В тот вечер Артём не остался у Нади, ушёл и долго бродил возле её дома, вспоминая их совместные счастливые два месяца. Уйти сразу после её признания было равносильно предательству, но Артём чувствовал, что иначе не может.
Иначе… Иначе ему не сдержать слёз, вставших сейчас поперёк горла, Не с силах принять её самоубийственное решение, он будет всю ночь уговаривать Надю не поддаваться эмоциям, попытаться выжить любой ценой, пусть даже цена эта – здоровье ещё не родившегося ребёнка. Он будет пылать бессильным красноречием, но ближе к рассвету окажется вышвырнут за порог. А самое плачевное – Надя больше не захочет его видеть, забудет о его существовании так же, как забыла о собственном ради ребёнка.
"Я не приму этот грех дважды", - сказала она спокойно, как о давно решённом, когда Артём попытался доказать, что, если она поправится, то сможет вновь подумать о ребёнке.
"Как она восприняла мой уход? Должно быть, поняла, какой я слабак", - Артём шёл, куда глаза глядят, тупо пиная перед собой пустую пластиковую бутылку. Это бессмысленное, повторяющееся действие давало ему возможность сосредоточиться и думать, искать выход.
***
Два дня Артём набирался смелости, чтобы позвонить Надежде. Наконец, собрался с духом:
- Давай встретимся!
- Это будет свидание? – усмехнулась Надежда.
Это, понятное дело, была шутка. Надежда шутила о том, о чём другие девушки мечтают. Нет, не о свидании именно с ним, с Артёмом, конечно, а о свидании в принципе.
Поняв это, Артём разозлился: "Ах, так? Уже, значит, и крест на своей жизни ставишь? Не бывать этому!"
Вслух сказал резко:
- Да!
Назвал время и место и, не дожидаясь ответа, повесил трубку.
***
Надя пришла. Даже приоделась по случаю, длинное тёмно-синее платье хорошо обрисовывало её фигуру, ткань переливалась редкими блёстками в полутьме гостиничного бара.
- Почему ты позвал именно сюда? – поинтересовалась Надежда, облокачиваясь о стойку.
- Здесь в меру шикарно, как раз тот уровень, что я могу себе позволить, не беря в долг, - честно ответил Артём.
- Бывает либо шикарно, либо – в меру, - резонно заметила Надя, - но мне здесь нравится.
Артём не отреагировал на подначку. Он был достаточно покладист, прощая красивым девушкам если не всё, то многое. В том числе, подобные выпады в его сторону.
А Надежда сегодня была ослепительно красива. Артём разглядывал её, стоя специально вполоборота, чтобы не смущать подругу откровенными взглядами.
- Давай, закажем какой-нибудь коктейль с цитрусовыми. К сожалению, я не знаю их названий.
- Шампанское, - попросил Артём бармена.
- Но почему? – удивилась Надя.
- Думаю, есть повод.
- У тебя сегодня день рождения?
- Нет, только через месяц. Слушай, смешно, но я тоже не знаю, когда твой.
- Осенью.
Артём видел, что они оба лишь играют в свидание. Галантная манера обращения, непринуждённый светский разговор. Всё это им прекрасно удавалось. Надежда играла старательно, если и переигрывая порой, то лишь чуть-чуть. "Она пытается прочувствовать то, чего у неё не было никогда и, возможно, уже не будет. А я? Зачем мне эта фальшивая роль ухажёра, отчего я из кожи вон лезу, лишь бы сыграть её правдиво?"
Артём посмотрел на себя со стороны, посмотрел на них обоих. Девушка, которая вяжет дома пинетки и молится по ночам, чтобы успеть их довязать. Парень, который завтра растворится в толпе, был и останется для неё никем. И время, съедающее час за часом.
"Так что же я тут делаю? Просто не хочу разлучаться с ней больше, ни за что, ни на минуту!"
Артём встал из-за стола, не обращая внимания на то, что их разговор прервался на полуслове. Подошёл к бару и попросил сделать музыку чуть тише. Мимоходом взглянул в большое, во весь рост, зеркало. "И о чём я только думаю?" – усмехнулся Артём, поправив неношеный галстук.
Он вернулся к своему столику, наклонился.
- Надя, - Артём сжал её холодную руку, - выходи за меня!
Надежда отпрянула, посмотрела, как на сумасшедшего, даже попыталась вырвать свою руку.
- О чём ты?
- Что же тут объяснять? Сказал, как есть: я ни за что не хочу с тобой расставаться. Ни сегодня, ни через год, никогда!
- Насчет "никогда" – вопрос не по адресу.
Голос Надежды снова стал бесцветным, заученно-спокойным. Она не приняла Артёма всерьёз.
- Надя!
Забыв приличия, Артём стиснул её, насильно поднял с кресла и поцеловал. Сам едва не задохнулся, но не отпускал её губы до тех пор, пока Надя не обмякла в его руках.
Посетители бара смотрели на них во все глаза, когда Артём, наконец, ослабил хватку. Пощёчины не последовало. Надя схватила свою сумочку и выбежала из зала.
Артём бросил зрителям на ходу первое, что пришло на ум. Это оказалось название старого, любимого фильма:
- Вам и не снилось! – и выбежал вслед за Надеждой.
Отрава (16-го, 39 лет)
