкарик со стороны стойки. Он опустошал уже второй коктейль и протирал очки, уставившись в какой-то чёрный блокнот, который, видимо, принёс с собой.

- Что, что? Сам то, как думаешь? Нас обвёл вокруг пальца не этот мягкотелый кретин - Человек в белом больно ткнул указательным пальцем в грудь Француза - Нас поимела сама Королева! Здесь уже ничего не поделаешь... - он многозначительно уставился в потолок.

   Француз пытался набраться сил, эти заказчики вряд ли так просто его отпустят домой, здесь происходит что-то извне, и, возможно, они-то все ведут себя как должны, а он до сих пор под мрачным трипом того самого наркотика. Господин в белом сказал "Королева"? Да, да, она самая... Хотелось смеяться нервным смехом. Они даже не представляют себе, что наркотик вызывает настоящую Королеву! Хотя, скорее всего, представляют и знают гораздо большее.

    Вернулся коротышка в кепке.

- Морис всё проверил, тут нет никого, этот приехал на такси, как и договаривались, ни кого кроме него в баре не было! - он говорил это так, будто заучил речь давно. Очкарик и господин в белом переглянулись. Луиджи пожимая плечами, и кряхтя, протирал бокалы, держа обрез двустволки-горизонталки под плечом.

- Да что ты говоришь Зигги? Ты, верно, нас за дураков держишь? - очкарик вынул резким движением из внутреннего кармана опасную бритву, и, прихватив свой чёрный блокнот со стойки направился  к вошедшему.

- Можно, я выйду подышать воздухом? - выдавил из себя Француз.

- Сидеть! - "стальная рука" отправила его обратно в кресло, ударив чуть ниже шеи.

Очкарик уже держал Зигги, впившегося в дверь всеми руками, за шкварник  и поблёскивал бритвой.

- Давай обойдёмся без твоих штучек - проскрипел старик в белом, держа одной рукой Француза в кресле и повернувшись в сторону компаньонов.

- Но это он! Кроме него никто не мог настучать Королеве о сделке! Джерри, неужто ты не понимаешь?

- Я понимаю, Сид... Зигги, - Джерри, переключил свой взгляд на дрожащего в кепке, - давай по-честному, у нас сегодня здесь вечер откровений, не иначе!

- Я всего лишь слежу за балансом, это моя цель, я нужен вам, вы не можете на меня давить! - Зигги закрыл лицо руками от маячившей рядом бритвы, голос его срывался на плач.

- Господа! - вмешался Француз, - Я надеюсь, из сложившейся ситуации есть выход!

Человек в белом снова его ударил, затем грозно посмотрел на очкарика, - Отойди Сид, - проскрипел он сквозь зубы.

- Я хотел как лучше, - простонал Зигги, и, опершись о дверной косяк, осел на пол.

 Сид убрал бритву и отступил на пару шагов.

- Настал твой чАС, ТУПОЙ ТЫ КЛОУН! - Заорал Джерри и резким ковбойским движением выхватив левой рукой из-под полы пиджака, пистолет выстрелил в голову Зигги. Выстрел был таким громким, что Француз и без того, сдавливаемый второй рукой этого непоколебимого старика, вжался в кресло что было сил. Луиджи разбил стакан, а Сид громко засмеялся и, даже, зааплодировал, не моргнув глазом. В двери бара зияла огромная дыра, а мозги бедняги Зигги разнесло по всей стене. От головы почти ничего не осталось. Дымящаяся клетчатая кепка упала на ботинок Сиду. Он пнул её, метко отправив на барную стойку. Луиджи принялся протирать целый стакан, делая безразличный вид. Француз же, с ужасом наблюдая, как старик облизывает дымящийся ствол древнего, но, пребывающего в прекрасном состоянии "Веблей-Скотта" самого огромного калибра, какого они только производились, потерял всякие надежды на мирные переговоры.

- Я здесь всё уберу! - отозвался Луиджи, подняв тяжёлый взгляд.

    Они задавали ещё какие-то вопросы Французу. Тот прибывал в тошнотворно болезненном состоянии, отвечал на автомате, безнадёжно пытаясь придумать, как выбраться. Получалось с трудом. Сознание возвращалось постепенно, в особенности, когда Джерри, старик в белом костюме, имя которого он навсегда запомнил, предложил взглянуть на фото. Фотография была старой, но то, что на ней было, вернуло рассудок и, даже вселило в мозг Француза музыку. На этот раз это был Ник Кейв с треком "Ду ю лав ми". С фото на него смотрела, прекрасным невинным взглядом серых глаз, та самая девушка. Она была ещё совсем юной, со светлыми волосами и веснушками на лице. Он был уверен, что это она. Француз не мог оторваться от этих глаз и губ и кивнул старику.

