-= Клуб начинающих писателей и художников =-

     Из любой тяжелой ситуации нужно выходить головой. Только головой. Эмоции в сторону и только трезвое суждение. Но как можно трезво рассуждать, когда то, чего ты так долго ждала рушиться прямо на глазах? Почему эта схема не работает в такие минуты?

     Следующие несколько недель пролетели незаметно. По возможности я старалась ограничивать свое общение с Самантой, полностью игнорировать Рейчел, мелкие пакости ее сестрицы и городских сплетниц, которые при встрече все еще шептались и сверлили мне спину любопытным взглядом. Из этого можно было сделать выводы, что я по-прежнему доставляла им беспокойство. Саймон и Рой, после нескольких бесплодный попыток выдернуть Стива из моих цепких лап, наконец, сдались и оставили друга в покое, но все же, время от времени, делали набеги на наш дом, так сказать с целью, оказания помощи в его благоустройстве. В скором времени я на деле смогла, убедиться, что они  не такие уж плохие ребята. Изнывая от скуки и безделья, а может, испытывая нехватку командного духа, они влились в ремонт дома, который он затеял и ни разу за все время их совместной работы не проявили себя с плохой стороны.  Сам же Стив, как и обещал, с утра до вечера, торчал на крыше и под палящим солнцем лопатой, сдирал с крыши старую кровельную дранку. В первый день, я с огромным энтузиазмом взялась помочь ему, но уже после нескольких часов, разглядывая кучу мозолей на ладонях, передумала. Вечером этого же дня мое место на крыше занял Брендон. Со мной он по-прежнему оставался безмолвным, но было видно, как что-то изменилось. Пока я не понимала, что это и считала совсем не обязательным вести с ним длинные беседы, хватало и того, что он не смотрит на меня волком.

    Каждый вечер, заканчивая работу, ребята просто валились с ног, но все, же находили в себе силы собраться на заднем дворе и выпить пива. Как ни странно, но совместный труд позволил мне узнать их с лучшей стороны. В мирной жизни Рой был простым сантехником, а  Саймон – до службы в армии работал в автосервисе. Несмотря на то, что он настойчиво продолжал на расстоянии «учить жену уму разуму», путь домой для него по-прежнему был закрыт, что вынуждало его продолжать жить у Брендона. Саймон сильно скучал, но всем своим видом демонстрировал, что идти на примирение не желает, что его решение твердо и непоколебимо. Но вот только стоило друзьям отвернуться, как его лицо принимало скорбное выражение и он украдкой, озираясь, доставал из кармана телефон, и глядел с надеждой на экран. В такие минуты мне становилось его жалко. Пару раз я пыталась поговорить с ним о Риджине, но он только отмахивался и торопился заверить меня, что ему все равно.

     Очень скоро ремонт подошел к концу, а с ним закончился и отпуск Стива. В конце месяца он приступил к службе на базе, а я, как положено, заняла будни домашним хозяйством. По вечерам Стив возвращался усталый, но довольный. Словно картинка из моих прошлых грез он садился за стол, ел и делился впечатлениями от прошедшего дня. Я внимательно слушала все, что он говорит, задавала кучу вопросов, жалея, что мне совсем нечего ему рассказать, так как мой день больше был похож на «День сурка» (1). Своей живостью я пыталась скрыть от него, а главное от себя медленно, но верно заглатывающую меня  скуку. Утром я вставала, готовила завтрак, провожала Стива на базу, затем убиралась и до обеда готовила ужин.  Пойти мне было решительно некуда, а обладая от природы живым и общительным характером, мне постепенно, становилось в одиночестве тошно и тоскливо. Пыталась развеять скуку просмотром телепередач и разных шоу. Но то, что предлагало американское телевидение, было для меня непонятно. Юмористические ток-шоу навевали скуку, а фильмы, которые я смотрела на родине с большой охотой, в оригинале, теперь, казались скучными и пошлыми. Переписываться с друзьями по интернету не выходило, так как в то время когда я бодрствовала, они уже спали. Щелкая пультом, я ловила себя на мысли, что переключая каналы, не ищу что-то интересное, а просто тупо смотрю в экран.