- Ну, вот мы всё и выяснили Сид, какие будут предложения? - С этими словами Господин в белом, обтерев платком свой "Веблей" кинул его на стойку Луиджи, добавив что-то типа того "протри, позаботься, давно не стрелял из него, заберу позже".

- Да всё ясно, кончаем его, он нам больше не нужен, он слишком много знает и о наркотике и о нас и о Королеве, отозвался Сид. 

Джерри зевнул и зажмурившись кивнул.

- Развлекайся - прошептал он и направился к выходу с грустным видом. Сейчас он смотрелся как сморщенный пенсионер на балу, а не как обладатель "стальных рук" и меткой стрельбы из тяжёлого крупнокалиберного кротокоствола.

    Не успел он отойти, как Француз нащупал в правом кармане брюк рукоятку знакомого коллекционного Кольта "Пайтона" дяди Жирара, которого, явно, до этого времени в его кармане не было.

Сид уже взмахнул бритвой, но мощный выстрел 44го калибра отбросил его на столик, повалив недоеденный завтрак. Джерри что-то прокричал, а Француз уже прыгнул за красный рояль, ударяясь всем, чем можно обо всё, что получилось.

    Раздались залпы со стойки бара, всё помещение заполнил дым и запах едкого охотничьего пороха. Француз отстрелял, с явной злобой, весь барабан в сторону стойки, пока дым не рассеялся и ощутил резкую боль ниже правого колена. Штанина была порвана, кровь хлестала так, что прижав её рукой, он чувствовал пульсирующую струю и нескончаемую тёплую влагу. Найдя в себе последние силы и желание жить, под играющую в голове песню, он проскакал к двери и выбрался наружу.

     Человек в белом исчез. Уличный воздух пьянил и обволакивал мозг. "Лишь бы не вырубиться!". Француз смеялся и стонал, он понимал, что далеко не уйдёт, и патронов больше нет. "Откуда, чёрт возьми, этот старый револьвер взялся в моём кармане?" С этими мыслями и в полубреду он налетел на что-то и, запнувшись, упал на распростёртое тело какого-то типа в кожаном плаще. Француз , пытался вскарабкаться по нему, слегка приподнявшись. Неестественный бордовый оттенок плаща впивался в сознание, руки скользили, мозг отключался.

- Привет дружище!

     Кто-то поднял его за плечи и поволок. Он слышал, как металлический тяжёлый предмет упал на асфальтированную стоянку перед входом, и, с покоем и наслаждением погрузился на мягкое заднее сиденье какого то автомобиля, мотор которого приятно урчал, а дверь хлопнула с такой надеждой, что это должно быть "Карета в рай"! Привет дядя Жирар! Привет брат!.. Здравствуй Марийон!"...

+++

- Да мать твою! Мазафака, факин, какин щит, гад деймад... Ну что за!?

Этот кто-то знакомо ругался.  Далее следовали фразы из Тарантино, когда Винсент Вега находит Мийу с передозом... Так разговаривает только один человек.

- Ёж! Аааа! Где я? Ты тоже на небесах?

Звук неисправного стартера и дым палёной проводки проникали в мозг Француза, так сильно, что он открыл глаза и попытался подняться, но боль ниже правого колена заставила его лишь застонать.

- Мотор заглох, мать его! Ты как?

    Взъерошенный человек с разлохмаченной бородкой, в наркоманской куртке с капюшоном, уставился на Француза, повернувшись с переднего сиденья.

Француз закатил глаза к небу, уже рассвело, и облака приятно дурманили сознание.

- Эй! Эй! Хорош вырубаться! - Ёж пнул его рваным кедом по больной ноге.

Француз взвыл.

- Прости, но я должен тебя хоть куда-то довезти, пока ты не стал одноногим французом "а ля Джон Сильвер по кличке Окорок"!

- Ёж! Где я?

- Ты сам то, как думаешь?

- Я умер?..

- Если бы не я, то, должно быть  умер бы. Мы сейчас на... - Ёж сосредоточился над потрёпанной картой, - "мать их ети эти швейцарские названия", - Ты понимаешь по-швейцарски?