     Конечно, первое время скучать не приходилось – ведь на носу была свадьба Керол. С большой радостью я предложила свою помощь. Но чем ближе приближалась дата бракосочетания, тем сильнее менялось настроение подруги. Она сделалась нервной, и раздражительной и скоро дело кончилось тем, что она, обещав звонить, уехала на ранчо к тетке, предоставив матери полную свободу действий в организации банкета. В итоге моя помощь свелась к написанию приглашений для гостей.

     Еще до отъезда Керол, молодожены выбрали специальный магазин, из которого они хотели бы получить подарки на свадьбу. В пригласительных нужно было указать адрес магазина, в который придут гости, и выберут, в зависимости от своих возможностей, что-то из того, что уже выбрали жених с невестой. На это дело я потратила два долгих дня, так как миссис Санорс решила охватить всех своих родственников, соседей, да, и просто знакомых.

     Иногда  к вечеру приходили ребята. Они подолгу сидели на заднем дворе, пили пиво и болтали, перемывая кости бывшему начальству. Основной темой был разговор о продлении контракта по службе. Брендон после госпиталя окончательно поставил точку на своей военной карьере, а Рой и Саймон, по их словам, больше не видели в этом острой необходимости и предпочли вернуться на прежнюю работу. Их решение сильно возмутило Стива. Из-за этого он несколько дней проходил  раздраженным и хмурым, чем вызывал у меня недоумение, так как я считала, что в этом деле каждый волен делать собственный выбор не отталкиваясь ни от чего мнения.

     В одну из сред, я сидела на кухне и, глядя на забор сквозь раздвижные стеклянные двери, размышляла над тем, чем себя занять. Вдруг за забором увидела Брендона. Он вел себя довольно странно. Дойдя до калитки, он останавливался, раздумывал о чем-то и решительно развернувшись, шел прочь. Но так, же резко останавливался, поджимал губы, и будто набравшись уверенности, шел назад. Улица была пуста, и Брендон не подозревая, что я за ним наблюдаю, мог ходить туда-сюда хоть целый день, но на этот раз, дойдя до калитки, он все же распахнул ее. Его появление меня не обрадовало, но я поспешила выйти на встречу.

     Сухое приветствие и несколько скупых слов, доходчиво дали понять, что Брендон имеет чисто деловую цель визита, а вернее он  делегирован  Рейчел, чтобы забрать якобы случайно забытую коробку с вещами, которая до сего дня продолжали храниться в подвале.

     Оглядываясь назад, я теперь легко могу сказать, что это был тот самый день, когда до меня, наконец, дошло, что судьба опять сыграла с Брендоном злую шутку. Но даже сейчас, листая страницы из дневника своих воспоминаний, ни за что не признаю себя виноватой.  

     Спустившись в подвал, я отыскала злосчастную коробку Рейчел и, с брезгливым видом поспешила передать ее Брендону. Тара была большая, нести ее было очень неудобно и, поднявшись по лестнице, мне пришлось приложить не малое усилие, чтобы протиснуться в дверь.

- Я рада, что ты, наконец, это забираешь, - сказала я. – Еще, немного, и я бы ее выкинула.

- Странно, что ты до сих пор этого не сделала, - съязвил он.

- Возможно, меня останавливало твое присутствие.

     Поставив коробку на пол, я выдохнула и произнесла:

- Все в целости и сохранности. Забирай!

- Не бойся, проверять не буду, - натянуто буркнул Брендон и, подняв коробку, шагнул к выходу.

     Я не смогла подобрать нужных для такой ситуации слов и, уперев руки в бока, выпалила ему в след первое, что пришло в голову:

- Вот что! Не такой уж ты и правильный Брендон.

- Что-что?

     Он остановился и развернулся.

- Что слышал. Ты ходишь, воротя от меня нос, зная как Стиву это неприятно. Несешь свою неприязнь как знамя и, постоянно тычешь, ей мне в лицо, тем самым опять-таки унижая своего друга.

     Я старалась, чтобы мой голос звучал ровно, но он все равно дрожал.

- Выбери уж, наконец, чью сторону ты занимаешь!

- Не тебе диктовать, что мне делать, - процедил Брендон и внимательно посмотрел на меня.

- Так друзья себя не ведут.

     Лишь секунду он колебался, но видимо не счел нужным дальше скрывать свои чувства.

- Ты влезла в наш мир, а теперь подсказываешь мне правила поведения? Разбила счастье пусть чужой, но дорогой мне женщины и хочешь со мной дружбы?