Француз простонал и попытался что-то сказать.

- Прости, чувак, - Ёж кинул ему бутылку Джина, - Выпей немного и полей ногу, нам ещё, судя по всему, ехать и ехать!

- Как ты меня нашёл?.. Ааа! Я не сплю?...

- Мне тебя ещё раз пнуть?

- Нет, нет, ах, какое прекрасное небо...

- Говори, говори, не замолкай! Давай дружище! Давай колымага, заводись!

    Пока Ёж старался обуздать замок зажигания и стартер, выбегая то и дело наружу и страдая под капотом, Француз немного выпил и пришёл в себя. Он находился где-то на швейцарской объездной дороге в Мустанге с открытым верхом со своим безумно ненормальным, но лучшим из лучших, другом по прозвищу Ёж. Он приятно вздохнул и прилёг поудобнее, повернув голову назад.

    Вдалеке какая-то серая фигура бежала со скоростью антилопы в сторону их машины.

- Ну вот! Прямо бинго! - сказал Ёж, когда мотор ровно заурчал, "поехали!" как говаривал... - он обернулся в сторону Француза - Ричард Хелл!

- Ёж, ахх.. эээ.. давай, валим...

Серая фигура приближалась. Теперь и Ёж набл.дал её в зеркало.

- У нас гости?

- Гонииии!!!

    Человека, так яростно бежавшего за автомобилем, уже можно было различить, на нём были очки и серый костюм, галстук развевало ветром, волосы торчали безумными клочками вокруг лысины. Француз сразу узнал Сида из бара, того самого, которому в область груди, отбросив на стол он всадил пулю 44го калибра.

- Гониии!!!

- Не могу переключить передачу. Возьми там под сиденьем средство от не прошеных гостей и угости его. Чёрт, во что же мы вляпались?

Человек в сером без устали гнался за Мустангом, передвигающимся, пыхтя, на первой.
Он грозно вытягивал руку вперёд.

- У него ствол, Ёж! Давай!
Француз, с трудом, извлёк из под сиденья старенький, ржавый МАК-10 и прицелился в преследователя. Нажав на спуск и зажмурившись, он ожидал громкой очереди, но пистолет-пулемёт дал осечку.

- Перезаряди и жми!

Пуля пролетела справа от Ежа, разбив ветровое стекло...

- О чёОООрт! Стреляй же!

Француз , корчась от боли дёргал затвор со всей дури, жал на спусковой крючок, а Ёж боролся с ручкой переключения скоростей. Ещё одна пуля просвистела над его головой.

МАК-10, наконец-то выплюнул несколько патронов, пара из которых попали в преследователя, заставив его упасть и скатиться в кювет.

- Ееее! Ты попал! Дать тебе медаль за меткую стрельбу? УхххУ! Как в старые времена! Узнаю своего брателлу!

Французу было не до шуток. Мотор снова заглох, а этого типа он застрелил уже не в первый раз.

- Ты думаешь, этот придурок не один по дорогам за Мустангами бегает?

- Ёж, гони, прошу, - мысли были безумными, боль в ноге уже не так мучила. Он снова полил ногу Джином, сжимая оружие трясущейся рукой.

- У тебя МАК в руках, дружище, а мы почти уехали. Вообще, как ты пушку с собой не взял, отправляясь в такую глушь?

- МАК? хах… где ты раздобыл эту рухлядь?

- Оу, оу, ОООу, да из чего он сделан!!!? - Ёж отчётливо видел в зеркале заднего вида, как преследователь поднялся из кювета, отряхиваясь, и перезаряжая свой пистолет.

- ДавААААЙ!!! - проорали они почти одновременно, и Мустанг заревел, дымя из под капота чёрной гарью, неся их вперёд, подпрыгивая. Серая фигура скрылась из поля зрения обоих, но всё ещё бежала, стреляя наугад в их сторону.

- Жму всё, что можно жать, но теперь у нас нет тормозов!

Француз засмеялся. Ёж тоже хохотал что есть сил. Этот смех был и нервным и радостным. Оба ощутили "старые, добрые времена", глотая пыль объездной дороги и дым из-под капота.

- Далеко мы так уедем?

- Не переживай дружище!

- Мне надо многое тебе рассказать, но скажи, как ты здесь оказался... - Француза вырубало от всех стрессов и выпитого Джина. Вырубало приятно...

- Доедем, расскажешь.

+++

    Человек в белом сидел в абсолютно белой комнате, такой белой и светлой, что невозможно было различить, где у комнаты стены, потолок, пол и собственно, вход, или выход. Он сидел за огромным шахматным столом и думал над партией не одного дня. На противоположной стене от стола вспыхнул ещё более яркий свет и появилась сутулая фигура, далеко не атлетической формы тела, в грязном коричневом пальто и шляпе-пирожке. Освещение нормализовалось и человек, более отчётливо проявившись, уселся напротив за этот самый шахматный столик. Он был среднего роста, преклонного возраста, с неприятным, но властным лицом, неряшливыми усами и хитрыми глазами.

- Здравствуй Джерри  - сказал гость тихим грудным голосом - Продолжим?

- Здравствуй Гордон, или мне лучше называть тебя Григорий? - многозначительно, не поведя ни одной чёрточкой морщинистого лица, произнёс человек в белом.

- К чертям твой юмор Симмс! Ты решил добить партию, или есть что мне поведать?

- Гордон, Гордон... Если бы, Ты, мне... хм, - он осёкся, - нам, был не нужен в данную минуту, то я бы и партию с тобой не стал доигрывать, всё равно ведь выиграю!

- Ты сильно зазнался, старый еврей, не помнишь, кто спас тебя от гестапо?

- Помню... не ты, его звали Альбрехт Зиммер.

- Ты меня разочаровываешь, схожу пешкой вот так.

- Это твоя последняя пешка, Гордон! Слон Е-3.

- Ааа... Да ну тебя! Зачем потревожил?

- Мы прогорели и "Зеппелин" не имеет сил, чтоб осуществить твой, пардон, наш план.

- Как это случилось?

- Ты  будешь ходить?

- Шахматы, что, дают тебе лишней уверенности в твои то годы?

- Окей, расскажу и ходи... Я сожалею, что отдал им Капитана, вместе с судном.

- И?

- Ходи!

- Конём, вот так, прощай твоя ладья.

- Ферзь Д-8, шах и мат!

- Не буду больше с тобой играть!

- Говоришь как персонаж из британского фильма.

- Знаешь что? Пожалуй, я без тебя справлюсь!

- Знаю что ты настолько самоуверен. Да, только Империю твою поддерживаю я и кучка социопатов по ту сторону, пока ты там виснешь в воздухе на дирижабле, от которого толку, меньше, чем от нашей игры в шахматы.

- Королева постаралась?

- На этот раз, да. Сам догадался?

- Наверное, я знаю больше, чем ты себе представляешь, ведь тебя здесь больше нет!

- Какое разочарование, что же мне делать? Ещё партию?

- Да иди ты... Какие предложения?

- Убить Капитана! Мне нужно добро на этот счёт.

- Тот Капитан, что сейчас здесь, безобидней на корабле, нежели в твоём мире... Заменив его, мы рискуем на новые осложнения. Ищи наркотик Джерри!

- Зачем он тебе, старый ты дурак?

- Да я не старее тебя, и, даже умнее...

- Ага, по шахматам заметно!

- Братья Крамер знают обо мне?

- Увы, но им оно не  дано.

- Ищите новую Королеву! Я не хочу, чтоб это была дочь Белкина. Убейте Дайан, это сэкономит время. Убейте Белкина. Я знаю, что вышла промашка с наркотиком. Королева, должно быть, сделала ставку на курьера. Узнайте всё, что с ним связано и убейте всех. Остальное я сделаю сам.

- Спасибо за ценные указания Гордон! Надеюсь, ты во сне ворочаться не будешь.

- Вы убили наблюдателя?

- Только из уважения к твоей персоне.

- Поздно, господа, а я вас предупреждал. Вырежьте весь этот долбанный цирк! Найдите Бенедикта, найдите Миноса, свяжитесь с Майлзом. Ваши люди никуда не годятся, они живут иллюзиями.

- Гордон, я боюсь тебя разочаровать, но тебе не кажется, что с новой Королевой проблемы будут иными и, хм, новыми?

- Я к ним готов и ты тоже. Делай, как я говорю, иначе сам знаешь, ничего то своей шахматной головой ты не придумаешь.

- Ох, вэй!

- Ты, как был фронтовым журналистом с тягой к обузданию неизведанного, так им и остался. Помни, кто тебе даёт эту силу!

    Гордон встал с кресла и, пятясь задом, исчез в ярком свете. Человек в белом остался на месте, расставляя фигуры.