- Я хочу уважения к себе.

     Брендон молчал, продолжая держать в руках коробку, от этого злоба закипала во мне еще больше.

- По-твоему, что я должна была сделать? Бросить Стива? Тогда тебе было бы лучше? Ты бы чувствовал себя удовлетворенным?

- Ты не должна была вмешиваться в их отношения. Не должна была ничего обещать ему! Всем было бы лучше и спокойнее, если бы тебя здесь не было! Всем!

- Всем? И тебе тоже?

- Да! И мне тоже…

     Брендон вдруг осекся и замолчал.

     И тут я словно взглянула на него другими глазами. Наконец, пазл в моей голове сложился в единую картину. Словно, прикрываясь чувствами к Рейчел, Брендон всеми силами старался скрыть, что уже их к ней не испытывает. За его агрессией скрывалось отчаяние и злоба на самого себя. Слишком уж открыто он демонстрировал то, как ненавидит меня. Очень хотелось ошибаться, но факты были на лицо.

     Какое-то время мы стояли молча. Не отрывая глаз, Брендон  смотрел на меня уже совсем по-другому. Не могу не признать, что внезапное открытие не польстило моему самолюбию, хотя это было неожиданно. Я переваривала новую информацию, не зная, стоит ли мне радоваться или огорчаться.

- Вот так вот значит, - растерянно констатировала я.

- Пожалуй, мне пора, - сказал Брендон. – А то мало ли кто меня видел, еще надумают всякого…

     Сказав это, он смутился и стал смотреть в сторону. Улица в это время действительно пришла в движение. Пожилая соседка миссис Платор вышла во двор с тазом мокрого белья и, развешивая его, не переставая, косилась на наш дом.

- Да, действительно, - согласилась я с ним, хотя и посчитала сказанное предрассудком. - Ты  заходи  вечером. Сам знаешь, Стив в это время уже дома.

     В кампании ребят Брендон был вроде сдерживающего фактора. И если Стив служил массовиком-затейником, а Саймон с Роем, готовы были следовать за другом куда угодно, лишь бы весело провести время, то Брендон являлся тем самым тормозом, который всегда трезво, и самое главное быстро оценивал ситуацию, дабы предотвратить нежелательные последствия. Это ни сколько его не тяготило. Напротив, временами мне даже казалось, что он делает свое дело с большим удовольствием. Глядя на все это, я постепенно пришла к выводу, что Брендона интересует все кроме него самого.

     Его мать проживала в городке для пенсионеров во Флориде, который он раньше обязательно посещал во время двухнедельного отпуска. Пожалуй, она была единственным оставшимся в живых родственником и раз в месяц писала ему длинные  и скучные письма о лекарствах, которые ей прописал доктор и о погоде в Орландо. Она ни когда не спрашивала  как его дела и здоровье, лишь только в конце каждого письма писала в постскриптуме, что она не умрет до тех пор, пока не увидит первого внука. Но ждать, как мне было известно, ей предстояло еще очень долго. Нет, конечно, у Брендона были девушки и он, несомненно, был им интересен, но дальше разовых свиданий дело не продвигалось. Ему будто нравилось жить чужой  жизнью. Примером тому могло служить все, что угодно. Взять хотя бы наш дом. Брендон день и ночь был готов проводить рядом со Стивом, помогая ему, зная, что его родное жилище требует, куда более капитального ремонта.

     Раньше у меня была уверенность, что виной тому безответная любовь к Рейчел. И раскрывшиеся внезапно подробности его душевного состояния не могли заставить меня поверить в то, что она вдруг ни с того ни сего закончилась. В голову закралось подозрения, а не затеял ли это Брендон специально и не причастна ли ко всему этому Рейчел?  

     Весь оставшийся день я так и не смогла отделаться от неприятно гложущего чувства и восстановить душевное равновесие.

     А ночью проснулась от громкого крика. Испугавшись, я резко села и во все глаза уставилась на  Стива. Он сидел, подтянув к себе колени и раскачиваясь, смотрел в угол потолка.

- Ты что? – испуганно спросила я.

- Сними его, - сказал Стив.

- Кого? – не поняла я.

- Он там сверху… Я знаю, что он там…

- Кто?

- Ты что не видишь? - закричал Стив и вдруг закрыл голову руками, словно защищая ее от чего-то. – Брендон снимай его! Стреляй, мать т...ю!

- Боже мой, ты что?  Стив, что с тобой?

     Я дотронулась до него, ощутив насколько огненное его тело.

- К черту гражданских! Если не снимешь его нам конец! Стреляй!

     Признаться, давно уже ждала подтверждения слов Ника, чтобы доказать самой себе, что могу справиться с чем угодно, даже с ночными кошмарами, которые как говорил отец Стива (а в недалеком прошлом и Рейчел), преследовали его после службы в Ираке. Я знала, что это рано или поздно случиться, но как оказалось, совсем была к такому не готова.

- Милый успокойся, - как можно более спокойно сказала я и обняла его.

     Но только я это сделала, как он одним движением развернул меня к себе спиной и, заломив руки, повалил на кровать.

- Не выйдет тварь иракская! Я уничтожу тебя прежде, чем ты успеешь вдохнуть свой поганый воздух!

     Я завизжала что есть силы, испытав одновременно жуткий страх и дикую боль.

- Стив что ты делаешь?!!  - слезы хлынули у меня из глаз.

     Внезапно почувствовав свободу, я соскочила с кровати и, схватив со столика, первое, что попалось под руку -  телефонную трубку, со всей силы швырнула ею в Стива.

- Придурок! Чертов придурок!

     Пытаясь отдышаться, я встала посреди комнаты, непроизвольно сжимая ладони в кулаки. Совсем не ожидала, что трагедия на самом деле таких масштабов.

    Стив молча сидел на кровати. Через секунду он наклонился, поднял с пола отлетевшую от него трубку и, положив ее рядом с собой, поднял на меня глаза.

- Черт! Черт! Это ужасно! Ты понимаешь это ужасно?! Это… это просто несправедливо! Это слишком для меня…

- Ты только не уходи, - тихо произнес он.

- Это мерзко…

     Я пыталась замолчать, но не могла остановиться. Казалось, если я не выговорюсь, то сойду с ума. В своей жизни на меня ни кто, ни разу в жизни не поднимал руку, даже родители. Мать с отцом всегда придерживались более мягкого воспитания, а Виктору и в голову бы это не пришло. Испытать физическую боль от близкого, тем более любимого человека казалось мне чем-то из ряда вон выходящим.

- Не уходи. Пожалуйста.

- Да, как так жить можно?! Ты же просто однажды убьешь меня!

- Ну, прости меня! –  громко произнес он и встал.

     Я попятилась от него как от огня.

- Не подходи ко мне.

     Нащупав на стене выключатель, я остановила пальцы на клавише, но так и не включила свет.  Будто при нем все плохое раствориться и уйдет прочь. Как бы ни так!

     Но остановило меня совсем другое. Привыкшие к темноте глаза хорошо различили искаженные болью черты лица Стива. Мне стало ясно, что он напуган даже больше чем я, раздражен собой и стыдится того с чем не в состоянии справиться.

     Успокоиться и взять себя в руки оказалось до невозможности сложно, но я попыталась представить, что Стиву сейчас не намного легче и моя поддержка ему просто необходима.

- Хорошо. Давай, я буду теперь всегда спать внизу? - предложил он, цепляясь за это как за последнюю надежду.

- Ты извини меня, - я подошла и обняла его. Признаюсь, далось мне это тяжело. – Просто мне стало страшно.

- Прости, что напугал тебя, - Стив прижал меня к себе и зашептал, - Обещаю, я больше тебя и пальцем не трону. Никогда не сделаю тебе больно. Клянусь. Только не уходи от меня. Я тебя очень люблю. Ты самое дорогое, что у меня есть.

- Я тоже тебя люблю. Вдвоем мы со всем справимся. Я уверена. У нас все получится. Я знаю, что так и будет. Все будет хорошо.

     Говоря это, я сама искала успокоения в своих собственных словах. Тревожные мысли не хотели покидать меня, но я гнала их прочь, пытаясь хоть на время забыть о случившимся. Как и всякий раз, мы попытались решить возникшую проблему одним способом. Но обоим было понятно, что в объятия друг друга мы кинулись не ради удовольствия, а для того, чтобы как можно скорее замять произошедшее. Отодвинуть проблему – не значит решить ее и это я поняла гораздо позже.

(1) "День сурка" (анг. Groundhog Day) - американская фантастическая комедия режиссера Гарольда Рэмиса.